# Спокойной ночи!

Сергей Александрович Абрамов, Александр Иванович Абрамов

## 1

> «Внимание: тот, кто выходит из рамок всеобщего каталога снов, – уже потенциальный враг!»

> Из речи шефа Системы Всеобщего Контроля


Красный глазок над дверью мигнул и погас. Ли подвинул кресло к пульту и включил микрофон внешней связи.

– Младший блок-инспектор Ли Джексон к смене готов.

На светящихся экранах над пультом появились расплывающиеся зеленые полосы. Ли подкрутил верньер настройки. Полосы исчезли, и четкий металлический голос произнес:

– Блок номер триста семнадцать. Двадцать часов ноль минут по меридиальному времени. Восемьсот шестьдесят каналов под контролем блока. Дополнительные подключения регистрируются.

Ли довольно откинулся в кресле. Вот и началось его первое самостоятельное дежурство. В Особом отделе Системы с новичками долго не церемонятся. Краткий курс теории механического контроля сна, два сеанса гипнопедии, отведенных на заучивание библии спящего человека или Всеобщего Каталога снов, и час практической демонстрации аппаратуры. Только вчера старший инспектор Бигль показал ему весь подконтрольный им механизм аппаратной, а уже сегодня Ли сам сидит перед пультом. Конечно, обязанности блок-инспектора не так уж сложны: просматривай сны, отобранные автоконтролем как отклонения от каталогических норм, и сообщай о них по начальству. А уж кто прав и кто виноват, без него разберутся.

За спиной Ли почти бесшумно открылась дверь, но он все же услышал и обернулся.

– Привыкаешь, сынок? – спросил вошедший Бигль.

Он был высок, грузен и не очень подвижен, как бросивший спорт тяжеловес. Ему было явно жарко в его черном инспекторском мундире: он то и дело вытирал вспотевший лоб и шею большим клетчатым платком, – прогресс техники ничем не оснастил этот вид туалетного сервиса.

– Я посижу у тебя немного, ладно? – прибавил он.

Ли согласно кивнул. Ему нравился Бигль, его ободряющая улыбка и добродушная интонация в обращении. Но было чуточку обидно, что инспектор все-таки не доверяет ему. Ну что ж, пусть лишний раз убедится, что на Ли можно положиться в любую минуту дежурства.

Впрочем, Бигль как будто и не заметил этой маленькой обиды своего подчиненного. Он лениво расстегнул мундир и развязал галстук.

– Ну и жара, – сказал он, отдуваясь.

Ли, все еще обиженный, сидел, склонившись над пультом. Бигль посмотрел на его стриженый затылок и подумал с отеческой теплотой: «Мальчишка. Чертовски хороший мальчишка. И ничто его не тревожит, – ни шеф, ни сонники. А ты крутишься тут как белка в колесе: Бигль – туда, Бигль – сюда. И вдобавок тебе подсовывают эту темную историю с доктором. Поди разберись, когда сам шеф разобраться не может. „Бигль, проследи“. А тут не следить, а кончать надо. Привезти и допросить».

– И чего это людям не хватает? – вздохнул он. – Ложишься спать – загляни в каталог. Выбери что-нибудь по вкусу и спи на здоровье. Тебе хорошо, и нам спокойно. Хочешь из классики что-нибудь про ковбоев или про гангстеров, хочешь про супермена или про наших парней с Юпитера – пожалуйста! Хочешь стриптиз какой-нибудь или спортивную драку для полировки крови – тоже не возражаем. Хочешь музыки – только выбирай: в каталоге снов все джазы с сотворения мира подобраны. Набери индекс на сомнифере и смотри до утра. Так нет – им обязательно запретное подай!

Бигль замолчал, обмахиваясь, как веером, своим огромным платком. Ли слушал, не поворачиваясь и все время краснея: он не знал, как воспринять неожиданную откровенность начальника. А Бигль словно и не замечал смущения юноши.

– Один мой приятель всех кинозвезд во сне пересмотрел, – продолжал он, вспоминая и улыбаясь, – самые сенсационные боевики выбирал. Как сейчас, помню его коронный сон: Марджори Кинг на съемках фильма «Марс, Марс, черт его побери!» Мировой боевик. Ты уже парнишкой был, небось видел.

– Это тот, где она все время цвет меняет? – спросил Ли.

