# Приключения в лесу Ёлки-на-Горке

Турбьёрн Эгнер

## ГЛАВА ПЕРВАЯ. О Лазающем Мышонке, о его друге – Лесном Мышонке Мортене и о слойке с изюмом

Мышонок Мортен был самым маленьким из всех четвероногих обитателей леса Ёлки-на-Горке. Думаю, что он был не больше твоего мизинчика – во-о-от такусенький, а это ведь совсем немного. Зато Мортен был очень вежливым и трудолюбивым. Он вечно был занят своими делами и не лез в чужие. (Ты даже не представляешь себе, как это важно.)

«Ах, – думал Мортен, – если бы все были такими, как я! Но они не такие. И хуже всех этот противный Лис. Он рыскает по всему лесу и мечтает только о том, как бы ему кого-нибудь съесть».

Мортен так разволновался от всех этих мыслей, что даже сказал: «Тьфу!» Так громко-громко: «Тьфу!»

И в это время в дверь постучали.

– Кто там? – спросил Мортен.

– Всего-навсего я, – ответил Лазающий Мышонок и заглянул в комнату. – Понимаешь, сидел я у себя дома и вдруг подумал, что тебе, может, грустно одному. И тогда я решил: пойду-ка я к своему лучшему другу Мортену, спою ему мою новую песенку, подбодрю его немножко. Да, именно так я и подумал.

– Молодец, что так подумал, – обрадовался другу Мортен. – Заходи, – добавил он.

– А почему ты сказал «тьфу», когда я входил в комнату? – поинтересовался Лазающий Мышонок.

– Я не говорил «тьфу», – ответил Мортен.

– Ты просто забыл. Как раз, когда я постучал в дверь, ты сказал: «Тьфу!»

– А-а, вот про какое «тьфу» ты спрашиваешь, – сообразил Мортен. – Я сказал «тьфу», потому что как раз в эту минуту подумал о Лисе.

– А-а, тогда я тебя очень хорошо понимаю. А теперь… – замялся Лазающий Мышонок.

– Что «теперь»? – не понял Мортен.

– А теперь… – тянул Лазающий Мышонок.

– Ну что «теперь»?

– Я думал, ты сам меня об этом попросишь, – честно признался Лазающий Мышонок.

– Конечно, попрошу. Только скажи, пожалуйста, о чем я должен тебя попросить.

– Попросить, чтоб я спел тебе свою новую песенку.

– Конечно! Как раз об этом я и хотел тебя попросить. (Я же говорил, что Мортен был очень вежливым Лесным Мышонком.)

Лазающий Мышонок взял гитару – она всегда висела у него на плече – и приготовился играть.

– Это маленькая песенка обо мне самом, – сказал он, взял первый аккорд и запел


ПЕСЕНКУ ЛАЗАЮЩЕГО МЫШОНКА:[1]'

Жил-был мышонок…
Ну да, это я.
Нет в мире мышонка
Счастливей меня.
Доволен я всем,
Никогда не грущу,
Денёк не поем —
Веселее свищу.
Фальдерулля лей!

Другие весь день
По зерну тащат в норку.
А мне что-то лень,
Да и что в этом толку —
Все дружат с мышонком,
Мышонок всем нужен,
И каждый с мышонком
Разделит свой ужин.
Фальдерулля лей!

Меня приглашают,
А я тут как тут.
Чем здесь угощают?
Что здесь подают?
Я ем, и я пью,
Веселюсь до упаду —
Я песни пою,
Мне работать не надо.
Фальдерулля лей!

– Понравилась? – спросил Лазающий Мышонок, когда закончил петь.

– Честно говоря… – замялся вежливый Мортен, – это не очень-то правильная песенка.

– Зато весёлая, – возразил Лазающий Мышонок.

– Конечно, весёлая, – сказал Мортен, – но все-таки она не из тех песенок, которые заставляют нас думать: «Сегодня мы должны как следует потрудиться и собрать побольше орехов».

– Ну и что? Это праздничная и развлекательная песенка. Она заставляет нас думать:

«Сегодня мы должны быть весёлыми и съесть побольше орехов». А собирать орехи – это совсем другое дело.

– Но лучше бы ты сочинил песенку собирателя орехов, – посоветовал Мортен. – Она была бы куда полезнее.

– Все бы вам польза да польза, – заворчал Лазающий Мышонок. – Полезно – не полезно! Ну а вообще-то, раз ты мой лучший друг, я с удовольствием сочиню для тебя песенку собирателя орехов.

– Большое спасибо, – поблагодарил Мортен.

– Это будет настоящая трудовая песенка. Но она будет только твоя песенка.

– Хорошо, – согласился Мортен, и Лазающий Мышонок начал сочинять.

Он походил немножко вперёд и назад, потом немножко назад и вперёд, потом почесал лапкой за ухом и…

– Хочешь послушать? – спросил Лазающий Мышонок.

– С удовольствием, – сказал Мортен, и Лазающий Мышонок запел


ПЕСЕНКУ СОБИРАТЕЛЯ ОРЕХОВ:

Люблю я орешки пощёлкать, поесть,
За ними не лень мне на дерево влезть.
Вот это для тёти пятнадцать орешков,
А это Зайчонку – сложу их в тележку.
Я эти орешки на слойки сменяю.
Ах слойки с изюмом, я вас обожаю!

– Да, это очень хорошая песенка, – сказал Мортен. – Правда, ты забыл, что я не умею лазать по деревьям – ведь я обыкновенный лесной мышонок, – добавил он, – все равно она мне очень подойдёт, потому что каждую субботу я вымениваю себе большую слойку с изюмом у Зайки-пекаря.

– Я это знаю, – скромно отозвался Лазающий Мышонок. – Я ещё утром сообразил, что сегодня суббота, и подумал про себя: «Сидит сейчас бедняжка Мортен у себя дома совсем один, с большой слойкой, и скучает». И тогда я сказал самому себе: «Ты должен пойти к Мортену и помочь ему. А то ведь ему одному не справиться».

Мортену стало очень приятно, что у него такой заботливый и внимательный друг. Он подошёл к шкафчику и вытащил из него большую слойку. Сверху она была покрыта изюмом, прямо как ёжик колючками.

– О-о! – сказал Лазающий Мышонок. (Больше ничего он сказать не мог.)

Сначала Мортен хотел разделить слойку на три части, как он всегда это делал. Но Лазающему

Мышонку показалось, что такая делёжка будет не совсем правильной, потому что тогда одному достанется два куска, а другому только один. А съесть два куска ему было все-таки неудобно.

– Давай разделим её на две части, – предложил Лазающий Мышонок.

– Давай, – согласился Мортен, который быстренько сообразил, что так действительно будет удобнее.

Так они и сделали, и это оказалось куда как легко. («И правильно», – подумал Лазающий Мышонок.)

Они сидели, жевали слойку и болтали понемножку обо всем, что происходило в лесу.

– Вчера я встретил папу маленьких бельчат, папу Йенса, – сказал Мортен, – он был ужасно злой.

– Угумн? – переспросил Лазающий Мышонок. (Он был очень занят булкой и поэтому говорить внятно не мог.)

– Да, просто жутко, какой он был злой. Он рассказал мне, что почти каждый вечер в его беличью кладовку забирается воришка и ворует орехи, которые папа Йене запасает на зиму.

– Угумн? – удивился Лазающий Мышонок.

– Да. И ему очень хотелось бы узнать, кто этот воришка, – продолжал Мортен.

– А ты не знаешь, кто бы это мог быть? – спросил Лазающий Мышонок. (Он наконец справился с тем куском, который был у него во рту, а новый откусить не успел.)

– Нет, – вздохнул Мортен. – Но папа Йене сказал, что этому воришке несдобровать, когда он, Йене, доберётся до него.

– Ух ты! – оживился Лазающий Мышонок. – А в твоей кладовке много орехов? – поинтересовался он.

– Кое-что найдётся, но не очень-то много, – осторожно ответил Мортен.

– А у меня совсем нисколечко! – гордо сказал Лазающий Мышонок.

– Сколько же это – нисколечко? – не понял Мортен.

– Вообще – нисколько, ни одного орешка.

– Уф?! – с удивлением произнёс Мортен. – Какой-то ты чудной… Ты не работаешь, как другие, не собираешь орехи и корешки и никогда не думаешь о завтрашнем дне, и все равно ты всегда весёлый!

– Я ведь играю и пою, – объяснил Лазающий Мышонок.

– Но ведь этим не проживёшь? – возразил Мортен.

– Но от этого и не помрёшь!

– И ты никогда не хочешь есть? – поинтересовался Мортен.

– Почему же не хочу? Каждый божий день! – весело ответил Лазающий Мышонок.

– Откуда же ты берёшь еду? – удивился Мортен.

– Ха! – беззаботно ответил Лазающий Мышонок. – Где придётся – сегодня там, а завтра здесь.

– Как это «сегодня там, а завтра здесь»?

– А это знает только Лазающий Мышонок, – ответил Лазающий Мышонок и вытер мордочку. – Тысячу раз спасибо за сегодняшнее угощение. А теперь мне пора отправляться домой. Я так устал, что даже сидеть больше не могу, мне надо срочно прилечь.

– Да и слойка уже кончилась, – вздохнул Мортен.

– Знаю, – сказал Лазающий Мышонок и тоже вздохнул.

Они встали из-за стола и начали похлопывать себя по животам. Вдруг Мортен страшно испугался, потому что он кое-что вспомнил.

– О-о-о! – простонал он. – Завтра ведь воскресенье, и ко мне в гости придёт бабушка!

– Ты что, очень боишься бабушки? – удивился Лазающий Мышонок.

– Ну да, – ответил Мортен, – мы же съели всю слойку…

– Твоя бабушка очень любит слойки? – сочувственно поинтересовался Лазающий Мышонок.

– Больше всего на свете!

– Да, нехорошо, что мы её всю слопали. Ну ничего, что-нибудь придумаешь, – успокоил он Мортена. И, поблагодарив за угощение ещё раз («Тысячу раз спасибо!»), Лазающий Мышонок отправился к себе домой, чтобы как следует отоспаться после сытного обеда.

## ГЛАВА ВТОРАЯ. О Лазающем Мышонке, которому удалось ещё раз плотно перекусить, о Мортене, который раздобыл себе новую слойку, и о Лисе, которого одурачили дважды

Когда Лазающий Мышонок проснулся на следующее утро, он был опять ужасно голоден.

«Чудно, – подумал он. – Только вчера я съел большущий кусок чудесной слойки с изюмом… Но так уж, видно, повелось на белом свете: ещё вчера твой живот готов был лопнуть от самой вкусной еды, а сегодня ты по-прежнему голоден. Ну да ничего, что-нибудь сообразим», – сказал Лазающий Мышонок самому себе, взял гитару под мышку и отправился в лес на поиски новых приключений.

День был прекрасный, солнце светило вовсю, и, когда Лапающий Мышонок заметил среди деревьев небольшой пенёк, он уселся на него и запел коротенькую


ПЕСЕНКУ О САМОМ СЕБЕ:

Жил-был мышонок…
Ну да, это я.
Нет в мире мышонка
Счастливей меня.
Доволен я всем,
Никогда не грущу.
Денёк не поем —
Веселее свищу.
Фальдерулля лей!

Другие весь день
Но зерну тащат в норку.
А мне что-то лень,
Да и что в этим толку —
Все дружат с мышонком,
Мышонок всем нужен,
И каждый с мышонком
Разделит свой ужин.

