# Злобный ветер

Пирс Энтони

Демон Иксанаэнный заключил пари с другими демонами и оказался в Ксанфе в облике смертного существа – уродливого и смешного дракона с головой осла. Он выиграет пари и сохранит Ксанф, если какое-нибудь живое существо прольет по нему слезу любви и печали, не зная об его истинной сущности. По досадной случайности демон ошибается в выборе спутника… А в это время в Ксанф прорывается страшный ураган из Обыкновении, который может уничтожить все живое. Но демону в облике смертного существа не справиться с этим бедствием. На помощь приходит семья Балдуин из Обыкновении, заброшенная в Ксанф все тем же ураганом, а также наши старые знакомые: демонесса Менция, крылатые кентавры и многие другие персонажи, созданные неиссякаемой фантазией Пирса Энтони. И конечно же, Добрый Волшебник Хамфри, как всегда, оказывается на высоте.

## Глава 1. ПРОСТО ФИЛЯ

Демоны системы собирались нечасто. Поводом всегда были очередные разногласия или вопрос, требующий обсуждения. В данном случае сработали обе причины.

– Ты наверняка играл нечестно! – заявила демонесса V(E/N)US . На самом деле демоны не обменивались словами, а выражали свои мысли иначе. Но во имя понятности и доступности их взаимодействие здесь изложено обыкновенной прозой. – С недавних пор ты выигрываешь все состязания!

– Я просто научился выигрывать, – спокойно ответил демон X(A/N)F известный читателю как демон Иксанаэнный. – Все мои победы – честные.

– Сомневаюсь, – заметила E(A/R)th . – Очень подозрительно то, что какой-то дурацкий смертный парень сдался в последний момент, и ты выиграл наши ставки.

– Подозрительно и то, что та сумасшедшая младшая демонесса решила, что очевидно невиновная птица виновата, и ты выиграл наши ставки, – согласилась V(E/N)US .

– Просто в моей зоне есть хорошие младшие существа, и я позволяю им самим попадать в переделки без вмешательства с моей стороны, – запротестовал демон Ксанфа. Он искоса взглянул на E(A/R)th . – В отличие от некоторых.

– Если бы я им это позволяла, мои тупые существа уничтожили бы мою зону! – отпарировала та.

– А разве они и так этого не делают? – ехидно спросила V(E/N)US .

– А твои младшие о таком даже и не задумываются, – не осталась в долгу E(A/R)th . – У тебя там одна пустыня и туман вместо молока и меда.

– Мы все сделали маленькие ошибки, – примирительно сказал JU(P/I)ter . – И поэтому не выиграли значительный постоянный статус. Но на самом деле Иксанаэнный в последнее время необыкновенно удачлив.

– Вот это верно, – веско сказала V(E/N)US .

– Согласна, – поддержала E(A/R)th .

Со стороны остальных присутствующих демонов донесся гул одобрения.

– Это все мои младшие существа, – продолжал настаивать демон Ксанфа. – Я хорошо к ним отношусь, а они платят мне хорошим поведением. Моя удача – в особенности моих существ.

Остальные демоны обменялись ста пятнадцатью взглядами за миллионную долю секунды.

– Может, мы это проверим? – предложил JU(P/I)ter .

Иксанаэнный заинтересовался:

– Ты вызываешь меня на состязание?

– Да. Думаю, да. Предлагай условия.

– Если я выиграю, я получу статус доминирующей сущности в системе.

– Согласен. А если проиграешь, то вернешься к статусу низшей сущности и уступишь свою землю мне.

Демон Ксанфа потратил три тысячи лет, чтобы заработать второе место в этой огромной структуре. А чтобы занять его снова, может понадобиться и того больше. Тем не менее вполне вероятно, это единственный шанс свергнуть JU(P/I)ter . Ведь обычно доминирующий демон не ставит на кон свой статус:


о. Кентавров

Любое совпадение с каким-либо обыкновенским островом находится исключительно в сознании автора, который живет неподалеку от Северной деревни.


– Согласен. Условия?

JU(P/I)ter улыбнулся. Словно комета с коротким хвостом, рассыпаясь и размазываясь, пересеклась серией неистовых столкновений.

– Ты должен подчинить себя прихотям твоих замечательных младших существ, которые, как ты утверждаешь, так хорошо себя ведут. Ты должен принять форму смертного существа и быть среди них во время состязания.

А вот это уже совсем другое!

– Но обычно мы никак не влияем на смертных, и поэтому отдача полностью произвольна. Или, в конце концов, не затронута воздействием демона, – Иксанаэнный мрачно взглянул на V(E/N)US , которая, по его подозрениям, в последнее время пренебрегала этим правилом.

SA(T/U)rn кивнул:

– На сей раз у тебя будет разрешение влиять на них – в той мере, в которой сможешь.

Иксанаэнный понял, что его подставили. Остальные демоны сговорились его сместить, потому что их злили его победы. Но у него на самом деле хорошие существа, и, быть может, они принесут ему величайшую победу. И все же состязание заманчиво. Он уже однажды общался с подопечными, когда они вторглись в его сознание, но никогда не делал этого достаточно долго.

– Ну, я могу вмешаться. А в чем суть состязания?

– Если ты в сущности демона, – принялся объяснять JU(P/I)ter , – ничто не ограничивает твоих возможностей. Какую бы форму ты ни принимал. Но для состязания твоя сфера действий будет ограничена. Ты не должен рассказывать ни одному существу о настоящей твоей природе, и если кто-нибудь узнает о ней, ты мгновенно проигрываешь.

– Если, конечно, какое-нибудь другое всесильное существо не проинформирует их, – сказал X(A/N)f , снова взглянув на демонессу.

– Согласен, – подтвердил JU(P/I)ter . – Мы это проконтролируем. Все остальное ты можешь сообщить только одному существу очень быстро, в один-единственный момент времени. А потом…

Он сделал многозначительную паузу:

– Тебе придется смириться с еще одной неприятностью: на оставшееся время состязания ты потеряешь способность вербального общения.

Но будет достаточно одного момента! Иксанаэнный задумался. Наверняка, тут еще какая-то ловушка.

– Что еще?

– Все остальные твои возможности, за исключением речи, остаются при тебе, ограниченные лишь твоими собственными способностями и способностями того существа, которое ты выберешь себе в спутники.

– Но если мне нельзя объяснить мою настоящую природу в тот единственный момент…

– Придумай что-нибудь, – предложил JU(P/I)ter . – Что угодно, только не правду. Однако если ты подойдешь к правде настолько близко, что твой спутник или другой обитатель твоей зоны раскусит тебя, – ты проигрываешь.

Тоже вполне разумно. Он может лишь чуть-чуть приблизиться к истине, но, если подойти слишком близко, существо поймет, что перед ним демон Ксанфа. И тогда – полный крах. Но в условиях еще чего-то не хватало.

– А что будет, если выбранное мной существо меня покинет?

– Ты потеряешь возможность передвижения, – ответил JU(P/I)ter . – Когда существо прервет вашу связь и отдалится от тебя больше, чем на секунду и дальше, чем на единицу расстояния, ты станешь не только безмолвным, но и абсолютно неподвижным. Ты утратишь магические способности. Все, кроме сознания демона. Так что лучше добраться до цели прежде, чем твоему спутнику придет в голову идея расстаться с тобой.

– Задача, время, география, – добавила V(E/N)US . – Все честно, не так ли? Тройное ограничение. Никаких случайностей.

Для нее «все честно» тогда, когда она уверена в его проигрыше. И этого она жаждет больше, чем собственной победы.

Придется, конечно, нелегко. Говорить он сможет только один раз, а действовать – только когда находится рядом с избранным им существом. Младшие существа печально известны своим непостоянством. В любой момент по какой-нибудь ничтожной причине или вообще без причины спутник может решить, что больше не хочет находиться в его обществе, сообщить об этом и уйти. А по условиям состязания возразить будет невозможно.

Но что-то тут не так. Есть что-то еще, о чем демоны умалчивают. Это вполне может означать, что у него нет ни малейших шансов. Необходимо узнать самое худшее.

– А в чем состоит цель?

– Ты должен стать причиной хотя бы одной слезы любви или печали того существа, которое не понимает значения этих чувств.

– Того существа, с которым ты будешь связан, – поправила V(E/N)US . – И именно его.

Ну вот оно. Ему нужно вызвать симпатию абсолютно равнодушного к нему существа.

– А сколько времени у меня будет, чтобы вызвать слезы?

– Столько, сколько будет жить твое смертное тело. Если ты станешь немым и неподвижным, не добившись цели, твое тело будет вести себя так же, как и тела смертных: оно будет медленно умирать. А когда оно наконец умрет, состязание закончится, и ты проиграешь.

X(A/N)F размышлял. Они только и ждут его провала и дальнейшей расплаты.

– Я согласен. А теперь дайте я выберу себе смертное обличье.

Может, стать какой-нибудь красоткой, ведь смертные с поразительной готовностью льют по ним слезы. Или, еще лучше… ребенком.

– А теперь последний пункт: твой смертный облик выберу я, – объявил JU(P/I)ter .

– Но ты выберешь что-нибудь сложное!

– Верно. Зато будет настоящее состязание. Выиграй его – и я признаю, что твои существа и вправду настолько хороши, как ты говоришь.

– Тогда ты признаешь не только это, – ехидно ответил Иксанаэнный, – Я получу твою власть, и все демоны увидят, что я с ней справляюсь ничуть не хуже, чем ты. А то и лучше.

Остальные согласно кивнули. Дело обещало стать захватывающим.

– А теперь прими свою смертную долю, – напыщенно провозгласил демон JU(P/I)ter . – Осел с задницей дракона или дракон с головой осла – как тебе больше нравится. С голосом водяного нырка. Имя твоего персонажа – просто Филя.

И прежде чем Иксанаэнный успел что-нибудь возразить, он очутился в Области Безумия. В обличье существа, чье тело представляло собой вышеупомянутую драконову задницу в диагональную нежно-розовую и тошнотворно-зеленую полоску и завершалось головой обыкновенского осла.

– Вот те раз! – пробормотал он. И тут же послышался голос водяного нырка, напоминавший нечто среднее между звуками, издаваемыми гоблином с зажатым носом, и бульканьем ядовитого газа на поверхности болотной воды.

Рядом в сточной канаве что-то зашевелилось. Настоящий водяной нырок высунул голову из вонючей жижи в надежде обнаружить своего собрата. Не найдя никого подходящего, он занырнул обратно. Эти нырки живут под водой, и им приходится задерживать дыхание, чтобы охотиться за жучками на поверхности.

Что ж, теперь Иксанаэнного зовут просто Филя, простофиля, то есть имя, вполне соответствующее его нынешнему положению и дурацкой внешности. Такому существу вряд ли будут где-нибудь рады.

И перед ним стоит первая задача. Как ему убедить кого-нибудь просто приблизиться к нему, не то что лить по нему слезы?

Хорошо лишь то, что хоть частичка демонической натуры осталась с ним. Демон отпустил на волю свое сознание, охватывая весь Ксанф. Он знал, что делает каждое существо, где растет каждое растение. Жизнь в Ксанфе била ключом. Где-то там должен быть тот, кто не испугается драконьей задницы, кто выслушает его, кто будет плакать о нем. Может быть, не сразу, но со временем, после того как узнает его получше. Потому что, несмотря на все нелепые ограничения, он будет изо всех сил стараться понравиться. Пусть только кто-нибудь к нему подойдет. Путь у этого кого-то хватит смелости общаться с таким чудовищем, как он…

Но вместо того чтобы наткнуться на подходящего кандидата, Иксанаэнный наткнулся на новую проблему. В тот момент, когда он принимал свое смертное обличье, случилось легкое магическое изменение. Из-за него произошло временное ослабление Щита между Обыкновенией и Ксанфом. Так что в течение следующих нескольких часов можно будет свободно перемещаться из Ксанфа и обратно, не попадая в другое время. Это повлечет за собой весьма неприятные последствия. В нормальной ситуации, будучи демоном, дыру можно было бы потихоньку залатать. Но по условиям состязания Филя полностью зависит от спутника и не может ничего предпринять, если его об этом не попросят. А магия всех низших существ скопом не в состоянии тягаться даже с самой захудалой силенкой демона Ксанфа. Обычно Иксанаэнный из принципа не вмешивался в жизнь подвластных ему земель. Но Щит, установленный местными обитателями, был вполне функционален и помогал сохранять спокойствие. Поэтому он тайно подпитывал его энергией. Оставалось только надеяться, что, пока Щит будет восстанавливаться, в Ксанф не переползет какая-нибудь дрянь из Обыкновении.

Было бы неплохо, если тот, к кому обратится демон Ксанфа, окажется весьма общительным и понятливым и сразу же разрыдается, даря ему таким образом и победу, и свободу. По нельзя даже упоминать, что нужна всего лишь слеза! Это слишком близко к истине, что не есть хорошо. Тем не менее, если у него что-нибудь спросят, он сумеет ответить, а если потребуют сделать что-нибудь с прорехой в Щите, он справится. Само собой, он сделает это так, чтобы скрыть свою настоящую сущность. Так что есть возможность устранить неполадку прямо во время состязания. Осталось найти подходящее существо.

Демон сосредоточился, внимательно присматриваясь ко всем жителям страны. Большинство из них оказалось абсолютно неподходящими. Многие были полностью зациклены на собственных проблемах и не хотели знаться с каким-то непонятным монстром. В зависимости от степени храбрости, они убежали бы от него или напали. Требовался кто-то открытый, разумный и сообразительный. Некоторые существа подавали надежды.

Он пригляделся к ближайшему. Им оказалась хорошенькая девушка по имени Удача. Умненькая, славная, дружелюбная, симпатичная и заботливая, не судит о других по внешности. Во всех отношениях замечательная будущая жена. Во всех, кроме одного. Ее талант – неудачи, и они всегда приходят тогда, когда все складывается отлично. Тем не менее идеальный вариант для Фили, который по ее просьбе смог бы вывернуть ее талант наизнанку. Он застанет ее в одиночестве и потратит шанс объясниться на то, чтобы убедить ее, что дракон с головой осла может ей чем-то пригодиться. Потом он замолчит, по условиям состязания, но этого будет достаточно. Девушка узнает его получше, поймет, что он вовсе не жуткое чудище, и попросит исправить ее удачу. После этого она оценит его по достоинству. Конечно, сразу же она не расплачется, но, возможно, это случится позже, если она начнет о нем заботиться. Она часто плачет, когда с ее питомцами или родственниками происходит что-то плохое. А из-за ее таланта случается это весьма часто. Придумано неплохо.

Филя потрусил на свидание. Его драконье тело оказалось достаточно сильным и позволяло проворно передвигаться. Шкура была достаточно толстой, чтобы не обращать внимания на крапиву и ветки. Глаза вполне годились для выбора подходящей тропинки. Нос благополучно вынюхивал и маленьких, и больших существ. В этот момент Филя почувствовал первый приступ голода. Теперь он смертный и ему нужно есть. Это было в новинку. Поэтому, разнюхав пирожковое дерево, он слопал свеженький вишневый пирог. Проглотил и довольно облизнулся. А есть, оказывается, весело!

Демон снова дал волю сознанию. Удача как раз собиралась пойти за веткой времяники. Ее мать куда-то очень опаздывала, а ей нужно было во что бы то ни стало успеть.

– Времяника кончилась, – сказала она. – Сходи принеси еще.

И Удача по доброте душевной немедленно пошла собирать требуемое.

Филя тотчас обследовал окружающее пространство. Как выяснилось, в округе имелось несколько тропинок, ведущих к времянике. Ими постоянно пользовались многие семьи. Видимо, времяника высоко ценится. Что ж, времени до появления Удачи оставалось немного.

Он принялся обдумывать, что же сказать девушке при встрече. Он появится перед ней в образе страшного урода. Поэтому лучше заговорить первым, заинтересовав словами. Потом, когда она будет уже готова, он покажется во всей красе. Слова должны быть максимально действенными, ведь у него есть только один-единственный момент на произнесение речи. По длине, конечно, моменты бывают разные; и длинные, и короткие. Но в данном случае время закончится тогда, когда Удача как-то ответит на его слова. Нужно предотвратить любой вопль или восклицание, чтобы этот самый момент не оборвался прежде, чем удастся убедить девицу в собственной полезности. Например, заявив, что сможет на время вывернуть талант бедняжки наизнанку. Сказать, что у него, мол, есть наоборотная деревяшка и что он знает, как ее употребить ей во благо. Однако в таком случае девчонка просто попросит эту деревяшку. Лучше сообщить, что его талант сделает ее такой, какой она хочет быть, но лишь на то время, пока они будут вместе. Так что госпоже Удаче придется быть с ним. Ведь, если она уйдет, он будет обречен на молчание и неподвижное сидение на месте. Итак, его вступительный монолог должен быть крайне содержательным. Пора приступать. Сейчас с одинаковым успехом можно выиграть и провалить задание.

Он подошел к времянике. Деревце было совсем молоденьким, поэтому его способности еще не достигли расцвета. Кто-то нарисовал на земле круг, обозначая линию безопасности. Если хочешь раздобыть листик времяники, орудуй деревянным крюком. На неодушевленные предметы растение действует слабее. Именно это и предстояло сделать Удаче. Потом она поместит листок в магический мешочек, который поглощает его воздействие, и отнесет домой матери. А мама уж наверняка знает, как безопасно с ним справиться. Мамам всегда не хватает времяники.

Демон нырнул за кучу камней неподалеку от дерева. Нырки всегда хорошо ныряют, ведь это часть их природы. А в Филе есть частичка и от них. Отсюда было не очень хорошо видно девушку, но так и она не заметит его. На это и рассчитано. Конечно, можно наблюдать за ней с помощью сознания, но гораздо проще услышать шаги. Надо сосредоточиться и заняться репетицией речи.

Как же привлечь ее внимание, не произнося ни слова? Может быть, если тихонько крякнуть, она подумает, что это нырок, и, особенно не беспокоясь, остановится. Единственное, что нужно, – попросить выслушать и дальше шпарить без остановки. Благодаря постоянному невезению Удача давно привыкла ко всему относиться с опаской, так что в любом случае она некоторое время будет слушать.

Его ослиные уши дернулись. Она уже здесь! Пока он тут раздумывал, девушка подошла неслышной походкой. Теперь она стояла на границе времяники. Сознание уловило образ человеческого существа женского пола. Надо же, чуть не упустил. Нельзя терять ни секунды.

– Кря-кря, – произнес он голосом нырка. – Выслушай меня, пожалуйста, не говоря ни слова. У меня есть то, что тебя очень заинтересует. Я знаю, у тебя проблемы с талантом, и я могу помочь перевернуть его. Мой талант – делать всех такими, какими они хотели бы быть. Но лишь на то время, пока они со мной.

Все идет неплохо, девушка не издала ни звука. Но надо успеть сказать и остальное, пока момент не кончился.

– Я друг, хотя и не человек. Я существо уродливое и страшное, но у меня и в мыслях нет причинить тебе малейший вред. Мне нужен человек, такой как ты, и я изо всех сил постараюсь стать хорошим другом. И оправдать твое доверие. Когда я закончу говорить, я не смогу больше сказать ни слова. Я потеряю дар речи. Так что тебе придется самой сообщать мне, чего тебе хочется. Ведь у меня не будет возможности спросить тебя об этом. Останься со мной, и, пока мы будем вместе, у тебя будет все, о чем ты мечтала. Что до меня, мне просто нужна твоя дружба. Пожалуйста, не пугайся моей внешности. Я тебе абсолютно не страшен, ведь я пропаду без тебя!

