# Много любви не бывает

Кейт Уолкер

«Мне осточертела эта благородная бедность! Все, хватит! Я найду себе богатого мужа! И я не собираюсь ждать! Первый же богатый холостяк, который войдет в эту дверь, и опомниться не успеет, как будет на коленях просить моей руки!..» – так заявила юная девушка с экзотическим именем Индия…

## ГЛАВА ПЕРВАЯ

– Нет.

Коротко и ясно. Жестокий ответ, произнесенный тихим голосом. Но здесь, под сводами маленькой деревенской церкви, он прозвучал как раскат грома.

Одно-единственное слово – и день, который должен был стать самым счастливым в жизни Индии, превратился в кошмар.

Всего минуту назад ее дядя, местный священник, ободряюще улыбался будущей супружеской паре:

– А теперь мы переходим к самой важной части таинства. Эйден…

Мужчина, стоящий рядом с его племянницей, всегда привлекал к себе внимание, а сегодня от него просто нельзя было оторвать глаз. Высоко поднятая темноволосая голова, гордый взгляд человека перед лицом ответственности, которую он готов принять. Индия украдкой взглянула на своего жениха, на его точеный профиль, и внезапно все ее страхи исчезли. Она улыбнулась.

– Эйден, берешь ли ты в жены Индию?.. Всем знакомые слова, столько раз произнесенные и слышанные…

Сердце Индии затрепетало. Вот он, долгожданный миг! Еще секунда – и не будет больше Индии Марчент, вместо нее миру явится Индия Вулф.

– …пока смерть не разлучит вас?

«Пока смерть не разлучит вас»… До тех пор она будет принадлежать Эйдену, а он ей.

Поглощенная своими мыслями, она не заметила, что ее дядя уже замолчал и вся церковь замерла в ожидании ответа жениха. Но он не проронил ни слова.

– Эйден!

Голос Уильяма Марчента прозвучал чуть настойчивее. Индия, чье лицо было скрыто кружевной вуалью, не смогла удержаться от улыбки. Такая нерешительность пристала невесте, но уж никак не жениху. Тем более такому жениху! Чтобы Эйден Вулф по прозвищу Одинокий Волк, в делах человек совершенно безжалостный, реакция которого была молниеносной, – чтобы он растерялся? Никогда!

– Эйден, берешь ли ты…

– Нет.

Нет?! Индии вдруг стало нечем дышать, она не могла даже шевельнуть губами, только смотрела на него своими огромными зелеными глазами.

– Эйден…

Слегка откашлявшись, чтобы скрыть замешательство, ее дядя сделал еще одну попытку:

– Эйден, я спросил тебя, берешь ли ты…

– А я ответил «нет»!

С этими словами он повернулся к Индии. У нее упало сердце: на нее смотрел совершенно чужой человек. Сжатые губы, пронзительный взгляд… Неужели именно в него, жестокого и коварного, она так безоглядно влюблена? Она вдруг поняла, за что его прозвали Одиноким Волком.

– Эйден… – Индия с трудом выдохнула его имя. Ее рука судорожно сжала его руку: она боялась, что не выдержит и упадет на пол. – Не шути так…

Это была ее единственная надежда. Конечно, его слова – шутка, очень дурная и глупая! Индия даже попыталась улыбнуться.

Но он не улыбнулся в ответ.

– Никаких шуток, дорогая. – Голос был тверд как камень. – Я сказал «нет», потому что не собираюсь жениться на тебе.

– Но… ты не можешь…

– Не могу? Так слушай меня внимательно, Индия Марчент, и запоминай. Я не женюсь на тебе. Я не возьму тебя в жены на счастье и на беду, чтобы быть с тобой в болезни и в здравии, в богатстве и в бедности. Нет! Ни сейчас, ни когда-либо после. Я скорее умру, чем надену на себя это ярмо.

– Но…

– Нет! Мне очень жаль, крошка, но так оно все и будет.

Тонкий солнечный лучик проник в церковь и заблестел на его волосах. Сколько раз Индия перебирала пальцами эти мягкие кудри и в ответ встречала его нежную улыбку. Может быть, если бы она только коснулась его… Но, едва взглянув в холодные глаза, Индия поняла: она не в силах изменить что-либо.

– Ничего тебе не жаль! – отчаянно крикнула она. – Тебе ничего не жаль, потому что ты…

Закончить она не смогла – комок подкатил к горлу. Индия почувствовала, что вот-вот разрыдается.

Потому что он не любит ее. Она всегда, с самого начала их бурного романа, знала, что Эйдсн не испытывает к ней особо нежных чувств. Такие, как он, не знают, что такое любовь. Для них существует только секс, и он хотел ее. Она знала это и, когда он сделал ей предложение, не стала раздумывать. А затем всячески торопила свадьбу, боясь, как бы он не передумал.

Но почему он поступил так жестоко? Вот он стоит теперь и равнодушно наблюдает, как рушится мир, ее мир… Негодование вдруг переполнило Индию.

– Не делай этого.

Ее голос был почти таким же ледяным, как и его.

– Если ты уйдешь, я возненавижу тебя. И никогда, слышишь, никогда не прощу!

Он усмехнулся.

– Прекрасно. Просто прекрасно. Поверь, моя милая Индия, именно этого я и добивался.

Он отвернулся от нее и направился к выходу.

– Нет!

Индия резким жестом откинула с лица вуаль, и изумрудные глаза блеснули на ее смертельно-бледном лице.

– Ты не можешь вот так уйти от меня!

– Думаешь, не могу? Тогда смотри внимательно.

– Нет!

И, сильно размахнувшись, она швырнула ему вслед свой букет. Но Эйден словно спиной уловил ее движение, быстро обернулся и поймал цветы.

На какую-то секунду в церкви воцарилась тишина. Темные непроницаемые глаза Эйдена встретились со сверкающим взглядом Индии. Эйден потупился, посмотрел на букет и странно улыбнулся.

– Ну что ж, – неторопливо произнес он, – согласно традиции, следующим женюсь я, ведь я поймал букет невесты. Но, боюсь, мне придется нарушить обычаи. Идея быть рабом женщины меня совсем не привлекает. А тебе, возможно, в следующий раз повезет больше.

И он бросил ей цветы. Индия не шевельнулась – букет упал на каменный пол у ее ног.

– Ты говорила, что хочешь найти себе богатого мужа, дорогая. Прости, но я не хочу им быть. Хотя и прошел через ту дверь первым.


И тут она все поняла. Злополучная сцена вновь предстала перед ее глазами. Она ясно услышала собственные глупые слова: «Мне осточертела эта благородная бедность! Все, хватит! Я найду себе богатого мужа! И я не собираюсь ждать! Первый же богатый холостяк, который войдет в эту дверь, и опомниться не успеет, как будет на коленях просить моей руки!..»

Но это была только шутка! Тогда, на вечеринке, она сразу же забыла о своей клятве, как только Эйден вошел в комнату. И как он мог слышать ее, ведь в тот момент его еще не было в доме…

– Эйден…

– Мне очень жаль, милая, что со мной у тебя ничего не вышло. Тебе придется довольствоваться тем, что у тебя есть. Больше мне дать тебе нечего. Но ты не огорчайся, в море еще полно рыбы. Я уверен, кое-кто из присутствующих будет безмерно рад занять освободившееся место. Вот только я не стану задерживаться и выяснять, кто именно.

Он повернулся и быстрым шагом вышел из церкви – даже не обернувшись.

## ГЛАВА ВТОРАЯ

Цветы – вот что первым бросилось в глаза Индии, когда она вошла в дом. Да, никогда не бывает так плохо, чтобы не могло стать еще хуже.

Ярко-бордовые розы, казавшиеся почти бархатными в лучах вечернего солнца, просто завораживали взгляд. Но Индия, глядя на них, видела другой букет – тот, что упал перед ней на каменный церковный пол год назад.

Эйден… Он никогда не вернется.

– Когда их принесли? – спросила она у младшего брата и сама удивилась тому, как взволнованно прозвучал ее голос.

– Днем, часа в два.

Гари, похоже, ничего не заметил. Хотя это и неудивительно: как и большинство подростков, он мало интересовался чувствами других. Едва ли он вспоминал события годичной давности.

– А сказали, от кого они?

И почему именно в два часа? Случайность? Или тот, кто их прислал, хотел напомнить ей?.. Уже сам выбор цветов заставил ее сердце сжаться от боли.

– Нет. Но там где-то есть карточка, можешь посмотреть.

Индия взяла карточку. Гари заглянул ей через плечо.

– А кто такой «Э»? Какой-нибудь таинственный поклонник?

– Не говори глупостей.

Ей страшно захотелось разорвать бумажку на мелкие клочки и выкинуть в ведро вместе с букетом. Только одно соображение остановило ее: Эйден, без сомнения, этого и добивался. Ведь цветы, конечно же, прислал он. Никому другому не пришла бы в голову столь циничная идея: подарить ей точно такие же розы, как те, что были у нее на венчании, и в тот самый день и час, когда год назад должно было состояться их обручение.

Индия коснулась лепестков пальцами. Безмерная боль, грусть и горечь заполнили ее сердце: для какой низкой цели были использованы эти дивные цветы! Она взглянула на них почти с негодованием. Но розы остались равнодушны, по-прежнему прекрасные. Индии даже стало страшно от их немой красоты. Ей снова вспомнились те цветы… Они не увяли тогда, когда, казалось, кончалась ее жизнь, и, даже отвергнутые, брошенные на пол, были несказанно хороши.

Она зябко повела плечами и попыталась прийти в себя. К чему эти романтические переживания? Ведь дело вовсе не в цветах, они-то ни в чем не виноваты. Просто человек, которого она когда-то любила, жестоко мстит ей. Он намерен мучить ее, снова и снова напоминая о ее любви, девичьих мечтах и об ужасном финале.

Неужели он все так же ненавидит ее теперь, год спустя? И только из-за одной глупой фразы…

– Я возьму их в больницу, отдам кому-нибудь.

– Но их же принесли для тебя, на твой день рождения… – Гари непонимающе нахмурился.

– Мне сейчас не до цветов.

Индия провела рукой по волосам, словно пытаясь освободиться от одолевающих ее мрачных предчувствий.

– Мама опять осталась с отцом, так что поужинаем без нее. Придется просто разогреть что-нибудь. Ведь скоро заедет Джим, чтобы отвезти меня к папе, и я просто не успею ничего приготовить.

– А врачи не говорят ничего нового? – с тревогой спросил Гари. – Папе не стало лучше?

– Нет, братишка. Пока никаких изменений.

Гари закусил губу, глаза его подозрительно блеснули. Индия приблизилась к нему и нежно потрепала по руке. Она совершенно забыла о букете, мысли об отце, неподвижно лежащем на больничной койке, вытеснили из головы все другие.

– Во всяком случае, он дышит самостоятельно, это уже неплохо. Сейчас мы ничего не можем сделать, только ждать.

– Они все время так говорят!

– Знаю, дружок, но ведь это правда. Индии нелегко было утешать брата: она сама не могла свыкнуться с мыслью, что у ее отца, которому едва исполнилось пятьдесят и которого она считала еще довольно молодым, произошел инсульт.

– Он в хороших руках, – продолжала она. – Нам же остается только надеяться. Ждать и молиться.

Ждать и молиться. Эти слова гулким эхом звучали у нее в голове, когда несколько часов спустя она возвращалась из больницы совершенно обессиленная.

– Спасибо, что подвез меня, Джим. – Она устало улыбнулась сидящему за рулем молодому человеку. – Сама я не смогла бы вести машину.

– Пустяки, – он попытался пригладить прядь каштановых волос, которую настойчиво теребил ветер, – ты же знаешь, я всегда рад помочь тебе.

Они подъехали к Грейндж-хаусу. Дом стоял темный, только в холле горел свет.

– Похоже, Гари уже лег спать. Прости, я, наверное, не смогу пригласить тебя на чашку кофе.

– И не думай извиняться. Если бы ты меня и пригласила, я бы отказался. Я же вижу, как ты устала. Отправляйся-ка прямо сейчас в постель.

– Пожалуй, – вздохнула Индия. – Мне кажется, я могла бы проспать целую неделю, а то и полторы. Ничего себе день рождения!..

– Погоди, все образуется и мы еще его отпразднуем. А теперь иди и хорошенько отдохни. До завтра.

Индия хотела было выйти из машины, но вдруг повернулась к нему и неожиданно для себя поцеловала в щеку.

– Господи, Джим, какой же ты добрый. Я просто не знаю, как благодарить тебя.

Джим улыбнулся.

– Никакой благодарности не надо. Я все готов для тебя сделать, только попроси.

Одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять: ему хотелось большего, а не просто дружеского поцелуя. Индия заторопилась. Только выйдя из машины, она обернулась и ласково проговорила:

– До завтра. И пожалуйста, поезжай осторожно.

Жаль, что Джим ничего для нее не значит. Она знала, он давно влюблен в нее, и иногда надеялась, что придет день, когда сможет ответить ему взаимностью. То, что у Джима практически нет денег, уже не казалось ей таким важным. Она хорошо запомнила урок. Именно деньги сделали ее жениха беспощадным. Ненависть переполняла ее сердце всякий раз, как она вспоминала, что один богатый человек присвоил себе право поступать как Господь Бог. Он был уверен, что может вмешиваться в чужую жизнь, ломая и корежа ее.

Хотя, конечно, дело тут не только в деньгах. Джим, наверное, никогда не поступил бы так, как Эйден, даже будь он богат, как Крез. Просто Джим мягкий и добрый. Какая досада, что она не может полюбить его – она уже никого не способна полюбить.

Эйден Вулф навсегда излечил ее от подобных глупостей, теперь у нее стойкий иммунитет.

– Очень мило!

– Что?..

Индия подпрыгнула от неожиданности, услышав насмешливый голос, прозвучавший откуда-то из тени деревьев.

– «Какой же ты добрый, Джим, как бы мне тебя отблагодарить»? – продолжал с издевкой голос.

Индия сразу узнала этот голос и похолодела.

– Я не сомневаюсь, ты найдешь способ отблагодарить его, не так ли, Принцесса?

Да, оправдались ее мрачные предчувствия, только один человек на свете называл ее Принцессой. И этот человек был здесь.

Индия проглотила комок, застрявший в горле, и тихо произнесла:

– Привет, Эйден.

Потому что это, без сомнения, был он. Он стоял совсем рядом и смотрел на нее, слегка наклонив голову.

– Что ты здесь делаешь?

Эйден подошел ближе, отчего сердце Индии отчаянно забилось. Он усмехнулся.

– Ты поверишь мне, если я скажу, что пришел поздравить тебя с днем рождения и пожелать счастья?

– Нет.

– А напрасно. Я поздравляю тебя с твоим двадцать четвертым днем рождения. Надеюсь, этот год будет для тебя счастливым.

Удивительное дело, подумала Индия, он говорит так, будто и вправду желает мне счастья. Но тут же осадила себя: подобная инфантильность не приведет ни к чему хорошему.

Надо же быть такой идиоткой! – удивилась она своей наивности. Ну, идиотка не идиотка, но все-таки излишняя доверчивость не делала ей чести. И в самом деле, он так подло обошелся с ней, а она уже готова поверить в его искренность и растаяла от малейшего подобия теплоты в его голосе. Так вот нет же, мистер Вулф, не дождетесь! И Индия холодно произнесла:

– Во всяком случае, едва ли он будет хуже предыдущего.

И тотчас пожалела, что сказала это. Ему незачем было знать, какие мучительные, бесконечные ночи, какие пустые, серые дни прожила она. Индия поспешила исправить ошибку:

– Хотя я должна поблагодарить тебя за то, что ты тогда сделал. Если бы не ты, я совершила бы самую страшную ошибку в жизни.

Глаза Эйдена гневно блеснули, и Индия чуть улыбнулась: стрела достигла цели. Она продолжила:

– Но ты ведь пришел не затем, чтобы поболтать о «старых добрых временах». Зачем же?

Эйден не спешил с ответом. Индия же не знала, что еще добавить, поэтому просто молча разглядывала его. Она вдруг обратила внимание на его одежду. Его наряд немало удивил ее: Эйден всегда носил строгий костюм, рубашку и галстук, сейчас же он был одет в футболку и джинсы. Все это ему очень шло.

Индия вновь одернула себя. И намеренно резко спросила:

– Так зачем?

Эйден вновь усмехнулся.

– Зашел узнать, как развиваются твои отношения с новым любовником.

– С новым любовником? – О чем это он? Но, вспомнив первые слова Эйдена, она неуверенно предположила: – Ты про Джима?

– Да, про доброго Джима, который так безмерно добр, что ты даже не знаешь, как отблагодарить его. Что же он совершил такого доброго, что оказалось не по силам мне? Неужели он дает тебе больше, чем мог дать я? Или же он просто следующий богатый холостяк, которому посчастливилось войти в дверь, когда я из нее вышел?

– Вот именно! Вышел! И вышел навсегда! Поэтому не надо сейчас изображать покинутого жениха!

– Что ты, дорогая, и в мыслях не было. А что, Джим в самом деле богат?

– Нет. Если хочешь знать, он младший юрист в конторе Дженкинса.

– Это адвокаты твоего отца, насколько мне известно?

– Откуда ты знаешь? Эйден загадочно улыбнулся.

– Приходилось иметь с ними дело. Кстати, а где же твой дражайший папочка?

Интонация, с которой он произнес эти слова, почти испугала Индию, она вдруг почувствовала скрытую угрозу.

– Зачем он тебе?

– У меня к нему очень важное дело. Вообще-то я пришел повидать его.

Индия заподозрила неладное: еще до свадьбы ее отец и Эйден недолюбливали друг друга. Да что там недолюбливали – едва выносили один другого!

– Не думаю, что отец захочет встречаться с тобой, – твердо сказала она.

– Еще как захочет, моя радость! И если он неглупый человек, то сделает это как можно скорее. Так когда же он вернется?

– Что это значит: если он неглупый человек? – Индия словно не услышала заданного ей вопроса.

– Это значит, что я хочу видеть твоего отца и не в его интересах прятаться от меня. Когда он будет дома?

– Не знаю.

И это была правда. Ни она сама, ни кто-либо другой не знали, когда ее отец выйдет из больницы. И сможет ли он хоть с кем-то поговорить. Эта мысль вернула ее к действительности. Зачем Эйден Вулф пришел сюда? Что за дела у Одинокого Волка с ее отцом?

– Если хочешь, передай через меня, что тебе нужно.

Некоторое время Эйден размышлял, но в конце концов заявил:

– Нет. Это наше с ним дело. Сообщи только, что я искал его.

– Это все?

– А ты ожидала чего-то другого? Индия вспыхнула:

– Нет!

– Жаль. – Это было сказано таким проникновенным шепотом, что Индия, отвернувшаяся было, чтобы идти к дому, остановилась и с изумлением взглянула на него. – Потому что я как раз думал о том, что, пожалуй, следует запечатлеть на твоих губах прощальный поцелуй. Как в добрые старые времена.

Он стоял так близко, что она чувствовала его дыхание, ее сердце билось, как птица в клетке, и Индия подумала, что Эйден, наверное, слышит его стук.

– Ты не посмеешь…

Голос предательски дрогнул. На губах Эйдена вновь мелькнула усмешка.

– Я-то посмею. Вопрос в том, посмеешь ли ты. Ты же знаешь, если меня просто слегка клюнуть в щеку, как доброго Джима, я ведь потребую добавки.

– Ты…

– Что – я?

Но Индия не нашлась что ответить. Он был совсем рядом, и воспоминание о его нежных поцелуях околдовывало. К своему ужасу, она вдруг почувствовала, что невольно клонится к нему.

– Так что же ты хотела сказать, моя милая?

Сердце Индии разрывалось от боли. А Эйден продолжал:

– Не забывай, моя красавица, я, конечно, не собираюсь связывать свою жизнь с какой бы то ни было женщиной, но есть кое-что, против чего я никогда не мог устоять. Это удивительная притягательность твоего дивного тела. И теперь, после целого года разлуки, я и вовсе не могу противиться исходящему от него зову.

Индия вдруг пришла в себя.

– Зову? Никакого зова! Мне решительно незачем звать тебя, потому что мне нечего тебе дать. А если ты вообразил что-то подобное, то виной всему твоя чрезмерно богатая фантазия.

– Может быть. Но видишь ли, дорогая моя Индия…

Она не дала ему договорить:

– Замолчи!

Нет, нельзя позволить ему продолжать в том же духе! Индия уже ни в чем не была уверена, а меньше всего – в себе. Нужно было сказать что-то такое, что раз и навсегда отобьет у него охоту приближаться к ней. Но что именно? Неожиданно недавние слова самого Эйдена пришли ей на ум. Ну конечно, только так!

– Я не твоя дорогая. И вообще не твоя. Ты же видел, теперь я с Джимом. – Бедный милый Джим… Он был бы счастлив услышать это. И твердо добавила: – Он единственный мужчина в моей жизни, единственный в целом свете, кто мне нужен!

Она очень надеялась, что Эйден не потребует доказательств: их у нее не было, да и быть не могло.

Эйден неожиданно отступил:

– Хорошо. Как хочешь.

Вот, значит, как мало это его трогает. Если бы она в самом деле нравилась ему, он не смог бы скрыть свое разочарование.

Не произнеся больше ни слова, Эйден направился к своей машине, Индия только что заметила ее – она стояла в стороне. Неожиданно он обернулся. Индия замерла.

– Скажи своему отцу, что я разыскивал его. И что нам надо обсудить что-то очень важное.

– Что?.. – начала было Индия, но он остановил ее нетерпеливым жестом.

– Просто скажи, что я еще вернусь. И чем скорее мы встретимся, тем лучше будет для него.

Индия вдруг похолодела: эти слова не предвещали ничего хорошего.

– Но что…

Эйден не стал слушать ее. Он ушел. Его темная машина съехала с холма и исчезла в сумерках.

Индия долго стояла на пороге, глядя на уходящую в ночь дорогу. Как же ей тоскливо, одиноко и больно!..

## ГЛАВА ТРЕТЬЯ

«Я еще вернусь». Прошло два дня. Два дня эти слова, словно заноза, не давали Индии покоя. Она не могла придумать, зачем Эйдену понадобился ее отец, и от этого тревога только усиливалась. И не с кем было поделиться своими переживаниями: мать проводила в больнице дни и ночи, а Гари был еще слишком мал. Впрочем, и мать и брат ни о чем другом, кроме болезни отца, и думать не могли.

Индия оказалась один на один со своими догадками, а невозможность разделить эти опасения хоть с кем-нибудь заставляла ее волноваться все больше и больше.

«Я еще вернусь».

Индия уже не сомневалась, что так оно и будет. За эти дни Эйден оставил три сообщения на автоответчике, причем если первое было довольно вежливым, то в последнем сквозила явная угроза. А вчера она чудом избежала встречи с ним: он опять приезжал. Индия была в своей комнате, когда услышала звонок в дверь. Она пошла открывать, но случайно взглянула в окно и увидела его темно-серый «ягуар», стоящий неподалеку от калитки. Индия замерла… Минуту спустя она увидела Эйдена: он нетерпеливо расхаживал около двери. Индия спряталась за занавеску – и вовремя: Эйден поднял голову и посмотрел в окно, словно угадав ее присутствие. Через некоторое время он ушел, а Индия еще долго стояла на том же месте, не в силах шевельнуться.

И сегодня, вернувшись из магазина с сумками, полными продуктов, она тревожно огляделась по сторонам, прежде чем выйти из машины. Вокруг никого не было. Индия вздохнула с облегчением, вылезла из машины, достала с заднего сиденья две огромные сумки и медленно пошла к дому.

– Давай я помогу тебе.

От неожиданности она едва не уронила обе сумки.

– Осторожнее! – На секунду взгляд Эйдена потеплел. – Дай-ка их сюда.

– Я и сама справлюсь! – Собственные резкие слова вывели ее из оцепенения. – Откуда ты взялся?

– Из Уэстбери, – ответил Эйден, прекрасно понимая, что она имела в виду совсем не это. – Я остановился там на несколько дней.

– А твоя машина?..

– Здесь, неподалеку.

– Я не заметила ее.

И опять Индия слишком поздно сообразила, что выдала себя. Какая досада! Теперь Эйден поймет, что она специально высматривала, нет ли его поблизости.

– Я так и думал.

Усмешка чуть тронула губы Эйдена – промах Индии действительно не ускользнул от него. Он, конечно, прекрасно знал, что если бы она увидела его машину, то развернулась бы и уехала.

– Я не хотел, чтобы ты, как вчера, оставила меня с носом.

– Так ты догадался?..

– Индия, дорогая моя, ты забываешь, что я знаю этот дом как свои пять пальцев. И уж окно твоей спальни ни с каким другим не спутаю.

Индия опустила глаза, застигнутая врасплох воспоминаниями: подумать только, это было всего год назад! Ее родители и брат поехали навестить родственников, и она пригласила Эйдена провести в Грейндж-хаусе несколько дней. Они не расставались ни на минуту… Разумеется, он знал, где ее спальня!

Неожиданно сердце ее болезненно сжалось: впервые она подумала о том, как должен был сложиться этот год и что сейчас все было бы по-другому. Они бы, наверное, пышно отпраздновали первую годовщину свадьбы, может быть, затеяли бы какое-нибудь небольшое путешествие… или, наоборот, отметили бы этот день очень скромно, только с ее родителями… Отец! Как знать, может быть, сложись все иначе, он был бы здоров…

Господи! Индия чуть не заплакала от отчаяния. Ведь все могло быть просто замечательно, и ей бы не пришлось стоять теперь перед Эйденом и краснеть, вспоминая прошлый год и их небывалую, как ей тогда казалось, любовь… – Ну что же, по-моему, пора зайти в дом. И не успела Индия и слова сказать, как Эйден решительным жестом забрал у нее сумки и направился к двери. Индия смотрела ему вслед с невольным восхищением: она-то знала, какие они тяжелые, но Эйден нес их так легко, будто это пуховые подушки.

Конечно, ей была знакома (и близко знакома) сила этих крепких рук. Короткие рукава темно-коричневой тенниски открывали их почти полностью, и Индия не могла оторвать от них взгляда. Сколько раз эти руки страстно сжимали ее в объятьях…

– Индия…

Эйден смотрел на нее с какой-то странной усмешкой. На секунду Индии показалось, что он знает, о чем она думает, и это забавляет его.

– Если мы не положим продукты в холодильник, они испортятся. Кроме того, я хотел бы…

– Отца нет дома!

Она поторопилась выкрикнуть это – больше в голову ничего не пришло, но она была преисполнена решимости выпроводить незваного гостя.

– Знаю, – Эйден словно отмахнулся от нее, – его-то я и жду. Встретить тебя я не рассчитывал, думал, ты весь день на работе.

– Я сейчас не работаю.

Голос Индии стал еще тверже. Когда они познакомились, она была секретаршей у одного местного бизнесмена. Занятие это ей не нравилось, и, как только они объявили о помолвке, она поспешила оставить место. В течение года она так и не смогла найти постоянную работу и в этих своих неудачах винила в первую очередь Эйдена.

Впрочем, разве речь шла о неудачах? Он просто сломал ее жизнь! Действительно, до встречи с ним у нее была пусть не очень счастливая, но нормальная жизнь, как у всех: была какая-никакая работа, была замечательная семья, были подруги, а главное – была надежда на счастье. А Эйден отнял у нее все. Работы не было; часть подруг отвернулась от нее, да ей и самой было не в радость встречаться со старыми знакомыми и ловить на себе любопытные или сочувствующие взгляды; а семья… конечно, к болезни отца Эйден не имел никакого отношения, но Индия, не отдавая себе отчета, винила его и в этом.

– Значит, ты свободна весь день?

– Да, а вот ты, наверное…

– Я сейчас совершенно свободен.

С этими словами Эйден толкнул незапертую дверь, прошел через холл на кухню, поставил сумки на стол и начал неторопливо доставать оттуда всевозможную снедь. – И не уйду, пока не поговорю с твоим отцом.

Индия, вошедшая вслед за ним, почти с ужасом следила за его действиями.

– Но ты не сможешь поговорить с ним. Он… Его нет.

Если бы у нее была хоть малейшая надежда, что Эйден оставит в покос Брюса Mapчента, узнав, что тот в больнице, она, не медля ни минуты, сказала бы ему об этом. Но отец и Эйден никогда не ладили. Эйден вполне способен поехать отсюда прямо в больницу, а для отца этот визит может иметь фатальные последствия.

– Это я вижу. Когда он придет?

– Не могу сказать.

– Не можешь или не хочешь, Принцесса?

– Я не знаю, когда он вернется!

– Тогда я подожду. Он не мог уехать на весь день.

– Мог! И уехал! – Внезапно ее озарило: – Он уехал на уик-энд, и…

Эйден покачал головой.

– Идея неплохая, милая моя, но несколько запоздалая. Если уж ты хотела, чтоб я тебе поверил, надо было сообщить мне об этом пораньше. Кроме того, я видел его машину в гараже. Так что если он и уехал, то недалеко.

Конечно, мрачно подумала Индия, Эйдена не просто провести. От этих проницательных глаз ничто не ускользает. Она вдруг почувствовала себя маленьким зверьком, защищающим свою норку от хищника.

– Думай что угодно. Только не называй меня милой! Тем более своей!

– Да, пожалуй, сейчас милой тебя назвать нельзя.

– А что же ты ожидал? – огрызнулась Индия. – Неужели ты рассчитывал, что я кинусь к тебе с поцелуями после того, как ты унизил меня?

– Когда-то такое поведение было для тебя вполне естественным. И не менее естественным нам обоим казалось продолжение, насколько я помню.

– Помнить – это единственное, что тебе осталось, – резко оборвала его Индия. Она и сама прекрасно помнила, каким бывало продолжение, только не хотела думать об этом. Даже намек на их прежние отношения привел ее в трепет.

Эйден улыбнулся. Так, наверное, улыбается тигр, нежащийся на солнце после удачной охоты.

– Да, у меня очень хорошая память. – Потом помолчал и неожиданно заявил: – Думаю, чашечка кофе была бы очень кстати.

Индия вздрогнула от неожиданности.

– Тебе что, больше нечем заняться?

– Совершенно верно. Спорить было бесполезно. Индия пожала плечами и пошла наливать воду в чайник.

– Зачем тебе нужен мой отец? – Она постаралась, чтобы вопрос прозвучал как можно будничнее.

– Он должен мне деньги.

– Тебе и сотне других… Саркастическая улыбка искривила ее рот.

– Ты, кажется, не очень-то удивлена?

– Совсем нет.

Море долгов и неиссякаемый поток кредиторов, собственно, и были причиной болезни отца.

– Мне только странно, что он брал деньги у тебя.

– Когда-то ты сама не гнушалась брать у меня деньги. Когда «благородная бедность» была тебе особенно ненавистна. – Голос Эйдена стал холоден как лед.

А Индия вдруг словно вернулась в те времена.

Все произошло из-за Роба. Именно из-за Роба. Ей казалось тогда, что она до смерти влюблена в него, и как раз накануне они провели вместе ночь. Он стал первым мужчиной в ее жизни. Потом была та злополучная вечеринка, где он уже вовсю увивался вокруг Джин Баннистер, дочери своего босса. Индия наблюдала, как Роб шепчет нежности Джин на ушко, а она томно кивает крашеной головкой, и понимала, что на уме у Роба вовсе не пышные прелести Джин, а пухлый кошелек ее отца. Именно тогда она и сказала: «Мне осточертела эта благородная бедность! Все, хватит! Я найду себе богатого мужа! И я не собираюсь ждать! Первый же богатый холостяк, который войдет в эту дверь, и опомниться не успеет, как будет на коленях просить моей руки!..»

– Ведь ты именно так выразилась? – Голос Эйдена прервал ее воспоминания. – Или я ошибаюсь? Тогда поправь меня.

– Ты же все равно не поверишь мне, если я скажу, что это была шутка.

– Значит, ты подшутила над собой.

– Я понятия не имела, что ты меня слышал.

– Конечно, моя милая, откуда тебе было знать, что окно за твоей спиной было настежь открыто, а я как раз шел по дорожке к дому? Как говорится, предостережен, значит, вооружен. Когда я открыл дверь, первым делом взглянул на тебя. А на тебя стоило посмотреть… Я никогда не видел такого счастливого лица, можно было подумать, что Сан-та-Клаус принес тебе все подарки, о которых ты мечтала с детства.

Индия рассердилась. – Ну, ты тоже не можешь назвать себя обделенным! То, что хотел, ты получил.

– И что же это было? – ледяным тоном поинтересовался Эйден.

– Я! Ты хотел получить меня, мое тело – ни больше, ни меньше. Или ты собираешься отрицать это?

Эйден резко качнул головой.

– Тебе нужен был секс, и ничего более! Ты добился того, чего хотел, потом задабривал меня разговорами о свадьбе, а когда насытился, устал, когда с тебя было довольно…

– Черт тебя побери!

Эйден вскочил так быстро, что стул, на котором он сидел, с грохотом опрокинулся. Индия испуганно замолчала.

– Черт тебя побери, Принцесса! Коль скоро у нас сегодня вечер душевных излияний, то слушай. – Он шагнул к ней. Индия хотела было отстраниться, но Эйден схватил ее за руки. Она даже не попыталась вырваться, но отвернулась от него, не в силах смотреть ему в глаза. – Слушай меня внимательно, Принцесса, и запоминай. Да, я хотел тебя.

– Ты хотел секса, – перебила Индия.

– Я и не отрицаю этого. Стоит мне взглянуть на тебя – и я уже не могу думать ни о чем другом. Даже теперь, зная, что ты просто собиралась подцепить богатого мужа, – даже теперь я не могу…

– Не надо…

Индия не желала слышать продолжения. Слова «я не могу думать ни о чем другом» лишили се остатков самообладания.

– Эйден, нет…

– Да, Принцесса. В одном ты сильно заблуждаешься. Я действительно получил, что хотел. Но никогда этого не было довольно.

Индия в отчаянии покачала головой и закрыла лицо руками, словно пытаясь спрятаться от его обвинений. А он продолжал:

– Никогда, никогда я не мог насытиться тобой. Я всегда хотел, чтобы ты была в моей постели. И сейчас хочу. Сейчас даже больше, чем когда-либо.

## ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

«Никогда этого не было довольно».

Его слова снова и снова всплывали в памяти, внося все большую сумятицу в ее душу. Она смотрела в черные, будто вовсе лишенные света, глаза Эйдена и не могла оторваться.

А он повторял тихим низким голосом:

– Никогда, слышишь, моя восхитительная Принцесса. Ни тогда, ни теперь!

Индия затрепетала – в его голосе было обещание. Или это опять обман? А ведь он этого и добивается! – внезапно подумала она. Конечно! Он хочет вывести ее из равновесия, и ему это почти удалось. Ну, нет, она не даст ему повода торжествовать!

Индия нервно облизнула губы. Что ж, сразимся с ним его же оружием! Она снова тронула губы языком, но теперь это была уже не растерянная женщина, нет. Так облизывается кошка, только что отведавшая сливок.

– Так, значит, желание еще не покинуло тебя? – почти прошептала она. – Меня это не удивляет. Нам всегда было хорошо вместе.

Без сомнения, ей удалось лишить его самообладания. Она заметила, как он вдруг словно замер на мгновенье, а его ресницы моргнули чуть быстрее, чем следовало бы.

Индия не сдержала улыбки: не такой уж ты, оказывается, неуязвимый, Одинокий Волк, каким хочешь казаться!

К своем удивлению, Индия ощутила нечто вроде удовлетворения, почувствовав определенную власть над ним. Конечно, есть вещи, в которых ей с Эйденом не тягаться, но и у нее есть грозное оружие – она может заставить его помучиться. А это уже неплохо!

Но Эйден быстро пришел в себя.

– Ты совершенно права, моя дорогая. И хотя твое утверждение и не нуждается в доказательствах…

И прежде, чем Индия поняла, куда он клонит, Эйден схватил ее, прижал к себе, так что она почти ударилась о его каменную грудь, и сильно, до боли, впился в ее губы.

Этого она и хотела, именно этого ответа на свои слова ждала. И не смогла оставаться спокойной в его объятьях. Она поцеловала его в ответ, коснулась языком его губ и улыбнулась, почувствовав, как он вздрогнул. А затем она прижалась к нему.

А вот этого не надо было делать! Тут только Индия поняла, что это не игра и что она сама не в силах противиться вспыхнувшему в ней желанию. Голова ее пошла кругом, сердце бешено колотилось. Она целовала Эйдена и не могла остановиться. Расстегнув воротник его тенниски, она стала целовать его шею и грудь.

Эйден тихо засмеялся:

– Значит, ты не забыла, как это делается!

Забыть? Никогда! – как в тумане думала Индия.

Она почувствовала, как он бережно расстегивает пуговицы на ее блузке, опускает кружевную бретельку бюстгальтера. Индия не сдержала сладостного стона, когда губы Эйдена коснулись ее шеи, а потом все ниже, ниже…

– Еще?

– Да!

Сейчас она не могла думать ни о том, что произошло год назад, ни о том, зачем Эйден разыскивает ее отца, вообще ни о чем не могла и не хотела думать.

Эйден все ниже склонялся над ней, и Индия уже почти лежала на кухонном столе, обнимая Эйдена за шею одной рукой и лаская другой.

– Боже мой, Принцесса, если б ты только знала…

Эйден внезапно замолчал и поднял голову.

– Эйден…

Но уже в следующую секунду Индия и сама услышала стук закрываемой двери. Она похолодела от ужаса.

– Инди! Я пришел! – раздался из прихожей голос брата.

– О господи, Гари!

Ее охватила паника. Она попыталась оттолкнуть Эйдена, но он отстранил ее руку и, поддерживая за талию, легко поднял со стола. И быстро застегнул тенниску.

– Инди, ты где?

– Здесь. – Голос плохо слушался ее, дрожащие руки никак не могли справиться с пуговицами. – Здесь, на кухне.

Боже мой, в ужасе думала она, ведь Гари сейчас войдет, а я…

А Гари, судя по топоту, бежал по коридору и вот-вот должен был показаться на пороге. Индия отчаянно боролась с пуговицами. Она так и не смогла бы вовремя привести себя в порядок, если бы не Эйден. Он подошел к ней и безо всяких усилий застегнул все пуговицы. И все так же молча отступил.

– Эй, сестренка, а у меня новости! Прекрасные новости!

Гари был так взволнован, что, пожалуй, ничего бы не заметил, даже останься они в прежнем положении. Индия с ужасом подумала, что, если бы Гари пришел немного позже, Эйден уже не был бы так внимателен к посторонним звукам, да и привести себя в порядок было бы гораздо сложнее. Слава Богу, Эйден услышал стук двери. Сама она к этому моменту уже ничего не слышала, кроме его учащенного дыхания.

Занятая своими переживаниями, она не сразу обратила внимание на то, что говорит Гари, и не остановила его вовремя.

– Когда я был в больнице, папа открыл глаза! Всего на одну минуту, но это правда! И доктора говорят…

– Гари! – Индия резко одернула его. – У нас гости.

Гари оглянулся. Эйден застыл у плиты с видом человека, простоявшего на этом месте как минимум последние полчаса.

– О… Привет, Эйден. К удивлению Индии, Гари очень спокойно отнесся к его появлению. Впрочем, вспомнила она, Эйден брату всегда нравился.

– Привет.

Эйден говорил будничным тоном, но Индия заметила, как блеснули его глаза и сдвинулись темные брови. Это снова был Одинокий Волк, который никогда не упустит добычу.

– Так ты говоришь, ваш отец в больнице? А что с ним случилось?

– Ты не знаешь? Разве Инди тебе не рассказала? У папы инсульт.

– Я думаю… – начала Индия, но Эйден перебил се:

– А я думаю, что Гари все объяснит как надо.

Спорить было бесполезно. Индия очень сердилась и на себя, и на брата, а больше всего на Эйдена. Чтобы дать какой-то выход бурлившему в ней гневу, она решила заняться делом. И пока Гари говорил, она снова налила в чайник свежей воды и поставила его на плиту. А Эйден внимательнейшим образом слушал Гари и наверняка обдумывал, как лучше использовать новую ситуацию. Индия уже не сомневалась в этом.

– Да, я предполагал нечто подобное. Конечно, все это очень тяжело. Но надеюсь, мы с этим справимся.

– Мы?.. – резко переспросила она.

– Ну очевидно же, что вам нужна помощь. И я со своей стороны готов сделать все, что понадобится…

– Нет, спасибо! – Индия не могла прийти в себя. – Мы и сами справляемся.

Как он смеет! Так обидеть ее и всю их семью! Как смеет он после всего предлагать свою помощь и надеяться, что она будет принята! Он снова хочет посмеяться над ними! Индия не могла поверить, что Эйден пришел с миром. Наверняка просто ищет пути, как подобраться к ее отцу.

Она торопливо повторила:

– Нам ничего не нужно, мы отлично справляемся сами.

– Даже не сомневаюсь. – Теперь он не скрывал насмешки. – Одного взгляда достаточно, чтобы понять, как замечательно ты со всем справляешься, хотя проблем у тебя по горло. А у всего вашего поместья такой вид, словно оно только и ждет первого слабого ветерка, чтобы рассыпаться как карточный домик.

– Гари… – Индия решила, что пора поговорить с Эйденом наедине, – я собираюсь постирать. Ты обещал снять белье с кроватей. – Да, но, Инди…

– Давай, действуй, – Эйден неожиданно принял сторону Индии. – Когда ты вернешься, я еще буду здесь.

А вот это едва ли, подумала Индия. И как только дверь за Гари закрылась, она повернулась к Эйдену:

– Разумеется, очень мило с твоей стороны предложить помощь… – Она заставила себя выговорить эти слова – в конце концов, надо быть вежливой. – Но это и в самом деле лишнее, так что…

– Нет, Принцесса, я не предлагал помощь. Предложение всегда подразумевает вероятность отказа, я же не потерплю ничего подобного. Твой отец должен мне деньги. Если сейчас он не в состоянии встретиться со мной, я готов подождать, пока ему не станет лучше.

– Так вот в чем дело! Значит, ты просто хотел пустить Гари пыль в глаза, когда говорил о помощи! А на самом деле тебя ничто не волнует, кроме твоих денег! Сколько же он тебе должен?

Чайник закипел, и Эйден пошел выключить его.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru