# Золотой телец

Евгений Сергеев

С древних времён человечество знакомо с особыми свойствами золота и драгоценных камней, с их поистине дьявольски притягательной силой, но не всякий и поныне понимает простые истины: не золото само по себе и не драгоценные камни пробуждают самые низменные инстинкты в душе человеческой, «притягивают» к себе самые злые силы. Суть – в отношениях между людьми, в вековечной борьбе добра со злом. Ну, а история золота и драгоценных камней представляет мало с чем сравнимый по блеску и драматичности фон, на котором развёртывается такая борьба.

Книга эта строго документальна, она основана на опыте работы и материалах одного из ведущих отделов Главка по борьбе с экономической преступностью Министерства внутренних дел. По сути в ней обобщён опыт борьбы с хищениями золота и драгоценных камней в стране.

> К двухсотлетию МВД России.

> Академия Права и Государственности

## ПРЕДИСЛОВИЕ

Сразу предупредим: книга эта строго документальна, она основана на опыте работы и материалах одного из ведущих отделов Главка по борьбе с экономической преступностью Министерства внутренних дел. По сути в ней обобщён опыт борьбы с хищениями золота и драгоценных камней в стране.

Поэтому книга – не лёгкое детективное чтиво, хотя история раскрытия любого преступления – уже по сути детектив, а в ней подобных историй – десятки.

Наверное, в определённом смысле книгу эту можно рассматривать как своеобразный учебник для действующих и будущих работников службы БЭП, настолько глубоко и обстоятельно раскрыт в ней опыт лучших сыщиков этой нелёгкой Службы, требующей большого аналитического ума, особой подготовки, как юридической, так и психологической, немалого терпения и определённой педантичности в работе, умения разглядеть «за деревьями —лес», за бытовыми случаями – суть явлений.

И в то же время – это книга для всех, кто хоть раз задумывался о смысле жизни, о подлинных её ценностях. Здесь ярко и прямо-таки с философской глубиной показана зловещая власть, которую получает над слабыми, безвольными душами «золотой телец», символ неудержимой алчности и поклонения лживым идеалам. Да, с древних времён человечество знакомо с особыми свойствами золота и драгоценных камней, с их поистине дьявольски притягательной силой, но не всякий и поныне понимает простые истины: не золото само по себе и не драгоценные камни пробуждают самые низменные инстинкты в душе человеческой, «притягивают» к себе самые злые силы. Суть – в отношениях между людьми, в вековечной борьбе добра со злом. Ну, а история золота и драгоценных камней представляет мало с чем сравнимый по блеску и драматичности фон, на котором развёртывается такая борьба.

Я счастлив, что участвовал в этой борьбе на стороне сил добра, что мои товарищи, мои коллеги по работе сделали многое для того, чтобы сберечь для народа истинные ценности и по возможности уберечь слабых от соблазнов «золотого тельца».

Отрадно, что из книги в книгу автор, полковник милиции в отставке, сам долгие годы отдавший борьбе с экономическими преступлениями, рассказывает в разделе «Золотой фонд Службы» о своих товарищах, предоставляет слово им самим. Встают за бесхитростными этими рассказами люди огромного мужества, опыта, целеустремлённости, верности долгу, истинные служители великому делу, надёжные защитники интересов своего Отечества.

Книге большую глубину придают неизбежные экскурсы в историю, и в то же время она весьма злободневна как по фактуре, так и по самой постановке многих проблем.

В добрый путь, читатель, по страницам увлекательной книги, с её авантюрными персонажами и подлинными героями!..


Бывший начальник ГУБХСС МВД СССР,

генерал-лейтенант, П.Ф. Перевозник

## Вместо вступления: ВЗГЛЯД В ТЫСЯЧЕЛЕТИЯ

Золото (лат.Aurum) – благородный металл желтого цвета, на воздухе не изменяется, весьма инертен.


Золото… Сияющий желтый металл, в каждой своей крупице сохраняющий особые свойства. У золота не просто желтый, а свой особенный золотистый цвет, который ни с чем не спутаешь. Положишь рядом с ним бронзу, медь или латунь – и бронза окажется темной, у меди не будет хватать блеска, а латунь покажется слишком яркой.

Как не вспомнить к случаю нашего великого земляка Михаила Васильевича Ломоносова: «Золото через свой изрядно желтый цвет и блестящую светлость от прочих металлов отлично». Добытчики золота говорят, что если сомневаешься золото нашел или нет, то это уж точно не золото. Золото никогда не теряет свой блеск и чистоту, химически не связывается почти ни с одним веществом. Поэтому в земной коре 99 процентов его находится в самородном виде, без примесей. Лишь крайне редко соединяется – и то с близкими ему благородными металлами.

Да, за чудесную стойкость и неизменность золото называют благородным металлом. «Ваша светлость», этакое дворянское обращение, – не отсюда ли взялось? И золото вечно. Лучше других выразили это, как обычно, поэты. У великого Омара Хайяма читаем:

Пока с тобой весна, надежда и любовь,
Пусть нам нальют вина – багряной грозди кровь,
Ведь ты не золото, тебя, глупец беспечный,
Однажды закопав, не откопают вновь.

Золото миллионы раз закапывали, на страдание и радость поздним кладоискателям, откапывали и закапывали вновь, а оно остается само собой. Ржа точит и самую крепкую сталь, а вот золото ей неподвластно…

У золота необычайная мягкость и одновременно необычная плотность и тяжесть: в спичечном коробке вместится с полкилограмма.

Как поразило, вероятно, первобытных людей сияние необычного металла, встреченного в серых камнях! Люди, едва познав свойства золота, стали сравнивать его с Солнцем. Древние египтяне считали, что золото некогда пролилось солнечным дождем на землю. Они возводили каменные обелиски высотой до 60 метров с золочеными куполами в честь бога Солнца Ра. Предание о птице Феникс гласит, что здесь эта птица ловила первые солнечные лучи, которые сжигали ее. Но она тут же возрождалась из пепла обновленной.

Древние жители Нового Света инки также поклонялись Солнцу и считали золото священным его воплощением. В своей столице они построили храм Солнца, в котором огромный золотой диск олицетворял бога Солнца – Инти. К храму примыкал Золотой сад с деревьями, цветами и птицами из чистого золота.

Из Вечной книги народов Библии тоже нетрудно уловить, что золото означает власть, оно – орудие Бога. Впрочем, к этому мы еще вернемся…

Постепенно для всех людей Земли золото стало символом богатства и могущества. Золото уникально еще и тем, что его никто и никогда не смог создать искусственно, несмотря на многочисленные попытки алхимиков, а позднее и современных ученых. Даже алмазы человек научился выращивать в лабораториях, а вот золото – никак.

Именно как символ вечности золото стало металлом для обручальных колец, широко используется для изготовления украшений и наград.

За золотом люди стремились в самые труднодоступные места, рисковали здоровьем и жизнью, нередко убивая друг друга ради куска или горсти загадочно мерцающего желтого металла. С золотом связаны кровопролитные войны, захват чужих территорий, ограбление целых народов и другие ужасные преступления. Конечно, винить в этом само золото нелепо, как и обвинять сталь, из которой делают смертоносное оружие.

Как же получается, что, сколько лет существует на земле человек, столько же лет этот прекрасный металл вызывает и взращивает в нем самые отвратительные черты – алчность, жажду наживы, агрессивность, ненависть?!

Первые в истории человечества художники рисовали свои картинки на стенах древних пещер, где и обитали, рисовали, черпая сюжеты из самой жизни. И что же… В недавно обнаруженной такой разрисованной пещере среди многочисленных сцен охоты и быта выделялась картинка, на которой изображены два дерущихся человека, а рядом с ними лежит копье с украшением из металла – предположительно, золота. Что не поделили эти древние люди? Пищу? Некоторые ученые считают, что дерутся они из-за этого самого золотого украшения. Возраст изображения – почти пятнадцать тысяч лет. Неужели уже 15 веков назад люди «гибли за металл», как поется в известной опере Гуно «Фауст» ? Сколько же за все прошедшее время погибло так людей на грешной Земле, где «Сатана… правит бал» ? И что изменилось – и изменилось ли – с тех пор?

На заре прожитого нами века, в 1906 году, великий русский писатель Максим Горький, посетив Америку, написал памфлет «Город Желтого дьявола», где есть такие строки:

«Кажется, что где-то в центре города вертится со сладостным визгом и устрашающей быстротой большой ком Золота, он распиливает по всем улицам мелкие пылинки, и целый день люди жадно ловят, ищут, хватают их. Но вот наступает вечер, ком Золота начинает вертеться в противоположную сторону, образуя холодный огненный вихрь, и втягивает в него людей затем, чтобы они отдали назад золотую пыль, пойманную днем».

Не напоминает ли это и наш современный большой город?

Символ Солнца с древнейших времен, родственный другому драгоценному металлу – серебру, сияющему белизной небесной чистоты, символу Луны. Как и когда приобрел он необычную, огромной силы власть над слабыми человеческими душами? Как сумел стать символом богатства, могущества? Попробуем в поисках ответа вглядеться в глубь веков минувших, прежде чем рассказать – на документальной основе – о том, как и сейчас «сребро и злато» влекут к себе любителей легкой наживы и как борется с ними служба экономической безопасности нашей страны.

Первооткрывателями золота – теплого на ощупь мягкого металла, таинственным своим мерцанием напоминающего солнечный свет – считаются древние египтяне. Как утверждается в трехтомнике «Российское золото», еще с «медного века» (3900-2100 гг. до н. э.) его стали добывать в Аравийской пустыне в районе Верхнего Египта. Одна из древнейших, египетская цивилизация, как видим, оставила человечеству не только знаменитые загадочные пирамиды, воздвигнутые вблизи Мемфиса в XXVI-XXV веках до новой эры, но и загадку появления в жизни людей золота и серебра как своеобразной меры ценностей. Богатейшие золотые россыпи Фив обеспечили Египту на три тысячелетия пальму первенства в добыче золота. Вероятно, именно это природное богатство сформировало могущество одного из первых в мировой истории государств и определило его исключительное положение.

При фараоне Менесе I золото приобрело меру ценности. Тогда уже появились если и не первые монеты, то золотые слитки. Тогда, вероятно, научились выделять и серебро из природных сплавов с золотом, получать бронзу, сплавляя медь с оловом. Так зарождалась древняя металлургия.

Впрочем, золоту еще далеко было до того, чтобы стать мировыми деньгами. Золото в те времена было прежде всего символом владычества царей и храмов, не перерастая пока в символ алчности и порока.

Значительно позже распространяется золото в древние земли Израиля и Иудеи, чтобы оттуда, с Ближнего Востока, постепенно завоевывать мир в качестве мировых денег.

Любопытно проследить упоминания о золоте и серебре в Вечной книге, Библии.

В первой же книге Пятикнижия Моисея, сразу после рассказа о первых днях творения Богом неба и земли, рыб и птиц, скотов, и гадов, и зверей земных, наконец, и человека «по образу Своему, по образу Божию», дается описание насаженного Богом рая в Едеме на востоке, куда Он и поместил человека, которого создал. Читаем, в частности: «Из Едема выходила река для орошения рая; и потом разделялась на четыре реки. Имя одной Фисон: она обтекала всю землю Хавила, ту, где золото; и золото той земли хорошее»… Задумаешься поневоле, зная, что Библия – это своеобразная шифровка человечеству на многие века и тысячелетия, что ни одного слова впустую в ней нет, и даже всяческие повторы, практически дословные, об одних и тех же явлениях или событиях, не случайны, что стоит опустить одно лишь словечко – и нарушится, исказится смысл расшифрованного. (Не этим ли объясняется упорная многолетняя охота хасидов за так называемой «библиотекой Шнеерсона» – собранием древних еврейских рукописей, волею судеб оказавшихся в России? Сейчас в печати то и дело появляются публикации на тему, что не только в «Апокалипсисе» заложены грозные предостережения для человечества, что можно с помощью современной компьютерной техники узнать, расшифровав Библию, чуть ли не все, до мельчайших подробностей, будущее мира). Так что это за земля рядом с раем, «та, где золото»? И что значит «хорошее» золото? Оно может быть и «плохим»? В чем разница между золотом хорошим и плохим?

Уже второе упоминание в Библии о золоте наводит на некоторые умозаключения. Речь идет об Ав-раме, из рода Сима, одного из трех сыновей Ноя, спасенного Господом Богом во время всемирного потопа, Авраме, которому Господь, явившись, обещал для потомства его «землю сию». Это потом, после многих испытаний, станет тот Аврам Авраамом, как и бесплодная жена его Сара станет Саррой и породит многочисленное потомство. А пока Аврам пришел в Египет, чтобы «пожить там», спасаясь от голода. А дальше лучше цитировать полностью, чтобы читатель сам делал выводы… «Когда же он приближался к Египту, то сказал Саре, жене своей: вот, я знаю, что ты женщина, прекрасная видом; и когда Египтяне увидят тебя, то скажут: это жена его; и убьют меня, а тебя оставят в живых; скажи же, что ты мне сестра, дабы мне хорошо было ради тебя, и дабы жива была душа моя через тебя. И было, когда пришел Аврам в Египет, Египтяне увидели, что она женщина весьма красивая; увидели ее и вельможи фараоновы и похвалили ее фараону; и взята она была в дом фараонов. И Авраму хорошо было ради ее: и был у него мелкий и крупный скот и ослы, и рабы и рабыни, и лошаки и верблюды»… Так что не злато было первоначальной «валютой» Аврама, а красота жены его. Но поразил Господь фараона и дом его тяжкими ударами за Сару, жену Аврамову, и вразумил отправить их от греха подальше, со всем, «что у него было». «И был Аврам очень богат скотом, и серебром, и золотом». Таково второе упоминание в Библии о золоте, но вот как-то уже не ясно: хорошее ли оно было, это золото. Думается, не очень хорошее, потому что нажито путем обмана.