Достаточно ли этого? Он не мог рассказать о себе больше; он и так подошел к истине настолько, насколько хватило духу. Но, может быть, стоит объясниться по поводу своей внешности, чтобы она при виде него не закричала и не убежала сразу же.

– Я – существо заколдованное, не совсем то, чем кажусь. От тебя зависит моя судьба. Теперь, если ты не против взглянуть на меня, посмотри на кучу камней справа от тебя. Я подниму голову и кивну, а потом замолчу. Но ты можешь говорить со мной, я все пойму. И сделаю для тебя все, что смогу. Пожалуйста, поверь мне! Меня зовут Филя.

Все, он сказал достаточно. Демон медленно поднял голову и выглянул из-за камней. Там стояла Удача, и… Это была не та девушка!!!

– Ой, какой смешной ослик! – воскликнула она.

Теперь, по правилам состязания, демон нем. У него был хороший длинный момент общения, гораздо более длинный, чем он ожидал. И говорил он хорошо. Но как же случилась эта досадная ошибка? Филя искал сознанием след девушки, прошедшей здесь, и наконец нашел его: невезение Удачи снова сыграло злую шутку. На перекрестке тропинок, как раз за широкой стеной плюща, Удача столкнулась с другой девушкой. Они обе запыхались и присели отдышаться. Потом они поднялись с земли, отряхнулись, быстро вежливо извинились друг перед другом, как будто обе были виноваты, и пошли своей дорогой. Но не по тем тропинкам! Удача пошла по делам другой, которые состояли в том, что нужно было принести отцу новый ключ для сарая с развесистой ключницы, растущей неподалеку. А то ее жестокая мамаша устроит ей накозание и спустит на нее козу. А другая девица пошла по пути Удачи и поняла свою ошибку как раз в тот момент, когда Филя заговорил.

Ее звали Хлорка, талантом ее было отравлять воду. В противоположность Удаче она оказалась некрасивой, глупой и не слишком жизнерадостной. Столкнулись они по ее вине, потому что она слишком быстро неслась по тропинке, не глядя по сторонам. Именно так эта девица принесла неудачу Удаче, лишив ту встречи с Филей, который мог бы ей помочь, а ему самому – еще большую неудачу: он потратил свой монолог впустую. И что ему делать с этой глупой гусыней? Ведь он теперь с ней связан!

Хлорка подошла поближе.

– Так, значит, ты больше не можешь говорить, Филя? – спросила она. – Даже реветь?

Она захихикала над своей неуклюжей шуткой. Девица напрашивается. Филя встал, показывая свое драконье тело.

– Ой, да ты еще и жуткий дракон! – воскликнула она. – Самое уродливое существо, какое я когда-нибудь видела! И зачем это мне с тобой общаться?

И правда, зачем? Удача проявила бы побольше симпатии, ведь она хорошо воспитанная, приличная девушка. А у Хлорки весьма грубый характер, и вот подтверждение этому. После ознакомления с ее жизнью выяснилось кое-что похуже: когда-то у нее были чувства, но все они погибли под напором ее хамской семейки. Плакала она так давно, что теперь у нее осталась всего одна слеза, но Хлорка и сама не знала, куда она подевалась. Но даже если удастся растрогать эту бой-бабу, она ни за что не станет плакать о нем. Да ее и не растрогать, потому что она давно стала циничной и безразличной к чувствам других. Вот уж подарочек!

Филя совсем повесил нос. Едва ли можно найти спутника хуже! А все потому, что он не удосужился проследить, чтобы нужная ему девушка в очередной раз не пострадала от своего невезения. Он распинался, составил блестящую речь – и все для той, которая этого совсем не заслуживает. Единственный шанс на победу испарился. Демон окончательно пал духом.

– Но, – заявила Хлорка, – если то, что ты говоришь, правда, то мне, наверное, сегодня повезло. Я хочу дать тебе шанс. Но предупреждаю: если ты попытаешься меня съесть, я отравлю всю воду в тебе, и ты подцепишь страшную сыпную инфекцию.

На самом деле мысли она излагала более грубо и образно. В данном случае ключевой фразой стало что-то про разноцветные испражнения, но Филя не особенно разбирался в местных диалектах.

Итак, за свою безопасность девица особенно не беспокоилась. Она могла отравить любую воду одним прикосновением, а это означало, что при желании могла и убить любое существо. Конечно, Хлорка не могла сделать этого с Филей, ведь он демон. И само собой он не мог ей позволить такое. Он с ней связан, и состязание еще не проиграно. Может, до сих пор есть какой-то завалящий шанс на победу. Поэтому он кивнул, показывая, что усвоил ее предупреждение.

– Сделай меня красивой! – потребовала Хлорка.

Это было несложно. Он сосредоточился и стал постепенно совершенствовать те сомнительные прелести, которыми одарила девицу природа. Торчащие в разные стороны желтые космы с прозеленью стали блестящими зеленовато-золотистыми локонами. Желтушный кожный покров превратился в самую прекрасную в Ксанфе кожу. Яйцеобразное тело приняло соблазнительно округлые формы. Толстая неуклюжая ножища сменилась тоненькой изящной ножкой в искрящейся туфельке. Бесформенная одежонка исчезла, а па ее месте возникло элегантное платье, эффектно обтягивающее точеную фигурку. Теперь миру явилось дивное создание. Хлорка оценивающе оглядела себя.

– О! А это взаправду? В смысле – не иллюзия? Ощущение-то настоящее.

Она ущипнула себя за восхитительную попку, чтобы удостовериться в сногсшибательной реальности.

Филя в подтверждение кивнул. Но только до тех пор, пока они вместе.

– Мне нужно зеркало! – заявила она. – Хочу посмотреть на свое лицо!

Филя почистил одну из своих чешуек до зеркального блеска и повернулся к девушке так, чтобы ей было видно. Она потрясенно воззрилась на себя.

А затем сообщила:

– Обычно я не только плохо выгляжу, но и плохо соображаю. Я это довольно часто говорила. А ты не можешь сделать меня еще и умненькой?

Сказанное прозвучало как вопрос, но на самом деле было просьбой. Так же как и требование зеркала. Филя сконцентрировался на болотисто топком содержимом ее головы, увеличивая способности ее ума.

Девчонка улыбнулась.

– Хей, да я умнею! Я даже чувствую это! Начинаю понимать вещи, о которых раньше не задумывалась! Передо мной раскрываются новые перспективы, – она замолчала, а потом добавила: – И мой лексикон тоже расширяется. Я никогда раньше так не говорила!

Демон снова кивнул. Он не только увеличил глубину мысли, но и прибавил широты ума. Теперь она могла не только спокойно решать проблемы силой интеллекта, но судить о том, куда эту силу приложить. И могла с полным знанием дела использовать термин «сыпная инфекция».

Хлорка гордо подняла голову и взглянула на благодетеля:

– Знаешь, а ты не так плох, как я думала. Я действительно об этом мечтала. У тебя мощный талант. Но теперь у меня достаточно ума, чтобы посмотреть дареному коню в зубы. С какой стати ты все это для меня делаешь? Ты говоришь, что тебе необходимо мое общество, но наверняка я не единственная, кто мог бы помочь тебе. Ты встретился со мной случайно или это было запланировано?

Филя не мог ничего ответить и просто смотрел на нее. Имея в распоряжении новый ум, она быстро сообразила, в чем дело.

– Давай тогда попробуем так: это случайность?

Филя закивал в подтверждение. Он искал Удачу, по невезуха подкинула ему Хлорку.

– Ты нашел меня случайно, – медленно проговорила девушка, ощущая, как в ее новоириобретепный ум забредают разные мысли. – Но у тебя должен был быть какой-то план. Значит, на моем месте могла оказаться любая другая?

Филя утвердительно потряс головой.

– Все, что ты делаешь, тебе выгодно?

Он опять кивнул. Нужно завоевать ее доверие, чтобы она могла пролить о нем слезы.

Но теперь Хлорка оказалась слишком хитра, чтобы так просто принять это заявление.

– И для меня это так же выгодно, как и для тебя?

Тут она попала в самую точку. На деле он ни капли не заботился о ее благополучии. Главное – выиграть состязание. Но, поскольку нужно вызвать ее эмоции, да еще так, чтобы она заплакала из-за него, он решил быть поласковее. Надо бы ей понравиться, чтобы она заботилась о нем. А для Хлорки его появление было просто «счастливым билетом». Так что он кивнул в знак согласия.

– Тебе просто нужен кто-то, да? И не для того, чтобы съесть его или как-то покалечить?

Филя согласился.

– Само собой, я не совсем уверена, что тебе можно доверять, – с опаской заметила она.

Теперь разум и осмотрительность стали ее сильной стороной.

– Но, глядя на те способности, которые ты продемонстрировал, я чувствую: на бессознательном уровне ты меня убедил и доказал, что все это не пустая болтовня. Так что твои притязания очевидны. Тебе нужна компания.

Демон слегка наклонил голову.

– Но наверняка за этим стоит что-то еще, – глубокомысленно произнесла она. – Я могу думать над этим целыми днями и так и не придумать. Я никогда особенно не отличалась в игре «задай девятнадцать вопросов», а уж тем более пять.

Хлорка помолчала.

– Но зато теперь я смогу отличиться и тут. Ладно, это неважно. Пока я с тобой, я могу быть такой, как сейчас. Но если мы разделимся, я снова стану тем, чем являюсь на самом деле?

Филя подтвердил и это.

– Ну, давай посмотрим, чего еще я хочу, – подытожила Хлорка, становясь практичной. – Красота – это только внешнее. Хочу быть здоровой.

Демон сделал ее потрясающе здоровой. Он уже немного об этом позаботился, занимаясь красотой и умом. Но теперь ее организм стал столь же совершенен, как кости и плоть. Она будет жить долго, никогда не будет болеть, ссадины станут заживать быстро. Все это – пока она остается с ним.

– Да, теперь я чувствую такой прилив здоровья, что хочется скакать и прыгать.

Этим она и занялась. Тело слушалось ее безоговорочно.

– А какой радиус действия всех этих чудес? – поинтересовалась девушка. – Десяток моих шагов? Сотня? Тысяча?

Филя кивнул на третье предположение. Она не должна разлучаться с ним. Значит, должно быть какое-то пространственное ограничение.

Но Хлорке не пришло в голову задать плавно вытекающий отсюда вопрос: а можно ли ей выйти за эти пределы, формально разорвав отношения, а потом взять да и передумать и вернуться, не потеряв всех благ. Девица решила, что можно, – сознание демона позволило это выяснить. Со временем это могло стать проблемой для обоих. Но он не мог сказать этого; сначала она должна спросить.

Девушку посетила новая мысль.

– Теперь мой ум и тело стали совершенными, а мой характер – нет. Я так и осталась циничной злобной ведьмой; и люди недолюбливают меня. Сможешь сделать меня милой? Только не перегни палку. Не хочу быть паинькой.

Вот, еще одна просьба. Филя послушался и переменил ее характер. Он проделал основательную работу, наделив девушку такими качествами, как честность, сострадание, симпатия и чуткость. Но так же прибавил и солидную порцию здравомыслия, так чтобы не получилась сентиментальная дура.

– Ой, мама, – всплеснула руками Хлорка, – какой же я стервой была! Тем более по таким мелким причинам! Нужно многое исправить. Чем я и займусь в ближайшее время.

Она снова взглянула на Филю.

– А что с моим талантом? Нельзя ли его улучшить?

А вот это уже опасно. Она вполне может попросить талант всезнайки, а если она его получит, то в скором времени будет знать про него все. Сообразительность и то уже пугает. Потому он покачал головой.

– Ну что ж, – прибавила Хлорка, легко с этим смирившись, – ты и так уже столько для меня сделал, что не слишком вежливо просить что-то еще. Теперь пришло время отплатить добром тебе. А можешь ли ты изменить себя так же, как изменил меня?

Филя об этом не подумал. Конечно, может. Но должен ли? Решив, что в этом нет ничего страшного, он кивнул.

– Тогда стань под стать мне – и внешне, и по уму, и по здоровью, и по характеру, – попросила она. – Этаким благородным юношей.

И Филя стал красивым, умным, здоровым и добрым благородным молодым человеком. Он утратил столько же уродства, сколько потеряла сама Хлорка.

– О да! – восторженно прошептала девушка. – Ты именно такой, о каком я мечтала! Но знала, что такой парень даже не взглянет в мою сторону!

Хлорка критически оглядела его.

– Посмотри на меня.

Девчонка решила, что может им распоряжаться. А это совсем не так, но пока особой роли не играет. Он взглянул на нее.

– Теперь обними и поцелуй!

Филя обнял и поцеловал. В общем-то, он сам создал ее. И его собственное обличье не было особо привычным. Но этот опыт он нашел весьма интересным, даже приятным. Наверняка потому, что он создал полный образ мужчины, со свойственной им реакцией на женщину, выглядящую и ведущую себя как эта. Ее тщательно вылепленное женское тело вызывало в здоровом и сильном мужчине соответствующие рефлексы. Филя понял, что в первый раз за все его долгое существование он ощутил прилив человеческого желания.

Девушка прервала поцелуй и вздохнула:

– Как жаль, что на самом деле ты дракон с головой осла! Если бы ты был настоящим, я вышла бы за тебя замуж.

Вот тебе и иллюзии! Но хорошо, что она думает о нем как о монстре, а не как о демоне Иксанаэнном.

– Ты все еще нем?

Филя кивнул, оценивая преимущества своего состояния: не нужно что-либо объяснять, вдаваться в подробности о своем прошлом.

– Ну хорошо. Значит, мне нужно разговаривать за обоих, – Хлорка призадумалась. – Конечно, я не могу в таком виде пойти домой. Моя семья никогда меня не узнает, а если все-таки узнает, то сразу начнет завидовать. Я думаю, я просто исчезну на несколько дней. Они даже скучать обо мне не будут!

Девушка снова поцеловала его, тесно прижавшись, так что его тело окончательно взбунтовалось. Затем кокетливо отстранилась.

– Пойдем куда-нибудь в незнакомые места в наших нынешних обличьях, а когда мне наскучит, я придумаю, что делать дальше. Потому что, если это только временное состояние, я хочу насладиться им по полной программе.

Она снова пристально посмотрела на него:

– Подозреваю, что у тебя не очень большой опыт любовных похождений.

Филя кивнул. Если честно, он совсем не представлял, о чем она говорит. Сознание демона пыталось уловить ее мысли, но там было не за что зацепиться. И что такое любовные похождения? И имеет ли это какое-то отношение к возмущениям тела от ее поцелуя?

Хлорка рассмеялась:

– Не бойся, Филя. Я тебя всему научу. Раньше мне это было не нужно, но теперь, когда я красива и мила, я начинаю оценивать это по достоинству. Но спешить не стоит. Что ж, давай начнем наше приключение.

Девица схватила его за руку и повела вниз по тропинке, прочь от времяники. Тут Хлорку осенило:

– Ты же сказал, что можешь перевернуть наоборот мой талант! Как насчет этого?

Это было самое большее, на что он мог согласиться. В процессе короткой игры в да-нет они порешили, что Хлорка будет не отравлять воду, а очищать се. Хотя на самом деле неосознанно она это делала и раньше; отравление было временным, но в процессе этого умирали все существа, живущие в этой воде. Так что демон ничего толком не изменил.

У Фили даже поднялось настроение. Хлорка – это, конечно, ошибка, но задача стала гораздо интереснее. Может быть, даже удастся найти ее затерявшуюся слезу. Он знал, где она прячется, но не мог сказать без очередной игры в да-нет. Но сейчас это ее не интересовало. Девушка занималась тем, что требовалось: строила их отношения.

Между тем краем сознания он уловил, что опасения насчет вторжения из Обыкновении оправдались: сильнейший ураган был готов ворваться в Ксанф. Хотя демон не мог видеть будущее, древние знания подсказывали, что это может значить. Если ветер поднимет достаточно большое количество магической пыли, то случится такая катастрофа, какая бывает раз в тысячу лет. И предотвратить ее будет невозможно.

Только теперь он понял, как лихо надули его другие демоны. Они знали, что в то время, когда Иксанаэнпый поменяет обличье и окажется в Ксанфе как некий персонаж, Щит станет слабее, и ураган прорвется сквозь него. Они все точно просчитали, жестко ограничив его способности как раз на это время. А он, намереваясь завоевать доминирующий статус, беззаботно попался в западню.

## Глава 2. ВЕСЕЛЬЧАК

Карен смотрела в окно фургончика, жадно ловя отблески солнца на поверхности бушующего моря: – Этот Весельчак уже здесь? – поинтересовалась девочка.

Ей было семь, и поэтому ее интересовало все, кроме дома и школы.

– Это Глэдис, глупышка, – ответил Дэвид. Как настоящий старший, да к тому же еще и сводный брат двенадцати лет, он считал, что знает все, чего не знает сестренка. – Ураган Глэдис.

Это замечание, как обычно, привлекло внимание и другого сводного брата – Шона. Ему было семнадцать, так что он имел такое же превосходство над Дэвидом, как сам Дэвид над Карен.

– Это все-таки тропический шторм Весельчак, – усмехнулся он, – Здорово! Но нет, это еще только начало. Смотри дальше.

Карен хихикнула, радуясь такому повороту событий. Отсюда она видела, как мама и папа, в кабине машины, обменялись одним из своих многозначительных взглядов. Взрослые понимали, в чем дело, и осторожно относились к таким проявлениям сил природы.

– Тропический шторм Весельчак, – констатировала мама. – Это, конечно, еще не ураган, но все же, наверное, не стоит ехать ему навстречу.

Теперь дети обменялись многозначительными взглядами. По поводу взрослых и их осторожности.

– Тэ У … Вэ Ка, – невинно заметил Шон. Потом, выдержав как раз такую паузу, чтобы все недоуменно воззрились на пего, пояснил. – Тропический Ураган Весельчак.

– Вэ Ка! – прыснул Дэвид. Карен сохранила серьезную мину, словно не знала, что обычно на их выдуманном языке значит Вэ Ка. Хотя на самом деле это было не так. Конечно же, ВонючКа. Так же как и ДМ значит ДерьМо. Но вот что такое Тэ У? Может, Тупой Урод? И то, что она не знает, это совсем не смешно, мальчишки наверняка будут потом над ней подшучивать.

Все они – современная смешанная семья. Папа был женат и раньше, мама тоже побывала замужем. Но тогда что-то не сложилось. Карен, само собой, знала почему. Просто они были созданы друг для друга, так что первые браки стали ошибкой. Так же как и первые дети. Но этого Карен никогда не говорила, разве что в пылу ссоры, когда кто-то из братьев окончательно доставал ее. Шон – папин сын, а Дэвид – мамин. Из-за этого они постоянно друг с другом соревнуются. И в этом оба сильно проигрывают Карен, которая помимо того, что появилась па свет от обоих родителей, оказалась еще и девочкой. Шон и Дэвид – только сводные братья, и лишь Карен – кровная сестра каждому. И ей это нравится.

Но смотреть на воду, даже если на ней так красиво играют «солнечные зайчики», девочке уже наскучило. Так что она направилась проведать животных. Сейчас они сидели в клетках, чтобы не хулиганили, пока фургончик едет.

– Привет, Буфер! – Карен похлопала по морде огромного отнюдь не чистокровного дога. Буфер принадлежит Шону, но пес любит все семейство. Особенно тех, кто приносит еду. Его шерсть была такой же черной, как шевелюра Шона, которая в свою очередь являлась копией папиных волос.

– Привет, Мидранж! – она потрепала за ухом кота. Внешность этого чуда не поддавалась описанию. Его хозяин – Дэвид. Кот ластился ко всем, кто мог просидеть на одном месте больше секунды. Его грязно-белая шкура напоминала соломенные патлы Дэвида, которые достались ему от густых белокурых локонов мамы.

– Привет, Твиттер! – Попугай являлся собственностью самой Карен и уважал только ее, хотя и терпел остальных. Его перышки были разных оттенков коричневого и, естественно, напоминали ее собственные рыжие кудряшки – попытка природы найти нечто среднее между брюнетом папой и блондинкой мамой.

Вся живность была в восторге от ее прихода. Девочка всегда возилась с ними больше, чем кто-либо другой. Каждый из несчастных созданий был в свое время найден или в приюте для бездомных, или на блошином рынке и вызволен оттуда но просьбе кого-нибудь из членов семьи. Никому больше эти щенок, котенок и попугай нужны не были. Но Карен считала, что каждый из них по-своему великолепен, и они с ней соглашались.

Фургончик тряхнуло.

– Черт! – выругался пана с водительского кресла. – Опять мотор барахлит!

– Но здесь нельзя останавливаться! – запротестовала мама. – Нельзя, а то ураган…

Она замолчала, так как остальное, что она собиралась сказать, не было предназначено для детских ушей.

Это мгновенно заинтересовало Карен. Она во что бы то ни стало захотела услышать продолжение.

– Извините ребята, я должна все узнать! – сообщила она пестрой компании подопечных и побежала к столу.

Теперь и девочка услышала перебои мотора. Он рычал, как Дэвидовы модели самолетов. Машина стала сбрасывать скорость.

– Просьба пассажирам пристегнуть ремни, – отчеканил Шон голосом командира экипажа. – Мы входим в зону турбулентности. Нет повода для паники, повторяю: нет повода для паники.

Последние несколько слов он произнес, выделяя как-то по-особенному, как будто командир желал скрыть собственное напряжение.

В этот момент страшный порыв ветра потряс фургончик. Вокруг все запрыгало. Это совпадение рассмешило Дэвида и Карен. И правда, очень напоминает самолет.

– Здесь где-то точно можно свернуть, – заявил папа. – У меня нет никакого желания торчать на мосту! Где мы?

Мама сверилась с картой.

– Мы пересекаем Большую Сосновую отмель. Может, мотор все-таки…

– Не стоит рисковать! – оборвал папа. – Если ураган зарядит надолго, лучше пересидеть здесь до тех пор, пока я не смогу добраться до двигателя.

– Аварийная посадка, – объявил Шон все тем же обеспокоенным голосом пилота. – Просьба пассажирам оставаться на своих местах. Пересмотрите, пожалуйста, инструкцию и уточните местонахождение ближайшего аварийного люка.

И снова для большей реалистичности на фургончик обрушился порыв ветра.

– Я повторяю: повод для паники… тьфу, то есть пет повода для паники. – Получилось, будто бы сам пилот в конце концов потерял самообладание.

Карен думала, что помрет со смеху. Хотя где-то глубоко в душе она начала нервничать. Они возвращались от своих друзей на Западной отмели, где провели выходные. И как раз приближение тропического шторма ускорило отъезд. Еще предстояло проехать длинную узкую плотину и мост, прежде чем они доберутся домой в Майами. Но море становилось все более и более грозным. А что, если их одним порывом сдует в воду?

Мотор активно продолжал чихать.

– Не мог сломаться попозже! – ворчал папа. – Там впереди перекресток?

– Да, там проходит еще одна дорога, – уткнувшись в карту, поведала мама. – Может, там можно найти какое-нибудь укрытие.

Фургончик дополз до перекрестка и повернул на север. Ветер наседал, стараясь столкнуть машину с дороги, но папа так просто не сдавался. Сверху рухнула стена дождя, скрывая за водной пеленой окружающий мир. Из окна Карен ничего не видела и понимала, что с ветровым стеклом дело обстоит не лучше. Дело плохо. Раньше девочка наслаждалась поездкой, ловя каждое движение могучей стихии, но восторг быстро прошел. Теперь стало страшно. Карен начала думать, что все это не так уж весело, как рассказывают.

– Я даже не вижу где остановиться, – пробормотал папа. – А это что, еще один поворот?

– Там пересечение с 940-й трассой, – ответила мама нарочито спокойным тоном. Это еще больше испугало Карен. Даже мальчишки уже не шутили. Теперь стало очень легко представить, что фургончик – это самолет, падающий вниз сквозь потоки воды. Девочка изо всех сил старалась отогнать этот образ.

– Перекресток? Что-то непохоже, – засомневался папа. – Но, может, там есть большое здание, за которым можно укрыться от ветра? Я не рискну остановиться раньше чем мы найдем хорошее место, ведь мотор может больше не завестись!

Машина дернулась, продолжая ползти вперед. Мама тихонько вскрикнула – плохой признак. Значит, она испугалась, а испугать ее нелегко.

– Джим…

– Как нам вернуться к мосту? – спросил папа.

– Тут две дороги. Я думала, мы на левой, но мы, наверное, все-таки на правой. Она ведет на Безымянную Косу.

– Что ж, как бы там ее ни звали, едем вперед, – решил папа.

Карен обрадовалась, когда за окном снова показалась земля: коротенький мост. Она посмотрела вперед через ветровое стекло. Дорожный знак гласил – Роквэлл. А другой – Безымянная Коса. И в самом деле – они на Безымянной Косе.

А укрытия нигде не видно. Наконец мотор кашлянул последний раз и заглох. Как бы то ни было, придется простоять некоторое время здесь, па безымянной отмели. Мама не даст папе даже сходить проверить мотор, потому что ветер сейчас носит всякие обломки по воздуху и делает метательные снаряды из всего, что подвернется. Все, что им остается, – это только ждать.

– Удачная посадка на брюхо, – провозгласил Шоп, – в далекой стране. Пожалуйста, без паники! Нас спасут прежде, чем охотники за головами найдут нас.

Шутку все проигнорировали.

Семейство наделало бутербродов и засело петь песни, притворяясь, что они на пикнике, пока за окном выл ветер и ночь, словно голодный зверь, поглощала последние отблески дня. Фургончик трясло постоянно, так что вскоре на это просто перестали обращать внимание.

Наступило затишье. Решили быстро сделать необходимые дела. Папа пошел посмотреть, что с мотором, а дети вывели своих питомцев на улицу справить природные потребности. Хотя Твиттеру это было не нужно, Карен вынула его из клетки и уютно устроила в ладонях. Он потерся клювом о ее нос – поцеловал хозяйку. С другими он так не делает. Единственный трюк, которому попугайчика удалось обучить. Зато этого достаточно. Значит, Твиттеру с ней так же хорошо, как и ей с ним.

Ветер подул снова. По силе его новых порывов стало понятно, что будет еще хуже, чем раньше. Все бросились обратно в машину. Папе, понятное дело, не удалось наладить мотор, но зато он нашел несколько камней, чтобы заблокировать колеса. Мама включила радио, совсем ненадолго, только чтобы узнать погоду.

– В ближайшие двадцать четыре часа ожидается приближение к минимальной точке силы урагана, – услышала Карен и истерически рассмеялась. Так, значит, это еще даже не минимум! Тогда что такое максимум и знать не хочется! – Двадцать четыре градуса шесть минут северной широты, восемьдесят один градус три минуты западной долготы, двигается на северо-запад со скоростью десять миль в час.

Мама проследила направление по карте и снова вскрикнула:

– Да это прямо здесь! Он идет прямо сюда!

– Ну, говорят, в самом центре урагана обычно тихо, – попытался успокоить ее папа.

И снова ничего не оставалось, кроме как сидеть и ждать. Все решили, что кровати сейчас – не самая удачная идея, так что каждый пристроился как мог и попытался заснуть. Особых причин запирать животных не было, они бродили где хотели. Буфер уселся у ног Шона, Мидранж избрал общество Дэвида. Твиттер, инстинктивно побаиваясь Мидранжа, укрылся в клетке. Кот никакого интереса к птицам не проявлял, но Карен одобрила выбор попугая.

Прогноз погоды оказался верным. Ветер внезапно стих, уступив место абсолютной тишине. Но все отлично знали, что выходить нельзя, ураган может нанести удар в любую минуту. Карен некоторое время прислушивалась к окружающему миру, а потом заснула.

Карен проснулась на рассвете. На небе не было солнца, но все-таки стало светлее. В голове у девочки мелькала картинка, будто бы вокруг фургончика кружатся облака, посылая в него стрелы, но эти стрелы были сделаны из пара и не причиняли никакого вреда. Тем не менее ветер стих, так что самое страшное позади. Машину не перевернуло, не унесло в море. Теперь все можно вспоминать как забавное приключение.

С появлением света зашевелились и остальные. В туалет выстроилась очередь. Мама принялась стряпать завтрак, пока папа собрался на улицу попытаться снова починить мотор.

– Ух ты! – удивленно воскликнул он.

Карен как раз в эту минуту освободилась и с Твиттером на пальце высунулась вслед за отцом. И удивленно застыла в дверях.

Пейзаж изменился. Теперь они были не на побережье полустрова. Недалеко от машины росли деревья, как будто бы сделанные из металла, их плоды напоминали подковы. А рядом с одним из этих деревьев стояла самая странная лошадь, которую девочка когда-либо видела. Видимо, это был конь. Задняя часть была вполне обычной, лошадиной. Но спереди торчал торс с руками и головой мужчины. У него за спиной болтался потертый изогнутый лук и колчан со стрелами.

– Это что такое? – спросила Карен, слишком удивленная, чтобы испугаться.

– Кентавр…– сказал папа каким-то чужим голосом.

– Что?

– Мифическая помесь лошади и человека. Наверное, это статуя. Но выглядит очень натурально.

Статуя обернулась.

– А, чужеземцы! – воскликнула она. – Какими судьбами на Острове Кентавров?

Карен посмотрела на свою птицу:

– Что-то мне подсказывает, что мы уже не во Флориде, Твиттер!

Папа, судя по всему, проглотил язык, так что Карен решила ответить за него:

– Мы Балдуины. Сюда нас занес ураган Весельчак. В смысле, тропический шторм. А мы сейчас где? Эта коса называется Островом Кентавров?

– Причем здесь коса? – кентавр удивленно поднял брови. – Это же не косина. Сельскохозяйственные орудия у нас растут в другом месте. А это – башмачное дерево.

Он протянул руку и коснулся позвякивающей на ветке подковы.

Услышав разговор, на улицу вылезли остальные члены семьи.

– Ого! Человек-конь, – провозгласил Дэвид. – А я думал, это фантастика.

– Так и есть, – кивнул папа, – мы, должно быть, попали на какое-то шутовское шоу.

– Простите, я вас, наверное, не так понял, – жестко сказал кентавр. – Вы считаете меня шутом?

Внезапно неведомым образом у него в руках оказался лук. Острие стрелы точно указывало на папу.

Карен среагировала раньше, чем успела подумать. Как обычно, в общем.

– Не надо! – крикнула она, бросаясь между кентавром и отцом. – Папа не верит в сказки.

Кентавр опустил оружие.

– Не верит? А как насчет магии?

– В нее тоже не верит.

– А тогда он кто? – существо явно удивилось.

– Обычная домашняя разновидность семейного человека, – объяснила девочка. – Из Майами.

– Что в мае? – Карен засмеялась:

– Что ты, это не май, Май-ами! Из Майами. – Кентавр смущенно наморщил лоб:

– А это какая часть Ксанфа?

– Это часть Флориды, в Америке.

Кентавр изумленной дернул хвостом и мотнул головой:

– А вы случайно не из Обыкновении?

– Нет, мы из Флориды.

– Вы попали сюда через Ворота? – Карен огляделась.

– Мы явно попали сюда через что-то, потому что на дом это не похоже.

Кентавр окончательно убрал лук.

– Ворота тут недалеко. За ними обычно следит Ключник. Людей это удерживает. Но что-то случилось, и вас не предупредили.

– Нас, наверное, ветром пронесло мимо него. Мы были в самом очаге.

– А вы там не поджарились? – Девочка снова засмеялась:

– В самом очаге урагана Весельчак.

– Висел что? – удивился кентавр.

– Какой ты смешной! Самый центр урагана. Он так называется.

– А, ураган. Посмотрим, что можно сделать. Настало время представиться. Я кентавр Седрик Десятый с Острова Кентавров.

– Меня зовут Карен Балдуин.

– Надо сказать, с балдой у тебя все в порядке!

Карен вспомнила, что у нее на голове мочалка, все волосы за ночь спутались.

– Просто волосы так растут. До тех пор пока мама меня не расчешет, у меня по утрам они кажутся запутанными джунглями.

Седрик улыбнулся:

– У наших жеребят такие же проблемы. Мы стараемся следить за путанными джунглями. Но путаны продолжают разрастаться.

– Мы должны пожать руки? – спросила Карен, сомневаясь, все ли идет согласно этикету.

– Не думаю, что это нужно. Но если у тебя чешется рука, можешь пожать ее. Станет лучше! – Седрик показал как.

Карен подавила смешок.

– Да нет же, пожать руки друг другу, чтобы показать, что мы настроены дружелюбно.

– Странно.

Девочка потянулась вверх, кентавру же пришлось наклониться. Они обменялись рукопожатием.

– Вот так. А это моя семья, – Карен указала назад. Все сгрудились вокруг папы и таращили глаза.

– Отлично! Идите за мной. – Существо развернулось и поскакало прочь.

Карен обратилась к ошарашенным родственникам:

– Ну? Вы идете?

Чувство гордости переполняло ее. Надо же, удалось всех обставить! Все четверо переглянулись и безропотно последовали ее примеру.

Ветер дул все так же сильно, срывая с ближайших деревьев листву и снося ее на обочину. Некоторые листья напоминали щупальца. Все страньше и страньше .

Седрик привел их в деревню, где вместо домов повсюду виднелись конюшни. Тут жило множество кентавров: жеребцы, кобылки, подростки и совсем маленькие жеребята. Одежду здесь не носили. На приход чужеземцев обратили внимание только малыши. Остальные занимались починкой разрушенных ураганом домов: с некоторых стойл сдуло крыши.

Они подошли к центральному зданию, рядом с которым стоял юный кентавр одних лет с Шоном.

– Я нашел этих обыкновенов неподалеку от побережья, – объяснил Седрик. – Они назвались Балдуинами. Наверное, высадились где-то рядом. Видимо, их перебросило сквозь Ворота. Разберись с этим, Карлетон, ладно?

Карлетон приблизился.

– Добро пожаловать на Остров Кентавров. К сожалению, вам нельзя здесь оставаться, если только вы не хотите стать слугами. Поскольку вы обыкновены, вы не обладаете магией, весьма полезной для нас. Но мне кажется, что вам будет лучше на материке Ксанфа среди себе подобных.

Папа наконец пришел в себя:

– Только скажите точно, где мы находимся? – Карлетон задумался:

– Вы о Ксанфе хоть что-нибудь знаете?

– Ну, если это имеет отношение к желтому азотистому соединению, называющемуся ксантин…– Под непонимающим взглядом кентавра папа прикусил язык. – Нет, мы ничего о нем не знаем.

– Тогда нам стоит обменяться информацией, – заключил Карлетон. – Во время беседы не хотите ли перекусить?

– Да! – брякнула Карен, по обыкновению не успев подумать. Они еще не завтракали, а девочка успела проголодаться.

Карлетон махнул рукой, и тут же появилась молоденькая кентаврица. Ее обнаженная полная упругая грудь так соблазнительно покачивалась, что Дэвид и Шон не могли отвести глаз. Карен почувствовала укол зависти: ведь даже уже будучи взрослой, ей ни за что не обзавестись таким потрясающим бюстом.

– В чем дело? – спросила девушка.

– Шейла, это обыкновены. Им нужно задать корм.

– Я сейчас, – кснтаврица грациозно удалилась.

– Задать корм?.. – повторил Дэвид.

Но Шейла быстро вернулась, принеся с собой миски, полные странных фруктов и другой снеди. Она поставила их па стол под навесом.

– Тут папайя, мамайя, сестрайя и братвайя, — пояснила кентаврица, указывая на миски. – Здесь черника, голубика, красника и розовика. Вот буханка с хлебного дерева и жучок-маслячок. В скорлупках молочай, — она подмигнула Карен, – с шоколадом.

Мама взяла буханку. Хлеб распался на тонкие ломтики. Она потянулась за жучком-маслячком – тот раскинул мерцающие крылышки и улетел, оставив на тарелке кусочек масла.

– Какая прелесть! – оценила мама с потрясающей выдержкой. – Спасибо, Шейла.

Кентаврица изящно изогнула торс. Глаза Шона чуть не выпрыгнули из орбит. Сама Карен едва справилась с собой, хотя и была девочкой. Однажды она тайком подглядела, как брат смотрел фильмы «детям до шестнадцати», но Шейла во много раз превосходила формы тамошних красоток. К маминому облегчению, кентаврица удалилась.

Карен схватила скорлупку с молочаем и отхлебнула. И правда – чай с шоколадным молоком и ох какой вкусный. Между тем мальчишки накинулись на разномастные фрукты и ягоды. Мама передала хлеб с маслом папе и принялась намазывать бутерброд себе.

– Ксанф – страна магии, – начал Карлетон. – Тут есть множество волшебных артефактов и большая часть людей обладает магическими талантами. У каждого талант свой. У кентавров, конечно, их нет, здесь магия считается непристойностью.

Но иногда встречаются исключения. Например, Чена, моя сестра…– он махнул рукой. – Впрочем, это к делу не относится. Иногда кентавры пользуются магическими вещами. За пределами Ксанфа находится Обыкновения, место довольно унылое по причине отсутствия магии. Обычно путь в Обыкновению лежит на северо-запад через Перешеек. Быть может, и вы выберете этот путь, чтобы вернуться на родину. А теперь можно поинтересоваться, как вы все-таки попали сюда?

Папа посвятил кентавра в подробности поездки и разыгравшейся бури, рассказал о том, как они остановились на Безымянной Косе.

– Вы что-то говорили о воротах, – заключил он, – видимо, это и есть точка соединения наших миров. Эпицентр урагана прошел над нами и, судя по всему, забросил нас в это… хм… измерение. Если, конечно, это не какой-нибудь эксперимент, проводимый на Косе.

– Остров Кентавров – никакой не эксперимент! – настойчиво заверил Карлетон. – Мы создали его столетия назад из мелких местных островков. Здесь уровень магии довольно низок, и нам это по душе. Но на материке при желании можно встретить массу волшебных явлений. Однако должен предупредить, что для непосвященных они большей частью опасны. Вы когда-нибудь имели дело с драконами?

– Драконы! – возопил Дэвид. – А можно на них хоть одним глазком взглянуть?

Карлетон смерил его ледяным взглядом:

– Не думаю, что это мудрая мысль. Драконов нужно всячески избегать, если ты не превосходный стрелок или у тебя нет специального охранного заклинания.

Тут заговорила мама:

– Значит, вы хотите сказать, что вся Флорида, то есть весь Ксанф, – это сплошная магия? Что здесь живут фантастические существа?

– Именно. Мы можем донести информацию о вашем местонахождении до правительства в замке Ругна. Они вышлют отряд вам на помощь, ведь вы не захотите идти через Ксанф в одиночку.

– Замок? – в восторге переспросила Карен. Она обожала все волшебное.

– Замок Ругна – столица людской части Ксанфа, – пояснил кентавр. – Король Дор наверняка вами заинтересуется.

– Король! – Карен была готова лопнуть от счастья. – В этой стране есть все!

– Но мы не можем бросить наш фургончик, – вспомнила мама, как всегда глядя на все с практической стороны. – Нужно его починить и потом уже ехать домой.

– Я уже не говорю о животных! – добавил папа. Карен осенило:

– Буфер! Мидранж! Твиттер! Они там, бедняги, одни!

– Они и раньше бывали одни, глупышка! – напомнил ей Дэвид.

– С вами есть кто-то еще? – спросил Карлетон.

– Наши домашние животные, – ответил Шон, – мы встретили вас так неожиданно, что даже не подумали выпустить их из машины.

– А что это за существа?

– Буфер – собака, Мидранж – кот, Твиттер – птица, – затараторила Карен. – Они – часть нашей семьи. Их просто необходимо забрать с собой.

– Конечно, прежде чем покинуть остров, сделайте это.

– Для начала машину нужно завести, – упорствовал папа. – Где ближайшая бензозаправка?

Карлетон насупился:

– Никогда не слышал о таком существе!

– Нужно топливо. Вы тут его не используете? Бензин, понимаете?

– Есть такие морские птицы – бедзины. Может быть, они подойдут?

– Такое маслянистое вещество – бензин называется. Кентавр замотал головой:

– Думаю, мы говорим о разных вещах. Не слышал, чтобы бедзины имели какое-то отношение к маслу. Они только летают и ищут рыбу. По легенде, раньше они были домашними птицами, но когда их хозяйка Бедная Зина умерла, то ли из-за несчастной любви, то ли упала из какой-то корзины, горемычные тварюшки остались без присмотра и одичали. Их и прозвали в честь хозяйки – бедзинами.

– Да уж, грустная история, – посочувствовал папа. – Но у нас неприятности. Без топлива машина не тронется с места. Ладно, для начала надо хотя бы починить двигатель. Мы, может, дохромаем до дома и на том бензине, который остался. Если, конечно, найдем дорогу.

– Вашему существу нездоровится? Вы сказали, что оно прихрамывает?

– Никакого существа нет, – объяснил папа. – Это автофургончик, домик на колесах. Мотор начал чихать и заглох. Наверное, внутрь попала морская вода.

– А целебный эликсир ему поможет?

Папа на минуту задумался и предложил:

– Лучше взгляните на него сами и решите, поможет или нет.

– Конечно, я только захвачу с собой пузырек.

Они закончили завтрак и отправились обратно к машине. Карен с нескрываемым восхищением смотрела на мускулистую лошадиную часть Карлетона. Девочка была без ума от животных, а в особенности от лошадей.

Кентавр перехватил ее взгляд:

– Ты не очень тяжелая девочка, Карен, – сказал он. – Хочешь, я тебя прокачу?

Карен сразу смутилась:

– Что ты… Я даже не знаю как… Может, когда-нибудь я займусь верховой ездой… А то я упаду…

Но ей страшно хотелось попробовать.

– Никуда ты не упадешь, – успокоил ее Карлетон.

Карен умоляюще обернулась к маме. Может, хоть в этот раз она не откажет. Мама тяжело вздохнула и отвернулась: так она всегда показывала, что препятствовать – выше ее сил.

Папа поднял дочку и посадил на мощную спину кентавра. Девочка сразу же ухватилась за шерсть – у самого торса она была подлиннее – в надежде удержаться.

Карлетон сделал шаг. Несмотря на отсутствие седла, Карен не потеряла равновесия. Ему как-то удавалось идти так, что каждое движение поддерживало девочку, давая чувство уверенности. Поэтому никакой опасности упасть не было. А ощущения превосходили все ожидания.

Они пошли дальше. Когда пришло время спешиться, Карен еще не придумала, как это сделать. Тогда кентавр протянул ей руку, и девочка соскользнула на землю.

– Спасибо, спасибо огромное! – пролепетала она. – Это была лучшая поездка в моей жизни!

Карлетон ласково улыбнулся:

– Ты напоминаешь мне мою сестренку.

– А где она?

– Ее изгнали, – он так стиснул зубы, что Карен поняла: больше об этом он ничего не скажет.

Живность была в восторге от их прихода.

Шон надел на Буфера ошейник, Дэвид проделал с Мидранжем то же самое. Многие считают, что водить котов на поводке неправильно, но водители в Майами особой аккуратностью не отличались, да и Мндранж к такому новшеству уже привык.

Вот Твиттер – это другой случай. На прогулках он всегда держался поближе к Карен, и стоило ей поднять палец, как он сразу же устраивался на нем, словно на жердочке. Поэтому у него было больше свободы передвижения. Попугай гордо занял свое место на ладони хозяйки, и та вынесла его на свет.

И собака, и кот, и птица были ошарашены видом кентавра. Они подозрительно косились на него и никак не могли понять, враг он или друг.

– На материке у эльфессы Дженни тоже есть кот, – сказал Карлетон. Он повернулся к фургончику. – А это и есть тот самый домик?

– Да, домик с мотором, – ответил папа. – Что-то вроде избушки на курьих ножках. Он может передвигаться.

– А, волшебный домик, – понимающе закивал кентавр. – И как он движется?

– Двигатель соединен с колесами, он заставляет их крутиться и двигать машину вперед, – папа открыл капот. – А вот и мотор. Провода вроде все на месте, так что тут поломка посложнее. Я не механик, и в этом деле мои возможности ограничены.

– Мои и подавно, – поддержал его Карлетон. – Я вообще мало что понял из того, что ты сказал. Так он может сейчас работать?

– Сейчас посмотрим, – папа влез в кабину и повернул стартер. Мотор кашлянул и затих.

– Потрясающе, – констатировал кентавр. – Он как будто живой, но у него очень плохо со здоровьем. Испробуем эликсир.

Он достал пузырек и уронил несколько капель жидкости на мотор. Карен еле сдержала улыбку. Она не особо разбиралась в машинных двигателях, но понимала, что это бессмысленно. Мальчишки отреагировали так же.

Папа снова запустил стартер. Мотор чихнул и мерно заурчал.

Еще несколько капель упало под капот.

– Это просто совпадение…– прошептал Шон, – или… Мотор заурчал еще веселее.

Папа спрыгнул со ступеньки кабины, оставив двигатель прогреваться:

– Как это получилось? – спросил он. – Машина вдруг завелась.

– Я просто брызнул на него целебным эликсиром, – сообщил Карлетон. – Обычно он практически не действует на неодушевленные вещи, но поскольку ваш моторчик живой – это лучшее средство. Я очень рад, что лекарство помогло. Теперь с вашим домиком все будет в порядке, он абсолютно здоров.

Кентавр поднял бровь и добавил:

– Но я так и не понял, как он передвигается.

– Смотри, – сказал папа и полез обратно на свое место. Фургон дернулся и поехал вперед. Он сделал круг и вернулся па место. Двигатель затих.

– Нет смысла тратить бензин, – пояснил папа, вылезая наружу.

– Феноменально, – восхитился кентавр. – Ездящий дом. Я такого раньше не видел.

– Но тут вроде нету мощеных дорог, – забеспокоилась мама. – И мостов тоже нет. Нам некуда ехать.

– На материке есть большая дорога, – успокоил ее Карлетон. – Но, к сожалению, там повсюду заставы троллей. Придется им платить на каждом шагу.

– Ну, к этому мы привыкли, – усмехнулся папа. – А как нам перебраться на материк?

– Мы с удовольствием перевезем вас туда на пароме. Он будет готов к полудню.

– Но ветер еще слишком сильный, – слова занервничала мама. – Это небезопасно.

– С этим мы справимся, – сказал Карлетон тем же уверенным тоном, каким уговаривал Карен прокатиться.

Мама посмотрела на него с сомнением, но спорить не стала. Кентавр ускакал, оставив семейство готовиться к путешествию.

Папа потряс головой.

– Во все это очень трудно поверить, – заявил он. – Но мне станет лучше, когда мы наконец доберемся до шоссе.

Все остальные поддержали его. Кентавры оказались дружелюбны и милы, но ситуация в целом казалась чересчур необычной. Карен уже представляла себе, как расскажет о том, где они были, своим недоверчивым друзьям. Никто, понятное дело, не поверит, но от этого не станет менее интересно.

Около полудня в поле зрения появился довольно большой корабль с четырьмя крепкими кентаврами на борту. В это время со стороны деревни прискакали Карлетон и Шейла. Парни снова вытаращились на бюст девушки. Папа тоже не игнорировал столь замечательное зрелище. Мама поджала губы – отнюдь не самый лучший признак. Карен давно научилась подмечать всякие мелочи, незаметные движения и жесты. Это много раз помогало ей избежать заслуженной трепки. Поэтому она сдержала свою радость по поводу появления кентавров.

– Я подумала, что вам пригодится в дороге немного еды, – сказала Шейла, вручая им огромную сумку с надписью «ПРОВИЗИЯ». – Тут еще молочай, булочки с медом и боксерские груши…

– Боксерские груши? – недоуменно поднял брови Дэвид. Кентаврица достала из сумки фрукт, весьма отдаленно похожий на грушу, и вручила ему. Дэвид понюхал это «нечто»:

– Пахнет собачьим кормом…

– Так оно и есть. В Ксанфе живут собаки боксеры. Они очень любят драться и постоянно устраивают состязания по боксу. Так вот эти груши – их любимое лакомство. В честь их этот фрукт и назвали. Но его уважают и другие животные. Я принесла это для ваших питомцев.

– Как мне нравится эта кобылка! – пробормотал Шон, глядя совсем не на грушу. Шейла кокетливо поправила свою дивную каштановую гриву и улыбнулась ему. Тот чуть не умер от счастья.

Корабль пришвартовался к берегу.

– Ну, если ваш домик готов, мы перевезем вас на материк, – сообщил Карлетон. – Я связался с Добрым Волшебником Хамфри, который обещал послать к вам проводника. Она и ее помощник прибудут на место ближе к вечеру. Шейла познакомит вас, а потом вернется сюда.

– Шейла поедет с нами? – спросил Шон. Его глаза уже и в самом деле готовы были выпасть из орбит.

– ам бы не хотелось, чтобы наш остров считали негостеприимным по отношению к тем, кто попал сюда не по своей воле, – объяснил Карлетон. – Обычно мы не одобряем визиты посторонних, но всегда можем войти в положение потерпевших бедствие и помочь им. Мы сделаем все, чтобы доставить вас на материк в целости и сохранности. Добрый Волшебник очень мудр, поэтому выбирает самых компетентных проводников.

– Спасибо большое, – поблагодарил папа. – Мы очень ценим ваше гостеприимство и помощь. Может быть, еще увидимся.

– К сожалению, вряд ли, – кивнул Карлетон, махнул хвостом и ускакал. Папа пошел к фургончику.

– Он немножко не в себе из-за потери сестры, – вздохнула Шейла. – Если вы ее встретите, передайте ей от него привет, он будет очень рад.

– А почему ее изгнали? – спросила Карен. Шейла поджала губы:

– У нее обнаружили магический талант. Она милая девочка, но такое запрещено на Острове. Мы считаем это непристойностью.

– Ты не знаешь, что мы считаем непристойностью, – встрял Дэвид.

– Если вы – рядовые представители своего вида, то непристойностью вы считаете свое собственное тело и его природные потребности. Все, кроме еды, – мгновенно отпарировала кентаврица. – Поэтому вы скрываете тело под одеждой, стыдясь его и притворяясь, что у вас нет нужды в дефекации и способности к продолжению рода.

Карен взглянула на Дэвида.

– Тебя опустили на все сто, – блеснула она знанием жаргона.

– Это точно, – согласился Дэвид. – Но обычаи кентавров мне нравятся больше.

– Мне тоже, – поддержала брата Карен.

Мама и Шон обменялись многозначительным взглядом. Карен заметила, что Шон начинает вести себя по-взрослому.

Фургончик завелся и медленно въехал на паром. Устраиваясь поудобнее, он слегка задел обшивку. Дэвид и Карен забежали вслед за ним и заблокировали колеса на случай, если тормоза не выдержат.

Потом все успешно погрузились на борт, и кентавры подняли якорь. Затем развернули парус и крепко привязали его. Ветер продолжал стараться изо всех сил, так что корабль быстро летел по волнам. Шли галсами. Все четверо кентавров-моряков знали свое дело. У каждого было свое место у паруса, румпеля или руля.

– Самое время перекусить, – предложила Шейла. – Чтобы переплыть пролив, потребуется время, а на материке вам будет не до еды.

Мама пересилила себя и предложила:

– Может быть, поешь с нами, Шейла?

– Конечно, – ответила кентаврица, – я сейчас схожу за табуретками для вас.

Она отошла к другому борту и принесла четыре табуретки в форме жаб. Когда все расселись, раздалось дружное «кв-в-а-а-а!».

– Как интересно, – заметил папа, – у нас жабы молчат, квакают только лягушки.

– Обыкновения – загадочное место, – вежливо ответила Шейла. – Наши жабы не придерживаются никаких ограничений.

Пока они ели, паром достиг берегов материка. Береговая линия поросла джунглями из странных деревьев. Перед ними простирался золотистый пляж.

– Золотой Берег, – объявила Шейла. Туда они и высадились.

– Я покажу место стоянки, где вы подождете проводника, осталось уже недолго, – сообщила кентаврица. – Ваш домик может ехать рысью?

– Если по твердой почве – то да, – ответил папа. – Пляж вполне подойдет.

– Нам нужно на самый край Золотого Берега. Потом вы поедете по дороге троллей, она уж точно подходит для езды. Я поскачу впереди, а вы подстраивайтесь, ладно?

Семейство погрузилось в фургончик, и папа завел мотор. Машина развернулась, чтобы ехать за Шейлой. Все дети смотрели в ветровое стекло, чтобы видеть, что происходит.

Сначала кентаврица пошла шагом. Как только они ее догнали, она припустила рысью. Поскольку машина не отстала, она перешла на галоп. Ее роскошные волосы развевалась на ветру.

– Хочу увидеть ее спереди, – бормотал Шон.

– Ты уже достаточно на нее насмотрелся, – отрезала мама.

Так они и ехали со скоростью двадцать пять миль в час. Видимо, это была средняя скорость передвижения кентавров. Вскоре впереди показалось нечто напоминавшее гигантскую подушку, лежащую на песке. Тут Шейла и остановилась.

– Ух ты, ваш домик быстро движется, – заметила кентаврица.

Она тяжело дышала. Это лишь способствовало выпаданию глаз Шона из орбит. В Майами надо будет отправить его к врачу.

– Я начинаю думать, что Обыкновения – не такое уж и унылое место, как говорят.

– Там есть свои плюсы, – дипломатично ответил папа. Шейла посмотрела на наручные часы. При ближайшем рассмотрении они оказались парой глаз, нарисованной на кисти. Они подмигнули ей, что, видимо, имело какой-то скрытый смысл.

– Ваш проводник скоро будет на месте.

Все уселись и стали ждать.

## Глава 3. ХЛОРКА

Хлорка пребывала в восторге от самой себя. Оказывается, так здорово быть красивой и умной! Тем более в компании не менее умного и красивого, хоть и немого мужчины. Но постепенно восторг стал улетучиваться. Никто не видит ее блистательной внешности! А Филя – одна только иллюзия, ведь на самом деле он отнюдь не принц. И ко всему прочему именно он сделал из Хлорки красавицу. Так что этот не в счет. Надо, чтобы вокруг находились нормальные люди, чтобы они восхищались и завидовали. Но вернуться в родную деревню нельзя, там кто-нибудь может узнать ее, и тогда весь триумф насмарку. О соседних деревнях вообще ничего не известно. Где же можно продемонстрировать миру свои прелести? Пусть новый ум поработает над этой задачкой.

Над головой у Хлорки вспыхнула яркая лампочка. Нужно пойти к Доброму Волшебнику Хамфри с Вопросом! Такие походы одобрены законом. Конечно, когда она получит ответ, придется отработать за него целый год, и тут-то как раз и можно, опять же с одобрения закона, блеснуть своей внешностью. При этом появится возможность сделать что-то полезное. Ведь теперь Хлорке так этого хочется.

Пора придумать Вопрос. Только все должно быть честно. Что ей действительно интересно узнать?

Озарение пришло почти сразу. Как замечательно иметь такой ум! Стоит только подбросить проблемку, как он сразу принимается за нее с мощностью в двадцать кентавровых сил! Конечно, нужно спросить, куда же подевалась ее последняя слеза. Хлорка уже давно раздумывала на эту тему, а теперь подвернулся случай это выяснить.

– Филя, – объявила она, – мы отправляемся в замок Доброго Волшебника Хамфри, я хочу задать ему вопрос.

Филя посмотрел на спутницу с сомнением. Даже слегка встревоженно. Он, наверное, подумал, что не поправится Доброму Волшебнику.

– Не беспокойся, – ласково сказала Хлорка, – я расскажу ему, как ты мило со мной обошелся, хотя на самом деле ты ослик с хвостом дракона. Я уверена, он все поймет.

Филя вроде не очень успокоился. Но это ничего, он расслабится, когда увидит, что все идет как надо. Добрый Волшебник знает все, а значит, и то, как он хорошо поступил с несчастной девушкой. А если у Хамфри появятся какие-то сомнения, он сверится со своей Книгой Ответов и выяснит все относительно немого дракона. Значит, нет повода для беспокойства.

Но есть небольшая неприятность: неизвестно, как без особых хлопот добраться до заветного замка. Хлорка жила па северо-востоке Ксанфа, а замок должен быть где-то в центре страны. Идти туда долго и сложно.

Но с этим наверняка может помочь Филя.

– Филя, я хочу быстро, безопасно и с комфортом добраться до замка Доброго Волшебника Хамфри. Знаешь, как это сделать?

Филя кивнул.

– Тогда покажи как.

Филя зашагал к ближайшей деревне. Вскоре он обнаружил аккуратную тропинку, и уже через два или три поворота они очутились у указателя. Он гласил «Ив ангород». Точно! Теперь Хлорка вспомнила. Всех в этой деревне вне зависимости от пола звали либо Иван, либо Ваня, либо, в крайнем случае, Ван. Жители занимались производством вантузов. Они делали ван-тузы разных размеров и цветов. Здесь можно было встретить и маленькие сувенирные, и нормальные рабочие модели. В общем, этот промысел шел в гору.

Филя подвел девушку к небольшой металлической коробочке, прикрепленной под табличкой с названием. Устройство называлось «Позвани Ваньке». Рядом болтался шнурок с крошечным вантузом со встроенным колокольчиком на конце. Хлорка за него дернула. Колокольчик звякнул, в коробочке приоткрылась щелка. Из нее раздался сварливый голос:

– Хватит Ваньку валять!

Хлорка огляделась, но никакого Ваньки не нашла.

– Я никого не валяю. Я просто хочу как можно быстрее добраться до замка Доброго Волшебника Хамфри.

– Нужен аванс !— потребовали из коробочки. Девушка осмотрелась в поисках чего-нибудь подходящего.

Неподалеку росло пирожковое дерево. Теперь главное – сделать правильный выбор. Новенькие извилины сработали на удивление быстро: Ване наверняка поправится ванильная сдоба! Она сорвала пирожок и засунула в щель.

– Маловато, – заявил голос. Хлорка скормила в дырку еще один.

– Надо же, какой 6олван! — шепнула она Филе.

– Я не болван, а болванщик, делаю болванки для шляп! – отозвалась коробочка. – Теперь я свяжусь с нашим Созванием, и мы пришлем вам рыдван. А пока будете ждать, присядьте и попейте иван-чая.

Хлорка и Филя уселись за столик, стоящий рядом, и принялись за содержимое кувшина. Напиток был чуть пряный, но приятный. После второй чашки в голове у Хлорки зашумело. Видимо, в него для вкуса добавили иван-да-марьи. (Она слышала, что в других частях Ксанфа эту травку называли марихуаной.)

На тропинке появился мускулистый мужчина. На плече он нес огромный топор.

– Вы извозчик? – спросила Хлорка, любуясь бицепсами незнакомца.

– Что вы! – запротестовал он. – Я дровосек Иван. А вам бы, мисс, я посоветовал так не налегать на иван-чай, а то голова закружится.

Хлорка обхватила голову руками, чтобы предупредить очередной приступ головокружения. Стало чуть-чуть лучше.

– Спасибо большое за совет.

– Да не за что, милашка, – добродушно брякнул Иван и пошел своей дорогой.

Хлорка покраснела от удовольствия. Но тут же вспомнила, что она и в самом деле очень мила и комплимент был заслуженным. Но все равно к таким проявлениям внимания она еще не привыкла, так что будет смаковать их еще долго.

На дороге появилось облачко пыли. Облачко быстро приближалось и в конце концов остановилось прямо у столика, сформировавшись в некое подобие кареты. Надпись па ней гласила: «Эх, прокачу!». Дверца распахнулась. Филя полез внутрь, Хлорка последовала его примеру. В салоне обнаружилось мягкое сиденье как раз на двоих.

Дверца захлопнулась. Рыдван с ревом рванул вперед. Они неслись по тропинке с огромной скоростью, за окном мельтешили стволы деревьев.

– Ты уверен, что так и должно быть? – поинтересовалась девушка.

Филя кивнул. Только теперь она расслабилась. Впереди было еще одно сиденье, а за ним – прозрачная пластина. Они мчались на всех парах, лес летел им навстречу.

Над сиденьем Хлорка разглядела надпись: «Ваш водитель демон Страхолюд».

Она снова начала нервничать.

– Филя, эта надпись…

Внезапно на переднем сиденье возникло рогатое существо. Судя по всему, тот самый демон. Очень даже симпатичный. И почему такое странное имя?

– Эта надпись только для того, чтобы запугать тех, кто оставляет плохие чаевые, – сообщил Страхолюд. – Вы заплатили все авансом, так что беспокоиться не о чем. Разве что я не справлюсь с управлением. Ведь мое настоящее имя – Лихач. Обожаю лихачить!

Рыдван резко вильнул, уворачиваясь от дерева.

– Ой! – взвизгнула Хлорка. – А что за чаевые? Это имеет отношение к тому иван-чаю, который мы пили?

– Нет, чаевые – это благодарность мне за успешную доставку пассажиров на место. Но с вас, прекрасная барышня, я возьму один лишь поцелуй.

Девушка взглянула на Филю, тот согласно мотнул головой. Хлорка наклонилась вперед и поцеловала демона в правое ухо.

Рыдван взмыл в воздух, затем ринулся вниз.

– Bay! – восхитился Лихач-Страхолюд. – Вот это был поцелуй!

– Спасибо, – пробормотала девушка, заливаясь краской. Раньше ей не приходилось краснеть так часто.

Рыдван с визгом затормозил у самого края жутко глубокой расщелины.

– Пересадка, – сообщил водитель. – Провал за пределами моей компетенции.

– Спасибо большое, – поблагодарила Хлорка, выбираясь из кареты. – Ты самый милый и лихой демон скорости!

Теперь краской залился демон. Он стал благородного темно-красного цвета, местами от него валил пар.

– Я, пожалуй, пойду, – смущенно пробормотал он. Рыдван взвился в воздух и взял курс обратно на северо-восток.

Солнце уже готовилось скрыться за горизонтом. Видимо, поездка длилась достаточно долго. Огромная черная тень поднялась из Провала и приземлилась рядом. Тень напоминала птицу рок, только черного цвета. В коггях она сжимала небольшую корзину с надписью «Ночные перелеты».

Хлорка кивнула. Значит, эта птица летает только ночью. Все рассчитано верно.

Филя залез в корзину, которая оказалась больше, чем показалось вначале. Размер птицы зрительно уменьшал ее. Хлорка присоединилась к спутнику. Птица расправила крылья и спрыгнула вниз, в Провал.

На секунду желудок подскочил к горлу, но потом гигантские крылья поймали струю ночного воздуха, и все встало на свои места.

Они летели не через Провал, а внутри него, оставаясь в темноте, пока последний свет дня озарял края расщелины и парящие над ней облака. Хлорка перегнулась через борт корзины, стараясь разглядеть внизу блеск чешуи легендарного Провального дракона. Но под ними клубилась лишь осязаемая тьма. Поскольку трогать этот мрак не хотелось, девушка старалась не обращать на него внимания. Когда же ночь окутала весь Ксанф, птица, миновав Провал, набрала высоту и полетела над джунглями. Внизу, там где местные жители жгли костры, виднелись огоньки. А может, это вовсе не безобидные костры, а дыхание драконов, вылезших из логова на ночную охоту? Но все равно красиво.

Вдалеке засияли огни замка, на темном фоне проступили стены и башни. Было уже не просто красиво, а потрясающе красиво. Хлорка смотрела вперед в немом восторге. Как бы хотелось побывать в таком замке! Как, наверное, здорово жить там, быть принцессой… Нет, пусть даже горничной! Может быть, она сейчас и привлекательна, но когда она расстанется с Филей, чары спадут и она вернется к своему унылому «я». И все мечты рассеются как дым! Она не пожалела бы последней слезы, если бы знала, конечно, где она, плача о своей навеки потерянной мечте.

И именно поэтому Хлорка сейчас направлялась к Доброму Волшебнику. Она рассмеялась, но в этом смехе сквозила изрядная доля горечи.

Птица подлетела к великолепному замку и приземлилась прямо у рва. Все, они на месте!

Филя вылез из корзины и помог выбраться Хлорке. Темная птица взлетела и неслышно растворилась в ночи. Они остались один на один с сияющим замком.

Хлорка отлично знала, что не стоит пробовать пройти испытания ночью. Она решила подождать до рассвета. Вдобавок есть неплохой шанс выспаться.

Внезапно ее сонную голову посетила мысль:

– Филя, а тебе нужно спать?

Красавец покачал головой. Нет, не нужно.

– Тогда не мог бы ты посторожить меня, пока я буду спать? Если тебе несложно, конечно. То есть ты безупречен во всех отношениях, но я не хотела бы, чтоб ты переутомился, – она грустно засмеялась. – Понимаешь, в нормальном состоянии я об этом бы даже не заикнулась, я на этот счет даже не побеспокоилась бы… Но теперь я красивая и мне не все равно. И все благодаря тебе. Выполнишь мою просьбу, ладно?

Филя кивнул.

– Хорошо, ты тогда держи ухо востро и разбуди меня, пожалуйста, перед восходом солнца. Тогда я смогу в полной мере насладиться его красотой.

Хлорка принялась собирать листья для подстилки. Но тут ее осенила еще одна идея:

– А ничего, если ты на время станешь таким, как раньше? Я на тебя тогда положу голову. Если нет, ты сразу скажи…

Филя снова стал драконом с головой осла. Он лег на землю, Хлорка пристроилась рядом с ним. Хотя на шкуре были чешуйки, теперь они стали мягкими.

– Знаешь, ты, правда, смешной, – заметила она. – И чем больше ты для меня делаешь, тем больше ты мне нравишься… Даже такой, как сейчас. Надеюсь что это тебя не смущает…

Филя дернул ухом, показывая, что это ему только приятно. Хлорка свернулась калачиком и мгновенно заснула.


Она проснулась оттого, что щекотало нос что-то мягкое.

– Кто? Что? Где я?

Потом Хлорка сообразила, что это Филя тыкался в нее ухом. Она же просила разбудить се за несколько минут до рассвета, что тот и сделал.

– Спасибо, – улыбнулась она.

Несколько минут прошло, и небо порозовело. Разноцветные лучики показались из-за верхушек деревьев. Брюшки соседних облачков матово засияли. Затем, когда стало совсем светло и безопасно, над лесом взошло солнце. Солнце никогда не вставало ночью, потому что боялось темноты.

– Великолепно! Я знала, что так и будет! – восхитилась Хлорка. – Спасибо, Филя, за то, что меня разбудил.

Она ласково почесала ослика за ушком, затем вскочила:

– Ты пока поищи что-нибудь поесть, а я приведу себя в порядок.

Филя заковылял прочь, а Хлорка зашла за ближайший кустик совершить необходимый обряд. Оправив платьице, она достала расческу и занялась волосами. Роскошные локоны переливались в мягком утреннем свете. Они так и остались зеленовато-желтыми, но теперь зеленый стал глянцево сочным, а желтый – отливал золотом. Девушка посмотрела в лужу и увидела свое отражение: сейчас она напоминала принцессу, только что вернувшуюся из прекрасной страны сновидений. Как жаль, что это приключение когда-нибудь закончится!

Хлорка вернулась к тому месту, где они провели ночь, и увидела Филю, который семенил к ней, аккуратно держа губами шоколадные и ванильные пирожные. Он, наверное, нашел хорошее пирожковое дерево. В истинном обличье рот у Фили был достаточно вместительный, так что туда уместилось большое количество сластей. Все были в целости и сохранности.

Тут Хлорка спохватилась:

– А я от этого не потолстею?

Филя замотал головой. Что ж, ему виднее. Ведь это он сделал ее такой. Больше не беспокоясь, Хлорка накинулась на еду. Дракончик с удовольствием смотрел, как она ест.

– Ой, ты же сам голодный! Съешь хоть одно пирожное!

Филя заколебался, потом кивнул. Но все равно смотрел на сладости с сомнением.

– Только в таком виде ты слопаешь все сразу и ничего мне не оставишь. Превратись в того красавца и давай завтракать.

Дракон исчез, вместо него появился вчерашний душка. Филя взял пирожное и надкусил. Видимо, ему понравилось. Тут Хлорку осенило:

– А как же кусачие мошки? Ночью они летают повсюду. Но меня почему-то не покусали… Ты отогнал их?

Филя подтвердил.

– Вот уж не знаю, что я буду делать без тебя, когда все закончится! Мне все очень нравится, хотя мы еще не сделали ничего значительного или неприличного, – она окинула молодого человека оценивающим взглядом. – Ничего, неприличное может и подождать. Еще нужно пройти три испытания, чтобы попасть в замок.

Они стояли прямо у рва. Утром замок тоже выглядел замечательно. Вода во рву была спокойной, не было заметно признаков присутствия ровных чудовищ. Подъемный мост поднят. Вброд никак не перейти. Как раз неподалеку располагалась пристань, а к ней была привязана лодка.

Тут Хлорка заметила, что на траве у ее ног что-то лежит. Она наклонилась и подняла маркер. Такими дети пишут свои имена на одежде. Нет смысла бросать его тут, лучше взять с собой – авось пригодится! Она засунула находку в сумочку.

– Ну что, пойдем посмотрим, каково это! – весело сказала Хлорка. – Но это мое испытание, поэтому просто иди за мной. Я уверена, что ты наверняка знаешь, как пройти все этапы, но не подсказывай, а то это будет нечестно. Тем более что я с удовольствием справлюсь со всем сама. Хочу еще раз проверить мою новую смекалку.

Она сделала шаг к лодке. Внезапно ниоткуда появился огромный циклоп и двинулся к девушке. Чудище топало вперед, угрожающе расставив руки. В последний момент оно круто развернулось и исчезло. На спине существа девушка успела разглядеть надпись: «циклоп».

Хлорка так резко отступила назад, что не удержала равновесие и шлепнулась на землю. Хорошо, что в последний момент она успела дернуть подол юбки вниз! Будь она обычной несимпатичной девчонкой, ничего бы не случилось, если бы юбка задралась и явила миру ее трусики. Но теперь она очень привлекательна, и такая ситуация была бы непростительна.

– Какой ужас! Это не просто циклоп, а цикл-оп! On! — и меня нет! Как же мне теперь пройти?

Стоящий сзади Филя пожал плечами. Значит, сохраняет нейтралитет. Хлорка заподозрила, что это неспроста. Нет, Филя всегда дружелюбен, а сейчас он хочет сказать, что есть какой-то вход в замок, который важно пустить в ход. Конечно, вход есть, ведь в ином случае это было бы нечестно.

Хлорка немного подумала, потом поразмыслила, потом обмозговала задачку и решила, что ничего не получится, если не найти правильный подход. Обойти или побороть циклопа не выйдет. Она снова задумалась. Здесь явно скрыто то, что на самом деле очевидно. Потому что так устроены все испытания Доброго Волшебника. Он терпеть не может, когда все пристают к нему с дурацкими вопросами, поэтому изобрел эти испытания. Но, уж если кто проходит их, он играет по-честному и дает самые подходящие с его точки зрения ответы. А вот с точки зрения многих, он – просто ворчливый гном. Однако здесь такая версия не рассматривается. Так как же быть? Новый ум снова сосредоточился на циклопе в поисках свежих решений и обходных путей. Что же здесь скрыто, но на самом деле очевидно? Вокруг ничего необычного не было, никаких дверей в подземный тоннель или чего-нибудь подобного. Единственное примечательное – это найденный маркер.

Ха! Ну конечно! Рядом с замком Хамфри ничего так просто не валяется! Значит, маркер для чего-то нужен. Вот и ключ к разгадке.

Хлорка вытащила находку. Обычный старенький маркер. Как он ей может помочь?

Им нужно что-то сделать? Маркер… Волшебный маркер… Приклеить марку к циклопу? Маловероятно, он раньше успеет схрумкать ее прекрасное, но беззащитное тело. Вообще маркером обычно рисуют или пишут…

Пишут!.. Предположим, можно что-нибудь им написать… Но зачем? Что-то вроде: «Пошел вон, циклоп»?

Хлорка отыскала в сумочке маленький блокнотик, сняла с маркера колпачок и вывела: «Пошел вон, циклоп».

Ничего не произошло. Ладно, сейчас попробуем. Она шагнула к пристани с лодкой – циклоп снова устрашающе понесся на нее. Девушка отпрыгнула назад – чудище испарилось.

Значит, это неправильно. Видимо, маркер нужен для чего-то другого. Как еще можно его использовать? Но даже в новую умную голову ничего не приходило.

Хлорка оглянулась на Филю, но тот упорно демонстрировал полное бесстрастие.

– Э… Если хочешь поспать…– Да нет же, он уже сказал, что никогда не спит! – Может быть, поиграешь в какую-нибудь интеллектуальную игру сам с собой? А то я не хочу раздражать тебя своими глупыми попытками.

Филя кивнул, отошел и уселся на траву. Ей стало интересно, о чем может думать дракон с головой осла. Надо будет как-нибудь спросить его об этом. Но только потом.

Хлорка зачеркнула надпись. Вокруг нее распространилось легкое сияние. Она огляделась, но ничего подозрительного не заметила. Значит, это магия. Зачеркнув надпись, она отменила предыдущее заклинание. Знать бы только, в чем оно заключалось.

Почему же у нее возникает столько проблем с тем, что должно быть очевидно? Даже кажется, что в глупом состоянии она догадалась бы быстрее.

Тут у нее над головой тускло засветилась лампочка. Может быть, все три испытания направлены на ее предыдущее, не отличающееся умом «я». Может, Добрый Волшебник Хамфри не заметил, что она поумнела. А может, и заметил, но не придал значения. Поэтому он устроил ей легкое испытание, и она сейчас слишком умна для него.

– Что ж, попробуем подумать по-старому, – сказала Хлорка сама себе.

Она перевернула страничку и написала «циклоп», потом аккуратно зачеркнула слог «ци». Хлорка снова ощутила покалывание магии. Неужели сработало?

Она шагнула вперед и увидела крошечное существо, копошащееся у ее ног. А вот и клоп! On! – И его нет! Но девушка пожалела несчастную тварюшку. Клоп попытался броситься ей под ноги, но она его просто перешагнула. Ура! Первое испытание позади! С помощью волшебного маркера ей удалось превратить опасного циклопа в совершенно безобидного клопа. Цель испытания – назвать врага и переименовать его должным образом. Понятное дело, задачка тривиальная.

Хлорка направилась ко рву. Где тут пристань и лодка? Лодка оказалась на месте, а вот пристань исчезла. Вместо нее на берегу сидел самый здоровый, жуткий, волосатый и отвратительный паук, которого она когда-либо видела. За один присест он ее, конечно, не проглотит, но за два или три вполне справится. Тем более пауки не любят сжирать жертву целиком и сразу, они предпочитают опутать ее паутиной и смаковать добычу, постепенно высасывая соки. Хлорке совсем не хотелось знать, насколько вкусны соки ее молодого прелестного тела.

Она попятилась – самое разумное, что можно было сделать. Паук не побежал за ней. Наоборот, теперь вместо пего на берегу снова расположилась симпатичная пристань. Девушка бегом бросилась туда, но паук возник опять, а пристань исчезла.

Хлорка отступила назад, теперь внимательно глядя на противника. Тот растворился, уступив место пристани. Ага, значит, они превращаются друг в друга. Так это же беспристанный паук! Он беспрестанно превращается в пристань, а когда снова становится пауком, она, Хлорка, остается без пристанища!.

Но тут явно одной заменой букв П и У в слове «паук» на К и Ю не отделаешься. А даже если это сработает, каюк пристани ей абсолютно ни к чему. Доски развалятся, и, чтобы сесть в лодку, ей придется испачкать свои изящные туфельки. Нужно поймать момент, когда паук снова станет пристанью. Но только вот как?

Должен быть до глупости простой ответ… Вот! Подкупи паука! Но чего же еще он хочет, кроме как отведать ее кровушки? Что еще ему может понравиться?

Волшебный маркер! Больше он не понадобится, но пауку эта игрушка может приглянуться. Теперь главное – убедить животину, что эта штука ему пригодится.

Хлорка осторожно сделала несколько шагов вперед, готовая в любой момент дернуть назад.

– Послушай, очаровашка! – крикнула она. – У меня для тебя кое-что есть!

Паук плотоядно засучил лапками. Капля ядовитой слюны упала на землю, задев крошечный, еще совсем слепой кустик куриной слепоты. Он еще не успел стать цыпленком и уже никогда не превратится в гордую птицу. Хлорка, если б могла, расплакалась бы от жалости.

– Нет, меня ты не съешь, – быстро поправилась она. – Под этой миловидной внешностью скрывается абсолютно худосочная и невкусная личность. Но у меня есть то, что понравится тебе больше, – волшебный маркер!

Девушка повертела его в руках.

– Этот маркер может превращать одно в другое. Смотри, сейчас покажу, – она огляделась в поисках побегов лука. Присмотрев симпатичную луковицу, она положила ее перед собой. Затем Хлорка старательно вывела в блокноте слово «лук» и исправила букву «л» на «ж». Лук стал толстым круглым жуком.

– Видишь? Ты наверняка всегда мечтал об этом, – весело продолжала она. – Представляешь, что ты сможешь сделать с большим луком?! У тебя получится самый громадный сочный и вкусный жук в Ксанфе! Попробуй то же самое с буком и суком.

Паук пустил слюну снова. Значит, ему нравится.

– Я отдам тебе этот маркер за крошечное одолжение, – осторожно продолжала Хлорка. – Просто стань ненадолго пристанью и пусти меня в лодку. Тогда маркер и блокнотик – твои. Ты сможешь…

Хлорка запнулась, ей в голову пришла нелепая мысль.

– А ты умеешь писать?

Паук качнул головой. Нет, не умеет.

Вот те на. Но котелок продолжал варить на ура.

– Хорошо, а рисовать умеешь? Сейчас проверим, сработает ли с картинками.

Девушка выковыряла еще одну луковицу и села рядом. Схематично набросав лук, она перечеркнула рисунок п изобразила снизу жука.

Лук снова стал жуком. Значит, получается и с картинками. Может быть, Добрый Волшебник решил, что она глупа настолько, что не умеет писать? Что ж, он недалек от истины. Хлорке никогда не удавалось перейти во второй класс школы кентавров, и справлялась она только с написанием двухсложных слов. Если бы ее попросили написать «квинтэссенция», она бы долго мучилась.

– Так что, если умеешь рисовать, маркер сделает все, что пожелаешь, – заключила она. – Не знаю, что он еще может, но у тебя тут полно лука, и жуков ты можешь наделать, сколько влезет. Ну что, мы договорились?

Паук кивнул.

Но тут Хлорка засомневалась. А вдруг он обманет? Вдруг он схватит и ее, и маркер? Нет, все должно быть честно, Добрый Волшебник не устроил бы подлого испытания. Она выпятила живот… Нет, это неженственно. Хлорка высоко подняла подбородок и гордо прошествовала к пауку. Если он ее сцапает и попытается высосать, она отравит его внутренности, не зря же у нее такой талант. Но будем надеяться на лучшее.

Паук покорно превратился в пристань. Хлорка легко ступила на доски и села в лодку. Потом она положила на причал волшебный маркер и блокнот. Отвязав веревку, девушка взяла весло и отчалила.

– С тобой приятно иметь дело! – жизнерадостно крикнула она.

На месте пристани опять возник паук, сжимая в лапках маркер. Он помахал ей вслед длинным усиком. Еще одно испытание позади.

Упс! Она забыла Филю.

– Эй, там, на суше! Филя! Иди сюда! – Хлорка подгребла назад.

Филя подошел. Паук вежливо превратился в пристань, помогая ему перебраться в лодку. Он, наверное, принял Филю за дракона с толстой чешуей, а с таким связываться не стоит.

Через ров удалось переплыть без сюрпризов. Но Хлорка точно знала, что должно быть еще третье испытание. В чем же оно заключается? Задачи, понятное дело, никогда не повторяются. Хорошо, что это не ровное чудовище, с ним что делать – непонятно.

Они пришвартовались в саду, разбитом вокруг замка. Как только они вылезли на берег, лодка сама отправилась назад, отрезая их от земли. Все, теперь пути назад нет.

Хлорка оглядела сад. Он был одновременно милым и отвратительным. Левая часть заросла какими-то корягами и вонючими сорняками, статуи способны были вызвать тошноту. Правая сторона садика представляла собой коллекцию чудных, нежно пахнущих цветочков и деревьев. Идти дальше хотелось именно по этой стороне.

Но дорожка вела через омерзительные заросли, и идти пришлось туда. Попасть в красивую часть, не поломав хрупкие ветки и не потоптав нежную травку, было просто невозможно, а крушить все на своем пути у Хлорки не поднималась рука. Однако пробраться через мрачную часть даже по дорожке было сложновато. Тропинка поросла терновником, шиповником, какими-то колючками, кусачками, а также вонючкой. Кто хоть раз наступит на это зловредное растение, будет вонять потом всю жизнь.

Чем дальше Хлорка продиралась, тем яснее становилось, что дальше идти невозможно. Вот уж действительно отвратительный сад. Так что вот оно, третье испытание.

Она вернулась к Филе, который стоял и ждал с независимым видом. Теперь прелестное платье Хлорки было изодрано в клочья, руки и ноги исцарапаны в кровь. Просто жуть!

Девушка с тоской посмотрела на симпатичную часть зарослей. Как жаль, что там нет дорожки! Но ветки и лозы переплетались так же тесно, как и в левой стороне. А проламываться через них можно было с тем же успехом.

Но должен же быть какой-то путь! Значит, все дело в дорожке. Хлорка посмотрела сначала налево, потом направо. Что-то она все-таки упустила.

Дорожка была обсажена подорожником, что наводило на мысль о дороге, и путевками, которые не могут существовать без пути. Кое-где торчали измученные странники. Видимо, это подсказки, чтобы сразу стало понятно, что дело в дороге.

Над головой у Хлорки тускло замерцала лампочка. Странники — может, нужно сделать что-то с ними? Пусть они протопчут просеку там, где надо. Это версия.

Девушка потянулась за самым спелым стеблем, но достать не смогла. Она попробовала еще раз, но только поцарапалась. Нет, должен быть другой выход.

Поменять дорогу нельзя. А может, можно поменять садики? Маленькая лампочка над головой засветилась ярче. Но вспышка пока не последовала.

Как же это так сделать, чтобы дорожка проходила через приятную часть сада? Способ точно есть. Выворачивать наизнанку – одно из самых любимых занятий Хамфри.

Хлорка еще раз осмотрела сад и дорожку. Теперь она углядела, что на обочине стоит ужасающего вида декоративная ваза, а в ней что-то лежит. Девушка подошла к этому творению сумасшедшего скульптора, осторожно ступая между колючками и кусачками, и заглянула внутрь. Фу! Внутри была навалена куча омерзительных удобрений. Вроде бы не ядовитые. Хлорка всегда могла отличить ядовитое от неядовитого, ведь это ее талант. Просто очень мерзкие удобрения.

Прямо через дорожку росла чахлая, не менее мерзкая на вид времяника. Девушка внимательно обследовала и ее. С времяникой нужен глаз да глаз, все это знают. Она может ускорять и замедлять события, даже менять время дня. Обычно люди держатся от нее подальше. Но почему она растет здесь, рядом с дорожкой и удобрениями? Лампочка готова была вспыхнуть.

Мерзкие удобрения, мерзкая времяника… Мерзкая часть сада. Это неспроста. Удобрения, несмотря па запах, делают все добрым, хорошим. А времяника… Она связана со временем, и иногда время бывает неподходящим, плохим. Само по себе оно совсем не плохое, просто наступило не вовремя. А что если немножко удобрений бросить на времянику? Тогда недобрый час должен стать добрым! Конечно!

Хлорка взяла искореженный совок, зачерпнула отвратительной жижи. Конечно, выглядит все печально, но если она окажется права…

Девушка бросила горстку удобрения на замученную времянику. Несчастное деревце почти сразу позеленело и выпрямилось. Наступила ночь.

Что? Хлорка огляделась. Но до ночи еще было далеко! Это все времяника! Она ускорила время, отправив садик в глубокую темноту. Стоило это предусмотреть.

Только вот что это дало? Ночью пробираться сквозь заросли гораздо сложнее. Если только не…

Но тут Хлорка хлопнула себя по лбу. Теперь мрачная часть сада стала симпатичной, и наоборот! Это садик «день и ночь», его половинки различаются так же, как эти два времени суток. И теперь дорожка вилась среди ласковой травы и нежной растительности. Все, наконец-то пройдены все испытания.

– Пойдем, Филя, – сказала Хлорка таким тоном, как будто бы только что покончила с очередной домашней обязанностью. – Нанесем визит волшебнику Хамфри.

Она зашагала по дорожке, путь ей освещали висящие на ветках светлячки.

Тропинка привела прямо к входу в замок. Хлорка постучалась, ворота немедленно открылись. Миловидная женщина приветственно подняла руку.

– Добро пожаловать в замок Доброго Волшебника, Филя и Хлорка, – сказала она. – Меня зовут Вира. Я его невестка. Проходите, пожалуйста.

Значит, их ждали. Хлорка радовалась, что ей удалось найти честный способ пройти все испытания.

Они вошли. Внутри оказалось светло, солнечные лучи проникали через окна. Хлорка поняла, что ночь была не настоящей, а локальной, только лишь эффектом садика. Стоило им отойти от времяники, как все стало на свои места.

– Откуда ты знаешь наши имена? – поинтересовалась Хлорка. – Ведь ты, если память мне не изменяет, даже не видишь нас.

– Да, я слепая, – согласилась Вира. – Но я отлично знаю замок и не заблужусь. Я слышала, как Добрый Волшебник ворчал по поводу вас. У него не возникло сложностей с определением тебя, Хлорка, но вот твой друг поставил его в туник. Ему даже пришлось свериться с Книгой Ответов. Там тоже не оказалось никакой информации о нем. Но в Книгу можно зайти с другой стороны, а об этом Волшебник забыл. Там как раз и говорится, что Филя – это дракон с головой осла, его талант состоит в том, что он исполняет любое желание своего спутника. Его полное имя – просто Филя. Волшебник никак не мог смириться с тем, что он не знал о его существовании. Боюсь, что это начинает сказываться возраст.

Хлорка улыбнулась:

– В Книге Ответов, как всегда, все сказано верно. Филя совсем не тот красавец, который сейчас перед тобой. Мое сердце всегда открыто для него, потому что я сужу о нем не по внешности, а по делам. Его единственный недостаток в том, что он не может говорить. А он и в самом деле сделал мою жизнь на некоторое время лучше.

– На некоторое время?

– Я знаю, что все очень скоро кончится и я вернусь к своей скучной исковерканной жизни. Но я всегда буду помнить это замечательное приключение, единственный счастливый момент в моей жизни. И все благодаря Филе. Сейчас мне хочется жить в полную силу.

– Боюсь, Хамфри потребует от вас большего, чем вы ожидали.

– Нет-нет, год службы входит в мои планы, – весело засмеялась Хлорка. – Я готова на все. Это продлит мое приключение.

Вира подвела их к некрасивой женщине, штопавшей гору носков:

– Мать София, к нам посетители.

София подняла глаза:

– Ты уверена, что хочешь задать Вопрос Ему Самому? Он потребует от тебя год тяжелого труда.

– Конечно, – подтвердила Хлорка. – Я только этого и хочу. Чем больше приключений, тем лучше.

– Что ж, как пожелаешь. Вира отведет вас к нему.

Слепая девушка провела их по каменной лестнице в тесную комнатку. В потемках, уткнувшись носом в огромную книгу, сидел Добрый Волшебник Хамфри. Он посмотрел на вошедших.

– Я вас слушаю, – пробурчал он.

– Где моя последняя слеза? – бойко спросила Хлорка.

– У тебя в глазах, она поделена между ними и увлажняет их. Половина ее находится в одном глазу, половина в другом. Без нее ты ослепнешь.

Хлорка удивилась:

– Никогда раньше об этом не задумывалась! Конечно, это именно так.

– Именно, – проворчал Хамфри. – А теперь иди к котапульте и спроси ее про свою службу.

Но Хлорка вежливо, но не очень вежливо возразила:

– Я знаю, что должна отработать год. Но не за этот же вполне очевидный факт? Это нечестно.

– Пожалуйста, не спорь, – забеспокоилась Вира. – Он от этого начинает кипятиться.

– Но я все равно отвечу, – закипятился Хамфри. – Ты знала условия заранее, так что если ты профукала шанс задать Действительно Важный Вопрос и получить Действительно Важный Ответ, то во всем виновата только ты сама!

– Конечно, все верно, – согласилась Хлорка. – Я знала условия. Извините, пожалуйста, за дурацкие придирки.

Хамфри снова оторвался от своей книги и взглянул на нее. Его глаза уже потускнели от старости, а белки покрылись фиолетовой сеточкой сосудов. Но внезапно, при виде Хлорки, они вдруг заблестели, все признаки возраста исчезли.

– Вот это да! – удивленно воскликнул он. – Да ты прехорошенькая! Глаза отдыхают: праздник души, именины сердца!

– Это Филе спасибо, – смутилась она, неприятное ощущение перебранки стерлось бесследно. – На самом деле я страшная и глупая.

– Да уж. Но раз ты дала отдых моим уставшим глазам, я отвечу на твой Вопрос подробнее. Он не такой уж бесполезный, каким может показаться. Ты можешь плакать, можешь пролить свою последнюю слезу, если сочтешь нужным. Но мне кажется, что ты не сделаешь себя такой несчастной.

– Ни за что! – воскликнула Хлорка.

– Я в этом не совсем уверен и поэтому предупреждаю тебя: может прийти такой момент. Подумай, прежде чем расстаться с ней.

Хлорка кивнула.

– Спасибо за совет, Добрый Волшебник. Я запомню его, – она улыбнулась.

Ее улыбка осветила тесный кабинет, а Хамфри помолодел еще лет на пять.

– Жаль, что я этого не вижу, – вздохнула Вира, почувствовав, что случилось что-то хорошее. Может, она почувствовала жар света, который озарил комнату.

– Сейчас увидишь! – ласково успокоил ее Хамфри. – Ромашка?

Хлорка увидела, как сцена повторяется. Но теперь она смотрела на все это со стороны. Она видела себя, Виру, Филю и Доброго Волшебника. Она улыбнулась, и столетний Хамфри стал девяностопятилетним.

– Спасибо большое, Ромашка! – радостно воскликнула Вира. – Я видела!

Хлорка была поражена. Хамфри попросил кобылку-страшилку, а точнее, дневную кобылку, показать им случившееся как грезу. Так и слепая девушка смогла увидеть, что произошло. Даже не верится. Добрый Волшебник наверняка очень любит свою невестку.

Кабинет вернулся в свое нормальное состояние, и немного отдохнувшие глаза Хамфри снова уставились в книгу. Аудиенция окончена.

Хлорка вышла за Вирой и спустилась вниз. Та еще улыбалась воспоминаниям. Значит, и вправду случилось что-то хорошее.

## Глава 4. ШОССЕ ТРОЛЛЕЙ

Джим Балдуин удивленно смотрел по сторонам. С первого взгляда это место очень напоминало Флориду, но, если присмотреться получше, сразу заметишь поразительные отличия. Даже если закрыть глаза на присутствие сказочной кентаврицы Шейлы. Ее потрясающую обнаженную грудь он не мог не оценить по достоинству, несмотря на присутствие семьи. Мэри, его жена, придерживалась либеральных взглядов и к фантастическому она относилась в общем положительно. Но вот изящный торс девушки ее несколько беспокоил. По ее мнению, он пробуждал скрытые мужские фантазии. В основном это относилось к Шону и Дэвиду. Но и к нему самому, конечно. Такое предположение было отнюдь не беспочвенно.

Они ждали проводника, сидя на пляже под чем-то странным, напоминающим огромную подушку. Отсюда их должны забрать. Проводника им послал Добрый Волшебник. После всего, что он здесь увидел, Джим уже был готов смириться с существованием добрых и злых волшебников. Остается надеяться, что гид окажется опытным. Также остается надеяться, что они скоро выберутся отсюда. Джиму не нравилось, что ветер крепчает, несмотря на то что он так красиво треплет шелковистые волосы Шейлы. Судя по всему, ураган набирает новую силу. Тогда уже будет все равно, Флорида это или Ксанф. Дети оживленно расспрашивали кентаврицу о Ксанфе. Джим взглянул на Мэри, она обернулась и подошла.

– Я не паникер, – вполголоса сказал он жене, – но обрати внимание на ветер.

Мэри откинула волосы с лица и мрачно ответила:

– Да, я заметила.

– Мы скоро уедем, и чары кентаврицы рассеются. Не переживай.

Она натянуто улыбнулась:

– Спасибо, что внес ясность.

Тут в воздухе появилось нечто. Оно летело с севера. Все пригнулись, не зная, куда приземлится это НЛО. Неопознанный летающий объект напоминал большую тряпичную куклу. С весьма аппетитными ножками.

Бух! Она приземлилась прямо на гигантскую подушку. Юбочка вздулась, и куколка судорожно одернула непокорную ткань вниз. Кукла оказалась симпатичной молоденькой девушкой, ничуть не хуже кентаврицы! Парни мгновенно переключились на нее.

– Привет, ребята, – улыбнулась она, поспешно приводя в порядок платье и поправляя золотисто-зеленые локоны. – Меня зовут Хлорка, я ваш проводник. К вам меня послал Добрый Волшебник Хамфри. Сейчас появится мой напарник, и мы с вами поговорим.

Прежде чем вся честная компания успела подобрать отвалившиеся челюсти, с севера принесло еще одну куклу. Точнее, молодого человека исключительно приятной наружности.

– Это Филя, – представила его Хлорка. – Он немой, но это его не портит. Он будет помогать мне помогать вам. Но сначала я должна предупредить, что вот-вот разыграется страшный ураган.

– Это мы заметили, – усмехнулся Джим, шагнув вперед. – Здравствуйте, я Джим Балдуин, это моя жена Мэри и наши дети – Шон, Дэвид и Карен. Мы из Обыкновении, или как вы там ее зовете.

– Все верно, – с сияющей улыбкой ответила Хлорка. Она повернулась к Шейле. – Спасибо, что довела их сюда. Теперь ты хочешь вернуться обратно на Остров?

– Конечно, тем более что ветер усиливается, – подтвердила кентаврица. Затем обратилась к семейству: – Желаю вам всего наилучшего. И если встретите Чену, сестренку Карлетона, передайте ей все-таки от него привет.

– Обязательно, – горячо ответил Джим. – Огромное спасибо вам с Карлетоном за все, что вы сделали.

– Пожалуйста! – Шейла развернулась и поскакала вдоль пляжа. Ребята смотрели ей вслед до тех пор, пока ее тоненькая фигурка не скрылась из виду. Затем все взоры обратились к Хлорке. Конечно, одежда ее была гораздо скромнее, но завораживающая красота девушки так же магнетически притягивала взгляд, как и обнаженный бюст Шейлы.

Хлорка повернулась к Джиму:

– Слушайте, это очень важно. Вам опасно здесь находиться. Жена Доброго Волшебника София знает об этом не понаслышке. Она сама обыкновенка и понимает, как тяжело вам привыкнуть к Ксанфу. Как я вижу, у вас есть самоходный домик.

Дети рассмеялись.

– Это автофургончик, – поправила Мэри. – Хотя самоходный дом – тоже подходящее название.

– Тогда поехали. До начала урагана осталось совсем немного времени. Моя задача доставить вас туда, куда вам нужно, в целости и сохранности. Но если мы не поторопимся, всю нашу целость и сохранность ветром сдует.

– Поехали, – решил Джим. – Вам с Филей тоже хватит места. Надо торопиться!

– Ах да, я совсем забыл. Нам скоро понадобится топливо, – вспомнил Джим. – Можно дизельное, так как не думаю, что в этой стране разница между дизелем и бензином принципиальна. Иначе мы не сможем сдвинуться с места.

– Топливо? – озадаченно переспросила Хлорка.

– Да, бензин, топливо, дизель… Наша машина ест его. Точнее пьет.

– Да уж, – девушка обратилась к своему немому спутнику: – Филя, знаешь где достать еду для этого существа?

Тот кивнул.

– Тогда покажи, нам нельзя долго тут задерживаться.

– Залезайте внутрь, – скомандовал Джим. – А Филя пусть садится в кабину со мной и показывает путь.

Филя покорно уселся в соседнее с водительским кресло. Хлорка, к вящему восторгу Шона с Дэвидом, забралась с остальным семейством назад. Обычно они не брали пассажиров, но в Ксанфе приходится делать исключения. Насчет урагана Хлорка оказалась права, он набирал новые обороты, словно хотел наброситься на них со свежими силами. Снова пережидать непогоду в машине не было никакого желания.

Джим завел мотор. Хлорка вскрикнула от неожиданности, Филя же сохранял невозмутимое спокойствие. Он указал на ведущее прочь от пляжа шоссе. Джим с готовностью свернул туда. Ровная поверхность, оставшееся количество бензина и ветер позволяли развить неплохую скорость.

На въезде на трассу торчало страшное чудище.

– Так, так, так, дайте, я угадаю, – пробурчал Джим. – Это тролль.

Филя улыбнулся. Значит, речь он понимает, но сам говорить не может. Парень со странностями, но вполне дружелюбный.

Фургончик затормозил рядом с троллем. Неподалеку виднелась табличка с надписью «Патролль». Смахивает на патруль. Но сколько платить за проезд, указано не было.

Что ж, начнем с двух центов. Джим опустил стекло и протянул деньги:

– Тут два цента.

Чудище схватило монетки, улыбнулось – эффект получился жуткий – и махнуло лапищей, пропуская транспорт.

Все прошло как надо. Колеса почувствовали ровное покрытие, двигатель довольно заурчал. Почти как дома!

Впереди появилась новая табличка: «Шоссейная поверхность». Дорога буквально пошла вверх, достигнув уже верхушек деревьев. Тут все понимают чересчур дословно. Только вот на высоте ветер стал гораздо сильнее.

– Нам еще долго ехать по верху? – Джим решил справиться у Фили.

Тот только покачал головой. Но больше ничего сказать не попытался. И правда, непонятный тип.

Джим прислушался к разговору сзади. Дети мучили Хлорку – странное имя – расспросами, та отвечала по мере возможности. Послушать было интересно.

– Да, конфеты в Ксанфе растут. Есть такое дерево – конфетти. Подходишь к нему, а на тебя конфеты сыплются. Печенье и другая выпечка произрастают на Выпечном болоте, – объясняла Хлорка. – А в Обыкновении разве еда не растет?

– Ну, местами – да, – ответил Дэвид. – На деревьях – фрукты, например. В огородах – овощи всякие, в полях – злаки. Но конфеты и печенье нужно готовить. И покупать. На это уходят все мои сбережения.

– Сбережения?

– Деньги на карманные расходы. А в Ксанфе деньги есть? – поинтересовалась Мэри.

– Конечно. Это омерзительная зеленая гадость, к которой ни одно нормальное существо не притронется.

Это всех развеселило.

– А у нас эта зеленая гадость очень даже ценится! – смеясь, сообщил Шон.

Порыв ветра потряс фургончик.

– Ах да, это напомнило мне, – спохватилась Хлорка, – что я должна рассказать вам, какой опасности вы подвергаетесь. Добрый Волшебник попросил меня все вам объяснить. Так вот. Случилось так, что Щит…

– Какой щит? – встряла Карен.

– Щит между Ксанфом и Обыкновенией. Он не пускает обыкновенов к нам. Только, пожалуйста, не обижайтесь. Но что-то произошло, и обыкновенский ураган занесло сюда и вас вместе с ним. Он направляется к центру страны. А это значит, что магическая пыль…

– Магическая пыль? – переспросил Шон.

– Залежи этой пыли находятся в центре Ксанфа. Именно благодаря ей тут есть магия, – пояснила гид. – Без нее магия испарится, и это будет ужасно. Там, где такой пыли много, магия сильна настолько, что порождает безумие. Если ураган разнесет ее по всему Ксанфу…

– Ого! Все сойдут с ума? – догадался Шон.

– Ну, не обязательно. Но могут произойти совершенно непредсказуемые вещи. Однако вам не стоит об этом беспокоиться. Я успею провести вас по стране до начала урагана. Так что надо поспешить. На остановки и сон времени практически не будет.

– Ничего страшного, – сказал Шон, – мы поспим тут, а папа поведет.

«Ага, значит, папе спать не надо», – подумал Джим. Но ничего, так бывало и раньше. Ему не нравилось, что ветер продолжает крепчать. Лучше уж не поспать ночь, чем попасть снова в тот же ураган.

Филя указал на ответвление дороги, спускающееся вниз. Джим свернул. Шоссе по спирали уходило в лес. Он и не думал, что они забрались так высоко! Верхушки деревьев вообще исчезли из поля зрения!

Когда фургончик снова оказался на земле, Филя показал налево. На обочине росло большое уродливое фиолетовое дерево, напоминающее ель, а рядом с ним стоял еще более уродливый и фиолетовый монстр с зелеными жабрами. Свиду он был явно чем-то недоволен. Джим искренне надеялся, что его недовольство вызвано не их появлением и что монстр не голоден. А то такой запросто слопает и ребенка, и взрослого человека. Но Филя, наверное, знает, что делает.

– О! Это дизель, он выращивает диз-ель! А рядом с ним и диз-елка, — сообщила Хлорка, просовывая прелестную головку в кабину. Золотистые волосы мягко коснулись щеки Джима. Его окутал легкий нежный аромат. Так можно п голову потерять!

Дизель, любитель диз-елок. Забавно.

– А топливо у него есть?

– Конечно. Надо с ним договориться. Договориться, значит. Что ж, попробуем, как с троллем.

Джим опустил стекло.

– Нам нужно твое топливо.

Дизель уставился на него прыгнул. Появилось маленькое едкое облачко, которое распространяло запах прокисшего топлива.

– Ты выпил слишком много? – сочувственно спросил отец семейства. Монстр жалобно кивнул. – Сейчас тебе станет лучше.

Но тут воображение Джиму изменило. Что же поможет несчастному?

– Наверняка подойдут мамины таблетки от живота! – осенило Дэвида.

– Давайте.

Мэри выудила из сумки таблетку и передала ее мужу. Джим вручил дизелю пилюлю:

– Мы тебе таблетку, ты нам дизель. Пойдет? Интересно, получится?

Существо проглотило лекарство и снова рыгнуло. Теперь пахло не так отвратительно. Он поднял хвост. Джим разглядел, что тот напоминает шланг для заправки.

– Вот сюда. – Приглушив мотор, он выскочил из машины и отвинтил крышку бензобака.

Дизель приставил кончик хвоста к отверстию. Послышалось бульканье, запахло топливом.

Наполнив бак, существо втянуло хвост, и Джим закрыл крышку.

– Большое спасибо.

Монстр кивнул. Теперь его жабры порозовели – видимо, от таблетки ему полегчало. Так что сделка была честной.

Джим залез в кабину и завел мотор. И тут ему в голову пришла блестящая мысль.

– Мы ехали по шоссейной поверхности, – обратился он к Филе, – а может, есть еще что-нибудь подходящее внизу, на земле? А то наверху слишком сильный ветер.

Филя указал вперед. Конечно, там оказалась дорога, идущая по земле. Джим направил машину туда:

– Премного благодарен.

Дорога была вполне ровной. Наверняка это продлится недолго. Но пока покрытие приемлемое, нужно радоваться. Двигатель мерно урчал – топливо было весьма качественным. С души упал очередной камень. Хорошо еще, что хоть это тут не воспринимается буквально. А то такими темпами скоро весь фургончик будет завален свалившимися с души булыжниками. Джим снова прислушался к разговору за спиной.

– А как вы добрались до нас? – пытала Хлорку Карен. – Вы прилетели, словно на парашюте.

– С юбкой выше головы, – ехидно добавил Шон.

– О нет! – в отчаянии воскликнула девушка. – Неужели были видны мои трусики?!

– Нет, что ты, – торопливо ответил Джим, сообразив, что в здесь это, видимо, считается верхом неприличия. Кентавры вообще плюют на одежду, а люди, наоборот, тщательно следят за ней. А дети могут этого не понять и устроить международный скандал. – Мы увидели только твои ножки. И какие ножки!

– Слава Иксанаэнному! – облегченно вздохнула Хлорка, а Филя что-то задергался. – Я бы сгорела от стыда, если… Не важно. Добрый Волшебник отправил нас сюда котапультой.

– И почему я так уверен, что это совсем не то, что называем катапультой мы?.. – ни к кому не обращаясь, обронил Шон.

– Я могу показаться любопытной, – ответила Хлорка, – но почему же ты так уверен?

Повисла пауза. Как изящно она отбрила нахального парня!

– Ну… Я… Я просто имел в виду, что здесь все совсем по-другому. У нас катапульта – это машина, которая бросает вдаль всякие штуки.

– И у нас это то же самое. Это огромный кот, который пружинистым хвостом запуливает всякие штуки туда, куда нужно. Добрый Волшебник указал коту, куда целиться. Хорошо, что в месте нашего приземления была большая подушка.

– А этот Добрый Волшебник, – поинтересовалась Мэри, – он, наверное, знает все?

– Это точно! Абсолютно все! Я пришла к нему спросить, где моя последняя слеза, и он рассказал мне. Но теперь я в качестве платы должна отслужить ему год. И вот Хамфри послал меня проводить вас.

– Вы нам очень помогли, – поблагодарила Мэри. – И кентаврица Шейла тоже. Но я правильно расслышала? Служить год за ответ на вопрос?

– Все правильно. Я поступила глупо, задав Вопрос, на который могла ответить сама. Но на самом деле я сделала это, чтобы устроить себе приключение. И, как видите, у меня получилось. И вы, и ваш дом – просто фантастика!

Дэвид рассмеялся:

– И после того как ты попала к нам с помощью гигантской кошки, ты можешь утверждать, что эта колымага – фантастика?

– Само собой! Все пользуются котапультой. Но таких домиков на колесиках у нас в Ксанфе никогда раньше не было! Разве что избушки на курьих ножках. Но это вполне обычное явление. Лучшего приключения мне и не представить!

Ну вот, опять она всех огорошила. Джим решил заполнить повисшую паузу собственным вопросом:

– Я не хочу показаться невежливым и лезть в личную жизнь, но, раз Филя не может говорить, могу ли я спросить у тебя о его прошлом и о нем самом?

– Нет проблем, – весело ответила Хлорка. – Филя – это дракончик с головой осла. Но сейчас он принял облик мужчины. Я могу попросить его вернуться к своему естественному виду, но тогда он сюда не влезет.

– Мы лучше поверим тебе на слово, – осторожно отказался Джим. Эта девушка удивляла его не меньше, чем страна.

– Он сделал для меня очень много хорошего, – продолжала Хлорка. – Обычно, в реальной жизни, я… скажем так, некрасива. И отнюдь не такая умная и милая. Но талант Фили – делать своего спутника, каким этот спутник хотел бы быть. Так что я захотела стать хорошенькой, умненькой, здоровой и милой.

– Тебе это удалось…– выдохнул Шон, беззастенчиво оглядывая ее с головы до ног. Сам Джим никогда раньше не видел таких здоровых и во всех отношениях совершенных девушек.

– Вы, наверное, мне не верите, – сказала Хлорка, – но я вам сейчас покажу, ведь в размерах в отличие от Фили я не увеличусь.

Хлорка повысила голос:

– Филя, покажи меня такой, какая я есть. Но только на секундочку.

Сидящий рядом с Джимом молодой человек кивнул. Раздался вздох удивления. Джим тоже оторвался от созерцания дороги.

Девушка и правда изменилась. Теперь перед ними сидела страшненькая девица, в каких-то обносках, с тупым выражением лица. Волосы обвисли как сосульки и отливали тошнотворно-зеленым.

Через секунду на ее месте возникла прежняя красотка. Ножки и бюст оформились, тусклые волосы засияли. Она улыбнулась, и в домике стало как будто бы светлее.

– Вот видите! Я обязана Филе многим.

– Точно…– Шон пожирал ее глазами. Джим снова повернулся к шоссе.

– Но почему Филя все это для тебя делает? – спросила маленькая Карен. – Почему, если он и вправду дракон, он тебя не съел?

– Карен! – оборвала дочку Мэри.

– Ну, мам, ты что, ее и вправду хочется съесть! – подтвердил Дэвид.

Хлорка расхохоталась:

– Ну спасибо! И я тоже этого сначала боялась. Но он оказался симпатичным драконом. Очень симпатичным.

– Да уж, – согласился Дэвид. – Я тоже такого хочу. Я бы попросил его сделать меня звездой футбола. А может, и кем-то еще.

– Когда мы первый раз встретились, Филя мне все рассказал, – Хлорка предупреждающе подняла руки. – Да, он теперь немой, но сначала мог говорить. Он сказал, что ему необходимо мое общество и что он сделает все, что я пожелаю. Филя предупредил, что говорить может только один раз, и этот раз он уже использовал. С тех пор он молчит. Но меня понимает и может объясняться жестами.

– А может быть, ему нужно сказать тебе что-нибудь важное, – предположил Шон, заинтересовавшись чем-то еще помимо внешности проводницы. – Например, то, что тебе угрожает опасность. Может, спросишь у него, так это или нет?

– Ладно, пожалуйста. Филя, это так?

Филя обернулся назад и кивнул.

– Правда? И я не смогу сама быстро догадаться в чем дело?

Филя кивнул снова. Хлорка растерялась:

– Но как же мне это узнать, если я даже не знаю, о чем спрашивать?..

– Пусть он напишет! – предложил Дэвид.

– Да, но я не умею хорошо читать! – совсем расстроилась девушка. – Могу понять только короткие слова и общеизвестные символы. Символы понятны всем, даже животным, потому что на них наложены специальные заклятия. А самостоятельно прочитать что-нибудь серьезное я не могу. Я прогуливала занятия в школе кентавров.

– Ну так пусть Филя сделает тебя грамотной! – посоветовал Шон.

Сзади что-то вспыхнуло.

– Лампочка! У тебя над головой вспыхнула лампочка! – раздался восторженный голос Карен.

– Конечно, – подтвердила Хлорка. – Я поняла, что Шон абсолютно прав, это блестящая идея. Филя, сделай, пожалуйста, меня грамотной, чтобы я сумела прочесть то, что ты напишешь, каким бы трудным это ни было. И напиши мне то, что я должна знать.

Молодой человек тотчас выудил откуда-то блокнот и карандаш и принялся строчить. «Да, у магии есть свои преимущества», – подумал Джим. В Обыкновении все происходит далеко не так быстро.

– Это меня навело на мысль, – сказал он вслух, – что это уж точно не наша страна, тут другие правила. Значит, вы и кентавры говорите на одном языке?

– Это тоже все магия Ксанфа, – ответила Хлорка. – Все тут говорят на едином языке. Все, кроме животных. У них язык свой, он отличается от нашего, поэтому мы чаще всего их не понимаем. Но зато они всегда понимают нас.

– У нас тоже есть животные, – сказал Шон. – Только они не разговаривают.

– Что ты, точно разговаривают! Мы же в Ксанфе. Но только нужно быть големом Гранди, чтобы понять их.

– Кем?

– Големом Гранди. Это жутко надоедливое маленькое существо. Но зато он знает все языки.

Между тем Филя закончил свой опус и передал его назад. Хлорка взяла блокнот и внимательно посмотрела на написанное.

– Ура! Я теперь могу читать! – она аж взвизгнула от восторга. – Могу! Я грамотная! Поразительно!

– Так что он пишет? – поинтересовался Дэвид.

– Сейчас…– девушка сосредоточенно смотрела в листок. – На Проезде Ящериц гоблины устроили засаду на неосторожных путешественников. Они создали иллюзию баррикады и поставили стрелку объезда, указывающую на другую трону. Она ведет в ловушку. Гоблины схватят жертву и сварят из нее плов.

– Неужели то, что я думаю, – правда? – в ужасе спросила Мэри.

– Если ты думаешь о том, что гоблины варят людей, то правда, – ответила Хлорка. – Гоблины – жуткое дело!

Она продолжила чтение:

– Поскольку я должен защищать тебя, а ты тоже пострадаешь, если обыкновены попадут в ловушку, я должен рассказать тебе, как ее избежать. Не верьте иллюзии, езжайте прямо но дороге, не сбавляя скорости. Гоблины не смогут напасть на машину на полном ходу.

– А почему они не могут просто перегородить дорогу настоящими бревнами? – удивился Шон.

– Шоссе заколдовано, – объяснила Хлорка. – Тролли гарантируют, что оно абсолютно безопасно. Иначе никто по нему не поедет. Оно и так пустое, потому что его построили недавно, а многие вдобавок боятся его хозяев. Тролли обычно строят мосты, но знают, как прокладывать действительно хорошие дороги. Так что гоблины не смогут устроить настоящую баррикаду. Но если они перехитрят нас и заставят свернуть с безопасного пути – мы станем их добычей.

Хлорка громко обратилась к Филе:

– Ты извини, что так получилось. Мне не приходило в голову тебя спросить. Но если что, ты обязательно пиши мне, ладно?

Филя кивнул.

«Забавная ситуация, – подумал Джим, – этот молодчик знает все, но сам сообщить о чем-то не может; его нужно обязательно попросить».

А дорога и впрямь была отличная.

– А вот и Проезд Ящериц, – прочитал вывеску Джим. – Что-то мне это напоминает!

– Нашу Аллею Аллигаторов, – подсказал отцу Шон. Тот согласился:

– Пародия на знакомый нам мир. Я правильно понял, что если появится баррикада и объезд, я на это не обращаю внимания, еду прямо напролом?

Сидящий рядом парень кивнул.События становились все интереснее и опаснее. Флориду называют Болотистым Штатом, она находится на уровне моря, а то и ниже. А здесь повсюду горы. Проезд Ящериц – переделанное американское название. Рядом тут, похоже, вулкан, а дорога ведет как раз к нему. Не хватало еще, чтобы они попали в извержение.

На северо-востоке висели тучи. Там буйствовал Весельчак. А что, если ураган поднимет магическую пыль и станет волшебным? Такое и вправду может случиться. Так что нужно удирать от него во все лопатки.

Внезапно прямо перед носом выросла баррикада. Как же он ее прозевал? Завал из деревьев перекрывал всю трассу. Рядом торчал здоровенный знак, который гласил: «Дорога перекрыта. Объезд».

Там, куда указывала стрелка, вилась симпатичная тропинка.

Джим ударил по тормозам.

– Нет! – крикнула Хлорка. – Это же иллюзия! Езжай прямо! – На раздумья времени не оставалось. Его предупредили.

А ошибка может стать последней. Джим выровнял руль и вдавил сцепление. На всех скоростях они неслись навстречу стене из стволов. В последний момент Джим зажмурил глаза…

И ничего не почувствовал. Он открыл один глаз. Машина продолжала мерно катиться по ровной дороге. Значит, можно открывать и второй. Пульс постепенно приходил в норму. Хлорка и Филя оказались правы.

– Bay! – восхитился Дэвид. – Прямо как в фильмах про гангстеров!

Даже похлеще. Джим посмотрел на Филю и вздрогнул. Парень оказался прав. Прав насчет завала, может быть, прав и насчет гоблинов.

А вот и они. Орава маленьких, коренастых, похожих на людей монстриков прыгала по правую сторону дороги и потрясала кулаками. Многие размахивали дубинками и копьями. Ничего хорошего от них ждать не приходилось. Благодаря своевременному предупреждению удалось сбежать.

– Филя, а можно поинтересоваться, как ты узнал об этой засаде? – спросил Джим. Он не был уверен, что Филя ему ответит. Но Хлорка, наверное, кивнула напарнику, и парень принялся писать. Минуту спустя он отдал Джиму блокнот.

Джим пристроил его на руле и стал читать:

– Я должен охранять моего спутника, поэтому знаю, что где происходит. Но действовать по своей воле я не могу. Мне нужно приказать. А гоблины устраивали засаду.

Понятно. А если бы Хлорка не спросила его, они бы все попали в ловушку. Что бы тогда сделал Филя? Наверное, превратился бы в дракона и утащил девушку в безопасное место. Если бы она об этом попросила. А вот остальным бы не повезло.

Хлорка, видимо, подумала о том же:

– Филя, я взялась вывести этих ребят из Ксанфа. Если с ними что-нибудь случится, я провалю задание. А делать я этого не хочу. То есть, если им что-то угрожает, а мне нет, предупреждай все равно! Они – неотъемлемая часть меня. Хорошо?

Филя кивнул.

– Спасибо, – поблагодарил Джим.

Впереди замаячил вулкан. Из его жерла вырывался дымок.

– Он действующий?

– Да, это Попакатипетль, – глядя вперед, сказала Хлорка. – В прошлый раз, когда его разозлили, он выплюнул столько лавы, что она остудила Ксанф на целый градус. Но если его не обижать, вулкан никого не тронет.

– Обижать? Вулкан? – удивился Шон. – Он же не живой!

– Тс-с! Говори тише, – шикнула Хлорка. – Он может тебя услышать.

Как раз в этот момент гора вздрогнула и выплюнула очередное облачко дыма.

– Нет-нет! – затараторил Шон. – Я ничего такого в виду не имел! Какой-то очень впечатлительный вулкан.

Гора успокоилась, а облачко рассеял ветер.

– Обидеться может все что угодно, – пояснила Хлорка. – Неодушевленные вещи очень трепетно относятся к мелочам. Король Дор может с ними разговаривать. Неодушевленные не слишком умны, но и у них есть свое мнение. Так что лучше без особых причин их не задирать.

– Согласен, – озадаченно кивнул Шон.

– Мам, можно в туалет? – спросила Карен.

– Милая, он заполнен, – ответила Мэри. – Потерпи немного, мы где-нибудь остановимся.

Она абсолютно права. В фургончике пришлось сидеть очень долго, а почистить уборную они забыли.

– Хлорка, тут где-нибудь можно остановиться? Там, где нет гоблинов, – поинтересовался Джим.

Девушка обратилась к Филе, тот задумался. Но затем указал на поворот, и Джим свернул на тропинку. Она вывела на милую полянку с домиком для нужд путешественников в центре. Фургончик заехал за него и остановился.

– Уверен, что тут безопасно? – уточнил отец семейства. Филя помедлил, затем подтвердил.

Все высыпали наружу. Но Джим задержался. Ему не понравилось это промедление с ответом.

– Ты что-то недоговариваешь?

Хлорка вышла со всеми, поэтому они остались одни. Филя снова помолчал и принялся писать записку.

Джим ждал. Наконец молодой человек сунул ему листок: «Опасность находится недалеко; твои увидят ее и перепугаются; это может вызвать некоторые затруднения».

– Какая опасность?

«Ураган потревожил злобных существ. Они испугают твоих детей».

– Но, если тебя слушаться, мы останемся невредимы, так?

Филя энергично закивал.

– Спасибо, – Джим сделал паузу. – Хотел бы я узнать о тебе побольше, парень! Но как-нибудь в другой раз.

Джим вылез из кабины.

Полянка оказалась чрезвычайно живописной. Карен нашла дерево и как раз срывала с него пирожок. Пирожковое дерево?! Значит, и в самом деле пироги тут растут на деревьях.

Местный туалет оказался примитивным, по вполне приемлемым. Конечно, чего еще ждать от троллей! Ветер завывал в кронах деревьев. Значит, ураган совсем рядом.

Тут Джим вспомнил о домашних животных и вернулся к машине. Филя вовсю с ними общался, хотя они обычно сторонились незнакомцев. Странный молодой человек их нисколько не смущал.

Джим подошел поближе. Филя обернулся и протянул ему письмо.

«Их не нужно держать в клетках. Выпусти их».

– Мы выпускаем их дома. Но здесь рисковать не стоит. Буфер начнет тут носиться, суя нос куда не следует; Мидранж полезет на дерево; а Твиттер улетит в кусты и потеряется навсегда.

Филя написал снова.

«Они не станут этого делать. Магия сказалась и на них. Теперь они понимают все, что им говорят. Они будут хорошо себя вести и никуда не убегут».

– Откуда ты знаешь? – Джим скептически оглядел парня. – Это уже не иллюзорная баррикада, а характеры животных.

«Я читаю мысли. Это тоже часть моего таланта. Я должен знать, что к чему. Иначе бы я не смог сделать Хлорку такой, какой она хотела быть».

Похоже на правду.

– Филя, послушай, я не хочу ссориться с детьми. Если они согласятся, мы выпустим живность.

Дети как раз подошли, уплетая за обе щеки сорванные пироги. Прядь волос Карен забилась в пирожок, но девочка была слишком увлечена едой, чтобы что-нибудь заметить. Джим объяснил, в чем дело.

– Давайте отвяжем для начала Буфера, – предложил Шон. – Если он не начнет безобразничать, выпустим остальных.

Пес выскочил из машины и понесся к ближайшему дереву. Там он поднял лапу и тщательно полил растение. Затем Буфер потянул носом воздух и, виляя хвостом, вернулся к хозяевам.

– И ты не будешь переворачивать тут все вверх дном? – удивленно спросил собаку Шон.

– Гав! – ответил пес. Не будет. Дэвид подошел к коту и открыл клетку.

– Давай, Мидранж, твоя очередь.

Мидранж нашел песчаную ямку и сделал дело. Затем тоже принюхался и вернулся к Дэвиду.

Карен освободила Твиттера. Попугайчик уселся на ближайшую ветку и сбросил накопившийся груз. Подлетев к Карен, он уселся ей на плечо. Поначалу птичка из-за ветра летела как-то косо, но потом приспособилась.

Джим, не веря своим глазам, покачал головой:

– Отлично. У вас есть пять минут. Можете делать все, что хотите. Потом возвращайтесь сюда, и мы поедем дальше.

Все трое разбежались в разные стороны. Буфер ринулся в гущу кустарника, жадно обнюхивая все на своем пути. Твиттер покружил в небе и исчез. Мидранж залез на ореховое дерево и скрылся в листве. Трое детей по мере своих возможностей последовали за ними.

– Это уже слишком…– пробормотал Джим. Он был потрясен: все животные старательно ждали его разрешения, прежде чем полностью отдаться своим инстинктам. Если они вдобавок ко всему и вернутся в назначенное время, значит, мнению Фили стоит доверять на все сто.

Появилась Мэри с корзинкой припасов. Ветер изо всех сил старался задрать ее платье, но она стойко сопротивлялась. Она поставила корзину в машину и повернулась к мужу:

– А где все животные?

– Филя сказал, что их можно отпустить. Мы так и сделали.

Она посмотрела на него как на чокнутого, но ничего не сказала.

Вернулся Твиттер. Он приземлился на плечо Фили и что-то оживленно зачирикал. Тот быстро достал блокнотик, написал новую записку и вручил ее Джиму.

«Ураган разбудил огромных птиц, которые могут повести себя враждебно. Они летят сюда».

Джим забеспокоился:

– А насколько огромных?

Гигантская тень накрыла полянку. Все посмотрели вверх. Похоже на самолет. Только беззвучный. А может быть, планер.

Но тут тень каркнула. Птица размером с авиалайнер! Такая дылда запросто сможет унести в когтях фургончик целиком!

– Джим…– встревоженно окликнула его Мэри.

– Верно, – он повысил голос Дети! Животные! Время вышло!

Народ повалил со всех сторон. Ветер красиво играл волосами и платьем Хлорки. В этот момент она была несказанно хороша. Но парни смотрели не на нее.

– Ого, какая здоровая птица! – крикнул Дэвид, останавливаясь поглазеть.

– Марш в машину! – приказала Мэри.

Все влезли внутрь. Проверив, все ли в порядке, Джим сел за руль. Филя предупредил, что чудища напугают детей, но, судя по всему, они больше напугали Мэри. И небезосновательно.

Он завел мотор и направился к выезду со стоянки. Слава богу, кассы с троллем на выезде не оказалось. Значит, можно продолжать путь без промедления.

Дети смотрели в окна на громадную птицу.

– Это птица рок, – сказал Шон, – самая большая фантастическая птица. Никогда бы не подумал, что увижу хотя бы одну!

Твиттер чирикнул. Джим взглянул на Филю; тот снова что-то писал.

«Он говорит, что это еще не все».

– А это что? – воскликнула Карен.

– Дракон, – ответил Шон. Он не шутил, тон был абсолютно серьезен.

В небе повисло огромное угловатое существо. Действительно, дракон. Карен испуганно закричала. Джим перевел взгляд на Филю:

– Дорога защитит от них?

Филя помедлил, затем кивнул.

– Явно есть какое-то «но», – сразу сказал Джим, – в чем дело?

«Крылатые монстры не могут прямо атаковать нас на заколдованном шоссе. Могут только что-то вытворить и заставить вас свернуть. Не поддавайтесь».

– Дети испугаются, – отметил Джим. Филя согласился.

– Ой, мама! – пискнул Дэвид. Карен снова вскрикнула. Даже Мэри ойкнула.

Джим глянул в одно окно, потом в другое, покрутил головой, но так ничего и не увидел.

– Дорога заколдована, – напомнил он остальным. – Нам ничего не сделают.

– Физически – да, – откликнулась Мэри.

– Что вы такое увидели?

– Гарпию, – ответила Хлорка. – Они очень уродливые и страшные.

– Птицы с человеческими головами? – уточнил Джим. – А что такого плохого…

Он не успел договорить. Что-то очень грязное возникло прямо перед ветровым стеклом. Оно напоминало целиком перемазанного чем-то грифа с головой и грудью старухи.

– Кра-а-а! – прокаркала птица, прежде чем исчезла из виду. Лапы блеснули обломанными разноцветными копями. Джим, боясь столкновения, вильнул в сторону, едва не съехав с дороги. Теперь понятно, почему все так разнервничались.

– А может этот ваш домик ехать быстрее? – спросила Хлорка.

– Да, по ветер дует навстречу, я не хотел перегружать двигатель.

– Лучше сделать это, – серьезно сказала девушка. – Гарпии нас не тронут, но им может взбрести в голову отложить на крышу яйца…

– Какая мерзость! – поморщился Шон.

– Это точно. Их яйца взрываются. Они могут что-нибудь повредить.

Взрывающиеся яйца? Несмотря на ветер, Джим решил прибавить.

Раздался душераздирающий вопль – это гарпии осознали, что жертва ускользает.

– Они у нас на хвосте, – сообщил Шон. – И драконы тоже.

Джим изо всех сил надавил на газ. С тех нор как они тут устроили гонки на выживание, ветер усилился, стал более порывистым. Машину водило из стороны в сторону, но Джим героически удерживал ее на дороге. Такой стиль вождения ему не нравился. Другим, судя по всему, тоже: дети сохраняли гнетущее молчание.

Они медленно, но верно отрывались от крылатых чудовищ. Джиму даже удалось немножко сбросить скорость. Теперь он оценил предостережение Фили о том, что дети могут испугаться. Тут не только ребенок струсит! Если бы они не сделали ту дурацкую остановку, не пришлось бы иметь дело с этими нечистоплотными бестиями. Но остановка была неизбежна. Теперь устраивать перекуры будем только в крайних случаях.

Филя отдал ему очередную записку. Джим пристроил ее перед собой так, чтобы читая, не отрываться от дороги.

«Скоро мы подъедем к Провалу. Там будет паром. Он не очень для нас удобен, но зато охраняется».

Джим стиснул зубы:

– Что еще за Провал?

– Это огромное ущелье, которое пересекает Ксанф, – ответила Хлорка. – Когда-то на него было наложено забудочное заклятие, так что все забывали о нем. Но во времена Безволшебья заклятие рассеялось, и теперь большинство жителей помнят о Провале. Говорят, что он очень впечатляет.

– Ты его видела? – уточнил Джим. Теперь он понял, что выяснять все нужно до конца.

– Не совсем, – ответила она. – Я никогда не покидала родную деревню надолго. Вплоть до этого приключения, поистине великолепного, между прочим. Я пересекла Провал ночью, поэтому не рассмотрела его в должной степени. Но я о нем многое слышала. По слухам, в нем живет огромный Провальный дракон. Он ловит то, что попадется под лапу, и пожирает.

– Филя говорит, что там есть паром.

– Значит, мы не попадемся в когти Провальному дракону, – облегченно вздохнула Хлорка. – Я про паром ничего не знаю, но если Филя сказал, значит, так оно и есть.

«Но не очень удобно для нас, – вспомнил Джим. – Лучше подготовить детей должным образом».

– Ребята, нам предстоит трудный путь. Держите хвост пистолетом.

Сзади донесся вымученный стон. Волшебная страна явно потеряла часть своего очарования.

Филя указал вперед. Джим не увидел ничего, но послушался сигнала и притормозил. Как раз за секунду до того, как дорога впереди внезапно оборвалась в пропасть. Она казалась невообразимо глубокой. Жать на газ и прыгать вниз – было последним пунктом в списке желаний отца семейства.

## Глава 5. БЕС ПОДОБИЕ

Мэри завороженно смотрела на приближающийся Провал. Все, что касалось этого странного мира, сначала казалось невероятным, потом несколько тревожным, теперь же устрашающим. Но она молчала, не давая выхода чувствам, ведь это может испугать детей. Они уже и так испереживались по поводу всякого летающего сброда. Главное, чтобы не стало хуже!

На краю пропасти стояла маленькая будка. Внутри сидел очередной тролль. Джим запустил руку в карман и вытащил несколько монет.

– Мы на паром, – сообщил он троллю, протягивая деньги, как будто бы это было самым обычным делом.

Нужно отдать мужу должное – в нестандартных ситуациях он не теряет присутствия духа. Снова все вышло как надо. Существо приняло монеты и согласно затрясло головой.

Парома нигде не было видно, только бездна завывала внизу.

– Это не опасно? – спросил Джим у Фили. Странный молодой человек отрицательно качнул головой.

Мэри отлично знала, что Филя оказывает им неоценимую помощь. Но приходилось признать, что этот тип вселяет в нее какую-то тревогу. Он сильно отличался от остальных. Ей гораздо больше нравилась Хлорка, которая, несмотря на то что была не в своем настоящем виде, оставалась человеком.

Джим и дети решили не выходить из фургончика, на случай если крылатые чудовища вернутся. Все внимательно смотрели, как небольшое облако отделилось от тучи, висящей над Провалом, и медленно поплыло по направлению к ним. За облачком оставался след, напоминавший след самолета.

О нет! Неужели это и есть паром? Мэри запрятала это подозрение далеко внутрь себя в надежде, что оно не оправдается.

Но оно оправдалось. Облачко пришвартовалось к пристани на краю Провала. Теперь дорога, ранее обрывавшаяся, вела прямо внутрь белой ваты. На вид паром выглядел надежным, но как такое может быть?

Джим посмотрел на Филю. Мэри подумала, что не стоит так полагаться на этого непонятного субъекта.

– Нам туда? – уточнил Джим. Филя кивнул.

– Да, наверное, это и есть паром, – подтвердила Хлорка. – Я пересекала Провал ночью, поэтому меня обслуживали Ночные Перелеты.

Джим завел мотор.

– Джим! – беспокойно воскликнула Мэри. Тот оглянулся:

– Милая, их советы уже много раз нам помогли. Надо прислушаться к ним и сейчас.

Мэри сглотнула и почувствовала, что побледнела (а она и впрямь стала белой как снег):

– Хорошо… Только очень медленно!

Машина двинулась вперед. Передние колеса уже погрузились в мякоть облака. Оно держало!

– Здорово! – восхитился Дэвид, наблюдая за происходящим.

– Вы верите в массовые глюки? Ну, страшилки всякие? – риторически вопросил Шон.

Вот именно! Все происходящее очень напоминает галлюцинацию. Но Мэри придержала свои замечания при себе.

– Страшилки? – подхватила Хлорка. – Кобылки-страшилки приносят их тем, кто заслуживает таких снов. А в Обыкновении разве их нет?

– Конечно, есть! – сказала Карен. – Мне страшилки снятся постоянно!

– А при чем тут лошади? Мы, наверное, снова говорим о разных вещах, – обратился Шон к Хлорке.

Да, вот еще что. Мэри абсолютно не нравилось, какое действие эта девушка оказывала на ее впечатлительного семнадцатилетнего сына. Глаза Шона, словно намагниченные, неотрывно следили за ней. Он пытался скрыть восхищение, но от матери этого не спрятать. Хлорка даже не собиралась флиртовать, но одного ее присутствия было вполне достаточно. Понятно, что у нее нет опыта быть привлекательной. Любое случайное обстоятельство нет-нет да и приоткрывало какую-нибудь часть ее прелестного юного тела. Девочка была абсолютно невинна, но от этого количество таких случайностей только увеличивалось.

– Страшилки-кобылки, – пояснила Хлорка. – Ими управляет Конь Тьмы. Все они живут в мире гипнотыквы. Кобылки-страшилки по ночам приносят людям мрачные кошмары.

– Лошади?! – удивился Дэвид. Кажется, он тоже попал под действие чар Хлорки, – Настоящие лошади разносят сны?

– Именно так. Но их не всегда можно увидеть. Дневные кобылки тоже приходят незаметно. Есть кобылка Ромашка, которая появляется днем и приносит приятные грезы.

Глаза девушки на секунду затуманились, словно кобылка Ромашка подарила ей такую грезу. Мальчики в немом восторге смотрели на Хлорку.

Разговор и разглядывание девушки отвлекли всех от того, что происходило вокруг. Фургончик уже всеми четырьмя колесами стоял на облаке. Джим заблокировал колеса и выключил двигатель.

– Мы благополучно погрузились на борт, – шутливо сообщил он.

– Да уж, благополучно, – прошептала Мэри.

Облачко отчалило. Оно поплыло над Провалом. День клонился к закату, поэтому на дне уже сгущались сумерки. Косые лучи солнца ласково грели отвесные стены ущелья. У самого дна они тонули в подступающей темноте. Но внизу еще виднелись скалы и деревья.

– А вон там Провальный дракон! – крикнула Хлорка, указывая куда-то.

Все посмотрели вниз. Среди камней извивалось нечто, похожее на червяка. Мэри не сомневалась, что вблизи дракон покажется несколько более внушительным. Но оценивать размеры этого чудовища в полной мере совсем не хочется.

Карен вскарабкалась на колени к отцу.

– Папочка, а это все на самом деле? – спросила она.

– Я и сам не уверен. Но лучше принимать эту страну за реальную, пока мы отсюда не выберемся.

С этим Мэри была абсолютно согласна. Она уже не сомневалась в реальности этого мира и страстно желала выбраться из него как можно скорее.

Поднялся ветер.

– Ну вот, это Тучная Королева, – расстроилась Хлорка.

– Кто?

– Тучная Королева – это самая вредная туча. Она всегда устраивает дождь на пикниках. Сейчас она попытается помешать нам пролететь. Ох, не нравится мне это!

– Злобная туча? – переспросила Мэри, по спине у нее пробежали мурашки. Эта туча может разразиться не только дождем, но и грозой. Вокруг нее мерцали молнии.

– Ой, у нее есть лицо! – пискнула Карен.

Девочка оказалась права: часть тучи по форме напоминала рожицу. Маленькие сердитые глазенки, огромный уродливый рот и раздувшиеся щеки, как будто бы Тучная Королева набрала побольше воздуха, чтобы сдуть их отсюда.

– Надеюсь, что паром тоже под охранным заклятием, и Тучная Королева нас не сдует, – сказала Хлорка.

– Можно спросить у Фили, – напомнил Дэвид. Хлорка улыбнулась мальчику:

– Конечно, я почему-то, как всегда, не подумала об этом. – Филя уже передал ей записку с ответом.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru