Алан Дин Фостер
Квози

I

Что-то произошло.

Никто на «Последователе» не мог ему точно сказать, что же все-таки случилось, но он чувствовал это. «Что-то очень ненаучное», – отметил он про себя. Несмотря на усиленный тренинг. И что бы это ни было, оно не было подвластно никакой логике.

Он был не одинок в своих чувствах. Какая-то неопределенность ощущалась повсюду: и в циркулирующем воздухе, и в позах таких же как и он Квози. Он расспрашивал всех, кто мог что-то знать. И прямота ответов, которую при нормальных обстоятельствах сочли бы непростительно грубой, сейчас являлась лишним подтверждением всеобщего беспокойства. Все почему-то очень сердились на его вопросы, а он в свою очередь чувствовал себя виноватым, видя реакцию окружающих.

Но ничего нельзя было изменить: каждый на корабле испытывал огромное напряжение.

Он очень тщательно осмотрел свой наряд, прежде чем выйти из комнаты. Тонкие, почти флуоресцентные синтетические пластинки, которые образовывали кольца вокруг его бедер и верхних конечностей, переливались на свету. Он был облачен в облегающий, но не стягивающий тело цельнокроеный рабочий комбинезон неяркого бордового цвета в черную крапинку. Седьмым пальцем правой руки он поправил небольшой вырез на спине и пошевелил коротким пушистым хвостиком.

Взглянув на себя в зеркало, он заметил, что одна из четырех серег в правом ухе была расстегнута. Он застегнул ее, слегка провернул, и поднял ухо, чтобы убедиться в желаемом результате. Затем поправил цветную косынку на шее, два шарфа, повязанных на каждой верхней конечности, и в завершении, бледно-желтую ленту, перекинутую через плечо и повязанную вокруг талии. Если вы собираетесь обратиться с вопросами к высшим официальным лицам, то лучше всего одеться согласно общепризнанной моде.

Бриться еще раз было не нужно. Две широких, выстриженных отметины, видневшиеся из-за 0-образного выреза комбинезона, определяли его принадлежность к элитным разведчикам. А завитушки и причудливые узоры, выстриженные на его черном меху, носили декоративный характер. Пара белых полос, тянувшаяся от физиономии до хвоста, была натуральная и ему не нужно было лишний раз это подчеркивать.

«Надо обязательно заточить лезвие в бритве», – спохватился он. Иначе все труднее будет сохранить изысканно выбритые отметки на тыльной стороне рук. А возможности полностью заменить лезвие нет. Корабль не приспособлен для постоянной переработки вторичных ресурсов, хотя сохраняет при этом наибольшую эффективность при выполнении основных работ. Ведь существует масса первоочередных дел на корабле, для выполнения которых требуется использование приборов инженерного отдела.

А поскольку не исключалась возможность скорой встречи с неизвестной планетой, то для пополнения истощившихся ресурсов нужно было довольно много времени. Наверняка им придется приспосабливаться к абсолютно новому миру.

Кроме того, если верить слухам, существовали какие-то дополнительные проблемы. Так что было не до бритвенных лезвий.

Когда он вышел из комнаты и зашагал по коридору, то с удивлением отметил, что снова и снова продолжает восхищаться панно, которые покрывали стены и потолок. Это была почти безукоризненная имитация дерева Тавок. Он улыбнулся про себя. Сделать салон корабля полностью из дерева было давней мечтой художников и строителей. Идеальное сочетание эстетики и практичности. Однако, это было возможно в скульптуре, но никак не в точных науках.

Сам «Последователь» был из металла, керамики и пластика, но дизайнеры, заботясь о психологической атмосфере на корабле, украсили его настоящим деревом и лучшими репродукциями. Интерьер радовал глаз и вносил покой в душу каждого Квози, так как вполне удалось заменить необходимое для Квози созерцание живого леса.

Миновав жилые кварталы, он продолжал думать о том, как шли дела на других кораблях-собратьях «Последователя», ведь «Летящий-через-Пространство» покинул Квозинию за год до «Последователя». А «Парящий-под-Звездами» должен был выйти в космическое пространство год спустя. И ни у кого из них не было никакой возможности поддерживать связь ни друг с другом, ни с родным домом.

Какое изменяющееся понятие «дом». Теперь он лежал впереди них, а не позади.

По одному кораблю с переселенцами в год; каждый из них был запущен в различные системы для поиска уже населенных миров. Сложилась вполне определенная модель расселения. Однако никто не решался заговорить о том, что же будет с обитателями корабля, если все расчеты окажутся неверными и система, в которую их запустили, окажется мертвой, никем не населенной. Ведь корабли не имели достаточного технического оснащения для повторной попытки. И хотя все это знали, недостатка в желающих на вечно перенаселенной Квозинии не было. Каждый почитал за честь распространять интеллект Квози по всем Галактикам, а умереть при этом считалось самым большим счастьем.

В этот самый момент Смотрящий-на-Карты почувствовал в себе отсутствие силы духа Квози, для чего требовалось срочно посетить святое место и провести сеанс спокойных раздумий. Его недостаток заключался в том, что он считал жизнь намного лучше смерти, несмотря на то, что она могла принести ему славу. Наставники пытались успокоить его, объясняя, что как раз это и было основной причиной, по которой его взяли в разведчики.

«Вы выбрали очень трудную профессию, – втолковывали они ему. – Может случиться так, что у Вас вообще не будет практики. В результате, Вы будете страдать и морально, и физически».

Он завернул за угол, спрашивая себя, когда же могут начаться страдания.

Коридор извивался, напоминая туннель древних Квози. Продолжая идти, он все чище и чаще сталкивался с пассажирами корабля. Встречая Старейшин пятого поколениями обязательно в знак уважения прижимал уши и опускал глаза. Членов шестого поколения, как и он сам, он либо игнорировал, либо встречался с ними глазами, в зависимости от пола или положения в обществе. А молодежь седьмого поколения сама старательно избегала его, чтобы не наткнуться на строгий взгляд, или не получить бесконтактный шлепок.

Он вполне мог воспользоваться транспортом, но предпочел прогуляться пешком, наслаждаясь запахами и сменяющими друг друга пейзажами: Тавок уступал место Ребарлю, а тот, в свою очередь, плавно переходил в темно-бордовые и черные тона Самума. Их запахи острые и сильные проникали в его подсознание, и он понимал, что достичь этого можно было лишь благодаря надлежащему уходу за деревьями.

Пустоту заполнило искусство, оно радовало глаз своими яркими, хотя и поддельными, красками. Какие-то произведения были статичны, а какие-то – подвижны. Смотрящий-на-Карты относился ко всем видам искусства с одинаковым уважением. Большая часть произведений была знакома Смотрящему, но иногда появлялись новые фрагменты, созданные художниками нынешнего поколения. Перед признанными шедеврами он автоматически приседал. Многие были вывезены еще из Квозинии; о них заботились особо, как о священных подарках родины. И хотя их создатели были давно уже мертвы, работы все равно вдохновляли молодые поколения художников на новые картины, скульптуры и композиции.

Он завернул за угол, где послышался шепот и веселый смех. Их было двое; и внимательно рассматривая, он почти натолкнулся на них. Вторгшись в их пространство, он вежливо улыбнулся в ответ. Одна из них была кремового цвета в коричневую крапинку и с коричневыми полосками на мордашке и теле. Ее подруга была чисто бежевая с белыми полосками. Судя по шарфам и выстриженным отметкам они работали в продовольственном сервисе. Конечно, не элита и не из его класса, но очень хорошенькие. А какая самка Квози не была хорошенькой? К тому же они были готовы к капитуляции. Квози вообще отличались своей постоянной готовностью и желанием. Кроме того, в этом деле не предполагалось никакой ответственности за последствия. Ведь здесь, на корабле, не так уж много свободного времени за день, поэтому все оно было посвящено занятиям любовью. Очень открытый взгляд четырех глаз подтвердил его предположение о том, что он может овладеть любой из них. Ему лишь было интересно, насколько их соблазнила его поза, а насколько – его необычная профессия и социальный статус.

Автоматически он взглянул на хронометр, висевший на рабочем ремне. Уйма времени.

Когда со всем было покончено, все трое разошлись полностью удовлетворенные, он – вперед, а они – обратно на работу.

Как и всегда, новые встречи наполняли его свежей энергией. Отметив про себя имена и место работы самок, он был в полной решимости навестить их как-нибудь еще. Возможно, они смогут наслаждаться друг другом несколько дней подряд. Любовь вдвоем, затем и втроем освежила его, внесла разнообразие в монотонную, повседневную жизнь.

Смотрящего не угнетала мысль о возможности сотворить детеныша. За всю историю семи поколений «Последователя» было только два подобных инцидента. Первый представлял собой невинную ошибку при приеме ооцида-контрацептива с истекшим сроком годности. А второй случай беременности оказался, как определил его потом суд, преднамеренным, и за это оба родителя были изгнаны в межзвездное пространство.

Трудно поверить, но так оно и было.

Каждому вменялось в обязанность ознакомиться с материалами о случившимся в третьем поколении. Два Квози нарушили существовавший на корабле закон, ограничивающий возможность произведения потомства. Один случай на семь поколений – это неплохо, но тем не менее всегда следует быть осторожным. Но несмотря на всю предусмотрительность, каждый раз все же сомневаешься. Если ты вдруг окажешься отцом не получившего разрешения родиться эмбриона, то ты вскоре также окажешься один в космическом вакууме.

Это было единственным выходом. Во избежание хаотической рождаемости наказания должны быть очень суровыми. Квози были невероятно плодовиты. Если бы не ограничения, «Последователь» оказался бы чудовищно перенаселен всего через пару поколений. Вот почему такие корабли-поселения пользовались огромной популярностью среди Квози. Там, на их планете, до сих пор существовал запрет на воспроизведение потомства, несмотря на все химические препараты, изобретенные биологами.

Здесь же, на борту, рождаемость была разрешена, но только строго в определенном количестве. Ни одна из только что бывших с ним самок не забеременела благодаря принимаемым таблеткам. Через несколько часов они снова будут готовы к совокуплению, также как и он сам.

Примечательным было то, что символом каждого корабля-поселения была пустая сумка для детенышей.

Как только он вошел в центральное место отдыха, то сразу увидел громадную, сложную по своей композиции скульптуру великого художника, бесценный подарок жителей десятков крупных городов Квозинии настоящим и будущим поколениям «Последователя». Скульптура доминировала над всем остальным, взмывая ввысь до самого потолка. Она была вырезана из целого куска дерева Авельтмар, его ветви и корни были прекрасно обработаны великим Мастером по дереву. Фонтаны били из вырезанных ветвей, а вода стекала в бассейны у самых корней. Повсюду вокруг дерева виднелись скамьи и шезлонги, а их в свою очередь со всех сторон окружали живые растения, за которыми ежедневно ухаживали дотошные садовники. На «Последователе» те, кто заботился о живых существах, имели тот же статус, что и инженеры. И это было оправдано, поскольку положительно влиять на психику было также важно как и управлять моторами, сделанными из металла и пластика, работать с которыми было гораздо проще, чем с умами, сотворенными из плоти и крови.

Квози мог прогуляться по просторной местности или отдохнуть и расслабиться под массивными ветвями изваянного дерева. Здесь можно было поухаживать за хорошенькими самками, побороться или просто посмотреть на воду. В центре ствола Авельтмара были запечатлены сцены из истории Квози, принадлежащие к Четырнадцатой Анархической Эре. Здесь был изображен Квози-воин, одетый в старинные доспехи, вынимающий копье из своего живота. Особенно удались кровь и внутренности из зияющей раны. Изображение было просто потрясающим. Напарнику пораженного воина в этот момент противник отрубал голову; меч уже наполовину вошел в шею, и кровь сплошным потоком лилась из поврежденных сосудов.

Повсюду было одно и то же: фигуры Квози и их Лошади-Дермикуляры, сражающиеся, истекающие кровью, умирающие, раздавленные или растерзанные в клочья воины. Завершала скульптуру репродукция Генерала Тихо-плачущего-Ночами, который давил детей врагов копытами своего Дермикуляра.

Смотрящий-на-Карты остановился (здесь нельзя было не остановиться), чтобы вобрать в себя сцену насилия. Красное дерево Авельтмара, подсвеченное лампами на потолке, очень правдоподобно отразило кровь и вырванные органы. Данная картина была символом духа Квози, успокаивающим и расслабляющим их душу. Отдохнувший и воодушевленный он последовал дальше.

Невдалеке показалась одинокая фигура, на которой были повязаны ярко-синие и зеленые шарфы, и лишь вокруг правого бедра – желто-зеленый. Одет Квози был в зеленый облегающий костюм с голубыми вставками. Его мех, как и мех Смотрящего-на-Карты, был темным, хотя глаза были голубые, а не красные как у разведчика. Единственный ремень, перекинутый через плечо на грудь, удерживал электронный музыкальный инструмент, струны и переключатели которого сверкали от яркого света.

Смотрящий-на-Карты не мог с первого взгляда определить предназначение данного инструмента, но было очевидно, что Поющий-высоким-Голосом шел на работу или возвращался с нее.

– Прошу покорнейше меня простить за то, что осмелился к Вам обратиться, но есть один, хоть и незначительный вопрос, который требует нашего общего внимания.

– Что Вы, что Вы. Вы вовсе и не побеспокоили меня, – ответил Смотрящий-на-Карты соответствующим образом на этот вызов. – Напротив, мне очень неловко, что Вам приходится тратить на меня свое драгоценное время. Вы бы могли обойтись обычной электронной запиской.

– Язык электроники лишен выразительности, – было видно, как Поющий-высоким-Голосом нервничает, переминаясь с одной ноги на другую. – И хотя мне жаль отнимать у Вас время, все же это необходимо.

– Поскольку Вы снизошли до разговора со мной, я с большим удовольствием Вас выслушаю, – Смотрящий-на-Карты принял боевую стойку, выбрав позу Аки: уши повернуты назад и опущены за головой, одна рука поднята для защиты от нападения, другая выброшена вперед для нанесения ответного удара. Он слегка присел, при этом немного приподнял пальцы ног, готовый отбиваться и атаковать.

Поющий-высоким-Голосом выбрал захват Омо, две руки выброшены вперед параллельно друг другу и полу. Такая поза была довольно нетрадиционна, и поэтому смела. Другие посетители старались не обращать на них никакого внимания, отвернувшись в стороны и продолжая вести беседы.

Смотрящий-на-Карты был не слишком доволен местом для поединка: в середине прохода. Поющему-высоким-Голосом следовало встретить его в другом каком-нибудь месте. А сейчас никто не смел покинуть эту площадку до конца боя.

Не теряя времени, он сделал шаг вперед и занес правую ногу для открытого удара. Все было проделано с точностью, и он едва не коснулся груди Поющего-высоким-Голосом. Музыкант попытался левой рукой заблокировать удар. Нога скользнула по груди, а рука слегка задела голень. Произошел первый обмен ударами, после чего оба Квози снова приняли исходное положение.

Смотрящий-на-Карты прекрасно понимал причину этой драки. На корабле каждый не состоящий в браке самец мог совершенно свободно заниматься любовью с любой, не состоящей в браке самкой, и наоборот. Но это вовсе не означало отсутствие ревности среди жителей корабля. И на этот раз причиной явилась одна уступчивая молодая особь с блестящим мехом, которая работала в сельскохозяйственном секторе и привлекала внимание обоих дерущихся Квози. Звали ее Носящая-зеленую-Косынку, и сколько она ни пыталась, но так и не смогла рассеять злобу, которая возникала между разведчиком и музыкантом каждый раз, когда речь заходила о молодой самке.

По правде говоря, Смотрящий-на-Карты был удивлен, что Поющий-высоким-Голосом раньше не спровоцировал такой инцидент. Музыкант слыл субъектом нервным и безрассудным. Смотрящий-на-Карты, наоборот, как и подобает разведчику, был хладнокровен, к тому же он всегда относился к драке как к искусству и сегодня он черпал вдохновение в непревзойденном по красоте дереве, которое возвышалось над площадкой. Он ни за что не уступит. Здесь дело касается принципа. Он ударил сжатым кулаком.

– Скоро я поджарю твою задницу! – рычал музыкант, прыгая и изгибаясь. Смотрящий-на-Карты мог бы с силой поддеть его кулаком, но не сделал этого. Его разжавшиеся пальцы лишь нанесли ложный удар по самой нижней части комбинезона Поющего-высоким-Голосом, в то время как тот раскрутился для нанесения удара ногой. Поэтому ботинок музыканта коснулся выбритого пятна на левой щеке Смотрящего-на-Карты.

Поющий-высоким-Голосом был в хорошей форме и Смотрящему-на-Карты пришлось это признать, после того, как тот снова изменил позицию. Борьба продолжалась. Оба Квози провели серию ударов и ложных выпадов. При этом словесная перебранка имела такое же важное значение как и сами удары.

Проходившие мимо члены экипажа старательно избегали дерущихся. И лишь совсем немногие были настолько грубы, что посмели обратить на них свое внимание. Однако, сами возмутители спокойствия не придавали никакого значения происходившему вокруг.

Смотрящий-на-Карты теперь уже черпал вдохновение из каскада гротескных фигур, преобладающих в оформлении зала, пополнял иссякшую силу из застывших водопадов крови, которые так искусно изобразил художник, что казалось будто кровь вытекает из души дерева. Поющий-высоким-Голосом напевал воинствующие марши, как старинные, так и созданные недавно. Многие из них были знакомы Смотрящему-на-Карты и он ценил высокое искусство своего противника. Ведь Поющий-высоким-Голосом был одним из самых превосходных молодых музыкантов на корабле. Смотрящий-на-Карты часто любовался его творчеством.

Конечно Смотрящий не был так сильно влюблен в Носящую-зеленую-Косынку, как музыкант, но проигнорировать брошенный ему вызов он не мог. Если бы он удалился на глазах свидетелей, его авторитет заметно пострадал бы.

Разведчик ни в коем случае не должен ничего избегать. Проиграй он однажды и в следующий раз другая самка может не проявить интереса к его персоне. И тогда частота любовных утех может упасть с нормальных 4—5 раз в день до одного-двух от силы. А это непростительно. И поэтому у него не было выбора, как только принять приглашение Поющего-высоким-Голосом.

Благодаря своей натренированности, Смотрящий-на-Карты имел преимущества в мастерстве и силе, а Поющий-высоким-Голосом был более гибок и изворотлив. К тому же, как и следовало ожидать от настоящего художника, его речь была тщательно продумана. Смотрящий-на-Карты оценил ее совершенство, несмотря на то, что приходилось парировать удары. И не потому, что он сам неумело использовал оскорбления. Просто он слишком много времени тратил на то, чтобы приготовить все заранее, дабы исключить все неожиданности. А как известно, старые штампы-заготовки всегда выглядят очень убого. Ведь заготовленные впрок слова очень быстро устарели, а предложения были слишком неточны. Поющий-высоким-Голосом стремительно набирал очки по данным пунктам, и Смотрящий тут же понял, что если он и выиграет бой, то лишь в физическом отношении.

Состязание проходило с переменным успехом, и могло случиться так, что длилось бы оно неизвестно сколько времени, если бы вдруг Поющий-высоким-Голосом не рискнул бы провести двойной удар. Это оказалось намного труднее, чем найти нужное остроумное ругательство. Прыжок был хорошо задуман, но выполнить его было под силу лишь классному специалисту. Несмотря на большое желание, Поющий не был таковым. Тем не менее Смотрящий не мог не восхититься его решительностью вести такой бой на ограниченном пространстве коридора корабля.

Поющий впечатляюще провел двойной удар, но для этого ему потребовались все его силы. И в завершающей стадии ему не удалось как следует проконтролировать свои действия. Коготь его седьмого пальца скользнул по левому предплечью Смотрящего-на-Карты, когда тот пытался защититься от удара. Будучи не способным правильно завершить сванг, Поющий-высоким-Голосом не мог не поранить кожу под темным мехом своего оппонента.

Смотрящий-на-Карты, несмотря на случившееся, даже не вздрогнул. Он увидел, как алая кровь запенилась по шерсти. В одну секунду перед глазами возникла красная пелена, что означало приступ дикой ярости, с которой каждый Квози, уже начиная с самого детства, должен был бороться, чтобы ни в коем случае не позволить ей затмить разум.

Приземлившись на обе ноги и лишь слегка покачнувшись при этом, музыкант принял стойку для нанесения последнего удара.

– Вены в твоем горле окостенеют как эти ветви дерева Самум, твоя кровь превратится в воду… – прохрипел Поющий, но тут же замолчал, увидев настоящую кровь, струящуюся по руке соперника. Смотрящий-на-Карты принял оборонительную позу, при этом попытался быстро прикрыть рану шарфом. Но не успел. Поющий-высоким-Голосом уже заметил кровь. Он весь напрягся, крепко скривил губы, но тут же принял смиренную позу: склонил голову, опустил вперед и вниз уши, сложил пальцы рук в знак раскаяния о случившемся. Едва сдерживая гнев, он произнес:

– Я пролил Вашу кровь и поранил плоть. Мне очень стыдно перед Вами.

С этими словами музыкант опустился на одно колено, при этом нижняя часть туловища коснулась каблука его длинного ботинка.

– Мое поражение как ночной кошмар, – снова произнес он.

Несмотря на победу. Смотрящий-на-Карты чувствовал себя очень виноватым:

– Я приношу Вам массу извинений за случившееся. Он знал, что теперь встретиться с Поющим-высоким-Голосом в ближайшие дни будет невозможно.

Извинения Смотрящего-на-Карты лишь усугубляли и без того тяжелую обстановку, но ничего другого не оставалось. Он поплатился за свою неповоротливость, и это навсегда оставит неприятный след в его душе.

– Но это еще не все. Мы ведь не закончили, – буркнул Поющий-высоким-Голосом. – Я опять брошу Вам вызов за нее.

– Не имеет никакого значения. Вы все преувеличиваете. И кроме того, Вы ведь выигрывали. Жаль, что все так вышло.

– Нет, ошибку допустил я. – Музыкант встал, выдержав длительную паузу со смиренным выражением на лице. Он был не в состоянии поднять глаза на соперника.

– Я не слишком хорошо владел этим приемом и мне не следовало его применять. Я позволил ярости и амбициям завладеть мною.

Больше это никогда не повториться.

– Да, в другой раз все может пойти по-другому. В то время как в голосе Смотрящего-на-Карты слышалось сожаление, его стойка говорила о другом.

– Как это мудро с Вашей стороны, – сказал задыхаясь от гнева Поющий-высоким-Голосом, и повернувшись, тяжелыми шагами зашагал по коридору.

Смотрящий-на-Карты дождался, пока толпа проглотила его соперника, и сам продолжил прогулку. Все-таки хорошо, что музыкант неудачным приемом поцарапал его до крови. Ведь, что касается словесного уровня, то он лидировал безоговорочно.

Сотни лет назад ни одна потасовка не закончилась бы таким промахом. Тогда все удары были настоящими, а не ложными, и драка не прекратилась бы из-за какого-то там кровотечения. В то время выбивались глаза, дробились зубы, ломались кости. Таковы были традиции предков Квози. И это так часто отражалось в искусстве.

Ведь, к сожалению, такой образ жизни был единственным надежным способом борьбы с феноменом плодовитости Квози. Природа посылала им болезни и голод, но в конце концов только сами Квози были в состоянии справиться с проблемой перенаселения. Они выбрали войну. Столетия войны. Смерть ради жизни.

Затем появились методы искусственного контроля за рождаемостью. Книги Шамизин, осветившие жизнь Квози абсолютно новым светом, учения Находящегося-всегда-Рядом и других великих философов.

Теперь Борьба не запрещалась, но бой стал ритуальным искусством, а не организованным убийством. Победить можно было почти деморализовав соперника, почти его убив, почти порезав. А войти в более близкий контакт с противником, проникнуть в его мех, дотронуться до кожи означало потерпеть поражение не только в поединке, но и в статусе. Вот чем объяснялось замешательство Поющего-высоким-Голосом при виде крови.

Плохой борец всегда пытался выиграть, идя на непосредственный контакт, а опытный соперник всегда стремился избежать такого контакта, и как можно больше маневрировать во время борьбы. Поэтому стало возможным контролировать привычные поединки. Это явилось своего рода терапией для самых спокойных Квози. Найти утешение и выход своим эмоциям можно было в искусстве Квози, которое изобиловало сценами насилия. В нем нашли выражение все древние, примитивные и опасные тенденции. А все, что можно было узнать и увидеть, вовсе не хотелось пробовать самому. Такие ритуальные бои – танцы случались очень часто.

При этом в ход также пускалось и другое оружие – словесное. В этом-то и была сила Поющего-высоким-Голосом и слабость Смотрящего-на-Карты, который сопротивлялся как только мог, при этом будучи почти уверен в том, что излишне эмоциональный музыкант обязательно совершит ошибку. Что, собственно говоря, и случилось.

«Не слишком зазнавайся, – сказал он себе. – Твоя специальная подготовка пригодилась тебе, но не для того она проводилась, чтобы выяснить свои отношения с занимающими такое же социальное положение как и ты. Всему должен быть предел». Он был обучен контролировать себя и свои поступки гораздо лучше, чем остальные Квози, потому что мог наступить день, когда ему пришлось бы продемонстрировать все, на что он способен при неизвестных никому обстоятельствах.

Он завернул в коридор, который вел к его комнате, раздумывая при этом, что лучше поискать самку или просто отдохнуть. Две лаборантки из сельскохозяйственного сектора полностью удовлетворили его желания, и теперь ему явно нужно было подкрепиться, прежде чем искать новую пару. Доказательством этому послужила привлекательная особа с черным мехом, встречи с которой он сознательно избежал.

Сначала подзаправиться. Борьба отняла у него уйму сил.

Можно посмотреть видеомагнитофон, что-нибудь веселенькое или что-то не требующее особого напряжения. Или почитать Шамизин или просто вздремнуть. Поскольку он был разведчиком, занятий для него, кроме учения, было немного.

«Скоро все будет по-другому, – говорил он себе. – Обязательно». Труднее всего было напустить на себя полное безразличие, контролировать свои эмоции в то время, как весь находился во власти ожидания.

Он уже почти успокоился, и теперь входя в свою комнату лишь сожалел о том, как неудачно провел бой Поющий-высоким-Голосом. Растянувшись на диване, он машинально включил видеокассету с записями своих последних работ. Кадры были слишком знакомы, чтобы внимательно их рассматривать. Он выучил их наизусть еще много лет назад. «Теоретическая география», «Адаптационная ботаника», «Выживание в полевых условиях», основной обзор, – вся информация основана на фактах, предоставленных первыми тремя поселениями Квози на других планетах. С тех пор было запущено много кораблей с поселенцами, но только экипажи Азели, Мазны и Моззины смогли построить корабли для обратного путешествия на Квозинию.

Когда он просматривал данные статистики, он снова удивился тому, как много биологических популяций существует в одной звездной системе.

А разведчик должен быть готов к встрече с любой из них.

Информации о трех уже изученных планетах и о самой Квозинии было недостаточно для составления общей схемы живых организмов. Здесь вполне возможны сюрпризы. И может оказаться так, что времени для подготовки к встрече с ними будет недостаточно. Вот почему и он, и его коллеги Летающая-на-Хвосте и Неприходящий-в-Ярость постарались выучить наизусть все эти данные.

На их основе приборы могли предложить варианты экстраполяции. Например, результатом малого количества кислорода в атмосфере и, наоборот, большого процента метана, могла быть вполне необычная растительность на планете. Такого рода синтез казался вполне возможным, но для составления полной картины этого было явно недостаточно. А вдруг при обработке информации не учли какие-то особенно важные факторы?

Именно эта неуверенность и заставляла Смотрящего-на-Карты чувствовать особую ответственность перед грядущими событиями. Именно от него и от его коллег зависело решение, где следует приземлиться «Последователю», а их колонии придется обживать неизвестный доселе мир. Но кому-то нужно быть первым. И он не хотел ничего другого. По своему темпераменту и умственному развитию он прекрасно подходил для выполнения тех задач, которые были перед ним поставлены, и ради чего он так много учился. Цель всей его жизни заключалась в этом моменте, а он неумолимо приближался.

Смотрящий-в-Каньоны умер цикл назад, так и не сумев воплотить в жизнь свою мечту. Он был пятого поколения, и являлся учителем Смотрящего-на-Карты. Будучи наставником, он всему обучал своего ученика, и вместе с тем понимал, что до тех пор, пока расчеты будут неверными, он никогда не увидит новый мир. Его терпение и добрый юмор научили молодого Смотрящего тому, что на свете нет ничего невозможного.

«Именно Учитель должен был быть первым, – с горечью подумал Смотрящий-на-Карты. – Не я».

Он прочитал несколько строк из Пятой Книги, где речь шла о неадекватности чувств, и ему тут же стало легче.

Один за другим, на экране менялись пейзажи и климатические пояса, но он не обращал на них никакого внимания. Затем, устав, он переключился на информацию о Мазне, которая была более интересной, чем данные с Азели и Моззины. А все потому, что Мазне пришлось поселяться на враждебной территории. Первые две колонии высадились на планете без всяких осложнений, а вот Мазне нужно было отвоевывать свои права.

«Так мало данных», – подумал Смотрящий. Ведь сейчас, должно быть, уже десятки других колоний Квози расселились во Вселенной, но никто, кроме первых трех, пока не имел возможности послать корабль со спасительной информацией обратно на Квозинию. Ему было известно только то, что полдюжины таких кораблей вернулись обратно домой сразу после запуска «Последователя». И любой из них мог иметь решение этой общей для всех Квози проблемы. Но это решение он никогда не узнает. Ведь скорость получения свежей информации была намного медленнее скорости корабля, хотя ходили слухи о новых научных разработках в области коммуникации.

Все это было просто невыносимо.

Хотя бесполезно сердиться по такому поводу. Из-за невозможности общения друг с другом получалось так, что Квозиния для Азели и других колоний просто не существовала. Не существовало ничего, кроме «Последователя» и его экипажа. Корабль был как огромный, медленно движущийся остров разума и жизни, скитающийся по молчаливому и дикому космосу. И все они находились сейчас в полной изоляции. Все шесть последних поколений. Может быть, где-то в далеком будущем, его пра-пра-пра-отпрыск соорудит корабль, чтобы вернуться на нем обратно, взяв с собой все новые данные о жизни колонии. Но ни он, ни его современники уже никогда не увидят этого.

Будучи очень расстроенным, он переключил аппарат с образовательной программы на развлекательную, и начал следить за описанием войны Четвертой Династии, которую вели Северные и Восточные Объединенные Кланы древней Квозинии против Юга. Чтобы полностью посмотреть этот сериал требовалось несколько дней, но ему нужно обязательно увидеть его. Фильм был полон зрелищ, и был рассчитан на колонистов, рожденных уже на корабле. Квозиния в древности, судя по этому сериалу, походила скорее на скотобойню, чем на самый райский уголок Вселенной.

За несколько минут просмотра он стал свидетелем того, как были выпотрошены полдюжины действующих лиц, многие были обезглавлены. Параллельно с этим их пытали и расчленяли. Но в нем не возникло никакого разочарования. Даже в такой эпической поэме как эта необходимо было время для развертывания основной идеи. Некоторые из исполнителей были легендами, но именно к этому и стремились создатели эпической поэмы. Все давно уже умерли, но созданные ими имиджи жили, дышали, двигались в глубине экрана. Они достигли электронного бессмертия.

Он слегка задремал, свернувшись так, как когда-то в сумке у матери, а высоко под потолком тихо работал прибор, извергая со своего экрана резню среди древних Квози.

Разум Смотрящего был полностью заполнен мыслями о новом мире. В них он был первым, кто ступил на новую землю, чтобы исследовать настоящий рай, по сравнению с которым Азель был просто пустыней. Позади него стояла прекрасная самка с черным гладким мехом и горящими глазами, самая обольстительная, каких он когда-либо видел. Они без устали занимались любовью и никак не могли остановиться, а его переговорное устройство в это время требовало от них все новые и новые данные об этом неизвестном пока мире.

И хотя он не достиг еще того возраста, когда самцы классифицировались в соответствии с нормами для произведения потомства, он часто мечтал о той минуте, когда он сможет выполнить основную задачу Квози: создать себе подобных, и с восторгом наблюдать за малышами, кувыркающимися в сумках своих матерей.

Скоро все это станет реальностью. Когда они вступят на пустующие земли и нужно будет их заселять, им больше не придется с каждым приемом пищи принимать контрацептивы, а вместе с этим исчезнут все ограничения рождаемости.

Если, конечно, их новый дом не окажется второй Мазной, дикой и жестокой. Но в этом случае он, Смотрящий-на-Карты, сделает все, чтобы отвоевать так необходимую для всей колонии флору и фауну, и поможет ей основательно устроиться на новом месте. Ничто не сможет остановить его, ничто не удержит от такого шага.

За это в его честь воздвигнут памятник. И его дети, и дети его детей будут гордиться им, ведь именно он первым ступит на эту землю. Смотрящий-на-Карты-Достопочтенный. Смотрящий-на-Карты-Непревзойденный.

Они будут восхищаться им. Он уже слышал шумные приветствия. Рев оваций, и он воспринимал это как должное, хотя знал, что все это лишь мечты и он всего лишь спит, и никакой он не кумир. Проснулся он не от пронзительного свиста тысяч обожателей, а просто потому, что ему показалось будто кто-то усиленно тряс его и при этом слегка подвывал.

Исчезли поэмы, а вместо них появились осуждающие глаза его коллеги. Неприходящий-в-Ярость, хоть и обращался к нему в соответствующей почтительной форме, но времени у него было явно недостаточно. Это было очень похоже на старшего члена Комитета по Подготовке к Посадке. Смотрящий-на-Карты быстро заморгал, ничего не понимая, потом резко вскочил; вся его будущая слава тут же улетучилась.

– Я очень сожалею, что помешал вашему отдыху, пожалуйста, простите меня, – извинялся Неприходящий-в-Ярость. Смотрящему-на-Карты было ужасно стыдно, и он ничего не мог сказать. Ведь он был на дежурстве.

– Очень непростительно с моей стороны, я даже не могу подобрать нужных слов, для извинений, – пробормотал смущенно Смотрящий.

– Что вы, не нужно никаких извинений, – Неприходящий-в-Ярость продолжал говорить о том, что у него совсем нет времени ругаться на молодого разведчика, поскольку сейчас есть дела поважнее. О важности предстоящего дела можно было судить и по тону, и по ушам, сложенным и опущенным вниз.

– Собрание, – пояснил он кратко.

Собрание… Смотрящий-на-Карты тут же схватил хронометр и от ужаса его глаза превратились в две узкие щели. Собрание. Он забыл о нем из-за поединка с Поющим-высоким-Голосом. Неудивительно, что Неприходящий-в-Ярость так расстроился!

– Оно вот-вот начнется, – сухо заметил старший Комитета. – Оно бы началось не зависимо от Вашего присутствия или отсутствия, но заметив, что Вас нет, я счел своим долгом справиться о состоянии Вашего здоровья, а также предложить свою помощь в случае болезни.

– Тысяча, тысяча извинений за мою непростительную медлительность – все, что Смотрящий-на-Карты мог отвечать в данной ситуации. Вот тот случай, когда излишнее красноречие могло оказаться камнем на шее. Попозже он что-нибудь придумает.

– Я буду там прежде, чем остынет ваш приемник, – бросил Смотрящий уже на бегу.

Как стрела выскочил он из постели, забыв даже выключить магнитофон. Позже ему за это достанется, но сейчас его интересовало только собрание. Он сдернул с себя рабочий комбинезон, в спешке натянул парадный. Но оказалось – задом наперед. Он проклял все на свете, пока переодевался и разглаживал мех под эластичной тканью. После этого, он закрыл глаза и постарался успокоиться, бормоча под нос спасительные фразы. Когда же это не помогло, он в бешенстве подошел к фигуре Квози в старинных боевых доспехах, стоящей у входной двери, и постучал несколько раз по святым местам. Почувствовав себя после этого намного лучше, он поспешил по коридору.

II

Скорее, скорее, на этот раз никаких прогулок. Он влетел на первое попавшееся транспортное средство и настроил его на нужное направление. Откинувшись назад и вытянув ноги, он навострил уши, слушая, как ускоряется рабочая капсула, которая уже неслась с огромной скоростью по коридорам и узким туннелям корабля. Смотрящий был неплохим пилотом и хорошо разбирался в приборах, и сам пропутешествовал от средней секции «Последователя» до самого носа корабля.

Не обращая внимания на предупреждающие сигналы транспортной капсулы, он выскочил прежде, чем она окончательно остановилась, и побежал, не желая, однако, показывать своей поспешности.

Как он мог проспать это собрание?

У него совсем не осталось времени, чтобы проверить значки, причесать мех, или привести в порядок выстриженные метки.

Приближаясь к залу заседаний, он немного замедлил ход, прикидывая, кто же будет присутствовать на собрании, а кто нет. Возможно, Неприходящий-в-Ярость, Летающая-на-Хвосте, но их он считал своими друзьями. Приборы-контролеры на входе идентифицировали его. Двери тут же раскрылись, пропуская в зал. Повсюду светились флуоресцентные линии, имитирующие структуру дерева Оркил.

Переоценить значение этого собрания было невозможно. На самом последнем ряду, возвышаясь над всеми, восседала Плывущая-через-Поток. Со всех сторон ее окружали верные ей офицеры. Капитан корабля выглядела уставшей, но это, казалось, было ее обычное состояние. Вокруг выстриженного на лбу треугольника начала появляться седина. Плывущая-через-Поток была четвертого поколения и своего рода легендой. Ходили слухи, что в молодые годы она славилась тем, что могла в любой момент прервать самое страстное свидание, если на корабле возникали какие-то проблемы.

Рядом с ней на высоком помосте сидел Косящий-левым-Глазом. В зале было четыре ряда, ложи, выходящие на главный монитор, и почти все места были заняты. Косящий был Навигатором «Последователя» или, точнее, ответственным за работу компьютера, управляющего движением корабля. Присутствие Капитана и Навигатора еще раз подтверждало то, что это собрание могло оказаться основным событием их жизни. Но это было неудивительно. Все на корабле жили согласно единому плану, это стало частью их жизни, как прием пищи или многократные ежедневные любовные оргии. А он почти проспал такое важное собрание.

Он быстро пробежал глазами по рядам. Неприходящего-в-Ярость не было. Остальные же его коллеги и большинство руководителей присутствовали. Всего он насчитал около сорока членов. Здесь царила строгая иерархия. Самые младшие поколения Квози сидели на нижнем ряду, а более старшие занимали более высокое место в зале. Чем старше, тем выше. Все были торжественно одеты. Повязаны шарфы, начищены до блеска серьги. Когда Смотрящий, запыхавшись, вошел в зал, у него возникло единственное желание спрятаться за собственной ногой, что для Квози не представляло особого труда.

Несколько присутствующих обернулись к нему, но тут же вежливо опустили глаза. И лишь Воспринимающая-все-Запахи приветствовала его появление слегка подняв свое ухо. Если бы этот жест был замечен кем-либо из Старейшин в верхнем ряду, это стоило бы ей замечания с занесением в протокол собрания. Смотрящий был очень благодарен ей за этот жест и поднял ухо в ответ. Они никогда не были любовниками и до сих пор не находили друг друга привлекательными, но он понял, что очень скоро они встретятся. Спаривание для того, чтобы проверить совместимость было необходимо при любом совместном начинании, а они, вполне возможно, скоро будут работать бок о бок.

Некоторые из Старейшин занимали свои места, а это значило, что собрание еще официально не начиналось. Предупреждение Непреходящего-в-Ярость было как раз вовремя. Переплывающая-через-Поток встала в тот момент, когда он нырнул на свое место, и сжался там настолько, насколько это было возможно. Воспринимающая-все-Запахи сидела одним рядом выше через семь сидений от него. Она не смотрела больше в его сторону. Он решил переспать с ней и как можно скорее. Ведь ее жест мог отвлечь внимание строгих Старейшин от его позорного появления, а значит он ее должник. Приди он еще двумя минутами позже, и его разжалование было бы неизбежно. Но поскольку это собрание было самым важным событием на корабле, никто не заметил задержки Смотрящего.

Голос Переплывающей-через-Поток звучал уверенно, несмотря на ее преклонный возраст. Смотреть на Капитана, когда она произносила речь, было слишком невежливо, и поэтому Смотрящий-на-Карты сосредоточил свой взгляд на главном мониторе. Его поза носила формальный характер: уши торчком, спина прямая, мех расслаблен.

Величественный образ Капитана обращался к нему с экрана. В старые времена при выступлении перед аудиторией, лидеры находились за прозрачной перегородкой. Затем перегородку заменили зеркала. А сейчас необходимая дистанция между спикером и публикой регулировалась электронными устройствами.

Ее обращение было кратким и по существу: наконец настал час Квози. Терпение и тяжелый труд шести поколений должен быть вот-вот вознаграждены. Завтра в это время двигатель «Последователя» впервые после их отлета из Квозинии начнет сбавлять ход. Она сделала паузу, чтобы каждый из них смог понять смысл сказанного, затем продолжила:

– Мы уже вышли в поток заряженных частиц, идущих от огромной звезды, греющей наш новый дом. Завтра мы впервые за шесть поколений вернемся в нормальный космос.

Не было слышно ни радостных криков, ни свиста. Никто не пошевелился и не издал ни звука. Каждый обдумывал сложившуюся ситуацию.

Капитан продолжала. «Последователь» прекрасно вынес столь длительное путешествие, находится в хорошей форме и готов к выполнению завершающей стадии полета.

«Она действительно очень постарела, – заметил про себя Смотрящий-на-Карты, разглядывая Капитана на экране. – Интересно, а как долго она сможет руководить строительством Первой Норы в новом мире».

Хотя это было вовсе необязательно: Капитаны не управляли колониями – Капитаны вели корабли по подкосмическому пространству. А создание нового социального порядка было делом Главы Комитета по Приземлению и Совета Семерых. Переплывающая-через-Поток будет последним представителем своего рода функционеров, точно также как Смотрящий-на-Карты явится первым членом новых. Он чувствовал, как постепенно разрушается связь, но не между поколениями, а между Квозинией и теперь уже новым домом. Ширазом. Так этот новый мир был назван еще до их запуска на Квозинии.

– Как вы знаете, – продолжала Капитан, – не так просто выяснить структуру нормального космоса, находясь постоянно в подкосмическом пространстве. Но как бы там ни было, – ее уши наклонились немного вперед, что означало хорошие новости, – наши техники уже достигли в этом направлении многого, и сейчас всю свою энергию направляют на сохранение по крайней мере одного изображения, чтобы мы с вами могли с ним ознакомиться. Они только что закончили свою работу над ним, и сейчас мы имеем возможность воочию насладиться нашим будущим домом.

Экран заморгал и затем на месте Капитана возник новый мир. Далекий, сильно увеличенный, обработанный компьютером, но все же такой прекрасный и желанный. Мир совсем не похожий на Квозинию, с непривычно яркими красками и огромных размеров.

У всего есть предел. Есть предел и у вежливости. Как только на экране появилось изображение, несколько присутствующих повскакивали со своих мест, не в силах больше сдерживать эмоции. И несмотря на неодобрительное отношение к этому Старейшин, в зале послышались вопли радости, свист, крики.

Хоть мир еще и был далек, но с первого взгляда было ясно, что лучшего желать было просто невозможно. Огромное количество воды, и, судя по облачности, большое количество осадков. А это значит, деревья, самое заветное желание любого Квози. Не кошмарная пустыня. Как Азель, или Моззин.

Молодой Связист справа от него нагнулся к нему и прошептал: «Посмотрите, как мало земли и как много воды!»

– Нет, здесь также много земли, – не согласился Смотрящий-на-Карты.

– Я знаю, о чем вы все сейчас подумали, – Капитан сделала жест ухом, и на экране появилось новое изображение. – А это другая полусфера.

Послышался свист, а кто-то даже осмелился выкрикнуть: «Первая лучше! Здесь одна вода!»

Вернулось изображение первой полусферы. Благодаря особой важности собрания, выкрикнувшего не наказали.

– Конечно же, Шираз обладает гораздо большим количеством воды, чем нам когда-либо приходилось видеть. Но там также много суши, пригодной для поселения.

Предварительные расчеты показали, что в случае правильного использования Шираз может стать домом биллионам живых существ, хотя нельзя сказать об этом точно, поскольку мы сейчас не можем судить о богатстве океанов и суши, и даже не можем назвать точный состав атмосферы. Для этого нужно подождать орбитальных измерений и первых исследований грунта.

Смотрящий почувствовал легкое прикосновение сзади, но не посмел взглянуть вверх в сторону Капитана. Он не знал, увидела ли она это или нет. А встречаться глазами с вышестоящим на социальной лестнице ему не хотелось. Ведь такое поведение могло привести к непредсказуемым последствиям.

Один из старших администраторов, сидевший на верхнем ряду, громко вздохнул: «Главное, вот она, рядом». Находившиеся около него старики зашептали подобные фразы.

– Но, для того, чтобы ее отыскать, у нас ушло слишком много времени, – заявила Капитан. – А сейчас я передаю слово Главе Комитета по Приземлению.

Она села, и тут же рядом с ней поднялся Квози, на большом экране его изображение занимало лишь верхний левый угол. Встающий-с-Приветствием был настолько взволнован, что не смог говорить и дождался, пока Капитан полностью усядется в свое кресло. Однако никто не обратил внимания на такую грубость, ведь все с нетерпением ждали, что он скажет.

Будучи рожденным в пятом поколении, Встающий был одним из самых сильных Квози на корабле, намного приземистее и мощнее любого из них. Вообще отклонение от физической нормы было довольно редким явлением. Впрочем, если говорить о Встающем-с-Приветствием, то он был странен во всех отношениях. В отличие от коллег, у него каждый раз не хватало времени ни на ритуальные обряды, ни на медитацию или обычные разговоры. И только благодаря своему блестящему уму он сумел преодолеть свои недостатки и достичь столь высокого положения. Прежде всего Встающий-с-Приветствием был прекрасным организатором, а Глава Комитета должен был обязательно обладать этим качеством.

За спиной его часто называли атавизмом. Очень популярны были шутки об отсутствии у него должной культуры и грации. Но даже самые злостные сплетники вынуждены были признать его потрясающую работоспособность.

Смотрящий на карты очень внимательно слушал все, что говорил Глава Комитета, выбросив из головы все посторонние мысли о медитации, всякого рода удовольствиях, и даже о встрече в коридоре с симпатичной самкой. Пришло время быть серьезными, и Встающий-с-Приветствием был настроен весьма серьезно. Лишь иногда его речь прерывалась извинениями за не слишком хорошее качество изображения и за неважный, как ему казалось уровень самого выступления.

Он обрушил на них лавину информации о Ширазе, для наглядности используя изображение на экране. Особое внимание было уделено двум большим массивам суши, соединенным между собой узкой горной цепью. Квози займутся именно этим местом. Основным объектом их исследований вначале будет центральный массив. Именно он выбран для создания там Норы, так как обладает безграничными возможностями для размножения.

Смотрящий внимательно слушал главу Комитета и старался запомнить все, что в дальнейшем может пригодиться ему в работе. К тому моменту, когда они выйдут на орбиту Шираза, он выучит каждое слово и жест докладчика, снова и снова просматривая запись, сделанную на собрании.

По окончании своего выступления Встающий-с-Приветствием в знак полного удовлетворения скрестил уши, поблагодарил всех за внимание к его столь сумбурной речи, и передал бразды правления Капитану. Плывущая-через-Поток встала во второй раз.

– Наша работа подходит к завершению. Деревья Акоры начинают пускать побеги. Наши корни сильны, а решительность непоколебима. Наступает самый ответственный момент для всех Квози. Косящий-левым-Глазом сказал мне, – она жестом показала в сторону Навигатора, сидящего справа, – что все приготовления для выхода в нормальный космос идут по намеченному плану. Завтра мы снова войдем в настоящую Вселенную. Те из вас, кто является руководителем секций, должны провести необходимую работу по подготовке своего населения к этому событию. Наше путешествие было не столько опасным, сколько утомительным, но завтрашний маневр «Последователя» может также оказаться последним для нас. Каков бы ни был исход, все должно произойти очень быстро.

Смотрящий-на-Карты почувствовал, как заволновались окружающие. Конечно, переход из зоны подкосмического пространства в нормальный космос – операция сложная, но Капитан преднамеренно преувеличивала опасность. Впрочем, это было ее работой. Разговоры о том, что при переходе может что-то случиться, вовсе не означали, что это обязательно произойдет.

Когда Плывущая закончила, поднялся старший философ корабля и призвал всех к сеансу медитации, требуя от каждого присутствующего в зале очистить свой разум от мыслей, мешающих выполнению столь важной задачи. Смотрящий-на-Карты принял в сеансе самое непосредственное участие. Собрание закончилось, хотя формально об этом объявлено не было. Но это и не требовалось этикетом.

Презентация отняла гораздо больше времени, чем он предполагал, и он почувствовал знакомое напряжение фаллоса. После очередного соития с какой-нибудь самкой он планировал вернуться в свою комнату для того, чтобы выпить чего-нибудь бодрящего и приступить к детальному изучению речи Встающего-с-Приветствием, созерцая изображение своей новой планеты, которая должна стать его домом.

Он и Уносящий-ношу-Вдаль уже вышли в коридор, когда к ним подошел Глава Комитета по Приземлению. Глядя на него трудно было поверить, что его нога когда-нибудь ступала за пределы корабля, ведь он никогда не прогуливался даже дальше своего сектора. Но для всех было просто необходимо, чтобы Встающий-с-Приветствием выглядел знатоком в области Приземления на другие планеты.

– Решение принято, – сказал он в своей привычной грубой манере. – Вы двое будете членами экипажа первого исследовательского корабля.

Для Смотрящего-на-Карты сказанное не было неожиданностью, но все же ему было приятно услышать такое из официального источника. Единственное, чего он никак не мог предположить, это то, что с ним вместе пойдет Уносящий-ношу-Вдаль. Он считал, что его друг и коллега будет командиром второго исследовательского корабля. Очевидно, было решено как можно больше талантливых специалистов включить в состав первого экипажа.

Смотрящий очень обрадовался этой новости. Уносящий был единственным, с кем ему бы хотелось разделить радость предстоящего события. Они всегда состязались в учебе, при этом оставаясь лучшими друзьями, провели вместе сотни любовных оргий. Мех у Уносящего-ношу-Вдаль был черный, за исключением белых пятен вокруг лица и запястий. Представительницы противоположного пола находили его весьма привлекательным.

– Жаль, что я не смогу пойти с вами, – неожиданно мягко произнес Глава Комитета, – но первое исследование это лишь малая часть подготовительной работы по приземлению. «Последователь» должен быть полностью подготовлен, уже не говоря о его обитателях. Поэтому я должен оставаться здесь, но мысленно я всегда буду с вами. Я ознакомлюсь с вашей работой и постараюсь овладеть ею также хорошо, а вы проследите, чтобы ничего не забыть, и, пожалуйста, постарайтесь использовать все свои знания. Если от меня требуется какая-то помощь, можете на меня полностью рассчитывать. Вся слава достанется вам.

Оба разведчика приняли самые почтительные и извиняющиеся позы.

– Известно ли что-нибудь об условиях жизни на Ширазе? – спросил Уносящий-ношу-Вдаль.

– Находясь в подкосмическом пространстве об этом трудно судить. Можно только молиться о том, чтобы это оказалось нечто похожее на Азель. Вы вдвоем будете среди первых, кто об этом узнает. Если Шираз окажется похожей на Мазну, нам придется приспосабливаться.

– О чем ты думаешь? – спросил своего друга Смотрящий-на-Карты, когда они остались вдвоем. Уносящий-ношу-Вдаль тяжело вздохнул.

– Я думаю, что у нас слишком мало информации, чтобы размышлять, к тому же я готов к коапуляции.

Смотрящий-на-Карты тоже давно уже чувствовал жгучее желание.

Для этой цели они завернули в Публичный Зал Свиданий. Уносящий выбрал для себя нору в стиле Пятнадцатой Династии. Сибаритский эффект дополнялся умелым использованием света и высокохудожественных работ. Повсюду виднелись многочисленные норки, напоминающие альвеолы в здоровых легких Хавика. И не потому что для любовных игр Квози требовалось полное уединение, а просто потому, что в процессе коапуляции каждый мог немного поэкспериментировать. А неудача у всех на глазах вызвала бы чувство неловкости и стыда, в то время как точно такой же провал, но уже наедине, мог бы просто остаться незамеченным.

Здесь они встретили пару бродивших самок – компьютерных техников, и после формального, традиционного обмена приветствиями и ничего незначащими фразами, они вчетвером образовали любовный квартет. Все произошло лучше, чем предполагалось, благодаря обострившемуся чувству ожидания, напряжения каждого участника.

После бурного завершения встречи разведчики покинули зал. Настроение было прекрасное и по дороге два друга завели оживленный разговор о том, кто же все-таки будет первым, ступившим на Ширазу. Между ними даже завязалась шутливая борьба словами и жестами. Но ни один, ни другой не хотели ударить лицом в грязь, начав настоящий боевой танец. Смотрящий-на-Карты несколько раз даже пытался поддаться своему коллеге, но ловкий Уносящий никак не соглашался на это, понимая, что в этом случае он подмочит свою репутацию.

Спор разгорелся не столько вокруг того, кто же первым ступит на землю Ширазы, а кому удастся там дольше пробыть, и здесь они оба могли проиграть какому-нибудь бездумному ботанисту. А такое было для них неприемлемо. Поэтому они должны были обговорить все до мельчайших подробностей, чтобы в своем желании действовать слаженно и четко, но без потери статуса, они не упустили из виду первоначальную цель.

Повсюду на корабле чувствовалось напряженное ожидание предстоящего события. Каждый знал, что «Последователь» должен покинуть подкосмическое пространство и что Шираз была, если выразиться астрономически, всего лишь в нескольких парсеках от них. Поскольку в подготовительных работах участвовали только отделы инженеринга и навигации, остальные колонисты, не находя применения собственным силам, томились в нервном ожидании. Количество любовных игр достигло бешеного уровня, так что Капитан была вынуждена воспользоваться коммуникационной сетью и призвать всех к контролю за своими чувствами, иначе могло пострадать их общее дело. Как она выразилась: «Вы должны управлять своей внутренней энергией, тогда как остальные пытаются управлять энергией корабля».

Ее чувство юмора помогло расслабиться самым нервным членам экипажа. К тому времени, когда начался отсчет времени готовности для выхода в космическое пространство, атмосфера на корабле заметно разрядилась.

Ни у кого не было опыта возвращения в нормальный космос. Можно было лишь вспомнить, что об этом писалось в учебниках, и попытаться представить себе данную картину. И как водится в таких случаях, когда события долго ждут, оно часто приходит незаметно.

Когда это произошло, Смотрящий-на-Карты шел по направлению к центральному холлу. Громкоговорители отсчитали последнюю цифру, и он остановился, чтобы перевести дыхание. И что же? Он не почувствовал никаких изменений. Остался прежним интерьер «Последователя», остались прежними его коллеги Квози. Изменилась Вселенная. Опять он стал частичкой настоящего космоса, настоящего времени. В этом or был уверен. Как и в том, что перед ним, совсем рядом, лежит их новый дом. Шираз. Целый мир вместо крохотной капли корабля, плывущей сквозь пустоту.

Когда-нибудь дети его детей снова взойдут на «Последователь», а может построят новый корабль, с тем, чтобы вернуться на древнюю Квозинию и сообщить всем о своем успехе. Новое поколение займет место сегодняшних Старейшин. Но среди них уже не будет Смотрящего-на-Карты. Но он и его коллеги навсегда останутся в памяти грядущих поколений. Помимо своей основной цели – образовать новую колонию, «Последователь» уже стал кличкой их истории.

Теперь, когда переход в нормальный космос благополучно завершился, зал стал быстро заполняться колонистами. Сейчас здесь не было места для совокуплений. Это было бы слишком неприлично. Вместо этого сюда шли, чтобы посмотреть развлекательные программы, транслирующиеся на огромных мониторах, послушать местную музыку, которая менялась каждый раз при переходе из одного отсека в другой, насладиться классическим и современным искусством, а также попробовать свои силы в массовых играх.

Это была огромная площадка для развлечений и встреч с друзьями и коллегами одной большой космической команды. На создании площадки настояли психологи. Они объясняли это тем, что такое мероприятие было жизненно важным для населения корабля, чтобы представители разных профессий и занятий не были лишены возможности общения между собой. Здесь инженеры могли встретиться с эргономистами. Ведь жизнь корабля – это не только работа его моторов.

Смотрящему показалось, что вдалеке он увидел Поющего-высоким-Голосом, который участвовал в конкурсе с огромным шаром. Шар ёрзал туда-сюда, а двое участников пытались удержаться на нем в определенном положении. Выигрывал тот, кто дольше продержался на шаре и не упал.

Пробираясь вглубь зала, он наткнулся на Летающую-на-Хвосте, которая разговаривала с двумя другими самками. У нее был прекрасный шанс стать пилотом в экипаже первого исследовательского корабля. Когда она обернулась к нему, глаза ее заблестели, а уши красноречиво затрепетали. Первой мыслью, возникшей у Смотрящего, было пригласить ее скорее в любую уютную норку, но сейчас был не лучший момент. Он немного помедитировал, пытаясь унять знакомое чувство. «Может там, уже на Ширазе, – подумал он. – И это станет отдельной главой в учебниках по истории».

Они поприветствовали друг друга и она заказала холодные закуски на одной из многочисленных машин по обслуживанию посетителей. В дополнение к этому она выбрала полуклассическую музыку с легкой примесью современных мотивов. Музыка успокаивала, но не притупляла чувства. А вокруг них ликовали Квози. И их радости в связи с возвращением в нормальный космос не было предела.

– Я видела снимок, – мягко сказала она. – Похоже, это прекрасный уголок.

– Ширааззз, – он нараспев протянул желанное слово. – Будем надеяться, что планета окажется такой же прекрасной, как и ее имя. В противном случае нам придется ее приручить.

– Самоуверенность – незаменимая черта разведчика. Но излишняя самоуверенность грозит опасностью.

– А для пилота разве нет? И, кроме того, я никогда не бываю чересчур самоуверен.

– Никогда? Ни в чем? – Ее ушки приняли забавную форму и он понял скрытое значение ее последних слов. Он, как и каждый опытный Квози, прекрасно разбирался в двойном значении некоторых фраз.

– Ни в чем. Я великолепно знаю, на что я способен. Помимо этого, у разведчика нет времени для излишней самоуверенности, надежда всегда на собственные силы. Когда наступать, а когда посторониться.

– Да, наступать и обороняться…

«Черт побери этого пилота, – подумал Смотрящий. – У нас одинаковые мысли». Но в тот момент, как это ни странно, у него было желание только поболтать и расслабиться. Тем не менее, он не мог с восхищением не заметить милые завитки и сложные узоры на ее золотисто-коричневом меху. Белые полоски украшали ее лицо, опускались вниз и исчезали за вырезом комбинезона.

Вообще было удивительно, что несмотря на свои неослабевающие влечения и страсть, Квози смогли достичь такого уровня цивилизации. Хотя Книги Шамизин пытались изменить существующее положение при помощи сначала традиционной медицины, а затем и достижений современной химии. Но ощутимых результатов это не дало. И любовные оргии не утихали.

Он чувствовал себя уверенным и довольным. Всю свою жизнь он готовился к предстоящим дням, знал, что от него ждут, что и как ему нужно делать. Медитация у него всегда проходила успешно, коапуляции были регулярны и точны, и сейчас он был в лучшей своей форме. Уверенность и чувство собственного достоинства чувствовались в каждом слове, в каждом жесте.

Вот почему истошный крик в толпе явился для него таким шоком. Крик полностью заглушил музыку и ворвался в зал через акустические системы.

Игры были прерваны на середине. Танцующие остановились как вкопанные. А размечтавшимся о будущей жизни пришлось проститься со своими грезами и вернуться к жизни настоящей.

Один за другим присутствующие стали, наконец, осознавать, что же означает раздавшийся сигнал. А ведь этот сигнал они все изучали по книгам, будучи совсем еще юными. Но никому из них не случалось слышать его наяву.

Это была Всеобщая Тревога.

Существовало много видов тревоги и много упражнений для их отработки: тревога в случае повреждения корпуса корабля, тревога в случае нарушения герметичности, тревога в случае утечки воды и случайной утечки токсических веществ. Они все это изучали на практике и не раз разучивали, как нужно себя вести в той или иной ситуации, учили все виды тревоги. Но у них никогда не было учений по отработке всеобщей тревоги, поскольку это могло бы нарушить многие важные функции корабля. Но по всей видимости это была не ложная тревога.

Сомнения быстро уступили место действиям, и все вокруг него, поспешно бросив развлечения, устремились на свои места, двигаясь при этом большими прыжками. Несколько матерей с младенцами в своих сумках заметно отстали. В это время прозвучал второй сигнал Всеобщей Тревоги, еще более пронзительный, чем первый.

Боевые станции.

Боевые станции? Но это же самый настоящий анахронизм, бросок назад в их примитивное прошлое. И вообще, такие станции существуют, наверное, скорее для всеобщего развлечения, чем для настоящих боевых действий. Ведь во Вселенной нет никого с кем можно было бы воевать.

Смотрящий-на-Карты замедлил шаг, обдумывая сложившуюся ситуацию. Они только что вышли на орбиту Ширазы. Для большинства членов экипажа этот момент был самым главным и они испытали чувство расслабленности. Но ведь это не игра. И как же в такой ситуации призвать всех к бдительности. Только путем внезапного и шокирующего всех сигнала Всеобщей Тревоги.

Квози мчалась мимо него, обгоняя друг друга, но никто не толкался. Было всеобщее возбуждение, но не было паники и грубости. Никого не толкали и не растоптали. Смотрящий-на-Карты улыбнулся про себя. Если его догадка неверна, то тогда он опоздает на свой боевой пост. А это грозит замечанием. Но если он прав…

Вой сирены исчез, и вместо него послышался спокойный голос, который он не узнал. Тем не менее, это, как ему показалось, еще раз подтверждало его подозрения. «Разведчик, – гордо подумал он про себя, – должен обладать хорошими инстинктами и уверенностью в правильности своих действий».

Конечно же, это была тренировка, чтобы привести всех в состояние готовности и покончить со всеобщим легкомыслием. Радоваться будем потом, на месте, когда создадим Первую Нору. В толпе послышалось грубое ворчание и даже ругательства, но были также возгласы удивления и радости. Пусть Плывущая-через-Поток сама восстановит дисциплину на корабле, чтобы каждый это услышал, чтобы до каждого дошло.

В самом деле, какие боевые станции! Даже преступники, и те редко прибегают к использованию физического насилия, хотя каждый Квози обучен и знает, как нужно бороться. Преступник, который допустил насилие, навсегда потеряет свой статус среди себе подобных.

Ведь Квози – единственные разумные существа во Вселенной, существа, способные мыслить. А боевые станции нужны были разве что для поддержания традиций, но никак не для использования в реальной жизни. Ведь колонистам даже не с кем было поговорить, не то что вести войну.

Тут он услышал позывные сигналы из своего передатчика. Ему было приказано представить отчет, но на этот раз не в основной зал заседаний, а в отдел, находившийся рядом с Командованием, Сначала он нахмурился, но тут же расслабился, и повернул в нужном направлении. По всей видимости Встающий-с-Приветствием захотел лично поговорить с каждым членом Команды Приземления. А может, это была последняя неожиданная проверка его готовности. Да это и не имело значения. Он был готов ко всему. Разве не он самый первый предсказал истинную причину Всеобщей Тревоги? А может подошло время выбирать посадочную площадку для исследовательского корабля? При этой мысли он ускорил шаг.

Ему вдруг стало интересно, а можно ли ему будет пошутить с Плывущей-через-Поток, если она там будет. Он хотел сделать ей комплимент по поводу того, как хитро она задумала трюк со Всеобщей Тревогой и боевыми станциями. «Действительно, это было очень смешно», – подумал он. Никто не посмел бы обвинить Капитана в отсутствии чувства юмора, ведь теперь ей удалось одурачить весь корабль. И это делало ее шутку еще более изысканной.

Как и в главном зале заседаний здесь имелся большой экран. Однако не было ни стульев, ни стола. Только несколько больших и удобных кресел, куда можно сесть и расслабиться. Зал больше напоминал жилую комнату, чем деловой центр.

Когда он вошел туда, Плывущей-через-Поток еще не было. Но она вскоре подошла. Встающий-с-Приветствием поздоровался с ней. Уносящий-ношу-Вдаль находился в дальнем углу комнаты. Больше всего Смотрящего поразило то, что его друг вел оживленный разговор со Скрывающим-свои-Чувства. Что делал здесь главный философ корабля? Если, конечно, он здесь был не для того, чтобы послушать ответы двух разведчиков и вынести окончательный приговор об их психологической готовности. Но не заметив никаких признаков веселья и радости, смотрящий стал сомневаться в том, что это была шутка. Судя по всему он очень ошибался в своих догадках. Уши у всех присутствующих либо лежали на спине, либо были подняты вверх и напряжены. Он также почувствовал некоторую обеспокоенность Уносящего-ношу-Вдаль, когда тот обернулся к нему. Неужели что-то случилось? Вся уверенность, с которой он вошел в комнату, мгновенно куда-то исчезла, вместо нее в голову полезли разные мысли. Они были настолько чудовищны, что он, не представив себя должным образом, тут же выпалил:

– Боевые станции? Я думал это шутка. И только из-за серьезности создавшегося положения Поднимающийся-с-Приветствием не обратил внимания на грубое нарушение разведчиком правил этикета.

– Нет, это не шутка.

Смотрящий-на-Карты услышал как за его спиной плотно закрыли дверь. А ведь он не заметил охрану. Вооруженная охрана. За всю свою жизнь он не видел вооруженной охраны на борту «Последователя». Невольно возник вопрос, а зачем вообще была выставлена охрана, то ли чтобы не заходили посторонние, то ли, наоборот, не выпускать присутствующих.

– Но ведь потом был отбой тревоги, – неубедительно пробормотал Смотрящий. – И вообще тревога была учебная, – он нервно крутил большую серьгу в левом ухе*

Глава Комитета удивленно пошевелил ушами.

– Сначала мы действовали ошибочно. Точнее, мы действовали как и следует действовать в подобных ситуациях. Но это было нашей ошибкой, а ее можно было избежать. Мы приняли поспешное решение, но потом по совету Скрывающего-свои-Чувства нам пришлось от него отказаться, чтобы избежать паники на корабле, так как большинство колонистов не имеют к случившемуся никакого отношения. Мы должны преподносить информацию последовательно. Ведь как говорит наша древняя поговорка: «Чтобы дерево Пароким выросло сильным, надо заботиться о его семенах».

– Но при чем тут «боевые станции»? Это ведь только ради сохранения традиций, правда?

– Некоторые традиции могут стать реальной жизнью, – все обернулись на голос Плывущей-через-Поток.

Смотрящий, обессилев, рухнул в кресло.

– Все же я не понимаю.

– Я присутствовал в лаборатории в тот момент, когда подтвердились наши предположения, – раздался рядом с ним голос Уносящего-ношу-Вдаль. Его напряжение ничуть не уменьшилось с того момента, как Смотрящий вошел в зал.

– Мы очень долго не заходили в нормальный космос и я решил проверить расчеты. Когда я вошел в лабораторию, предварительные исследования проходили строго в соответствии с планом. Но у меня еще тогда возник вопрос, который я не успел задать, так как ситуация стала очевидной для всех.

– Какая ситуация? – раздраженно спросил Смотрящий-на-Карты, так ничего и не поняв.

– Можешь представить себе реакцию исследовательского отдела, – с иронией в голосе продолжал Уносящий. – Ведь как и все остальные они с воодушевлением выполняли поставленные перед ними задачи, задачи, которые были целью всей нашей жизни. Вместо этого они получили совершенно неожиданные результаты и были вынуждены заняться совершенно новым для них видом работы.

– Что же неожиданное они обнаружили? – спросил Смотрящий, теряя терпение.

Уши Уносящего полностью наклонились назад и остались параллельны полу.

– Сначала никто этому не поверил, но все оказалось верным. «Последователь» вышел на орбиту Ширазы. Это подтвердило излучение с ее поверхности, распространяющееся в основном в виде примитивных радиоволн. Излучение слишком интенсивное, чтобы быть природным явлением.

– Когда мы вступим в ночное полушарие, Вы сможете сами все увидеть, – взволнованно добавил Встающий-с-Приветствием.

Смотрящий-на-Карты был в недоумении.

– Увидеть что?

– Огни. Огни населенных центров.

– Искусственное освещение, – уши Уносящего запрыгали. – Мы видели это и вынуждены признать очевидное.

– Может быть это Квози? Может какой-то другой корабль поселенцев сбился с курса и сел на эту планету?

Из дальнего угла послышался голос старшего Навигатора:

– Корабли с поселенцами не сбиваются с курса. Кроме того, мы ведем радиоприем, ко не смогли понять ни одной передачи. Там внизу, на Ширазе, очевидно, существует множество языков, и ни один из них не похож на наш.

«Кроме того есть другая причина», – пробормотал он себе под нос.

Смотрящий-на-Карты одновременно чувствовал тревогу и радость. Другой разум! Все учебники настаивали на том, что Квози – единственные разумные существа во Вселенной. И так будет всегда. И поэтому перед ними была поставлена задача наполнить жизнью все пригодные для этого планеты. Вот цель Квози.

А сейчас оказалось, если, конечно, правильно расшифровали данные, что они не одни. У них есть друзья. А может соперники? Вопросы один за другим вспыхивали у него в мозгу. Но он задал Капитану самый главный вопрос:

– Какие они?

– Пока мы не знаем, – мягко ответила Плывушая-через-Поток. – Их многочисленные радиопередачи мы можем пока лишь только слышать. Но уже ясно, что они не могут быть похожими на нас.

– Откуда это известно? – снова спросил Смотрящий. Глава Комитета смерил его взглядом.

– Потому что они воюют…

Все четырнадцать пальцев Капитана напряженно переплелись между собой.

Смотрящий-на-Карты старательно пытался понять услышанное. По ходу у него возникло множество вопросов, но задать их он все же не решился. Сейчас он хорошо понимал, кто он и где находится.

– Я приношу тысячи извинений за свое невежество, но почему вы так думаете? Ведь вы еще не видели ни одного из них.

Уносящий терпеливо пояснил ему:

– Конечно, наши приборы недостаточно сильны, чтобы различить отдельное существо на поверхности, но они смогли определить существование и передвижение большого числа технических средств и целых групп живых существ. Смогли уловить также частые, но несильные взрывы, целые колонны металлических двигающихся средств, атакующих друг друга, и, по крайней мере, два населенных центра, которые постоянно бомбят И всю эту информацию мы почерпнули за время предварительных наблюдений.

– Теперь Вы все знаете и понимаете, – заговорила Плывущая-через-Поток, – почему это должно быть сохранено в тайне от большинства наших колонистов. А мы с вами будем собираться здесь, в этой охраняемой комнате, два раза в день, в определенное время, чтобы обсудить все поступающие данные. Мы не будем использовать для связи обычные каналы, чтобы не произошло утечки информации.

Все остальные, не имеющие отношения к подготовке посадки на Шираз, не должны ничего знать о возникших проблемах. Для них наши дела идут успешно. Я думаю мне не нужно говорить, каким суровым будет наказание для того, кто не сумеет сохранить нашу тайну. У меня все. Жду ваших соображений, – она закончила речь, указав точное время их следующей встречи.

Как и все остальные члены команды, Смотрящий-на-Карты был вынужден оставить на время свои мечты. Весь персонал, занятый предварительными исследованиями, пытался получить дополнительные подробности о ставшем вдруг опасном мире Шираз. Часть информации была обнадеживающей, другая – наоборот.

Основной задачей Капитана стала безопасность самого «Последователя», поскольку не было никакой гарантии, что воюющие жители их нового дома не повернут свое оружие против миролюбивых пришельцев. Но этот страх быстро рассеялся, так как вскоре стало ясно, что у коренного населения отсутствовали технические средства, способные покидать низкие слои атмосферы. Их летательные аппараты передвигались очень медленно и на малых высотах.

Также не наблюдалось никаких приборов обнаружения, действующих на больших расстояниях. Таким образом, находясь на орбите, «Последователь» был в полной безопасности и недосягаем с поверхности. Обнаружить его можно было разве что с помощью примитивных визуальных аппаратов. После небольшой дискуссии было решено, что жители планеты навряд ли обладали оптической аппаратурой, способной идентифицировать такой маленький объект, как «Последователь». Но даже если они и обладали такой техникой, то вряд ли они стали бы именно сейчас изучать космическое пространство в каких-либо астрологических целях. Они были слишком заняты, убивая друг друга.

Было видно, что хотя конфликт и носит всеобщий характер, тем не менее наиболее выражен он был лишь в некоторых районах: в основном на одной части самого большого океана и на двух больших земельных массивах. Именно на этих участках и сосредоточила все свое внимание группа исследователей.

Им придется спуститься вниз. Смотрящий-на-Карты понимал это также хорошо как и Капитан, и любой другой колонист. «Последователь» не был предназначен для постоянной жизни, он был лишь связующим звеном между их прошлым домом и будущим. Они не могли вернуться на Квозинию или полететь еще куда-нибудь. Шираз была их новым домом, невзирая на то, заселена она или нет, сотрясают ли ее взрывы или там царит мир и спокойствие. А им придется попросту приспосабливаться.

Также не имело смысла ждать того, что произойдет там внизу. Если провести аналогию с древней Квозинией, то тогда население Ширазы возможно уже воюет многие тысячелетия, и конца этой войны можно и не дождаться. По-видимому, наспех объединившимся местным группировкам и в голову не приходило, что конфликт может быть погашен уже в самом начале. У них, наверное, не было такого исторического прецедента, на базе которого можно было бы создать такую важную для обеспечения мира модель.

Плывущую-через-Поток и Командование больше волновало то, что в условиях войны технический прогресс воюющих сторон мог резко шагнуть вперед. Так случилось на Квозинии. Если развитие наций пойдет по такому же пути, то в любой момент аборигены смогут открыть более эффективное оружие, способное поражать цель далеко за пределами атмосферы, и тогда для «Последователя» возникнет реальная угроза. Будет намного разумнее построить на Ширазе Первую Нору и жить в относительной безопасности, чем ждать на орбите конца местных событий.

Этим объяснялись первоначальные действия Командования. И решение об использовании боевых станций не было шуткой. Его отменили лишь тогда, когда исследовательские команды пришли к выводу, об ограниченности технических возможностей ширазян. Но так будет не всегда. Прогресс остановить невозможно. Поэтому как можно скорее нужно принять окончательное решение.

Преодолеть такое расстояние, чтобы в последний момент все рухнуло. Это было невыносимо. Смотрящий-на-Карты не мог скрыть своего огорчения. Это заметили его друзья и ему пришлось прибегнуть к помощи терапии и дополнительной медитации. Он был не одинок в своих чувствах. К счастью, члены рабочей группы были либо полностью изолированы от основной массы населения корабля, либо наоборот, находились в самом тесном контакте с остальными Квози. Поэтому ни у кого не возникло ни малейшего подозрения, и секретность была обеспечена. Большинство колонистов занимались своей обычной работой по подготовке к посадке, совершенно не подозревая о случившемся. А главное, на корабле удалось избежать паники.

Но чем дольше откладывался день посадки, чем дольше «Последователь» оставался на орбите, тем труднее становилось скрывать правду о том, что их новый дом был уже кем-то заселен.

III

– Нам ничего не остается делать, как попытаться убедить этих воинственно настроенных аборигенов поделиться с нами своим домом, – все со вниманием слушали Скрывающего-свои-Чувства. Главный философ корабля выступал нечасто, но когда он это делал на него попросту не обращали внимания. Но сегодня все было по-другому.

– Несмотря на преобладание воды, на планете много незаселенной суши, которую местные жители либо не хотят, либо просто не могут использовать в своих целях. Квози могут поселиться где угодно. Огромные территории лишены всяких признаков сельского хозяйства или урбанизации.

Однако, не следует исключать и ту возможность, что ; «та цивилизация находится в первоначальной стадии своего развития и поэтому их численность пока невелика. Но независимо от причин, там достаточно места для поселения.

– В чем мы больше всего нуждаемся сейчас, – раздался голос Плывущей-через-Поток, – так это в знаниях не о самой Ширазе, а о ее населении. Мы пришли к выводу, что по своему умственному развитию они далеки от нас. Но Квози когда-то давно воевали точно также, как и они сейчас. А не могут ли они быть похожими на нас физически? Биологи сказали мне, что разум не развивается повторно в одинаковой физической форме. Но тем не менее, даже если мы и окажемся похожи друг на друга, это вовсе не означает, что они нас примут с распростертыми объятиями. Мы для них все равно будем чужестранцами.

– Это все гипотезы. А возможно, они встретят нас именно с распростертыми объятиями, а их самки доверяя нам, не .будут защищать свои сумки с младенцами, – проворчал Встающий-с-Приветствием. Глава Комитета был далеко не оптимист.

– В этом-то и заключается вся наша проблема, – Капитан повела одним ухом в знак понимания позиции Главы Комитета. – Но мы не можем позволить себе предпринять какие-то шаги, основываясь на одних домыслах. Вся информация, которую мы имеем, поступает к нам с весьма отдаленной территории, благодаря экстра-атмосферным исследованиям. Нам не нужны более точные знания.

Смотрящий-на-Карты почувствовал, как его захлестнула волна возбуждения, но, конечно же, не показал виду. Ею статус и авторитет не позволяли ему это сделать.

– Существует также ряд этических проблем, снова вступил в разговор Скрывающий-свои-Чувства. – Наши технологии намного опережают технологии аборигенов, но у нас на борту лишь несколько малых боевых орудий. И мы просто не сможем потеснить разумных жителей с лучших территорий, да мы и не стали бы этого делать. Поскольку мы не можем с ними бороться, у нас остается только два варианта: мы будем либо сотрудничать с ними, либо будем пытаться избежать любого контакта. В данный момент, я полагаю, лучше избрать второй вариант. Мне очень жаль, но так будет лучше.

«Вот чем мы отличаемся от древних Квози», – подумал Смотрящий-на-Карты. Те действовали бы иначе. Они бы совершили посадку, вырезали все местное население, захватили бы их территории и продовольственные запасы. Цивилизация навсегда с этим покончила. Теперь Квози жили по-другому. Они не могли позволить себе поступать таким образом, но при этом они все равно оставались Квози. А это означало, что им должна сопутствовать удача.

Смотрящий продолжал изучать изображения новой планеты до тех пор, пока перед глазами не возникла пелена и не отяжелели веки. Так много свободной земли. Они могут спрятаться и начать строительство колонии тайно. Возможно, воюющие существа сами уничтожат друг друга. И это сразу решит все проблемы.

Хотя, было бы здорово подружиться с ними. Прекрасно сознавать, что такая ответственная ноша, каковой является сохранение разума во Вселенной, теперь лежит не только на плечах Квози. Прекрасно иметь свою компанию, но, конечно, дружескую, а не враждебно настроенную.

Но как они, продолжая воевать, смогли достичь такого уровня механической технологии? Этот вопрос не давал покоя членам исследовательской команды. Как можно разумным существам сначала успешно сотрудничать, а затем тут же начинать друг против друга боевые действия? Шираз оказалась местом, где реальность превратилась в нечто противоположное, в какой-то абсурд.

– Мы должны сделать посадку, – настаивал Встающий-с-Приветствием. – Мы не можем больше оставаться на орбите, и выглядывать наружу, как младенцы из сумки своей матери.

С каждым днем колонисты проявляют все большее беспокойство и нам все труднее сохранять секретность и безопасность. Мы так и не узнаем, какие шаги нам предпринять, до тех пор, пока не осуществим посадку и не увидим все своими глазами, простите мне мою резкость, – его глаза скосились в сторону Смотрящего-на-Карты.

Наш хорошо обученный и подготовленный персонал потеряет свою форму, если мы будем сидеть и ждать. Квози потеряют свои навыки из-за бездействия. Сейчас не время дискутировать. Нужно решительно действовать.

Прямота Главы Комитета была слишком резкой, но одновременно она придавала всем силы и уверенность. Соблюдая субординацию, оба разведчика не издали ни звука. Но внутренне они ликовали и подбадривали своего руководителя.

– Вспомните Мазну, – призвал Скрывающий-свои-Чувства, сделав знак ушами. – Она была населена враждебными и опасными неразумными существами. Я согласен с предыдущим оратором: мы должны послать наших сотрудников вниз, но сделать это необходимо очень осторожно.

От радости Смотрящего охватило желание выбить все зубы философу, подвесить его за уши, раздробить его конечности. Зов крови. Он отчаянно начал медитировать.

Все надеялись услышать программное выступление Плывущей-через-Поток, но она, поднявшись, произнесла только одну фразу:

– Я соберу Совет Семерых и мы постараемся найти выход из этой непростой ситуации.

Весь следующий день Смотрящий-на-Карты провел в ожидании решения. Статус разведчика был слишком низок, чтобы влиять на ход событий. Поэтому они с Уносящим-ношу-Вдаль просто сидели в креслах и ждали указаний. Только Капитан и Совет могли решить, продолжать ли им орбитальные исследования, или же начать исследования непосредственно на Ширазе. «Ждать трудно, но еще труднее, – успокаивал себя Смотрящий, – принимать решения, от которых зависит судьба всей колонии».

В этот момент из зала заседаний вышел Встающий-с-Приветствием.

– Извините меня за нескромность, – залепетал разведчик, – я знаю, что это не мое дело, но ничего не могу с собой поделать. Не могли бы Вы подсказать, Ваша Светлость, какое решение намерен принять Совет?

Встающий-с-Приветствием едва глянул на него. И это очень расстроило Смотрящего, который боялся, что Глава Комитета вообще ему не ответит.

Однако, тот стал медленно говорить, как будто сам с собой:

– На огромных просторах Ширазы мы можем создать Первую Нору в полной тайне от коренного население. Не все в этом убеждены, но большинство согласно, что мы не можем задерживаться здесь слишком долго. Вы не единственный, кто с нетерпением ждет того момента, когда наконец-то мы сможем стать ногами на твердую почву и вдохнуть свежий воздух вместо циркулирующей атмосферы.

Заселив Первую Нору, мы сможем спокойно изучать нравы местного населения, наблюдая за ними вплотную. Это решение оправдывается и тем, что у нас нет другого выхода, – коренастый Глава поправил шарф на бедре.

Смотрящий-на-Карты выждал и спросил:

– Мы будем использовать силу? – Ив знак уважения он тоже поправил шарф на своей ноге.

– Нет. Мы не можем этого сделать. Если контакт станет неизбежен, мы все равно должны будем отказаться от насилия, независимо от последствий. Иначе произойдет самое страшное – будет нанесен сильнейший удар психике Квози. Имейте это ввиду, когда спуститесь вниз.

Смотрящий-на-Карты забыл обо всем на свете.

– Вниз? Это уже решено?

Глава посмотрел на закрытую дверь.

– Еще нет, но скоро это произойдет. Они придут именно к такому решению. Я в этом абсолютно уверен. Выбора нет.

Сердце Смотрящего-на-Карты учащенно забилось, но он постарался скрыть свои эмоции от Наставника, чтобы не оказаться невежливым.

– Когда?

– Возможно, уже завтра. Один корабль. Вы, Уносящий-ношу-Вдаль, а про остальных еще будет решаться. Пошлем полный экипаж.

«Разумно», – подумал Смотрящий. Сначала один корабль на случай непредвиденных осложнений. Проведение непосредственных исследований внизу займет много времени, но только в этом случае появится уверенность. Уверенность у тех, кто пока останется на «Последователе». Но не у тех, кто первым спустится вниз. «Что ж, нужно будет одеться в самый лучший наряд», – сказал себе Смотрящий. Глава Комитета посмотрел на свой хронометр.

– Кого бы вы взяли с собой? – неожиданно спросил он.

Рой мыслей пронесся в голове Смотрящего.

– В вопросах моделирования прекрасно разбирается Летающая-на-Хвосте. У нее быстрая реакция.

– А что касается команды ученых?

Смотрящий почтительно потупил глаза и опустил уши.

– Я не уверен, что в моей компетенции выбирать экспертов.

– Не скромничайте. Вы все прекрасно знаете друг друга. Смелее, я прошу у вас совета.

– Если вы интересуетесь моим мнением, то я бы взял Вздыхающую-с-Горечью в качестве метеоролога и Гуляющего-в-Молчании геологом. Прошу прощения за мой выбор.

– Вам также, нужен ксенолог.

Смотрящий-на-Карты задумался. В этой ситуации ксенолог обязан быть женской особи, поскольку экипаж должен состоять из равного количества самцов и самок. Долго думать ему не пришлось.

– Стоящая-на-Заседаниях.

Встающий-с-Приветствием не смог скрыть своего удивления:

– Ведь она пятого поколения. Я ценю вашу почтительность, но хотел бы услышать дополнительные объяснения.

– Да, я знаю. Но она все еще активна в сексуальном плане. К тому же группе ученых будет нужен внутренний руководитель. И именно она сможет возглавить их.

– Некоторые говорят, что на самом деле она четвертого, а не пятого поколения.

– Не имеет значения. Я встречался с ней несколько раз и буду не против иметь с ней более тесную связь. Она несомненно будет авторитетом для остальных членов экипажа, особенно если случится непредвиденное и мы столкнемся с аборигенами. Мне бы хотелось, чтобы с нами были ее знания и опыт.

– Как хотите. Я хвалю ваш выбор, но еще раз проконтролируйте, чтобы перед отлетом все приняли нужную дозу препаратов, подавляющих сексуальное влечение.

Смотрящий-на-Карты с готовностью согласился.

– Совершенно верно. Если все пойдет хорошо, мы сможем наверстать упущенное позднее. Находясь на Ширазе, мы не должны отвлекаться по таким пустякам.

– Да, вы правы, – согласился Глава Комитета по Приземлению. – Я также не могу не согласиться с вашими кандидатурами. И я уверен, Капитан также одобрит Ваш выбор.

«Все идет довольно гладко», – подумал Смотрящий. Несмотря на волнения и беспокойства, разведчики совершат посадку, выберут место для строительства Норы, а затем они помогут произвести посадку «Последователя». При этом они должны избегать каких бы то ни было контактов с враждующими жителями Ширазы. Слава без боевых конфликтов. Их имена навсегда войдут в тексты по истории.

Он был очень оптимистично настроен. Ему просто необходимо было быть оптимистом. Как и всем остальным, так как лететь им больше некуда.

Встающий-с-Приветствием хотел было уйти, но разведчик задержал его последним вопросом:

– Вы уверены, что аборигены не имеют средств обнаружения «Последователя» на орбите?

– Группа, анализирующая излучение с поверхности, не может быть ни в чем абсолютно уверена. Все очень относительно. И мы вынуждены довольствоваться этим – еще одна причина для скорейшего выбора площадки под Нору, – он немного поколебался и на секунду из Главы Комитета превратился в близкого друга. – Но это не значит, что мы толкаем вас на риск. Вы с Уносящим-ношу-Вдаль – два наших лучших разведчика. Для корабля будет катастрофой, если с вами что-то случится. А меня это просто убьет, – он повернулся и быстро зашагал, прежде чем Смотрящий смог что-то ответить.

Разговор с Главой Комитета наполнил теплом душу Смотрящего, и он долго вспоминал учителя пока бродил в поисках коллеги. Им было о чем поговорить до отлета.

– Кто бы мог это ожидать? Или представить? – Уносящий-ношу-Вдаль потягивал через соломинку какой-то напиток, лежа на софе. В комнате для отдыха кроме них, никого не было. Все остальные находились на посту. А их работа начнется завтра.

– Как ты думаешь, какие они?

– Это не наше дело. Мы должны обеспечить быстрое приземление и защитить команду ученых.

– Я знаю, чем мы должны заниматься, – Уносящий устало уставился в потолок. Содержимое сосуда взволновало его. – У них, должно быть, холодная кровь и оголенные скелеты.

– Если верить данным техников, изучавшим коренное население, то нет. Напротив, они говорят, что те очень похожи на нас.

– Верить этим самцам? – Уносящий насмешливо хмыкнул. – Я бы не слишком доверял тому бреду, что они несут. Если бы их репортажи содержали снимки аборигенов!

– К сожалению технология еще не достигла такого высокого уровня, а мы не можем ждать, пока они добудут для нас такие изображения. Мы быстренько должны спуститься вниз. Хотя даже не знаем наверняка, какой там климат.

– Я вижу, ты тоже не слишком веришь этим длинным и утомительным отчетам. Я так и думал, – казалось, Уносящий был доволен. – Что касается меня, я не верю ни одному слову, пока сам лично не сделаю первый вдох на Ширазе.

– Но погода, собственно и не будет играть особой роли, если мы будем жить под землей, – пробормотал Смотрящий.

– Самое главное это то, что судя по всему население Ширазы очень малочисленно. Поэтому, я думаю, нам удастся найти подходящее укромное местечко без особого труда.

– Столько воды, – произнес Уносящий-ношу-Вдаль, разглядывая пузырьки в своем сосуде. – Если бы мы были речными обитателями…

Хорошо, что в этот момент его никто не слышал, а то слова Уносящего посчитали бы ужасной бестактностью. Но в комнате, кроме них двоих, никого не было.

– Интересно, как долго мы сможем избегать контактов, – размышлял вслух Смотрящий.

– Если они примитивны до такой степени, что воюют друг с другом, то я думаю Совет попытается избегать встречи с аборигенами как можно дольше. Не беспокойся, мой друг. Нам будет что посмотреть. И впечатлений будет предостаточно. Перед нами лежит целый мир, а флора и фауна сами по себе не бывают враждебными. Если, конечно, цивилизация этих аборигенов не нарушила экологического равновесия на планете.

– Это как раз вовсе не обязательно. Никто не знает, на что способны разумные существа, что они думают, и как действуют. А ты рассуждаешь с позиций Квози. Процессы мышления ширазян могут быть абсолютно отличными от наших. Они бы уже давно истребили друг друга, не будь логики в их действиях.

Уснуть Смотрящему удалось лишь с помощью сильных медитативных пленок. Важность предстоящего, ответственность перед всеми за свои действия стали постепенно проникать в его сердце.

А утром им, шестерым членам первого исследовательского экипажа, была показана посадочная площадка на Ширазе. Она располагалась на востоке гористой местности, где не велись боевые действия, у самого подножия гор. Территория была почти не заселена, а многочисленные горы помогут им в полной тайне произвести посадку. Ближайшие населенные пункты находились достаточно далеко от этого места.

Вздыхающая-с-Горечью поинтересовалась как будет действовать Командование, если разведчиков все же обнаружат боевые летательные аппараты аборигенов. Встающий-с-Приветствием ответил, что судя по полученным данным, даже самые лучшие самолеты ширазян не обладают необходимыми приборами для поиска мелких объектов на поверхности планеты, поэтому беспокоиться не о чем. Что касается самой посадочной площадки, то у Комитета по Приземлению просто не было времени, чтобы найти более удачное место.

Исследовательский корабль был небольших размеров и довольно узкий. Два ряда подвижных крыльев располагались над корпусом и предназначались для экстра-атмосферных полетов. Летающая-на-Хвосте была уже в пусковом отсеке, когда туда пришли остальные. Она все утро провела с механиками, расспрашивая у них все до мельчайших подробностей о строении корабля, наблюдая за подготовкой к работе дублирующих систем. В конечном счете именно от нее будет зависеть, как пройдет посадка.

Все члены экипажа одели свои лучшие наряды вместо простых, но не очень удобных рабочих комбинезонов. Ничего лишнего. Зато им было разрешено надеть полный комплект украшений. Смотрящий-на-Карты проверил свои многочисленные серьги. Так что им не придется выполнять такую ответственную работу в затрапезном виде. Одежда позволяла чувствовать себя уверенно. К тому же он не до конца доверял утверждениям исследовательского отдела о теплом климате на Ширазе.

Приборы дальнего слежения установили, что самолеты ширазян всегда пролетали мимо выбранной посадочной площадки, не обращая на нее никакого внимания. Это немного успокаивало, хотя не очень.

Уносящий-ношу-Вдаль заметно нервничал, что было странно после всех его бравад. Смотрящему было интересно узнать отношение к его другу Главы Комитета и остальных старейшин. Однако те хранили молчание. Собранная воедино команда шестерых включила лучших представителей «Последователя». И сейчас было не время отказывать друг другу в доверии.

Смотрящий внимательно оглядел своих коллег – участников исторического путешествия. Вздыхающая-с-Горечью имела слабость к различного рода стрижкам и всегда старалась выглядеть как можно лучше. Она заметила его взгляд, но никак не отреагировала: верный признак действия гормональных блокирующих препаратов.

Стоящая-на-Заседаниях, расположившись отдельно от всех, сохраняла молчание. От нее исходило спокойствие и уверенность, как и подобало старшему члену команды приземления. Единственным среди них, кому никак не удавалось скрыть нервозность был Гуляющий-в-Молчании.

Геолог отличался своей возбудимостью. Смотрящий отметил про себя, что Гуляющего всегда назначали помощником, так как излишняя впечатлительность геолога могла заметно осложнить любую чрезвычайную ситуацию, даже во время учебной тревоги.

«Но у нас чрезвычайных ситуаций быть не должно», – настраивал он себя. Первое приземление на Шираз скорее всего окажется утомительным, но полностью спланированным и безо всяких осложнений.

Перед отлетом Смотрящий обмолвился с Гуляющим несколькими словами.

– Я прекрасно себя чувствую, – заверил его геолог. – Нет, Вы только подумайте, на пороге каких грандиозных событий мы сейчас находимся. Я стану первым геологом, ступившим в новый мир, мир, который никогда раньше не видел Квози. Это же здорово!

Смотрящий-на-Карты старался казаться равнодушным:

– Почему? Разве горы не везде одинаковы?

– Нет, – воодушевленно ответил Гуляющий и его глаза устремились в сторону трапа, ведущего на корабль. – У нас не осталось времени на разговоры. А сейчас за дело.

– Да, вперед! – Торжественно произнес Смотрящий. – Не беспокойся. Все будет нормально.

– Я это знаю, – ответил ему геолог, направляясь к кораблю. – Но все же было бы намного лучше, если бы планета не была заселена. Нет, вернее не так. Если бы они были цивилизованными.

– Может так и окажется.

– Я сомневаюсь, – Гуляющий-в-Молчании стал подниматься по трапу, неуклюже шлепая по пластиковым ступенькам.

Формальная церемония прощания была короткой и трогательной. Плывущая-через-Поток не смогла на ней присутствовать. В тот момент она была в командном центре, еще раз все проверяя перед стартом.

Поскольку не было полной уверенности в том имеют ли аборигены на Ширазе радиоперехватывающие устройства или нет. Совет решил сократить до минимума контакт между «Последователем» и исследовательским кораблем. Выходить на связь разрешалось только в экстремальной ситуации. А все разговоры решено было отложить до их возвращения, когда времени для бесед будет предостаточно.

Мысленно Смотрящий-на-Карты уже тысячи раз видел, как они приземляются на самые разные планеты. Но в жизни оказалось все по-другому. Он слышал голос Летающей-на-Хвосте, видел, как ее пальцы осторожно касаются приборов управления, но все же это было как-то не так, по-другому. А все потому, что это была реальность, а у нее, видно, свой привкус.

Затем был полет. Они летели навстречу бело-голубому шару, чувствуя при этом искусственное притяжение «Последователя».

Справа от Смотрящего молча сидел Уносящий-ношу-Вдаль. Он весь ушел в себя.

Оба разведчика были первоклассными пилотами, но это была не их специальность. Никто не посадил бы корабль лучше, чем Летающая-на-Хвосте. Они еще раз восхитились ее мастерством, когда корабль вошел в верхние слои атмосферы.

Трое ученых находились в задней части корабля в отдельных лабораториях. Там они следили за спуском корабля, глядя на мониторы. Смотрящему стало их жаль. Ведь там они не смогут видеть то, что видно отсюда, из переднего отсека.

Шираз стремительно надвигалась на них. Их новый дом был похож на драгоценный камень, качающийся на молочных волнах, на заполненную водой и сушей родительскую сумку. А «Последователь», единственный дом, который они до сих пор знали, превратился вдруг в обыкновенную схему на экране монитора.

Смотрящий глубоко вздохнул. Дети Квози покидали Сумку. А как повезло планете Шираз, что они выбрали именно ее.

Корабль швыряло в разные стороны, когда они летели сквозь плотные слои атмосферы. Четыре крыла выравнивали направление полета, а тормозной двигатель постепенно снижал скорость корабля. Если бы кто-то на Ширазе увидел их стремительный спуск, решил бы, наверное, что падает метеорит.

Сейчас они уже видели поверхность. Наскоро установленные приборы для предупреждения об обнаружении их местными радиолокационными установками, молчали. Никто на Ширазе и не подозревал об их приближении.

Внезапно Смотрящий почувствовал, как от напряжения заныло все тело. Он так яростно следил за полетом, что заболели мускулы. Он прочитал расслабляющие упражнения и весь сосредоточился на точных и уверенных действиях Летающей-на-Хвосте, которая вела корабль на посадку. Благодаря блокирующим препаратам он мог спокойно смотреть на мягкие изгибы ее плеч, шеи, ушей. Его взгляд задержался на причудливом узоре, выстриженном на ее левом плече, выглядывающем из-под выреза ее делового костюма.

Они стремительно мчались вниз, навстречу белым шапкам гор и огромному зеленому лесу. Сердце Квози прыгало от радости. Настоящие деревья! С могучими стволами. Смотрящий старался схватить все детали открывающегося вида.

Вдруг он снова ощутил притяжение, которое было несколько меньше, чем на «Последователе» и Квозинии. Разница была несущественной, но тем не менее она чувствовалась.

И вот они внизу. Послышался глухой удар о поверхность. Это Летающая-на-Хвосте посадила корабль на небольшую открытую площадку рядом с деревьями.

Деревья были высокие, ровные и почти одного вида. Но на этом их сходство с деревьями Квозинии кончалось. Вместо листьев на этих деревьях было нечто вроде зеленого меха. До них было довольно далеко, однако Смотрящему стало ясно, что ни в одном из учебников ни о чем подобном не упоминалось. Они так же не были похожи на деревья, открытые на трех уже заселенных Квози планетах. И все же это были деревья, какими бы странными они ни казались.

Уносящий-ношу-Вдаль наконец смог сосредоточиться на своей работе.

– Мы не можем здесь оставаться. Местность слишком открытая, – он наклонил вперед ухо. – Вон там есть место довольно большое, чтобы вместить наш корабль.

Летающая-на-Хвосте согласилась с ним и маленький корабль при помощи пропеллеров поднялся в воздух и понес их ближе к зеленой стене. За ним поднялись клубы пыли.

Разведчики пересекли небольшой луг, водоем и какие-то зеленые растения, которые колыхались под воздействием пропеллеров. Затем они лихо пронеслись над водным потоком, впадающим в озеро. На дальнем берегу озера была ровная открытая площадка, окруженная со всех сторон поваленными, видимо во время наводнений, деревьями. Летающей-на-Хвосте удалось спрятать корабль под одно из таких огромных деревьев. Корабль несильно ударился о ветки, и тут же были выключены моторы. Они сели на землю под зеленый навес.

Самым трудным сейчас для Смотрящего-на-Карты было сдержать свои эмоции и дождаться результатов предварительной проверки. Необходимо провести все обязательные измерения и дать им оценку. Казалось, что прошла целая вечность, прежде чем долгожданные данные высветились на экране.

Все было в пределах нормы: воздух, температура. Им не придется одевать огромные громоздкие защитные комбинезоны. Летающая-на-Хвосте долго смотрела на озеро, пытаясь представить, каков же вкус воды Ширазы, и какие микроорганизмы она содержит.

Но тут Смотрящего постигло большое разочарование. Как и было решено, он и Уносящий-ношу-Вдаль бросили жребий, чтобы узнать кому из них выпадет честь первому ступить на поверхность Ширазы, и Смотрящий проиграл. Он всячески пытался скрыть свое огорчение поздравляя коллегу, который чувствовал себя неловко за свой выигрыш и даже пытался уступить Смотрящему, но тот, конечно, отказался. После этого радостный Уносящий приготовился открыть люк и первым выйти наружу.

Разведчики надели защитные рукава: необходимые меры предосторожности, предпринятые впервые на враждебной Мазне. Но все страхи бесследно исчезли, когда они открыли люк и выдвинулся трап.

Воздух был чистый и теплый, полон незнакомых запахов живых существ. Квози остановились, чтобы вдохнуть его как можно больше. Повсюду слышались негромкие звуки, совсем не похожие на шумы Квозинии. Эти звуки были намного мелодичнее. Из глубины высоких, зеленых растений, которые со всех сторон окаймляли озеро, доносилось неясное стрекотание. Смотрящий-на-Карты с интересом стал изучать водный поток прямо под трапом корабля.

– Вода. Свежая, не переработанная.

– Вода есть вода, – ответил Уносящий-ношу-Вдаль и бесцеремонно зашагал вниз по трапу, прямо в этот поток. Вода набралась в его сандалии и намочила мех.

– Холодная, – произнес он и наклонился, чтобы зачерпнуть воды и попробовать ее на вкус. Своим поступком он нарушил все правила безопасности, описанные в учебниках.

Смотрящий услышал как позади задохнулся от ужаса Гуляющий-в-Молчании, а Стоящая-на-Заседаниях тотчас толкнула нарушителя в спину:

– Не делай этого!

Разведчик стряхнул с пальцев капли воды и удивленно посмотрел на ксенолога.

– Как вкусно, – он повернулся и выскочил из воды. – Пошли.

Смотрящий-на-Карты заспешил вниз по трапу. Следом за ними шла Стоящая-на-Заседаниях. Летающая-на-Хвосте с завистью смотрела на них из своего кресла. Она не могла покинуть корабль до тех пор, пока разведчики не обследуют местность.

Вздыхающая-с-Горечью тоже осталась на борту, чтобы продолжить атмосферные исследования.

С Гуляющим-в-Молчании дело обстояло несколько иначе. Никто из разведчиков не нуждался в услугах геолога, пока они делали первоначальные наблюдения. Но поскольку видимой опасности не наблюдалось, они не могли настаивать на том, чтобы он оставался на борту. После некоторого инструктажа ему было разрешено сойти с корабля, но находиться он должен был в поле зрения пилота. Гуляющий неохотно согласился, но вскоре так увлекся собиранием образцов камней и почвы, что полностью забыл о недавнем споре.

Это позволило двум разведчикам и их старшему Ксенологу свободно побродить по лесу. «Чудесная природа, – подумал Смотрящий-на-Карты. – Лучшее, на что мы могли надеяться. И не удивительно, что здесь зародился разум». Повсюду высились странные пушистые деревья, от которых исходил резкий запах, незнакомый, но бодрящий.

Исследователям не понадобилось много времени, чтобы определить, кто же издавал те щелкающие звуки, которые они услышали, выходя из корабля. Их источником были маленькие крылатые существа, порхающие между деревьями. Звуки, издаваемые этими существами иногда походили на пронзительную речь Квози, но были лишены всякого смысла.

– Я не думаю, что такие маленькие и хрупкие существа могут нести в себе разум, – определил Уносящий-ношу-Вдаль. Его предположение подтвердилось, когда они увидели пару таких существ, копающихся в грязи.

Шираз была полна еще и странными ароматами. Ни флора, ни фауна, казалось, не скрывали своих запахов, как это было на Квозинии. Возможно здешние животные не питались запахами, а возможно срабатывал какой-то другой механизм. Именно эту загадку должны будут решить Стоящая-на-Заседаниях вместе со своей научной командой.

Смотрящий решил, что он будет просто наслаждаться. Он даже едва не забыл сделать запись своего появления, а ведь организм мог получить большую перегрузку, просто стоя на одном месте, вдыхая ароматы и прислушиваясь к звукам. Но им было нужно узнать как можно больше о Ширазе.

Поэтому Смотрящий-на-Карты выбрал это направление. К тому же ему показалось, будто он что-то увидел перед самой посадкой. Причина была, конечно, неубедительной и, возможно, Встающий-с-Приветствием не согласился бы с ним. Но сейчас у них не было связи с «Последователем» и они действовали так, как считали нужным. Кроме того предполагалось, что разведчик в случае необходимости был вправе проявить инициативу. Что, собственно, Смотрящий и делал.

Уносящий-ношу-Вдаль никак не отреагировал на указанное коллегой направление. Стоящая-на-Заседаниях могла бы его поправить, но она промолчала, давая молодым разведчикам возможность самим решить этот вопрос. Вместо этого она занялась тщательным осмотром местности. «Милая старушка, – подумал Смотрящий-на-Карты. – Несмотря на свой возраст она работает без устали, как молодой Квози».

Их костюмы содержали необходимые запасы на несколько дней, но Смотрящий не собирался покидать исследовательский корабль надолго. Они проведут предварительные обследования и тут же вернутся. К тому же он был уверен, что Летающая-на-Хвосте даже не успеет забеспокоиться, если они ненадолго выйдут из поля зрения. А пользоваться индивидуальными переносными коммуникаторами разрешалось только в чрезвычайных ситуациях.

Смотрящий не собирался во время своего первого визита заниматься лишь изучением деревьев и летающих существ. Они должны собрать как можно больше информации, а для этого не надо обращать внимания на излишне осторожные инструкции и предупреждения Командования. Ведь разведчики просто обязаны разузнать, с чем столкнулись Квози, и с чем они могут столкнуться, если ситуация выйдет из-под контроля. Смотрящий так долго этого ждал. Он чувствовал, что Уносящий-ношу-Вдаль всегда поддержит его в этом, когда возникнет такая необходимость. Если все пройдет гладко, то они отметят это событие танцами.

А между тем он наслаждался необычной природой, зная, что все решения будут приниматься только Стоящей-на-Заседаниях. В какой-то степени их с Уносящим задачей было сопровождать и защищать ее. Хотя, конечно, и их наблюдения могут иметь ценное значение для оставшихся на «Последователе».

– Посмотри, – Уносящий-ношу-Вдаль согнулся и поднял коричневый предмет величиной с кулак с острыми краями. Точно такие же штуковины висели на ветках ближайшего дерева.

– Что-то вроде шелухи от семян, – предположил Уносящий.

– А может взрывной радиоуправляемый механизм, – сухо возразила Стоящая-на-Заседаниях.

Разведчик уже занес руку, чтобы выбросить эту штуку, но в последний момент передумал, не зная, шутит ли его опытный коллега, или говорит всерьез. Как бы там ни было, предмет не взорвался в его руке и не выделил никакого токсичного сока. Уносящий осмотрел его со всех сторон, а затем привязал к одному из шарфов на левой ноге. При каждом шаге предмет подпрыгивал.

Не желая отставать в приобретении трофеев, Смотрящий-на-Карты сорвал красивые яркие цветы и приколол их к плечевому ремню на своем костюме. Теперь он мог чувствовать их запах, даже не поворачивая головы. Все на Ширазе казалось ему более насыщенным, чем на корабле: цвета, запахи, чистота воздуха. Новый мир блистал в своем великолепии. Специалистам по запахам понадобятся годы, чтобы только занести в каталог все разновидности местных запахов. А сколько других чудес находится впереди, вот за этим деревом или тем бугром?

Немного погодя они остановились перекусить. Все шло по намеченному плану. Они не встретили ни враждебной фауны, ни местных жителей, лишь красота в изобилии. «Прекрасное место для любви», – подумал Смотрящий. Но этого не случится. Долг выше любви. Поэтому для выполнения столь почетного и ответственного задания выбрали именно их с Уносящим. И они сделают все от них зависящее, чтобы с блеском завершить начатое дело.

Пробираясь по лесу, разведчики повидали много удивительной местной живности. Случайно подняв головы вверх, они заметили маленьких пушистых зверьков, которые жили высоко на деревьях, и время от времени издавали действующие на нервы звуки. Зверьки имели едва уловимое комичное сходство с крохотными Квози. Кроме того им повстречалось небольшое существо, бегающее по земле, чьи уши здорово походили на уши Квози. Хотя это существо не могло двигать и вертеть своими ушами даже так, как это умели маленькие квозинята. А ведь сложные движения ушами являлись основой общения между Квози.

Четвероногое существо заметно испугалось, когда они случайно наткнулись на него на небольшой поляне. Оба разведчика инстинктивно потянулись за оружием, но их остановила Стоящая-на-Заседаниях.

– Не торопитесь, постарайтесь применить свои знания, – прошептала она, после того как увидела незнакомца. – Совершенно очевидно, что это не плотоядное животное. У него полностью отсутствуют клыки. И когти.

Обаятельное коричневое существо еще немного поглазело на них, а потом пустилось бежать в ближайшие кусты.

– Смотри! Еще один! – Крикнул Уносящий жестикулируя при этом обоими ушами.

Этот был более мелкий и с пятнами, что породило спор между тремя путешественниками. Они не могли прийти к единому мнению о том, принадлежали ли оба к одному виду, или все же к разным.

Им так и не удалось найти истину, но вдруг лес кончился, и перед ними открылась просторная местность. Вся земля была изрезана вдоль неглубокими канавками. Видимо здесь поработали какие-то машины. Были и другие признаки более-менее разумной деятельности.

Стоящая-на-Заседаниях заколебалась:

– Нам лучше возвратиться назад в лес.

– Ерунда! – Смотрящий-на-Карты уверенно двинулся к забору, сделанному из деревянных столбов. Между столбами была натянута колючая проволока.

– В этом нет никакой опасности, – с этими словами он подцепил шип на проволоке. – Нет, вы только посмотрите, насколько примитивно. Куда проще перейти поле между столбами.

– А может каждый шип содержит особое отравляющее вещество, – задумчиво произнесла Стоящая-на-Заседаниях.

Уверенности Смотрящего как небывало, он с опаской посмотрел на палец. Шип не проник через мех в кожу. Смотрящий глубоко вздохнул, затем повернулся и жестом показал свое унижение.

– Вы правы. Я сделал глупость. Это недостойно тренированного разведчика.

– Никто из нас не застрахован от этого, – Стоящая подошла и изучающе посмотрела на забор. – Слишком много нового и неизвестного. И вообще, мы сначала делаем, а потом уж думаем.

Она подняла глаза и кивнула влево.

– Так как вы все равно настроены идти вперед, давайте пойдем туда.

Небольшой водный поток размыл в одном месте землю под забором так, что они смогли спокойно проползти под проволокой, не задевая ее. После этого они пересекли вспаханное поле. «Интересно, что здесь выращивают», – пробормотал Смотрящий-на-Карты.

Уносящий-ношу-Вдаль пнул ногой небольшой комок земли:

– Трудно сказать что-либо определенное. Почва очень твердая, практически не мульчирована.

Они продолжали подниматься вверх на холм, когда по сигналу Уносящего всем пришлось лечь на живот.

На фоне деревьев недалеко от них виднелось строение. Точнее, несколько строений. Самое большое имело полукруглую крышу. В стенах имелись проемы. Ближайшее здание имело тщательно продуманный дизайн. Исполнение тоже было на высоком уровне. Солнечный свет отражался от окон и ворот. Протоптанная тропинка бежала от восточного крыла здания к большой дороге, идущей с юга на север и исчезающей за горизонтом. Однако никаких признаков движения не наблюдалось.

Чувствуя, как от волнения сердце колотится в груди, Смотрящий заставил прочитать несколько отрывков из Восьмой Книги Шамизин. Это успокоило его ровно настолько, чтобы суметь трезво оценить ситуацию. Было ясно, что перед ними жилье аборигенов.

«Что же делать?» – В душе Стоящей-на-Заседаниях шла борьба между врожденным консерватизмом и страстным желанием зайти внутрь здания. Если бы там был хоть кто-нибудь из местных жителей, такого вопроса не стояло бы. Надо любым способом избегать контактов. Но, дело в том, что сооружения были пусты.

Они долго наблюдали за обстановкой, но единственными живыми существами были четвероногие животные и какие-то летающие существа, которые, судя по всему, не являлись носителями разума.

– А может это брошенное здание, – с надеждой снова предположил Уносящий.

– Оно для этого слишком хорошо ухожено, – Стоящая немного спустилась с вершины холма и задумалась. – И все же, кажется, сейчас там никого нет. Мы вернемся в лес и переночуем там, – решила она, – а утром придем обратно. Если и тогда здесь никого не будет, попытаемся осмотреть все поближе.

Желание у Смотрящего-на-Карты было одно – как можно скорее спуститься с холма к строениям, но он понимал, что без уважительной причины это сейчас сделать невозможно. Слово Стоящей-на-Заседаниях – закон. Она – старшая. А он вынужден подчиняться.

IV

Они провели бессонную ночь, но не потому, что им мешали незнакомые ночные звуки. Просто каждый думал о том, что же они увидят завтра. Уносящий был на ногах еще до восхода местного солнца. Он тут же разбудил всех остальных.

И Квози снова зашагали вверх по склону, чтобы снова ждать и наблюдать за домами. Оба разведчика из последних сил сдерживали нетерпение. В конце концов, Стоящая-на-Заседаниях вынуждена была признать, что место было пустынно. Было дано разрешение спуститься вниз и разведчики едва не пустились во всю прыть.

С более близкого расстояния строения не казались такими солидными, как с холма. Несмотря на то, что были построены из самого божественного материала – дерева. Фундамент составляли обтесанные камни.

Осторожно приближаясь к зданию, исследователи обратили внимание на нескольких небольшого размера существ с перьями, которые копались рядом с домом в пыли, не обращая никакого внимания на Стоящую-на-Заседаниях, даже когда та подошла вплотную. Поведение этих существ разительно отличалось от поведения лесных обитателей.

– Приручены, – прокомментировал Смотрящий-на-Карты, – но с какой целью? Может быть аборигены питаются ими?

– Во всяком случае, их используют явно не для охраны, – сказал Уносящий-ношу-Вдаль и лихо повертел левым ухом.

Никого не удивило, что дверь дома была заперта. Результаты тщательного осмотра показали, что единственным препятствием на их пути был маленький металлический замок. Но эта проблема была быстро решена. Первым шел Уносящий, замыкал цепочку Смотрящий, а посередине, охраняемая двумя разведчиками, оглядываясь по сторонам, ступала Старшая группы.

Когда они открыли дверь ими овладело чувство враждебности, но по мере продвижения внутрь дома, враждебность постепенно исчезала и вскоре вместо нее наступило расслабление. Дом был полон предметов и вещей, цель и назначение которых была просто очевидна. Мягкий половик покрывал пол для того, чтобы было удобнее двигаться. Был ряд предметов специально для сидения. И хотя их пропорции не соответствовали размерам Квози, все же предметы можно было использовать для этих целей. «Аборигены, – подумал Смотрящий, – по-видимому, имеют очень короткие ноги, а ступней у них нет вообще».

Закончив первый поверхностный обзор всех комнат этого нехитрого жилища и получив удовлетворение от того, что в нем никого не оказалось, они начали более тщательный осмотр обнаруженных предметов. Маленькие устройства в стене зажигали свет в электрических лампочках. Другие лампы, более крупных размеров и совершенно другой конструкции, содержали какую-то весьма пахучую жидкость, которая, по мнению Стоящей-на-Заседаниях, зажигалась, чтобы получился дополнительный свет.

Место для приготовления пищи было оборудовано большим металлическим ящиком, где еда хранилась холодной. Уносящий-ношу-Вдаль загорелся желанием попробовать что-нибудь из пищи чужаков, но он тут же получил запрет от ксенолога. Одно дело любить приключения, совсем другое – поступать глупо.

– Пахнет очень аппетитно, – не унимался Уносящий.

– Это еще ничего не значит. Оно может содержать все виды смертельных бактерий, – заявила ему Стоящая-на-Заседаниях, однако все же дала свое согласие на пробу воды из маленького крана. Ведь Уносящий уже попробовал воду в лесу и пока не наблюдалось никаких признаков его увядания.

Они вернулись в большую комнату, и Смотрящий даже свистнул, когда увидел нечто, висевшее на стене. Его коллеги тут же устремились к нему. На стену было приколото плоское изображение аборигенов.

Техника, использованная для репродукции была очень примитивной. Изображение было двухмерным. Но тем не менее, этого было достаточно, чтобы дать им первое представление о жителях Ширазы.

– Они похожи на нас и не похожи, – Уносящий переводил взгляд с одного изображения на другое. – У них абсолютно нет меха. А может они выбривают его до самой кожи?

– Обратите внимание на одежду, – Смотрящий показал на ближайший портрет. – Вполне возможно, они выбривают только открытые места, а под одеждой мех не трогают.

– В данном случае я согласна с Уносящим, – задумчиво произнесла Стоящая. – Скорее всего им нужны дополнительные одежды, чтобы защитить свое голое тело от капризов погоды.

Она постучала пальцем по верху стеклянного портрета:

– И все же у них есть какая-никакая, а шерсть на голове. И очень длинная.

– А что, если это служит для сексуальной привлекательности? – предположил Смотрящий.

Лица аборигенов казались еще более чужими, чем их тела. У них было два глаза, но они были намного меньше, чем глаза Квози. Ноздри, вместо того, чтобы располагаться на самой поверхности лица, образовывали вытянутую костную структуру, и были одного цвета с кожей. И только рты были более или менее одинаковы, хотя у аборигенов они чуть шире. На некоторых репродукциях чужаки оголяли свои зубы и это было или абсолютно враждебной акцией или эти изображения имели устрашающее значение.

Что касается ушей, то вначале Смотрящему показалось, что они отсутствуют вообще. Однако, Стоящая определила, что крошечные сморщенные структуры, расположенные, кто бы мог подумать, на левой и правой сторонах черепа, и являются органами слуха. Смотрящий же расценил их просто как декоративные кожные образования. Ведь они были слишком малы, чтобы служить для такой цели.

– Нет, не может быть, – засомневался Уносящий-ношу-Вдаль. – Как можно слышать такими ушами?

– Просто, вероятно, их слух и зрение не настолько сильны, как у нас, – объяснила Стоящая-на-Заседаниях.

– Глухие и слепые. А еще может и немые, – уши Уносящего презрительно задрожали.

– Тогда они вовсе и не опасны. Посмотрите вот на этого. Показывает свои зубы. Но ведь они крошечные и совсем не страшные. Ими нельзя сильно покусать.

– Нельзя их недооценивать, – предупредила его Стоящая. – Они владеют чрезвычайно эффективным оружием.

Но Уносящий даже присвистнул от сознания собственного превосходства:

– Я даже не понимаю, как они могут этими зубами жевать пищу.

– Может они и не жуют. Их обмен веществ, возможно, процесс более медленный, чем у нас. И поэтому им требуется гораздо меньше питания. Если это так, то здесь они имеют преимущество.

Следующее изображение пары аборигенов в полный рост дало ответы на многие вопросы. На каждой кисти имелось по пять, а не по семь, как у Квози, пальцев. Это предполагало более низкие манипулятивные способности. О ступнях нельзя было сказать ничего определенного, потому что в обоих случаях они были спрятаны в своего рода закрытые сандалии.

На двух картинках были изображены представительницы женской особи. И все-таки, ширазяне были абсолютно другие. Вместо того, чтобы быть спрятанными в сумке для младенцев, женские молочные железы были расположены прямо на груди. Сверху они прикрывались одеждой.

– У женской особи немного больше меха на голове, – отметил Уносящий, внимательно рассматривая плоские изображения. – Бедра шире, по-видимому, в связи с тем, что сумка находится внутри организма. Тем временем Стоящая-на-Заседаниях сделала две аккуратные копии со всех имевшихся репродукций. Разведчики же продолжали обследование здания и всего содержимого. Они так и не смогли понять назначения прибора в форме большого ящика, который стоял у дальней стены. Выяснение было поручено ксенологу.

Уносящий и Смотрящий заспорили также о цели большого, напоминающего пещеру, отверстия в стене. Пол там был весь усыпан пеплом. И они не могли решить для чего это приспособление используется – для приготовления пищи или же для обогрева помещения. В самый разгар спора из таинственного ящика вдруг раздались чужие голоса. В первую секунду Стоящая резко отпрянула от странной коробки, но потом стала усиленно крутить небольшое колесико, расположенное внизу прозрачного светящегося четырехугольника. На поверхности четырехугольника виднелись какие-то иероглифы. По-видимому, это была разновидность примитивного письма. При повороте колесика между иероглифами начинала двигаться узкая стрелка.

Смотрящий-на-Карты враждебно взглянул на ящик.

– Это что? Переговорное устройство?

– Не думаю, – Стоящая продолжала настраивать звук. – Я уже несколько раз попыталась найти с ним контакт, но безрезультатно. Эту машину, наверное, просто слушают.

После этого они оставили ящик в покое и продолжили обзор. Несколько раз воздух в комнате сотрясался мощными взрывами и звуками, похожими на крики раненых и умирающих. Звуки издавал злополучный ящик.

– Похоже это звуковое оформление какого-то фильма, – вновь выдвинул гипотезу Уносящий, прислушиваясь к мучительным крикам.

«Может быть», – пробормотала Стоящая.

– Но вспомните результаты орбитальных наблюдений. Эти примитивные существа воюют друг с другом, – она ухом указала на ящик, – так что, видимо, это не выдумка.

Внезапно возникшее чувство опасности уже больше не покидало их весь день, пока они продолжали осматривать помещение, делать записи, стараясь собрать воедино всю полученную информацию. Стоящая-на-Заседаниях выглянула в окно, и тут же посмотрела на хронометр.

– День заканчивается. Он намного короче, чем мы привыкли. Мы должны уходить.

У разведчиков не было желания покидать жилище.

– Может, длина волос – это своего рода признак определенного социального статуса, а не показатель пола, – размышлял вслух Смотрящий.

– Нет, я думаю, как раз наоборот, – возразил Уносящий-ношу-Вдаль, продвигаясь к выходу. Снаружи уже было темно.

– Завтра попытаемся вернуться, – в голосе Стоящей-на-Заседаниях слышалось явное нежелание это делать. – Нам нужно многое проверить. Хотя это и не было запланировано. Раз уж мы начали, то нужно довести дело до конца.

Она снова повернулась к говорящему ящику, из которого доносились пронзительные крики, слышалась речь. Но понять было невозможно. Было бы здорово, если бы эту штуку можно было бы забрать с собой. Но, во-первых, ее могли схватиться, а во-вторых, она довольно тяжелая и массивная, чтобы тянуть ее всю дорогу за собой. Смотрящая подошла и выключила ящик.

– Я абсолютно согласен с вами, – Уносящий пошел к входной двери. Он был на полпути к ней, когда дверь вдруг распахнулась. Последние солнечные лучи проникли в комнату и заставили Уносящего зажмурить глаза.

– Мне кажется, я слышал… – заревел чей-то чужой голос, но так и не закончил предложения.

Появившийся в дверном проеме абориген был явно ошарашен происходящим. Наступила тишина.

«А ведь они совсем не страшные. Просто уродливые», – подумал Смотрящий. Как и на репродукциях у ширазянина на голове росли волосы. Но спутанная шерсть так же свисала и с лица. Он был выше и намного массивнее, чем они. Смотрящий с ужасом подумал, что те изображения на стене не дали им никакого представления о размерах аборигенов. Ведь если, глядя на размеры мебели, они с радостью решили, что коренное население должно быть маленького роста, то теперь при виде существа, стоявшего в дверях, у всех наступил шок.

Как и предполагалось, у ширазян почти не было ступней, но зато ноги оказались намного длиннее, чем Квози могли себе представить. Кроме того, у аборигена был мощный торс.

Смотрящий и Стоящая инстинктивно застыли на месте, а Уносящий шагнул вперед. Не зная, что делать, он принял формальную приветственную позу, опустил вниз уши, руки вытянул вдоль туловища. Когда абориген не ответил, разведчик попытался его подбодрить. Он протянул свою правую руку вверх и дотронулся до лица аборигена, тем самым показывая свою доброжелательность и дружеские намерения.

Вместо того, чтобы таким же образом ответить на этот жест и коснуться лица Уносящего своей рукой с пятью пальцами, чужак вдруг направил на него какую-то металлическую трубку, крича во все горло:

– Крист! Мартин!

Из трубки вдруг вылетело облако дыма, и вся комната содрогнулась от сильного взрыва.

После этого события стали разворачиваться стремительно.

Уносящий-ношу-Вдаль на секунду замер со своей вытянутой рукой. Затем он сделал два шага назад, остановился и глянул на свою грудь. Там зияла дыра, из которой струилась кровь. Дотронувшись до груди рукой, которой он только что приветствовал чужака, он издал пронзительный, душераздирающий крик.

Это заметно расстроило ширазянина. Смотрящий-на-Карты заметил, как он начал целиться своей металлической трубкой в сторону Стоящей-на-Заседаниях, которая стояла парализованная возле одного из кресел. Как настоящий разведчик Смотрящий должен был моментально действовать. Времени на раздумье не было.

Выбросив вперед руку, он прицелился в противника и выстрелил. Послышался несильный хлопок и ширазянин споткнулся. При этом он издал куда более слабый звук, чем Уносящий-ношу-Вдаль. Уставившись на Смотрящего-на-Карты, он трясущимися руками попытался наставить на него свою трубку. В целях самозащиты Смотрящий выстрелил во второй раз. Металлическая трубка, в свою очередь, опять громыхнула, и за спиной разведчика что-то разбилось вдребезги. Разведчику же пришлось выстрелить еще три раза, прежде чем абориген окончательно свалился. Вскоре он перестал дышать. «У них очень странная защитная реакция организма, – подумал Смотрящий, тяжело дыша и с опаской поглядывая на лежащего ширазянина. – Или же их нервная система заметно отличается от нашей».

Убедившись в том, что им теперь ничего не угрожает, Смотрящий позволил себе присоединиться к Стоящей-на-Заседаниях, которая стояла у тела Уносящего.

Уносящий и он практически вместе выросли. Они вместе учились и играли, вместе выдержали годы учебы и тренировок, часто параллельно занимались любовью с Красиными самками. Уносящий всегда был смелее его. И вот сейчас, желая вступить в дружеский контакт, он допустил какую-то чудовищную ошибку. Какую именно, им еще предстоит выяснить.

Но теперь это неважно.

Важным было то, что никакая медицинская помощь не могла воскресить Уносящего.

– Его пробило насквозь, – пробормотала Стоящая, опуская вниз свой сканнер. – Задето сердце. Жаль. Он был таким сильным самцом.

– Самым сильным. И самым элегантным, – Смотрящий едва мог произносить слова.

Он встал и попытался начать церемонию прощания, но не смог. Уносящий был слишком дорог ему. Тогда он поручил сделать это Стоящей-на-Заседаниях, а сам вышел наружу осмотреться. Но в наступившей темноте никого не увидел. Кругом было тихо. Когда Стоящая закончила, она вышла к нему. Вместе они уставились на ярко-желтый диск спутника планеты Шираз.

– Видимо, этот абориген жил здесь один, – наконец сказала она.

Смотрящий обернулся:

– Без самки?

– Мы ничего не знаем об их сексуальных привычках, – она посмотрела внутрь открытой двери. – Мы должны забрать с собой тело Уносящего-ношу-Вдаль. Нельзя оставить его здесь, чтобы на него натолкнулся какой-нибудь чужак. Все следы нашего здесь пребывания должны быть уничтожены.

Смотрящий-на-Карты немного подумал:

– Тогда мы должны убрать и тело аборигена, – разведчика охватил приступ удушья от понимания того, что он совершил. – Ведь он убит из оружия Квози, которое, конечно же, отличается от их оружия.

– Вы сможете нести его? А я попробую нести Уносящего.

– Да, я отнесу его, – заверил он Стоящую. – У меня нет выбора.

Водой, взятой в месте для приготовления еды, и медикаментами из своих сумок они уничтожили следы крови убитых. Стоящая прошлась по всем комнатам, чтобы убедиться в том, что все осталось как и прежде, до их прихода сюда. Затем они покинули дом, но уже не в том лучезарном настроении, а в полном отчаянии и кромешной темноте.

Нести на себе ширазянина оказалось не таким простым делом. Они не сделали и нескольких шагов, как Смотрящий был вынужден остановиться и опустить свою ношу на землю.

– Это невозможно, – прохрипел он. – Абориген весит как пара самых тяжелых Квози.

Стоящая-на-Заседаниях оглядела окрестности, что было нетрудно при сияющем диске спутника.

– Давайте посмотрим, что же можно сделать. В конце концов они обнаружили большую платформу с двумя колесами. С одной стороны имелась пара поручней. Квози поместили на нее чужака, а сверху на него Уносящего-ношу-Вдаль. Затем каждый из них взялся за ручку и они слегка приподняли платформу, переместив при этом центр тяжести на два колеса. Так они смогли взобраться со своим жутким грузом вверх на холм, а затем пробраться по вспаханному полю к лесу. Они постоянно останавливались, чтобы восстановить в памяти путь, а также, чтобы уничтожить следы, оставленные платформой.

Забор, под которым разведчики так ловко пробрались утром, теперь стал непреодолимым препятствием. Им пришлось по очереди переносить через заграждение сначала тела, затем платформу, а потом перебираться самим. При этом все нужно было делать очень осторожно, чтобы на проволоке не осталось ни малейшего клочка одежды. Только к утру они добрались до леса.

Было очень тяжело везти по лесу перегруженную платформу, но здесь, под ветвями пушистых деревьев, они чувствовали себя намного увереннее. И хотя эта работа требовала от них все силы и энергию, оба не переставали прокручивать в памяти события предыдущего вечера.

На приветственный жест Уносящего ответом был выстрел. Не было даже попытки как-то вступить в общение с ними, или спокойно разобраться в происходящем. Видимо ширазянин выстрелил инстинктивно, но ведь рука Уносящего была доверчиво протянута ему навстречу. Стоящая-на-Заседаниях пришла к выводу, что абориген был очень напуган внезапней встречей, тем не менее это не снимает с него ответственность за содеянное. Ему следовало подождать и посмотреть, что же будет дальше.

Если поведение этого аборигена не было отклонением от нормы, если он не был психически ненормальным, то Шираз оказалась обманчивым раем. Как они смогут войти в контакт и подружиться с существами настолько нецивилизованными. Которые воюют друг с другом и убивают дружелюбных незнакомцев, так и не разобравшись, в чем дело. Такие мысли никак не могли служить утешением. Поэтому их обратный путь на корабль нельзя было назвать радостным.

«Неужели так будет всегда, – думал Смотрящий-на-Карты. – Насилие, смерть, противостояние?» Он поделился своими сомнениями со Стоящей-на-Заседаниях.

– Нет, такого быть не может. Ведь нас всего несколько тысяч. Вы видели с орбиты огни больших населенных пунктов. То есть, их, наверное, миллионы, а может даже миллиарды. Наше оружие хоть и более передовое, но все же предназначено для выяснения отношений с враждебными неразумными существами. А их оружие, хоть и примитивное, но его оказалось достаточно, чтобы убить Уносящего-ношу-Вдаль, то есть оно более эффективное в данных условиях. Любой конфликт с ширазянами закончится истреблением нашей колонии. И даже если мы достигнем каких-либо успехов обороняясь, то психологический шок у наших жителей окажется куда более страшным последствием, чем смерть, – она вопрошающе взглянула на него. – Вы уже пришли в себя?

– Едва ли. Я пытаюсь выбросить из головы мысли о случившемся, но это, наверное, нелегко. А ведь я имел социальную подготовку. Я понимаю, что Вы имеете в виду. Но что же нам делать? У нас нет возможности оставить Шираз и ее умалишенных жителей.

– Не нам это решать.

Последняя фраза явилась в некоторой степени успокоением для Смотрящего. Он смог расслабиться, когда понял, что его ответственность не так уж велика. Конечные решения будут приниматься Капитаном, Встающим-с-Приветствием и Советом Семерых. Все, что требуется от него и Стоящей-на-Заседаниях, так это сделать необходимые отчеты о проведенных исследованиях. Затем он бы смог заняться восстановлением.

Но ведь он убил другое разумное существо. То, что это был не Квози, не облегчает душу. Хотя тогда у него не было времени думать. В тот момент он знал только то, что он в опасности, Его могли убить.

К тому же он был шокирован смертью своего близкого друга. Ведь никаких причин для этого не было. Только теперь он обратил внимание на то, что у аборигена было с собой оружие. Неужели чужаки всегда носят при себе оружие, как Квози шарфы или серьги? Смерть как украшение? Зачем носить оружие в своем собственном жилище?

– Это дикари, чья технология намного превосходит их социальную зрелость, – таково было мнение Стоящей-на-Заседаниях. – Они еще не научились воплощать свое стремление к насилию в виде искусства или в любую другую форму, как это делаем мы. Они управляют сложными машинами, но их разум находится на самом низком уровне. Это несколько меняет ситуацию. Нам нужно поближе познакомиться с их психологией. Но для этого необходимо разобраться в их языке. Одно ясно сразу: склонность к насилию наложила отпечаток на их поведение. Вот почему они производят столько шума. Очень громкая речь и является показателем их примитивности.

– Мы так мало о них знаем. Как нам удастся добыть всю информацию, не подвергая опасности себя?

– Оставь это экспертам. Я знаю только то, что «Последователь» больше не может находиться в космосе. Он должен опуститься вниз. Нам придется осесть здесь.

Снова Стемнело, короткий день как рыболовной сетью покрыл их сумерками. Они решили передохнуть под одним из пушистых деревьев. Двухколесная платформа с телами убитых выделялась на фоне тусклого неба и служила немым напоминанием о провале.

– В жилище не било самки, – продолжал Смотрящий-на-Карты. – Возможно ли это? Он ведь был нормальным в этом отношении?

– Может быть частота совокуплений у них несколько ниже, чем у нас, – Стоящая-на-Заседаниях рассматривала чужие деревья, играя с острыми зелеными иголками, заменяющими нормальные листья. – Может, это происходит у них через день или два. И может он как раз оттуда и возвращался.

С этими словами она резко повернулась к нему и произнесла:

– А мы, собственно…

Смотрящий пришел в ужас. Из-за событий последних двух дней они совсем забыли принять блокирующие пилюли. Тут же по всему телу прошла знакомая дрожь.

Необходимости в словах больше не было. И здесь, в лесу, в ту ночь они восемь раз удовлетворили друг друга. К утру он почувствовал себя намного лучше, чем если бы все это время провел, вспоминая стихи священной книги Шамизин.

Через некоторое время они были уже на месте, в кругу друзей. Шок, который испытали те, кто остался на корабле, был во много раз сильнее, чем у тех, кто присутствовал при несчастье. Гуляющий-в-Молчании сразу потерял сознание, и им понадобилось приложить немало усилий, чтобы привести его в чувство. А Летающую-на-Хвосте и Вздыхающую-с-Горечью пришлось отпаивать лекарством, чтобы восстановить функции пищеварительного тракта и органов дыхания. Прошло много времени, прежде, чем они смогли осмотреть тела погибших без использования гипервентиляции. Такова была реакция Квози на насильственную смерть двух разумных существ.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.