Много раз еще встречаем мы в Библии упоминание злата-серебра, в основном, как меры ценности и обмена. Так, по завету между Богом и Авра-мом, должен подвергаться обряду обрезания « всякий младенец мужеского пола, рожденный в доме и купленный за серебро у какого-нибудь иноплеменника». А обманный трюк с женой-сестрой Аврам, ставший уже Авраамом, повторил вскоре с царем Герарским Авимелехом, которого, впрочем, Господь не только вразумил, но и удержал от греха. «И взял Авимелех (серебра тысячу сиклей и) мелкого и крупного скота, и рабов и рабынь, и дал Аврааму; и возвратил ему Сарру, жену его». За четыреста сиклей серебра, «которое ходит у купцов», купил Авраам кусок земли и пещеру у Ефрона Хеттеянина, чтобы было где похоронить скончавшуюся Сарру, а затем и себя самого. И за будущую жену Исаака, законного сына Авраама, уже не от рабыни Агарь, а от своей жены Сарры, были отданы золотая серьга, «весом в полсикля, и два запястья на руки ей, весом в десять сиклей золота», а также « серебряные вещи и золотые вещи и одежды» самой Ревекке и дорогие подарки брату ее и матери ее. За двадцать сребреников продали родные братья Иосифа, сына Иакова (Израиля), правнука Авраама, – Иосифа, который стал затем вторым человеком в Египте после фараона. Разгадав вещий сон фараона о семи годах урожайных и последующих семи годах голодных, Иосиф вовремя накопил запасы хлеба и совершил, может, первую в истории биржевую операцию: когда наступил голод «и изнурены были от голода земля Египетская и земля Ханаанская», Иосиф "собрал все серебро, какое было в земле Египетской и земле Ханаанской, за хлеб, который покупали». Голод длился семь лет… «И купил Иосиф всю землю Египетскую для фараона, потому что продали Египтяне каждый свое поле. Ибо голод одолевал их. И досталась земля фараону. И народ сделал он рабами от одного конца Египта до другого».

Как не вспомнить здесь к случаю великого нашего Пушкина, переложившего в стихи мудрые мысли экономиста Адама Смита о том, что «государство богатеет, когда простой продукт имеет». За хлеб, простейший продукт, без которого не прожить, собрали и все злато-серебро, и землю, и волю египтян. Вот истинная цена вещей. А серебро и золото… Оно кочует из рук в руки, становясь со временем все чаще причиной поступков, весьма далеких от заповедей Божьих. За тридцать сребреников Иуда продал самого Христа, Спасителя душ человеческих, сына Божьего. Из золота потомки Израиля, пока Моисей, духовный их вождь и наставник, слишком долго беседовал с Богом, отлили себе кумира – Золотого Тельца, которому и стали поклоняться вместо божества. В гневе разбил тогда Моисей каменные скрижали, на которых были высечены для потомства заповеди Божьи, но… упросил все же Господа простить неразумный народ свой избранный в надежде, что образумятся рабы Золотого Тельца.

Если бы образумились… Вся история службы борьбы с экономическими преступлениями и особенно ее отделов, занимающихся выявлением и пресечением злоупотреблений, связанных с хищениями золота и драгоценных камней, нарушением правил валютных операций, свидетельствует, что и за многие тысячелетия с тех библейских времен не ослабела дьявольская власть Золотого Тельца над слабенькими душонками «сильных мира сего» – от властителей до рядовых жуликов и бандитов.

Да и почему бы им образумиться, если сам Моисей, по внушению свыше, перед исходом из Египта внушил народу, чтобы каждый у ближнего своего и каждая женщина у ближней своей «выпросили вещей серебряных и вещей золотых (и одежд)». Зачем?! А вот зачем: «И сделали сыны Израилевы по слову Моисея и просили у Египтян вещей серебряных и вещей золотых и одежд. Господь же дал милость народу (Своему) в глазах Египтян: и они давали ему, и обобрал он Египтян» Вот такова одна из «казней египетских» библейских. Тут есть над чем задуматься…

Но есть в Библии, в книге «Исход» из упоминавшегося уже Пятикнижия Моисея, удивительные строки о золоте, возвращающие к мысли о том, что оно может быть и хорошим.

Меня и раньше при чтении Вечной книги удивляло подробнейшее, до мельчайших деталей, описание так называемой Скинии Завета, к тому же повторенное дважды: и в словах Бога, обращенных к Моисею, и в описании творческого процесса созидания этой самой скинии.

Я даже пропускал ненужные, на мой тогдашний взгляд, утомительные подробности: каких размеров и из каких материалов должны быть сделаны те или иные части ковчега Завета, скинии, жертвенника, какие меры предосторожности должен был принимать первый жрец Аарон и его потомки, призванные к священническому служению. Но вот, работая над этой книгой, вчитался в Библию внимательнее… Оказывается, Господь не зря среди требуемых Ему приношений первыми назвал золото, и серебро, и медь, и шерсть, и определенные драгоценные камни (двенадцать их разновидностей). Он даже показал Моисею образец скинии и образец всех сосудов ее. Оказывается, нужна при этом скрупулезная точность. Почему и зачем?

Извините, читатель, за пространное цитирование, но без этого вряд ли заставишь кого-либо вчитатьсяв читанные миллионами верующих и неверующих строки, вчитаться, чтобы самому попытаться разыскать в них сокровенный и глубоко зашифрованный смысл..

"Сделайте ковчег из дерева ситтим: длина ему два локтя с половиною, и ширина ему полтора локтя, и высота ему полтора локтя; и обложи его чистым золотом, изнутри и снаружи покрой его; и сделай наверху вокруг его золотой венец (витый); и вылей для него четыре кольца золотых и утверди на четырех нижних углах его: два кольца на одной стороне его, два кольца на другой стороне его. Сделай из дерева ситтим шесты и обложи их (чистым) золотом; и вложи шесты в кольца по сторонам ковчега, чтобы посредством их носить ковчег; в кольцах ковчега должны быть шесты и не должны отниматься от него. И положи в ковчег откровение, которое Я дам тебе. Сделай также крышку из чистого золота: длина ее два локтя с половиною, а ширина ее полтора локтя; и сделай из золота двух херувимов: чеканной работы сделай их на обоих концах крышки; сделай одного херувима с одного края, а другого херувима с другого края; выдавшимися из крышки сделайте херувимов на обоих краях ее; и будут херувимы с распростертыми вверх крыльями, покрывая крыльями своими крышку, а лицами своими будут друг к другу: к крышке будут лица херувимов. И положи крышку на ковчег сверху, в ковчег же положи откровение, которое Я дам тебе; там Я буду открываться тебе и говорить с тобою над крышкою, посреди двух херувимов, которые над ковчегом откровения, о всем, что ни буду запове-дывать через тебя сынам Израилевым.

И сделай стол из дерева ситтим, длиною в два локтя, шириною в локоть, и вышиною в полтора локтя, и обложи его золотом чистым, и сделай вокруг него золотой венец (витый), и сделай вокруг него стенки в ладонь и у стенок его сделай золотой венец вокруг; и сделай для него четыре кольца золотых и утверди кольца на четырех углах у четырех ножек его; при стенках должны быть кольца, чтобы влагать шесты, для ношения на них стола; а шесты сделай из дерева ситтим и обложи их (чистым) золотом и будут носить на них сей стол; сделай также для него блюдо, кадильницы, чаши и кружки, чтобы возливать ими: из золота чистого сделай их; и полагай на стол хлебы предложения пред лицом Моим постоянно.

И сделай светильник из золота чистого; чеканный должен быть сей светильник; стебель его, ветви его чашечки его, яблоки его и цветы его должны выходить из него; шесть ветвей должны выходить из боков его: три ветви светильника из одного бока его и три ветви светильника из другого бока его; три чашечки наподобие миндального цветка, с яблоком и цветами, должны быть на одной ветви, и три чашечки наподобие миндального цветка на другой ветви, с яблоком и цветами: так на всех шести ветвях, выходящих из светильника; а на стебле светильника должны быть четыре чашечки наподобие миндального цветка с яблоками и цветами; у шести ветвей, выходящих из стебля светильника, яблоко под двумя ветвями его, и яблоко под другими двумя ветвями его (и на светильнике четыре чашечки, наподобие миндального цветка) ; яблоки и ветви из него должны выходить: он весь должен быть чеканный, цельный, из чистого золота.

И сделай к нему семь лампад и поставь на него лампады его, чтобы светили на переднюю сторону его; и щипцы к нему и лотки к нему (сделай) из чистого золота; из таланта золота чистого пусть сделают его со всеми сими принадлежностями. Смотри, сделай их по тому образцу, какой показан тебе".

Дальше цитировать нет смысла: пришлось бы перепечатывать чуть ли не всю книгу «Исход». Прежде меня, тогда еще убежденного безбожника, удивляло только одно: неужели Господь Бог такой эстет, что ему нужно столь тщательное, по предложенному образцу, приготовление к приношению Ему прошений землян?! Теперь я думаю несколько по-иному, в начале-то нового века и нового тысячелетия, ознаменовавшихся еще в ушедшем XX веке прорывом человека в космос… А тут еще память подсказывает эпизод многолетней давности: посещение московского завода специальных сплавов, где довелось увидеть впервые в жизни целый двухсоткилограммовый ковш расплавленного золота, которое превращалось затем в километровые ленты биметалических проводов – токопроводящий металл, покрытый сверху золотом. Вспомнился директор того завода, вдохновенно прочитавший нам, представителям спецведомства, этакую лекцию на тему, как не прав был классик марксизма, предсказывавший в пылу полемики, что из золота будут люди строить общественные туалеты. «Никогда этого не случится! – восклицал директор. – Уже в начале следующего века все золото планеты уйдет в космическую технику, где просто не обойтись без наших спецсплавов. Столь редкостными свойствами наградила природа золото, серебро и металлы платиновой группы вовсе не для того, чтобы из них демонстративно сооружали нужники».

Да, у золота и его ближайших «родственников» изумительные свойства, позволяющие не только создавать из них украшения, не стареющие тысячелетиями, произведения искусства, воплощающие возможность невероятной свободы в обращении с металлом. Не берусь судить, не будучи специалистом, влияет ли на золото радиация. Но когда читаешь Библию и думаешь, что же это за Слава Господня, что за облако, в котором появлялось Божество, почему предписаны строжайшим и скрупулезнейшим образом такие меры предосторожности для посвященных, общающихся с ним… А что, если это путь к тому самому контактус другими мирами Вселенной, которыми бредят фантасты, да и серьезные ученые?! Тогда каждая деталь описания ковчега и скинии Завета, вплоть до мельчайших колец, на которых должна развешиваться завеса, преграждающая путь в скинию, и которые должны быть тоже золотыми (а вот в жертвеннике большинство деталей должны быть медными), – все приобретает особый смысл И приходит в голову дерзкая мысль: вот бы сейчас, пользуясь достижениями современной науки и техники, построить точно такую же, как описано в Библии, скинию Завета с ковчегом, жертвенниками и прочим. Понятно, что сама по себе она все равно не «сработала» бы, должны быть при ней особые люди – чистейшие в нравственном отношении, достойные представлять землян в контакте с Высшим разумом Вселенной. (Впрочем, разум, пожалуй, не самое точное определение, мы и в XX веке нагляделись на чудовищные злодеяния, порожденные разумом людей, для которых совесть объявлена была химерой… Может, лучше говорить о Высшей силе ? Как у великолепного русского поэта Николая Рубцова, нашего современника, увы, слишком рано взятого к себе этой Высшей силой:" Боюсь, что над нами не будет возвышенной силы, что, выплыв на лодке, повсюду достанешь веслом, что, всё понимая, спокойно дойду до могилы… Отчизна и воля, останься, мое Божество!").

Однако же, мы слишком далеко уйдем в сторону от темы нашей документальной книги про злые деяния рабов Золотого тельца и добрые дела тех, кто мужественно противостоял и противостоит им. Заключить затянувшееся отступление хотелось бы следующим: не золото виновато в том, что стало оно символом алчности и порока. Само по себе оно может быть и «хорошим», говоря библейскими словами. Это отношения людей сделали его в истории человечества зловещим символом погибели души живой, причиной падения не только миллионов отдельно взятых людей, но и целых государств, народов, населявших громадные континенты (мы еще напомним только общеизвестное – судьбу американского или африканского континентов, «открытых» европейскими конкистадорами и колонизаторами).

А ведь было золото с незапамятных времен – в силу своего солнечного, теплого цвета – живым воплощением самого Солнца на Земле. Так же, как серебро из-за подобного специфического цвета стало воплощением Луны. Думается, самое-самое первоначальное употребление благородных этих металлов было все-таки храмовым, связанным с религиями, отражающими поклонение Солнцу и Луне. И в самом привычном слове «богатство» корень-то – Бог. Хотя, наверное, вовсе не материальные блага подразумевались под богатством. И в Новом Завете об этом сказано вполне отчетливо.

Но, как бы то ни было, уже в библейские времена серебро и золото были мерилом, богатства материального. Сребреники, серебряные деньги, были распространены, наверное, более широко, чем золотые, более дорогие. Любопытно, что тогда уже было установлено твердое соотношение стоимости этих двух металлов – 1 к 13, 5. А что это значит? Установили это, видимо, жрецы на основе величины Солнечного года (золото) и Лунного месяца (серебро).

Мерило богатства материального… То есть – безбожного? Не случайно же именно материалисты отвергают Бога, а самые воинствующие из них, в нашей стране, например, рушили храмы, репрессировали служителей Бога. За что?! Вчитайтесь в Библию. Даже из Ветхого Завета узнается так много возвышающего душу свободного человека. Имеющий уши, да слышит! Вот и завершение истории с «обобранным» Египтом… Не пошло ведь впрок обманным путем полученное золото. Послужило оно лишь для отливки Идола, золотого Истукана взамен истинного образа и подобия Божьего. Безумие охватило слепо верующих людей, которые называли себя народом избранным. Предостережение? Потому и попустил Господь, как сказали бы искренне верующие? Ведь и далее вся история человечества свидетельствует: как только человек становится поклонником Золотого Тельца, так теряет он рассудок, а порой и облик человеческий.

И предостережения такого рода встречаются в мифологии самых разных народов. Бытовал у эллинов миф о фригийском царе Мидасе, который выпросил себе дар обращать все, к чему он прикасался, в золото. И опять-таки рядом с этим – обман. Он подмешал вина в источник, из которого пил Силен – божество плодородия. Опьяневшего Силена схватили и заточили в темницу. А потом царь Мидас освободил его в обмен на упомянутый дар, сменив тем самым для себя плодородие – истинный источник благосостояния – на иллюзорное полновластие золота. Мидас купался в золоте – и чуть не умер от голода, так как даже пища, к которой он прикасался, превращалась в драгоценный металл. Спас его другой бог – великий Дионис, заставив погрузиться в воды реки Пактол. Мидас вернул себе прежнее состояние. Зато река стала золотоносной, заразившись золотым недугом. Разумеется, не прекрасные качества золота как драгоценного металла чуть не довели Мидаса до гибели, не драгоценные жилы Земли, а токи алчности человеческой натуры – источник несчастий и порока.

Вся история человечества выглядит бесконечной погоней за Золотым Тельцом. Вследствие ненасытной жажды золота в Средние века была «открыта», завоевана и освоена европейцами Америка. В то время все богатства Востока европейцы ассоциировали прежде всего с Индией. Весной 1492 года именно туда направилась первая экспедиция Христофора Колумба на трех каравеллах «Санта-Мария», «Нинья» и «Пинта». В неведомый мир устремились за удачей разорившиеся идальго, солдаты, монахи и многие другие из тех, кто оказался не у дел у себя на родине. Одних гнала на Восток нищета, другие бежали от инквизиции. «Они шли с крестом в руке и ненасытной жаждой золота в сердце», – сказал об испанских конкистадорах испанский же мыслитель Бартоломео де Лас Кассас.

12 октября 1492 года с каравеллы «Пинта» послышался выстрел – матрос Родриго де Триан увидел долгожданную землю.

Теперь мы знаем, что Колумб не попал в Индию, а открыл новый для европейцев континент – Америку, названный так, впрочем, по имени совершенно другого мореплавателя – флорентийца Америго Веспуччи.

Открытие Нового Света повлекло за собой Конкисту ( от испанского слова conquista – завоевание), символами которой стали крест и меч, а главным двигателем – золото. Испанию наводняли все новые и новые слухи и легенды о крае несметных богатств, великих сокровищ, горах золота и грудах драгоценных камней.

Жажда золота заставила испанцев в короткий срок покорить огромный континент, уничтожить уникальную культуру и цивилизацию индейских народов – инков, майя, ацтеков и других.

Признанным лидером конкистадоров был Эрнан Кортес в течение трех лет захвативший территорию, на которой располагается современная Мексика. Его коварство в полной мере испытал на себе император ацтеков Монтесума. Неоднократно пытался он откупиться от Кортеса богатейшими дарами, но только разжигал его ненасытный аппетит. Наконец, спровоцировав Монтесуму, Кортес обвинил его в лицемерии, предательстве, организации покушений на испанских солдат. Монтесуму лишили свободы, а вскоре и жизни. В Испанию рекой потекло мексиканское золото.

Примерно за тот же срок другой конкистадор Франсиско Писарро покорил огромную империю инков, располагавшуюся на территории современных Перу, Эквадора и Бразилии. Его отряд разбил шеститысячное войско Великого Инки Атауальпа и заточил его в темницу размером 16 футов в ширину и 22 фута в длину. Атауальпа обещал за свое освобождение заполнить золотом и драгоценностями все пространство темницы до высоты поднятой руки. Получив согласие, повелел подданным исполнить его обещание. Темница была заполнена драгоценностями, но это не спасло Великого Инку. Ложно обвиненный в различных преступлениях, он был сожжен на костре.

Еще быстрее были завоеваны территории нынешних Центральной Америки и Колумбии. Моря крови местных племен превращались в реки золота.

Примерно так же подвергся завоеванию и Африканский континент. В 1652 году началась колонизация Южной Африки с создания Нидерландской Ост-Индской компанией укрепленного поселения близ мыса Доброй Надежды. Это поселение положило начало Капской колонии и впоследствии выросло в город Капстад – нынешний Кейптаун.

Первые поселенцы, которые называли себя «бурами» от голландского названия крестьян, отвоевывали новые территории у местных африканских племен с боями, затянувшимися на целое столетие. Но уже в начале XIX века у буров появился новый враг – Англия, захватившая Капскую колонию. Вытесняемые англичанами, буры двинулись в глубины Африканского материка – за реки Оранжевую и Вааль, ведя кровопролитные войны с местными племенами зулу, нделе, суто. Решающее сражение между бурами и зулусами вошло в историю под названием Кровавого. И все же к середине XIX века бурам удалось создать две республики – Оранжевую и Трансвааль.

В середине 80-х годов того же столетия в Трансваале было открыто крупнейшее в мире месторождение золота, что и предопределило дальнейшую судьбу республики. Англия не могла допустить, чтобы это золото принадлежало маленькой Голландии. В Трансвааль устремились могущественные британские монополии и старатели со всех концов Европы. А в 1899 году началась англо-бурская война, в которой, если говорить несколько высокопарно, симпатии миллионов людей всего мира были на стороне буров. На помощь им кинулись добровольцы из Германии, России, Франции и даже Америки. (Вот он, синдром чисто западного мышления. Кинулись-то на помощь европейцам, тоже завоевателям, а ранее-то не шибко стремились помогать африканским племенам, истинным хозяевам богатых этих земель, в их справедливой борьбе за свободу).

Англия была сильнее, впервые применив автоматическое оружие и… колючую проволоку. Были созданы и первые в мире концентрационные лагеря, в которых англичане содержали пленных буров, включая женщин и детей. Так Золотой Телец, главный возмутитель спокойствия на планете и искуситель человека, осветил своим страшным, но притягательным светом начало двадцатого столетия.

Вот лишь один из многих примеров то и дело охватывающих человечество приступов «золотой лихорадки»

Переселенец из Швейцарии Зуттер в1842 году обосновался в американском штате Северная Калифорния, в тех местах, где у залива Румянцева русскими людьми была построена крепость – форт Росс. Прилегающую к форту землю он купил у царского правительства, которое и не подозревало, какую золотую жилу продает.

Построив лесопилку, Зуттер с семьей зажили прилично. Но вот лет через шесть один из его работников, углубляя канаву для стока воды, случайно обнаружил крупинки желтого металла. Скрыть факт такой находки Зуттеру не удалось, слух о золоте быстро докатился до Сан-Франциско. Первым оказался на месте горного дела Хемфри, который вскоре стал намывать до ста граммов золотого песка в сутки.

Узнав об этом чуть ли не половина жителей Калифорнии, бросив свои фермы, устремилась к золотоносной земле Зуттера, в один миг порушив все, что тот сумел построить. Тогда он предъявил в калифорнийский суд иск пятнадцати тысячам человек, хозяйничавшим на его земле. Суд удовлетворил иск. На бумаге. Фактически же ничего не изменилось, а обозленные старатели разгромили жилище Зуттера и убили всю его семью. Самому Зуттеру чудом удалось спастись, и он два десятка лет обивал пороги государственных учреждений США, но, не добившись справедливости, умер в нищете.

А между тем поток золотодобытчиков Калифорнии пополнился за счет других регионов страны, а затем и портов Атлантического побережья. Началась воистину золотая лихорадка, унесшая только за одно лето 1849 года более пяти тысяч человеческих жизней.

Стефан Цвейг так описывал этот яркий период человеческой алчности и безумия: «Бесконечными колоннами тянутся золотоискатели с запада и с востока, пешком, верхом и в фургонах – рой людской саранчи, охваченной золотой лихорадкой. Разнузданная грубая орда, не признающая иного права, кроме права сильного, иной власти, кроме власти револьвера…»

А золото лилось рекой. В течение пяти лет в Калифорнии добывалось по 80 тонн золота в год. Такого количества желтого «дьявольского» металла мир не знал со времен фараонов. Наконец, старатели, исчерпав самые доступные и богатые россыпи, стали уходить в новые районы. Их место заняли поисковики-профессионалы, уверенные в том, что россыпное золото приведет к крупным коренным залежам. В октябре 1850 года была обнаружена первая золотая жила, возле которой выросли города Грасс-Вэлли и Невада-Сити. Затем открыли жилы Эльдорадо, Аргонавт, Эврика и другие. А в 1867 году – главную, материнскую жилу Мазер Лод, которая протянулась на 190 километров в длину и около полутора километров в ширину. Из этой жилы добыли 400 тонн золота, а всего в Калифорнии извлекли из земли 3300 тонн драгоценного металла. США вышли на первое место в мире по добыче золота и сохранили его до конца XIX века. Золото подтолкнуло рост промышленности, строительство железных дорог, развитие мировой торговли.

## РОССИЙСКОЕ ЗОЛОТО

Князь Киевской Руси Олег, носивший прозвище «Вещего», одержав в одном из походов верх над самой сильной страной того времени Византией и прибив свой щит над вратами ее столицы Царьграда, получил в качестве трофеев 24 тысячи золотых гривен общим весом в 350 килограммов.

Когда следующий киевский князь Игорь вновь двинул свои дружины на Византию, греческий император остановил его: «Не ходи, но возьми золотую дань».

Золото на Руси становится самым любимым и ценным украшением. И добывать его стали не только с конца меча, но и за счет торговли мехами, кожами, хлебом, медом и многим другим, чем богата была древнерусская земля.

Вскоре великий князь Владимир Святославович повелел чеканить в Киеве первые русские золотые монеты, на которых был изображен Иисус Христос и сам князь – с удостоверяющей надписью: «Владимир, а се его злато».

Ярослав Мудрый построил в Киеве Софийский собор, на украшение которого не пожалел золота. 800 лет назад князь Андрей Боголюбский построил близ города Владимир церковь, которую всю отделали кованым золотом.

Русские князья желали, конечно, получить и собственное золото, но поиски его успехами не увенчались. А вскоре лишились и последнего под все сметающим натиском мощной татаро-монгольской орды.

Дмитрий Донской, разгромивший в 1380 году на Куликовом поле нашествие золотоордынского хана Мамая, снова попробовал чеканить золотые монеты из привозного металла, но попытка захлебнулась из-за нехватки золота.

Да и не до этого стало, когда через год другой хан Тохтамыш сжег Москву, и продлилось еще на сто лет тяжкое иго восточных завоевателей.

Первый государь Всея Руси Иван III, прослышав, что на Урале и далее – на Алтае —есть самородное золото, устремил туда взоры свои и воинов своих. Русь расширялась, крепла, и все больше нуждалась в золоте.

При Иване Грозном и его сыне Федоре Ивановиче снаряжались специальные партии служивых людей на Урал и в Сибирь для поиска золота. И все же металла не хватало (а когда его вообще может хватить?). Пришлось доставать золото в кровавых войнах. Немало драгоценного этого металла удалось получить при завоевании Ливонии, Казани и Астрахани. На границе установили специальные посты для скупки драгоценных металлов у заморских гостей.

Петру Первому для осуществления его грандиозных реформ требовалось много золота. Один из первых указов царя обязывал искать золотые руды повсюду. Даже преступников соглашались освобождать от любого наказания, если они сообщали о золотых залежах. Своею мощной рукой Петр Великий далеко вперед двинул горное дело в России. Чего стоят поисковые работы его фаворитов – купцов Демидовых на Урале!

Однако же с ростом промышленного производства учащались факты хищения и других злоупотреблений, связанных с добычей и переработкой золота. У нас не было такой «золотой лихорадки», как в США или Австралии, но уральские россыпи тоже влекли к себе людей отовсюду. Многие из них становились тайными старателями, поэтому их называли «хищниками». Они либо добывали золото, не соблюдая правил разработки, либо специально скрывали богатые россыпи, чтобы вернуться к ним позже, но уже без хозяина. А за «хищниками» охотились местные разбойники. Золото и тут калечило людские судьбы и отнимало человеческие жизни.

Чтобы навести порядок, тогдашний министр финансов создал Горную комиссию, состоявшую из 19 партий лучших специалистов. Добыча золота после этого возросла вдвое.

В середине XIX века началось усиленное освоение сибирских месторождений. Только за один 1840 год между Ангарой и Подкаменной Тунгуской было добыто столько золота, сколько потом не добывалось никогда. Россия выдвигается на ведущие позиции по золоту в мире (47 процентов). А впереди еще было золото Чукотки и Магадана…

Добытое тогда золото помогло развитию экономики России, становлению первых капиталистов.

На территории России до 1917 года было добыто 2887 тонн золота, в Советском Союзе – 9752 тонны. Значит, наши земли дали почти 12, 6 тысячи тонн желтого металла, что составляет более 11 процентов золота, полученного за всю историю человечества.

Сейчас мы на шестом месте среди стран, добывающих золото.

… 17 октября 1888 года произошло знаменитое крушение царского поезда у станции Борки Курско-Азовской железной дороги. Авария произошла из-за того, что машинист не сбросил скорость на опасном участке дороги и состав не вписался в поворот. Царская семья уцелела чудом. Вернее, благодаря богатырской силе своего главы – императора Александра Третьего. Он сумел поднять железную крышу искореженного вагона и держать ее, пока не выбрались все его родные.

Вот тогда, стоя в руинах поезда, император вспомнил того железнодорожного служащего, который двумя месяцами раньше отказывался пускать царский поезд быстрее курьерских поездов. Фамилия его – Витте – скоро стала широко известна России, потому что его разыскали и по велению царя назначили директором департамента железных дорог, а через четыре месяца, учитывая государственный ум и колоссальную работоспособность, – и министром финансов.

Не имея финансового образования, он вошел в историю России, успешно осуществив крупнейшую денежную реформу. Суть ее в том, что было отменено хождение бумажных денег в стране и отчеканены новые десяти– и пятирублевые золотые монеты. Когда же Витте убедился, что население не слишком широко пользуется золотыми монетами, он выпустил новые бумажные деньги, но они обеспечивались уже не серебром, как раньше, а золотом.

В результате денежной реформы Витте русский рубль стал одной из наиболее уважаемых в мире денежных единиц. В самые трудные времена в России не прекращался обмен (конвертация) бумажных денег на золото.

После Февральской революции 1917 года Временное правительство навыпускало очень много бумажных купюр по 20 и 40 рублей. Денег такого достоинства раньше вообще никогда не было. Сдеданные наспех новые купюры, размером со спичечный коробок, не имели номеров и подписей должностных лиц. Эти деньги в народе прозвали «керенками» по фамилии главы Временного правительстваю За восемь месяцев его правления «керенки» буквально наводнили страну. И так же быстро схлынули потом, были забыты. Люди, приученные ранее к «золотому» рублю, очень неохотно пользовались новыми деньгами, тщательно сберегали царские деньги, особенно золотые.

В 1922 году впервые советские лидеры продали золото за границу – и только потому, что надо было спасать от голода население Поволжья и ряда других регионов России. Где взять ценности в разрушенной гражданской войной стране? Вспомнили «опыт» Петра Первого – обратили взоры к богатствам церкви.

