# Невеста замка

Джон Де Ченси

Есть замок. Он висит между мирами... На самом деле вовсе он и не висит – это ж замок, кто ж его повесит! Стоит себе на земле, как и подобает всякому приличному замку. Просто из него можно попасть в огромную кучу миров. В том числе и альтернативных. Вот было бы здорово узнать тут курс акций, а потом в мире-двойнике заработать огромную кучу бабок! Гм, вот только попробуй попасть обратно в свой мир – вариаций-то огромное множество. Уф, наконец нашли, вернулись. Но этот мир нашли и твои двойники, и теперь тебе предстоит доказать, что ты – тот самый, оригинальный.

В общем, маразм крепчает. А тут еще свадьба на носу. Правда, непонятно, кто на ком женится. Я? Или другой я? И невеста – подлинная ли?

> Целуй же, Кэт, меня без опасенья,

> Сыграем свадьбу в это воскресенье!

> У. Шекспир. «Укрощение строптивой» (Перевод П. Мелковой)

> О Брачный Гость, я был в морях

> Пустынных одинок.

> В таких морях, где даже Бог

> Со мною быть не мог.

> С. Т. Колридж. «Сказание о старом мореходе» (Перевод В. Левика)

> Свадьба – это судьба; как и виселица.

> Джон Хейвуд (1497—1580)

## Глава 1

В давние-стародавние времена, далеко-далеко, в неведомом мире стоял громадный замок, окруженный крепостным валом, пронзающий своими башнями облака; из этой грозной цитадели открывался захватывающий вид на пустынную равнину и далекие заснеженные горы.

В одном из самых величественных залов замка восседал король в торжественном одеянии и короне из электрума.

Владыка был в ярости.

– Нет, так замком управлять невозможно!

– Простите, сир, что вы имеете в виду?

Его Просветленное и Трансцендентальное Величество ткнул пальцем в груду бумаг на столе:

– Вот эту чепуху. Разве я не компьютеризировал процесс управления замком?

– Сир, не у всех ваших подданных есть компьютеры. Фактически в большинстве королевств, которыми вы правите…

– Знаю, знаю. Низкий уровень развития техники.

– Совершенно верно, сир.

Правитель замка Опасный тяжело вздохнул:

– И мы совершенно не справляемся с делопроизводством, так ведь, Тримейн?

– Да, сир, дела в плачевном состоянии.

– Нужно закончить хоть что-нибудь. Вот это что такое, к примеру?

– По поводу дани, которую замок платит Восточной Империи.

Король удивленно поднял темные брови.

– Что? Мы все еще платим им дань, несмотря на то, что они напали на нас?

– Между прочим, после того как осада замка провалилась, вы подписали с ними мирное соглашение. Условия в целом приемлемые, если не считать того, что там подтверждается наша вассальная зависимость от Империи.

– Хорошо, но с какой стати мы должны им что-то платить?

– Сумма чисто символическая, сир. Кармин принялся внимательно изучать документ.

– Итог отнюдь не символический, я бы сказал.

– Ну, дань рассчитывается на основе валового годового дохода, а не чистого.

– Надувательство! Знаешь, что мы скажем Восточной Империи?

– Что, сир?

– Вафангул!

– Э… Я не знаю этой идиомы, сир.

– Конечно, откуда тебе знать? Так говаривал один мой знакомый из Бруклина. Ты когда-нибудь слышал о Бруклине?

Тримейн задумался, потом покачал головой.

– Это название мне ни о чем не говорит.

– Неважно. Как бы там ни было, думаю, самое время сообщить Империи, куда они могут засунуть наши деньги.

– Но, сир, политические последствия…

– К черту… Нет, постой. Им нужна чисто символическая плата? Очень хорошо, пошлем сокола. Одного сокола.

– Да, сир.

– Не живого, конечно. Статуэтку.

– Статуэтку? Да, сир.

– Свинцовую.

– Свинцовую?

– Да, и покрытую тонким слоем черной эмали.

– Как пожелаете, сир.

Король скомкал документ, крутанулся в кресле и бросил бумажный шарик в корзину для мусора, попав точно в центр.

– Опля!

– Очень метко, сир.

– Благодарю. Что дальше?

– Ходатайство о займе, сир. Требуется ваша подпись.

Кармин насторожился.

– Опять латаем прорехи?

– Увы, сир.

– У нас и в этом квартале дефицит? Не может быть.

– Финансовый отчет перед вами, сир.

– Что? А, посмотрим…

Король углубился в изучение финансового отчета.

– Мы слишком много тратим!

– Да, сир, но что делать? Цены все время растут.

– Интересно, хоть когда-нибудь они снижаются? – горестно вопросил король, впрочем чисто риторически. – Думаю, у меня нет выбора, иначе нам не из чего будет выплачивать жалованье.

– К несчастью, сир, так или иначе, придется снова обратиться к ростовщикам.

– Проклятье, ну зачем нам вообще деньги? Ведь замок держится на магии.

– Магия тоже стоит денег, сир.

– Ты прав, – смирившись, король взял перо и начертал на ходатайстве свою подпись. – Просто надо жить поэкономнее.

– Да, сир.

– Долой роскошь! Всем придется потуже затянуть пояса!

– Да, сир.

– Как думаешь, может, стоит брать с гостей плату за проживание и питание?

– Большинство из них не имеют источников дохода, сир.

– Еще бы! Целыми днями слоняются тут без дела, только аппетит нагуливают.

– Но если они станут каждый день уходить из замка на службу, сир, это может…

– Да не собираюсь я брать с них за постой. Они ведь оказались здесь просто потому, что так сложились обстоятельства, к тому же теперь не могут найти дорогу назад.

– Вы самый гостеприимный хозяин на свете, ваше величество.

– Тогда будем брать плату с отъезжающих.

Тримейн набрал в грудь побольше воздуха и прочистил горло.

– Сир… – начал было он. Его величество поднял руку.

– Не спорь со мной, я и без тебя все знаю. Но, черт возьми, абсолютный я монарх или не абсолютный?

– Да, сир, вы абсолютный монарх.

– То-то же. Тогда почему я не могу… А это еще что?

Тримейн, услышав шум, повернулся и с изумлением воззрился на группу людей, входящих в офис без спросу.

– …а вот это королевские апартаменты, отсюда осуществляется управление замком. Проходите, леди и джентльмены…

Король отшвырнул перо.

– Какого черта?!

– Сейчас разберусь, сир, – встрепенулся Тримейн.

Гид собрался продолжить свои разглагольствования, но смолк при виде приближающегося Тримейна. А потом заметил короля.

– Ох, ваше величество! Я думал, ваша контора заканчивает работу в пять часов. Мы не хотели вам мешать.

– Весьма признателен за то, что посетили нас, уважаемые дамы и господа, – произнес Тримейн. – Его величество также приветствует вас. Однако мы заняты важными государственными делами, вынуждающими нас задержаться сверх положенного времени. Его величество предлагает вам еще раз осмотреть все напоследок и удалиться.

– Он интересный, правда? – спросила одна моложавая дама у другой.

– Безусловно, для своего возраста, – ответила та.

– Да-да… – хмыкнул про себя король.

Туристы гуськом удалились.

– С вашего разрешения, сир! – сказал гид, кланяясь и закрывая за собой дверь.

Король сердито взглянул на Тримейна.

– Сир, в прошедшем квартале вы сами санкционировали эти туры с целью получения дополнительных доходов, – немедленно отреагировал тот.

Его величество нахмурился:

– Хм-м… Не помню такого.

– Уверяю вас, сир. Я своими глазами видел подписанный вами указ.

– Но я…

– Да, да, никаких сомнений – вы сами санкционировали эти туры, сир.

Владыка королевства Опасного медленно поднялся.

– Мне нужен отпуск.

– Сир, вы только что вернулись из долгого путешествия.

– И отправляюсь обратно, немедленно. Сначала, правда, обеспечу себе замену.

– Да?

Король вышел на середину комнаты, остановился, сделал два шага вправо и один назад, как будто пытаясь определить некую оптимальную позицию. Затем, удовлетворенный, принялся делать руками пассы, «рисуя» в воздухе замысловатые фигуры. Повернулся три раза вокруг себя и произнес что-то на языке, не известном его личному секретарю.

Закончив третий поворот, он оказался прямо напротив письменного стола – правая нога отставлена, руки раскинуты в стороны ладонями вниз.

– Появись! – воскликнул он на этот раз на родном для него самого и Тримейна языке.

Стол озарила короткая огненная вспышка, потом окутал дым. Когда дым рассеялся, там, где совсем недавно работал король, сидел, улыбаясь, его двойник, готовый к труду на благо замка.

В первый момент Тримейн попятился от неожиданности, но тут же снова шагнул вперед, внимательно изучая королевского двойника.

– Ваше величество, уже в тысячный раз я восхищаюсь вашим мастерством.

– Неплохо сработано, а?

– Великолепно. Он разговаривает?

– Еще как! – ответил дубль.

– Ты тут позаботишься обо всем? – строго спросил король своего волшебного близнеца.

– Не волнуйся. Отправляйся, куда хотел!

– Ну спасибо!

Король стянул с себя официальное одеяние, под которым обнаружились пурпурный спортивный костюм и желто-красные кроссовки. Скомкав снятую одежду, он швырнул ее Тримейну. Следом полетела и корона.

– Поосторожнее, сир! – Секретарь выронил одежду, пытаясь подхватить корону из электрума.

Кармин подошел к стене, произнес еще одно заклинание, и там, где только что был лишь голый камень, открылся арочный проем, сквозь который видны были зеленая лужайка и высокие деревья.

– Ну, я отбываю. Все дела уладит мой двойник. Его подпись равноценна моей.

– Сир, вы уверены, что поступаете правильно?

– Тримейн, избавь меня от этого.

– Молчу, сир.

– Так-то лучше. Я отправляюсь на свою обычную дневную пробежку, которую не пропускаю вот уже тридцать один год, а потом – на холостяцкую вечеринку – хочу преподнести сюрприз. Увидимся позже.

Кармин, лорд Западных Владений и король королевства Опасного, прошел сквозь арку. Оглянувшись по сторонам, он побежал трусцой и вскоре растаял в солнечном свете.

Тримейн вздохнул и взял со стола пачку бумаг.

– А теперь, сир, я хотел бы поднять вопрос о прибавке жалованья служащим.

Королевский двойник сочувственно кивнул.

– Да, пора, пора поднять служащим жалованье.

– Учтите, сир, вы сами распорядились индексировать жалованье в соответствии со шкалой… Простите, сир. Что вы сказали?

Дверь распахнулась.

– Опять они… – пробормотал Тримейн.

– А это, дамы и господа, офис самого короля!

Внутрь просунулись головы.

– Король!

– Король здесь!

Его величество поднялся из-за дубового стола и с улыбкой зашагал к двери, широко раскинув руки.

– Приветствую вас! Входите, входите же, мои добрые леди и лорды!

– Ну, этот далеко пойдет… – пробормотал Тримейн себе под нос.

## Глава 2

Его звали Рейне из Коркиндора, и он грабил могильные склепы, потому что без этого в такие тяжкие времена было не выжить.

Вот и сейчас ему позарез нужна была могила.

Он спустился с отрогов Гарланиса в предгорье Мидреш, туда, где, водопадом низвергаясь с крутых склонов и образуя стремнины, с грохотом стремительно текла вниз в своем извилистом русле могучая река. В конце концов она достигала Гоанской долины, а затем и болотистой Веклинской равнины и разливалась здесь широко, а дальше медленно катила свои воды мимо плодородных полей Гана и заросших травой холмов Табора, но у подножия Хизской горной гряды снова ускоряла свой бег. Потом, уже в самом конце, она еще раз широко разливалась и мирно текла мимо огромного утеса, прозванного по непонятной причине Таинственным Ларри.

Но Рейне не направил коня вдоль реки. Спустившись с гор, он свернул в другую сторону и оказался в суровых землях, где черные скалы возвышались над еще более черной землей. Воздух здесь, казалось, можно ухватить рукой – такой он был тяжелый, перенасыщенный зловонием. Над головой плыли темные облака. Из каждой трещины и расселины сочились едкие запахи. Не слишком приятное местечко.

Решив передохнуть, грабитель могил спрыгнул с лошади и огляделся. Солнце просвечивало сквозь плотные облака уже у самого горизонта. Куда ни кинь взгляд – всюду одни руины. Это был древний Зин. Зинаиты строили много, и повсюду сохранились следы их напряженного труда, хотя здания в большинстве своем совершенно пришли в негодность, а многие даже развалились на части. В воздухе висел запах смерти и разложения, все затянула пелена беды и отчаяния.

– Боги… – пробормотал Рейне. – До чего же унылый вид.

Когда-то на месте этих развалин красовались храмы, дворцы и жилые дома с внутренними двориками и скверами. Теперь все было завалено грудами камней – остатками стен и колонн; лишь кое-где виднелись уцелевшие фрагменты фасадов. Несколько зданий, однако, время пощадило. Одно когда-то представляло собой крытый рынок. Надпись на стене гласила:


«У НАС НЕ ТОРГУЮТСЯ».


Взгляд Рейнса задержался на ступенчатой пирамиде на краю равнины. Может быть, могила… А вдруг не разграбленная? Вряд ли. Однако почти всегда что-нибудь да остается: интересные черепки или уцелевшая урна; иногда даже безделушки и сувениры, за которые в Коркиндоре можно получить хорошую цену; торговые марки, консервный нож… да мало ли что.

Пора готовиться к ночевке. Вон на том холме, откуда сверху все хорошо видно, наверно найдется подходящее местечко.

Рейне взобрался на коня и потихоньку двинулся дальше.

Проехав узким ущельем между обрывистыми скалами, он оказался на склоне холма и с удивлением обнаружил небольшую деревеньку. А он-то думал, что ничего живого тут быть не может.

Конь испуганно заржал. Рейне замер, всматриваясь в смутные силуэты строений, постепенно обретающие форму и материальность. Справа от себя он разглядел симпатичную таверну. Что касается остальной части деревни, то судить о степени ее привлекательности было трудно – поскольку она возникла из небытия прямо у него на глазах. По-видимому, сработало заклинание, наложенное много веков назад и предназначенное для того, чтобы заманить незваного гостя в ловушку.

Не на того напали. Он отчаянно нуждался в деньгах, и ничто не могло его остановить. Конь вздрагивал и испуганно всхрапывал, а Рейне обыскивал взглядом равнину внизу в надежде найти что-нибудь стоящее. Даже поколения грабителей могил не в состоянии смести все дочиста.

– Эй, красавчик! Есть минутка?

Рейне поднял взгляд. Оказывается, совсем рядом возвышался дом, а из окна верхнего этажа выглядывала женщина с грубоватым, но привлекательным лицом.

– Чего-чего, а времени у меня в обрез, женщина.

– Ни минуточки? – Она распахнула блузку, обнажив тяжелые груди с розовыми сосками.

– Я…

«До чего же соблазнительная!» Но рассудительность взяла верх, и Рейне отвернулся от женщины.

Та насмешливо фыркнула:

– Ну, как хочешь.

Он пришпорил коня, и тот рванул вперед.

– Бывают же мужчины, которые не берут, когда им дают.

Рейне проигнорировал этот и другие насмешливые выкрики, несшиеся ему вслед. Деревня уже полностью вырисовалась – беспорядочное нагромождение лавок и жилых домов.

– Должно быть, проголодались, сэр. Сейчас обслужим в лучшем виде.

Рейне обратил внимание, что с одной стороны к нему приближается толстяк в белом переднике, с другой – мрачный верзила довольно угрожающего вида.

– Я всего лишь проеду мимо, добрые люди. Если не возражаете.

– Конечно, конечно, почтенный сэр, – ответил хозяин таверны. – Вот только вы явно голодны. Я недавно поставил тушиться мясо. Пока пропустите несколько кружек доброго пива, мясо будет готово.

– Спасибо, нет.

Второй, с глазами пустыми, как у зомби, вцепился в поводья коня.

Рейне выхватил меч, ослепительно сверкнувший в лучах угасающего солнца, и высокий мужчина лишился правой руки. Он вскрикнул и отступил; из обрубка толчками выплескивалась кровь.

Человек – если это действительно был человек – стоял, широко распахнув глаза, и глядел, как ярко-алая кровь хлещет на песок.

– Эй! Ты… отрубил мне руку!

– Э… Ну, да, – кивнул Рейне.

– Глазам своим не верю… Глянь-ка, а? Мерзавец отрубил мне эту чертову руку, раз – и нету!

– Не слишком-то дружелюбен, – заметил хозяин таверны.

– Не верю, что ты и в самом деле отрубил мне руку!

– Это предостережение, – сказал Рейне и двинулся было дальше.

Раненый возмутился:

– Предостережение? О чем ты толкуешь? – Он поднял обрубок, из которого все еще хлестала кровь. – Вот это предостережение? Что же ты делаешь, когда всерьез обозлишься?

Рейнсу стало немного не по себе. Он вложил меч в ножны.

– Ну, прошу прощения. Когда ты подошел ко мне, я…

– Я же хотел лишь взять твоего коня под уздцы, отвести его в конюшню, напоить, накормить и почистить. Но не-е-ет. Это же мистер Недотрога! Мистер Чуть-Что-Руки-Долой! Мистер Герой!

– Послушай, – начал Рейне. – Я…

Из боковой улочки выехал вооруженный всадник. Взмыленный жеребец под ним заржал и встал на дыбы.

– Смертный! – Гулкий, отдающийся эхом голос доносился из-под забрала шлема. – Приготовься встретить свою судьбу!

Рейне снова выхватил меч.

– А вот этого не хочешь, привидение?

– Приятно слышать свист меча. – Всадник обнажил свое оружие.

Такого огромного, угрожающего меча Рейне в жизни не видел. Он с трудом проглотил ком в горле.

– Познакомься, его зовут Мститель, – продолжал призрак. – А какое имя носит твой?

Рейне подтянулся и высоко вскинул руку с мечом.

– Это Брюс.

– Как?

Рейне понурился.

– Ты же не глухой.

Ужасный призрак насмешливо расхохотался.

– Брюс?

– Да, я называю его Брюс. Имя у него такое, понятно?

Теперь развеселились уже все, в том числе и верзила со все еще кровоточащим обрубком.

– Брюс? – глумливо усмехаясь, переспросил призрак на коне. – Это имя, конечно, вселит страх в сердца твоих врагов!

– Я получил его из вторых рук, – проворчал Рейне. – Так назвал меч выковавший его мастер. Я сохранил это имя, потому что, произнося его, открываю путь всем заложенным в мече магическим силам. Да, так его зовут – Брюс. И хватит об этом.

– Это же нелепо!

– Как вам угодно, – с некоторой долей надменности ответил Рейне.

– Твоему кинжальчику больше подошло бы имя Мюррей. А конь? Не иначе как Мотылек-Лунатик. Или, может, Титтибум-Пукалка?

Хозяин таверны просто зашелся от хохота. Рухнув на землю, он начал кататься, снова и снова повторяя:

– Мотылек-Лунатик!

Рейне вскипел:

– Хватит! Веселись покуда, но посмотрим, как ты будешь смеяться, когда Брюс проткнет твой шлем и ты испробуешь вкус холодной стали.

– Ох, как изысканно – «вкус холодной стали»! – воскликнул безрукий и бросил в сторону хозяина таверны: – Говорят, настоящие профи просто выплевывают сталь и пробуют на вкус что-нибудь другое.

Внезапно призрачный конь рванулся вперед, меч всадника со свистом рассек воздух.

Рейне чуть отступил, дернул поводья вправо и пустил коня легким галопом. Отбил удар нападающего и поскакал было прочь, но пыль под ногами внезапно превратилась в болото, ноги коня увязли в нем, и животное жалобно заржало, пытаясь выбраться из трясины.

Призрачному нападающему, впрочем, болото ничуть не мешало. Он развернул коня, подняв его на дыбы, и поскакал вдогонку за беглецом.

Рейне отразил новую атаку, спешился и вывел коня из трясины, которая прямо на глазах снова превратилась в сухой щебень.

Он успел вскочить в седло, отразил еще один свирепый удар, сам бросился в атаку, и ему удалось снести нападающему голову. Она упала на землю и разбилась, словно стеклянная.

Призрачный городок вокруг начал таять, крыши постепенно сливались с серым небом, и вскоре от них не осталось ни следа. Склон снова был чист.

Однако некоторое время еще звучал слабеющий голос:

– О-о-о, бывают же грубияны…

Рейне с облегчением убрал меч в ножны и поскакал вниз по склону. Дорогу преградили огромные скалы, но конь преодолел их и вскоре путь стал ровным. До долины зинаитов теперь было рукой подать, однако тьме уже сгущалась, и Рейне решил остановиться на ночлег.


Ночь тянулась и тянулась. Вдалеке причитали голоса, бранясь и взывая к силам тьмы Долину внизу заволокло зеленоватым туманом. На фоне ночного неба скользили смутные, расплывчатые силуэты, то ли облака, то ли призраки, Рейне определить не мог.

Он подбросил в костер хворосту и придвинулся к огню. Отогревшись немного, развернул скатку с постелью и улегся. Перед сном, по обыкновению, перелистал старинное издание «Форума гробокопателей» – это всегда действовало усыпляюще.

До утра его никто не беспокоил.

Рейне стоял, задрав голову и пытаясь разглядеть вершину огромной погребальной пирамиды. Гигантское сооружение, примерно одинаковое в высоту и ширину; а в ширину – он посчитал – оно составляло семьдесят шагов. Пирамиду образовывал ряд наклонных плоскостей; каждая последующая, если смотреть снизу вверх, круче предыдущих. В западной стене был вырезан вход, похожий на глубокую рану, которой так и не суждено затянуться.

Ясное дело, ничего стоящего тут не найдешь – до Рейнса в пирамиде, уж конечно, побывали сотни, а может, и тысячи грабителей. Целые поколения. Все сколько-нибудь ценное давно унесено.

Он огляделся, но действительно ничего интересного вокруг не обнаружил. Разворошил груды костей – останки древних зинаитов или скваттеров, тоже умерших много лет назад. В истории Зина существовало множество белых пятен. Собственно, рассказывать ее было некому. Кости могли принадлежать кладбищенским ворам, ставшим жертвами заклятий и других защитных средств.

Рейне привязал коня, взял мешок с инструментами и личными вещами, закинул его на спину и зашагал к пирамиде.

## Глава 3

В тридцать пять Максимилиану Дамбровски стало совершенно ясно, что жизнь не удалась, но поделать с этим он ничего не мог – слишком устал.

По правде говоря, он уже испробовал:

1) психотерапию; 2) дзэн-буддизм; 3) всевозможные формы медитации; 4) добрый старый психоанализ; 5) экзистенциальную терапию; 7) тренировки по методике биологической обратной связи; 9) бег трусцой; 10) просто бег; 11) массаж; 12) лечение смехом; 13) вегетарианскую и другие диеты; 14) наркотики; 15) секс; 16) сознательное погружение в стрессовые ситуации.

Безрезультатно.

Макс перепробовал практически все, что можно, все изобретения, все приманки Нового Века. Улетал мысленно в заоблачные выси, боролся с собой с помощью страха, играл на собственных слабостях, пытался держать себя в руках, искал свое личное пространство, силился быть чувствительным, потом бесчувственным, сливался с космической силой Ом – и все это лишь для того, чтобы в конце увериться, что с ним… все в порядке.

Но его-то ощущения свидетельствовали об обратном. По правде говоря, он был сыт всем этим по горло, можно даже сказать, впал в отчаяние и начал всерьез подумывать о том, чтобы включиться в финансовую пирамиду.

Все было не так, как надо. Он жил без гроша, в жалкой трехкомнатной квартире, в том районе города, где обитали «вечные» студенты-хиппи. Карьера тоже не удалась. Чем он только не занимался! К тому же каждый раз, покидая очередное место службы, он долго не мог найти новое, и это создало ему репутацию бездельника. В данный момент работа у него была преотвратная, а его босс, Герб Фентон, – чистейшей воды мерзавец.

Что касается п. 15 (см. выше), то Пенни вот уже три недели не реагировала на его призывы, оставляемые на ее автоответчике. И это была еще самая меньшая из неприятностей.

А его нынешний психотерапевт – Макс снова вернулся к п. 1 – свернул свою личную практику, которую вел при университетской больнице в северной части штата.

Прощаясь, доктор вручил пациенту карточку с адресом и телефоном своего коллеги. Макс мельком глянул на нее, сунул в карман и вскоре потерял.

Он просто не в состоянии был начинать все это по новой. Попытался найти кого-нибудь через медицинскую справочную службу, получил несколько имен, но на большее у него сил не хватило.


На работе снова пришлось задержаться, чтобы срочно подготовить обновления для каталога компьютерной аппаратуры.

Вернувшись с обеда, Макс включил свет в своей тесной комнатушке без окон, громко именуемой офисом. Один угол помещения занимал картотечный шкаф, а почти все остальное пространство практически до самого потолка было забито картонными коробками с перфокартами.

Макс уселся за письменный стол, заваленный кипами бумаг и старых каталогов. Машинально нажал клавишу раздолбанной пишущей машинки, потом бросил взгляд на телефон. Под ним обнаружилась записка:


«МАКС, ПОЗВОНИ МНЕ. ГЕРБ».


– Непременно позвоню, Герб, – проворчал Макс. – Как только, так сразу.

Он разорвал записку, скомкал ее и швырнул в мусорную корзину.

Зазвенел телефон. О господи, только бы не босс!

– Алло, – уныло ответил Макс.

– Мистер Дамбровски? Максимилиан Дамбровски?

– Да.

– Наконец-то, – произнес высокий, но явно мужской голос. – Я вот уже несколько недель пытаюсь связаться с вами.

– Простите, я редко бываю на месте. А кто вы?

– Доктор Джереми Хохстадер. Вы ведь обращались в медицинскую справочную службу по поводу психотерапевта? И оставили свой рабочий номер, по нему я выяснил адрес. По случайному совпадению мы с вами работаем в одном и том же здании.

Максу потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить, что к чему.

– А, понятно. Теперь вспомнил. Э… послушайте…

– Вы все еще нуждаетесь в помощи? Я, знаете ли, этим и занимаюсь, хотя, возможно, мои методы покажутся вам несколько… необычными…

– Послушайте, – перебил его Макс. – В общем, я вовсе не уверен, что хочу продолжать лечение. Если надумаю, то свяжусь с вами. Ваш номер есть в справочнике?

– Н-нет, по правде говоря. Позвольте мне кое-что вам рассказать, в качестве приманки, если угодно. Моя терапевтическая методика в высшей степени неортодоксальна и чертовски эффективна по сравнению со всем этим обычным шарлатанством. А расценки очень низкие. По чистой случайности сегодня вечером я оказался в своем офисе. Почему бы вам не спуститься поговорить со мной? Шестой этаж.

– Дайте подумать.

Неизвестно, что это за тип, но голос уж больно молодой. Почти детский.

Хохстадер попытался было еще что-то сказать, но Макс перебил его под предлогом того, что хочет записать телефонный номер, и повесил трубку. «Слишком уж зелен, – подумал он, – вроде тех парнишек, которые продают журналы, зарабатывая себе на колледж».

Макс углубился в работу над каталогом, составил парочку описаний, пошел в комнату дизайнеров, вывел изображения на компьютер, позволяющий редактировать графику, убедился, что все правильно, вернулся к себе и загрузил все в свою машину. После чего сладко зевнул, чувствуя, что его тянет в сон.

И зевал, и зевал – прямо никак остановиться не мог.

«Вот дьявол! – Макс потер челюсть, которая уже начала болеть. – Откуда эта хроническая усталость?»

Ему явно требовался какой-нибудь стимулятор.

Он встал и, волоча ноги, вышел из своей «берлоги». Пересек главный офис, очутился в темном коридоре и на мгновение остановился, бросив взгляд на кустарную надпись на двери:


«ФЕНТОН И КОМПАНИЯ

БРОШЮРЫ, КАТАЛОГИ, ПРЕЗЕНТАЦИИ, РЕКЛАМА».


Макс удрученно покачал головой – далеко, однако, он скатился со времен «Балмер, Левис и Теллер», большого агентства, в котором начинал свою карьеру после колледжа. Никак не путь наверх; скорее наоборот.

Мысль о «БЛТ» навеяла другое воспоминание: об Андреа. О навсегда утраченной Андреа… Когда-то оба они участвовали в номинации Клео, выставляли свои работы по бумажным носовым платкам. Как давно это было!

Спустившись на лифте на шестой этаж, Макс купил в автомате жестяную банку кока-колы, проглотил таблетку, запив ее колой, и побрел по мрачным коридорам старого здания.

Странно, в одном из офисов горел свет. Еще один дурак, позволяющий себя эксплуатировать. И тут Макс заметил табличку:


«ДЖЕРЕМИ ХОХСТАДЕР, Д. псих.»


Он остановился, разглядывая странное обозначение. Да, этот парень не в состоянии даже сделать сокращение как надо.

Значит, его новый психиатр. Ничего не скажешь, впечатляет. Ну, один черт.

Макс толкнул слегка приоткрытую дверь.

– Входите, входите, – услышал он юношеский голос, который прежде звучал в телефонной трубке.

Никакой ошибки.

Макс хотел войти, но остановился, заметив чуть ниже имени мелкие буквы под матовым стеклом. Там было написано:


«ПОРТАЛ БЕЗ ГРАНИЦ».


– Входите, мистер Дамбровски.

Макс огляделся. В дальнем углу офиса за столом сидел невысокий парнишка, на вид лет восемнадцати, не больше, в линялых джинсах и тенниске со шнуровкой. Волосы длинные и всклокоченные, общий вид неряшливый, что вполне соответствовало слегка агрессивному или, может быть, даже диковатому выражению лица. Парень сгорбился у терминала персонального компьютера, не сводя взгляда с дисплея и быстро стуча по клавишам длинными пальцами.

– Вы, наверно, задаетесь вопросом, что это такое – «портал без границ»? – спросил он.

– Как вы узнали, что это я?

Хохстадер перестал стучать по клавишам, поднял взгляд на Макса и лукаво улыбнулся.

– Просто сказал наугад. Подумал – а вдруг это вы? Входите же. Я готов помочь вам.

Макс нерешительно шагнул внутрь и опустился в кресло, на которое указал парнишка.

– Вы Хохстадер? Доктор Хохстадер?

– Он самый. На самом деле это, скорее, почетное звание. – Хохстадер поднял руку, предупреждая следующее замечание Макса. – Вы хотите сказать, что я слишком молодо выгляжу. – Макс пожал плечами и кивнул. Не отрицать же очевидное. – У меня одно из этих, знаете, безвозрастных лиц. Я намного старше, чем кажусь.

Макс посмотрел на него повнимательнее.

– Ну, вам никак не больше двадцати пяти. В какой области вам присвоена степень?

– Вычислительная техника. Удивлены, да?

Макс засмеялся.

– И вы имеете лицензию психотерапевта?

– Нет, я не занимаюсь психотерапией. У меня нет пациентов, у меня есть клиенты. И я добиваюсь хороших результатов.

– Клиенты? – Макс глотнул колы и оглядел офис. Порядком тут и не пахло; весь пол был завален коробками и грудами компьютерных распечаток. Оставшееся свободным пространство наводило на мысль о необходимости ремонта; впрочем, так выглядело внутри все здание. – Ладно. Значит, вы не врач. И что это за радикально новая методика, о которой вы говорили? Должен вас предупредить, что я, по-моему, перепробовал уже все.

Хохстадер снова застучал по клавишам.

– Думаю, мне удастся вас удивить, Макс. Не возражаете, если я вас так буду называть?

– Да бога ради. Что это, биоэнергетическая обратная связь?

– Не-а.

– Какой-то новый тренинг?

– Нет.

– Необыкновенная диета?

– Отнюдь.

– Наркотики.

– Ну что вы! Макс, вам в жизни не догадаться. Это нужно видеть.

– Так покажите. И все же почему нельзя предварительно объяснить, в чем дело?

– Ну, в мою методику входят путешествия между альтернативными мирами. – Макс чуть не захлебнулся колой. – Параллельные вселенные, альтернативные временные ответвления, – продолжал Хохстадер. – Называйте их как хотите. Мы обычно употребляем термин «порталы».

– А, ну да. – Макс осторожно помассировал шею.

– Ох, вы, без сомнения, не верите мне. Но дайте пару секунд, и я вам кое-что продемонстрирую. Бесплатно.

Макс пристально вглядывался в его лицо. Этот нахал еще и специалист по розыгрышам. Вот уж действительно «Д. псих» …

На дисплее плясали какие-то символы. Хохстадер нажал клавишу и поглядел на результат.

– Порядок. – Он удовлетворенно хлопнул по крышке стола, встал и прошел мимо Макса. – Пойдемте, я вам покажу.

Тот беспомощно пожал плечами и вслед за Хохстадером вошел в темное соседнее помещение. Нахалюга целеустремленно потопал прямо к дальней стене, где виднелась занавешенная арка. Из-за нее пробивался свет.

Хохстадер отдернул занавес.

– Пройдите туда.

Макс послушался и остановился, сбитый с толку.

Он оказался в огромном готическом помещении из темно-серого камня, со сводчатым потолком. У него глаза разбежались – так много здесь было всяких странных вещей и хитроумных приспособлений, как будто позаимствованных из научно-фантастического фильма. Искрящие проволочные спирали, колеса и бесчисленные переключатели – ни дать ни взять лаборатория какого-то свихнувшегося ученого.

– Что, черт возьми… Где мы? В соседнем здании?

– Приветствую вас в замке Опасном. – «Доктор» прошел мимо него, озорно ухмыляясь.

## Глава 4

– Думаешь, слишком коротко? – Рыжеволосая, веснушчатая Мелани Макдэниелз отошла подальше от дубового стола, на котором стояла ее подруга Линда Барклай, примеряя подвенечное платье. – А на мой вкус, в самый раз.

– Нет, по-моему, нескромно.

– Чудесное платье, Линда.

– Ты думаешь, я могу в нем наклониться?

– Ну, ты же сама сказала, что хочешь выглядеть современно.

– Может, для свадьбы в замке больше подойдет что-то более традиционное? – Линда нагнулась и слегка приподняла край. – Шлейф, к примеру.

– Вряд ли тебе понравится все время думать о том, как бы не наступить на него.

– Да, конечно. Но чересчур современно я тоже не хочу выглядеть. Это ведь как-никак замок.

– Может, тогда выбрать что-нибудь средневековое?

– Тогда свадьба превратится в костюмированный бал. Нет, не годится, мы и без того ходим тут во всяких дурацких нарядах.

– Но в замке Опасном «дурацкие наряды» – вовсе не маскарадные костюмы. Это одежда, которую люди носят каждый день. И вообще, никакие они не дурацкие. – Мелани бросила взгляд на собственный костюм менестреля.

– Прости, беру свои слова обратно. И все же… Думаю, платье слишком коротко.

– Зависит от того, какого эффекта ты хочешь добиться. Бионда, а ты что скажешь?

Бионда, швея замка, слушала разговор без особого интереса. В конце концов, Линда, могущественная волшебница, наколдовала себе платье сама. Бионда присутствовала здесь лишь на тот случай, если возникнет необходимость в профессиональном совете и желание выслушать его.

Она отступила, внимательно разглядывая наряд. Линда и Мелани терпеливо ждали.

Бионда откашлялась.

– По-моему, действительно коротковато, миледи.

У Линды вытянулось лицо.

– Видишь? Я была права.

– Думаю, шлейф подойдет, – продолжала Бионда. – Он придает невесте достоинство и добавляет церемонии шику.

– Да, придется, наверно, сделать шлейф.

– Но, миледи, ваша свадьба совсем скоро! Не сочтите дерзостью, но нужно решать этот важный вопрос как можно быстрее.

– Да никаких проблем. – Линда щелкнула пальцами.

Платье мгновенно утратило свой простой силуэт; теперь это было разукрашенное кружевами и блестками пышное парчовое одеяние с турнюром и длинным шлейфом, свисающим со стола до самого пола.

– Ну вот, теперь перекос в другую сторону, – заметила Мелани.

Бионда выглядела слегка ошарашенной.

– Я и забыла, миледи, что для вас это пустяки.

– Это и в самом деле легко. – Линда подняла вуаль. – Вот только платье надолго не сохранится, поэтому мне придется сотворить его перед самой свадьбой.

– Понимаю.

– Окончательно подгоню его завтра поздно вечером, денек продержится. Просто нужно хорошенько запомнить все детали. – Линда оглядела себя. – И не переборщить со шлейфом.

– Платье прекрасное, если ты решила остановиться на традиционном варианте, – сказала Мелани.

– Ох черт, я и сама не знаю, – в отчаянии воскликнула Линда. – Никак не могу ни на что решиться. Может, лучше вернуться домой и подобрать платье в «Свадебном мире»?

– Линда, на это у тебя нет времени.

– Верно, я и забыла.

Мелани искоса взглянула на Бионду.

– Линда, тебя что-то…

– …беспокоит? Да, с тех самых пор, как Джин сделал мне предложение. Я все время спрашиваю себя, правильно ли мы поступаем.

– Пока еще не поздно отказаться.

– Что? После того как мы разослали все эти приглашения? Королевской семье, в частности. У них, знаешь ли, все заранее расписано. Нет, слишком поздно.

– Ну, и все равно – лучше отменить свадьбу сейчас, до того, как совершишь ошибку, о которой, может, всю жизнь будешь жалеть…

– Нет, погоди. Я не считаю это ошибкой. Если бы я так думала, то давно уже все отменила бы. Просто я думаю о… Джине.

– Э… Бионда, спасибо, можешь идти.

Швея сделала реверанс и вышла.

– Прости, что перебила тебя, – сказала Мелани.

– Уверена, ты догадываешься, в чем дело.

– Тебе кажется, что Джин не относится к числу «домашних» мужчин, для которых брак – дело естественное?

– Иногда я спрашиваю себя, есть ли вообще такие мужчины, – призналась Линда. – А Джин… Он – свободная душа, дикий жеребец. Не знаю, хочется ли мне вообще укрощать его.

– А что, брак – это непременно укрощение?

– Может, и нет. Может, зря я вообще об этом думаю. Тем не менее…

Линда снова щелкнула пальцами, и платье преобразилось еще раз, теперь в наряд, состоящий из облегающего черного трико, черных кожаных шорт, высоких сапог и зеленой блузки с пышными рукавами.

Линда спрыгнула со стола.

– А где сейчас Джин? – осторожно спросила Мелани.

– На холостяцкой вечеринке.

– А, понятно. Лорд Кармин тоже там?

– Наверно. Точно не знаю. Джин сам рассылал приглашения.

– Надеюсь, они там не слишком увлекутся. Я имею в виду – танцовщицами.

– Я сама сотворила этих девушек. Можешь не сомневаться, никаких безобразий не будет.

– Ты сотворила девушек для холостяцкой вечеринки своего жениха? Вот это доверие!

– Мои девушки так устроены, что я ничем не рискую.

– Ну-ну…

– Они – просто украшение, радуют взгляд и только.

– Хм-м-м… Интересно. Не спрашиваю о деталях.

– Есть не хочешь?

– Да, пошли перекусим.

Путь от замковой пошивочной до королевской столовой был долгим, но нескучным, поскольку пролегал мимо некоторых очень симпатичных порталов. Они выглядели как двери в другие миры – чем фактически и являлись.

– Помнишь, что ты недавно говорила о мужчинах? – спросила Мелани. – Знаешь, это правда. По сути своей все они дикие. Все.

– Нет-нет, не все.

– Надо благодарить Бога за то, что хотя бы некоторых можно приручить.

– Постой-ка! Что значит – «приручить»? Разве не ты говорила, что брак – вовсе не обязательно укрощение?

– Ну, я просто так выразилась.

– Послушай, Мелани, у меня нет настроения снова ругать мужчин. По правде говоря, я устала от этого.

– Никто их не ругает, но что есть, то есть. Они запрограммированы природой как можно шире разбрасывать свои гены.

– Против генов Джина я как раз ничего не имею, – решительно заявила Линда.

Мелани многозначительно промолчала.

– Хотелось бы только, чтобы он их больше никуда не разбрасывал. Хотя, конечно, понятно, что прежде он не был монахом.

– И он ведь уже был женат, – добавила Мелани, – на Вайе, я имею в виду. А может, и сейчас женат на ней?

– Ее мира больше не существует, – ответила Линда. – Во всяком случае вероятность этого очень мала. Джин и Вайя поженились по законам ее племени. Иначе говоря, Джина заставили, потому что она его выбрала. В замке такой союз не имеет законной силы, да и на Земле тоже, если уж на то пошло. По крайней мере, так объяснил Джин.

– А что, если она вздумает предъявить на него свои права? Скажем, заявит, что у нее ребенок от Джина?

Линда нахмурилась.

– Да, это меня беспокоит, конечно, но, я думаю, зачем Вайе возвращаться в замок? Здесь ей не нравилось, а вот Южную Калифорнию она полюбила, бог весть почему. Главное, что, как говорит Джин, с Вайей все кончено. Он не хочет, чтобы она возвращалась.

Они довольно долго молча шагали по каменному коридору, прежде чем Линда снова заговорила:

– Ладно, готова признать, в твоих словах что-то есть. Но знаешь… Я сказала, что меня мучают сомнения, однако не из-за того, что Джин может завести роман в каком-нибудь очередном безумном мире. У меня какое-то предчувствие, что после свадьбы он снова может впасть в уныние. Ну, тебе известно, как это с ним иногда бывает. Станет хандрить, скучать и смотреть на меня с таким видом, словно хочет сказать: «И с чего это мы вздумали пожениться?»

– И в том, что у него плохое настроение, будет обвинять тебя.

– Вот именно. А на самом деле он просто из тех мужчин, которые сами не знают, чего хотят.

Они вошли в обеденный зал и направились к длинному столу, чтобы присоединиться к обедающим. Тут любой мог найти что-нибудь на свой вкус: от изобилия блюд просто глаза разбегались.

– Привет-привет! – радостно воскликнул лорд Питер Такстон.

– Привет! – Линда положила на тарелку немного тушеной баранины и уселась за стол. – А я думала, вы с мистером Далтоном тоже на вечеринке у Джина.

– Да мы сейчас идем, – откликнулся Клив Далтон и яростно взглянул на лорда Питера. – Просто он потребовал, чтобы мы сначала пообедали.

– Никто не обещал, что на вечеринке будут хорошо кормить, – с негодованием парировал лорд Питер.

– Там целые горы еды, – успокоила его Линда. – Я сама этим занималась, если уж на то пошло.

– Но вечеринка в час, так? – Лорд Питер достал из кармана часы. – А сейчас еще только половина двенадцатого. – Далтон засмеялся. – Кроме того, я привык есть на обед одно и то же.

– Копченую рыбу, йоркширский пудинг, пирог с мясом и почками, чай.

– С лимоном.

– С лимоном. Одно и то же каждый день, снова и снова.

– А что в этом плохого? – усмехнулся лорд Питер.

– Ничего, ровным счетом ничего. Просто именно так возникают привычки, только и всего.

– А чем плохо иметь привычки?

– Да ничем, бог мой, я же сказал. Дина Вильяме прервала их разговор, спросив у Линды:

– Ты уже закончила приготовления к свадьбе?

– Более или менее.

– Нервничаешь?

– Есть немного. Дина, ты когда-нибудь была замужем?

– Да, черт меня побери. Целых три раза.

Линда помолчала, как бы в некотором замешательстве, однако потом все же решилась.

– Просто не верится. Ты для этого… слишком молодо выглядишь.

– Расцениваю это как комплимент.

– Прости, я имела в виду… Неважно. Ты и сейчас замужем?

– Все трое были никчемными людишками. Три брака, три развода. Ну, формально последний еще не расторгнут. У меня нет денег на адвоката, а мой бывший муж вряд ли сам подаст на развод. Итак, можно считать, что я все еще замужем за Неудачником Номер Три.

– А-а…

– Жизнь – сука, разве нет?

– Скорее жалкий щенок, – заявил тучный Барнаби Уэлш.

– Заткнись, Уэлш.

– Слушаюсь, мэм.

– Как бы то ни было, Линда, тебе повезло. Еще бы – стать женой самого Казановы.

Линда нахмурилась:

– Дина, пожалуйста!

– Извини. Джин – отличный парень, он мне нравится, не пойми меня превратно.

– Я знаю, что он тебе нравится.

– В самом деле, прости меня.

– Забудь.

Дина зябко повела плечами.

– Вечно я что-нибудь брякну.

– Сказала же – забудь. – Линда погоняла по тарелке куски мяса, положила вилку и отодвинула тарелку. – Что-то не хочется есть. Пойду пройдусь, пожалуй.

– С тобой все в порядке? – спросила Мелани.

– Конечно.

– Линда, все мы надеемся, что ты будешь очень счастлива, – искренне произнесла Мелани.

– Спасибо. Увидимся позже.

Линда вышла, и в столовой воцарилось неловкое молчание. Его прервал лорд Питер.

– Ну вот, после привычного обеда я чувствую себя гораздо лучше. – Он вытер губы салфеткой.

– Лорд Питер, вы человек принципа, – заметил Далтон.

– Благодарю вас, сэр.

– А вообще-то просто задница.

– От такого слышу, сэр. Теперь, по-моему, можно отправляться и на пикник к Джину. Как ты отнесешься к тому, чтобы составить компанию заднице?

– Как одна из задниц сочту за честь, сэр.

– Просим извинить нас, господа. – Лорд Питер слегка поклонился.

– Да, пожалуйста, – усмехнулась Дина. Далтон и Такстон зашагали к двери.

– Все-таки меня совесть мучает… ну, из-за того, что я ляпнула Линде, – посетовала Дина. – Тупица.

– Не волнуйся, это ее не тронуло, – не слишком уверенно ответила Мелани.

## Глава 5

Внутри склепа было темно, очень сухо и даже душно от разлитого в воздухе гнилостного запаха, такого сильного, что у Рейнса засвербело в носу. Пыль веков толстым слоем покрывала каменный пол. Высохшие останки и рассыпавшиеся в прах, отбеленные временем кости – вот что ждало грабителя внутри. И может быть, золото и серебро. А может, и нет.

Рейне достал фонарь, зажег его с помощью кресала и двинулся дальше. Проход вел влево, потом вправо. Поначалу он был очень узок, походя скорее на щель, потом вышел в главную штольню, круто уходящие вверх стены ее когда-то были выложены плотно пригнанными друг к другу каменными плитами, но уже давным-давно рассыпавшимися на отдельные фрагменты. Преодолев все завалы, Рейне оказался в большом помещении с остроконечной крышей и не обнаружил там ничего, кроме опрокинутых статуй, разбитых пустых саркофагов и валяющихся повсюду обломков.

Сердце у него упало. Он вернулся в штольню, проверил боковые ответвления, глубоко вздохнул и вошел в самый широкий из коридоров.

Короткий проход привел его еще в одно большое помещение.

В дальнем конце виднелась бронзовая дверь, с виду целая и невредимая. Рейне бросился к ней и, к своему изумлению, обнаружил, что она заперта с другой стороны. А между тем никаких трещин или дыр в стене не было, так что проникнуть по ту сторону двери можно было лишь из того помещения, где он сейчас находился. Как такое возможно?

Он поднял фонарь повыше и огляделся. С потолка, словно седые пряди, свисали обрывки паутины. В углу справа на возвышении покоился саркофаг из простого грубого камня. Бегло осмотрев его, Рейне обратил внимание на тянувшуюся по стенам склепа надпись. Немало времени потребовалось, чтобы прочесть казавшиеся бесконечными древние письмена. В вольном переводе, который удалось сделать Рейнсу, текст гласил:


«* УЗНАЙ ИЗ МОИХ СЛОВ ЧТО ЛЮБОЙ ОСМЕЛИВШИЙСЯ НАРУШИТЬ ПОКОЙ ЭТОЙ ОБИТЕЛИ СМЕРТИ НЕ УМРЕТ НО ДО КОНЦА СВОИХ ДНЕЙ БУДЕТ ТЕРПЕТЬ УЖАСНЫЕ НЕСЧАСТЬЯ * БЕДСТВИЯ БУДУТ ПОДСТЕРЕГАТЬ ЕГО ЗА КАЖДЫМ УГЛОМ И ЛЮДИ СТАНУТ СТОРОНИТЬСЯ ЕГО КАК НОСИТЕЛЯ БЕДЫ * НАВЕКИ НЕ БУДЕТ ЕМУ НИ ОТСРОЧКИ НИ ПЕРЕДЫШКИ * МОЖЕТ БЫТЬ ТЕБЕ КАЖЕТСЯ ЧТО ЭТО НЕ ВСЕРЬЕЗ НО УВЕРЯЮ ТАК ОНО И БУДЕТ * ТЫ НАВЕРНЯКА ВИДЕЛ МНОЖЕСТВО ПОДОБНЫХ ПРЕДОСТЕРЕЖЕНИЙ И ПРОКЛЯТИЙ И ОТ ДУШИ СМЕЯЛСЯ НАД НИМИ НО ТЕБЕ БУДЕТ НЕ ДО СМЕХА КОГДА ЭТО НЕОБЫКНОВЕННОЕ ПРОКЛЯТИЕ ВСЕЙ СВОЕЙ МОЩЬЮ ОБРУШИТСЯ НА ТВОЮ ГОЛОВУ * Я ПОЧТИ ВИЖУ КАК ТЫ СТОИШЬ ЧИТАЯ ЭТИ СТРОКИ И УХМЫЛЯЯСЬ * ПОВЕСЕЛИСЬ В ПОСЛЕДНИЙ РАЗ * НЕ ПРИГЛАШАЮ ТЕБЯ БЫТЬ МОИМ ГОСТЕМ НО ИДИ»


«Вздор какой-то», – решил Рейне. Обежав все четыре стены, надпись уходила в узкий проход. Подняв повыше фонарь, Рейне читал дальше:


«ВПЕРЕД * НЕ В МОЕМ ДУХЕ ПОРТИТЬ ДОБРУЮ ШУТКУ НО СМЕЯТЬСЯ ПОСЛЕДНИМ БУДУ Я И ПОВЕРЬ ПОСМЕЮСЬ НАД ТВОИМИ НЕСЧАСТЬЯМИ ОТ ВСЕЙ ДУШИ * БЕЗ СОМНЕНИЯ ТЫ СЧИТАЕШЬ МЕНЯ ЖЕСТОКИМ НО НЕ ЗАБЫВАЙ ВЕДЬ ЭТО ТЫ СОБРАЛСЯ ОГРАБИТЬ МОЮ МОГИЛУ»


Чушь и больше ничего. Продолжая читать и щурясь, чтобы лучше видеть выцветшие буквы, Рейн медленно шел по проходу.


«ДАЖЕ НЕ ПОМЫШЛЯЯ УВАЖИТЬ МОЮ ПРОСЬБУ ТАК ПОЧЕМУ МЕНЯ ДОЛЖНА ВОЛНОВАТЬ ТВОЯ СУДЬБА * Я ЗНАЮ О ЧЕМ ТЫ ДУМАЕШЬ * БОГАТЫЙ И К ТОМУ ЖЕ МЕРТВЫЙ КОРОЛЬ МОГ БЫ И НЕ ПОСКУПИТЬСЯ НА НЕСКОЛЬКО БЕЗДЕЛУШЕК * В КОНЦЕ КОНЦОВ МНЕ-ТО ОТ НИХ УЖЕ НИКАКОЙ ПОЛЬЗЫ * ЭТО ПРОСТО ВОПРОС ПРИНЦИПА * ТЫ НАВЕРНЯКА ДУМАЕШЬ ЧТО КОРОЛЕМ БЫТЬ ЛЕГКО СИДИ СЕБЕ НА ТРОНЕ И ИЗДАВАЙ УКАЗЫ ДИРЕКТИВЫ И ВСЕ ТАКОЕ ПРОЧЕЕ * ТЫ ДРУГ МОЙ ВПАДАЕШЬ В ОБЫЧНОЕ ЗАБЛУЖДЕНИЕ * НЕТ БЫТЬ КОРОЛЕМ И ТЯЖЕЛО И ОПАСНО * ДВОРЦОВЫЕ ИНТРИГИ * ЗАГОВОРЫ * ПОКУШЕНИЯ * НЕ ПРАВДА ЛИ ЭТО ПРИДАЕТ ВСЕМУ НЕСКОЛЬКО ДРУГУЮ ОКРАСКУ * А ВЕДЬ Я НЕ РАССКАЗАЛ ТЕБЕ И ПОЛОВИНЫ * КАК ТЕБЕ ПОНРАВИЛОСЬ БЫ»


«Боги, когда-нибудь это закончится?» – подумал Рейне в отчаянии.


«ЦЕЛЫМИ ДНЯМИ СИДЕТЬ НА ТРОНЕ ПЕРЕД КОТОРЫМ ПРОХОДИТ БЕСКОНЕЧНАЯ ПРОЦЕССИЯ ИНОСТРАННЫХ САНОВНИКОВ ПРОВИНЦИАЛЬНЫХ ПРАВИТЕЛЕЙ ПРИДВОРНЫХ ВАССАЛОВ ЧИНОВНИКОВ ПРОСИТЕЛЕЙ ПОСЛАННИКОВ И АДВОКАТОВ ВСЕ РАБОЛЕПНО МОЛЯТ И ПРОСЯТ И ЖАЖДУТ ТВОЕЙ МИЛОСТИ И ВЫПОЛНЕНИЯ ИХ ПРОСЬБ И ВЫНЕСЕНИЯ БЛАГОПРИЯТНОГО РЕШЕНИЯ * И ТАК ДЕНЬ ЗА ДНЕМ БЕСКОНЕЧНАЯ ВЕРЕНИЦА ЖАЛОБНО ХНЫЧУЩИХ НИЩИХ ОБРАЩАЮЩИХСЯ К ТЕБЕ СО СВОИМИ ЛИЧНЫМИ ПРОБЛЕМАМИ СВОИМИ ЮРИДИЧЕСКИМИ КАЗУСАМИ СВОИМИ МЕЛКИМИ ЗАБОТАМИ * НЕ СОВСЕМ ТО ЧТО ТЫ СЕБЕ ПРЕДСТАВЛЯЛ * И ТЫ НАВЕРНЯКА СЧИТАЕШЬ ЧТО УДОВОЛЬСТВИЕ ИМЕТЬ НЕСКОЛЬКО ДЕСЯТКОВ ЖЕН И НАЛОЖНИЦ ВОЗМЕЩАЕТ ВСЕ ЭТИ МУЧЕНИЯ * ВЫКИНЬ ЭТУ МЫСЛЬ ИЗ ГОЛОВЫ МОЙ ПОДЛЫЙ ДРУГ * БОГИ В СВОЕМ БЕСКОНЕЧНОМ МИЛОСЕРДИИ ПРЕДНАЗНАЧИЛИ МУЖЧИНЕ ИМЕТЬ ОДНУ ЖЕНУ И ТЫ ДАЖЕ ПОНЯТИЯ НЕ ИМЕЕШЬ В КАКОМ НЕПРЕРЫВНОМ АДУ ЖИВЕТ ТОТ У КОГО ИХ БОЛЬШЕ * ПРОСТО ПРЕДСТАВЬ СЕБЕ ЧТО ТЫ НАХОДИШЬСЯ ПОД КАБЛУКОМ ОДНОЙ СТАРОЙ КАРГИ И УМНОЖЬ»


– Хватит! – Рейне с отвращением сплюнул и вернулся в комнату с саркофагом.

Вздохнул, поставил фонарь на пол. Ну, по крайней мере, смертью это проклятие не грозило. В любом случае оно его не остановит. Перспектива долбить известняк вовсе не радовала его, но времена нынче были трудные, а никакого другого способа поправить свои дела он не видел. Рейне достал кузнечный молот и вернулся к двери. Постучал по ней костяшками пальцев. Странно! Судя по гулкому звуку, это был не сплошной металл, как он предполагал вначале. Скорее всего, дерево, обшитое металлом. Ему даже не придется пробиваться сквозь стену; проще проломить дверь.

– Даже не думай!

Фраза сама собой прозвучала в сознании Рейнса, и лишь постепенно до него дошло, что это не его собственная мысль, а чей-то голос.

– Правильно. Это место под запретом. Уходи!

Рейне напрягся и медленно выдохнул:

– Твои угрозы только раззадоривают меня.

– Зря. Учти – войдешь во плоти, а выйдешь как дух.

– По-моему, из нас двоих дух ты.

– Блестящее умозаключение. А теперь уходи.

Рейне поплевал на руки и взялся за рукоятку молота. Однако что-то беспокоило его. А-а, да. Очень необычная дверь для усыпальницы. Древние зинаиты строили прочные гробницы, применяя самые разнообразные защитные средства, как физические, так и магические, наслаивая их друг на друга; с магическими ему до сих пор не приходилось сталкиваться – если не считать проклятий.

За спиной возник звук, как будто камнем скребли по камню. Рейне замер, занеся молот для удара, но тут же резко обернулся, уронил молот и выхватил меч.

Крышка саркофага упала и стукнулась о пол.

Саркофаг был пуст.

Рейне перевел дух и наклонился за молотом.

– Испугался, да?

– Глупые шутки! Кто ты такой, в конце концов?

– Я – августейший монарх, для которого была выстроена – и весьма искусно – эта гробница. Увы, ее уже много раз пытались вскрыть. Но учти – она чертовски хитроумно защищена.

Рейне криво улыбнулся.

– Не сомневаюсь, ты имел право так поступить.

– Как думаешь, эту дверь легко взломать?

– Что-то подсказывает мне, что нет.

– Она сломается, словно сухое дерево. Попробуй!

Рейне повернулся и воззрился на дверь, а потом снова перечитал надпись. В голосе прозвучала насмешка.

– Заставляет дважды подумать, не так ли?

– Что да, то да. Но одновременно наводит на мысль, что тебе есть что прятать.

Снова смешок.

– Не лишено логики! Стоит ли тратить такую мощь на всякие безделушки или мраморный бюст, изображающий давно забытого властелина – такого, скажем, как твой покорный хозяин?

– Кто тебя знает? А где, кстати, твои смертные останки?

– Давно развеялись в прах. С них содраны все драгоценности, а сами они затоптаны ногами грабителей могил. Даже череп разбит, и все остальные кости расколоты!.. Прошу прощения. Я слишком увлекся.

– Пожалуйста, продолжай.

– Частицы моего тела давным-давно растворились во вселенной. Но давай вернемся к делу. Почему бы тебе не взломать эту дверь?

Рейне с подозрением покосился на опустевший гроб.

– Складывается впечатление, будто тебе этого очень хочется.

– Ага, испугался! Проклятие отпугивает тебя, как и всех остальных. Боюсь, мне еще долго ждать того, у кого достанет мужества.

– Погоди, я еще не решил.

Голос помолчал, словно размышляя и оценивая способности Рейнса.

– И вряд ли примешь его.

– Откуда такой вывод?

– Сужу по твоему виду. Ты смуглый, длиннолицый и с длинным носом. Да еще слабый подбородок – это явный признак трусости.

Рейне улыбнулся.

– Тебе не удастся своими насмешками подхлестнуть меня. И все же я сломаю твою дверь. Дело в том, что у меня отчаянное положение, и спасти его может только ценная находка.

– Превосходно! В конце концов, у кого-то все же хватит мужества. Я восхищаюсь тобой, но одновременно глубоко сочувствую.

Рейне уже поднял молот, но тут замер.

– С чего бы это?

– Проклятие, человек, проклятие! Неужели до тебя не доходит, каковы будут его последствия?

– Доходит, почему же. Но я сказал – у меня такая ситуация, что хуже быть не может.

– Удача покинула тебя? Ты похож на обнищавшего богача. Что, земля не родит? Плохо, плохо. Но уверяю тебя, дальше будет только хуже. Ручаюсь.

– Дух, я слышу радость в твоем голосе.

– Всего лишь чисто научный интерес. Ты же понимаешь, мне нечем занять себя.

– Если это правда, что такое смерть?

– Наказание мне, так я полагаю.

– Но не уверен?

– Неуверенность – тоже часть наказания.

Рейне кивнул, поднял повыше молот и обрушил его на дверь.

Та мгновенно рухнула. Внутри клубилась тьма. Рейне поднял фонарь, но мрак был настолько густ, что, казалось, поглощал свет.

– Боишься?

– Конечно, черт тебя подери. Какие дьявольские «удовольствия» ты мне заготовил?

– Ничего дьявольского тут нет. Увы, я всего лишь потерянная душа.

– Потерянная и скорбящая. Призрак, сгинь! Надоел ты мне.

Рейне вошел внутрь. Под ногами что-то хрустело.

Тьма, казалось, рассеивалась. Он заметил смертный оскал раздвинутых в улыбке зубов. Еще один, а дальше… Груды, целые груды черепов и костей.

Грабитель повернулся, чтобы уйти, но было слишком поздно. Настоящая дверь – гигантская плита забранного в металл известняка – опустилась сверху, прежде чем он успел сделать хотя бы шаг. Рейнса поглотил кромешный мрак.

– Слышишь?

Он не слышал ничего, кроме бешеного стука собственного сердца.

– Это капает вода из бака. Тебя ждет смерть не от жажды. Ты будешь медленно умирать от голода. Время от времени тебе удастся поймать навозного жука, а иногда – если повезет – найти кость потолще и обглодать ее. Но в конечном счете ты умрешь от голода. Хочешь, расскажу, что при этом испытывали твои предшественники?

Рейне ногой отшвырнул в сторону кости, расчищая себе место, чтобы сесть.

– Разве я могу помешать тебе болтать? Валяй.

– Какая покладистая жертва! Хм-м-м… Не уверен, что мне это нравится. Как бы то ни было, сначала приходит невыносимое желание съесть хоть что-нибудь…

## Глава 6

– Это что-то вроде ночного клуба? – спросил Макс, расхаживая по лаборатории.

– Нет. – Джереми сидел перед терминалом огромного компьютера, занимающего центральную часть зала. – Это замок.

– И в самом деле похоже. Но как он оказался внутри нашего здания?

– Он вовсе не там, а совсем в другое мире.

Макс усмехнулся.

– Что-то вроде Сумеречной Зоны, да?

– Не думаю, хотя вообще-то не очень помню этот сериал. Нет, это замок Опасный. Ну, типа центр вселенной. Контролирует пространство и время в целой куче миров. Если быть точным, таких миров сто сорок четыре тысячи.

– Послушай, парень, – сказал Макс, подходя к Джереми, – не понимаю, какую игру ты затеял, но вообще-то мне пора возвращаться к работе.

– Черт, никто никогда не верит. Ладно, подождите минутку.

Джереми яростно заколотил по клавишам.

– Хорошо, но учти – мне и впрямь пора обратно.

Макс снова обвел взглядом странное помещение. Что это за штука в центре? Выглядит точно груда дисководов образца года этак 1950-го.

– Что это такое… вон там?

– Компьютер, – ответил Джереми.

– А-а, ну да.

– Главный компьютер замка. А я отвечаю за обработку данных. Это необычный компьютер. Он работает с помощью магии.

Макс прикончил свою колу и смял жестяную банку.

– Послушай, парень…

– Не называйте меня так! Мне уже двадцать три.

– Извини. Послушай, дружище, у меня срочная работа. Пора заняться делом. Не возражаешь, если я вернусь к себе?

Джереми закончил стучать по клавишам и удовлетворенно откинулся в кресле.

– Ладно, теперь можете возвращаться.

– Все было очень интересно, честно, – сказал Макс. – Удачи тебе, чем бы ты тут ни занимался.

– Спасибо. Но мне кажется, мы еще увидимся.

– А я думаю, лучше на этом остановиться.

– Посмотрим.

Джереми проводил взглядом клиента, скрывшегося за красной занавеской. Выдвинул ящик стола, порылся в нем, нашел упаковку «Твикс». Положил ноги в теннисных туфлях на стол, разорвал упаковку и принялся за еду.

Спустя какое-то время из-за занавески выбежал Макс, задыхающийся, с белым, как мел, лицом.

– Что-то вы быстро вернулись, – мягко произнес Джереми.

– Что… Что случилось с моим… офисом? – еле выговорил Макс. – Он… Он исчез!

– Ну, экономика сейчас в ужасном состоянии, знаете ли.

Прокашлявшись и отдышавшись, Макс завопил:

– Я обыскал все здание! Названия моей фирмы нет даже в справочнике! И в телефонной книге! Конторы Фентона вообще не существует! Но ты-то еще здесь. Твой офис, эта странная комната… – Макс оглянулся с диким видом и почесал в затылке. – Где, черт побери, все это находится?

– Я же объяснял вам, – ответил Джереми, дожевывая последний кусок. – В другом мире. Замок Опасный, понимаете? Послушайте, давайте вернемся в офис. Я хочу колы, а тут автомата нет. Мне нужно сходить за колой. Пошли.

Джереми скрылся за занавеской, Макс последовал за ним.

Оказавшись в офисе, он остановился, пораженный тем, что комната как-то изменилась. Стало немного чище, а компьютер виднелся на маленьком столике у противоположной стены. Разве он там стоял?

– Кто передвинул мебель? – удивленно спросил Макс.

– Подождите немного, – сказал Джереми, – я сейчас вернусь. – И он вышел в коридор.

Макс рухнул в расшатанное кресло.

– Сумеречная Зона, – пробормотал он. – Меня занесло в Сумеречную Зону. Все выглядит как настоящее, но на самом деле происходит лишь в моем сознании. Я сошел с ума. Рехнулся, как какая-нибудь тупая деревенщина.

Вернулся Джереми, потягивая колу.

– Ладно, давайте поговорим начистоту.

– Да! Что происходит, черт побери?

– Ну, прежде всего вы должны уяснить, что такое замок Опасный. – Джереми уселся у компьютера и закинул ногу на ногу. – Впервые я попал сюда несколько лет назад. У меня были кое-какие серьезные неприятности, и я, знаете ли, решил свести счеты с жизнью. Спрыгнул с крыши, но не разбился, как должен был бы, а угодил в пространственно-временную воронку или как там это называется. И оказался в замке.

– В замке, – тупо повторил Макс.

– Да, в этом самом замке, в другом мире, понимаете? Не в нашем мире, не на Земле. Земля – всего лишь одна из тысяч вселенных, куда можно добраться через замок Опасный. Это как терминал аэропорта.

– Терминал, – снова повторил Макс, пытаясь вникнуть в смысл услышанного.

– Ну да. Вы проходите через дверь или окно в замке и… раз! Оказываетесь… где угодно. На другой планете, или в каком-то идиотском мире, где сражаются на мечах, или где-нибудь еще. В замке, знаете ли, довольно интересно жить. В смысле, иногда там случается… всякое. Стены начинают трястись, или все коридоры заполняются свихнувшимися чужеземцами, которые пытаются захватить замок. Но лорд Кармин всегда прогоняет их, и все…

– Лорд кто?

– Кармин. Король. Хозяин замка Опасного, лорд, король королевства Опасного и все такое прочее. Меня всегда интересовало, как можно быть королем и лордом одновременно, но он говорит, что в мире, где находится замок, его традиционный титул – «лорд». Типа герцог, или граф, или еще что-то в этом роде. Получается, там он вассал. Но внутри самого замка тоже заключен целый мир или, точнее говоря, множество миров, и тут он король королевства Опасного. Я понятно объясняю?

Макс открыл было рот, но не произнес ни слова. Только покачал головой.

– Послушайте, – продолжал Джереми, – я понимаю, в это трудно поверить, но все так и есть. Вы видели лабораторию, видели, как странно она выглядит. Я могу показать вам окно, выходящее в мир замка. А из соседнего окна открывается вид на совсем другой мир.

Приложив неимоверные усилия, Макс выдавил:

– Хохстадер, послушай. Объясни, что случилось с моим миром?

– Я как раз к этому подхожу. Как уже было сказано, Земля – это просто один из миров замка. Вы прошли сюда через портал, такой, знаете ли, переход между двумя мирами, замка и нашим. Улавливаете?

– Вроде бы.

– Отлично. Теперь попытайтесь понять, что я сделал. Немного перенастроил портал, вот и все.

– Что?

– Перенастроил портал. С помощью главного компьютера замка. Сдвинул, если хотите. И что получилось? А вот что: теперь этот портал выводит нас в тот же мир, с которого все началось, но немного измененный.

– Измененный?

– Да, совсем чуть-чуть. К примеру, на этой другой Земле вашей конторы не существует, а все остальное осталось по-прежнему.

– А почему?

Джереми пожал плечами.

– Трудно сказать. В разных вариантах Земли история развивается немного по-разному. Это ваша собственная контора?

– Нет. Ее хозяин Герберт Фентон.

– Ну, может, в этом мире Герберт Фентон занимается чем-то другим или его вообще нет. Может, его тут никогда и не было или он умер много лет назад.

– Знаешь, когда ты заговорил об этом, я вспомнил… – Макс встал и подошел к засиженному мухами окну. – Вспомнил, как Герб рассказывал, что несколько лет назад угодил в автомобильную аварию и едва…

Макс умолк, глядя в ночь. Потом повернулся с совершенно ошарашенным видом. Джереми усмехнулся и поднял руки.

– Вот вам и ответ. Однако важнее другое – что случилось с вами в этом варианте развития земной истории.

Макс нахмурился:

– Со мной?

– Ну да, с вами. На этой другой Земле и ваша жизнь протекает чуть-чуть по-другому. Или, может, в значительной степени по-другому. Или… Ладно, не стану темнить. Я уже бывал в этом мире. Кое-что расследовал. Думаю, могу кое-что вам предложить.

– Правда?

– Да.

Хохстадер встал, прошагал к вешалке в углу и надел бело-голубую спортивную куртку.

– Как насчет небольшой ночной прогулки? – ухмыляясь, спросил он.

В это позднее время на улицах было мало машин, и такси неслось практически без задержек. Водитель попался молчаливый и, похоже, не прислушивался к странной беседе пассажиров на заднем сиденье.

– Объясни мне еще раз, – умоляюще попросил Макс. – Этот «портал»… совсем другой?

– Другой мир, если быть точным, – поправил его Хохстадер. Мелькающие за окнами огни то и дело освещали его мальчишеское лицо, с которого не сходила озорная усмешка. – Во многих отношениях он не слишком отличается от того, с которого мы начинали. Но что касается вашей ситуации… Здесь дело обстоит иначе.

Макс откинулся на сиденье, голова у него кружилась. Он вглядывался в тени за окном, и ему чудились в них ожившие ночные кошмары.

– Не понимаю…

– Это же так просто, – удивился Джереми. – У меня к вам вот какая просьба. Попробуйте сформулировать свою главную проблему в словах так двадцати пяти или даже меньше.

Мысли Макса вернулись к бесконечным часам психотерапии, копания в себе, тщетным поискам того, где коренились его проблемы.

– Это нетрудно. Я неудачник. Сколько ни рыпался – так и торчу в своей жалкой норе.

– Ну да, я так и думал, – кивнул Джереми. – Сочувствую. Моя жизнь складывалась точно так же и, наверно, пришла бы к тому же, если бы я не наткнулся на замок. Это замечательное место, но у него есть один недостаток.

– Какой?

– Это не Земля. Его нельзя воспринимать как свой дом. Поначалу мною завладела идея найти другую Землю, где дела идут лучше по сравнению с той, на которой я родился. Ну, я перенастроил земной портал, совсем немного. Вроде бы никакой разницы, так мне казалось, пока я не услышал выпуск новостей. Здесь другой президент – тот, который в нашем мире занимает должность вице-президента. Это произошло потому, что прежнего президента хватил инфаркт. И еще я понял вот что: в одних мирах люди живут лучше, в других хуже.

– Ну и что? – спросил Макс.

– А то, что было и еще одно важное наблюдение. Большинство людей – независимо от того, в каком мире живут, – не довольны своей жизнью. Как бы она ни складывалась, им всегда хочется чего-то другого, вечно кажется, что трава зеленее с другой стороны дороги.

– Забора.

– Забора, все одно. Как бы то ни было…

Макс обхватил парня за костлявые плечи.

– Послушай! Ко мне-то какое все это имеет отношение? Вот что я хочу понять!

Джереми возмущенно скинул его руки.

– Уймитесь! Я как раз подхожу к этому.

– Ну так давай!

– Послушайте меня! Есть какой-то очевидный способ сделать вашу жизнь лучше?

– Не знаю, – ответил Макс. – Тебе не кажется, что, знай я ответ на этот вопрос, я бы уже давно так и сделал?

– А я знаю ответ. Это – успех! Ничто не подхлестывает так, как успех. Неужели это не очевидно?

– Нет. Один из симптомов моей «болезни» – полное отсутствие успеха.

– Вот черт, как вам объяснить? – Хохстадер поерзал на сиденье. – Мое лечение… ну… радикально. Если клиент не удовлетворен своей жизнью, я даю ему новую. Забудьте всю эту чушь о наследственности, задержке в развитии и прочем. Начните жизнь сызнова, с чистого листа. Вы хронический неудачник, так я понимаю? И каждое новое поражение лишь усиливает ваше ощущение собственного ничтожества, которое, в свою очередь, заставляет проигрывать бой снова и снова. Так возникает, что называется, порочный круг.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru