Павел Вацлавик
Как стать несчастным без посторонней помощи

Была когда-то в самом сердце Европы одна огромная империя. В ней бок о бок соседствовало такое множество совершенно не похожих друг на друга культур, каждая со своими традициями и понятиями, что жители этой империи не могли достигнуть разумного решения даже самой пустяковой проблемы – кому-то обязательно казалось, что это решение противоречит здравому смыслу. И до того дошло дело, что единственным возможным способом существования стало там полное отсутствие здравого смысла, или попросту говоря, абсурд. Жители ее – читатель, вероятно, уже догадался, что речь идет об Австро-Венгерской империи, – приобрели легендарную известность не только своей неспособностью разумным образом решить самую ерундовую проблему, но и умением словно по какому-то недосмотру совершать порой, казалось бы, совершенно невозможное. Ну как иначе объяснить, что Англия, по утверждению остроумцев, проиграла все сражения, кроме решающих, Австрия же потерпела поражения во всех битвах, за исключением самых безнадежных. (Впрочем, чему тут удивляться, если самых почетных военных наград удостаивались те австрийские офицеры, которые умудрялись вырвать победу в безнадежных ситуациях, предпринимая в последний момент неожиданные действия, находившиеся в полном противоречии с первоначальным генеральным планом сражения?)

Некогда огромная империя стала теперь крошечной страной, но абсурд по-прежнему лежит в основе отношения к жизни ее обитателей, в чем автор этих строк отнюдь не составляет исключения. Жизнь для них – болезнь безнадежная, но не такая уж серьезная. Можно ли найти лучших советчиков для тех, кто желает научиться искусству стать несчастным без посторонней помощи?

ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА

«…Чего же можно ожидать от человека?… Да осыпьте его всеми земными благами, утопите в счастье совсем с головой, так, чтобы только пузырьки вскакивали на поверхности счастья, как на воде; дайте ему такое экономическое довольство, чтоб ему совсем уж ничего больше не оставалось делать, кроме как спать, кушать пряники и хлопотать о непрекращении всемирной истории, так он вам и тут, – человек-то, и тут, – из одной неблагодарности, из одного пасквиля мерзость сделает. Рискнет даже пряниками и нарочно пожелает самого пагубного вздора, самой неэкономической бессмыслицы, единственно для того, чтобы ко всему этому положительному благоразумию примешать свой пагубный фантастический элемент. Именно свои фантастические мечты, свою пошлейшую глупость пожелает удержать за собой…» (Достоевский Ф. М. Полы. собр. соч. в 30-ти томах Т. 5. Л., «Наука», 1973, с. 116-117.)

Эти слова принадлежат человеку, которого Фридрих Ницше считал величайшим из психологов, – Федору Михайловичу Достоевскому. И все же эту мысль можно свести к банальности, известной еще с незапамятных времен, а именно что человек весьма плохо приспособлен к тому, чтобы сносить абсолютное блаженство.

Пожалуй, давно уже настало время расстаться с бабушкиными сказками насчет того, что, дескать, удача, счастье и удовлетворение – это все, чего следует желать от жизни. Слишком долго нам твердили – а мы наивно верили, – будто погоня за счастьем так или иначе ведет к счастью.

Это утверждение выглядит особенно абсурдно, когда мы обнаруживаем, что не в состоянии даже точно определить, что же, в сущности, означает это самое пресловутое слово «счастье». «В чем состоит счастье – вот вопрос, который еще с незапамятных времен не перестает волновать умы, – пишет философ Роберт Шпеман в своем эссе о счастливой жизни. – Варрон, а вслед за ним и Августин насчитали ни более ни менее, как двести восемьдесят девять различных точек зрения на счастье. Всякое человеческое существо желает быть счастливым». И здесь Шпеман приводит мудрый еврейский анекдот о сыне, который сообщает отцу о своем желании жениться на девице по фамилии Кац. Отец возражает, ведь у девицы Кац нет никакого приданого. Сын настаивает, он может быть счастливым только с ней одной. «Быть счастливым? – изрекает отец. – А что ты от этого будешь иметь?» – Spaemann, Robert.

Чтобы возбудить у нас подозрения, достаточно хотя бы краткого экскурса в мировую литературу. Всякие ужасы, трагедии, преступления, грехи, безумия, опасности – вот что издавна служило исходным материалом для великих литературных творений. Ведь в своем «Аде» Данте проявил куда больше изобретательности, чем в «Рае». То же самое можно сказать и о «Потерянном рае» Мильтона , рядом с которым его «Возвращенный рай» выглядит по меньшей мере пресным. Первая часть «Фауста» вызывает у нас слезы, вторая – зевоту.

Так что хватит дурачить самих себя всякими красивыми историями. Настала пора честно и прямо поставить вопрос: к чему бы мы все пришли и во что бы превратились, не будь у нас наших несчастий? Они нам просто чертовски, в полном смысле слова чертовски, необходимы.

Не в лучшем положении оказались и наши теплокровные собратья из царства зверей. Вы только посмотрите, к каким катастрофическим последствиям приводит укрытие и содержание этих прекрасных созданий в зоопарках, где им не грозит голод, они надежно защищены от опасностей и болезней, включая даже зубную боль. В результате всех этих забот мы превращаем их в некие звериные подобия человеческих психопатов и неврастеников.

Наш мир уже буквально наводнен бесчисленными руководствами, советами и рецептами, которые на все лады учат нас, как стать счастливыми. Пора бросить спасательный круг и тем обездоленным, кто стремится стать несчастным. До каких пор психологи и психиатры будут ревностно хранить за семью печатями столь необходимые этим людям знания о тех процессах и механизмах, которые приведут их к вожделенному ощущению несчастья?

Следует признать, что на свете существует достаточно много людей, от природы наделенных талантом самостоятельно мастерить свой маленький персональный ад. Но ведь еще больше тех, кто нуждается в помощи и поддержке. Вот для них-то и предназначается эта книга, в надежде, что она послужит им не только вводным курсом, но и практическим руководством.

Но не надо думать, будто мною движут исключительно альтруистические побуждения, мой труд продиктован также и соображениями политического и экономического характера. То же самое, что в весьма скромных масштабах практикуют директора зоопарков, пытаются на общенациональном уровне осуществить и наши современные правительства – ведь и они хотят, чтобы жизнь их сограждан была застрахована от любых невзгод и пронизана счастьем от колыбели до могилы. Достижение этой благородной цели требует, среди всего прочего, систематического и неустанного воспитания граждан, направленного в сторону непрерывного повышения уровня их социальной беспомощности. Так что стоит ли удивляться, что во всем мире все более и более астрономические суммы тратятся на здравоохранение и прочие многочисленные социальные проекты.

Приведем лишь несколько примеров. Общенациональные расходы на здравоохранение в Соединенных Штатах возросли с 12,7 млрд. долларов в 1950 году до 247,2 млрд. в 1980 году, причем расходы только на медикаменты и различные товары медицинского назначения увеличились за тот же период с 3,7 млрд. долларов до 19,2. Не менее головокружительный взлет претерпели и расходы на социальные нужды – они подскочили с 23,5 млрд. долларов в 1950 году до 428,4 млрд. в 1979 году1. Современная статистика Западной Германии – просто чтобы привести хотя бы один европейский пример – показывает, что ежедневные расходы на систему здравоохранения составляют 450 млн. западногерманских марок, то есть в три раза больше, чем в 1950 году. Та же статистика утверждает, что в любой наугад взятый момент времени в Федеративной Республике Германии можно насчитать 10 млн. больных людей и среднестатистический житель этой страны заглатывает на протяжении своей жизни 30 тыс. таблеток. (U. S. Bureau of Census. Statistical Abstracts of the United States, 102nd ed. Washington, D. C., 1981. )

Теперь представим себе на минутку, что со всеми нами будет, если эти цифры перестанут расти столь головокружительными темпами или – упаси господь! – чего доброго еще начнут сокращаться. Окажутся под угрозой уничтожения целые министерства и другие чудовищные бюрократические образования, потерпят банкротство огромные отрасли промышленности, и миллионы людей останутся без работы.

В борьбу за предотвращение подобной катастрофы свой скромный, но вполне, как я надеюсь, реальный вклад призвана внести и эта небольшая книжка. Современное государство столь остро заинтересовано в непрерывном повышении степени беспомощности и несчастья своих сограждан, что просто нельзя долее оставлять выполнение этой важнейшей задачи на попечении хоть и исполненных благих намерений, но все же недостаточно умелых одиночек. Здесь, как и во всех других областях человеческой жизни, путь к успеху лежит через государственное управление и планирование. Конечно, быть несчастным в наше время не проблема, это доступно каждому. Другое дело – стать несчастным, так сказать, выковать свое несчастье своими же собственными руками. Здесь мало одного-двух случайных ударов судьбы или накопленного уже личного опыта – этому надо серьезно учиться.

А между тем полезная и нужная информация крайне скудна, а если и встречается порой где-то в специальной психологической или психиатрической литературе, то, как правило, случайно, вопреки воле и намерениям автора. Насколько мне известно, лишь весьма немногие из моих уважаемых коллег отваживались касаться этой взрывоопасной темы. Среди достойных похвалы исключений можно назвать французских канадцев Родольфа и Люка Моризетт, авторов книги «Краткий курс супружеской герильи», Гульельмо Гулотта, написавшего «Комедии и драмы супружества», автора книги «Узлы» Рональда Ланга и автора книги «Маг без магии» Мару Сельвини – известного психолога, которой удалось наглядно показать, как остро нуждается современная школьная система в ошибках и просчетах школьных психологов, чтобы менять, ничего не меняя, и с возрастающим успехом стимулировать изменения в избранном направлении. Нельзя обойти молчанием и книги моего друга Дэна Гринберга «Как стать еврейской матерью» и «Как довести себя до плачевного состояния» – эта важная работа была расценена критиками как «честный и искренний документ, благодаря которому более ста тысяч читателей научились влачить существование, по-настоящему лишенное какого бы то ни было смысла». И наконец, последними – по порядку, но отнюдь не по значению – упомяну трех наиболее значительных представителей британской школы: речь идет о Стивене Поттере, авторе «Полного курса обучения превосходству над другими в любом деле», первооткрывателе «принципа Питера» Лоренсе Питере и всемирно известном авторе закона, названного его именем, Сириле Норткоте Паркинсоне.

Имея за плечами несколько десятилетий клинической практики, автор надеется дополнить все эти превосходные исследования вводным практическим пособием, где собраны самые надежные и действенные приемы, гарантирующие состояние несчастья. Несмотря на такие обнадеживающие обещания, автор отнюдь не претендует на создание полного и исчерпывающего учебника – это всего лишь ряд советов и рекомендаций, которые дадут возможность наиболее одаренным читателям выработать свой собственный индивидуальный стиль, отвечающий их природным вкусам и наклонностям.

Глава 1
ГЛАВНОЕ – ВСЕГДА БЫТЬ ВЕРНЫМ СЕБЕ И НИ ЗА ЧТО НЕ СДАВАТЬСЯ

Этот перл мудрости восходит еще ко временам шекспировского «Гамлета» и связан с именем главного королевского советника Полония. Дабы пояснить значение этого персонажа для темы нашего повествования, а именно как выковать свое несчастье своими же собственными руками, напомним, что Полоний умудрился довести способность сохранять верность самому себе до такого виртуозного уровня, что в конце концов был «принят за крысу» и пронзен шпагой вместе с ковром, за которым имел неосторожность спрятаться. Заметим кстати, что, судя по всему, в Датском королевстве в те времена был еще неизвестен другой перл мудрости, который гласит, что подслушивание под дверью – отнюдь не самый удачный способ узнать о себе что-нибудь приятное.