– Вот-вот, – радостно подтвердил Бигль. – Совсем идиотская чепуха, а ему нравился. Ну и пожалуйста – каталог не запрещает. «Кинозвезды во время съемок. Индекс эс-ка-эс, восемнадцать „А“ прописное», – процитировал он параграф Всеобщего Каталога снов.

– А где этот ваш приятель?

– В сумасшедшем доме, сынок. Насмотрелся до чертиков. – Бигль помолчал и прибавил грустно: – Тоже меру знать нужно, Головы не терять.

– Бывает, – равнодушно заметил Ли.

Бигль неожиданно рассердился.

– Что ты понимаешь? «Бывает»! – передразнил он. – Знал бы ты все, что бывает, поседел бы, как я!

Он тяжело вздохнул; злость прошла, и он уже досадовал на себя за эту ненужную вспышку: сказывалось напряжение последних дней. «Проклятый док! – поморщился он. – Опять следить и ждать, когда, в сущности, все уже ясно. А посоветоваться не с кем». Он критически посмотрел на Ли, обиженно нахохлившегося у пульта.

– На что обиделся? Непонятно? Старику Биглю самому еще многое непонятно. – Его передернуло от одной мысли о досье доктора. – Сомниферы, видите ли, им не нравятся. Природу им подавай!

– Скажите, сэр… – В наступившей тишине вопрос Ли прозвучал неожиданно громко. Юноша испуганно замолчал и прибавил почти шепотом: – Как появились эти сомниферы? Откуда? Нам в школе о них не говорили. И в учебниках ничего не было.

– «В учебниках»! – насмешливо повторил Бигль. – Какой дурак будет писать об этом в учебниках? У нас не любят подробностей о прошлом. А зря… – Он помолчал, глядя куда-то поверх Ли, и спросил: – Ты что же думаешь, Система Всеобщего Контроля существовала всегда?

Ли так не думал. Его вообще не волновал этот вопрос. Он вырос в обыкновенной семье, учился в обыкновенной школе, по обыкновенным учебникам, у обыкновенных учителей. Прошлое он знал, как галерею великих людей: фараоны, Ксеркс, Александр Македонский, Тимур, Наполеон, Гитлер. В Штатах были свои герои: Морган, Рокфеллер, Форд, Маккарти, Голдуотер. Свободный мир удалось отстоять от красной лавины, залившей большую половину планеты только потому, что власть вовремя взяли в свои руки творцы Системы Всеобщего Контроля. Она казалась Ли незыблемой, как солнце днем или звезды ночью. Она просвещала, воспитывала, учила, вела. Она обеспечивала работу и отдых. И сомниферы были такой же неотъемлемой ее частью, как и вытеснившие автомобили спиды, телеинформация и юниэкраны – универсальные зрелища, пришедшие на смену таким древним увеселениям, как театр, телевидение и кино. И сомневаться в полезности сомниферов было столь же бессмысленно, как не признавать реле искусственного климата.

– Ах, сынок, сынок, – ласково проговорил Бигль, – мало и плохо тебя учили! – Он, кряхтя, полез в задний карман брюк и вытащил оттуда засаленную синюю книжку в твердом пластиковом переплете. – Посмотри на букву «С» – «сомниферы». – И он перебросил книжку Ли.

Тот взглянул на обложку. Выцветшее золото букв сообщало: «Инструкция для старшего персонала блоков СВК». И чуть ниже, помельче: «Секретные материалы». Ли почти с благоговением открыл ее, медленно перелистывая страницы.

– Зачем листаешь? – нетерпеливо остановил его Бигль. – Я же сказал: смотри на «С».

Ли открыл страницу на указанной букве: саванна, селектор… Ага, вот и «сомнифер». Он вопросительно взглянул на инспектора.

– Читай, читай, – кивнул тот.

– «Сомнифер, – прочел Ли, – прибор – транслятор снов. На входы прибора поступает программа, откорректированная по Всеобщему Каталогу снов (см.). Сомнифер дает направленное излучение, действующее на кору головного мозга. Рассчитан на непрерывное восьмичасовое действие. Изобретен в конце прошлого века Джакомо Секки, впоследствии основавшим и возглавившим фирму „Сны на заказ“. В политической борьбе сомниферизация стала программным лозунгом победившей и находящейся ныне у власти партии. Платформа парламентской оппозиции „сонников“, возражавших против сомнифериэации, была объявлена антигосударственной. Фирма Секки со всеми ее гипностанциями переходит в собственность государства, превращаясь в один из важнейших рычагов Системы Всеобщего Контроля. В коммунистическом секторе запрещена».

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru