Джоанна Лэнгтон
Акватория любви

Пролог

Когда Дженнифер Кросби, преисполненная самых радужных планов и надежд, сошла с трапа авиалайнера и ступила на экзотическую землю Кипра, день клонился к закату.

Было последнее воскресенье сентября. В Никосии Дженнифер никто не встречал и никто не ждал. Впрочем, и некому было!.. Переночует в каком-нибудь недорогом отеле в старом городе: тетя Энн уверяла, что их там полным-полно, а завтра с утра явится в колледж и начнет новую жизнь.

Дженнифер вскинула голову, отчего копна густых, золотисто-рыжих волос рассыпалась по плечам, и зашагала легкой походкой к мини-автобусу, который спустя пару минут лихо тормознул у сверкающего стеклами и огнями здания аэровокзала.

Она вошла в зал. Ее появление не осталось незамеченным. Высокая, изящная, с большими зелеными глазами и с молочно-белой нежной кожей, совершенно не воспринимающей загара, какая часто бывает у рыжеволосых, Дженнифер не могла не обращать на себя внимания в южной стране, где все смуглы от природы.

Дженнифер покосилась в зеркало и осталась вполне довольна своим видом: строго и элегантно – белые брюки, шелковый пиджак оливкового цвета в тон глаз, рыжие лодочки на плоском каблуке, такая же сумочка на длинном ремне и дорожная сумка в клетку.

Какой-то молодой грек за стойкой регистрации, мгновенно выделив ее из толпы, кинулся к ней и, придав своему лицу смиренное выражение, уладил все формальности за пять минут и даже посадил ее в такси.

– Вам куда? – осведомился таксист на английском.

– В старый город, в какой-нибудь приличный отель.

Сначала они ехали по центральным улицам Никосии, не лишенным столичного лоска. Дженнифер с интересом поглядывала по сторонам. Тетя Энн говорила, что именно здесь, в строгом европейском даунтауне, а не на курортно-пляжном побережье, делается международный бизнес. Вот, пожалуйста, и направо и налево стильные белоснежные офисные здания, роскошные витрины магазинов!..

Немного погодя таксист свернул с проспекта, сбросил скорость и с величайшей осторожностью зарулил по узким улочкам, пестревшим лавчонками, кафе и тавернами.

– Приехали, леди! – обернулся к ней таксист, затормозив у гостиницы с вывеской «Парк-отель». – Что надо. Тихо и кормят хорошо. С багажом помочь?

– Спасибо, не надо! Сама справлюсь, – сказала Дженнифер и, расплатившись, вышла на булыжную мостовую.

Несмотря на поздний час, в вестибюле было довольно оживленно. Появление Дженнифер и здесь не прошло незамеченным. Она ловила на себе восхищенные взгляды мужчин и завистливые взгляды женщин.

Портье за конторкой сверкнул белозубой улыбкой.

– Добрый вечер, леди! Что вам угодно?

– Я бы хотела остановиться в вашем отеле на сутки и заказать телефонный разговор с городом Йорк. Это в Англии, в графстве Йоркшир…

– Да, леди! На который час заказать разговор?

– Как можно быстрее.

– Оставьте номер телефона в Йорке и, как только будет связь, поднимете у себя в номере трубочку. – Портье повернулся в сторону приоткрытой двери у него за спиной и пролопотал что-то на греческом, а потом снова обернулся к Дженнифер. – Ужин желаете в номер или спуститесь в ресторан? – И он кивнул в сторону стеклянной двери в задней части вестибюля, откуда доносилась музыка и разноязычная речь.

– Поговорю по телефону и сразу спущусь. А вы, будьте добры, посчитайте к этому времени, сколько с меня причитается…

– Как скажете, леди! – Он протянул ключ. – Ваш номер на втором этаже.

– Благодарю вас, – сказала Дженнифер и зашагала по уютно поскрипывающей деревянной лестнице отеля, скромного и старомодного.

В номере был балкон, выходивший в маленький парк, откуда слышались оживленные голоса. Забросив вещи в стенной шкаф, Дженнифер вышла на балкон. Неподалеку, под пышной кроной какого-то дерева, стояли двое мужчин и разговаривали, отчаянно жестикулируя.

Ссорятся, что ли? Или просто обсуждают какую-то проблему… Надо будет заняться греческим, хотя здесь конечно же и английский в ходу. Внезапно голоса смолкли, и скоро потянуло табаком.

Дженнифер стояла на балконе, думала о грядущих переменах в своей жизни и следила, как дымок маленькими облачками поднимается вверх и тает в густой листве.

За спиной раздался трезвон. Дженнифер бросилась к телефону и схватила трубку.

– Тетя Энн, ты? Как я рада тебя слышать! А я уже в Никосии. Даже не верится… Да, в старом городе… Доехала на такси минут за десять. А до побережья отсюда часа два езды. Когда подлетали к Кипру, я смотрела в иллюминатор – такая красота, ну прямо дух захватывает!

– Дженнифер, детка, ведь ты вроде бы умеешь водить машину?

– Умею. И, как утверждает сестра, вполне сносно.

– Вот и прекрасно! В прошлом году, когда мы с Чарлзом отдыхали в Пафосе, мы брали напрокат машину. На Кипре это так же просто, как выпить бокал вина. А ты заметила, что на Кипре, как и у нас, левостороннее движение?

– Заметила.

– Это большой плюс. Да и дороги у них выше всяческих похвал, так что мы с твоим дядюшкой исколесили весь остров вдоль и поперек и откопали такие сокровища, что Стивенсону и не снились.

– О чем это ты?

– Я имею в виду красоты природы. Представь себе: среди светлых гор, в обрамлении густой зелени стелется лента дороги.

– Тетя Энн, да ты прямо поэт! По-моему, тебе давно пора переключиться с прозы на поэзию.

– К твоему сведению, в юности я писала стихи, но, повзрослев, переключилась на прозу. А что касается природы, так Кипр это, по сути, бархатный сезон души и тела круглый год. Так что непременно возьми напрокат машину. Вообрази, катишь себе, не торопясь, а вокруг апельсиновые, лимонные, оливковые рощи. С гор сбегают белоснежными ручейками дороги. Аккуратные греки не просто моют мостовые, но еще и белят их. Можно поехать к морю, можно в горы – все рядом и все неповторимо. Представь! Уходящая в ослепительную белизну неба морская синева, античные развалины, мозаики, древние храмы и христианские базилики, монастыри и горные деревушки… Пастораль, идиллия, именины сердца! Остановишься, выйдешь из машины – тишина, цветы, пахнет хвоей и медом, в далекой деревушке бьет колокол… Благодать, рай земной! Будешь в Пафосе – вспомни обо мне!

– Тетя Энн, я всегда о тебе помню! А что, Пафос такой особенный?

– Ты верно сказала: Пафос особенный. Я по нему тоскую, как тоскуют по возлюбленному. Порой слышу шелест мягких волн. Знаешь, если прислушаться, то они нескончаемо шепчут: «Па-фос, па-фос, па-фос»… А еще Пафос знаменит тем, что именно здесь из белоснежной пены родилась греческая богиня любви и красоты Афродита. Послушай, детка, я тебя не разорю? Ведь твоя тетка готова вешать часами!

– А я готова тебя часами слушать!

– Ну тогда слушай! Есть поверье, будто бы тому, кто в полнолуние проплывет вокруг камня, на который ступила Афродита, богиня дарует молодость и красоту. Насчет молодости не поручусь, но в том, что после отдыха в Пафосе у нас с Чарлзом открылось второе дыхание, сомневаться не приходится. Я уже заканчиваю исторический роман, над которым работала целых два года, а небезызвестный тебе адвокат Чарлз Арбор выиграл в суде три весьма каверзных дела. Неплохо, да?

– Здорово! А как насчет красоты?

– А мы с тобой, любимая моя племянница, и без всякой Афродиты неземные красавицы! Верно?

– Верно, тетя Энн! – засмеялась Дженнифер. – Поздравь от меня дядю Чарлза с успехами на ниве правосудия. А твой роман, он о чем? О любви?

– И о любви тоже. Но в основном это история города Йорка, между прочим, давшего имя заокеанскому гиганту-собрату. А то про Нью-Йорк все знают, а про старинный британский город Йорк мало кому известно. А места эти, откуда мы с моей сестрой, твоей покойной мамочкой, родом – особые… Прославленные в монастырских летописях и рыцарских балладах. Тут сама атмосфера насквозь пропитана средневековьем. Надо сказать, работаю я над романом с упоением. И знаешь, что постоянно подпитывает мое вдохновение?

– Откуда мне знать?

– А ты догадайся! Ты же у нас умница-разумница… Ну ладно, подскажу. Помнишь, когда ты еще в детстве впервые приехала ко мне в гости, что тебя потрясло?

– Йоркский собор?!

– Молодчина! Именно Йоркский собор. Знаешь, когда смотришь на эту каменно-кружевную громаду со всеми его огромными витражными окнами, которые так бесподобно светятся в лучах солнца и переливаются в сумерках, радуется и глаз и душа. Ведь храм воспевает не только Бога, но и Человека. С большой буквы, разумеется…

– Тетя Энн, ты у меня чудо! Я буду так по тебе скучать… Ни за что бы не уехала, если бы не этот Роберт Добсон…

– Дженнифер, дорогая моя, никогда не оглядывайся назад! – прервала ее Энн. – Как бы ни было трудно, всегда приспосабливайся к новым обстоятельствам. Потому что другого времени, может так случиться, не будет никогда. Ты меня поняла?

– Да, тетя! Спасибо тебе за все. На днях напишу тебе подробное письмо…

– Лучше пиши меньше, но чаще. А еще лучше попробуй вести дневник! Записывай свои впечатления и посылай мне.

– А что, это мысль! Говорят, первые впечатления самые верные…

– Не всегда, дорогая моя. С годами все чаще убеждаешься, что, к примеру, внешность обманчива, да и по делам мы судим лишь о тех, к кому испытываем антипатию. Кстати, об антипатии. Как дела у твоего отца?

– Все в порядке, тетя.

– Надеюсь, он не возражал против твоего решения уехать учиться на Кипр?

– Напротив, тетя Энн! Папа доволен. Сказал, что диплом бакалавра университетского колледжа туризма и управления гостиничным хозяйством приравнивается к британскому. И со временем я смогу занять его место в фирме «Кросби-тур».

– Ну хорошо, дорогая моя! Буду ждать от тебя вестей. Пиши, не ленись.

– Хорошо, тетя Энн! Целую тебя.

– А я тебя. Жаль, Бетти нет с нами, она бы за тебя порадовалась! – сказала тетя Энн и положила трубку.

Бедная мамочка! – вздохнула Дженнифер. Тетя Энн считает отца виновником ее преждевременной кончины. Сестре Роузмари было тогда четырнадцать, а ей самой всего восемь месяцев. Тетя Энн не может без слез вспоминать об этом. Бедняжка Элизабет чахла, кашляла, слабела, а муженек палец о палец не ударил, чтобы спасти жену, угасающую у него на глазах от скоротечной чахотки. Он, видите ли, много работал! Он, видите ли, не знал, что Элизабет серьезно больна! Могла бы жить и жить, если бы не страсть Питера к наживе!

По версии тетки Энн, получив нежданно-негаданно наследство от заокеанского дядюшки, Питер Кросби буквально потерял голову. Основал фирму «Кросби-тур», вложил все средства в туризм – и пошло-поехало ! Питер не переносил никаких помощников, все делал сам, да еще учредил режим строжайшей экономии. Разумеется, глава фирмы постоянно в разъездах. Доездился! Не заметил, как у него жена в расцвете лет сошла в могилу!..

Правда, на похоронах жены слезы и деньги текли у Питера Кросби рекой! А что толку? Слезы – это вода, да и деньги, впрочем, тоже, потому как здоровье на них не купишь…

Столько лет прошло, а Энн Арбор старалась с отцом своей обожаемой младшей племянницы не общаться. К Роузмари она относилась по-родственному, но не более того. Она обеспечена, как-никак замужем, у самой уже двое детей… Чего ее опекать?

Дженнифер задумалась. Как же ей не хватает мамы! Роузмари конечно же прекрасная сестра и старалась, как могла, заменить ей мать, но у нее своя жизнь… С теткой приходится общаться в основном по телефону, а разве за несколько минут все расскажешь? Она вздохнула, но, вспомнив слова тетки о том, что роптать негоже, подошла к зеркалу, поправила волосы и спустилась вниз.

Ужин в ресторане показался Дженнифер бесконечным. Такого разнообразия закусок, салатов, фаршированных мясом овощей, перченых колбасок, десертов и всего прочего она и представить себе не могла. В течение часа ей подавали тарелку за тарелкой с необычайно вкусной едой. Это действо происходило весьма ненавязчиво и даже с известной долей изящества. Впервые в жизни Дженнифер получила от процесса еды эстетическое удовольствие. В современном мире, а тем более в индустрии туризма, умение работать с людьми другой культуры – высокое искусство, – пришла она к выводу в конце первого дня своего пребывания на Кипре и, поблагодарив портье за оказанные ей услуги, не спеша поднялась по скрипучей лестнице к себе в номер.

Достав из ящика конверт со штемпелем Никосии, подписанный аккуратным, бисерным почерком своей любимицы Дженнифер, Энн Арбор пришла в восторг.

«Дорогая тетя Энн, следуя твоему совету, посылаю тебе листки из своего дневника.

Сентябрь. Никосия

Колледж стоит на горке, а какой он – разглядеть трудно, потому что и само здание, и вход в него прячутся в зарослях зелени. Зато из окон можно любоваться горным ландшафтом. Правда, студенты пейзаж не разглядывают: им вечно некогда. Вот и я грызу гранит науки, изучаю туризм и гостиничный менеджмент. Здесь, на Кипре, где четверть населения так или иначе занята в «индустрии гостеприимства» эта специальность очень актуальна.

Живу я в кампусе. За окном луг, вдали горы, птицы поют – одним словом, атмосфера сельская. У стен здания припаркованы машины и мотоциклы. У меня чистая комнатка с душем и туалетом. Кухня общая на две комнаты. Соседка Аманда тоже из Лондона, она старше меня на три года и по этой причине считает своим долгом учить меня уму-разуму, особенно во всем, что касается отношений с мужчинами. Аманде это доставляет море радости, так что я ей не мешаю. Главное неудобство – кампус далековато от учебного корпуса. Минут сорок пешком. С общественным транспортом на Кипре туговато. Кое-кто из студентов обзавелся собственным транспортом, кое-кто берет такси. Если добираться пешком, по пути можно зайти в библиотеку, где есть вся необходимая литература, что радует.

Говорят, скоро построят новый учебный корпус, рядом с кампусом, а пока что на этом месте луг с глазастыми ромашками…

От Никосии в любую часть острова один-два часа езды. Но у нас в кампусе есть все – дискотека, кафе, кинотеатр. Здесь много студентов-иностранцев. Можно сидеть с ними и болтать за чашечкой кофе про то, как у них и как у нас. Правда, студентам особенно прохлаждаться некогда. Однако пляжно-пикниково-вечериночные фотографии занимают в личных альбомчиках не последнее место…

На Кипре без забот можно прожить с одним английским: худо-бедно на нем здесь говорят все. У нас в колледже предлагают факультативный новогреческий. Если буду успевать, пожалуй, попробую освоить греческий.

Октябрь. Никосия

Учусь со страшной силой. Режим суровый: подъем в семь утра, с восьми до полудня занятия, потом обед, затем снова занятия до шести вечера. Посещение занятий обязательно! Ну а главную науку под названием «гостеприимство» подкрепляют еще и практикой в отелях и ресторанах. (Практика оплачивается, и это позволяет хотя бы частично сократить затраты на обучение, что радует.) С декабря я тоже буду работать в баре. Настоящий «отельер» должен уметь все! Бронировать и убирать номера, готовить напитки и сервировать столы, проводить маркетинговые исследования и бухучет… А еще должен быть общительным, аккуратным и опрятным. С общительностью у меня не все слава Богу! Придется работать над собой.

Воскресенье. Конец октября. Пафос

Сегодня был удивительный день. Наконец выбралась в Пафос. Это на самом деле волшебное место. Бродила среди развалин, ходила по музеям, гуляла по песчаному пляжу, слушала шорох волн… А потом увидела ЕГО. Не знаю почему, но я сразу поняла: это ОН. Может, дело в солнце, море и особом ощущении праздника, которое у меня почему-то было с самого утра, как будто я уже знала, что именно сегодня случится что-то необычайно хорошее… Он такой высокий, красивый и такой мужественный, как античный воин из учебника истории. И хотя мы с ним перекинулись всего только парой фраз и толком не познакомились (я даже не спросила, как его зовут!), на прощание он сказал: «Дженнифер, Кипр маленький остров, так что я вас непременно найду». Потом я плавала в той самой бухте, где, по преданию, вышла из морской пены Афродита, и увидела на дне восхитительную раковину – розовую с голубым. Я нырнула за ней и решила: это будет мой талисман. И сувенир на память об этом удивительном дне. Неужели я влюбилась?!»

Глава 1

Коммерческий директор закончил свой доклад, и Никос Костеас, откинувшись на спинку кресла, погрузился в размышления. Значит, семейка Кросби неслабо порезвилась с его денежками, а теперь Дженнифер прилетает на Кипр, чтобы переговорить с ним лично. Спрашивается, зачем? И на что она рассчитывает? На особое к ней отношение? Нет, это уже слишком!..

Павлос Симитис молча поглядывал на босса. Он работал на Никоса Костеаса недавно, но был наслышан о принципиальности и нетерпимости к грязному бизнесу этого магната гостиничного бизнеса. Интересно, как столь опытный бизнесмен мог допустить подобную оплошность? Правда, для Никоса Костеаса вложения в «Кросби-тур» – так себе, сущая безделица, равно как и проценты с доходов мифического пансионата в Ларнаке… Впрочем, для капиталиста, как известно, несущественных денег нет и быть не может.

– За два года вы не получили от «Кросби-тур» ни пенса, – рискнул нарушить затянувшуюся паузу коммерческий директор. – Согласно контракту, подписанному вами и Питером Кросби, я затребовал с фирмы незамедлительной компенсации всей суммы инвестиций, а также означенный процент с доходов, который вы должны были получить за эти два года.

– Павлос, позвольте поблагодарить вас за то, что вы обратили внимание на эту мою оплошность, – сказал Никос и учтиво кивнул. – Вы сотрудничаете со мной недавно, но я очень доволен вашей работой.

Воодушевленный похвалой, Павлос развел руками и продолжил:

– Не понимаю, почему Дженнифер Кросби настаивает на личной встрече с вами. Я сообщил ей, что вы не можете ее принять, однако только что она уведомила меня, что послезавтра будет в Никосии.

– Англичане – народ упрямый… – уклончиво заметил Никос, а про себя подумал: интересно, что она выдумает на этот раз? За три года эта прелестница наверняка выросла в мастерстве…

– По-моему, подобное упрямство просто неприлично, – с убеждением заявил коммерческий директор. – Я не понимаю, зачем Дженнифер Кросби явилась на Кипр. Момент, когда надо было что-либо объяснять, давным-давно упущен. Да и владелец фирмы, кстати сказать, не она, а ее отец.

Никос счел благоразумным промолчать.

– Оставьте мне документы, я с этим разберусь. И вот еще что. Вы не знаете, в каком отеле она забронировала номер?

– В «Холидей-инн», – ответил Павлос, удивляясь тому, что босс испытывает столь живой интерес к достаточно ничтожному делу. Интересно, что он скажет, когда узнает, что фирма «Кросби-тур» так непорядочно поступила с местными строителями, нанятыми для строительства своих коттеджей. – У вас еще есть ко мне вопросы?

– Нет, Павлос, спасибо, – не отрывая глаз от документа, пробормотал Никос. – Можете идти.

Через несколько минут, проглядев документы, Никос запихнул их в папку, вскочил и от возмущения принялся мерить кабинет шагами. Нет, это уму непостижимо! Какая наглость! Да как она смеет являться сюда после всего, что сотворила вместе со всеми своими родственничками! И с какими глазами!

Никос горько усмехнулся. С какими глазами? С такими же, как и три года назад, – большими зелеными и ангельски невинными! Но он-то хорош! Как он мог попасться в ее сети?! Хотя, если задуматься, он сам во всем виноват. Влюбился как мальчишка, вот и позволил себя использовать… Нарушил первую заповедь бизнесмена: никогда не смешивай любовь с бизнесом.

Ну ничего! На этот раз он будет умнее. Слава Богу, он уже полностью излечился от любовного недуга! И если Дженнифер рассчитывает на то, что ее неземная красота и сентиментальные воспоминания об их мимолетном романе трехлетней давности помогут ей снова задурить ему голову, ее ждет неприятный сюрприз.

Застегнув молнию дорожной клетчатой сумки, Дженнифер огляделась. Кажется, ничего не забыла… Покосилась на часы. Такси подъедет через полчаса. Она взяла вещи и спустилась в гостиную, где ее с хохотом и криками встретили племянницы, десятилетняя Дороти и пятилетняя Кэтти.

– Девочки, оставьте Дженнифер в покое! – прикрикнула на них мать. – Сейчас ей играть с вами некогда.

– Ну, минуток двадцать у меня еще есть… – улыбнулась Дженнифер, а про себя подумала, хорошо, что девочки понемногу приходят в себя после развода родителей. – Во что будем играть?

– Дженнифер, ты их так совсем избалуешь! – вмешалась Роузмари. – Ну-ка, бегом марш к дедушке! Будете хорошо себя вести, и он отведет вас в парк.

Дети послушались мать и наперегонки помчались по лестнице. Год с лишним назад муж сестры Роберт ушел от нее к ее лучшей подруге Стефани, отсудив при разводе половину родительского дома, в который не вложил ни пенса. (Отец в свое время имел глупость переписать их большой уютный загородный дом на Роузмари с мужем.) Дом пришлось продать, и теперь вот уже второй месяц, как все они теснились в скромном домике в Кеннингтоне. В довершение всех несчастий выяснилось, что и семейный бизнес – фирма «Кросби-тур», которой до развода управлял Роберт, – переживает далеко не лучшие времена.

– Сестренка, может, выпьем с тобой чаю на дорожку? – предложила Роузмари, высокая миловидная шатенка с усталыми серыми глазами. – У меня все готово.

– Можно. – Дженнифер отнесла сумку в холл и вошла в кухню, где сестра уже разрезала свежеиспеченный кекс. – Вкусно пахнет…

– Еще бы! Кэтти с Дороти мне здорово помогли, – улыбнулась сестра. – Правда, кухню потом пришлось привести в порядок, но, как говорится, без издержек не бывает… А ты с отцом попрощалась?

– Попрощалась. Хорошо, что девочки все время его тормошат, – задумчиво произнесла Дженнифер. – Ему сейчас это только на пользу.

– И не говори! Если честно, то вчера я даже не надеялась, что уговорю его погулять с дочками в парке. – Роузмари покачала головой. – Пришлось сказать, мол, я за них волнуюсь, мы тут недавно, да и район не ахти какой… Ну он и согласился. Знаешь, я думаю, он выправится. По себе знаю, дети – лучшее средство от депрессии.

– Ты у меня неисправимая оптимистка! – сказала Дженнифер, не глядя на сестру: она знала, что та винит себя во всех их бедах. – Ну что, может, дашь мне на прощание еще парочку наставлений?

– Запросто! Во-первых, не волнуйся попусту. Вечером я еще раз подняла все документы и со всей ответственностью заявляю: мы выполнили все пункты договора.

– А как же тогда понимать запрос этого Павлоса Симитиса?

– Уверяю тебя, тут какая-то ошибка! – с присущим ей оптимизмом отмахнулась Роузмари. – Очередная буря в стакане воды… У нас все в полном ажуре. Вот увидишь, когда Никос Костеас во всем разберется, он еще попросит у тебя прощения.

– Твоими бы устами… – шепнула Дженнифер, помешивая чай. – Знаешь, когда я узнала, что мы якобы должны компенсировать всю сумму инвестиций, да еще и снова-здорово перечислить проценты, я чуть с ума не сошла.

– А ты не сходи с ума раньше времени! – хохотнула Роузмари. – Всегда успеешь… Лучше съешь еще кекса.

– Спасибо, не надо, – отказалась Дженнифер. – Вечно ты со мной носишься, как с маленькой! Мало тебе дочек, что ли?

– Мало! – согласилась Роузмари. – Будь у меня муж ненадежнее, непременно завела бы еще парочку.

Дженнифер завидовала характеру сестры: пережив такой удар, как измена мужа, Роузмари не утратила своей удивительной способности в любой ситуации рассчитывать на лучшее. Кроме того, Дженнифер испытывала угрызения совести: ведь не приведи она в дом Никоса, никакой сделки «Кросби-тур» с гостиничным концерном Костеасов не было бы и в помине.

– Сестренка, ты меня слушаешь? – прервала ее грустные размышления Роузмари. – Первым делом обратись в агентство недвижимости посолиднее и займись продажей пяти коттеджей, которые Роберт построил в Лар-наке. Если удастся их продать за разумную цену, мы сразу решим проблему с наличностью в «Кросби-тур». Конечно же, было бы неплохо продать коттеджи подороже, но сейчас мы не можем себе позволить ждать хорошего покупателя.

– Хорошо, Роузмари, я постараюсь, – с готовностью кивнула Дженнифер, заметив, как при упоминании имени бывшего мужа сразу погрустнела сестра, а сама в очередной раз порадовалась тому, что Роберт больше не живет вместе с ними. – Может, стоит сделать косметический ремонт? Ведь коттеджи пустовали…

– Там видно будет, – согласилась Роузмари. – Думаю, расходы на краску, побелку и все такое прочее фирму не разорят.

– А еще будут пожелания?

– Будут. Походи по турагентствам, покатайся с экскурсиями по острову… Может, разработаем новые маршруты на весну? С большими агентствами мы конкурировать не можем, но, я надеюсь, нам удастся найти своего клиента.

– Я тоже надеюсь, – не слишком уверенным тоном сказала Дженнифер и, услышав в холле телефонный звонок, встала из-за стола. – Наверное, такси.

– Через пять минут? – уточнила она, сняв трубку. – Спасибо, я уже выхожу. Куда ехать? В аэропорт Хитроу.

– Счастливого тебе пути! – Роузмари обняла сестру и, чмокнув в щеку, шепнула: – И спасибо тебе за все!

– Ну что ты! – смутилась Дженнифер. – Подумаешь, прокачусь на Кипр, да еще и за счет фирмы… – отшутилась она. – Заодно отдохну, проветрюсь…

– Нет, я тебе очень благодарна! Даже не знаю, что бы я без тебя сейчас делала… – Роузмари схватила дорожную сумку и вышла на крыльцо. – И потом я бы не хотела встречаться с этим подлецом, Никосом Костеасом.

– Ну зачем ты так?! – Дженнифер опустила глаза и внезапно почувствовала, что у нее перехватило дыхание. – Не называй его так. Что он сделал?

– Как это что сделал?! – возмутилась сестра. – Разбил тебе сердце, вот что он сделал! Терпеть его не могу!

Дженнифер округлила глаза: Роузмари никогда не высказывала своего отношения к Никосу, и для нее эта вспышка явилась полной неожиданностью.

– Заморочил тебе голову, притащился в дом знакомиться с семьей, предложил инвестировать «Кросби-тур», а потом взял и улетел на свой Кипр! – бушевала сестра. – Да он тебе чуть вею жизнь не переломал! Думаешь, я ничего не вижу? Ты такая красавица, а живешь как… как монашка! За три года даже на свидание ни разу не сходила! И вообще, ты… – Роузмари осеклась и, чуть остынув, пробормотала: – Извини. Вечно лезу не в свое дело…

– Все в порядке, – промямлила Дженнифер. Забота сестры ее и растрогала, и огорчила: она не думала, что странность ее поведения столь очевидна. – Я понимаю, ты хочешь как лучше… И по-своему права.

– Нет, Дженнифер, не права! – Роузмари тяжко вздохнула. – Тебе уже двадцать два, а я все норовлю тебя поучать… Тоже советчица нашлась!.. С моим-то скорбным опытом!

– Роузмари, хватит посыпать голову пеплом! – улыбнулась Дженнифер. – А вот и такси! – Она поцеловала сестру, спустилась с крыльца и, подняв голову на окна второго этажа, помахала рукой отцу и племянницам.

Вечером, когда Дженнифер уже собралась лечь спать в уютном номере гостиницы «Холидей-инн», зазвонил телефон. Кто бы это мог быть? – удивилась она. Наверное, ошиблись номером…

– Мисс Кросби? Извините за поздний звонок, – сказал портье, – но у меня для вас сообщение.

– Да?

– Господин Костеас просил передать вам, что будет ждать вас завтра в одиннадцать часов в вестибюле конференц-зала.

От неожиданности Дженнифер лишилась дара речи.

– Мисс Кросби? Вы меня слушаете?

– Да, слушаю… Где-где? В каком конференц-зале?

– Господин Костеас будет ждать вас в вестибюле конференц-зала, – терпеливо-любезно повторил портье. – Завтра в одиннадцать часов утра.

– Но почему именно здесь? – удивилась Дженнифер, не осознавая, что говорит вслух.

– «Холидей-инн» – единственный отель в старом городе, который принадлежит гостиничному концерну господина Костеаса, – бесстрастным тоном пояснил портье. – Всего доброго, мисс Кросби!

– Спасибо… – пролепетала Дженнифер и опустила трубку.

Нет, ну это надо же так угадать! Она прекрасно знала, что большинство фешенебельных отелей расположено в новом городе, и, бронируя номер, специально уточнила, где находится «Холидей-инн». Отель оказался не из дешевых, с бассейном на крыше и с прекрасным видом на Никосию, но в черте старого города. Ей и в голову не могло прийти, что «Холидей-инн» тоже принадлежит концерну Косте асов!

Дженнифер почти не спала в эту ночь. В голове бесконечной каруселью кружились воспоминания того незабываемого октябрьского дня, когда она впервые увидела Никоса, и памятного лета, когда она поняла, какое счастье любовь, даже безответная… Нет, как же это могло случиться? Как Никос сумел преодолеть ее неприязнь к мужчинам и пробудить в ней чувство? И почему даже после того, как он взял и ушел из ее жизни, не удосужившись ничего объяснить, она не могла думать о нем спокойно?

Утром она встала, самым тщательным образом привела себя в порядок, снова проверила все документы, которые дала ей Роузмари, и без пяти одиннадцать поднялась на лифте в конференц-зал.

Откинувшись на спинку кресла, Никос сидел в просторном прохладном вестибюле, задумчиво поглаживая запотевший стакан с охлажденной минеральной водой. (Пить спиртное во время рабочего дня не входило в его привычки.) Он был спокоен и невозмутим: вышколенная обслуга маячила в поле зрения, так что его разговору с Дженнифер Кросби никто не помешает.

Он преднамеренно назначил ей встречу в общественном месте и именно в конференц-зале, а не в ресторане – пусть она с самого начала не питает на его счет никаких иллюзий. И пусть не думает, что ее чары всесильны!

Никос повернулся в сторону входа и увидел за стеклянными дверями Дженнифер. Стоило ей выйти из лифта, как два швейцара чуть не передрались, оспаривая право распахнуть перед ней дверь. Да, чары Дженнифер, может, и не всесильны, но чертовски сильны!

А чего стоит одна только ее волнующая походка! А что за скромный наряд!.. Да нет же, это чистой воды провокация! Никакое платье не в силах скрыть соблазнительные округлости и изгибы. А прическа? Роскошные рыжие волосы собраны на затылке в пристойный хвост. Спрашивается, зачем? А затем, что у любого нормального мужчины тут же возникнет желание распустить ей волосы или хотя бы представить себе, как они рассыплются по подушке.

Никос нахмурился. Однако весьма поучительно лицезреть, какое воздействие Дженнифер с ее ангелоподобной внешностью производит на всех без исключения мужчин. Нет, это высший пилотаж! Ведь она еще умудряется сохранять при этом совершенно невинный вид, как будто и не замечает жертв своих чар. Только он больше на все это не попадется!

Дженнифер вошла и, увидев Никоса, на миг прикрыла глаза. До последней минуты ей не верилось, что она снова его увидит. Сколько раз за эти три года она представляла себе, как они встретятся! И вот она снова на Кипре. И снова она идет ему навстречу.

Никос поднялся, и у Дженнифер сердце пустилось вскачь. Какой же он высокий! Античный бог в строгом деловом костюме… Как и три года назад, в прекрасной физической форме – ни капли жира, сплошная мускулатура. Смуглая загорелая кожа, непокорные черные волосы, карие пронзительные глаза, волевой подбородок, красиво очерченный чувственный рот…

У Дженнифер подкашивались ноги и дрожали руки. Чуть не выронив папку с документами, она замедлила шаг, пытаясь успокоиться, и вдруг заметила, что остановилась вовсе и молча глазеет на него, как влюбленная школьница на первом свидании. А он, как нарочно, стоит и ждет, пока она сама к нему подойдет. Ну конечно! Он всегда подавлял ее. И мог загипнотизировать одним лишь взглядом.

Никос смотрел, как Дженнифер приближается, и ему пришло в голову, что она похожа на изящную хрупкую фарфоровую статуэтку. Любому мужчине захочется защитить это нежное создание от всех бед. Он шумно вздохнул. Черт! Ведь он всего лишь мужчина! А она все такая же, как он ее запомнил, нет, еще лучше… Молочно-белая нежная кожа, светло-зеленые глаза, опушенные длинными ресницами, пухлые губы… В общем, само искушение во плоти!

В нескольких шагах от него Дженнифер остановилась и, не в силах оторвать от него глаз, пробормотала чужим голосом:

– Сколько лет, сколько зим…

– Да уж!.. – буркнул Никос и не слишком любезным тоном предложил: – Выпьешь чего-нибудь?

– Если можно, апельсинового соку. – Никос подозвал официанта, передал заказ и снова обернулся к ней.

– Так о чем ты хотела со мной поговорить? – сухим тоном осведомился он. – Только имей в виду, времени у меня в обрез.

Опешив от подобного приема, Дженнифер с благодарностью кивнула официанту, который с готовностью выдвинул для нее стул и источал улыбки, пока Никос не цыкнул на него на греческом и тот спешно ретировался.

– Да, мои соотечественники явно не ровно дышат к англичанкам, – ухмыльнулся Никос. – Особенно к рыжеволосым…

– Да? Может быть… – пробормотала Дженнифер, прислушиваясь к себе и с ужасом осознавая, что близость Никоса волнует ее так же, как и три года назад.

– Впрочем, чему тут удивляться? – Никос пожал плечами. – Англичанки славятся своей доступностью.

– Что ты сказал? – вспыхнув, спросила Дженнифер.

Вообще-то, Никос никогда не опускался до хамства, но сейчас преднамеренно провоцировал Дженнифер, чтобы она наконец выпала из образа бедной маленькой овечки.

– Некоторые англичанки питают слабость к южанам, так что не вини моих соотечественников за то, что они не дают тебе проходу.

– А я никого не виню, – ответила Дженнифер, вцепившись в папку с документами, лежавшую у нее на коленях, и подняла на него глаза.

Она была сражена, что Никос разговаривает с ней в подобной манере, и, глядя, как его губы дрогнули в усмешке, вдруг с пугающей ясностью вспомнила, как он целовал ее. Ее тело пронзило желание, и она, ужаснувшись своим мыслям, с трудом соображала, о чем идет речь.

Между тем Никос не сводил с нее пристального взгляда, и Дженнифер запаниковала. Усилием воли отведя от него глаза, она зябко повела плечами и от волнения сказала громче, чем хотела:

– Ты сказал, что у тебя мало времени… В таком случае, может, перейдем к делу?

– С удовольствием! – согласился Никос, не отпуская ее глаз. – Так о чем ты хотела со мной поговорить?

– Хотела обсудить недоразумение по поводу договора, который ты заключил с моим отцом.

– Недоразумение? – повторил он, а сам подумал: значит, она на самом деле приехала к нему по делу. – Никакого недоразумения нет. Лично мне все ясно.

– Нет, есть! – пробормотала Дженнифер и принялась дрожащими руками вытаскивать из папки документы. – И сейчас ты сам в этом убедишься.

Какого черта?! Что еще за цирк? Неужели она всерьез думает, что его коммерческий директор не разобрался что к чему!

– Вот, посмотри сам… тут все… – Дженнифер разложила на столе копии счетов, платежек и прочие документы, которые подготовила Роузмари. – Видишь?

– Что я должен видеть? – фыркнул Никос. – Не стану я смотреть твои бумажки! Твой отец нарушил условия договора и за два года не выплатил мне ни пенса.

– Как это не выплатил? – удивилась Дженнифер и, схватив со стола несколько квитанций, протянула Никосу. – Взгляни сам. Все это мы перечислили в лондонское отделение Банка Кипра… Получатель «Костеас Компаниз Инкорпорейтед»… Посмотри на реквизиты денежных переводов…

Никос не шелохнулся, но слушал Дженнифер с живейшим интересом: он проводил все свои сделки через другой банк.

– Знаешь, чем закончится это недоразумение? Судом.

– Что ты хочешь этим сказать? – побледнев, спросила Дженнифер. – При чем здесь суд?

– А при том, что я не имею никакого отношения к «Костеас Компаниз Инкорпорейтед».

– Как это не имеешь? Логотип вашего холдинга ККИ, то есть «Костеас Компаниз Инкорпорейтед»!

– Да что ты говоришь! – хмыкнул Никос. – ККИ, да будет тебе известно, это «Костеас Компаниз Интернэшнл». Так что я не имею ни малейшего отношения к деньгам, якобы перечисленным на счет «Костеас Компаниз Инкорпорейтед».

– Значит, все деньги, которые мы якобы тебе задолжали преспокойно лежат себе на этом счете! – обрадовалась Дженнифер, решив, что недоразумению конец. – Понимаешь? Просто мы ошиблись с названием и перечислили деньги на другой счет, только и всего! – Она замолчала и, сраженная неприятной догадкой, воскликнула: – А вдруг их кто-нибудь уже снял?!

Никос, не отрывая глаз, следил за ней и внезапно поймал себя на том, что получает от всего этого действа огромное удовольствие. Нет, Дженнифер, конечно, это нечто! Не знай он, что она за штучка, точно купился бы на эти распахнутые глазки и невинное личико! Ее место в театре или того лучше – на телевидении. Какая филигранная игра! А какие интонации! Чего стоит только одна ее фразочка: «А вдруг их кто-нибудь уже снял?» Нет, ну просто хочется плакать, ей-Богу!

Да он готов поставить половину своего состояния, что эти деньги уже кто-нибудь снял! И нетрудно догадаться, кто это мог быть. Наверняка Роберт Добсон. Это же самое милое дело – перекачивать деньги на фальшивые счета!

– Ты меня слушаешь? – повысила голос Дженнифер, удивляясь спокойствию Никоса, и даже привстала со стула, стараясь растолковать ему то, в чем сама только что разобралась. – Либо все эти отчисления так и лежат на злополучном счете, либо кто-то в течение двух лет прекрасно себе поживал на твои денежки!

– Слава Богу, это не мои проблемы! – сладким голосом ответил он, стараясь не замечать, как от резкого движения под тонким платьем обрисовались ее маленькие, как два сочных яблока, груди. И как он тут же пришел в возбуждение! Черт!

– Как это не твои проблемы?.. – опешила Дженнифер. – Но ведь деньги-то твои! – И она отважилась встретить его взгляд.

В результате сердце учащенно забилось, дыхание перехватило, грудь набухла… Она тут же опустила глаза и, отпрянув, снова села. Какой стыд! А вдруг Никос чувствует, что до сих пор имеет над ней такую власть? Но почему?! Да, он красивый мужчина, даже очень красивый, но ведь она его больше не любит? Ну она и штучка! Глядя на Дженнифер, Никос вспоминал, как она и раньше точно так же доводила его до исступления своими взглядами и всяческими телодвижениями, а распалив его, изображала святую невинность. А один раз и вовсе собралась ехать к нему на квартиру, а потом, когда он позволил себе зайти дальше дружеских поцелуев, сказала испуганным голоском: «Я тебя боюсь». Да она просто садистка!

– Желаю успехов в твоем расследовании, – с металлом в голосе произнес Никос. – Однако «Кросби-тур» нарушил условия договора и должен компенсировать все мои убытки.

– Конечно, я согласна, но…

– Мне не нравится, когда меня обворовывают. – Никос сверкнул глазами. – Понятно?

– Но я прошу тебя всего лишь взглянуть на документы… – Дженнифер подняла на него полные упрека глаза. – Неужели это так сложно? Ну почему ты со мной так обращаешься?

– Как «так»?

– Как будто мы с тобой враги… – пробормотала она.

– Нет ничего хуже бывших любовников, – отчеканил Никос, глядя на нее в упор. – А мы с тобой и любовниками-то не были.

Дженнифер опустила глаза и тупо смотрела в документы, стараясь сдержать слезы. Ну вот! Он сам сказал то, о чем она всегда догадывалась. Вот почему он утратил к ней всяческий интерес. Потому что они не были любовниками! Она так и знала, что Никосу от нее нужен только секс! Дженнифер схватила стакан и глотнула апельсинового соку. Надо срочно успокоиться! Она здесь по делам «Кросби-тур» и нечего ковырять старые болячки.

– У меня мало времени, – напомнил ей Никос, стараясь ожесточиться и не обращать внимания на то, как Дженнифер сидит с видом обиженного ребенка. Он уже имел случай убедиться, что эту несравненную актрису интересует исключительно его кошелек, а не обручальное колечко.

Переведя дыхание, Дженнифер подняла голову и как можно спокойнее сказала:

– Я согласна, последнее время «Кросби-тур» работает не лучшим образом. Два года назад отец после инфаркта полностью удалился от дел и всем заправлял Роберт. А теперь, когда Роберта нет, его заменила Роузмари. Ты говоришь, мы нарушили условия договора и ты не намерен делать поблажек… Но, пойми, если мы сейчас выплатим тебе все долги, фирма обанкротится.

– Ничего не поделаешь. Бизнес есть бизнес. Извини, но я не могу сидеть и скорбеть вместе с вами, – сухо сказал Никос, а про себя подумал: интересно, куда же подевался Роберт? Сошел в могилу? Или осчастливил другую фирму?

– Роберт ушел к Стефани, лучшей подруге сестры, – ответила на его невысказанный вопрос Дженнифер, опуская глаза. – Роузмари с Робертом развелись.

Так вот почему Дженнифер прикатила на Кипр и сидит тут перед ним, хлопая своими пушистыми ресничками! Роберт нашел себе другую дурочку. А Дженнифер и теперь, говоря об этом хлыще Добсоне, старательно тупит глазки! За ангельской красотой скрывается беспринципная жадная хищница, лживая до мозга костей! Однажды она солгала ему и своим лживым языком подписала себе приговор. Дженнифер хитра, но не умна.

– Никос, ты что, меня совсем не слушаешь? – спросила Дженнифер, чуть повысив голос. – Я говорю об очень важных вещах. Если ты не получал этих денег…

– Что значит «если»? – возмутился Никос. – Сколько можно повторять, за два года я не получил от вас ни пенса!

– Но ведь это случилось по ошибке! Потерпи и дай нам время хотя бы во всем разобраться!

– Почему я должен терпеть? – спросил он, вспомнив про местных строителей, которые долго терпели, только так ничего и не дождались от «Кросби-тур»!

– Не знала, что ты такой… – пробормотала Дженнифер. Неужели Никос и раньше был такой? Как же она этого не замечала! Любовь слепа… – Ведь я прошу тебя только дать нам отсрочку…

– Нет, – отрезал Никос. – Ты и так отняла у меня много времени.

– Послушай, но ведь я не знала, что все так плохо! – чуть не плача, возразила Дженнифер. – Может, ты мне поможешь? Хотя бы разобраться с этой путаницей с банковскими счетами…

Новый поворот сюжета: Дженнифер со слезами на глазах молит о помощи. А что? Может, поиграть с ней в ее же игры? Впрочем, зачем? Что нового и интересного он от нее услышит? Хватит с него мифотворчества!

– Ну пожалуйста, Никос, взгляни на документы… – Чувствуя, что он колеблется, Дженнифер подтолкнула бумаги поближе. – Одно я могу обещать тебе наверняка: ты точно получишь все свои деньги. Роберт построил в Ларнаке пять роскошных коттеджей. Мы продадим их и расплатимся с долгами.

Нет, это уж слишком! Да за кого она его держит?! За полного идиота? Какая наглость! Сидит и открыто врет ему в лицо! Неужели она полагает, что он пришел к ней на встречу, не проверив всех фактов? Нет, ее нужно проучить!

Никос пододвинул документы к себе и, не глядя на Дженнифер, пробурчал:

– Ну ладно… Только я ничего не обещаю.

– Я все понимаю… конечно, какие же могут быть обещания?.. – залепетала Дженнифер, ослабев от облегчения и тут же уверовав, что, как только Никос посмотрит документы, он проявит сочувствие.

– Однако разобраться со всей этой путаницей будет не так просто, – задумчиво произнес Никос. – И на это уйдет масса времени. А время дорого.

– Я понимаю…

– Понимаешь? – прищурился Никос, начиная входить во вкус игры. – Ну и чем же ты собираешься со мной расплачиваться?

Дженнифер напряглась и, чуть порозовев, пробормотала:

– Я тебя не понимаю…

– А что тут непонятного? – ухмыльнулся Никос. – Все очень просто. Мне понадобится твоя помощь. Чтобы разобраться со всей этой бухгалтерией.

– Ах вот оно что! Ну конечно! – обрадовалась Дженнифер. – А что от меня потребуется?

– Сейчас мне всем этим заниматься некогда. А завтра я лечу по делам в Пафос и предлагаю тебе присоединиться ко мне. Погостишь у меня в особняке пару дней, – не моргнув глазом объяснял Никос. – Согласись, так будет удобнее. Если у меня возникнут вопросы, ты всегда будешь под рукой.

Пару раз Дженнифер порывалась что-то возразить, но прикусывала язык. Никос с интересом следил за сменой выражений у нее на лице, точно зная: она согласится! А по дороге в Пафос они непременно сделают остановку – полюбоваться на «роскошные коттеджи», построенные ее разлюбезным Робертом!

– Ну, что скажешь, Дженнифер? – небрежным тоном спросил он.

– Я согласна, – промямлила она. – А когда мне к тебе приехать? И где это?

– Завтра в одиннадцать за тобой заедет машина. Я буду ждать тебя в аэропорту, и мы сразу же полетим ко мне на виллу в Пафос. – Никос задержал взгляд на ее полных губах и на миг представил Дженнифер у себя в постели. Может, стоит воспользоваться моментом? Нет! Он до такой низости не дойдет! – Ну что, договорились?

– Договорились. Спасибо тебе. – Она опустила глаза и, чувствуя его взгляд, снова пришла в возбуждение. – Спасибо за то, что ты нашел для меня время.

Экая скромница! Теперь ясно: Дженнифер наверняка замешана в грязных махинациях «Кросби-тур». Как только соберет всю необходимую информацию, сразу же сдаст ее полиции. И ни за что не пойдет на поводу у своих инстинктов! Он сделает то, что должен сделать. Раз Дженнифер преступила закон, она заплатит за это, как любой другой преступник. Приняв решение, Никос поднялся и бесстрастным тоном произнес:

– Ну, мне пора. До завтра.

– До завтра. – Дженнифер тоже поднялась и, когда он уже повернулся уходить, окликнула его: – Никос… Может, мы все-таки останемся друзьями?

Он остановился как вкопанный и, глядя в эти невинные светло-зеленые глаза, чуть не поперхнулся.

– Дженнифер, я уже большой мальчик, да и ты тоже давно не маленькая девочка!

Дженнифер вспыхнула и потупилась, кляня свой длинный язык.

– Хотя, с другой стороны, радость моя, не в моих правилах разочаровывать даму, – с ухмылкой заметил Никос, шагнул к ней и, притянув к себе, залепил рот поцелуем.

От неожиданности Дженнифер обмякла, а потом обвила его руками за шею и, застонав, ответила на поцелуй. А Никос тут же отпустил ее и отпрянул, приведя Дженнифер в еще большее смятение.

Какого черта! Ну разве можно так распускаться! Он же принял решение! Нет, с Дженнифер нужно быть настороже. Она может перепутать все его планы.

– Извини, больше это не повторится, – четко и внятно произнес он. – Между нами больше ничего нет.

Никос развернулся и ушел, а она еще долго стояла, пытаясь унять дрожь. Если между ними ничего нет, зачем тогда он полез к ней целоваться? И почему она его не оттолкнула? Нет, какая же она все-таки дурища! Так унизиться! Нет, ей нет оправдания! Она что, забыла, зачем прилетела на Кипр?

Никос верно сказал: она уже большая девочка! Ей уже двадцать два, она все еще девственница, а разума у нее чуть больше, чем у Дороти с Кэтти! Да она сама спровоцировала Никоса! Выходит, сама хотела, чтобы ее унизили? Ну что ж! Что хотела, то и получила!

Дженнифер вернулась в номер и без сил повалилась на кровать. Господи, и зачем только она согласилась лететь на Кипр! Нечего сказать, отдохнула, развеялась… Хотела помочь сестре, а в результате только сама окончательно запуталась. А Роузмари уверяла, что с документами все в порядке… Неужели это все проделки ее бывшего муженька?

Вспомнив Роберта, Дженнифер гадливо поморщилась. Когда Роузмари выходила замуж, ей исполнилось одиннадцать. Дженнифер была подружкой невесты, и ей очень нравилось нарядное, сшитое специально к свадьбе сестры платье. Поначалу она радовалась, что Роузмари, хоть и вышла замуж, осталась жить вместе с мужем в доме отца. Кто мог знать, что Роберт Добсон сыграет столь зловещую роль в ее жизни!

Даже теперь, когда он разошелся с сестрой, она ощущала его незримое присутствие и в ней продолжал жить испуг, который она испытала семь лет назад.

Как-то раз, возвращаясь домой от подружки, Дженнифер заметила в укромном уголке парка красную спортивную машину Роберта. Обрадовавшись, что ее подвезут домой, она подбежала и увидела в ней мужа сестры в обнимку с какой-то девицей. По счастью, они были настолько поглощены друг другом, что не заметили Дженнифер и она потихоньку убежала, гадая, как ей лучше поступить.

До этого момента у Дженнифер не было от сестры тайн. Но рассказать Роузмари о том, что она видела в парке, Дженнифер так и не решилась. Хотя она еще была ребенком, она знала: сестра любит мужа и такие откровения доставят ей душевную боль. Какое-то время Дженнифер страдала втихомолку, а потом отважилась поделиться с отцом.

– Этого не может быть! – заявил отец. – Ты ошиблась.

– Нет, я точно знаю: это был Роберт! – уверяла Дженнифер. – И машина точно его. Я же видела номер!

– Не желаю больше ничего слышать, и не вздумай нести такую околесицу сестре! – выговаривал дочке Питер Кросби. – Роузмари с Робертом счастливы в браке. Так что не смей выдумывать глупости про моего зятя!

Дженнифер от отца подобной реакции не ожидала. Ну разве могла она понять детским умом, что отец слишком много надежд возлагал на этот брак и потому не желал плохо думать о зяте? Стремясь сохранить семью, Питер Кросби совершил непоправимую ошибку: предупредил Роберта, что его видели в парке с какой-то девицей.

Роберт сложил два плюс два и на следующий день, подкараулив Дженнифер, когда она возвращалась из школы, посадил к себе в машину и отвез в парк.

– Слушай ты, козочка длинноногая, советую держать язык за зубами! – посоветовал он, глядя на нее своими похотливыми глазками. – А то знаешь, что я с тобой сделаю?

Помертвев от страха, Дженнифер молча затрясла головой.

– А я тебе сейчас расскажу! – И он плотоядно оскалился. – Стащу с тебя одежду, раздвину твои стройные ножки – и вперед! А то еще приятелей приглашу, пусть тоже попользуются… Усвоила? – Роберт захохотал. – А сестре твоей скажу, что ты сама ко мне пристаешь. Ясно? Как думаешь, кому она поверит? С того дня Дженнифер поняла, что такое жить в страхе. Роберт не упускал случая шепнуть ей на ухо сальность и кидал на нее такие взгляды, что у нее по телу бежали мурашки. И хотя руки он не распускал, Дженнифер постоянно боялась, что рано или поздно это случится. В результате она выросла скрытной и замкнутой, избегала общения с парнями и ужасно не любила, когда мужчины обращают на нее внимание.

Дженнифер вздохнула с облегчением только года через два, когда по совету тети Энн решила поступать в Никосийский университетский колледж туризма и управления гостиничным хозяйством. Закончив школу, она поехала на Кипр и встретила там Никоса, первого мужчину, которого полюбила, но так и не сумела удержать.

Глава 2

На следующее утро Дженнифер поджидала Никоса в аэровокзале Никосии. С замиранием сердца она смотрела, как он уверенным шагом спускается по трапу и идет по летному полю, давая на ходу инструкции своим референтам. Даже издалека было очевидно – это человек сильный, властный, абсолютно уверенный в себе и привыкший к тому, что его беспрекословно слушаются. Обменявшись приветствиями с работниками аэропорта, он, чуть нахмурясь, кивнул в сторону Дженнифер, и через пару минут к ней подошла девушка в униформе и с улыбкой сообщила:

– Мисс Кросби, можете пройти!

Дженнифер кивнула и, миновав турникет, вышла на летное поле. Никос смотрел на нее – стройную, хрупкую, в скромном платье бежевого цвета и незамысловатом белом жакете, собранные в хвост роскошные волосы треплет ветер, – и его обуревали сомнения. У нее был такой юный и такой невинный вид, что на миг ему стало ее жалко и возникло желание тут же купить ей билет на ближайший рейс до Англии, посадить в самолет и отправить домой.

Он усмехнулся. Что это он разнюнился? Как же его легко разжалобить! Да и что, собственно говоря, он собирается сделать? Всего лишь отплатить Дженнифер той же монетой – заманить ее в ловушку. Вознести на вершину блаженства, а потом, когда она полностью расслабится, вернуть на грешную землю. Интересно, как она поведет себя в подобной ситуации?

Нет, он должен прояснить все до конца. Пусть полюбуется на коттеджи, которые она собралась продавать для поправки дел «Кросби-тур», а он с превеликим удовольствием посмотрит на ее невинное личико! А там видно будет, как с ней поступать дальше. Может, придется сдать ее полиции. Ведь формально директор фирмы теперь Дженнифер (он своими глазами видел документы), так что ее вполне можно привлечь к ответственности, хотя его голубая мечта – отправить на скамью подсудимых этого подонка Добсона.

– Добрый день! – пробормотала Дженнифер, поравнявшись с Никосом. – Сегодня жарко…

– А будет еще жарче, – проговорил сквозь зубы Никос и чуть заметно коснулся ее спины, направляя в сторону стоявшего неподалеку вертолета. – Пошли.

– А нам долго лететь?

– Около часа. Правда, по дороге придется сделать остановку, – ответил Никос и, не дожидаясь новых вопросов, тут же поменял тему: – Ну и как тебе Кипр?

– Я еще не совсем акклиматизировалась. На следующей неделе вплотную займусь экскурсиями и разработкой новых маршрутов. Роузмари хочет организовать дополнительные туры на весну… – торопливо сказала Дженнифер и осеклась, когда Никос, взяв ее за талию, подсадил в вертолет. – Спасибо, – чуть слышно пробормотала она, порозовев от смущения.

Она села в кресло и принялась возиться с ремнем. Никос устроился рядом, сделал знак пилоту, и лопасти вертолета пришли в движение. Заметив, что Дженнифер никак не может справиться с тугой пряжкой, Никос наклонился и помог ей.

Она отпрянула к спинке и не мигая смотрела на него, а ее сердце стремительно набирало обороты. Наконец он отрегулировал ремень и пристегнул ее, а когда возвращался на свое место, Дженнифер вздохнула и вдруг почувствовала его запах. Ее охватила дрожь, и она, закусив губу, вцепилась в подлокотники. Внезапно захотелось погладить его по волосам, коснуться рукой щеки и снова вдохнуть его запах…

От таких мыслей сердце застучало еще сильнее, грудь набухла, во рту пересохло. Дженнифер пришла в ужас. Что же это такое? Выходит, рядом с Никосом она собой не владеет?! Как же она будет обсуждать с ним дела фирмы?

Во время полета она молча смотрела в иллюминатор. Вертолет взял курс в глубь острова, и открылась панорама гор, то поросших дубом, кипарисом и сосной, то пересеченных ущельями и руслами пересохших речушек.

Примерно через полчаса живописный пейзаж сменился унылым плоскогорьем с заброшенными горными разработками. Дженнифер вспомнила, что им предстоит остановка. Она решила, что, может, где-то неподалеку добывают известняк или мрамор и Никос должен заехать сюда по неотложному делу. Вертолет пошел на снижение и приземлился на каменистом плато.

Никос спрыгнул и протянул руку Дженнифер. Она вышла и огляделась. Кругом, насколько хватало глаз, царило безмолвие гор и запустение. Лишь пыльная заброшенная дорога напоминала о том, что где-то за горами есть цивилизация.

– Знаешь, где мы? – спросил Никос, глядя на нее в упор.

Дженнифер покачала головой и, вскинув брови, ответила:

– Понятия не имею.

– Ничего, скоро узнаешь… – буркнул он и, взяв ее за локоть, повел по дороге.

За скалистым уступом показались столбы, какие-то явно заброшенные времянки и выложенные из известняка арочные ворота.

– Что это? – спросила Дженнифер, начиная волноваться. – Зачем ты меня сюда привез?

– Боишься? – мрачно ухмыльнулся Никос. – Напрасно. Тебе ничто не угрожает. Хотя пейзажик на самом деле подходит для съемки триллера.

Дженнифер покосилась на него и ни к месту подумала, что он даже в строгом сером костюме и ослепительной рубашке, оттенявшей бронзовый загар, выглядит жутко сексуально. У нее перехватило дыхание, и она, злясь на себя за подобные мысли, высвободила руку и снова спросила:

– Так зачем мы сюда приехали?

– Заинтригована? – Он снова ухмыльнулся. – Немного терпения…

Дорога пошла в гору, и Никос, схватив ее за запястье, потянул за собой. От прикосновения его сильных горячих пальцев по телу Дженнифер разлилось тепло, и какое-то время она покорно брела за ним, не переставая изумляться тому, сколь велика власть Никоса над ее телом.

– Ну вот мы и пришли! – объявил он и отпустил ее руку. – Скажи откровенно, Дженнифер, как тебе этот вид?

Она обвела глазами поросший сорняком пустырь в окружении унылых скал и, вскинув брови, растерянно пробормотала:

– Никос, я ничего не понимаю… Ты сказал, что мы летим к тебе на виллу… А по дороге остановимся…

– Вот именно. Решил сделать тебе сюрприз, – не отрывая от нее глаз, подтвердил Никос. – Мы приехали!

– Куда?

– А ты не знаешь? – снова спросил он. – Ну ладно, хватит загадок! Полюбуйся, Дженнифер, эту землю Роберт Добсон купил для строительства коттеджей. Ну что, нравится?

Дженнифер снова огляделась и нервно хохотнула.

– Этого не может быть! Тут наверняка какая-то ошибка… Я точно помню, коттеджи где-то в окрестностях Ларнаки и место там очень красивое…

– Увы! – Никос мрачно хмыкнул и развел руками. – Никакой ошибки тут нет. Именно этот участок купил для строительства коттеджей «Кросби-тур» Роберт Добсон. Причем за бесценок, потому как эта земля никому не нужна.

– Да нет же! – Дженнифер поправила ремень сумочки и сложила руки на груди. – Здесь совсем неживописно… А наши коттеджи построили в…

– Дженнифер, позволь тебе напомнить, что пресловутые ваши коттеджи предполагалось строить на мои деньги, – прервал ее Никос. – Неужели ты на самом деле думаешь, что я мог так ошибиться?

Дженнифер перевела дыхание и, тщательно подбирая слова, сказала:

– Но ведь ты, хотя и финансировал проект, не слишком вникал в детали и…

– Ты права! – снова перебил ее он. – Я не слишком вникал в детали, в этом и состоит моя ошибка! – Он вздохнул. – Я поступил безответственно и вины с себя не снимаю. Надо было с самого начала жестко контролировать проект и тогда всего этого безобразия… – он выразительно обвел глазами пустырь, – могло бы и не быть.

– Никос, послушай, я уверена, тут какая-то ошибка! – стояла на своем Дженнифер, хотя внутри стремительно росла тревога. – Коттеджи построили в другом месте.

– Хватит морочить мне голову! – раздраженным тоном пресек ее Никос. – У меня в кармане копия договора на строительство коттеджей, подписанная Добсоном, и копия договора купли-продажи. Показать?

– Не надо мне ничего показывать! – повысила голос Дженнифер, начиная заводиться. От волнения у нее закружилась голова: с тех пор как она вылезла из вертолета, она полностью утратила чувство реальности. – Никос, я своими глазами видела фотографии. Все пять коттеджей уже построены, остались только отделочные работы… И место очень красивое. Неподалеку апельсиновая роща и… и никаких пустырей и заброшенных карьеров там нет!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.