Нам могут возразить, что в данном случае искусство творить собственные несчастья доведено до совсем уж гипертрофированных размеров, выходящих за рамки настоящего исследования, но ведь нельзя отказывать Шекспиру в праве на некоторые поэтические преувеличения. Как бы там ни было, но основной принцип все равно остается в силе.

Жить в постоянном конфликте со всем миром и, главное, с окружающими вас людьми – дело в общем-то совсем нехитрое. Куда труднее постигнуть и довести до совершенства искусство быть несчастным наедине с собой, не завися от окружающих и не нуждаясь в их услугах. Мы всегда можем упрекнуть партнера в недостатке любви, подозревать злокозненность начальства или сваливать на погоду вину за свое дурное настроение, с этим без труда может справиться каждый. Но ведь наша задача – обходиться в этом важном деле без всякой посторонней помощи. Как же стать самому себе злейшим врагом?

Надежным путеводителем к несчастью могут служить народные пословицы и поговорки. Являясь выражением так называемого здравого смысла или некоего таинственного инстинкта истины, народная мудрость таит для нас неисчерпаемый источник вдохновения. Главное, не обращать никакого внимания на то, что для всякого из этих изречений всегда можно найти другое, имеющее совершенно противоположный смысл. Взять хотя бы «Береженого бог бережет» и «Волков бояться – в лес не ходить» или «Поспешишь – людей насмешишь» и «Куй железо, пока горячо». Просто надо раз и навсегда выбрать какое-нибудь одно такое изречение и сделать его главным ориентиром повседневного поведения, своим кредо, символом собственного «Я». Отсюда нетрудно прийти к убеждению, что на свете существует только одна правильная точка зрения и она по странной случайности совпадает с вашей собственной. А тут уж всего один шаг до утверждения, что мир устроен неправильно и в нем все идет не так, как нужно.

Здесь, кстати, уже можно заметить разницу между настоящим профессионалом и жалким дилетантом. Последний еще иногда может, обреченно пожав плечами, смириться с неизбежным несовершенством этого мира. Но тот, кто верен себе до конца, истинный мастер своего дела, никогда не унизится до такого жалкого компромисса. Оказавшись перед выбором между миром, каков он есть, и миром, каким он, по его убеждению, должен был бы быть, – тем же самым роковым выбором, который еще в незапамятные времена занимал умы древних индуистских философов, – профессионал без всяких колебаний предпочтет второе и с негодованием отвергнет первое. Стойкий капитан корабля, с которого уже давно сбежали даже последние крысы, он отважно пустится в плавание по бурному ночному морю. Остается только сожалеть, что в этом арсенале мудрых изречений нет одного, которое было известно еще древним римлянам: Ducunt fata vo-lentem, nolentem trahunt или, проще говоря, «судьба желающего ведет, а нежелающего тащит».

А уж следовать голосу здравого смысла или подчиниться воле судьбы наш герой отнюдь не расположен, причем это упорное неприятие реальности со временем приобретает у него весьма своеобразные формы, превращаясь в некую всепоглощающую навязчивую идею, почти наваждение. В своем стремлении всегда и во всем быть верным себе он все больше проникается духом отрицания, ведь отказаться от этого значило бы для него изменить самому себе. Уже тот факт, что кто-то посоветовал ему поступить тем или иным образом, служит для него самым веским основанием, чтобы этот совет был безоговорочно отвергнут даже в том случае, если с объективной 18

точки зрения он сулит известные выгоды. (Зрелость, как определил ее один из моих коллег, – это способность человека принять решение даже вопреки тому, что оно совпадает с советами собственных родителей.)

Но и это еще не предел. Настоящий гений собственного несчастья – это тот, кто способен достигнуть воистину заоблачных высот и героически отвергнуть даже то решение, которое представляется наиболее разумным ему самому, оставаясь глухим к доводам собственного рассудка. Так змея, не довольствуясь возможностью укусить свой хвост, потихоньку начинает пожирать сама себя. Надо ли говорить, что достигаемое при этом ощущение несчастья просто не поддается никакому сравнению.

Конечно, для менее одаренных читателей состояние такого полного и безысходного отчаяния остается желанным, но, увы, недостижимым идеалом.

Глава 2
ЧЕТЫРЕ СПОСОБА ИГРЫ С ПРОШЛЫМ

Говорят, время лучший лекарь, оно врачует любые раны. Что же, может, это и так, но не стоит отчаиваться. Ведь можно помешать времени вести черную, разрушительную работу и превратить прошлое в надежный и постоянный источник наших несчастий. Добиться этих результатов можно четырьмя различными способами, которые известны еще с незапамятных времен.

1. Идеализация прошлого

Любой начинающий, если он наделен хоть искрой таланта, может научиться смотреть в прошлое сквозь розовые очки, видя в нем только картины, услаждающие душу и приятные для глаз. Разве что только самые безнадежные неудачники, неспособные даже на такую простейшую уловку, сохранят воспоминания о юности, не говоря уже о детстве, как о весьма неприятной поре Weltschmerz, полной сожалений о прошлом и страхов перед будущим, – и уж им-то никогда не придет в голову желание хоть на день вернуться в те мрачные времена. Более удачливым же кандидатам в мастера несчастья не составит ни малейшего труда создать из своей прошедшей юности нечто вроде утраченного рая, превратив ее в неиссякаемый источник ностальгических сожалений.

Конечно, воспоминания о юности – это всегда лишь одна из множества возможностей. В качестве другого примера можно назвать безутешную скорбь о разрыве романтической связи. Ни в коем случае не поддавайтесь доводам разума, не верьте собственным воспоминаниям и оставайтесь глухи к увещеваниям добрых друзей, в один голос твердящих вам, что роман все равно был обречен на неудачу и что время от времени вы и сами уже мечтали, как бы вырваться из этого ада. Не верьте, если вам будут говорить, будто разрыв – это еще не самое страшное и что могло быть гораздо хуже. Наоборот, попытайтесь в сотый раз убедить себя в том, что если бы вам снова удалось начать с начала – но только уже по-серьезному, по-хорошему, – то все бы сложилось самым прекрасным образом. (Совершенно очевидно, что ни малейших шансов на благополучный исход романа нет и не предвидится.) Отметайте все сомнения и руководствуйтесь следующим, в высшей степени логичным, соображением: раз утрата возлюбленной вызывает у вас такие адские муки, то каким же райским блаженством было бы обрести ее вновь!*

Прекратите все связи с внешним миром, ни с кем не общайтесь, не выходите из дому, лучше всего постарайтесь постоянно находиться в непосредственной близости от телефона, дабы быть готовым к тому решающему звонку, которому суждено чудодейственным образом преобразить всю вашу жизнь. И не отчаивайтесь, если ожидание станет совсем уж невыносимым, ведь в вашем распоряжении всегда остается надежный и проверенный способ – завести аналогичный душераздирающий роман с другим партнером. Не падайте духом, если на первый взгляд вам покажется, будто ваш новый избранник ничем не похож на предыдущую роковую страсть, все зависит только от вас самих, и вы вполне можете превратить его в источник новых страданий.

2. Жена Лота

Возможность жить прошлым имеет и еще одно дополнительное преимущество: она практически не оставляет вам никакого времени, чтобы проявлять хоть малейший интерес к настоящему. Ведь только полностью концентрируя внимание на прошлом и повернувшись спиной к настоящему, можно путешествовать по жизни, не опасаясь случайных, невольных поворотов судьбы, которые могут вдруг изменить перспективу на девяносто, а то и на все сто восемьдесят градусов, вопреки вашей воле показав вам, что настоящее – это не только неисчерпаемый источник негативных эмоций, оно может таить в себе и кое-что утешительное, не говоря уже о каких-то совершенно новых позитивных возможностях. Даже мимолетные отвлечения от самоуглубленного созерцания прошлого способны поколебать нашу уверенность в полной безысходности того, что ожидает нас впереди. В этой связи обратим свой восхищенный взор к нашей библейской наставнице, достопочтенной жене Лота – вы ведь помните ее, не правда ли? «И сказал Господь Лоту и его семейству: „Спасай душу свою; не оглядывайся назад и нигде не останавливайся в окрестности сей; спасайся на гору, чтобы тебе не погибнуть“… Жена же Лотова оглянулась позади его и стала соляным столпом». (Не желая быть несправедливыми к жене Лота, заметим, что волнующие события, происходившие в тот момент в Содоме и Гоморре, были куда интереснее, чем перспектива провести остаток жизни на одинокой горе. Но заслуга жены Лота в том, что она умудрилась не получить ни того, ни другого.)

3. Роковая кружка пива

В фильме «Роковая кружка пива» великий пионер американской кинокомедии У. К. Филдс рассказывает нам леденящую душу историю неотвратимого падения одного подававшего большие надежды юноши, который не смог противостоять соблазну выпить первую в своей жизни кружку пива. Мораль фильма весьма поучительна, и не следует принимать за шутку глубокомысленное предостережение Филдса. Его указующий перст – обращен ко всем нам. Ибо один мимолетный опрометчивый поступок может стоить нам долгих лет раскаяния… И какого мучительного раскаяния! Ведь достаточно вспомнить о другом библейском персонаже, злополучной Еве, и о том крошечном кусочке яблока, который она имела неосторожность проглотить…

Эта концепция фатальной неизбежности, неотвратимого рока имеет для нас важные, неоспоримые преимущества. Долгие годы о них предпочитали умалчивать. Но в наш просвещенный век такие вещи должны быть достоянием широкой общественности. Причем вся соль здесь вовсе не в раскаянии как таковом, его может и не быть. Для нас главное заключается в необратимости и непоправимости роковых последствий той самой первой кружки пива, которая если и не оправдывает, то, во всяком случае, предопределяет все последующие. Иными словами, она дает основания примерно для такого хода рассуждений: «Конечно, я сам виноват во всем, что случилось. Знай я к чему это приведет, никогда не прикоснулся бы к проклятой кружке. Но теперь уже все равно ничего не изменишь, слишком поздно… Тогда, в прошлом, я совершил роковую ошибку, теперь же, в настоящем, я вынужден нести свой крест, расплачиваясь за старые грехи».

Готов признать, что такой способ самоистязания не во всем идеален. Что ж, его можно несколько усовершенствовать. А если я вообще не причастен к тому первому роковому событию, с которого начались все мои несчастья? Если меня даже нельзя упрекнуть, что в этом есть и моя вина? Тогда я получаю все права считаться невинной жертвой злой судьбы, и пусть кто-нибудь попробует усомниться в том, что все мои несчастья – результат рокового стечения обстоятельств! Пусть только кто-нибудь осмелится посоветовать мне предпринять какие-то шаги, чтобы облегчить свою несчастную долю! Удары, которые, словно сговорившись, то и дело обрушивают на мою голову господь-бог и сама судьба, весь мир и матушка-природа, хромосомы и гормоны, родители и общество, полиция и родственники, учителя, врачи, начальники и в особенности близкие друзья, и без того уже так тяжелы, что сама мысль, будто в моей власти хоть как-то облегчить свою участь, лишь увеличивает страдания, добавляя к ним незаслуженное оскорбление. Ко всему прочему, это еще и противоречит науке. Ведь в любом учебнике психологии ясно и недвусмысленно говорится, что развитие и структура личности определяются событиями прошлого, особенно теми, которые произошли в раннем детстве. А даже ребенку известно: то, что однажды случилось, уже нельзя повернуть вспять. Кстати, именно поэтому так удручающе серьезны – и так устрашающе длинны – сочинения, принадлежащие перу практикующих специалистов-психологов*. Что же с нами будет и во что мы превратимся, если все больше и больше людей проникнется убеждением, что их состояние безнадежно, но не опасно? Взять хотя бы тревожный пример Австрии, где настоящим – пусть и не признанным пока официально – национальным гимном стала появившаяся еще во времена эпидемии бубонной чумы gemtit-liche песня: «Oh du Jieber Augustin, alles is 'hin», что в весьма вольном переводе означает приблизительно следующее: «О, великий Боже, все прахом пошло».

Время от времени, пусть и крайне редко, непредсказуемый и не поддающийся нашему контролю ход событий может вдруг ни с того, ни с сего, как бы в компенсацию за былые горести и лишения, преподнести нам приятный сюрприз, о котором мы столь безнадежно мечтали. Но настоящего профессионала в деле собственного несчастья не должен сбить с толку и такой неожиданный поворот событий. Вооруженный формулой «Ах, все пришло слишком поздно, мне уже ничего не хочется…», он ни за что не покинет башни из слоновой кости, где замкнулся в горьком презрении к несправедливостям судьбы, и ни на минуту не позволит затянуться ранам былых обид. Однако самая совершенная разновидность этой игры – которая, конечно же, доступна лишь самым одаренным – заключается в том, чтобы приписывать прошлому ответственность даже за события позитивного характера, неуловимым образом оказавшиеся источником наших нынешних несчастий. Непревзойденным мастером в этом виде искусства можно с полным основанием считать венецианского грузчика, который, по преданию, после ухода Габсбургов из Венеции с ненавистью бросил им вслед: «Будь прокляты австрияки, это они научили нас есть три раза в день!».

4 Потерянный ключ, или «Продолжайте в том же духе»

Пьяный упорно что-то ищет под уличным фонарем. Подходит полицейский и спрашивает, что он там пытается отыскать, тот отвечает: «Свой ключ». Оба продолжают поиски. Наконец, по истечении некоторого времени полицейский интересуется, уверен ли пострадавший, что ключ потерян именно здесь, на что следует вполне резонный ответ: «Да нет, ясно, что не здесь, а там, дальше, но ведь тут же светлей».

Вам это кажется полным абсурдом? Что ж, значит, и вы тоже ищете не там, где нужно. Ведь вся цель подобных поисков как раз и состоит не в чем ином, как в их бесконечном продолжении. Главное – не сдаваться.

Простенькая и такая безобидная на первый взгляд формула «Продолжайте в том же духе» на самом деле без труда способна привести нашу планету к самым что ни на есть катастрофическим последствиям. За сотни миллионов лет с ее помощью удалось добиться вымирания и исчезновения с лица Земли целых видов растительного и животного мира. Эта разновидность игры с прошлым была известна на планете еще до шестого дня сотворения мира, раньше, чем появился человек.

В отличие от игры под номером три, возлагающей всю вину за наши несчастья на некие внешние силы, неподвластные воле человека, эта, четвертая по счету игра состоит в упорном и непреклонном стремлении сохранять и воспроизводить те стереотипы поведения и способы решения проблем, которые, возможно существует только одно-единственное решение оставляют перед нами только один-единственный выход из положения – с удвоенной, с утроенной энергией продолжать в том же духе. И чем старательнее вы продолжаете в том же духе, тем глубже погружаетесь в трясину все того же самого несчастья.

Достоинства этого метода в особой рекламе не нуждаются. Им без труда может овладеть даже начинающий, не прошедший никакой предварительной подготовки. На самом деле он получил столь широкое распространение, что еще со времен Фрейда с его помощью вполне сытно кормятся целые поколения профессиональных специалистов – правда, они избегают именовать его методом «Продолжайте в том же духе», предпочитая более наукообразный термин «невроз».

Впрочем, какое имеет значение, как назвать. Ведь важно не название, а результат. Он же, можно сказать, стопроцентно гарантирован, если обучающийся как следует усвоит два простейших правила. Первое: существует лишь одно-единственное возможное, допустимое, разумное и логичное решение, и если оно еще до сих пор не дало желаемого результата, то только потому, что вы недостаточно активно проводили его в жизнь. Второе: никогда, ни при каких условиях не подвергайте сомнению допущение, что это решение – единственное; речь может идти только об усовершенствовании техники его применения.

Глава 3
РУССКИЕ И АМЕРИКАНЦЫ

Да кому же это, с полным основанием возразит мне читатель, взбредет в голову вести себя так по-дурацки, как тот чудак, потерявший ключ? Ведь он же прекрасно понимал и даже признался в этом полицейскому, что ключ вовсе не там, где он его ищет. Слов нет, куда труднее найти что-нибудь во мраке (прошлого), чем в ярком свете (настоящего). Но помимо этого очевидного факта, анекдот о потерянном ключе ровно ничего не доказывает.

Ха– ха! Тогда ответьте, почему, возражу и я в свою очередь читателю, героем истории оказывается именно пьяный? Да просто потому, чтобы, воспользовавшись этой дешевой уловкой, довести анекдот до комической кульминации и дать нам понять, что тип этот слегка не в своей тарелке -что он будто бы, с одной стороны, что-то знает, а с другой, ведет себя так, словно ему ничего не известно.

Что же это за таинственная истина? Ответить на вопрос нам поможет одна забавная шутка, придуманная известным американским антропологом Маргарет Мид. «В чем разница между русским и американцем?» – спрашивает она. И отвечает: «Американец, чтобы уклониться от докучливых обязанностей, сделает вид, будто у него заболела голова. Русский же добьется того, что она у него и вправду заболит». Ex oriente lux – вот все, что, снедаемые завистью, мы можем сказать по этому поводу – ведь согласитесь, что русское решение проблемы куда лучше и элегантнее американского. Конечно, в конце концов оба добьются своей цели, но американец будет при этом целиком отдавать себе отчет, что лжет. Русский же останется в полном ладу со своей совестью. Каким-то неведомым даже ему самому образом он умудрится найти веский уважительный предлог для отказа, за который не будет нести ровно никакой моральной ответственности. А добиться таких потрясающих результатов можно только тогда, когда, выражаясь фигурально, твоя правая рука не ведает, что творит левая.

В этой весьма специфической области, связанной с независимой, сепаратной деятельностью правой и левой руки, каждое поколение выдвигает собственных непревзойденных мастеров, пусть даже зачастую они остаются безвестными и лишь изредка попадают в яркий свет рампы. Например, в наши дни мы с восхищением узнали из прессы о двух таких незаурядных личностях, чьи таланты, бесспорно, достойны хотя бы краткого описания. Первым из них является некий Бобби Джо Кизи, который, согласно сообщению агентства Юнайтед Пресс от 29 апреля 1975 года2, был приговорен к двадцатилетнему тюремному заключению по обвинению в соучастии в нераскрытом еще (в тот момент) преступлении: похищении и убийстве вице-консула США в Мексике. Когда перед вынесением приговора Кизи спросили, имеет ли он что-нибудь заявить суду, он ответил следующее: «Мне больше нечего добавить. Я оказался замешан в таком деле, которое в настоящий момент считаю предосудительным». Большое впечатление производит семантика второго предложения. «Я оказался замешан» может с равной вероятностью означать как предумышленное действие, так и участие в чем-то совершенно бессознательно, помимо собственной воли. Однако и в том и в другом случае самое поразительное в его высказывании – это использование в настоящем времени глагола «считаю», что, вне всякого сомнения, означает: Кизи только теперь осознает, что ранее совершил нечто предосудительное. Иными словами, это говорит о признании им того факта, что в момент совершения преступления такая простая мысль даже не приходила ему в голову.

В сущности, сама история, возможно, и не заслуживает столь пристального внимания. Однако она принимает совершенно иной оборот, если прочитать, что написано о нашем герое дальше. Из последующей информации мы узнаем, что в 1962 году Кизи дезертировал из армии, украл самолет и улетел на нем на Кубу. По возвращении в Соединенные Штаты этот демарш стоил ему двух лет тюремного заключения, хоть он и настаивал, что совершил полет по заданию ЦРУ. Со своей стороны ЦРУ какие бы то ни было связи с нашим героем категорически отрицало. Но и это еще не все. В 1970 году он умудрился оказаться в группе заложников, захваченных палестинскими партизанами в Аммане, а в 1973 году, ко всеобщему изумлению, был уже среди американских военнопленных, освобожденных в Северном Вьетнаме. Газеты весьма точно окрестили Кизи «незадачливым солдатом». И читатель не может не согласиться, что подобный образ жизни возможен лишь в том случае, если человек от природы наделен прямо-таки редкостным талантом попадать во всякие скверные переделки.

Не такой бурной, а куда более монотонной оказалась жизнь Майка Мэрина, который, как свидетельствует информация, опубликованная в газетах от 28 августа 1977 года*, всего за пять лет оказался объектом восьмидесяти трех (!) уличных нападений. Потерпевший не имел ни малейшего представления о причинах подобной странной напасти, что само по себе придает его истории какой-то почти мистический оттенок. Причем Мэрии не был ни ювелиром, ни ростовщиком. Нападения совершались как ночью, так и в разгар дня. Среди нападавших были мальчишки, подростки, взрослые мужчины и даже женщины. Полиция оказалась в замешательстве, весьма нескладно пытаясь объяснить загадочную цепь событий тем, что «каждый раз Мэрии в неподходящий момент оказывался в неподходящем месте».

Хорошо, скажете вы, пусть так, но ведь из этого объяснения совершенно не понятно, каким именно образом герои типа Кизи или Мэрина умудряются систематически попадать в подобные переплеты. Минуточку терпения, и я попытаюсь пролить свет на эту загадку.

Глава 4
ИСТОРИЯ С МОЛОТКОМ

Некто возымел желание повесить картину. У него есть гвоздь, но нет молотка. И наш герой решает одолжить молоток у соседа, но потом его одолевают сомнения: «А вдруг сосед не захочет дать мне свой молоток? Он так нехотя мне ответил, когда я вчера с ним поздоровался. Конечно, может, он просто спешил. Или же нарочно притворился, будто ужасно спешит, а на самом деле хотел избежать разговора, потому что плохо ко мне относится. Интересно, почему он ко мне так плохо относится? Я всегда с ним любезен. Непонятно, что он против меня имеет, но здесь явно что-то не так. Если бы кому-нибудь понадобился мой инструмент, я бы дал его без всяких разговоров. Почему он не хочет одолжить мне свой молоток, что я его съем, что ли? Да и вообще не понимаю, как можно отказывать людям в такой пустяковой просьбе? Вот такие-то люди и отравляют нам жизнь… Может, он решил, что, раз у него есть молоток, а у меня нет, значит, я у него в руках? Ладно, сейчас я ему прочищу мозги». Наш герой вскакивает, в ярости мчится к квартире соседа и звонит в дверь. Ничего не подозревающий сосед открывает дверь, но не успевает он произнести и слово «Здравствуйте», как на него обрушивается крик нашего героя: «Подавись ты своим молотком, ты, кретин!»

Конечно, метод этот предельно прост и отнюдь не нов, но результаты он дает прямо-таки ошеломляющие. Еще два тысячелетия назад это искусство – правда, в позитивном плане – описал Овидий в своей поэме «Наука любви»: «Убеди себя, что любишь, там, где лишь желаешь мимолетно. А затем и сам уверься в этом… Только тот один любить достоин, кто умеет сам себя уверить в страсти нежной».

Если вам удалось проникнуть в суть совета Овидия, вы без труда сможете поставить его на службу собственному несчастью. Немного найдется в мире методов, которые бы по своей эффективности могли сравниться с умением ошеломить ничего не подозревающего собеседника, ознакомив его с заключительным звеном длинной, запутанной цепи фантастических измышлений, где ему принадлежала решающая и, разумеется, весьма злодейская роль. Его замешательство, когда вы бросаете ему в лицо открывшуюся вам горькую правду, его полная растерянность и притворное непонимание, о чем идет речь, наконец, его гнев и тщетные попытки отрицать свою вину – все это лишь служит последними, решающими уликами, окончательно убеждающими вас в том, что вы были правы в своих подозрениях, что вы осчастливили всеми своими милостями недостойного и что снова, вот уже в который раз, за все ваше добро вам заплатили черной неблагодарностью.

Однако следует помнить, что здесь, как и во всякой другой методике – включая, разумеется, и историю с молотком, – специалист всегда рискует нарваться на аса, достигшего более высокого уровня совершенства в искусстве творить собственные несчастья. Имеются сведения, что один социолог из Колорадского университета по имени Говард Хигман выявил особый вид коммуникации, который назвал разговорами о «неуточненном предмете». Так, в книге «Мой любимый социолог» Генри Фэрли повествует о том, что женщины часто ухитряются заставлять мужей курсировать по квартире с помощью восклицания «Это что еще такое?!». «При этом жены, – пишет автор, – рассчитывают, что представители сильного пола непременно покинут насиженные места, чтобы узнать, о чем идет речь, и, как правило, достигают желаемого результата. Однако одному моему другу удалось парировать отработанный удар супруги и одержать уверенную победу над ней… Однажды, вернувшись домой, супруга воскликнула: „Ну что, они уже здесь?“ Муж, находясь в кабинете и не имея ни малейшего представления, о чем идет речь, тем не менее твердо ответил: „Да“. Жена, не сдаваясь, вновь прокричала: „А куда же ты их девал?“ На что из кабинета последовал невозмутимый ответ: „Туда же, куда обычно“. Впервые за все годы супружеской жизни он получил передышку на оставшуюся часть дня»( F a i r I i e, Henry. My Favorite Sociologist. «The New Republic», 7 October 1978, p. 43.)

Теперь давайте снова вернемся к Овидию или, вернее, к его последователям. Здесь в первую очередь приходит на ум имя французского аптекаря Эмиля Куэ (1857-1926), основавшего школу самовнушения. Ученики этой школы должны были неустанно повторять следующую фразу: «Каждый новый день несет нам только радость, счастье и удачу». Как вы понимаете, это утверждение полностью противоречит целям настоящей книги, но даже человек со средними способностями может перевернуть фразу Куэ вверх ногами и с успехом поставить ее на службу собственному несчастью.

Теперь, вооруженные всеми этими теоретическими знаниями, мы можем уже перейти к рассмотрению практических рекомендаций. Ведь необходимая в нашем деле способность скрывать от правой руки то, что творит в этот момент левая, – необязательно природный дар, ее с успехом можно развить. В этом вам помогут несколько упражнений, которые мы приводим ниже.

Упражнение 1

Сядьте в удобное, лучше всего с подлокотниками, кресло, закройте глаза и представьте себе, что вы вгрызаетесь в толстый ломтик сочного лимона. При небольшой тренировке этот воображаемый лимон сможет вызывать у вас обильное слюноотделение.

Упражнение 2

По– прежнему оставайтесь в кресле и, не открывая глаз, перенеситесь мыслями с лимона на свои собственные ботинки. Не думаю, чтобы вам потребовалось слишком много времени, чтобы осознать, возможно, впервые в жизни, какие огромные неудобства причиняет необходимость постоянно носить обувь. Пусть вас не смущает, если до этого 43

момента ботинки казались вам верхом совершенства, главное – как следует сконцентрироваться, и тогда вы без труда заметите, что где-то вам трет, где-то слегка жмет, большой палец вынужден постоянно находиться в неестественно согнутом положении, шнурки слишком туго стягивают стопу, и к тому же вас преследуют какие-то неясные, но явно неприятные ощущения холода, жары, покалывания и тому подобного. Повторяйте это упражнение до тех пор, пока ношение обуви из привычной повседневной необходимости не превратится для вас в серьезный источник дискомфорта. Купите себе новую пару ботинок и отметьте, что, как бы удобны ни казались они вам в магазине, все равно рано или поздно они начинают доставлять вам не меньше неудобств, чем старые.

Упражнение 3

Продолжайте оставаться в кресле, но на сей раз повернитесь к окну и устремите свой взгляд на небо. Если вам сопутствует хоть капелька удачи, то не пройдет и минуты, как у вас перед глазами замелькают мириады крошечных кружочков, вроде пузырьков. Когда вы сидите неподвижно, глядя прямо перед собой, пузырьки медленно смещаются вниз, но стоит вам моргнуть, и они снова устремляются вверх. Теперь отметьте следующую особенность: чем старательнее концентрируете вы внимание на этих самых кружочках, тем больше они становятся. Не исключено, что к вам незаметно подкрадывается какая-то коварная болезнь… Ведь если кружочки так и будут все время увеличиваться размерах, то рано или поздно они распространятся на всю зону видимости – а надо ли говорить, как губительно это может отразиться на вашем зрении. Проконсультируйтесь с окулистом. Он, конечно, уверит вас, что опасения совершенно напрасны и речь идет о нормальном, абсолютно безвредном явлении, которое носит название фосфен… Ну а что, если ваш доктор, допустим, будучи студентом, случайно заболел корью и пропустил занятия, на которых у них в институте проходили вашу редкую и опасную болезнь? Или, например, он просто не хочет вас огорчать и из чистого человеческого сострадания скрывает от вас ваш смертельный недуг?

Упражнение 4

Не стоит особенно отчаиваться, если у вас возникли какие-нибудь трудности с выполнением третьего упражнения. Ведь не меньше огорчений могут при желании доставить вам не только глаза, но и уши. Закройтесь в самой тихой комнате, и очень скоро вы услышите какое-то гудение, жужжание или даже посвистывание. В обычных условиях эти звуки заглушаются другими шумами, но если как следует сконцентрироваться, то вы будете слышать их все чаще и чаще, они будут становиться все громче и громче. Теперь идите к врачу. Дальше события будут развиваться так же, как описано в упражнении 3, с той лишь разницей, что на сей раз, пытаясь вас утешить, доктор будет объяснять беспокоящие вас симптомы обычным шумом в ушах.

(Примечание: Студенты-медики могут без ущерба для дела опустить упражнения 3 и 4, поскольку они уже оснащены всеми необходимыми знаниями для того, чтобы обнаружить у себя пять тысяч симптомов, лежащих в основе клинической медицины, не говоря уже о более узких врачебных специальностях.)

Упражнение 5

Ну вот, теперь вы уже достаточно подкованы и явно овладели всеми необходимыми умениями, чтобы слегка отвлечься от собственных недугов и обратиться к окружающему миру. Начнем хотя бы со светофоров. Вы ведь, наверное, уже заметили, что, пока ваша машина далеко от перекрестка, упорно горит зеленый свет, но стоит подъехать поближе, как он, словно по мановению волшебной палочки, сменяется желтым или красным. Если вам удастся заглушить в себе голос рассудка, постоянно твердящий, что в среднем вы попадаете на красный свет так же часто, как и на зеленый, то успех обеспечен. Каким-то неуловимым образом вам удастся так организовать свою персональную статистику светофоров, что каждый новый красный будет успешно суммироваться с предыдущими, заставившими вас понапрасну терять время, простаивая у перекрестков; зеленые же пройдут незамеченными, не оставив в вашей летописи и в памяти никаких заметных следов. Вскоре начнут крепнуть подозрения, что против вас в этом мире ополчились какие-то мистические враждебные силы, причем их коварные происки отнюдь не ограничиваются пределами вашего родного города. Помните, как упорно они преследовали вас во время путешествия в Лос-Анджелес или в Осло?

Если вы не водите автомобиль, то с не меньшим успехом можете воспользоваться обнаруженной вами странной закономерностью: куда бы вы ни пришли, на почту или в банк, очередь, в которую вы встали, всегда движется намного медленнее всех остальных, а выход к вашему самолету неизменно оказывается в самом дальнем от места регистрации билетов на этот рейс конце аэропорта.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сноски

Варрон (116-27 г. до н.э.) – римский философ, историк и ученый-энциклопедист. – Прим. пер.

Вернуться

Августин Блаженный (354-430) – христианский теолог и церковный деятель. – Прим. пер.

Вернуться

Spaemann, Robert. Philosophie als Lehre vom glucklichen Leben. «Neue Zurcher Zeitung», 260, 1977, 66.

Вернуться

Morisette, Rodolphe and Luc. Petit manuel de guerilla matrimoniale. Perron, Montreal, 1973.

Вернуться

Gulоlla, Guglielmo. Commedie e drammi nel matri-monio. Feltrinelli, Milan, 1976.

Вернуться

Selvini Palazzoli, Mara, et al. II Mago smaga-to. Feltrinelli Economica, Milan, 1976.

Вернуться

Дабы избежать путаницы, позволю себе процитировать фразу из авторского предисловия к этой книге (см.: Greenburg, Dan. How to be a Jewish Mother. Price /Stern/Sloane, Los Angeles, 1964), где он замечает, что «для того, чтобы стать еврейской матерью, вовсе не обязательно быть матерью или принадлежать к еврейской национальности. В роли еврейской матери с одинаковым успехом может выступать итальянский парикмахер или служанка из Ирландии». – Прим. авт.

Вернуться

Greenburg, Dan. How to Make Yourself Miserable. Random House, New York, 1966.

Вернуться

Potter, Stephen. The Complete Upmanship. Holt, Rinehart Winston, New York, 1971.

Вернуться

Peter, Laurence J. The Peter Principle. Morrow, New York, 1969.

Вернуться

Parkinson, Cyril N. Parkinson's Law and Other Studies in Administration. Houghton Mifflin, Boston, 1957; Parkinson, Cyril N. Mrs. Parkinson's Law and Other Studies in Domestic Science. Houghton Mifflin, Boston, 1968.

В 1989 году в издательстве «Прогресс» вышла книга Сирила Н. Паркинсона «Законы Паркинсона» – Прим. пер.

Вернуться

Ветхий завет, «Бытие», гл. 19, 17 и 26. 25

Вернуться

Мильтон Джон (1608-1674) – известный английский поэт и политический деятель. – Прим. пер.

Вернуться

Weltschmerz (нем.) – всемирная скорбь. – Прим. пер.

Вернуться

Отдавая дань эмансипации, я, как и многие другие авторы нашего просвещенного времени, долго ломал голову над тем, как избежать обвинений в мужском шовинизме и обращаться одновременно к представителям обоего пола, не прибегая при этом к чудовищным конструкциям типа он и /или она, он/ она, он (а), его/ее и так далее. В конце концов я сдался и прошу читателей принять к сведению, что там, где это имеет смысл, под словом «он» подразумевается «он или она». – Прим. авт.

Вернуться

Если читатель усомнится в справедливости этого утверждения, ему достаточно познакомиться с соответствующей литературой, например со статьей Лоренса С. Къюби (см.: К u b i e, Lawrence S. The destructive potential in humor. «American Journal of Psychiatry», 127, 1971, 861– 866). – Прим. авт.

Вернуться

Gerniitliche (нем.) – простая, сентиментальная. – Прим. пер.

Вернуться

Ex oriente lux (лат.) – с Востока свет. – Прим. пер. 2 Keesee Bobby J. Quoted in: «The San Francisco Chronicle», 29 April 1975, p. 15.

Вернуться

М а г у п, Mike. Quoted in «The San Francisco Chronicle», 28 July 1977, p. 1.

Вернуться

Фосфен (медиц.) – зрительное ощущение цветовых пятен, возникающее у человека при раздражениях сетчатки или зрительных участков коры головного мозга. – Прим. пер.

Вернуться