Фальдерулля лей!
Меня приглашают,
А я тут как тут.
Чем здесь угощают?
Что здесь подают?
Я ем, и я пью.
Веселюсь до упаду —
Я песни пою,
Мне работать не надо.
Фальдерулля лей!

Мышонок закончил петь и вдруг… что это? Плюх! К его ногам плюхнулся небольшой пакетик, а из пакетика слегка выглядывал кусочек пряника. Лазающий Мышонок попробовал пряники и самодовольно улыбнулся:

– Ну что, разве я не говорил, что обязательно случится что-нибудь хорошее?

Он поднял голову, чтобы посмотреть, откуда берётся все это хорошее, и увидел наверху, на дереве, множество птичьих семейств, которые сидели возле своих гнёздышек и приветливо кивали ему.

– Спой ещё! – кричали дроздята.

– Ну разве он не прелесть? – спрашивала Маленькая Синичка.

– А какой у него приятный голос, – заметила мама Дроздиха.

– Да, для мышонка у него вполне приличный голос, – тоном знатока сказала Кукушка.

– Эй ты, Мышонок, спой-ка ещё! – опять закричали дроздята. (Ты уже, видно, заметил, что они были не так вежливы, как Мортен.)

И Лазающий Мышонок с удовольствием пел им ещё и ещё, а птицы кидали ему все больше и больше пряников, так что под конец карманы Лазающего Мышонка оказались битком набиты пряниками.

– Тысячу раз спасибо вам всем! – Лазающий Мышонок взмахнул шапочкой, поклонился птицам и снова зашагал по лесу.


Когда Мортен Лесной Мышонок проснулся, он прежде всего подумал о своей бабушке и той слойке, которую они с Лазающим Мышонком умяли накануне.

– Какой ужас! – сказал он самому себе. – Единственное, что можно сделать, – это сейчас же пойти и собрать побольше орехов и выменять на них у Зайки-пекаря новую слойку.

Мортен быстренько соскочил с кровати, схватил свою маленькую тележку и помчался с ней в орешник.

– Прежде чем искать орехи, попробую-ка я спеть новую песенку, которую сочинил для меня Лазающий Мышонок, – сказал Мортен и, задрав голову, медленно пошёл по тропинке, напевая свою весёлую


ПЕСЕНКУ СОБИРАТЕЛЯ ОРЕХОВ:

Люблю я орешки пощёлкать, поесть,
а ними не лень мне на дерево влезть.
Вот это для тёти пятнадцать орешков,
А это Зайчонку – сложу их в тележку.
Я эти орешки на слойки сменяю.
Ах, слойки с изюмом, я вас обожаю!

– Смотри-ка, орех! Ещё орех! И ещё один! – закричал радостно Мортен. «До. чего же хорошо, когда есть своя собственная песенка собирателя орехов! А орех и ещё орех очень скоро превратятся в свеженькую и ароматную слойку с изюмом» – так рассуждал Мортен, накладывая орехи в тележку.

– Ну теперь у меня их даже больше, чем нужно, – сказал он и отправился прямо к домику пекаря.


За прилавком собственной персоной стоял Зайка-пекарь.

– Добрый день, Мортен Лесной Мышонок, – сказал он. – Погода сегодня замечательная. Ты решил прогуляться?

– Да, – ответил Мортен, – и заодно взять у тебя свежую слойку, вроде той, которую ты мне дал вчера.

– Прекрасно! – обрадовался пекарь. – Значит, моя слойка тебе понравилась?!

– Ещё как понравилась! – облизнулся Мортен. – Даже слишком понравилась, по правде говоря. Вообще-то я покупал её на сегодня, – стал объяснять он, – но вчера ко мне неожиданно нагрянули гости, и мы слопали её до последней крошки. А сегодня ко мне придёт бабушка…

– Да-а, – перебил его Зайка-пекарь, – так оно и бывает. – И он достал с полки новую слойку, очень похожую на ту, которую Мортен и Лазающий Мышонок с таким удовольствием съели накануне.

– Пожалуйста, дорогой Мортен, – сказал Зайка-пекарь, давая ему булку. – А в придачу возьми ещё карамельку, чтобы тебе было чем полакомиться по дороге.

И Зайка-пекарь принялся разбирать орехи, которые принёс ему Мортен, а радостный Мортен сказал: «Большое спасибо!» – и отправился домой, во все горло распевая


ПЕСЕНКУ О ТОЙ ВКУСНЯТИНЕ, КОТОРУЮ ОН УСПЕЛ ЗАМЕТИТЬ В ЛАВКЕ ЗАЙКИ-ПЕКАРЯ:

Я в пекарню заходил
К пекарю Зайчонку,
Слойку свежую купил
И, конечно, не забыл
Рассмотреть лавчонку.

В ней полным-полно коврижек,
Кексов и ватрушек,
Есть с орехами – для мышек,
С мёдом пряники – для мишек
И других зверюшек.

Ах, какие слойки здесь!
Ах, какие пряники!
Я штук сто хотел бы съесть.
Но в меня не сможет влезть
Столько – я ведь маленький!

Но был в лесу один злодей, и он слышал эту песенку, а слышать её ему вовсе и не следовало. То был Миккель-Лис. Он лежал, вольготно развалившись под елью.

«Любопытно! – подумал Миккель, услыхав вдали песенку мышонка, и тут же почувствовал, что он жутко голоден. – Подкрадусь-ка я чуточку поближе», – решил он и потихонечку пополз навстречу Мортену. Он пробирался так тихо, что Мортен заметил его только тогда, когда очутился совсем рядом с Лисом.

– Что это у тебя в тележке? – неожиданно вынырнул из-за куста Миккель.

– С-с-слойка, всего-навсего с-с-слойка, – ответил насмерть перепуганный Мортен.

– Давай-ка её сюда! – потребовал Лис.

– Я не могу отдать её тебе, – объяснил трясущийся от испуга Мортен, – потому что сегодня ко мне в гости придёт моя бабушка.

– Подойди ко мне вместе со своей слойкой! – приказал Лис.

– Нет! – пискнул Мортен и со всех ног кинулся бежать.

– Тогда я проглочу и тебя, и твою дурацкую слойку! – заорал Миккель и бросился вдогонку за Мортеном.

И хотя Мортен очень спешил (согласитесь, что каждый поспешил бы на его месте), Лис бежал ещё быстрее и скоро уже наступал на пятки несчастному мышонку.

А на макушке высокой сосны сидел старый Ворон Пер, который все видел…

«Бедный Мортен! – подумал старый Ворон. – Ведь он такой славный! Попробую-ка я помочь ему». И вдруг, обычно такой спокойный, Пер закричал во все горло:

– Берегитесь, детки, берегитесь! За деревом стоит охотник!!!

Как только Миккель услыхал про охотника, он на полном ходу свернул с тропинки и бросился в ближние кусты.

Немного погодя Лис осторожно высунул морду.

– Где, где охотник? – спросил он.

– Ха-ха! Я тебя одурачил, – невозмутимо произнёс Ворон Пер. (Он мог сказать ему правду, потому что, пока Лис прятался в кустах, Мортен Лесной Мышонок уже добрался до своего домика, юркнул в дверь и закрыл её за собой на все запоры.)

Когда до Лиса дошло, что его обманули, он страшно разозлился.

– Ты за это поплатишься! – закричал он Ворону Перу.

– Как только ты до меня доберёшься! – И Ворон Пер даже немножко подвинулся, уступая Лису место на ветке рядом с собой.

Но Миккель поплёлся прочь; он был ещё голоднее, чем прежде.

Не успел Лис пройти и нескольких шагов, как снова услышал… песенку мышонка. Приложив лапу к уху, Лис прислушался. Да, сомнений не было: это пел мышонок. Мышонок, который подходил все ближе и ближе.

«Он идёт по этой дороге, – подумал Мик-кель. – Спрячусь-ка я получше и подожду его здесь. На этот раз меня никто не одурачит!» – решил он и притаился в кустах.

А по дороге, с гитарой, висевшей у него на шее, приплясывая, шёл Лазающий Мышонок и пел такую


ПЕСЕНКУ О ЛАЗАЮЩЕМ МЫШОНКЕ-МУЗЫКАНТЕ:

Я по деревьям лазаю,
Как белочка! Ура!
А песни петь, могу я петь
С утра и до утра.
Мышонок – замечательный
Плясун, поэт, певец,
Мышонок – про-просто, просто, просто,
Прос-то мо-ло-дец!
Траля-ляля-ляля-ляля,
Траля-ляля-ляля!
Траля-ляля-ляля-ляля,
Траля-ляля-ляля!

Вдруг… Лазающий Мышонок заметил, что кто-то шевелится в кустах.

– Помогите! Помогите! На помощь! Лис! – закричал Лазающий Мышонок и бросился наутёк.

– Стой! – во все горло заорал Миккель и кинулся вдогонку. – Все равно поймаю!

Но не успел он произнести эти слова, как Лазающий Мышонок сидел на макушке самого высокого дерева. Лис подпрыгнул, потом подпрыгнул немножко выше, потом ещё капельку выше, но все зря – Лазающий Мышонок сидел слишком высоко. Он удобно и надёжно устроился на ветке и, глядя вниз, поддразнил Миккеля:

– Как жалко, что лисы не лазают по деревьям.

– Подожди, – прорычал Лис, – я до тебя ещё доберусь!

– И долго мне придётся ждать? – поинтересовался Лазающий Мышонок.

– Я буду сидеть здесь до тех пор, пока ты не свалишься, – ответил Лис, – даже если мне придётся просидеть здесь целую неделю, – добавил он.

И Миккель уселся прямо под деревом – стеречь Лазающего Мышонка.

Так они и сидели: Лазающий Мышонок на макушке дерева, а Лис внизу.

Время шло…

Скоро Лазающему Мышонку надоело сидеть просто так, и он решил проводить время с толком. Мышонок стал сочинять песенку про Лиса. Очень скоро у него была готова вполне стоящая песенка из четырех куплетов.

– Хэллоу, Миккель, ты здесь?

– Слезай вниз, коли хочешь поболтать, – хмуро проворчал Миккель.

– Честно говоря, мне здесь как-то уютнее, – сказал Лазающий Мышонок. – Но я хочу тебя кое о чем спросить.

– Спрашивай.

– Я хочу только спросить тебя: ничего, если я спою маленькую песенку, пока мы ждём?

– Нет, наоборот, это будет прекрасно, – оживился Лис. – Пой! (Он подумал, что Лазающий Мышонок может так увлечься своим пением, что свалится вниз.)

– Только я не уверен, что тебе понравится моя песенка, – замялся Лазающий Мышонок.

– Почему же это не понравится? – удивился Лис.

– Потому что она такая печальная, – вздохнул Мышонок, – особенно для тебя. – И он запел


ПЕСЕНКУ ПРО ЛИСА:

Бум фальдера фальдерулля лей!
Лис выслеживал зверей,
Он в лесу меня нашёл
И сказал: «Как хорошо!
Бум фальдера, бум фальдерей!
Ужин сам ко мне пришёл».

Бум фальдера фальдерулля лей!
Я на дерево скорей!
Лис подумал: «Время есть.
Я успею Мышонка съесть.
Бум фальдера, бум фальдерей!
Подожду пока что здесь»..

Бум фальдера фальдерулля лей!
Лис не ел, не пил семь дней!
Я орешки грыз на ветке,
Лис торчал внизу, как в клетке.
Бум фальдера, бум фальдерей!
Лис подох! Поплачьте, детки!

Когда Лазающий Мышонок допел свою песенку до конца, он посмотрел на лиса и спросил:

– Как тебе понравилась моя песенка, Миккель?

– В жизни не слыхал ничего противнее, – ответил Лис.

– Значит, ты просто ничего не понимаешь в песнях.

– Я понимаю ровно столько, сколько хочу понимать, – разозлился Лис. – А тебя я скоро съем, – добавил он совсем невпопад.

– Неужто ты такой голодный? – удивился Лазающий Мышонок. – Вот можешь пока перекусить! – добавил он и запустил шишку прямо в голову Миккеля-Лиса.

После этого они немного помолчали. Лису вся эта история начала уже надоедать, да и Лазающий Мышонок затосковал по своей тёплой постельке…

Когда вот так сидишь и ждёшь, думается о многом, и Лазающий Мышонок вспомнил о том, как он был совсем маленьким, крошечным мышонком, и мама Мышка пела ему колыбельные песенки, чтобы он поскорее уснул.

Пока Мышонок вспоминал свою маму, ему в голову пришла замечательная идея. Он взял гитару, посмотрел вниз на Лиса и закричал:

– Хэллоу, Миккель! Сейчас ты услышишь песенку, которую пела мне моя мама, когда я был ещё совсем маленьким. Может она понравится тебе больше, чем та, которую я пел тебе раньше.

Лис ничего не ответил, и Лазающий Мышонок начал петь


КОЛЫБЕЛЬНУЮ ПЕСЕНКУ:

Засыпай, малышка,
Серенькая мышка.
Укрываем хвостик,
Сны придут к нам в гости.

В лисьей норке на кровать
Даже Лис улёгся спать.
Спят и совы, и коты,
Засыпай, малыш, и ты.

– Ну разве это не замечательная песенка? – спросил Мышонок, когда . закончил петь.

– Вполне стоящая песенка, – сонно подтвердил Лис.

– Может, спеть ещё раз?

– Валяй, – зевая, согласился Миккель. Лазающий Мышонок спел свою песенку ещё раз, а потом взглянул вниз на Лиса и спросил:

– Спеть ещё раз, Миккель?

Но Миккель ничего не ответил. Он спал и при этом громко храпел.

– Так я и думал, – прошептал Лазающий Мышонок.

Он спустился с дерева, тихонько прокрался мимо Лиса и со всех ног весело помчался к себе домой. Лис продолжал храпеть.

Проснувшись, Лис подумал, что он заснул всего на одну минутку. Он поднял голову и сказал, обращаясь к Мышонку:

– Хорошую песенку ты спел недавно. Не услышав ответа, Лис сказал погромче:

– Я бы хотел, чтобы ты спел её ещё раз. Но ему по-прежнему никто не отвечал. Тогда

Лис вовсе разозлился и заорал:

– Нечего тут сидеть и притворяться, что тебя нет! Я тебя прекрасно вижу!

Но так как Лису опять никто не ответил, ему стало ясно, что Мышонка на дереве нет.

– Опять меня одурачили, – прорычал Лис. – Глупый Мышонок, усыпил, одурачил меня. Ну да ладно! Пойду-ка я тогда к этому длинноухому Зайчонку и съем все его пряники и слойки! – И Лис, злой и голодный, решительно зашагал к домику Зайки-пекаря.

## ГЛАВА ТРЕТЬЯ. О Зайке-пекаре, о Крысёнке, его ученике и помощнике, и о том, как Лиса одурачили снова

Это случилось в пекарне в понедельник утром. Зайка-пекарь и Крысёнок, его ученик, очень спешили – в этот день в лавку приходило много покупателей, и всем им нужны были свежие слойки и пряники.

– Сегодня ты можешь сам печь перцовые пряники, – сказал Зайка, – а я стану в булочной за прилавок и буду продавать хлеб и слойки.

– Но ты хоть покажи мне, как это делается! – испуганно попросил Крысёнок. (По совести говоря, ему никогда раньше не приходилось самому печь перцовые пряники.)

– Это сущая ерунда, – успокоил его Зайка-пекарь, – я тебя живо этому обучу. Печь пряники – плёвое дело, потому что у нас есть своя собственная песенка пекаря перцовых пряников. Тебе надо только запомнить-эту песенку и делать все так, как в ней говорится.

– Что же это за песенка?

– Слушай, – проговорил Зайка-пекарь и начал петь


ПЕСЕНКУ ПЕКАРЯ ПЕРЦОВЫХ ПРЯНИКОВ:

Если пряники с перцем нам надо испечь,
Мы сначала растопим как следует печь,
И туда, где пожарче, – в серёдку —
ы поставим тогда сковородку.

А когда сковородка нагреется,
Жиром смажем её, разумеется.
А потом хорошенько смешать надо нам
Весь оставшийся жир и песку килограмм.

Пусть сахар и жир постоят, а пока
Мы добудем четыре яичных желтка
И вобьём их сильней, не жалея руки,
В полтора килограмма пшеничной муки.

И как только опара начнёт убегать,
Нам следует перца щепоточку взять
И смешать все как следует снова.
Дело сделано – тесто готово!

– Все понял? – спросил Зайка-пекарь, когда он допел свою песенку.

– Чего уж легче! – беззаботно ответил Крысёнок.

– А потом раскатаешь тесто и вырежешь из него пряничных человечков, – продолжал объяснять Зайка-пекарь.

– Пряничных человечков, – рассеянно повторил Крысёнок.

– А потом положишь их на сковородку и поставишь её в печь.

– А потом положу их на сковородку и поставлю её в печь.

– Вот и хорошо, – сказал Зайка-пекарь и отправился в лавку продавать хлеб и слойки.

А Крысёнок принялся печь перцовые пряники. Печь их не составляло для него никакого труда. Он напевал себе под нос песенку пекаря перцовых пряников и делал все точь-в-точь так, как в ней говорилось:

Если пряники с перцем нам надо испечь,
Мы сначала растопим как следует печь.
И туда, где пожарче, – в серёдку —
Мы поставим тогда сковородку.

А когда сковородка нагреется,
Жиром смажем её, разумеется.
А потом хорошенько смешать надо нам
Этот жир весь и перца один килограмм.

– По-моему, там был килограмм, – пробормотал Крысёнок. – Да, конечно, там был именно килограмм, – повторил он и, схватив килограмм перца, бухнул его в миску с жиром.

Но тут ему пришлось сделать небольшой перерыв, потому что…

– А-а-пчхи! А-а-пчхи! А-а-пчхи! Вот некстати, – досадливо пробурчал Крысёнок. Но ему пришлось чихнуть ещё раз двадцать, прежде чем он смог опять запеть свою песенку и снова взяться за дело:

Пусть перец и жир постоят, а пока
Мы добудем четыре яичных желтка
И вобьём их сильней, не жалея руки,
В полтора килограмма пшеничной муки.

И как только опара начнёт убегать,
Нам сахара надо щепоточку взять
И смешать все как следует снова,
Дело сделано – тесто готово!

И он стал раскатывать тесто и вырезать из него пряничных человечков. Потом он положил пряничных человечков на сковородку и по-настоящему сунул её в печь – все так, как учил его Зайка-пекарь. Как только пряники были готовы, в пекарне появился Зайка-пекарь. Он отломил большой кусок самого большого пряника, положил его в рот и:

– У-у-у-у-у! – заревел он совсем не по-заячьи. – А-а-а! О-о-о! Что… это ты натворил?! – заикаясь, спросил Зайка-пекарь, когда немножко пришёл в себя.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru

# Примечания

1

Перевод стихов Е. Юдина.