Вот как говорилось в одной из секретных телеграмм ЦК РКП(б):

> «Нужно „расколоть“ попов… Мы должны вести агитацию, исходя из того основного сейчас факта, что мы считаемся сейчас с попами не как с жрецами какой-то религии, а как с группой граждан, которым государство доверило на известных условиях ценности.

> В этой группе граждан – раскол. Одна их часть признает необходимость передать ценности для спасения голодающих, другая же часть – «князья церкви», жадные, хищные и развращенные, идущие против народа, – всемерно борется против этого… Надо показать им суровую руку рабочего государства, умеющего карать тех, кто осмеливается выступать против него.

> Секретарь ЦК РКП Молотов».

Конечно, допускались определенные перегибы в истории Русской Православной Церкви, но надо помнить, что у руководства страны того периода «… ставка была на коммунизм, а не религию».

Одержимые идей мировой коммунистической революции, лидеры первого в мире социалистического государства готовы были отнять последнее у своего народа, лишь бы обеспечить победу социализма в других странах и материально поддержать уже созданные коммунистические режимы. Советская страна несла огромные расходы на содержание режимов стран Восточной Европы, Кубы, Латинской Америки, Вьетнама, Северной Кореи и еще многих других. Долгое время колоссальные средства шли на поддержку революции в Китае. По оценкам зарубежных специалистов, на все это наша страна тратила миллиарды долларов. Но поскольку долларов у нас было мало, то приходилось их покупать за золото и драгоценные камни..

Один нью-йоркский банк «Братья Соломон» скупал у нас золота на 25 миллиардов в год.

Если раньше мы тратили золото на помощь братским странам, то во времена горбачевской «перестройки» стали класть золото в зарубежные банки в залог, чтобы получать доллары для оплаты иностранным поставщикам. За трехцентовую бумажку они стали получать «презренный металл»…

Все лидеры западных стран клялись в поддержке «перестройки» Горбачева, но лишь к нашей стране стали применять новый порядок – золотой залог для получения кредита. Даже те страны, за-должность которых в несколько раз превышала долг Советского Союза, не обязаны были делать такой залог. Так почему же Горбачев допустил перекачку российского золота, добытого трудом наших рабочих, как правило, в невероятно сложных условиях, в заграничные банки? Что двигало им? Слепая вера в заокеанского «доброго дядюшку» или тайная корысть? Мы же под злополучные кредиты для «расцвета нашей экономики» (которая в итоге окончательно пришла в упадок) умудрились задолжать в считанные годы 180 млрд.долларов.

Остается констатировать печальный факт: США сумели без единого выстрела одолеть основного вероятного противника, углубить до нищеты кризисную ситуацию внутри конкурирующей супердержавы, по существу развалив ее на части. И все же, несмотря ни на что, потенциал вставшей на путь возрождения России огромен.

## ОТ ФУНТА К ДОЛЛАРУ

Развивалась мировая торговля, никакого золота не хватило бы на расширяющиеся торговые и банковские операции – появились бумажные деньги. Но в основе и бумажных денег, и ценных бумаг лежало все-таки золото. Любая страна, выпуская в оборот бумажные деньги, обязана была иметь золотое покрытие в своем государственном банке. Если баланс нарушался и в циркуляцию запускалось значительно большее количество бумажных купюр, начиналась инфляция, то есть обесценивание денег, подвергая население скрытому ограблению. Каждый из нас не раз испытал это на себе, на своем личном и семейном бюджете. Да и сейчас инфляция достигает 5-7 процентов в месяц.

Приоритет золота дожил до конца Первой мировой войны. Но вот наступил 1916 год. Стало очевидно, что Германия со своими союзниками неминуемо будет разгромлена в силу хотя бы чисто экономических причин, не говоря уже о военных. Антанта, в которой главенствовала Великобритания, выходила из войны победительницей. В этот момент лондонский Сити-Банк инициировал совещание руководителей стран Антанты и предложил проект отмены золотого приоритета с целью передачи роли мерила стоимости английскому фунту стерлингов.

Французское правительство Клемансо согласилось с этим предложением. Правительства других стран также не нашли веских доводов против. Очередь была за Россией. Участвовавший в совещании министр финансов привез проект на утверждение царю. Николай Второй, внимательно изучив проект, написал: «Не могу допустить привилегии для Англии и эксплуатации русского народа Сити-Банком».

И участь Николая Второго была предрешена.

Лондон возмутился до предела. В ход были пущены все мыслимые и немыслимые средства для достижения вновь поставленной цели – создать в России проанглийское правительство. Этой своей цели Великобритания добилась лишь в феврале 1917 года с победой так называемой буржуазно-демократической революции и созданием правительства, которое вскоре возглавил Александр Керенский. Керенский, вероятно, даже и не подозревал о резолюции русского царя на этот проект. А может, ему разъяснили соответствующим образом, как вести себя… Как бы то ни было, тут же были подписаны необходимые документы, и фунт стерлингов надолго стал господином в мировой торговле: английские бумажные деньги стали расцениваться как золотые, и никого не интересовало, обеспечены ли эти деньги золотым покрытием.

Совесть мучила, возможно, лишь французского министра финансов, принимавшего участие в утверждении злополучного проекта Сити-Банка. И забеспокоились американские банкиры, которые давно уж по размерам оборота на мировом рынке стали значительно крупнее английских.

Перед завершением Второй мировой войны американский финансовый капитал начал все сильнее давить на тогдашнего президента страны Рузвельта, призывая потребовать перевода приоритета с фунта стерлингов на американский доллар. Все преимущества при этом были на стороне США: военная мощь и экономический потенциал Штатов стали самыми сильными в мире. К тому же во главе английского правительства стоял Уинстон Черчилль, который в высшей степени был зависим от американских банкиров и даже вынужден был заложить свое родовое имение. От финансовой катастрофы его спас крупный финансист США Бернард Барух, вынудив при этом подписать кабальные векселя. Строптивость Черчилля была скована финансовыми обязательствами, и он действовал в послушном согласии с президентом Рузвельтом.

В этих условиях в июле 1944 года состоялась Вреттон-Вудская финансовая конференция с участием представителей сорока четырех государств, включая Советский Союз. На конференции было принято решение о том, что валютный приоритет в мировой торговле переходит от фунта стерлингов к американскому доллару.

В чем суть механики валютного приоритета? Упомянутый выше министр финансов правительства Клемансо примерно так объяснял ее не очень сведущему в финансах президенту страны де Голлю:

– Представьте себе, что на аукционе продается картина Рафаэля и идет битва за нее между немцем Фридрихом, арабом Абдуллой, русским Иваном и американцем Джоном. Каждый из них предлагает свою цену, обеспеченную товарами: у араба – нефть, у немца – техника, у Ивана – золото, а янки Джон с веселой улыбочкой предложил двойную цену – и победил. Вынул дипломат с пачкой новеньких стодолларовых купюр, отсчитал. Забрал картину и ушел.

– Где же трюк? – не понял де Голль.

– Трюк в том, – отвечал министр, что янки выложил сотню таких купюр, т.е. заплатил три доллара, потому что стоимость бумаги на одну банкноту в сто долларов – три цента. С учетом того, что на мировом рынке производятся миллионные и даже миллиардные сделки, не трудно подсчитать, какой барыш оседает в американских банках.

Генерал де Голль сделал нужные выводы и велел собирать бумажные доллары. В 1967 году, вылетев с официальным визитом в США, он захватил с собой 750 миллионов долларов и потребовал обменять их на золото. С большой неохотой американцы вынуждены были сделать это.

Тут же в США был принят закон, запрещающий обмен бумажных денег на золото, населению запрещалось иметь золото и в слитках.

Вот почему кладовые казначейства США в форте Нокс переполнены запасами золота, которое бурной рекой стекается туда со всего света. Хочешь получить наличные доллары для операций – покупай, желательно на золото. Немало там и российского золота. Ведь царя Николая Второго давно уже нет в живых.

## ПАРТИЙНОЕ ЗОЛОТО

Каждая партия, которая желает побеждать в политической борьбе, нуждается в средствах. Чаще всего это деньги от издательской и хозяйственной деятельности и, как сейчас принято говорить, от спонсорской помощи. До революции это были пожертвования либерально настроенных промышленников и купцов-меценатов. Еще один источник – экспроприация у государства (сейчас это привлечение если не в свои ряды, то к своей деятельности так называемых олигархов, а то и откровенных ворюг и бандитов).

До Октябрьской социалистической революции большевикам нужны были средства для: приобретения оружия;

организации подпольных типографий (закупка шрифтов, оборудования, бумаги, оплаты типографским);

содержания профессионального ядра революционеров;

подкупа царских чиновников и полиции; оплаты своей агентуры.

В этом разделе вас ожидает основанный на документах царской охранки (разумеется, с определенной долей художественного вымысла, а без этого что за книга) рассказ об экспроприации золота с приисков Якутии боевыми отрядами социал-демократов и борьбе с ними сыщиков из Петербурга.

Неоднократные ограбления золотых караванов в Сибири, особенно с кабинетских золотых приисков, являвшихся собственностью императорской фамилии, стали предметом рассмотрения в самых высоких государственных сферах. Выслушав справедливые упреки государственных чиновников, товарищ министра внутренних дел (соответствует должности нашего заместителя министра, а портфель министра внутренних дел оставил за собой Петр Аркадьевич Столыпин, став премьер-министром) был вынужден поручить всю организацию борьбы с хищением золота начальнику Петербургского охранного отделения генералу Герасимову Александру Васильевичу, одному из выдающихся чинов царской охранки.

Передавая ему озабоченность Столыпина участившимися грабежами, товарищ министра сказал:

– Имеются сведения, что большая часть похищенного золота идет на нужды социал-демократов, которые и организовали все это дело. Местным сы-скарям полностью доверять нельзя, многие из них продажны. Направьте туда лучшие силы, в том числе и агентуру. В течение двух месяцев надо добиться конкретных результатов.

Кандидатура Герасимова была выбрана не случайно. Это был человек кристальной честности и необыкновенного оперативного чутья, сделавший при полном отсутствии высоких покровителей и даже без дворянского звания умопомрачительную карьеру. За пять лет он из ротмистров вырос до генерал-майора, и на груди его засиял целый иконостас орденов, все это без единого замечания по службе. Даже у легенды российского уголовного и политического сыска Ивана Путилина была некая слабинка: его уличили в излишне вольном, в свою пользу, обращении с секретными казенными деньгами. Ни в чем подобном Герасимов никогда не был замечен. Широкой публике, конечно, не были известны особенности послужного списка генерала, а сотрудники Департамента полиции гордились тем, что их генерал достиг всего не протекциями, а самоотверженной работой и незаурядными личными качествами.

Изучая все имевшиеся в полиции материалы о кражах золота и разрабатывая стратегический план по выполнению ответственного поручения Столыпина, Герасимов обратил внимание на результаты недавно произведенного обыска у ювелира Алентьева, в ходе которого было изъято три слитка золота кустарного производства и около фунта (примерно 409, 5 грамм) самородного шлихового золота.

Он вызвал к себе исполнителя и спросил:

– Это тот самый Кондратий Алентьев, который в 1904 году проходил по делу об ограблении Тифлисского казначейства боевиками социал-демократов во главе с неким Кобой ?

– Да, именно тот самый. Нам тогда, если помните, удалось задержать несколько подпольщиков, пытавшихся обменять в банках похищенные в казначействе пятисотрублевые кредитки с портретами Петра Первого. Однако доказать вину Алентьева не удалось.

– Я все помню, знаю даже, что боевикам удалось все же переделать номера многих кредиток после первых арестов и сбыть их за границу. Скажите лучше, по чьему сигналу тогда и теперь задерживался Алентьев, не один ли и тот же осведомитель сработал?

Ротмистр, докладывавший материалы, был сражен памятью и проницательностью генерала.

– Так точно, один и тот же агент, очень неплохо себя зарекомендовавший. Я тоже обратил на это внимание, но значения не придал.

– Очень плохо, что не придали, – грозно сказал Герасимов. – Срочно изучить этого агента. Лично! Мне кажется, что он внедрен к нам большевиками.

Генерал как в воду глядел. Тщательная проверка показала, что агент этот был членом РСДРП и давно заслан в охранку. Этот агент «закладывал» конкурентов, чтобы отвлечь основные силы полиции от самых важных направлений работы большевиков.

Проведенная по заданию Герасимова экспертиза без особого труда определила, что изъятое у ювелира золото добыто на магаданских приисках. Алентьев же, как с ним ни бились сыскари, бубнил, что противоправительственной деятельностью не занимается и скупил золото у неизвестных ему лиц исключительно из побуждений наживы.

Генерал Герасимов пришел после долгих раздумий к выводу, что надо отрабатывать две версии: хищение золота, добываемого на сибирских рудниках, боевыми группами социал-демократов для нужд грядущей революции и нелегальная скупка золота так называемыми спиртоносами, т.е. обмен драгоценного металла на спирт.

Хотя вторая из версий была вспомогательной, ее следовало также тщательно отработать, ибо постоянно плодились целые преступные сообщества, занимавшиеся обменом на водку и скупкой самородного золота. Дело в том, что государство, заботясь о стабильности золотодобычи, предписало специальными циркулярами сдачу добываемого золота в золотопромышленные конторы за соответствующее денежное вознаграждение, но оно было настолько незначительным, что вынуждало старателей искать нелегальные пути сбыта драгоценного металла или, чего проще, напрямую обменивать его на столь потребную в суровой Сибири водку.

Первая версия оставалась основной, ибо кражи больших партий золота на нужды революционеров не только подрывали финансовые устои государства, но и направлены были против самого его существования.

Первое ограбление тогда произошло 2 мая 1908 года, взято было пять пудов шлихового золота в момент его транспортировки к железнодорожной станции. Второе – через пятнадцать дней, взято уже семь пудов. Наконец, третье случилось 30 мая – похищено более шести пудов. Каждый раз налетчики брали примерно одно и тоже количество золота, хотя перевозилось его значительно больше. Значит, не имели возможностей транспортировки большего количества, или договоренность с покупателями была именно на это количество? Почему бы не спрятать где-либо поблизости до лучших времен? Непохоже на психологию обычных грабителей… А кто покупатели? Скорее всего, это иностранец, какой-нибудь китайский банкир. Границу там пройти не сложно. И крутится в тех краях немало русских денег. Или оружия, что тоже не исключено. Значит, надо готовить ловушку для экспроприаторов в момент перевозки и попытаться более надежно закрыть границу, а также нацелить имевшуюся в приграничных городах Китая агентуру на выявление скупщиков золота и продавцов оружия. Так рассуждал Герасимов перед принятием решения.

Группа лучших петербургских сыщиков во главе с подполковником Бестужевым срочно выехала в Якутск. На месте подробно ознакомились с деталями ограблений. Выяснилось, что обычно золотой караван состоял из трех-четырех повозок, на дно которых уложены опечатанные сумки со шлиховым золотом. Караван ничем не отличался от обычного обоза, отправляемого за продуктами. Чтобы не выделяться, каждый обоз, как и золотой караван, сопровождался казачьим конвоем из семи-восьми человек с офицером. Золотопромышленники берут казачий отряд на полное содержание. Часть отряда постоянно отвлечена на ловлю спиртоносов, которые торной дорогой никогда не пользуются, предпочитая дикие тропы. Второго мая была дождливая погода, дорога испортилась, в течение дня доехать до станции не удалось. Пришлось заночевать в тайге. Перед отъездом некая добрая душа, местная проститутка, которую впоследствии так и не разыскали, снабдила казаков тремя бутылками коньяка, содержащего снотворное, как потом выяснила экспертиза. На привале все сопровождающие груз, разумеется, приложились к этому зелью от души и заснули глубоким, и тяжелым сном. После пробуждения обнаружилось исчезновение двух сумок с золотом. Столь дерзкое ограбление случилось впервые. Даже в девятьсот четвертом и девятьсот пятом годах добраться до золота боевики так и не смогли. Правда, тогда действовали меры чрезвычайной охраны, ибо казачьи подразделения были многочисленнее, да и действовали они решительно, как и подобает в военное время.

Найти злоумышленников так и не удалось, несмотря на экстренно принятые меры.

Глава золотопромышленников Иванихин решил отправить следующий караван втайне от полиции, поручив сопровождать его своим личным вооруженным до зубов опричникам во главе с бывшим каторжником – страшно свирепым Лукой Гнездаковым. Многочисленный отряд отпетых храбрецов с обычными налетчиками разделался бы в два счета. Но и налетчики оказались хитрее. Зная, что опричники никогда не слышали пулеметной стрельбы, и догадываясь, как это может их испугать, грабители встретили караван в глухой тайге пулеметными очередями. Паника поднялась неописуемая. Испуганные кони мигом разнесли охрану по тайге. Даже Лука не смог удержать своего жеребчика. Когда все улеглось, обнаружили пропажу всех сумок из одной повозки, в которых было более семи пудов золота. А налетчиков и след простыл.

Чтобы изловить дерзких грабителей «на живца», придумал Иванихин направить фальшивый караван, где роль ямщиков играли вооруженные жандармы, а в повозках вместо золота были спрятаны казаки, готовые на все… То ли произошла утечка информации, то ли что-то еще, но тщательно подготовленная операция не удалась: караван благополучно добрался до станции. Неделю спустя был снаряжен настоящий караван, и он без помех достиг заветной цели.

Это придало промышленникам уверенности, и 30 мая в путь повезли очередной золотой груз под защитой одиннадцати казаков. Их ждал сюрприз: при переправе через крохотную речушку на берегу рванул сильный подрывной заряд и начал строчить пулемет. Лошадь в первой повозке была убита, а остальные понеслись в тайгу, обрывая постромки. Под прикрытием пулеметного огня из чащи выскочили верхом на конях два человека с закрытыми тряпками лицами, схватили сумки с золотом и стремительно скрылись. На сей раз их видели, да что с того толку… Удалось лишь обнаружить брошенный неподалеку ручной пулемет датского производства, состоявший на вооружении в некоторых армейских частях ( бросили, потому что мешал стремительному бегству?). Отпечатков пальцев на нем не зафиксировали.

Бестужев, внимательно выслушав все это, в сердцах бросил:

– Работаете из рук вон плохо! Отрадно одно: у налетчиков теперь нет пулемета. Вы имели дело с небольшой, но отчаянной группой, хорошо знающей тайгу… и психологию здешних жителей. Все три налета были тщательно спланированы, и налетчики, по всей вероятности, были обеспечены информацией о времени движения караванов. В районе станции у них, конечно же, есть явка, а может , и не одна. И вот еще что: на железной дороге тщательно досматривались пассажиры, едущие с багажом в центр страны, и почти не привлекали внимание направляющиеся на восток. Всем этим и пользовались налетчики. Кто, по-вашему, из близкого окружения Иванихина мог информировать их?

– Этот вопрос мы исследовали. Лишь три человека безусловно знали о выходе каждого каравана. Сам Иванихин, заведующий золотоплавочной лабораторией Мельников, человек безупречный и наш агент, а также руководитель казенной палаты Енгалычев. Вот он, пожалуй, мог быть замешан в преступлении, хотя никаких доказательств у нас нет. Дело в том, что в молодости он занимался нелегальщиной, примкнув к «Союзу борьбы за освобождение рабочего класса». Активно посещал сборища «Союза…», участвовал в выпуске прокламаций, хранил запрещенную литературу. Когда «Союз…» был разогнан, он чуть не загремел по этапу, но с учетом молодости и раскаяния отделался предупреждением. Однако в девятьсот пятом вновь взялся за старое: был довольно активным участником революционных событий. Но потом, вроде бы, от нелегальщины отошел. Уже два года, как у нас обитается, солидный человек. Один из руководителей промышленной зоны, получил восьмой классный чин – коллежский асессор… Рядом с ним есть наш человек.

– И это все? – настаивал Бестужев. – А что сообщает агентура? Вы же похвастались, что внедрили к нему своего человека.

– Человек-то рядом есть, но они с Енгалычевым совершенно разные по складу характера и едва терпят друг друга. Пытались мы специально под него завербовать местную красавицу, за которой он настойчиво ухаживал, но пока безрезультатно.

– И все же есть ли на него реальные компрматериалы?

– Да, кое-что. Видели у него запрещенную литературу, внес солидные деньги в пользу ссыльных, отправленных на каторгу, найдутся люди, которые подтвердят, что он придерживается если не революционных, то радикальных взглядов.

– Этого мало, сейчас половина русской интеллигенции настроена радикально, а такие, как Савва Морозов, открыто дают деньги революционерам. Однако, несомненно – это человек, с которого надо глаз не спускать. Главное же для нас – не допустить очередного налета, а в случае его свершения – задержать преступников с поличным, под какой бы личиной они не маскировались.

На этом первая ознакомительная встреча с местным полицейским начальством завершилась.

На следующий день после ночных раздумий Бестужев предложил осуществить не раз проверенную на деле схему – привести налетчиков, если они еще не покинули здешних мест, в смятение чувств, заставить волноваться. А значит, и допускать просчеты и ошибки. Для этого через агентуру и особо доверенных лиц распустили слух, что в недрах столичной полиции, представитель которой находится в городе, родился гениальный план по выявлению налетчиков, который уже стал осуществляться. В чем смысл плана, никому не известно, но он существует и представляет собой великолепную неизвестную угрозу.

Это должно было ускорить действия грабителей, заставить их импровизировать и раскрываться.

Перед выездом в Сибирь Бестужев состряпал и зарегистрировал анонимку на своего старого знакомого еще по девятьсот пятому году Прохорова, которого отправили тогда на поселение в Якутск за революционную деятельность и который, по имевшимся у Бестужева сведеньям, работал провизором в центральной аптеке. Теперь Бестужев готов был использовать эту анонимку для возможной вербовки социал-демократа.

Постучав в дверь с табличкой «Старший провизор» и услышав приглашение войти, Бестужев переступил порог небольшой каморки, пропитанной специфическими ароматами лекарств, и, сразу узнав Прохорова, дружелюбно произнес:

– Добрый день, Виталий Валерьевич, вот мы и свиделись снова. Не узнаете?

На лице Прохорова удивление сменилось страхом.

– Здравствуйте. Конечно, узнаю. Какими судьбами в такую глушь? Извините. Забыл имя-отчество…

Бестужев напомнил и постарался успокоить собеседника, который никак не мог прийти в себя.

– Я к вам пришел не как враг, а, пожалуй, за помощью, хотя и получил недавно письмецо, в содержание которого, прямо скажу, не очень верю. Вот прочитайте-ка…

Бестужев протянул ссыльному сложенный вчетверо лист.

Прохоров схватил его и стал жадно читать. С каждой прочитанной строчкой лицо его серело, а в глазах появился панический ужас.

Неизвестный верноподданный обыватель бдительно извещал Петербургское охранное отделение, что административно высланный гражданин Прохоров В.В. ведет самый что ни на есть противоправный образ жизни: тайно связан с анархистами-социалистами, снабжает их ядами, причастен к ограблению обозов с золотом, хранит у себя похищенное.

– Что за чушь, – еле выдавил он, наконец.

– Согласен, может быть и чушь, но поверьте, если я эту писанину передам в местное охранное отделение, спокойная жизнь для вас кончится.

– Но… что я должен сделать?

– Я нуждаюсь в чисто конфиденциальной информации по третьему пункту вашего анонимного обвинения.

– О налетчиках?

– Да. И даю слово, что все останется между нами.

– Хорошо, – с трудом вымолвил Прохоров после длительного раздумья. – Приходите завтра в это же время и непременно один. Я хорошо помню, что благодаря именно Вам я оказался не в Туруханске, а в губернском городе, да еще на вольном поселении.

Бестужев, распрощавшись, покинул каморку, даже не представляя, что волею судеб оказался в нужный момент в нужном месте. Дело в том, что незадолго до этого Прохорова, служебную площадь которого действительно использовали налетчики, руководитель боевой группы сильно обидел, оказав ему на сходке недоверие без всякого основания, лишь увидев его в кругу местной интеллигенции…

Как бы там ни было, но теперь Бестужев знал, когда будет очередной налет и где будет спрятано похищенное золото. Он также узнал, что боевики очень напуганы слухами о предстоящих облавах и не намерены ждать, когда им доставят другой пулемет, – будут использовать взрывное устройство.

В очередном караване лишь одна из пяти повозок была заполнена золотом ( и то лишь для того, чтобы возможный осведомитель боевиков своими глазами видел, что золото грузится) . В остальных повозках прятались переодетые жандармы. В последней повозке был даже пулемет. Сопровождал обоз обычный казачий разъезд, а в пятистах метрах сзади следовал целый взвод казаков для окружения и захвата налетчиков.

Но организаторов операции и здесь ждал сюрприз. Они рассчитывали, что нападение состоится ближе к станции, а оно произошло сразу после первого же километра пройденного пути. И если раньше нападающие стреляли вверх, лишь для испуга, даже не ранив за три нападения ни одного охранника, то на сей раз взрыв раздался прямо под средней повозкой, разнеся ее в щепки, а ружейный огонь велся на поражение, сразу сбив с коней три четверти всадников. И лишь подоспевший казачий взвод смог уничтожить почти всех нападавших, которых к тому же прижали к земле очереди из пулемета. Двух раненых боевиков удалось захватить, остальные пятеро были убиты. Расследование показало, что они работали на социал-демократов, а золото использовали для закупки оружия в Китае. Информацию передавал Енгалычев.

По приезде в Петербург Бестужев с горечью узнал, что генерала Герасимова, так им уважаемого, отправили на пенсию без каких-либо видимых причин, отправили в полном расцвете сил «Что-то неладное творится в империи, – подумал он. – Сначала Зубатов, теперь Герасимов. Изгоняют самых опытных и умелых, заменяя посредственностями и лизоблюдами».

Новый начальник Петербургского охранного отделения полковник Карпов выслушал доклад Бестужева об удачно проведенной операции без особого внимания и интереса, позевывая.

Буквально через месяц налеты на золотые обозы и поезда возобновились.

Страну готовили к новой революции.

А ситуация в России объективно способствовала наступлению революции. Хозяйственные реформы Столыпина, хотя и привели к некоторому оживлению экономики, не оправдали себя. Это стало ощущаться особенно с началом первой мировой войны. Экономика царской России не справлялась с колоссальными трудностями военного времени. Нехватка сырья, топлива, квалифицированной рабочей силы сказалась прежде всего на состоянии тяжелой промышленности, особенно металлургической. Доходные статьи бюджета резко сократились, а расходы на войну росли с каждым днем – неудержимое казнокрадство военных поставщиков и спекулянтов, неограниченные субсидии, ссуды и авансы частным промышленникам, которые направо и налево раздавало царское правительство, усугубляли хозяйственное разорение.

Правительство пыталось выйти из положения с помощью займов и переложения всех тягот войны на плечи трудящихся. Неимоверно выросли цены на предметы первой необходимости. Займы за годы войны достигли общей суммы в 36 млрд. рублей. Внешние займы заключались на невыгодных для России и унизительных для национального достоинства условиях. Они давались только под залог российского золота. Союзники всячески стремились выкачать из России ее золотой запас, который к началу войны составлял 1500 млн. рублей.

Однако и займы не могли спасти положение. Тогда правительство решилось прибегнуть к самому распространенному пути покрытия бюджетного дефицита – выпуску бумажных денег, не обеспеченных запасом государственных ценностей. Золотые и серебряные монеты совершенно исчезли из обращения. В стране бурно развивалась инфляция. К февралю 1917 года покупательная стоимость рубля составила 27 копеек.

После победы демократической революции Временное правительство стало выпускать государственные кредитные билеты достоинством в 250, 1000 рублей – «керенки». Эти деньги украшали три эмблемы-символа: герб Временного правительства – двуглавый орел без императорской короны, изображение Таврического дворца, где помещалась Государственная Дума, и свастика. Двуглавый орел символизировал «единую и неделимую Россию», смотрящую и на Запад и на Восток, Таврический дворец, прибежище первого российского парламента еще с 1905 года, – демократическое устройство, а свастика – благополучие, ниспослание благодати и спасения стране. Этот символ с древнейших времен встречался в изобразительном искусстве Древней Индии, Китая, Японии и Греции.

Через несколько лет этот символ стали использовать фашистские партии, после чего свастика вроде бы утратила первоначальный смысл и стала восприниматься как символ варварства и насилия.

Однако ни «керенки», ни новые займы за рубежом не спасли правительство Керенского от октября 1917 года – победы Октябрьской социалистической революции, позднее названной Великой и оказавшей огромное влияние на всё развитие человеческого общества.

В наши дни эта революция стала именоваться всего лишь «октябрьским большевистским переворотом». После развала Советского Союза и ликвидации КПСС —единственной тогда руководящей и направляющей партии в стране – стали много говорить, писать и даже снимать фильмы о «золоте партии», о несметных богатствах, якобы принадлежащих бывшим лидерам коммунистов. Известно, что даже создавались специальные организации для поиска этих богатств. Уверен, что все эти потуги напрасны. Во всяком случае, если бы что-то, где-то—даже самую малость! – удалось бы найти, нынешние правители России и всезнающая демократическая наша пресса раструбили бы об этом на весь свет.

Да, в России всегда было золото в цене, издавна его добывали и всегда им торговали. Коль налажена добыча металла, то неужели его надо складывать в тайники и держать под спудом ? Продавали золото и в царской России, и в советское время. Но среди лидеров компартии не было березовских и абрамо-вичей, они никогда не думали о собственном кармане, жили идеей… Другое дело, что высокие идеи могли при этом деформироваться жаждой власти, развращающей силой власти, но не за чечевичную похлебку отдавалось первородство, не для личного или семейного обогащения брались банки революционной властью…

## ХИЩЕНИЯ ЗОЛОТА

Золото во все времена было и остается предметом преступных посягательств.

Уголовные дела по фактам хищения драгоценного металла возбуждаются, как правило, либо на основании оперативных материалов службы по борьбе с экономическими преступлениями, либо на основе случайного изъятия золота, других драгоценных металлов при задержании какого-либо подозреваемого, при обыске.

Основная задача подразделений нашей службы БЭП – предупреждать хищения драгоценного металла. Решать её в местах отдаленных и уединенных, где обычно добывается золото, в процессе самой добычи крайне сложно. Поэтому основные этапы документирования такого преступления —это момент передачи металла посредникам, «оши-вающимся» в местах добычи, и скупщикам. Факт хищения золота при добыче документально доказать невозможно, как и найти свидетелей.

Основные усилия службы БЭП направлены на то, чтобы возвратить государству похищенное золото. Эта задача решается довольно успешно. Приведем несколько конкретных, характерных примеров.

С назначением в 1966 году министром внутренних дел СССР Николая Анисимовича Щелокова отдел БХСС МВД был преобразован в Управление, а через несколько лет и в Главное управление БХСС. Количество отделов в нем увеличивалось постепенно: с пяти – до двенадцати в настоящее время. Самым оперативным всегда считался третий, занимавшийся борьбой с посягательствами на драгоценные металлы и камни, а также с нарушениями правил о валютных операциях. Начальниками этого отдела были в разное время Владимир Матвеевич Колдаев, Вячеслав Феофанович Журко, Иван Семенович Маслов, Алексей Васильевич Зиновкин, Сардак Иван Григорьевич, Аслаханов Асламбек Ахмедович, Виктор Павлович Баранников – тот самый будущий министр внутренних дел России и председатель федеральной службы безопасности.

Благодаря сотрудникам отдела государству ежегодно возвращались сотни килограммов похищенного золота. При этом активно использовались оперативно-технические средства и особенно появившийся в семидесятые годы с помощью ВНИИ МВД СССР прибор, позволяющий обнаружить золото даже на глубине до полутора метров. И все же основной оставалась чисто оперативная работа по схеме: получение сообщения от источника информации о наличии у расхитителя драгоценного металла и намерении его сбыть, подведение своего «скупщика», снабженного денежными «куклами», совершение сделки и исчезновение «скупщика» в момент задержания «продавца». Дело тонкое, на грани провокации. Поэтому операции тщательно готовились и осуществлялись обязательно с участием самых опытных оперативных работников отдела.

Важнее важного – подбор источников информации, от кого поступало подавляющее число интересующих нас сведений о хищениях золота или нарушениях правил о валютных операциях. Согласно экспертной оценке американского ЦРУ, только де-сять-пятнадцать процентов разведданных добываются при помощи технических средств, а остальные восемьдесят пять-девяносто процентов разведка получает от живых людей. Мы на своей практике убеждались, что это именно так.

## ОПЕРАТИВНАЯ ИНТУИЦИЯ

В любой работе, в том числе и оперативной, нельзя рассчитывать на случай, хотя… практика показывает, что учитывать такую возможность не только следует, но даже и необходимо. Пренебрегать случайной, на первый взгляд кажущейся незначительной, информацией нельзя ни в коем случае!

В начале восьмидесятых годов, когда даже мысль о возможности развала мощной советской державы не занимала умы даже самых отъявленных диссидентов, Литва занимала своё место среди союзных республик, имея обширные экономические связи со многими регионами огромной страны. В то время мне было поручено принять участие в составе бригады Комитета партийного контроля при ЦК КПСС в обследовании Игналинской атомной электростанции, строить которую помогала буквально вся страна. Кроме вопросов сохранности народного добра на АЭС, меня как работника центрального аппарата МВД СССР конечно интересовали и приоритетные направления деятельности аппаратов БХСС республики. Тогдашний начальник управления БХСС Геннадий Викентьевич Статкевич, который у нас считался одним из авторитетнейших работников службы, рассказывая мне об определённых успехах в борьбе с крупными хищениями, раскрываемыми путём кропотливой агентурно-оперативной работы, вдруг неожиданно спросил:

– Вы верите в оперативную интуицию, в случай, который помогает выйти на след матёрых преступников?

Я ответил, что конечно верю и неоднократно сам был свидетелем и очевидцем подобного. Припомнил я тогда и спор, возникший много лет назад между сотрудниками с Петровки, 38, где я тогда работал. Служил у нас опером Антон Чеботарь, который буквально боготворил личный сыск, оперативную интуицию и нередко опирался на Случай, позволявший ему добиваться лучших, по сравнению с «агентуристами», результатов . Спор заключался в том, кто же из них прав. Продолжавшийся несколько дней, он победителя не выявил – у каждой стороны были свои веские доводы. Но мы убедились, что Чеботарь обладает уникальными способностями, которыми обладают далеко не все, но которые должен вырабатывать в себе каждый опер.

Геннадий Викентьевич с большим интересом выслушал мои рассуждения – и рассказал о недавно возникшем у них деле на основе совершенно случайных материалов.

В Вильнюсе к оперативному работнику БХСС Вольдемару Заткявичусу поздним вечером зашёл сосед по квартире и поделился некими сомнениями по поводу недавно сделанной ему зубной коронки. Когда он поинтересовался, из золота какой пробы местный дантист делает ему коронку, последний успокоил, что волноваться не стоит, поскольку он употребляет золото 999-й пробы, «доставляемое ему прямо из сибирских недр».

Заткявичус уже несколько лет работал в Управлении БХСС республики и был достаточно опытным сыщиком. Правда, обслуживал он торговлю и общественное питание, «золотыми» проблемами никогда не занимался, но «стойку сделал»… Утром, ещё по пути на работу, он встретил Геннадия Ви-кентьевича, которому рассказал о вечернем разговоре с соседом. Тот поблагодарил за проявленное внимание к незначительному, казалось бы, факту и добавил, что подобная информация о скупке промышленного золота рядом городских зубоврачевателей уже поступала. Предложил через полчаса заглянуть к нему в кабинет. Это время ему нужно было для того, чтобы решить – кому поручить проверку этого сигнала, ибо работник, занимавшийся этими проблемами, находился в отпуске.

Взвесив все обстоятельства, он решил поручить проверку… самому инициатору, чтоб не нарушать сложившихся в обществе традиций.

– Отложи все свои дела и займись дантистом, —приказал он вошедшему в кабинет Заткявичусу. —План проверки доложи через час.

План включал в себя негласное изучение образа жизни зубного врача, его клиентуры, установление источника поставки золота , экспертизу этого золота, для чего предполагалось специально послать к дантисту клиента.

Оперативная установка по месту жительства дантиста выявила, что живёт он на широкую ногу, давно имеет автомашину, дачу, а в последнее время стал скупать антиквариат. Обширная его клиентура складывалась из самых зажиточных слоев общества. Экспертиза снятой золотой коронки показала – металл промышленного производства. Появилось основание для прослушивания телефонных разговоров разрабатываемого.

Вскоре был зафиксирован разговор:

– Арнольд Семёнович, привет из Сибири! Я приехала. И на этот раз привезла двойную порцию.

– Очень рад. Завтра в десять жду у себя. Расчёт на месте – хоть за тройную порцию.

Удача… Решили задержать фигурантов в момент сделки и провести обыск.

Оперативный пост наблюдения зафиксировал момент прихода к дантисту молодой женщины, одетой явно не по городскому. Чтобы не вызвать подозрений, женщина-оперативник с портативным радиопередатчиком зашла в служебное помещение вслед за этой гостьей и записалась у секретарши на приём к дантисту. Приезжая гражданка при выходе из кабинета врача была задержана, и опергруппа ворвалась в кабинет, где без труда зафиксировала небольшой свёрток с жёлтым песком весом 200 граммов. В сумке у задержанной обнаружили 50 тысяч рублей.

Задержанным ничего не оставалось, как дать развёрнутые признательные показания. Следствием была затем установлена и задокументирована незаконная скупка одного килограмма золота Арнольдом Семёновичем и продажа значительной части его другим дантистам города. Проведённая уже в Москве экспертиза изъятого золота установила, что оно было произведено гальваническим способом на единственной в стране Якутской электрогальванической фабрике.

Задержанная гражданка оказалась женой слесаря, работавшего на этой фабрике.

Два опера УБХСС Литвы с помещённым в колбочку образцом изъятого золота вылетели в Якутск.

… Продолжение этой истории я услышал из уст ветерана службы БХСС заслуженного работника МВД Виктора Павловича Чиннова, с которым долгие годы проработал в Главке.

– В конце декабря 1989 года мне неожиданно присвоили досрочно специальное звание «подполковник милиции». Не успел я с друзьями обмыть это событие, как меня вызвал к себе заместитель министра, он же начальник Главного управления БХСС генерал-лейтенант Демидов Николай Иванович. Зная крутой нрав нашего шефа, я несколько дрогнул, но, подумав, что речь пойдёт скорее всего о звании, я смело постучал в дверь его кабинета:

– Товарищ генерал, здравия желаю, – бодро начал я, – представляюсь по случаю присвоения мне очередного звания.

– Поздравляю, – сказал генерал, пожимая мне руку. – Ты знаешь, почему тебе присвоили звание досрочно?

– Никак нет. Думаю, что за успешное разоблачение фальшивомонетчиков из Армении.

– За это мы тебя уже награждали… На тебя пришёл запрос из Якутии. Им нужен толковый начальник управления БХСС. Мы думаем, ты справишься. Ведь так? Вот и звание тебе очередное присвоили досрочно.

– Благодарю за доверие. Постараюсь не подвести!

Я приготовился слушать напутственную речь генерала, а он неожиданно спросил:

– Ты матом ругаться умеешь?

– Конечно… Двухэтажным.

– Мало. За два дня доведи свои познания в этом до пяти этажей – и в путь.

– Но через три дня Новый год. Может быть, сразу после… – робко заметил я.

– Нет. Встретишь на месте. Счастливо.

На следующий день я купил войлочные ботинки, зная, что в Якутске под 60 градусов мороза, надел дублёнку и вылетел к новому месту службы.

Когда меня в Якутске никто не встретил, я выругался трёхэтажным… как прав оказался генерал! Добравышись на автобусе до здания министерства внутренних дел, я понял, что мне не очень рады. Они хотели своего выдвиженца. В предоставленном мне кабинете не было даже необходимой мебели. Я выругался уже чеиырёхэтажным – и в течение нескольких дней дошёл до пятиэтажного… Но затем всё встало на свои места. Люди поняли, что посланец столицы приехал не свою карьеру делать или ломать кому-то биографию, а работать. Главная же задача была – обеспечить сохранность добываемого золота и алмазов.

Начал я с изучения объектов золотодобывающей промышленности. Побывал первым делом на электрогальванической фабрике, где самым тщательным образом изучил технолгию уникального этого предприятия. Вопросы сохранности продукции разработаны здесь были досконально. Гальванические ванны, в которых шёл процесс выделения золота, имели двойную систему защиты от постороннего проникновения. После завершения цикла верхнее перекрытие ванн поднималось и комиссионно извлекалось готовое золото, которое тут же взвешивалось и отправлялось в хранилище. Я обратил внимание, что перекрытие ванн крепилось огромными болтами, и спросил сопровождавшего нас главного инженера фабрики, не оседают ли частицы золота на этих болтах. Он ответил, что они изготавливаются из нержавеющей стали, к которой золото не пристаёт. Болты же эти откручивает специально выделенный слесарь.

Прошло не менее двух недель моей работы в Якутии, как мне позвонил из Литвы начальник управления БХСС и сообщил, что у них возникло дело по золоту и к нам вылетают два сотрудника, которых надо бы встретить и оказать им необходимую помощь.

Прилетевшие работники привезли образцы изъятого золота, заключение экспертизы и показания задержанной жены слесаря. Чтобы использовать фактор внезапности, я решил произвести обыски и в каморке слесаря на фабрике, и у него дома, а затем уж тщательно его допросить.

Старшему группы я сказал, чтобы обратили внимание на болты, ибо, как мне представлялось, других путей-источников хищения золота у слесаря не было. Во время обыска в тайнике под печуркой в каморке было обнаружено и изъято около ста граммов россыпного золота, а на квартире – чуть более ста тысяч рублей. Кроме этого, в каморке нашли целый набор болтов, как позже выяснилось, изготовленных из нержавеющей стали. А перекрытия были закреплены болтами из обычного железа, к которому золотишко прилипало очень даже успешно. Всё стало ясно. Слесарю ничего не оставалось, как сказать всю правду.

Когда я рассказал об этом директору фабрики, он развёл руками и промолвил:

– Голь на выдумки хитра!

Один из самых опытных работников ГУБХСС Александр Васильевич Аскалонов рассказал, как в начале восьмидесятых годов удалось разоблачить глубоко законспирированную группу расхитителей промышленного золота, орудовавшую долгое время на одном из приисков Магаданской области.

Организатором ее была некая Заливная, начальник охраны золотодобывающего объекта, то есть лицо, официально призванное бороться с кражами и хищениями. Она закрывала глаза на беспрепятственный вынос драгоценного металла с полигона, за это с нею «расплачивались» тем же золотом. Хищение приобрело массовый характер. Местные работники БХСС спохватились лишь после того, как узнали, что прииск сократил чуть ли не наполовину сдачу золота государству. Тогда и было задержано более десяти расхитителей, которые в один голос показали, что часть «добычи» систематически отдавали Заливной. Согласно этим показаниям, у нее осело более двадцати килограммов золота, однако при обыске не обнаружили ни одного грамма… Заливную этапировали в Москву. Уголовное дело приняло к своему производству Следственное управление МВД СССР. Несмотря на ежедневные допросы, добиться от Заливной признательных показаний не удавалось, она замкнулась в себе наглухо. Хорошо известно: если по делу в качестве вещественного доказательства не имеется хотя бы части похищенного золота, вину обвиняемого доказать почти невозможно.

Наконец, удалось перехватить ее записку родственникам, проживающим в Ростовской области, с просьбой прислать одежду. Учитывая это обстоятельство, решили использовать единственную в отделе женщину-опера Валентину Кабакову в качестве якобы освободившейся из-под стражи «сокамерницы» Заливной. Для изучения последней Валентина стала присутствовать на допросах, беседовать с арестованной.

Сформированная после этого оперативно-следственная группа, в которую, конечно, вошла и Кабакова, выехала в Ростов-на-Дону. Согласовав с местными работниками детали оперативной комбинации, Валентина направилась к мужу Заливной, проживавшему в собственном доме в городе Белая Калитва. Встретившись с ним, Валентина предъявила записку от его жены и рассказала, по легенде, о своем знакомстве и доверительных отношениях с его супружницей. Упор был сделан на то, что необходимы дорогой адвокат и вообще большие деньги, ибо статьи уголовного кодекса для его жены выпадали расстрельные.

Однако муж Заливной ничего не знал об имеющихся у его жены деньгах, правда, высказал предположение о возможном наличии их у проживающих в отдаленном селении родственников жены, куда она часто ездила вместе со взрослой дочерью. Разговор у них затянулся допоздна. Он угостил Валентину ужином, предложил ночлег в отдельной комнате и даже… некие свои мужские услуги. Раздосадованный отказом, утром, уходя на работу, Заливной запер Валентину в своем доме. Лишь рядом живущая дочь, знавшая о приезде москвички, помогла ей выбраться из «плена». В долгом разговоре с дочерью Валентине удалось убедить ее продать имеющееся рассыпное золото, чтобы помочь матери. Вступил в действие ранее разработанный вариант комбинации: Валентина предложила своих знакомых ювелиров, имеющих крупные суммы денег и желающих купить шлих. Роль «ювелиров» – мужа и жены исполнили оперативные работники отдела БХСС УВД, которым выдали несколько пачек денег. При состоявшемся знакомстве они убедительно их продемонстрировали и договорились о встрече на следующий день на железнодорожном вокзале, чтобы завершить сделку. За дочерью Заливной установили скрытое наблюдение, чтобы установить место хранения похищенного ее матерью золота.

На следующий день та явилась на встречу с «ювелирами» и села к ним в машину. Убедившись, что она принесла золото, те подали условный сигнал. Группа захвата предложила всем выйти из машины. Дочь Заливной вышла первой, а «ювелирам» удалось «скрыться» При задержании у дочери обнаружили полтора килограмма шлихового золота. При обыске в доме родственников было обнаружено в тайниках еще три с половиной килограмма драгоценного металла.

Вот такая ювелирная работа – на грани фола – ведется подчас нашими коллегами..

## ЗОЛОТО ЭМИРА

Человек так устроен, что во всех своих бедах старается отыскать объективную причину. Во всяком случае, серьезный человек.

Миша Клаперман считал себя вполне достойным человеком, а все свои неудачи объяснял пресловутым «пятым пунктом» и страной, где ему именно из-за этого пятого пункта не позволяли, видите ли, раскрыть бурлящие в нем способности.

Невзгоды начались в 1921 году, когда он, пятилетний сын личного финансиста бухарского эмира, был погружен отцом вместе с матерью в одну из многочисленных повозок с накопленными за верную службу, а то и награбленными ценностями, чтобы бежать за кордон под натиском красной конницы. При переправе через горную речку (рядом с мостом, который был разрушен) их арба перевернулась. Мешки и узлы с золотом полетели в воду, а мать, падая, головой ударилась об острый камень. Подоспевшие басмачи охраны поставили арбу на колеса, положили туда так и не пришедшую в сознание мать, усадили Мишку и хотели было грузить разбросанные мешки, но, услышав близкие выстрелы, бросили все и пустились наутек – до границы оставалось рукой подать. Мать наспех похоронили в ближайшем селении, отец еще подумывал, не вернуться ли к речке за мешками с золотом, как выстрелы послышались уже и впереди: на границе басмачей ждала засада. После короткого боя не уцелел почти никто. Лишь немногим удалось уйти, бросив увозимые ценности на произвол судьбы. Погиб ли Мишкин отец в этом бою или ему удалось бежать со своим патроном – осталось загадкой на всю последующую Мишкину жизнь.

Оставшегося сиротой еврейского мальчугана вывезли в центр России и определили в детский дом, который находился в унылом фабричном поселке. Голодуха и отчаяние стали его постоянными спутниками на долгие годы.

Вокруг обитал «люмпен», который крепко пил от безрадостной жизни. Директором детского дома был не Макаренко, к большому сожалению для детворы, а бывший моряк и горький пьяница. Детдомовцы, как и поселковые мальчишки, росли хулиганами. Лет с шести начинали курить, с десяти —пить, в двенадцать – имели первые приводы в милицию. К пятнадцати годам каждый второй оказывался в местах, не столь отдаленных.

Мишка был как все, но к тому же еврей. Когда ребята на что-либо злились, то нередко срывали свою злобу на нем. Услышав возгласы: «Бей жидов, спасай Россию!», Мишка бежал в дальний угол и пытался спрятаться. Иногда это удавалось. Вскоре он перестал подсчитывать, сколько раз у него из носа текла кровь. Но вдруг понял, что именно кровь спасает его от более тяжких мучений, и старался подсунуть под удар свой закаленный и довольно длинный «румпель».

Однажды кто-то из шефов подарил ребятам фотоаппарат, и так как никто не умел им пользоваться, а Мишка сообразил, что к чему, он смекнул, что эта диковина может круто изменить его жизнь. Первые же снимки привели ребят в восторг и умиление. Каждому хотелось, конечно, увидеть себя на фотографии. Мишка же фотографировал самых «нужных». Вокруг него стали концентрироваться самые сильные, самые авторитетные хлопцы. А признанный лидер Борька по кличке «Шмаровоз» стал его другом. Вместе гоняли они футбольный мяч на пустыре, ходили в поселок и даже на пляж недальнего большого города, где нередко подрабатывали фотографированием отдыхающих. На полученные деньги стали покупать дешевое вино и пить его из горла по глоточку.

Теперь, если кто-нибудь осмеливался бросить Мишке уничижительное «жид», таковой тут же получал промеж глаз, и вскоре вопрос национальный был для Мишки снят.

Лет с четырнадцати резко повзрослевший Миша стал шастать по девкам, которые к зависти многих охотно открывали ему объятия. И тут помогал все тот же фотоаппарат. Этюды на природе почти всегда заканчивались в примятых кустах.

Благодаря природным способностям, особенно к точным наукам, Михаил всегда учился хорошо и по окончании школы был направлен в Москву для поступления в высшее учебное заведение. В кармане у него лежала очень приличная характеристика. Тщеславие и излишняя самоуверенность заставили его подать в самый престижный вуз страны – в Московский государственный университет, на экономический факультет. Однако на всякий случай он присмотрел и Московский финансовый институт, где конкурс был значительно ниже, а приемные экзамены начинались чуть-чуть позже. Немаловажным для него было и то обстоятельство, что в этом институте, как он разведал, контингент учащихся на девяносто процентов состоял из девчат.

На первом же экзамене в МГУ по сочинению Михаил получил скромную «троечку», «не раскрыв образ Печорина» и допустив три грамматических ошибки. Когда ему сообщили об этом, он не очень огорчился. Ибо морально был готов ко всему. Приятелям же своим он вечером выложил все, что об этом думает. Главный вывод его рассуждений заключался в том, что власти, де, никогда не дадут возможность поступить в престижный вуз бедному еврею.

Не дожидаясь следующего экзамена, он забрал документы и пошел в финансовый институт, где училось много девушек, но не было военной кафедры. Что это означало, он вскоре познал: со второго курса его призвали в армию. Отслужил он без особых ЧП, два года просачковав в хозяйственном взводе кавалерийского полка, которым командовал будущий величайший полководец Георгий Константинович Жуков. Это обстоятельство, как самый веский козырь, Михаил многократно и успешно использует во время великой войны с фашизмом, которая началась в год окончания им института.

Правда, к этому времени он был уже не Клаперманом – на последнем курсе он сменил фамилию на исконно русскую Иванов, на которой, как он неоднократно слышал в армии, земля держится. Неужели он мог позволить, чтобы она, эта самая земля, дрогнула?!

События войны мы пропустим, скажем лишь, что почти четыре года Михаил Иванов был на фронте. Дослужился до сержанта и был даже контужен, хотя ни разу не ходил в атаку и живого фашиста в глаза не видел. Хотя нет, видел, когда огромную колонну пленных немцев провели по улице Горького в Москве после разгрома их в Белоруссии. Для людей с финансовым образованием нашлись должности подальше от передовой, пусть и без больших чинов…

Вскоре после войны Михаил женился на красивой длинноногой блондинке с натуральной соломенной копной на голове, причем совершенно русской, с каким-то даже новгородского письма иконным удлиненным лицом, хотя больше ему нравились жгучие брюнетки и особенно молоденькие еврейки. Почему он выбрал Наташу, осталось загадкой и для него самого. Случилось это в городе Ставрополе, куда его занесло после демобилизации из армии.

Он давно мечтал жить в южном городе, а о Ставрополе много был наслышан от своего армейского приятеля, который, к сожалению, до победы не дожил, но успел дать фронтовому корешу адресок своих родителей. Последние с удовольствием приютили Михаила в своем большом частном доме.

Имея столичное высшее экономическое образование, Михаил без труда устроился на работу начальником финансово-планового отдела крупного строительного треста. В надежде быстро получить собственное жилье. Так и случилось: ему как фронтовику и молодожену выделили через год однокомнатную квартиру в новом доме. Угнетало только то, что зарплаты его едва хватало на пропитание. Еще меньшую зарплату жены, работавшей медицинской сестрой, откладывали на мебель и другие хозяйственные приобретения. Шел месяц за месяцем, а у них не было даже холодильника. Михаил не находил себе места. Новые друзья все чаще стали слышать от него:

– Я кровь мешками проливал, а живу на одну зарплату. Разве это справедливо?

Жена ему на это неоднократно отвечала его же любимым словечком:

– Ты что, не знаешь, что такое гешефт?

И в самом деле… Он ведь не раз занимался приписками плановых показателей, чтобы трест получил квартальную премию, не имея от этого, по существу, ничего, кроме мизерной премиальной надбавки. Михаил подумал и решил перейти на индивидуальный режим этих самых приписок, т.е. изменять плановые показатели каждого конкретного прораба, за что получать с них соответствующую мзду.

Работа кипела, аппетиты росли. Прорабы вынуждены были оформлять все больше и больше подставных лиц, чтобы обеспечить не только свои интересы, но и возрастающие потребности начальника планового отдела.

Через пару лет их квартирка стала походить на отдел антикварного магазина и молодые всерьез стали подумывать о машине. Но тут вдруг случилась первая неприятность: один из прорабов пожадничал и не дал обещанную сумму в день получки оформленным на его участке подставникам, а те заявили об этом в местный отдел БХСС. Началась проверка. С большим трудом конфликт удалось погасить – и только благодаря вмешательству высокого начальства, считавшего трест краснознаменной гордостью своей. Если б оно знало, какой ценой достаются эти знамена! Прораба, правда, пришлось уволить. Но с тех пор Михаил стал печенкой чувствовать присутствие в тресте «государева ока», и работники БХСС под любым предлогом стали напоминать о себе. Надо было что-то делать, и Михаил решил сменить работу, благо у него уже был обширный круг знакомых в различных сферах деятельности большого города.

В крайисполкоме, где у него давно был «блат» на среднем уровне, Михаилу предложили несколько престижных и денежных должностей. Михаил выбрал пост заместителя директора по экономическим вопросам ликеро-водочного комбината. Сам он к выпивке особого пристрастия не испытывал, а рассматривал новую работу как хороший источник «левых» денег. Ведь водка в России не только товар номер один, но и своего рода «жидкая валюта». Не учел он только одного: об этом хорошо знали и работники БХСС, которые к тому же владели обстановкой на комбинате, имея источники информации на ключевых направлениях его деятельности.

Изучив специфику производства на своем новом предприятии, Михаил понял, что администрация делает «гешефт» на выпуске неучтенной продукции за счет некоторого ухудшения качеств водки, настоянной на травах. «Левак» (одна автомашина в месяц) уходит в один и тот же магазин в Пятигорске дважды по одной и той же накладной. Объективно взвесив, что с этого куша ему ничего не перепадет, так как участников дележа и без него слишком много, он стал лихорадочно думать, как расширить источник «левых» денег, «чтобы всем было хорошо». Вскоре понял, что надо искать производителей неучтенного сырья. Спирт поступал из Северной Осетии. Под предлогом изучения рынка сбыта, он на недельку выехал в соседнюю республику, где без труда договорился с директорами двух заводов о поставках неучтенного спирта. После этого он попросил аудиенцию у директора своего комбината, во время которой все это выложил, повергнув администратора в легкий шок. Впрочем, предложение директору понравилось, и работа закипела по двум направлениям. Второе, новое, направление, они решили держать в строгой тайне даже от своих подельников. Под видом экспериментального цеха заработало «левое» производство. «Неучтенку» сбывали в два магазина в Ставрополе и Грозном. Первая же операция дала им по пятьдесят тысяч чистой прибыли. О таких доходах можно было только мечтать.

Но уже четвертый рейс с «леваком» оказался последним. Работники БХСС задержали автомашину и пришли на комбинат с ордером на обыск .Оказывается, они негласно задокументировали два предыдущих рейса. Задержали начальника экспериментального цеха, который тут же стал все валить на Михаила. Бежать было бессмысленно. Ему удалось лишь спрятать наворованные ценности. Суд за хищение государственного имущества в особо крупных размерах дал Михаилу семь лет лишения свободы. Начались его тюремные скитания.

Отсидев от звонка до звонка весь отмеренный срок и познав многие блатные законы, Михаил, кроме ненависти ко всему советскому, приобрел еще и все прожигающую злобу, которая чуть не вылилась в крайнюю форму, когла он нашел дома вместо жены записку: «Извини. Больше ждать невмоготу. Наши жизненные пути расходятся. Полюбила хорошего человека. Прощай. Наташа».

С горя он чуть не запил, но вовремя сработали природные национальные инстинкты. Надо было продолжать жить… Михаил вышел из полукоматозного состояния, твердо решив, что если ему суждено будет жениться еще раз, так это обязательно будет еврейка. Тогда же он всерьез задумался о земле обетованной. Однако в то время коммунисты еще и не думали приоткрывать железный занавес.

В то время Никита Сергеевич Хрущев продолжал свои многочисленные эксперименты над народным хозяйством страны, приведшие к длинным очередям за хлебом и пустым полкам в магазинах с самыми необходимыми товарами массового потребления. В стране поневоле создались условия для развития частнособственнической предпринимательской инициативы. Повсеместно, как грибы после дождя, появлялись подпольные цеха и различные мелкие предприятия по производству товаров повышенного спроса.

Обладая определенным, приобретенным известным способом, первоначальным капиталом и «хорошими мозгами», Михаил был в выигрышном положении, ибо мог приобрести необходимое оборудование и сырье. Найдя компаньона в мастерских местного общества глухих, которому давались солидные льготы, и обсудив детали предстоящей работы подпольного цеха, Михаил возомнил себя новоявленным миллионером. Однако он тогда и не подозревал, что время таких как он еще не настало.

Да и судьба была немилостива к нему. С большим трудом приобретя два ткацких станка и сырье, они начали с компаньоном выпуск тогда очень популярных «водолазок». Деньги потекли сперва ручейком. Затем рекой. Полгода их никто не беспокоил, но вот однажды утром, придя как обычно в цех, они увидели жуткую картину: станки были разбиты валявшейся тут же огромной кувалдой, вся готовая продукция похищена. После короткого разбирательства они без труда установили, что это дело рук конкурентов, от которых они уже несколько раз слышали угрозы с требованиями убраться с дороги. Мстить они не стали – не было сил, но чувство злобы у Михаила обострилось еще больше.

И вот однажды замечание милиционера по поводу перехода улицы в неположенном месте вызвало в нем такой приступ ярости, что он ударил стража порядка по лицу. Тут же он был задержан и водворен в КПЗ, а затем получил два года лишения свободы.

На нарах он впервые стал анализировать события своей жизни на всю глубину ее, вспоминая эпизоды самого раннего детства. И вдруг его словно током ударило: он вспомнил перевернувшуюся арбу с золотом (и одну ли?), вспомнил гибель матери. Конечно, он и раньше вспоминал о ней, хотел даже как-то поехать на могилу ее, но почему-то никогда не вспоминал о мешках золота, брошенных в горной речке при торопливом бегстве от погони.

С этой минуты он больше не мог думать ни о чем, кроме золотых монет, спокойно лежащих на дне речушки в ожидании своего хозяина, которым он представлял, конечно, только себя. Михаил подсчитывал дни, а потом и часы своего пребывания в заключении, планируя детали своего грядущего путешествия в Бухару. Зная, что предстоит нелегкий поиск, он решил взять себе в помощники своего последнего компаньона, который ему очень нравился и поведением на суде, и вообще своими человеческими качествами.

И вот наступил день освобождения. У ворот тюрьмы его встретил товарищ по несчастью, посещавший его в заключении, которому он тут же рассказал о золоте. Тот высказал ряд охлаждающих неистовый пыл Михаила сомнений, но все же дал согласие помочь в поисках клада.

Чуть ли не на следующий день они вылетели в Бухару, а затем на попутках добрались поближе к границе. Речушки они не нашли, потому что она давно сменила русло, а вот разрушенный мост обнаружили сразу. Он с тех пор так и не был восстановлен за ненадобностью. С замиранием сердца они спустились вправо к занесенному песком старому руслу, где полвека назад был брод, и стали лихорадочно орудовать заранее приобретенными саперными лопатками. Первый день, а точнее несколько оставшихся до темна часов, результатов не дали. Они переночевали в ближайшем селенье, находящемся километрах в трех от места поиска. Чуть свет снова были на месте и стали копать чуть ниже по течению бывшей речушки. И сразу же нашли горсть золотых монет. Бурная радость не остудила пыла кладоискателей, и они продолжали работу с удвоенной энергией. За день им удалось найти семьдесят пять десятирублевых золотых монет царской чеканки.

Утром, чувствуя страшную усталость, они решили нанять для поисковой работы несколько местных жителей. Впятером перелопатили они тонны песка и нашли около двухсот монет. Дав работникам по три монеты, они их строго-настрого предупредили, чтобы те молчали, пообещав за такую же результативную работу по пять монет в каждый следующий день. Пару дней были столь же результативны, а затем наступил спад. К тому же кто-то из работников все-таки проговорился, и к ним стали гурьбой идти люди, предлагая помощь.

Боясь, что об их бурной «археологической» деятельности узнают местные правоохранительные органы и посчитав, что добытого золота им хватит до конца дней своих для безбедной жизни, компаньоны в срочном порядке покинули гостеприимную Бухару, сказав, что их археологическая партия в скором времени непременно вернется.

Местные жители не стали ждать их возвращения и уже на следующий день всем селением кинудись на поиски злополучного золота. За несколько дней они нашли немало монет и украшений. Но вот кто-то чего-то не поделил и в завязавшейся потасовке серьезно ранил супротивника лопатой. Пришлось госпитализировать. Так участковый уполномоченный, разбиравший конфликт, узнал о поисках золота, а через него – и служба БХСС. На место выехал заместитель начальника УБХСС МВД Узбекистана полковник милиции Николай Нарижный, один из самых опытных и заслуженных работников службы. Собрав всех жителей селенья, он объяснил, что золото принадлежит государству и его надо вернуть за положенное по закону вознаграждение (20 процентов стоимости). С большой неохотой жители сдали около пятидесяти монет, и никакие уговоры и запугивания больше не помогали. Взвод солдат, которых он привез с собой, продолжал находить золотые монеты. Опросы показали, что у крестьян спрятано раз в десять больше золота, чем они сдали. Тогда он применил оперативную хитрость: объявил населению, будто, по заключению экспертов, золото оказалось радиоактивным, что угрожает здоровью каждого – и детей в первую очередь. Это подействовало, и крестьяне сдали около пятисот золотых монет. Что за археологи, которые первыми нашли золото, никто толком не знал, куда они уехали – также… Назвали лишь их имена и описали внешность, что тоже ничего не дало. Ищи ветра в поле…

Компаньоны между тем успешно добрались домой, поделили золотые монеты и договорились «затихнуть» на полгода, а затем потихоньку реализовать золото в Ингушетии, где его особенно ценят и любят.

Михаил постепенно золото поменял на бриллианты и с первой волной разрешенной эмиграции пытался выехать в Израиль, спрятав драгоценные камни в каблуки своих ботинок. Но если уж не везет, то не везет во всем. По одному ему ведомым признакам работник таможни решил проверить ботинки именно у Михаила и обнаружил тайники.

Михаил Иванов, теперь уже вновь Клаперман, все же попал в Израиль, но попал совершенно опустошенным. Золото, особенное чужое, никогда никому не приносило счастья.

## ОПЕРАЦИЯ «РАЗГОН»

Житель Баку, некто Саид, сделал своей профессией спекуляцию золотом. Он рыскал по всей стране, скупая похищенное с приисков золото, и сбывал его с большой для себя выгодой дельцам из Азербайджана.

Саид считал себя опытным бизнесменом. За долгие годы занятия трудным этим ремеслом он ни разу не попался. Он был уверен, что гарантией его безопасности является четкое правило: искать каждый раз новых партнеров.

Однажды в московском ресторане «Баку» он встретил своего старого знакомого Эдика, работавшего врачом-стоматологом, с которым никогда не говорил о своих делишках. На этот раз решил испытать свое счастье – стоматолог все же… Сказав, что намерен купить партию золота, он сразу же почувствовал заинтересованность Эдика, который, записав номер его гостиничного телефона, пообещал найти продавца.

Эдик позвонил на другой день и предложил поехать на квартиру к его знакомому Георгию, у которого есть требуемый товар. Очень осторожный по натуре, Саид денег на эту встречу не взял и внимательно фиксировал маршрут движения. На квартире близ метро «Кропоткинская» их встретил сорокалетний мужчина небольшого роста и вполне респектабельного вида, прекрасно говорящий по-русски. Бросались в глаза кольца и перстни с бриллиантами, унизывающие его пальцы. Это внушало уважение, особенно Саиду, который толк в этом понимал. После короткого знакомства Георгий спросил:

– Что предпочитаете? Золото или камушки?

– Мне нужно только золото.

Георгий принес из другой комнаты два стограммовых слитка размером в половину спичечной коробки. У Саида дрогнуло сердце: давно он не видел такого – четыре «девятки» удостоверяли почти абсолютную чистоту металла. Заметив дрожь в руках Саида, Георгий спросил:

– Нравится? Это образцы. У шефа этого добра —в любом количестве. Он не любит мелочиться, надо будет брать не меньше килограмма. Цена – 1700 рублей слиток.

Цена Саида вполне устраивала, он продавал на родине в два с половиной раза дороже. Поэтому он сразу согласился на сделку.

Через пару дней Георгий в скверике у Большого театра знакомит его с шефом, с которым договорились о деталях купли-продажи на следующий день. В условленное время шеф приехал на «Волге» и отвез в какой-то тихий переулок. Велел подождать, а сам пошел за товаром. Вернувшись минут через пять, он жестом позвал Саида, и когда тот вышел из машины, протянул ему мешочек с желтыми слитками. Их было ровно десять и на всех красовалось клеймо с четырьмя «девятками» и надписью «Echgold», что означает – чистое золото.

Саид взял мешочек, отдал деньги и пошел в сторону метро или стоянки такси. Но в этот момент позади него раздался властный оклик:

– Стой! Милиция!

Саид оглянулся и увидел, что шефа держат за руки два рослых мужчины в штатском. Третий, такой же здоровяк, устремился к Саиду. Тут он услышал отчаянный крик шефа: «Беги!» – и что есть мочи припустил по переулку. Около углового дома он, не останавливаясь, размахнулся и забросил словно бы обжигающий руки мешочек на крышу какого-то сарая. Даже не отметил, куда он упал. Саид вскочил в первое попавшееся такси, благо преследователь замешкался, и попросил как можно быстрее доставить его в гостиницу, убеждаясь по пути, что «хвоста» за ним вроде бы нет. В номере, залпом выпив граммов сто пятьдесят коньяка, Саид наконец-то вздохнул с облегчением: «Слава Аллаху, спасся от тюрьмы!»

Мошенники же в это время спокойно на двух машинах подъехали к дому Георгия, чтобы поделить богатую добычу и отметить удачно завершенную операцию, которую преступники на своем жаргоне называют «Разгон».

Саид, оправившись от испуга, на следующий день пошел к тому месту, где он в панике забросил мешочек со слитками, но ничего не нашел. А если бы и нашел, то убедился бы, что не все золото, что желтого цвета. Однако жаловаться бы все равно не пошел, так как и сам был участником преступной сделки. Это хорошо учитывали психологи-мошенники.

Вскоре ему позвонил Эдик и коротко предложил «для его же блага» побыстрее исчезнуть из столицы и не появляться здесь несколько лет.

Тот, конечно, уехал, но ремесла своего не оставил и однажды, допустив просчет, был задержан с поличным. Во всем признавшись, он рассказал и эпизод о неудачной сделке с Георгием и его «шефом».

Мошенников, которые к тому времени уже были известны органам, задержали. Осудили.

А разработанный ими способ изъятия денег у желающих нажиться лишний раз напомнил истину: «Ничто не ново под луной». Он дошел до наших дней с дореволюционных времен и описан в воспоминаниях начальника московской сыскной полиции А. Кошко.

В самом начале девятисотых годов в Риге, где Кошко был тогда начальником рижского сыскного отделения, произошло весьма замысловатое мошенничество, над раскрытием которого пришлось изрядно потрудиться.

По городу стали ходить слухи о шайке мошенников, ловко обманывающей доверчивых людей и продававшей им медные опилки под видом рассыпного золота. Слухи были очень упорны, причем молва называла даже инициаторов этой хитроумной комбинации. В числе их значились: домовладелец Лацкий, местный купец, обрусевший немец Вильям Шнейдерс, богатый латыш Ян Круминь и другие.

Между тем никаких заявлений от потерпевших в полицию не поступало. Впрочем, это было неудивительно, так как все добываемое на приисках золото по закону обязательно должно было сдаваться в казну и оставление его в частных руках, а, следовательно, и все торговые манипуляции с ним, воспрещались и преследовались в уголовном порядке.

Но так как слухи не прекращались и назывались все те же лица, то Кошко решил навести о них подробные справки. Выяснилось, что эти люди хорошо знакомы друг с другом, часто видятся, бывают нередко в местном клубе, где репутация их сильно «подмочена»: администрация клуба давно на них косится, подозревая в шулерстве.

Придравшись к этому подозрению, начальник полиции произвел тщательный обыск у Лацкого, Шнейдерса и Круминя, отыскивая якобы крапленые карты, на самом деле в надежде обнаружить запасы меди, служащей для мошенничества. Однако обыск оказался безрезультатным: ни меди, ни золота ни у кого из них обнаружить не удалось.

Примерно через месяц после этих неудачных обысков Кошко получил вдруг письменное приглашение от германского консула в Риге с просьбой пожаловать к нему по важному и совершенно конфиденциальному делу. Он отправился. Консул весьма любезно принял его и сообщил, что на днях получил письмо от саксонского купца Альтенбурга, в котором последний рассказал ему подробно, как стал жертвой поразительно ловких мошенников, пригласивших его в Ригу и продавших ему, под видом рассыпного золота, медные опилки по 170 тысяч рублей. Альтенбург описал приметы мошенников и указал место совершения сделки – Северную гостиницу. В конце письма он заявил, что никаких материальных претензий не предъявляет и дела не поднимает, так как знает, что покупка россыпного золота в России воспрещена. Пишет он об этом консулу в силу альтруистических побуждений, желая оградить на будущее время других.

Подробнейшие приметы и прямо художественное описание внешности мошенников, сделанное Альтенбургом, не оставляли, несмотря на вымышленные фамилии, сомнений в том, что и он стал жертвой шайки, возглавляемой Лацким, Шнейдерсом и Круминем.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru