Эрик Берн
Секс в человеческой любви

Eric Berne

SEX IN HUMAN LOVING

© Фет А.И., перевод на русский язык, 2017

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2017

* * *

Всем тем, кто были моими друзьями в течение этих лет… с любовью, признательностью и благодарностью

Предисловие

Эта книга возникла из цикла лекций по психологии секса в память Джека Гимбела, которые я прочел в Калифорнийском университете в апреле и мае 1966 года. Полагаю, я был обязан этой честью главным образом влиянию входившего в отборочный комитет доктора Сельваторэ П. Лючиа, профессора медицины и профилактической медицины Сан-Франциского медицинского центра. Я благодарен ему и другим членам комитета за предоставленную мне возможность. На лекциях присутствовало около 600 человек, заполнивших все проходы аудитории и места за креслами. Слушатели весьма различались между собой своей подготовкой и подходом к рассматриваемому предмету. Первоначальная программа лекций была следующая:

Лекции в память Джека Гимбела 1966 года о психологии секса, устроенные под руководствам комитета по художественным мероприятиям и лекциям Калифорнийского университета Медицинского центра Сан-Франциско.

Секс в человеческой жизни

6 апреля. Как говорить о сексе

13 апреля. Формы человеческих отношений

20 апреля. Секс и благополучие

27 апреля. Сексуальные игры

Эти четыре лекции будут прочитаны в 8.30 вечера в Аудитории Медицинских наук Сан-Франциского медицинского центра.

23 мая. Язык и возлюбленные

Эта лекция будет прочитана в Филд-Хаузе Калифорнийскго университета Сан-Крус. Приглашаются все заинтересованные.

Аудитория состояла главным образом из студентов и членов медицинского факультета, врачей и их сотрудников. Доктор Лючиа вел мероприятие в изящной манере и в лучшем дипломатическом стиле. А мой ассистент мисс Памела Блам искусно организовала техническую часть лекций. В то же время секретарь доктора Лючиа Марджори Хант позаботилась о звукозаписи, а мисс Ольга Айелло напечатала для меня записанный на ленту текст. Конечно, без этой помощи лекции были бы потеряны навсегда, потому что у меня не было никакой рукописи, а мои заметки состояли только из заголовков.

Но прежде всего я обязан покойному Джеку Гимбеллу, сделавшему возможным такой цикл лекций. Он умер в 1943 году, оставив в наследство значительную сумму для этой цели с условием, чтоб лекции читались попеременно в Стенфордском и Калифорнийском университетах. С тех пор в качестве лекторов выступил ряд выдающихся специалистов. Они установили столь высокий уровень изложения, что попытка представить мои мысли публике в печатном виде отняла у меня целых четыре года, и все же я решаюсь на это не без колебания.

Со времени, когда были прочитаны лекции, появилось и распространилось много сведений, относящихся к сексу. В 1967 году начал выходить ежемесячный журнал «Медицинские аспекты человеческой сексуальности» [1] – наиболее разумное, надежное и респектабельное из периодических изданий этого рода.

Этот журнал в значительной мере свободен от несколько сенсационной и неодобрительной установки, характерной для его знаменитейшего предшественника старого Zeitschrift für Sexualwissenschaft, где были напечатаны некоторые ранние работы пионеров психоанализа и который служил первоисточником для Хевлока Эллиса и других исследователей психопатологии секса той эпохи.

В течение тех же четырех лет возник и стал известен «Совет Соединенных Штатов [2] по информации и воспитанию в области секса» под руководством доктора Мэри Кальдероне из Нью-Йорка. Безупречная квалификация и образ действий д-ра Кальдероне несомненно содействовали широкому признанию ее работы, и в особенности развитию сексуального воспитания в школе.

Третьей силой в области сексуальных знаний оказались рубрики специальных объявлений в Barkeley Barb («Колючка Беркли»), Tribe («Племя») и других подпольных газетах, обнаружившие распространенность всевозможных отклонений от официальной vis-à-vis позиции в половых отношениях гораздо более резко, чем это сделали Кинси с сотрудниками, хотя, может быть, и не столь романтическим образом, как сочинения Хевлока Эллиса.

Четвертым влиятельным фактором, в значительной мере проявившимся за последние два-три года, были юридические послабления. Например, допущение добровольных гомосексуальных связей в Англии, или порнографии в Дании. Но лучше всего происшедшее в последнее время соединение секса со здоровой шуткой и юмором (в отличие от омерзительных, безвкусных и унизительных острот), какое можно видеть в сатирическом Official Sex Manual («Официальном учебнике секса» [3]) и картинках журнала Evergreen («Вечно зеленый»).

Современная передовая точка зрения состоит в том, что секс – довольно приличная вещь и что он неустраним, так что с ним следует считаться. Такая точка зрения противостоит правой позиции, считающей секс самой отвратительной вещью на свете, и радикальной позиции, для которой вообще ничто не отвратительно, так что секс можно бросить в одну корзину с насилием и всевозможной грязью.

Все эти влияния, в том числе влияния подпольных газет (по мотивам «респектабельности» отвергаемых всеми другими), проявляются в полном блеске в сочинениях д-ра Юджина Шенфельда, уверенно просвещающего публику в еженедельных фельетонах под именем «Доктор Хип Пократ»[1] (в настоящее время он прекратил эту деятельность [4]).

Но величайшая перемена, происшедшая за это время, относится не к воспитанию, а к практике. Более полное воздействие пилюли[2] на американскую жизнь привело к появлению или возрождению «эмансипированной женщины», претендующей на полное сексуальное равноправие. Несколько представительниц этого типа тщательно просмотрели рукопись моей книги в поисках проявлений «мужского шовинизма». Некоторые обнаружили образцы, которые оказались и в самом деле довольно скверными, так что я сделал надлежащие изменения в окончательном тексте. Но в других случаях, где я заметил поднимающий голову «женский шовинизм», я остался при своей точке зрения, дозволив им высказаться в подстрочных примечаниях под именем ЭЖ; мои реплики приводятся с пометкой ЭБ. Отдавая должное ЭЖ, должен сознаться, что я не включил многие принадлежащие им комментарии, выражающие одобрение и энтузиазм.

Обо всех вещах, рассказываемых в этой книге, я говорю так, как о них думаю, а это означает употребление обиходных выражений, образных описаний и взятых из жизни примеров. Каждому предоставляется право не давать ее в руки детям до шестнадцати лет, или до восемнадцати, или до двадцати одного (или, если уж на то пошло, до сорока). Я приму с благодарностью любые данные, исправляющие допущенные мною фактические ошибки.

Что же касается моего мнения, то я не склонен делать уступки никакому оппоненту, если только он не выслушал в своей жизни больше связных историй сексуального содержания, чем я их выслушал за тридцать лет моей работы. Конечно, я могу себе представить, что некоторые сводни и проститутки больше знают о сексе вообще, а некоторые ученые больше знают о его частных аспектах, чем опытный и заинтересованный психиатр. В общем, я думаю, что вложил в написанное мною столько же науки, сколько искусства, и поэтому всякая попытка опровержения должна опираться на соответствующий доказательный материал.

Многое из написанного в книге не было сказано в лекциях или было сказано иначе. С одной стороны, я многому научился с 1966 года, с другой же стороны, лекции – не то же, что написанный текст. Таким образом, понадобилось редактировать, изменять, сокращать, переставлять и дополнять мои лекции, чтобы довести их до нынешнего состояния знаний и сделать более удобными для чтения. Чтобы успешнее достигнуть этого, я пользуюсь таким способом изложения, будто обращаюсь к аудитории из одного человека. В других местах я ссылаюсь на писателя по имени Сиприан Сен-Сир, предполагаемого автора произведения под названием «Письма к горничной моей жены». Как можно думать, эти письма были написаны в то время, когда Сен-Сир путешествовал со своей женой по отдаленным странам, и они имели целью подготовить молодую леди, о которой идет речь, к самостоятельному выходу в свет после окончания ее нынешней службы[3].

Это составляет подходящий контекст для моей книги, которая написана, таким образом, в духе «Писем» Сен-Сира, хотя я и пытался сохранить в то же время тон первоначальных лекций. Ввиду этого пришлось изменить порядок материала, указанный в приведенной программе, а также первоначальное название цикла лекций[4].

Вследствие многочисленных изменений, следует отметить, что ни фонд Джека Гимбела, ни Калифорнийский университет не несут ответственности за высказанные в этой книге мнения. Ответственность лежит исключительно на мне.

Хочу выразить благодарность членам Сан-Франциского семинара по анализу взаимодействий, которым я читал в течение нескольких вечеров рукопись этой книги, за многочисленные ценные предложения, а также конструктивную и деструктивную критику. Я благодарен тем, кто нашел время прочесть всю рукопись и сделать свои замечания. Среди них были следующие лица, эмансипированные и нет: Барта Янг, Эл и Пам Левины, Арден Роуз, Валери Венджер, Надя и Валерио Джузи и Рик Берн.

Кармель, Калифорния

Апрель 1970

Примечания и литературные ссылки

1. «Медицинские аспекты сексуальности человека», Нью-Йорк.

2. SIECUS, 1855, Бродвей, Нью-Йорк.

3. Джеральд Сасмен «Официальный учебник секса», Хармондсворт, 1969.

4. Юджин Шенфельд «Дорогой доктор Гип Пократ», Нью-Йорк, 1969, Хармондсворт, 1973.

Введение. Как говорить о сексе

Секс влажен

О сексе писать нелегко – главным образом потому, что он влажен. Более того, секс не просто влажен, а скользок. Всякий, кто пренебрегает этим, говоря о сексе, оказывается в затруднительном положении. Я знал однажды поэтессу, писавшую об этом предмете красиво, но без впечатляющей силы, и я сказал ей: «Думаю, что вы делаете ошибку, говоря о влажных чувствах сухими словами». Тогда она стала пользоваться влажными словами, но я сказал ей: «Влажные слова тоже не совсем подходят. Вы должны использовать слова, на которых человеческий ум поскользнется». Это ей понравилось, и она рассказала в свою очередь мне, как беременная женщина, сидя у окна, думала о черной змее. Не будучи женщиной, я этого не понял, но это звучало верно. Это звучало лучше, чем вполне приличное выражение одной беременной женщины, надеявшейся, что у нее будет обильный поток молока и она сможет, таким образом, выкормить упитанного младенца. Эта женщина напомнила мне известный рассказ о леди из Бостона, которая всегда извинялась, когда речь заходила о камерной музыке или о приемах с коктейлем, а однажды сказала о своем приятеле, что он свалился в пропасть (пропись)[5].

Я полагаю, что вначале мы должны разобраться в терминологии и решить, какие слова яснее и удобнее передают то, о чем будет речь.

Холодные сухие слова

Слова, употребляемые для описания секса, начинаются с конъюгации, производимой низшими организмами, и копуляции, когда речь идет о высших животных. Для людей применяется термин половое сношение. Ученые называют его có-i-tuis (кóитуис), но если они нервничают, выговаривая это слово, то иногда произносят его как co-igh-tuis (коáйтус): так или иначе, это кóитус[6]. Вы можете сказать еще половой союз, если обращаетесь к публике, но только в воскресный день. Обо всех этих вещах вы можете говорить, кроме «полового сношения». Предполагается, что об этом предмете следует не говорить, а «сообщать». «Сообщение» иногда дается с большим трудом, а у некоторых людей, в том числе у меня, вызывает головную боль. Так что уж лучше просто говорить, если вы можете себе это позволить.

Иногда у вас может разболеться голова уже оттого, что вы слушаете, как другие люди «сообщают» в особенности если они не знают, чтó они «сообщают», и кому адресуют свои «сообщения». Короче говоря, сообщение вызывает трудности, и люди, прибегающие к этому способу выражения, рано или поздно должны научиться говорить, если только они хотят понять друг друга.

Наихудший вид «сообщения» – так называемый «непрерывный диалог», который может вызвать у его участников не только головную боль, но и нередко хроническое желудочное расстройство. Впрочем, иногда люди, ведущие непрерывный диалог, вдруг начинают говорить друг с другом, и тогда дела идут на лад. Мой цинично настроенный друг д-р Хорсли советует чересчур образованным парам, не умеющим ладить друг с другом, прекратить «сообщение» и начать говорить[7].

Все приведенные выше слова представляют то затруднение, что кажутся холодными, сухими и бесплодными, даже если они не являются таковыми. «Конъюгация» звучит примерно таким образом, как если кто-нибудь попытается зажечь огонь с помощью трения двух яиц. «Копуляция» звучит влажно, но имеет в себе нечто отталкивающее; «коитус» звучит так же неуклюже, как шлепанье домашних туфель по липкому сиропу. «Половое сношение» представляется подходящим выражением для лекции или письменного изложения, но звучит уж слишком рассудочно, чтобы его можно было связать с каким-нибудь удовольствием. Для разнообразия имеется удобный синоним – «половой акт».

Немногим лучше слова, описывающие результаты этой деятельности. «Половое удовлетворение» заменяет то, что мужчина мог бы сравнить с хорошим бифштексом, а женщина – со сливочным суфле. Половые отправления напоминают носик алюминиевого чайника или кран в нижней части кипятильника, открываемый раз в месяц для удаления осадка. «Климакс» начал свою карьеру в качестве довольно приличного слова, но настолько истаскан в газетных заголовках, что теперь напоминает, пожалуй, тот момент, когда два подогретых печенья с повидлом в конце концов прилипают друг к другу. Я думаю, что для употребления в печати лучшее слово – «оргазм».

У юристов есть свои собственные слова, но от них мало проку. Их излюбленные термины – «сожительство», «половые отношения» и «супружеская неверность», все они применяются в обвинительном смысле. Юристов нисколько не интересует, доставляет ли секс какое-то удовольствие. Они заинтересованы только в «установлении» или «доказательстве» секса, чтобы кто-нибудь должен был за него платить. Сумма, которую вам придется уплатить, будет одна и та же в случае, если вы вовсе не получили удовольствия, или если вы испытали сильнейшее переживание в своей жизни. Здесь не полагается ни скидки на безразличие, ни премии за экстаз. У юристов есть еще и другие слова, обозначающие так называемые «противоестественные преступления», хотя природа никогда еще не предъявляла иска ни в какой суд. В словаре юристов нет никакого слова, обозначающего приличную обнаженность. Всякая обнаженность считается неприличной, если не доказано обратное. Это, по-видимому, противоречит принципу конституции, предполагающему человека невиновным, пока не доказана его вина, или, что то же, приличным, пока не доказано его неприличие. Некоторые величайшие сражения, разыгравшиеся между юристами, имели своим предметом слово непристойность, о чем еще будет речь дальше.

Подлинное затруднение, связанное со всеми другими словами, состоит в том, что они избегают существа дела. Ничего не говорят об удовольствии, наслаждении, очаровании, а потому они звучат холодно, сухо и бесплодно.

Теплые влажные слова

Спаривание звучит тепло и плодотворно. У этого слова большое будущее, но у него нет настоящего[8]. Может быть, самый человечный и наименее вульгарный из сексуальных терминов – это заниматься любовью[9]. Эти слова содержат в себе нечто теплое, плодотворное, влажное, а также обещают нечто более продолжительное, чем само описывание действия. Неизвестно, что происходит после восхода солнца с людьми, которые копулируют, имеют коитус или половое сношение. Но люди, занимающиеся любовью, скорее всего будут завтракать вместе, и как раз по этой причине молодые люди обычно предпочитают этот термин всем другим. К сожалению, он по-видимому менее популярен среди мужчин, даже тех мужчин, которые готовы встретиться со своими женщинами за столом.

Другое теплое и влажное слово – войти. Ему недостает драматизма, но зато оно звучит уютно. Некоторые заменяют его почему-то словом идти.

Непристойные слова

Вполне возможно и, как я полагаю, желательно говорить о непристойностях, не впадая в непристойность. Например, четыре самых обычных сексуальных непристойности можно писать в обратном порядке или с перестановкой букв, в виде cuff, swerk, kirp и funk, никого не вводя в заблуждение и никого не оскорбляя[10].

Cuff – единственное слово английского языка, вполне выражающее ощущение, возбуждение, скользкость и аромат полового акта. Его сладострастный звук f сообщает ему реалистический привкус. Указанные в предыдущем параграфе синонимы тщательно избегают представления о возбуждении и наслаждении, и еще более избегают одного из самых первичных и могущественных элементов секса – запаха. Cuff впитывает в себя все это в точности как ребенок – оно и начинает свой путь как детское слово.

Странно, что это слово – не англосаксонского происхождения, как обычно предполагают. Оно проникло в английский язык из Шотландии в XVI веке [1] и вероятнее всего происходит от старого голландского или немецкого слова ficken, «бить», примерно в том же смысле, что арабское dok, означающее «толкать пестик в ступе». Толкание или проталкивание – один из важнейших моментов в половом сношении, как мы увидим в дальнейшем. Столь же важно то, что арабские сексологи называют «радостно возбужденное, сладострастное, свободное колебание женского таза». Слово cuff именно потому передает толчок и колебание, что означает одновременно dok и nez.

Cuffing (толкание) – это нечто, выполняемое мужчиной и женщиной вместе, в то время как swerking (сверление) – более одностороннее слово. Весьма мудрая девушка по имени Амариллис сказала мне однажды: «Мне нравится толкаться, но я не хочу такого парня, который сверлит меня только из самолюбия»[11]. То, что мужчина и женщина делают вместе, обозначается также словом balling[12].

Нет надобности обсуждать здесь kirp, tunc и их многочисленные синонимы, поскольку это всего лишь вульгарные выражения, ничего не прибавляющие к нашему пониманию. Для большинства людей пенис связывается с представлением о чем-то кожистом и не особенно внушительном, а если в доме есть маленькие мальчики – о чем-то хитром[13].

Для органа в его висячем положении достаточно обозначения «пенис». Для более благородного состояния эрекции, как я полагаю, ближе к действительности слово «фаллос», хотя оно звучит искусственно и лишено колорита. Женский орган мы будем называть влагалищем. Это слово обладает теплотой, если и не всеми другими качествами слова tunk. Главную трудность представляют внешние половые органы женщины, называемые анатомами vulva. Это уж слишком клиническое слово для повседневного употребления, но поскольку для них нет никакого приличного названия, мы остановимся на традиционном термине половые органы.

Есть множество других слов, которые можно найти в Rogets Thesaurus[14], в различных словарях сленга [2] и в уголовных кодексах разных стран, но приведенный выше перечень, пожалуй, достаточно полон для повседневных целей.

Природа непристойностей

Я не стану здесь объяснять, почему предпочитаю не пользоваться непристойными словами. Само слово «непристойное» (obscene) означает нечто отталкивающее. Непристойное обычно делят на 2 группы – порнографию и скатологию. «Порнография» означает «писание о потаскухах» и состоит из слов, имеющих отношение к спальне, тогда как «скатология» содержит вульгарные выражения, относящиеся к туалету. Некоторые находят оскорбительными и порнографию, и скатологию, другие – только одну из них, но не другую. Все это создает впечатление, будто непристойное определяется какими-то искусственными правилами, но это не совсем так. Оно имеет гораздо более глубокий психологический смысл.

Любое слово, если только это слово стоит произнести, вызывает некоторый образ у слушателя – и у говорящего тоже. Эти образы не всегда представляются нам отчетливо, но при некотором старании их можно извлечь из глубин нашей психики. Образы, соответствующие большинству слов, бледны, бесформенны и призрачны, они теряются в неизвестном фоне, если только они нам не очень знакомы. Поэтому мы их редко замечаем, когда и как говорят. Такие образы можно назвать Взрослыми, или призрачными образами. Другие же слова сопровождаются более живыми и сложными образами. Эти образы – пережитки действа; они называются Детскими, или первичными образами [3]. Поскольку эти первичные образы столь подробны и красочны, они вызывают эмоциональные реакции. Некоторые из этих слов поразительно красивы, подобно образам, часто возникающим у курильщиков марихуаны или любителей ЛСД[15]. Другие же образы – отталкивающие; они и будут нас здесь интересовать, поскольку они дают психологический способ определить, что такое непристойность. Слово становится непристойным, если сопровождающий его образ является таковым, потому что он и стоящая за ним действительность стали живыми и отталкивающими в детстве, как становятся обычно пахучие экскременты во время приучения к горшку; и такой образ сохраняет свою силу в дальнейшей жизни [4]. Это определение непристойного не основывается на искусственных правилах, введенных подлой, деспотичной властью, чтобы лишить народ свободы слова[16], но возникает из структуры нервной системы человека и его глубинной психологии.

Если непристойность основывается на глубоких и универсальных психологических факторах, происходящих из детства, то лишь детские слова могут иметь такую силу. Если же язык выучен в более позднем возрасте, например, после шести лет, то язык уже не содержит для человека никаких непристойностей, поскольку он никогда не слышал слов этого языка в раннем детстве. Так, благопристойный англичанин способен произносить или читать такие слова, как merde, scheiß, fourrer, vegeln, cul или schwanz[17] без какого-либо смущения или сопротивления, потому что эти слова, даже если ему вполне известно их значение, не вызывают в его психике никаких первичных образов, а сохраняют более абстрактный характер. Но в случае, когда новый язык глубоко внедряется в психику человека и он начинает над ним думать, некоторые слова этого языка постепенно проникают в первичные слои психики, и таким образом становятся непристойными.

Из этих наблюдений вытекает, что непристойное устранить невозможно; но те или иные слова, вызывающие реакцию непристойности, разумеется, случайны. Они связаны в основном с запахом и вкусом, а также со скользким прикосновением. Непристойные слова – это слова, которые связываются в нашем первичном образном мире с ощущением скользкого. В некоторых случаях самые невинные слова могут превратиться в отъявленные непристойности, вследствие определенных переживаний в детстве, когда формируются соответствующие образы.

Таким образом, новое поколение может избавиться от старых непристойностей, но его потомки создадут вместо них новые, например, превратив обычное слово в непристойное (pig[18]) или введя в общее употребление редкое выражение («mother-cuffer»[19]). Можно представить себе воспитание детей, вполне свободное от реакций непристойности, но вряд ли это осуществимо ввиду строения человеческой нервной системы. Полагаю, что было бы очень трудно устранить какой-нибудь тренировкой чувство облегчения, испытываемое большинством людей при выходе из общественной уборной.

Шокирующий характер непристойных слов, или их облегчающий характер, если они применяются с этой целью, или их эротический характер, если они используются для стимуляции, происходят не только от их неприличия, но в той же степени от их специфического аромата. Сильнейшие непристойности – это именно слова с сильнейшим благоуханием – cuff, tunk и tish[20]; слабее всего слова научного и литературного происхождения, наиболее удаленные от первичных образов и вполне лишенные запаха. Для невролога и психолога здесь открывается интереснейшее явление, связанное со всей структурой мозга и психики: соотношение между запахами, зрительными образами, словами, социальным поведением и, с другой стороны, шоком, облегчением, стимуляцией.

Ввиду этих психологических истин уважительное внимание к силе непристойности не является лишь слабым отголоском древнего способа мышления. Скорее следует рассматривать непристойность как один из аспектов образа жизни, важнейшей стороной которого является изящество. Изящество означает изысканные моменты одиночества и общения или изящные движения. Эту сторону жизни хорошо понимают танцоры, ораторы, а также последователи дзен-буддизма и других восточных философских учений. Изящество означает способность изящно говорить, а также превращать каждый час жизни в произведение искусства. Оно требует внешнего вида и поведения, делающих каждый следующий год лучше прошедшего. И, наконец, оно означает, что весь наш жизненный путь, наполненный дружбой и враждой, близостью и схватками, комедиями и трагедиями, может завершиться, хотя бы в идеале, неким ощущением цельности и благородства, объединяющим весь этот ряд переживаний. Для меня ранг человека = изяществу = сдержанности, избеганию преувеличения и дисгармонии – в разговоре точно так же, как в балете или в живописи[21].

Не уклоняться от уродства, встретившись с ним лицом к лицу, – это не значит принять его. У каждого человека свое представление о красоте, так что невозможно определить красоту, сказав, чтó красиво. Но можно, по крайней мере, выделить ее, сказав, чтó некрасиво. Существует одно и, как я полагаю, только одно универсальное правило эстетики; универсальное, потому что оно стало в процессе эволюции универсальной чертой человеческого рода. Красота может быть вопреки дурному запаху, но не от него. А что такое дурной запах, знают все. Это запах чужого г-на[22], нежелательное вторжение чужого человека, проникающее в каждый наш вдох. Если это друг, дело обстоит иначе. Амариллис выразила это однажды следующим образом: «Друг – это человек, tish и tarfs которого не воняют, а звук его sipp – музыка для ваших ушей. Но если посторонний попробует наградить вас этим fark, то он получит от вас пинок в tootches[23] (как видно из употребления слова «вонять», Амариллис отличается несколько вульгарным складом ума).

Ввиду всего сказанного выше, я полагаю, что непристойности не следует навязывать другим без их согласия. Для некоторых они составляют часть их жизненного плана и увеличивают их радость. Для других же свобода слова прекращается не только в том случае, когда кто-нибудь закричит: «пожар!» в переполненном театре, но и при попытке выкрикнуть вульгарное выражение в присутствии детей. Всегда лучше прибегнуть к поэзии. Менструация не очень привлекательна, когда ее называют «месячными», но становится очаровательной, (по крайней мере для мужчин), когда говорят об «окровавленном лике луны» или на французский лад: «У меня расцвели цветы».

Вы можете сказать все, что хотите сказать, если только вы остаетесь чистым, по вашим собственным понятиям о чистоте. Дело в том, что чистота очень важна, когда столько вещей на свете испачкано.

Мусорный ящик

Конечно, вы можете узнать невероятное множество вещей о ваших соседях, изучив их мусорный ящик. Мусорщик с философским складом ума может развить целую философию жизни, основываясь на том, что он находит в человеческих отбросах: он узнает, чтó люди выбрасывают, экономны они или расточительны и чем они кормят своих детей. И найдется на свете немало людей, которые увидят в нем поборника истины в последней инстанции. «Посмотрите в мусорный ящик, – скажут они, – и вы увидите, что представляет собой человеческий род!» Но он вовсе не такой. Археологи часто натыкаются на кучи кухонных отбросов, и если у них нет лучшего источника, пытаются восстановить по ним черты общества, которое их произвело. Некоторые писатели следуют тому же плану: они пытаются реконструировать наш внутренний образ жизни, наш нынешний образ жизни, рассматривая его мусор. Но если археологам удается открыть такой город, как Помпеи, они могут продвинуться гораздо дальше, чем изучить любое количество кухонных отбросов. Увидев весь город в целом, они могут лучше понять, что делали жившие в нем люди, благородные или нет. Учреждения и библиотеки, детские комнаты и места общественных развлечений[24] содержат больше универсальной истины о людях, чем записная книжка наркомана. Гармония и человечность женского монастыря стоят больше, чем гармония и человечность борделя, потому что монастырь, хотя и в узком смысле, устремлен к высшим идеалам человеческого рода, между тем как бордель, по описаниям любителей проституток и сводней, статичен, а если в нем что-нибудь движется, то в сторону или вниз. И, наконец, младенец более человечен, чем опухоль матки, и человеческий зародыш содержит больше истины, чем фиброид[25].

Я хочу всем этим сказать, что непристойные книги не более поучительны и не ближе к настоящей подоплеке жизни, чем приличные книги. Один лишь Толстой мог увидеть то, что он описал в «Войне и мире»; но любой расторопный ученик старших классов, достаточно обиженный на свою мать, мог бы сочинить «Философию в спальне» маркиза де Сада – и сцены в спальне, и философию в придачу[26].

Любители матерщины[27]

В крайних случаях непристойность может стать образом жизни. Порнограф, обреченный жить в спальне и вечно охотящийся за обещанием оргазма, никогда не увидит лес, океан и солнечный свет. Скатолог, запертый в своей полной запахов каморке, осужден искать всю свою жизнь тот вид г-на[28], к которому, по его убеждению, сводится все остальное. Оба они неудачники, потому что порнограф никогда не найдет магическое удовлетворяющее все потребности влагалище, которое он ищет, а скатолог, проводящий время среди накопленных им нечистот, никогда не обратит их в золото. Верно, конечно, что неприличные восклицания доставляют некоторым людям облегчение, но это лишь подчеркивает тот факт, что употребляемые ими слова имеют особый психологический первичный характер.

Некоторые придерживаются ребяческой теории, что все пойдет на лад, если только употреблять при каждом случае грязные слова; но если понаблюдать за таким субъектом пять или десять лет, то оказывается, что это не приводит к цели. Такой подход с самого начала выдает неудачника. После того, как этот человек в течение 10 лет повторит 100 000 раз tish или mother-cuffer[29] (что составляет скромное число – тридцать раз в день), он почти всегда обнаруживает, как об этом свидетельствует моя клиническая практика, что дела его пошли не лучше, а хуже, и способен только визжать: «Посмотрите, как я старался! Почему мне всегда не везет!» Но это лишь доказывает, что дело не в «старании», потому что дела его не пошли бы лучше, даже если бы он повторял свою любимую непристойность триста раз в день.

Неудачника создает не теория сама по себе, а способ, которым он ее применяет. Удачник, исходя из того же предложения, возьмет себе два свободных дня и осуществит всю программу, выговорив по пятьдесят тысяч проклятий в день. И если это не приведет к цели, он построит себе новую теорию успеха, сэкономив таким образом десять лет. Вот чем различаются в жизни удачник и неудачник. Вся жизнь человека зависит от того, удачник он или неудачник, и этим же определяются ее результаты, потому что люди доверяют ему или нет, зная, кто он такой.

Непристойность для удовольствия

Другие люди полагают, что непристойность в большинстве случаев агрессивна и потому предосудительна [5]. Есть, однако, две ситуации, когда она может быть эффективна именно вследствие своего неприличия: совращение и удовольствие.

При совращении непристойность может быть использована так же, как торговец пытается всучить свой товар. Проявляемая в этом случае испорченность того же рода, как у американских бойскаутов, соревнующихся за почетный значок Коммерсанта (хотя их организация, как предполагается, основана на идеализме свободного общения с природой сэра Роберта Бадэен-Пауэла)[30]. Это искусство урвать себе кусок, испортив красоту природы[31].

Непристойность для удовольствия – это сатира на испорченность, а сатира есть целительный смех, вскрывающий язвы политического устройства и человеческих отношений. Тем самым непристойность для удовольствия делает жизнь менее непристойной. У Рабле больше скатологии, чем у других писателей, потому что он пытался извлечь радость из своей скатологической эпохи[32]. Посвящение к моему любимому изданию этого автора гласит в переводе Томаса Эркарта[33]:

Немножко радости сильней печалей всех,
Поскольку человеку нужен смех.

Но сатира вовсе не то же самое, что непристойность бунта: «Вот я скажу тебе эти грязные слова и увижу по выражению твоего лица, гадина, насколько ты застенчив и перестанешь ли ты меня любить».

Точно так же юмористические стихотворения «повес» эпохи Реставрации по поводу clap[34] и great pox[35] – болезней, в конечном счете неизбежных и неизлечимых для повесы тех времен, – вовсе не то же самое, что исполненные жалости к себе сочинения нынешних авторов, выплевывающих грязные слова того же содержания. Если непристойность принимается всерьез тем, кто ее говорит, или тем, кто ее слышит, то она в большинстве случаев обидна. Если же она говорится ради удовольствия, а не бросается человеку в лицо вроде выплюнутой жвачки, то читатель или слушатель может либо присоединиться к этому удовольствию, либо уклониться, сказав: «Это меня не забавляет».

Излюбленные способы использования непристойности для удовольствия – это остроты, шутки и лимерики[36]. К сожалению, существует лишь ограниченное число острот, построенных из шести главных непристойных слов, и все эти комбинации составлены уже давным-давно. Непристойных шуток можно придумать значительно больше, но и они большей частью потеряли свою новизну после того, как сто миллионов студентов колледжей провели сто миллиардов часов в ста тысячах тавернах за последние сто лет [6]. В наше время оригинальность может проявиться, главным образом, только в лимериках.

Один из самых забавных способов получать удовольствие от непристойности и ее преследователей – это замена подлинных слов аналогично звучащими искусственными словами, наподобие того, как это делается в «Официальном учебнике секса» [7], где говорится о erroneous zones, vesuvious и о plethora, представляющей собой маленький предмет, по форме напоминающий футбольный мяч, расположенный около frunella, непосредственно над трубками pomander. Разумеется, во время coginus мужской vector должен прорвать hyphen. В романе «Билли и Бетти», написанном Твигс Джеймсон, используется нарочно придуманный словарь, еще лучше служащий для этой цели, поскольку ее слова звучат ближе к подлинным и применение их доставляет больше удовольствия настоящим любовникам. Например тот, кто не может найти партнера для clamming, всегда может для этого automate, и Джеймсон иллюстрирует примером, как модно этим способом дойти до конца, независимо от того, окажется ли у вас пустой pudarcus или полный glander.

Непристойность и любовь

Может быть, подходящий случай для применения непристойностей предоставляется, когда занимаются любовью [8]. Это первичная сцена, и потому первичные образы, по крайней мере сексуального характера, здесь могут пригодиться. Сюда не относятся ни совращение, ни эксплуатация. Предполагается, что обе стороны занимаются любовью, дав уже свое согласие, и, более того, каждый из партнеров заинтересован в усилении удовольствия, получаемого другим. Возникающие при этом первичные образы уже незачем подавить, и у некоторых людей они достигают полного проявления. Они усиливают и в свою очередь усиливаются множеством ощущений, которые их освобождают: видом, звуком, прикосновением, запахом, вкусом и теплом, излучаемым возбужденной кожей каждого из партнеров по направлению к другому. И это вовсе не то же самое, что употребление непристойности в виде ругательства или кощунства, о чем свидетельствует следующее стихотворение[37]:

Различие

Она сказала “Cuff you”, а затем, покраснев, увидела
Как он вышел и нашел вместо нее
Леди, которую он пригласил к чаю,
И которая потом сказала: «О да, cuff me!»

Сексуальное воспитание в младшем возрасте

Мы ставим себе здесь серьезную цель: сексуальное воспитание или даже сексуальное влияние. Мы условились уже по поводу терминологии, включая некоторые анаграммы, а также условились по возможности избегать непристойности. Условимся также, что нет причины избегать удовольствия, и рассмотрим различные подходы к интересующему нас предмету.

Самый затруднительный вопрос, касающийся «сексуального восприятия», состоит в том, «как надо объяснять секс нашим детям?». Затруднение возникает здесь потому, что это довольно пустой вопрос, имеющий не больше смысла, чем вопрос «как надо объяснять историю (или геометрию, или кулинарию) нашим детям?». Чтобы «объяснять» историю или геометрию, требуется несколько лет преподавания и согласованной с ним домашней работы, но и после этого лишь немногие дети, а если уж на то пошло, то и не многие учителя действительно их «понимают». В конце концов, многие родители говорят себе (или друг другу): «Выходит, что ты, болван, так-таки и не умеешь объяснить секс своим детям!» или, что еще хуже: «Вот! Я и есть тот родитель, который знает, как объяснить секс своим детям!» Беда здесь не в родителях, а в том, что нет такой вещи, как «секс», который можно «объяснить». Ее нет точно так же, как нет вещи, именуемой «кулинарией», которую можно было бы «объяснить». (Larouss Gastronomique[38] даже не пытается это сделать, а просто приводит немного истории). Может быть, полезно поговорить о тепле и аромате кастрюли, но если вы станете делать чертежи газовой аппаратуры или предостерегать от ядовитых грибов, у вас не получится, таким образом, хороший повар. Вы не можете отвести в сторону вашу дочь или сына и сказать: «Сейчас я объясню тебе секс, ABC + DEF = G. Вопросов нет? Тогда спокойной ночи, пора спать». Да и что значит отвести в сторону? В сторону от чего?

Что касается маленьких детей, то их обычный первый вопрос – откуда появляются младенцы. Поскольку этого в действительности никто не знает, родители большей частью полагают, что от них требуется объяснить насчет «толкания»[39]. Они либо избегают существа дела, призывая на помощь аиста или другую птицу, либо принимают вызов и говорят: «Мужчины вставляют свою штучку в женскую штучку и откладывают семя и т. д., и вот как делаются младенцы». Говоря это, родитель либо придает своему лицу игривое выражение, либо держит верхнюю губу в поджатом положении – отчасти потому, что, как он знает, это не является правильным ответом и что он сам хотел бы узнать от кого-нибудь правильный ответ. Но ребенок, вместо того чтобы слушать эту информацию, задает себе действительно важный вопрос: «Почему это папа выглядит так игриво или почему он поджимает верхнюю губу?» «Ведь ребята на улице говорят об этом куда более естественно и на самом деле объясняют это: и хотя они зачастую объясняют это неверно, а некоторые из них утверждают, что их родители ничего подобного не делали, все же они расходятся с ощущением, что провели стимулирующий и поучительный семинар. Все они при этом серьезны, вдумчивы и рассудительны, никто не делает игривых ужимок и не поджимает верхнюю губу.

Вот и все по поводу детского сексуального воспитания с трех лет до одиннадцати. Сексуальное воспитание в промежуточном возрасте, с двенадцати до двадцати лет, поставлено немногим лучше.

Сексуальное воспитание в промежуточном возрасте

Сексуальное воспитание в промежуточном возрасте часто предлагается в виде лекций и книг. Как вы знаете, я представляю себе каждого индивида состоящим из трех человек: Родителя, который может быть критически настроенным, сентиментальным или заботливым; рационального, ориентированного на факты Взрослого и послушного, мятежного или спонтанного Ребенка [9]. Книги и лекции о сексе можно классифицировать по тому признаку, исходят ли они от Родителя (или даже, точнее, от какого Родителя), от Взрослого или от Ребенка (или даже, более точно, от какого рода Ребенка). Каждая книга или лекция характеризуется своей основной установкой по отношению к предмету, и эти установки принадлежат, как правило, к одному из следующих пяти классов:

1. Секс – это гигантский Осьминог. С ним все в порядке, пока он остается в надлежащем месте, т. е. в супружеской спальне, где его держат на цепи под кроватью; но если вы встретите секс где-нибудь в другом месте – берегитесь, или он вас утащит. Опасаться надо противоположного пола, который прикончит вас, если вы оставите ему хоть малейшую лазейку. Эти опасности лучше всего резюмируются лимериком о молодой леди по фамилии Уайлд, и всякий, знающий этот лимерик, знает уже все необходимое о страшном чудовище[40].

Была одна молодая леди по фамилии Уайлд,
Которая вела себя вполне безупречно,
Размышляя о Христе,
О заразных болезнях
И о том, как бы не родить нечаянно ребенка.

Гигантский Осьминог, в том виде, как его описывают, изобретен Родителем – Отцом, хотя и Мать кое-что об этом знает [10].

2. Секс – это дар ангелов. Это нечто прекрасное и святое, и его не следует кощунственно связывать с земными делами или порочить сладострастным воображением. Ангелов изобрела Родительница – Мать. Отец тоже наслышан об этом, но настроен несколько скептически, поскольку он лично ангелов не встречал [11].

3. Секс – это триумф машиностроения. Нечто в виде конвейера, на один конец которого поступает сырье, а с другого сходят младенцы. Или же это можно представить себе в виде инструкции по монтажу, наподобие описанной в предыдущем параграфе: «Вставьте ктырь[41] А в гнездо Б, нажмите на рычаг В, и – раз, два, три – к Рождеству у вас будет младенец».

Это рациональный подход, описывающий некоторые факты правильным Взрослым языком, но такой подход не особенно вдохновляет. Все это может быть верно в том, что касается рассматриваемых фактов, но от истин такого рода жизнь не становится лучше [12].

4. Секс противен. Такой подход возникает, когда в человеке любого возраста (чаще всего это подросток или ему за сорок) одерживает верх мятежный Ребенок, который говорит: «Знаете ли, все эти правила и запреты для меня ничего не значат. Я опорожняюсь, пользуясь прямыми англосаксонскими словами, и это доказывает, что я свободен». Здесь допускаются три ошибки. а) Слова не англосаксонские. б) Такое поведение не доказывает, что автор свободен. в) Метод не приводит к цели. То есть через десять лет такой человек оказывается нисколько не счастливее большинства других. Хорошим примером является маркиз де Сад [13].

5. Секс – это удовольствие[42]. Люди, находящие в сексе удовольствие, обычно говорят о нем немного. Об этом (удовольствии) вообще мало можно сказать, разве что «Это было чудесно!» или «Здорово!»[43] Это тоже детский подход, как и описанный выше, но, конечно, подход более приятного и спонтанного Ребенка [14].

Сексуальное воспитание повышенного типа

Сексуальное воспитание повышенного типа адресовано, главным образом, лишенным юмора студентам колледжей, торговцам живым товаром, индийским раджам и магараджам и арабским рабовладельцам; впрочем, и обыкновенные люди могут извлечь из него некоторую пользу. Дело зависит от того, любите ли вы рисовать собственные свои картины или предпочитаете раскрашивать картинки с нумерованными частями по приложенным инструкциям.

Главный учебник сексуального воспитания повышенного типа – это «Камасутра», написанная Ватсаяной, основоположником Индийской или Изощренной школы секса [15]. Ее относят либо к 677 году до нашей эры, либо к 370 году нашей эры. Параллельный ей трактат – «Ананда Ранга», принадлежащая Кальянамалле и написанная около 1500 года [16]. Обе книги дают тонкие указания, как следует целовать, прикасаться, искусно толкаться[44]; оставлять в надлежащих местах следы зубов и ногтей, соблазнять жену своего ближнего и как сохранять при этом спокойную совесть. Эти книги, несомненно, поучительны, но также проникнуты хищностью, они заменяют страсть и творчество технической виртуозностью, а иногда извращенностью.

Как говорит мой друг д-р Хорсли, «можно находить особенную привлекательность в утонченном кусании, царапании и погоне за девками, но все это вам доставит еще больше удовольствия, если вы это придумаете сами, а не возьмете из книги – точно так же, как больше удовольствия самому себе найти жену, чем если это сделает за вас компьютер. Но с другой стороны, – прибавляет он несколько кислым тоном, – если вы хотите познакомиться с методами, применяемыми проститутками и своднями для вытягивания денег у мужчин, то вы, несомненно, лучше достигнете цели, прочитав эти книги, вместо того чтобы консультироваться с ближайшей дружески настроенной проституткой или сводней, поскольку их методы всегда одни и те же». Амариллис добавляет к этому: «Стоит ли стараться кончить так, как тот моряк, что забыл у одной девушки свои искусственные зубы. Отсюда и пошла песенка: «Моя любимая украла мою челюсть»[45].

Впрочем, эти книги имеют то достоинство, что рекомендуют терпение и ласковое обращение, особенно с девочками-невестами.

Вслед за покрытой паутиной древности «Камасутрой» следует «Благоухающий сад» Шейха Нефзави, представителя арабской школы пятнадцатого века [17]. Это практическое руководство, содержащее много предостережений от лживости и предательства женщин, средства от разных сексуальных недостатков (в том числе указания, как сделать Великолепными Малые Члены), а также ряд приемлемых позиций для здоровых пар. Шейх описывает также специальные позиции для специальных целей: для толстых пар, для низкорослого мужчины и высокой женщины и для людей с разными телесными деформациями. Он отдает должное высокому знанию и акробатической ловкости индийцев, особенно женщин, способных в течение всей процедуры удерживать на пятке ноги горящую лампу, но полагает, что многие из этих приемов добавляют к половому акту не столько наслаждения, сколько боли.

Длинная глава книги Нефзави, посвященная педерастии, все еще остается непереведенной, и это достойно сожаления, поскольку она, несомненно, бросила бы некоторый свет на судьбу маленьких рабов, мальчиков и девочек от четырех до десяти лет, до сих пор перевозимых караванными путями из Сахары на Аравийский полуостров [18]. (Я сам видел в Испанской Сахаре двухлетнего мальчика, обучаемого рабским навыкам более невинного рода.)

Есть еще одна книга, заслуживающая упоминания здесь: это «Золотая Книга Любви» д-ра Иозефа Веккерле, описывающая 531 позицию – больше, чем «Камасутра», «Ананда Ранга» и «Благоухающий Сад», вместе взятые, так что эти труды можно считать в этом отношении устаревшими. Можно указать еще «Бехуристан», «Гулистан», а также семь эротических руководств Ибн Камаль Паши. Но даже Веккерле – всего лишь европейский эмпирик. Легмен, применив современные американские компьютерные методы, сосчитал, что существует 3780 позиций [19]. При виде столь научного подхода Ватсаяна может показаться примитивным, чем-то вроде наивной деревенщины по части секса, но в действительности это все не так.

Мы можем теперь расстаться с сексуальными мерзостями Индии, Аравии и Вены. Но прежде чем перейти к сексуальному воспитанию здоровых, полнокровных, здравомыслящих взрослых американцев, скажем несколько слов о «сексуальном воспитании в школе». Чтобы судить о его результатах, нужно ждать двадцать лет, пока вырастет целое поколение, подвергнутое этой процедуре. Важнее всего, что этому предмету не должны обучать фригидные люди, из-за спины которых выглядывают какие-нибудь высохшие члены школьного совета с видом копченой селедки на поминках. В этой ситуации секс напоминает юмор. Если бы вообще нужны были курсы юмора, то их следовало бы поручать людям, которые сами хоть раз в жизни рассмеялись – и получили от этого удовольствие.

Сексуальное воспитание взрослых в Америке

Соединенные Штаты приняли всерьез заповедь: «Занимайтесь любовью, а не войной»[46] и развили несколько доморощенных школ любовного искусства, причем они сделали это с помощью свойственной янки оборотливости, без каких-либо субсидий федерального правительства или штатов; так что мы имеем здесь одну из немногих областей, в которых исследования продвинулись независимо от правительственной поддержки.

Первая и самая суровая школа – «Социологическая», или «Школа хронометра», с девизом «24–40 или борьба», т. е. 24 минуты 40 секунд на оргазм (или какое-нибудь другое число, полученное из опроса общественного мнения), – это и есть время, определенное социологами и напечатанное в воскресной газете [20]. И хотя они на словах допускают отклонения, некоторые последователи этой школы приходят к заключению, что всякий сильно отклоняющийся – либо жалкий неудачник, либо чокнутый, либо коммунист, либо коммунист и все это вместе взятое.

Затем выступает «Школа женского журнала стандартов», дающая точные рецепты респектабельного сластолюбия для женщин среднего класса. Надо вынуть мужчину из холодильника и оттаять его, положить в теплую кровать и дать ему вскипеть, пока у него на глазах не образуется тонкая пленка [21]. После чего вы сами принимаете решение, сервировать его или нет, – как вам угодно.

Далее, есть «Психоаналитическая школа», или «Школа бюро стандартов»[47]. Это официально признанное учреждение является хранителем Международного стандарта Половой Жизни [22]. Это не то, что имел в виду Фрейд[48], но то, что из этого получилось.

Эта школа встречается с яростной конкуренцией популярного «Движения за общение», основавшего «Школу сравнительного оргазма». Ее сторонники ежедневно приветствуют друг друга словами: «Как вы поживаете в межличностном взаимодействии в области оргазма?» [23] Это вежливая форма вопроса: «Был ли у вас оргазм, соответствующий Стандартному оргазму, хранящемуся под стеклянным колпаком в Национальном Бюро Стандартов США, рядом со стандартным Метром, стандартным Килограммом и уже Устаревшим Стандартным Кишечным Сокращением?» Для этих людей стандартный Оргазм заменяет Святой Грааль, и многие пары проводят свою жизнь в погоне за ним, каждый раз восклицая: «Ату его! Черт возьми, он снова от нас ускользнул!»

Стандартный словарь секса

В идеале полный словарь секса должен был бы состоять из четырех слов. Родительский, или моральный, аспект личности, действующий в качестве некоего консультанта, говорит «Да» или «Нет», т. e. рациональный и ответственный орган, заключающий контракты и принимающий обязательства перед другими людьми, также нуждается в словах «Да» и «Нет». Ребенок, т. е. детский или инстинктивный аспект, та часть личности, которая в действительности примет участие в предприятии, нуждается лишь в одном слове для выражения своей реакции: «Здорово!» Но в редких случаях, когда Родительский или Взрослый аспект личности допустили ошибку в своем суждении, Ребенку может понадобиться слово «Ой!»[49]. Все другое, кроме этих четырех слов «Да», «Нет», «Здорово!» и «Ой», означает какой-нибудь непорядок.

Исключение составляет лишь слово «Прекрасно!», которое можно держать в резерве. Некоторые не понимают, почему и когда люди говорят «Здорово!» и «Прекрасно!»; но тем, кто знает секрет, – больше нечего сказать[50]. Так что есть люди, для которых жизнь состоит из «Да» и «Здорово!», и другие, для которых она сводится к «Нет!» и «Ой!».

Итак, мы рассмотрели несколько проблем, возникающих, когда говорят о сексе, и некоторые из них решили. Теперь мы будем говорить о нем, и посмотрим, удастся ли это нам лучше, чем нашим предшественникам. При этом не забывайте, что многие истины выражаются в виде шуток, и, более того, сама истина состоит попросту из шуток, высказанных всерьез.

Примечания и литературные ссылки

1. Стоун Лео «О главном непристойном слове английского языка». (Stone Leo “On the principal Obscene Word of English Language”. International Journal of Psychoanalysis 35:30–56, 1954).

2. Напр., Партридж Э. «Словарь преступного мира». (E.g. Partridge E. A Dictionary of the Underworld Bonanza books. New York, 1961).

3. Берн Э. «Первичные образы и первичные суждения». (Berne Э. Primal Images and Primal Judgments. Psychiatric Quarterly, 29: 634:58, 1955).

4. Ср. Френчи C. «О непристойных словах» (In Sex in Psychoanalysis. Richard G. Badger, Boston, 1916).

5. Фрейд З. «Остроумие и его отношение к подсознательному». Freude S. (Wit and its Relation to the Unconscious. In The Basic Writings of Sigmund Freude). Modern Library. New York. 1938. pp. 692–6.

6. Легмен Дж. «Основы построения грязной шутки». (Legman G. Rationale of the Dirty Joke, Grove Press, New York, 1968).

7. Сасмен Дж. «Официальный учебник секса». Цит. соч. (Sussman G. The Official Sex Manual, Op. cit.).

8. Симпозиум «Каково значение грубых выражений во время полового сношения?» (Symposium “What is the Significance of Crude Language During Sex Relation”. Human Sexuality, 3:8, August, 1969).

9. Берн Э. «Анализ взаимодействий в психотерапии». (Berne E. Transactional Analysis in Psychotherapy, Grove Press, New York, 1961).

10. Самым устрашающим описанием секса в виде Гигантского Осьминога является весьма ученое и весьма отталкивающее сочинение д-ра Джулиуса Розенбаума «Чума сладострастия». (Julius Rozenbaum. The Plaque of Lust. Frederick Publications. Dallas, 1955).

11. Один из наиболее популярных и в то же время один из самых сентиментальных учебников секса: Ван де Вельде Т.Х. «Идеальный брак». (Van de Velde J. H. Ideal Marriage, Random House, New York, 1965).

12. Последним прибавлением к этому подходу является серьезное и хорошо документированное клиническое исследование В. Г. Мастерса и В. Е. Джонсон «Половая реакция у человека». (W. H. Masters, B. E. Jonson, Human Sexual Response, Little, Brown & Company, Boston, 1966).

13. Маркиз де Сад по-прежнему остается непревзойденным чемпионом этой литературы. Де Сад Д.A.Ф.: Избранные произведения. (De Sade D.A.F. Selected Works, Grove Press, New York, 1966).

14. Книга Легмена, на которую мы ссылались выше, является весьма ценным примером подхода «Секс – это удовольствие». Интересно сравнить, как Легмен пользуется своей обширной и кропотливой ученостью и как Розенбаум злоупотребляет своим усердным изучением классиков.

15. Камасутра Ватсаяны. (Kama-Sutra Vatsayana. Translated by S. K. Mikherji. K. S. Acharaya Oriental Agence, Calcutta, 1946).

16. Ананда Ранга Кальянамаллы. (Ananda Ranga of Kalyanamalla. Translated by J. Ray. Citadel Press, New York, 1964).

17. Благоухающий сад шейха Нефзави. (Perfumed Garden of Shaykh Nefzawe. Translated by Sir Richard Barton. G. P. Putmanis Son, New York, 1964).

18. O’Каллаган «Работорговля в наши дни». (O’Callaghan S. The Slave Trade Today. Crown Publishers. New York, 1961). В книгу включены дебаты на эту тему в палате лордов (Хансард[51]) от 14 июля 1960 г. В указанной ниже книге Бертана содержится обширный очерк об истории педерастии в странах, населенных арабами, и в других областях территории, которую он называет сотадической зоной, или зоной педерастии (от имени Сотада [Sotades], непристойного, ритмически одаренного древнегреческого поэта). Р. Ф. Бертон «Тысяча и одна ночь». Частное издание для членов Бертон-клуба, без указания года, т. 10 (вероятно, 1886 г.), стр. 205–54. (R. F. Burton Thousend Nights and a Night. Privately published for the Burton Club, n. D. Vol.10 (probably 1886), pp.205–54). Развратники Аравии надеялись даже, что если они будут усердно молиться, то в раю будут награждены прекрасными мальчиками под названием «Вульдан» (Wuldan). Вообще, как видно из их литературы и коммерции, арабы мужского пола рассматривают своего сексуального партнера не как человека, а как «предмет потребления»[52]. Более современные кровавые примеры смотрите в книге Гектора Франса «Мускус, гашиш и кровь», (напечатанной только для подписчиков 1900 г.) (Hector France. Musk, Hashish and Blood (Printed For Subscribers Only). London & Paris, 1900).

19. Легмен Дж. «Орагенитализм». (Legman G. Oragenitalism. Julian Press, New York, 1969). Трудно себе представить, чтобы кто-нибудь мог написать монографию в 300 страниц на эту тему, не впадая в пошлости, повторения и двусмысленность, но Легмен это сделал. Возможно, это лучшая книга по этому вопросу для заинтересованных лиц, если они женаты, не моложе 21 года и проживают в штате, где такая литература не является уголовным преступлением (а также имеют письменное разрешение своих родителей?). Впрочем, должен сознаться, что это единственная книга такого рода, какую я видел (получив экземпляр от издателя), так что я могу быть несправедлив по отношению к другим авторам, разрабатывавшим этот предмет.

Книга Веккерле в немецком оригинале мне не попадалась, а на английский она еще не переведена.

20. Кинси и его сотрудники являются основоположниками Школы Хронометра. (Кинси А. К., Помрой У. Б. и Мартин Ч. Э.: «Сексуальное поведение человека мужского пола»[53] (Kinsey A. C., Pomerow W. B. and Martin C. E. Sexual Behavior in the Human Male. W. B. Sounders Company, Philadelphia, 1948, pp. 178–9). Мастере и Джонсон уточнили этот подход, введя в свои измерения десятые доли секунды. Такие измерения могут быть полезны для профессионально подготовленных читателей, способных оценить их по достоинству, но могут быть неправильно поняты и применены непосвященными или даже учеными без медицинского образования.

21. Почти все женские журналы дают рецепты секса в том же тоне, как рецепты приготовления яблочного пудинга; разве что они менее отчетливы и, вместо соуса, окружены недомолвками[54].

22. Мастерс и Джонсон утверждают (ссылаясь на имевшиеся у них киноленты), что между клиторальным и вагинальным оргазмами нет перерыва, вопреки высказываниям психоаналитиков на это счет.

23. В настоящее время в нашей стране существует множество организаций, устраивающих «групповые встречи» и «марафоны», где оргазмы свободно обсуждаются и сравниваются на языке, принятом в этих группах; классический пример такого языка приведен в тексте. Ср. Майзлиш И. Л. «Игра в оргазм». (Maizlish I. L. “The Orgasm Game”. Transactional Analysis Bulletin, 4:75, October 1965). См. также Хартогс Р. и Фантел Х. «Игры со словами из четырех букв: психология непристойности». (Hartogs R. and Fanthel H. Four Letters Word Games: The Psychology of Obscenity. M. Evans & Company, New York 1967). Эти авторы приводят дальнейшую библиографию предмета.

Часть I. Секс и половые органы

1. Зачем нужен секс

Введение

Жизнь есть соединение сложных химических веществ, образующих нити, кольца и спирали. Первая и важнейшая задача каждого живого существа состоит в том, чтобы выжить, предотвратить разрушительное вторжение извне и сохранить в рабочем состоянии систему этих нитей, колец и спиралей. К несчастью, всем живым существам угрожает опасность. Если им удается избежать ее и выжить, со временем они все же стареют. Нити, кольца и спирали теряют свою прежнюю энергию, и организм постепенно отмирает. Таким образом, ни одно живое существо не может жить вечно в качестве индивида, и, чтобы сохраниться, живые существа должны размножаться. Если они не размножаются в достаточном числе, чтобы пережить все опасности, то их вид в конце концов вымрет, как вымерли динозавры и птица Додо. Итак, после самосохранения важнейшая задача индивида любого вида – размножение[55].

Как известно, секс является одним из предпочтительных способов размножения, так что после выживания секс – это самое важное дело в жизни каждого сексуального организма. Некоторые животные, например пауки, готовы даже пожертвовать ради него своей жизнью.

Так поступают и некоторые из людей, хотя большинство из них старается этого избежать. Итак, секс – это средство выживания. Для выживания тела нужна защита, а для выживания его генов нужен секс. Тело смертно, но гены могут жить вечно, передаваясь от одного тела к другому в ряде поколений. Гены подобны жезлу, передаваемому от одного лица к другому в процессе, по-видимому, бесконечной биологической эстафеты. Но иногда эта эстафета, как выразился поэт, приходит к жалкому концу, а в других случаях она может привести к взрыву.

Что такое секс?

Секс есть результат эволюции и выживания наиболее приспособленных, величайшим достижением которых является человек. Люди получают от секса больше всего удовольствия, и у них самый лучший секс (по крайней мере, с человеческой точки зрения), так что мы, в качестве патриотически настроенных членов человеческого рода, должны им гордиться. Кто не испытывает этой гордости, может вернуться к исходному пункту, т. е. к медузам, от которых мы произошли.

До возникновения секса в царстве животных или в том, что должно было превратиться в царство животных, существовали два других способа размножения. Самые низшие организмы (по крайней мере, мы считаем их низшими, они до сих пор не возражали) размножаются простым делением. Это одноклеточные живые существа, которые едят до тех пор, пока уже не помещаются в своей шкуре. Тогда они раскалываются надвое, и вместо одного получаются два точно таких же. Это выглядит довольно тоскливо и могло бы вызвать унылое восклицание «Опять то же самое!», или даже «Почему мне вечно не везет?», но, ни в коем случае не радостное «Здорово!». Конечно, все это весьма монотонно, поскольку две дочерние клетки сделаны в точности из тех же нитей, колец и спиралей, как и их мать, так что вряд ли здесь может проявиться какая-нибудь оригинальность. Хуже того, поскольку все клетки одинаковы, любое общее изменение внешней среды, уничтожающее одну из этих клеток, вероятнее всего, уничтожит все[56].

Конъюгация представляет собой некоторое улучшение. Для конъюгации требуется две особи, которые должны быть одноклеточными организмами одного и того же вида. Они тесно приникают друг к другу и обмениваются некоторыми кольцами и спиралями, прежде чем начинают делиться. В результате дочерние клетки представляют собой смеси, так что каждая немного отличается от родителей. Это позволяет им выжить, поскольку изменение среды, убивающее некоторые из них, может оставить в живых других, не совсем похожих. У таких организмов нет самцов и самок, или, по крайней мере, трудно их различить.

Нам, людям, более близка копуляция, при которой животные одного вида делятся на два пола. Самец обычно вводит свою сперму в тело самки тем или иным способом и оплодотворяет ее яйца. Поскольку сперма и яйцо содержит много различных генов, получается нечто вроде народного танца с обменом партнерами, при котором возможно множество различных комбинаций. Поэтому за исключением тождественных близнецов каждый из потомков отличен от других, и это увеличивает шансы, что некоторые из них выживут при любых изменениях в музыке земли[57]. Есть и такие животные, например рыбы, которые тоже делятся на два пола, но не копулируют; вместо этого самка откладывает свои яйца в воду, самец же не вводит свою сперму внутрь ее тела, а изливает ее на яйца, уже находящиеся в воде. Может быть, за исключением людей, больше всего удовольствия получают улитки: они гермафродиты и копулируют двумя концами сразу.

«Спаривание» – то же самое, что копуляция, но звучит более романтично. Это слово используется любителями птиц, школьными учителями и хозяевами кошек и собак. Оно предполагает, что копулирующие животные весьма тщательно выбирают своих партнеров и нежно их любят, но так бывает далеко не всегда.

Спаривание людей иногда называют «сексуальным союзом»; как уже было сказано, это выражение употребляют главным образом священники. Оно означает, что здесь имеется или должен быть некоторый духовный элемент, делающий такой союз еще более прекрасным, чем спаривание у животных, но это бывает далеко не всегда. Тем не менее такие союзы обычно считаются благословенными свыше, особенно если они производят потомство.

Все предыдущие слова наводят на мысль о том, что целью всей процедуры является размножение, но у людей это бывает не всегда, или даже как правило бывает не так. Человечество совершило большой скачок, отделив связанные с сексом удовольствия от его биологической цели, и человек – единственное живое существо, способное намеренно устраивать себе секс без размножения и размножение без секса.

Мы сразу же можем сказать, что половое размножение представляет собой усовершенствование по сравнению с делением и конъюгацией. Это способ смешивать гены таким образом, чтобы в потомстве получалось большее разнообразие, что доставляет бóльшие шансы на выживание в меняющихся условиях внешнего мира. Организмы, ищущие себе сексуальных партнеров, бывают более предприимчивые и охотнее идут на риск, чем те, которые размножаются менее привлекательным путем. Чем более притягателен секс для некоторого организма, тем дальше он готов пойти на поиски его. Таким образом, с биологической точки зрения секс и связанные с ним удовольствия оказываются превосходным средством для выработки большого разнообразия организмов, живущих в самых разнообразных условиях, и для направления эволюции в сторону лучше приспособляющихся и более предприимчивых форм.

Чему все это служит?

То, что я объяснил до сих пор, могло бы удовлетворить любознательную улитку, которая отползла бы, став от этого печальнее, но мудрее; все это, однако, не помогает нам понять вибрации, каждый день возникающие между мужчиной и женщиной. Я приведу поэтому перечень некоторых целей, которым секс может служить в человеческой жизни, откуда видно, чем он бывает время от времени почти для каждого человека и чем он может почти для каждого стать.

Во-первых, он служит оплодотворению: вьющийся сперматозоид ныряет в плодотворную влагу яйца, пробуждая в ней трепетный цветок новой жизни. Впрочем, это можно сделать и без секса. (Знаете ли вы, что есть целая профессия, состоящая в спринцевании индеек, так что несчастных птиц не только ощипывают и съедают, но вдобавок и лишают секса!)

Во-вторых, секс вызывает беременность – что может произойти сексуально или нет, но удовлетворяет потребность женщины наполниться новой жизнью и потребность мужчины наполнить ее, изменив ее тело и ее жизнь силой орудия, которое ему дано.

В-третьих, секс может быть долгом – для людей, которые так говорят. И вот что они говорят: долг женщины – приносить детей своему мужу, долг мужчины – дарить детей своей жене, долг жены – повиноваться желаниям мужа, долг мужа – давать ей то, чего она была лишена в девственном состоянии; наконец, в наши дни долг женщины – доставлять своему мужчине такой оргазм, к какому он, по ее мнению, стремится; долг мужчины – доставлять женщине тот вид оргазма, какой, по ее представлению, должен быть.

В-четвертых, секс может быть ритуалом: бывает ритуал утреннего секса и вечернего секса; ритуал секса по случаю годовщины и ритуал секса на Рождество.

В-пятых, секс может доставлять облегчение, т. е. освобождение от подавленного напряжения, причиняющего рассеянность, беспокойство и даже боль. Человек может всячески избегать такого облегчения, рассматривая его как недостойную уступку собственной слабости. Рано или поздно он находит его оправданным или же продолжает сопротивляться ему с чувством благородства и собственной праведности. Такие люди получают облегчение посредством так называемых срывов. Особу, на которой такой человек сорвался, он может рассматривать как личность, и тогда он испытывает чувство вины, потому что использует личность для своего удобства; или же он не рассматривает ее как личность, и тогда стыдится своей бесчеловечности. Если облегчение не требует другого человека – как говорится, «каждый сам себе жена, или медовый месяц у тебя в руке», – то он испытывает тайный триумф самоудовлетворения, но вместе с тем одиночество, разочарование и отверженность от человеческого рода, ибо это один из первородных грехов, навязанных многим людям их личностью и силой обстоятельств.

В-шестых, секс может быть физиологическим регулированием: это соглашение, по которому партнеры доставляют друг другу ощущение благополучия.

В-седьмых, секс может быть усердно разыскиваемым наслаждением, вечной погоней за обещанием оргазма.

В-восьмых, секс может быть совместным развлечением, способом убить время в ожидании, пока придет Санта-Клаус[58] или смерть.

В-девятых, секс может быть игрой соблазна и уклонения, ссор и примирений с использованием постели для разыгрывания всех психологических игр между мужчиной и женщиной, какие уже известны и какие можно изобрести.

В-десятых, секс может быть средством союза и понимания, он может скреплять старые отношения и заключать новые, он может все теснее сближать две души, как сближаются, изгибаясь, две кривые, разделяемые непроходимым рубежом.

В-одиннадцатых, секс может быть близостью и привязанностью, когда два тела сплавляются жаром страсти в союз, который может длиться вечно, если он только не даст трещину под сокрушительными ударами жизни и не выветрится в монотонном чередовании банальностей.

В-двенадцатых, секс может быть окончательным и обновляющим выражением любви, ведущим к ее естественному плоду, – оплодотворенному яйцу, чем и завершается весь круг[59].

Вопрос «Для чего же все-таки секс» часто задается с некоторым отчаянием. При этом имеются в виду обычно два других вопроса. Первый из них – «Почему я так сильно этого хочу?» Ответ состоит в том, что мы так устроены. Вспомните, что мы произошли от медузы и что понадобились миллионы лет естественного отбора, чтобы получился человек. Более сильные и энергичные организмы, которые сильно этого хотели, оставляли, как правило, больше потомков, так что их род имел больше шансов выжить, чем род их собратьев, хотевших не так сильно. Так что мы стремимся изо всех сил этого добиться, но при этом запутываемся, и всевозможные люди способствуют тому, чтобы мы не выпутались.

Мы приходим теперь ко второму вопросу, беспокоящему очень многих людей: «Когда же я смогу это получить?»[60] Ответ: «Вы получите это тогда, когда будете к этому готовы. Вы можете получить это уже сейчас, если захотите предпринять далекое путешествие, принести необходимые жертвы и принять на себя все, что с этим связано. Но тогда вы можете встретиться с некоторыми последствиями, физическими, психическими и моральными; может оказаться, что вы предали себя и своих родителей. Так что, пожалуй, лучше подождать, пока придет время. В некотором смысле ожидание – это унылый образ жизни, и это значит идти против природы; ну что ж, каждый может сам обдумать свои мотивы или отбросить их прочь.

Назначение секса

Секс наилучшим образом выполняет свое назначение, будучи самоцелью. Это назначение двоякого рода: с одной стороны, оно выработано в течение миллиарда лет силами природы; с другой стороны, оно создано за последние десять тысяч лет работой человеческого ума[61].

С точки зрения природы, наши тела нужны только для произведения потомства. Мы живем на очень маленькой планете (Юпитер в 1300 раз больше), и главное отличие нашей Земли от других небесных тел состоит в том, что она населена двуногими существами. Чтобы эта планета осталась населенной, мы должны размножиться быстрее, чем умираем. И если секс имеет какое-нибудь предназначение, то величайшей космической целью секса является выживание нашего вида и – сверх того – его непрерывная эволюция посредством изменчивости, то есть скрещивания, и его усовершенствование путем естественного отбора. В этом отношении наши тела сами по себе не особенно важны, они служат лишь носителями спермы и яиц. Наш единственный долг по отношению к космосу – это дожить до половой зрелости и принять участие в воспроизводстве нашего вида. Сперматозоиды и яйца, в свою очередь, предназначены в качестве транспортного средства и упаковки содержащихся в них генов. Иными словами, вещество, делающее нашу Землю непохожей на все другие каменные глыбы, мчащиеся в пространстве, это горсть человеческих генов, буквально горсть, потому что гены всего человеческого рода могут поместиться в ладони вашей руки. Итак, сперматозоид и яйцо существуют лишь для генов, а наше тело – для сперматозоида и яйца; в этом и состоит их священная миссия. В великом плане Вселенной мы всего лишь почтовые сумки, несущие загадочную эстафету Творца, и цели ее нам так же неизвестны, как сумка не знает, какие новости и проекты она в себе несет. Секс – это горючее, движущее все великое предприятие, и без секса оно бы остановилось, не оставив ничего, кроме сухих костей.

Итак, вся человеческая жизнь может рассматриваться как подготовка к исполнению нашей роли в воспроизводстве вида, за которой следует забота о произведенном потомстве, а затем – увядание, когда эти функции переходят к следующему поколению. К счастью, многие могут наслаждаться сексом и после того, как исполнили свою роль. Те же, кто не сумел себя воспроизвести, по собственному выбору или по телесному недостатку, могут продолжать это занятие, сталкиваясь друг с другом в экстазе, и отчасти возмещать таким образом то, чего они лишены.

Чтобы вознаградить нас за участие в этом величественном проекте, Природа предлагает нам удивительную, чудесную плату. Оргазм – это вознаграждение за изготовление младенца[62]. Она позволяет нам взять сколько угодно из ее большой корзины наслаждений с несравненным великодушием и даже не требует вернуть эти наслаждения, если мы не сумели его произвести. Она щедро выплачивает нам пенсию, когда мы слишком стары, чтобы производить. И она не наказывает нас, когда мы пытаемся обмануть ее, применяя противозачаточные средства[63]. Для верующих все это может послужить примером неисчерпаемого божественного милосердия. Впрочем, есть исключения: ужасные болезни, поражающие нас, по-видимому, случайно. С другой стороны, тех, кто совсем отвергает эти великие дары Природы, медленно пожирает зависть, и они обращаются в камень: то самое, что делает их секс холодным, делает жестким их мозг[64].

От секса происходит стремление устроить гнездо, отчего мужчины строят дома, а женщины их украшают, так что будущего ребенка ожидает приготовленный для него уют. К счастью, мужчина и женщина привязываются друг к другу и могут, таким образом, продолжать это предприятие. Во всяком случае, так должно быть, и сексуальные токи таким образом встроены в химию тела и в цепи нервной системы, что это в самом деле происходит, если нет каких-нибудь помех.

Мы рассказали, как Природа из первых примитивных генов, образовавшихся в океане, произвела путем эволюции человеческие семьи, помогающие друг другу выжить, объединяясь в большие человеческие общества. Но мы не довольствуемся ролью простых переносчиков семени, и мы разработали секс со всеми его возможностями значительно полнее и тоньше. Прежде всего, от секса происходит наше бессмертие. Нам говорят, что все пройдет: наши дела и наши предприятия, наши фермы и заводы, книги и картины, все, что мы создали и оставили нашим детям, запечатленное нашими душами и следами наших рук. Шелли рассказал нам, как памятники всем Озимандиям прошлого обратились в прах; всевозможные проповедники, тощие и дородные кричат об этом с кафедры каждое воскресенье; наше время отнимает или стирает все, что несет отпечаток нашей личности, и каждый день нам твердят: «Вот придут вражеские танки, они разрушат все, что мы сделали и чем мы дорожили». И наша последняя надежда в том, что выживут наши дети – плод нашего секса, что они сохранят память о нас и что в далеком будущем наши потомки услышат легенды о своих Предках – о нас.

Далее, секс доставляет самые непосредственные блага, о которых уже была речь. Если рассматривать его как чистое развлечение, то в любой стране – это вид спорта, даже более популярный, чем футбол, кегли или телевидение; это всегда готовое прибежище бедных и желанное наслаждение богатых. Он делает приятными часы скуки и тоски; некоторые культивируют его, как редкое растение, чтобы извлечь из него до последней капли сладостный сок. Он доставляет нам предлог для привязанностей, которые мы затем стремимся продлить; в нашем космическом одиночестве он прикрепляет нас к единственному человеку, в котором мы ищем спасение; а для тех, кто находит друг в друге духовное родство, это мистическая форма первичного общения.

Резюмируем все сказанное: секс – это матрица для всевозможных живейших взаимодействий: объятий и ссор, соблазнов и уклонений, согласия и лукавства. Вдобавок он содействует счастью и труду, заменяет всевозможные лекарства и исцеляет много людей. Это удовольствие, радость и экстаз. Секс соединяет людей узами страсти, благодарности и любви. И он производит детей. Вот зачем он нужен в человеческой жизни и любви и вот в чем его назначение.

Секс и наука

Чем же мы платим за все это? До сих пор, как правило, страхом, презрением и отвращением. Было много опросов общественного мнения для выяснения разновидностей секса, и антропологи совершили много путешествий, изучая его регламентацию, в большинстве случаев сводящуюся к отрицанию. Науки о сексе пока очень мало, а та, что есть, встречает с разных сторон вопли ненависти и упреков. Все, что нам известно, возникло большей частью из догадок, интуиции и описаний, не подкрепленных строгой статистикой. Но все эти трудности легко преодолеть: как это сделать, я вам сейчас скажу[65].

Возьмем, например, утверждение, что хороший секс – это хорошее здоровье. Это легко проверить, и я предложил бы исследование с этой целью.

Как известно, большое число студентов колледжей имеет регулярный секс[66]. Другая значительная часть из них имеет нерегулярный секс. Третья часть имеет только мастурбацию, и некоторые, меньшее число, не имеет (вероятно) никакого секса. Нетрудно было бы найти 4000 добровольцев, из них 2000 мужчин и 2000 женщин, и разделить их на группы по 500 человек каждой категории (единственная проблема состоит в том, как найти 1000 вовсе не имеющих секса). После этого надо будет лишь сравнить отчет о сексуальной жизни и отчет о состоянии здоровья каждого студента за четыре года обучения, чтобы выяснить, связано ли с лучшим сексом лучшее здоровье, и получится нечто весьма интересное как для частных лиц, так и для медицинских работников. Предлагаемый проект обойдется недорого, поскольку его может выполнить за год единственный исследователь, правда, при условии тяжелой работы (40 опросов в день, в течение 100 дней, остальная же часть года уйдет на сортировку карточек и составление таблиц). Ленивый исследователь может превратить это в более дорогой и внушительный проект с несколькими секретарями и компьютерами. Во всяком случае, это предложение вполне практично и выполнимо. Но, насколько мне известно, его еще никто не осуществил.

Кстати, если господин налогоплательщик платит налоги в сумме 100000 долларов в год, то его годичный вклад в такое исследование составит лишь небольшую долю цента. Как мне кажется, он не должен поскупиться столь малой суммой для важного научного предприятия; с другой стороны, я полагаю, что он не должен также и злоупотреблять своим вкладом, как-либо вмешиваясь в исследование.

Секс и религия

Секс действует на нервы религиозным людям сильнее, чем что-нибудь другое, во всяком случае, нерегламентированный секс. Поскольку каждая религия имеет собственный регламент, люди, посещающие разные церкви, нервничают от разных вещей. Но их основная установка состоит в том, что секс имеет отношение к религии, и они предоставляют своим священникам, старшинам и знахарям решать, когда он бывает священным и когда грешным. Поскольку эти люди находятся на содержании учреждения, их правила обычно более выгодны пожилым людям, чем молодежи, и офицерам более, чем рядовым.

Некоторые люди, верующие или нет, считают всякий секс в некотором смысле священным, полагая, что каждый человек должен иметь какое-то секретное место для секретных вещей; если же у него нет такого места, то его ум подобен праху, и он вступил уже на путь смерти. С другой стороны, есть и такие, кто считает любой секс грешным. Сюда относятся святоши, а также такие принципиальные люди, как русские скопцы, имевшие обыкновение кастрировать себя, видя в этом залог благочестия. Несколько отличный тип представляют люди, сделавшие своим занятием профанировать все, что другие считают священным. Они могут организовываться в культ, как это делали ведьмы, или расхаживать парами в публичных местах в свитерах образца Cuff You[67].

С некоторой точки зрения[68] секс может быть прямым или извращенным. Это зависит от «контракта», или взаимопонимания между обеими сторонами. Если у них есть ясное взаимопонимание и если они его держатся, то их секс – прямой. Но если здесь замешана испорченность, эксплуатация, обман или какие-нибудь скрытые мотивы, то их секс – в той же степени извращение. Так, например, даже если кажется, что имеется взаимное согласие, пользоваться преимуществом над слабостью – это извращение, потому что в этом проявляется испорченность. Получить секс от маленькой девочки в обмен на пирожное – это испорченность, потому что, даже если она на это согласна, она подвергается эксплуатации, не знает, во что ее вовлекают и какие могут быть последствия. Это суждение следует юридическому понятию «контракта»: одного лишь согласия недостаточно для контракта; требуется, чтобы было «информированное» согласие.

Священники, практикующие «анализ взаимодействий», различают не только прямой и извращенный секс, но также священный и грешный. Если попытаться совместить эти точки зрения, то, по-видимому, всякий извращенный секс следует назвать грешным. Но, с другой стороны, не всякий прямой секс можно считать священным, и в этом два подхода различаются между собой.

Имеется сильная тенденция отождествлять святость с торжественной важностью: если что-нибудь доставляет удовольствие, оно уже не свято, и если кто-нибудь смеется, он профанирует святыню. Полагаю, что обе эти установки неправильные. Если секс признается, то радость и смех, столь же счастливые и человечные ощущения, также священны.

В цивилизованных странах, как и в нецивилизованных, секс нередко считается более священным, чем человеческая жизнь. Так, в штате Техас человек может быть юридически убит даже за ненасильственные сексуальные нарушения. В большем масштабе на войне считается правильным убить как можно больше человек, если надлежащее лицо это разрешит, взрыв сексуальной радости никакое лицо разрешить не может.

В гражданской жизни девиз: «Лучше смерть, чем секс» находит самое мрачное применение в американской тюремной системе. 200 000 заключенных федеральных тюрем, подчиненных Штатам, полностью лишены нормальных половых отношений. Эти мужчины и женщины, большей частью сильные и энергичные, для эмоционального выражения прибегают к гомосексуализму и убийству. И до сих пор никто не посмел разрешить даже женатым заключенным получать облегчение с помощью их законных жен, что могло бы создать некоторые условия для приличного поведения. (Теперь в этом случае иногда делают исключения.)

2. Половой акт

Мужские и женские половые органы

У мужчин половой аппарат менее сложен, чем у женщины, которая может гордиться биологическим выражением своей женственности – округленными бедрами, грудью, а также четырьмя ямочками на нижней части спины, так называемым «ромбом Михаэлиса», столь любимым скульпторами, изображающими женское тело. И в самом деле, этот ромбоид, если отчетливо выражен, является одним из прекраснейших произведений природы с его обещанием всеобъемлющего тепла и плодородия, возбуждающим глубочайшее стремление к защите и проникновению, биологически свойственным мужчине. Если вы до сих пор не видели этой прекраснейшей из земных долин и не восхищались ею, рекомендую ее вашему вниманию. Она несравненна как предмет чисто эстетического наслаждения, свободного от более бурных влечений, какие вызывают углубления посреди груди, бедра или ягодицы.

Половое оборудование мужчины состоит из двух маленьких сосудов, напоминающих тигли, – тестикулов, или яичек, – каждый из которых снабжен своим собственным дистилляционным аппаратом – эпидимисом и собственным бачком – семенной полостью. Эти полости ведут к трубке, именуемой простатой, которая доставляет продукт через гидравлический таран – пенис. У женщины дело начинается с яичников, откуда созревшие яйца падают, словно яблоки, поблизости от входа фаллопиевых труб; нежные лепестки этих труб проводят их вниз по тоннелю, к матке. Матка устроена как колыбель для растущего эмбриона, где он вскармливается до зрелости. С другой стороны влагалище снабжено железами, производящими смазку, чтобы облегчить мощные толчки пениса, скользящего по этому пути и готового посеять своими семенными торпедами новую жизнь. Влагалище тоже имеет свои мускулы, которые сжимаются, пульсируют и приманивают семя к месту его назначения, в матку. Над входом влагалища находится клитор, специально предназначенный и снабженный специальными нервами для изощренного возбуждения, ведущего к завершающему экстазу. Итак, у мужчины есть две утонченные миниатюризированные клеточные фабрики и агрессивная система доставки продуктов. Женщина же превосходно оборудована, чтобы поощрять поставку этих продуктов и надлежащим образом с ними обращаться. Они складываются в изумительно устроенный инкубатор, лучший во всей вселенной. Женщина снабжена также всем необходимым, чтобы вырастить из этого продукта благородный плод.

Возникают, однако, психологические осложнения, поскольку мужчина выпячен наружу, а женщина собрана внутрь, и, как кто-то выразился, у мужчины наружный водопровод, а у женщины – внутренний. Таким образом, у мужчины есть встроенное рекламное освещение, которое он может включать по вечерам в подходящих обстоятельствах, женщина же может лишь выполнять закулисную поощрительную работу. Это несколько напоминает разницу между стоящей у дороги закусочной, освещенной неоновыми огнями, и изящным кафе, скрывающим свою единственную уютную комнату за неприметным фасадом.

Как это начинается

Зигмунд Фрейд утверждал семьдесят лет назад, что сновидения взрослых большей частью построены на сексуальном материале и выражают эротические желания [1]. Он пришел к этому выводу, изучая психологию сновидений, но у него не было конкретных доказательств. Многие, в том числе медики, сочли эту идею неправдоподобной, неприятной и даже отталкивающей, но Фрейд стоял на своем. Вот конкретное доказательство. Как показали современные исследования снов, почти все сновидения, во всяком случае у мужчин, предшествуют или сопровождаются эрекцией [2]. То же, вероятно, справедливо и для женщин, хотя это труднее проверить. Это значит, что у обоих полов во время сна проявляется значительная сексуальная активность, причем эрекции происходят всю ночь с промежутками около 90 минут. Это продолжается долгие годы или даже всю жизнь, и человек ничего об этом не знает.

В бодрствующем состоянии половой акт у мужчины начинается с эрекции. Без эрекции нет секса. Пенис сконструирован искусным инженером. Круглый год кровь вытекает и втекает из этого органа регулярно и без препятствий, если приток крови не возрастает и отток не преграждается. Если же это происходит, то кровь скапливается в маленьких полостях, предназначенных для этой цели. Орган всасывает кровь как губка и становится больше, но все еще висит. По мере накопления крови полости наполняются и начинают раздуваться. Очень скоро весь пенис набухает и становится упругим как барабан.

Наружное явление эрекции должно иметь внутренние причины, и по этому поводу есть две теории. Кровь притекает по артериям и отводится по венам. Согласно первой теории, происходит расширение артерий, так что кровь притекает быстрее, чем может быть отведена по венам. Согласно второй теории, наибольшая из этих вен перекрывается непосредственно при выходе пениса в тело, так что кровь скапливается за этой преградой.

Рассмотрим сначала вторую теорию, поскольку она более изящна. Если наибольшая вена блокирована, то кровь не может выйти, пока давление ее не станет столь высоким, чтобы она могла преодолеть блокировку или проложить себе окольный путь по меньшим венам. Главная вена устроена наподобие гибкой тонкостенной резиновой трубки. Вблизи ее выхода из пениса находится маленький лентообразный мускул, расположенный поперек этой вены таким образом, что при сокращении этот мускул запирает трубку. Тогда кровь не может выйти, как это обычно бывает. Она скапливается за возникшей плотиной, и пенис набухает; и чем больше он набухает, тем он становится туже. Чем больше мужчина возбужден, тем тверже становится его фаллос. Он набухает так сильно, что если головка в конце него достаточно гибка, она может немного повернуться вверх. Мужчина может чувствовать себя так, как будто он тотчас лопнет, если не найдет куда поместить свой пенис, но такой опасности не существует. Кровь всегда может проложить себе путь по маленьким венам, прежде чем случится такая беда. Природа все это устроила таким образом, что при любом гидравлическом давлении взрыва не может быть.

Маленький мускул, пускающий в ход все предприятие, в анатомии называется compressor venoie dorsalis penis, то есть компрессор вены на задней стороне пениса (это не та вена, которую вы можете там увидеть, хотя и эта может пульсировать; главная вена погружена внутрь.) Короче, этот мускул называется мускулом Хьюстона. Если верно, что от этого мускула зависит эрекция, то от него, главным образом, зависит и продолжение нашего рода. Мускул Хьюстона всегда сокращается, когда по надлежащим нервам проводится надлежащий электрический импульс. Если же это не происходит, он остается в ненапряженном состоянии. Естественный отбор в ходе эволюции превратил этот мускул с прилежащими и ведущими к нему нервами в один из самых надежных механизмов запуска, какие нам известны. Он может в совершенстве выполнять свою функцию в течение восьмидесяти восьми лет, без смазки и без замены частей, даже при самых тяжелых условиях эксплуатации.

Почти все трудности, связанные с эрекцией, происходят не от механизма и управляющего им оператора; в кругах, близких к воздушным силам, это называют «ошибкой пилота». Импульсы, посылаемые в пенис, исходят от мозга, а там, как можно себе представить, сидит маленький человечек, который должен нажать кнопку, когда он видит зеленый сигнал и все системы находятся в рабочем состоянии. Но если он устал, испуган, чем-то отвлечен и раздражен, он может ослабить нажим, снять палец с кнопки даже при зеленом свете. А поскольку это кнопка «безопасности», то, как только нажим ослабевает, механизм отключается и переходит в состояние покоя. Конечно, маленький человечек – это Ребенок нашего персонажа, и если этот Ребенок вышел из игры, то не будет никакой эрекции, даже когда все устройство в порядке и когда в изобилии поступают стимулы извне.

Любопытно отметить, что само существование мускула Хьюстона неизвестно многим людям, и в том числе многим врачам. Он даже не упомянут под этим именем в Анатомии Грея, так что большинство студентов-медиков заканчивает медицинский факультет, ни разу о нем не услышав. Но если предыдущее описание верно, то все существование человеческого рода и моменты высочайшего экстаза в человеческой жизни зависят от этого незаметного кусочка мышечной ткани, столь замечательно превращающего по законам физики мягкий короткий орган в твердый и длинный.

Изложенная выше теория эрекции, которую можно назвать теорией «резиновой ленты», вызывает, впрочем, сомнения. Нет таких экспериментов над животными и людьми, которые ее бы полностью опровергли, но некоторые эксперименты показывают, что она не вполне верна [3]. Каждый мужчина может поставить такой опыт на самом себе. Если бы эрекция происходила только от сжатия вен пениса, вследствие чего кровь может входить в пенис, но выйти из него может только при очень высоком давлении, то эрекцию должно было бы вызвать любое средство, сжимающее вены, но не запирающее артерии. Легко подобрать обычную резиновую ленту, плотно охватывающую пенис и, как можно предположить, сжимающую вены, не запирая полностью кровообращение. Но если даже оставить эту ленту на пять или десять минут, что вполне достаточно для накопления притекающей крови, эрекция все же не происходит [4]. Очень жаль, потому что если бы этот опыт удался, то мы имели бы удивительно простое средство от импотенции, и можно было бы устранить значительную часть человеческой фрустрации и человеческого несчастья. В этом самодельном эксперименте, возможно, есть слабые места, и он может оказаться не вполне убедительным для ученого-экспериментатора, но все же он вызывает серьезные сомнения по поводу теории «резиновой ленты» в ее простейшем виде.

Теперь кажется более правдоподобной другая теория, по которой артерии, расширяясь, нагнетают столько крови, что вены не в состоянии ее отвести. Но поскольку нет способа искусственно расширить эти артерии, то излечение импотенции приходится предоставить природе и психиатрии. Есть лекарство под названием иохимбин (yohimbine) происходящее от растущего в западной Африке дерева иохембехе (Yohimbéhé); в свое время оно предлагалось как верное средство, растягивающее артерии пениса, но лишь немногие из людей, испытавших его, сочли, что оно им помогло. Наиболее популярное народное средство для повышения потенции – шпанские мушки; действие их состоит в том, что они вызывают воспаление, которое может оказаться опасным и даже смертельным[69].

Как мы полагаем, нет надобности отказываться от мускула Хьюстона и связанного с ним изящного механизма, поскольку кажется правдоподобным, что у человека лучшие эрекции происходят от сочетания обеих причин. Имеется усиленный приток крови вследствие расширения артерий, и имеется также некоторое сжатие вен; под действием того и другого фаллос приобретает наибольшую твердость.

У женщин все происходит сложнее. Половое возбуждение начинается со смазывания влагалища, что может произойти через несколько секунд после того, как женщина приняла решение. Через несколько минут после этого растягивается клитор. Как это происходит, в точности не известно, но можно предположить, что у женщины, как и у мужчины, есть мускул Хьюстона, поскольку анатомы подтверждают, что в клиторе имеются мышечные ткани, аналогичные тканям пениса. Такие мышцы могут запирать отток крови от клитора в то время, как возбужденные артерии вливают в него кровь, и таким образом клитор становится больше и тверже. Но одновременно клитор подтягивается кверху и может исчезнуть из поля зрения, чего с пенисом не происходит. У вполне возбужденной женщины шейка матки также набухает и пульсирует; как говорит Амариллис, она «посылает влагалищу срочные сигналы наполниться».

Мужская сила

Половая сила мужчины состоит из потенции, напора и удара[70]. Потенция проявляется твердостью эрекции, напор – интенсивностью толчка и удар – начальной скоростью эякуляции.

Есть несколько ступеней потенции, или эрекции. При первой ступени пенис слегка увеличен и свисает, несколько отклоняясь от тела. Находясь в обществе, мужчина вряд ли осознает, что он возбужден. Он не испытывает от этого замешательства, поскольку увеличение пениса обычно незаметно окружающим. Это состояние можно назвать «общественным возбуждением», как об этом говорится в газетной заметке: «Амариллис вызвала общественное возбуждение среди мужчин, когда вошла в комнату в своей эректильной мини-юбке». Здесь надо заметить, что большинство женщин понимает разницу между «хорошо одетой» и «плохо одетой» особой, но лишь немногие понимают, чем отличается «хорошо сшитое платье» или «платье декольте» от «эректильного платья». То же относится к другим предметам женской одежды.

На второй ступени орган становится длинным и жестким, но все же согнется, если его схватить рукой или если он натолкнется на какое-нибудь препятствие. В таком виде он может пройти лишь в случае, когда путь открыт и хорошо смазан; в противном случае он отступит. В этой ситуации оказался молодой англичанин из знаменитого лимерика, посвященного этой теме.

Был один молодой человек из Кента,
У которого kirp[71] согнулся посредине!
Чтобы избежать неприятности, он согнул его вдвое,
И вместо того, чтобы войти, он вышел.

В честь этого британца со сложенным членом можно было бы назвать такое состояние «кентским проклятием»; но по существу оно лучше описывается термином «осторожный», поскольку происходит обычно от некоторого сомнения, надо ли продолжать начатое мероприятие. Мужчина может быть соблазнен женщиной или собственным желанием продемонстрировать свою потенцию, но, как говорит д-р Хорсли, “in peno veritas”[72], и его фаллос все-таки не убежден. Причиной может быть только что происшедшее примирение после ссоры, или страх перед будущим, или несколько неуверенная установка по отношению к женщинам. Короче говоря, здесь может быть некоторый страх или колебание, прежде чем втянуться в это предприятие при данных обстоятельствах, чем он (точнее, его Взрослый) склонен пренебречь. Но его пенис, находящийся под контролем его более чувствительного Ребенка, не так легко поддается обману и вопреки полученному разрешению сохраняет скептическую позицию.

На третьей ступени фаллос достигает своего полного размера, но еще не полного великолепия. Он плотен, жесток и как будто готов к действию, но иногда слишком быстро ослабевает и эякулирует прежде, чем оба партнера могут вполне себя выразить. В обиходе это называется «легким спуском». На четвертой ступени мужчина подобен атакующему единорогу, он не только достиг полной жесткости и готовности, но охвачен столь бурным порывом, что должен тотчас начать свой напор, или, как ему кажется, он лопнет от полноты своей потенции. Именно в этом состоянии головка члена поворачивается иногда кверху, как будто взывая к небесам о немедленном свершении. Это последняя ступень возбуждения, когда мужчина готов ринуться вперед, почти ни с чем не считаясь; это и есть тот телесный стержень, на который наматываются все страсти и ухаживания, описываемые в романах. В общем случае такое состояние называется «полной готовностью». Специальный случай, когда головка поворачивается кверху (потому что некоторые пенисы так устроены) можно было бы назвать «эффектом Перони» в честь врача, впервые описавшего это явление в научной литературе [5].

Как только крепость взята в супружеской постели или в стоге сена[73], мужчиной овладевает безудержное влечение делать толчки. Неиспорченный биологически мужчина испытывает захватывающее желание всей силой пробиться во влагалище и там отложить свое семя[74]. Он делает толчки раз за разом, проникая в самую глубину и прильнув к своей партнерше, и кажется, никакая сила в мире не может их разделить, если даже он чувствует, что конец уже недалек. Такое рвение наиболее вероятно, если фаллос находится в четвертой, самой великолепной стадии эрекции и представляет собой подлинное детородное орудие, присущее человеческой природе. Но если за всей этой силой стоит что-нибудь поддельное, то животный напор теряет свою силу и нуждается в сознательном усилении. Это чаще всего происходит, когда мужчина заинтересован не столько в сексе, сколько в тщеславии, или испуган приключением, в которое он втянулся, или обманывает женщину для своего удовольствия. В таких случаях он либо старается возможно дольше это затянуть, чтобы услышать ее стоны, либо пытается сделать это как можно короче, чтобы поскорее избавиться, либо он может, наконец, вполне отдавать себе отчет, как долго это длится, сохраняя холодное безразличие. Если слишком быстрая развязка может ущемить его гордость, он боится делать толчки, чтобы не выбросить свой элексир слишком рано, в таком случае он делает слабые толчки, рассчитывая протянуть до тех пор, пока его партнерша будет удовлетворена, а затем он уже может продолжать их с достоинством и чистой совестью в своем естественном темпе.

Мужчина с беспрепятственным биологическим напором настолько втянут в то, что делает, и притом делает это столь автоматически, что не заботится о времени и не очень беспокоится о реакции своей партнерши, хотя ему и доставляет глубочайшее удовлетворение, если она реагирует естественно в тот великий момент, когда он достигает своей цели, отложив свое семя там, где оно произведет величайшее из благ. Именно такая напряженная обстановка, почти бессознательная, приводит женщину в сильнейшее возбуждение и вызывает у нее наилучший оргазм. Сила этих толчков – не грубость, а биология. Но если женщина, вместо того чтобы отвечать на них всей своей глубочайшей, подлинной природой, заинтересована в толчках ради их самих, то она может рассматривать их как грубость и желать их, как грубости. То же относится к мужчине.

Такое описание беспрепятственной биологической деятельности – скорее идеал, чем действительность. У человека нет такой вещи, как беспрепятственный секс. Все общества построены на сексуальных запретах, проникающих даже в моменты сильнейшего возбуждения и портящих чистоту реакций. С одной стороны – покорность и запуганность, с другой – мятежность, жесткость и бесчестие. Где-то между ними находится подлинная близость, свободно действующая сексуальность. В лучшем своем виде секс может дать вам возможность взлететь над поверхностью земли на 30000 футов с восхитительным медленным спуском. Но и меньшее может быть более чем обильно, и даже полет над крышами домов – более вдохновляющее переживание, чем стоять обеими ногами на земле. По совести, никто не может требовать большего, чем подняться над крышей, каждый фут сверх этого – это уже подарок[75].

То, о чем мы здесь говорим, это третий аспект мужской силы. Удар – это сила, с которой семя выбрасывается в момент эякуляции во влагалище поршнеобразным сжатием простаты. Представляется вероятным (хотя и не доказано), что высота оргазма, то есть ощущаемая величина оргаистического подъема, измеренная в метрах, зависит от силы удара.

Таким образом, с одной стороны – неполная эрекция, сдержанный напор и слабый удар. Другую же крайность представляет мужчина с плотным, таранообразным фаллосом, делающий толчки с самозабвенным увлечением и изливающий свое семя с большой силой в место, предназначенное ему природой. Но независимо от своего положения в этом спектре, мужчина может оплодотворить женщину, а если она надлежащим образом подготовлена, также вызвать у нее оргазм[76].

Из трех элементов мужской силы наиболее поддающийся сознательному контролю – это напор. Эрекция может быть прекращена актом воли, т. е. надо просто сказать «Стоп!» (или, как говорится в юмористических книжках, «Ляг, Фидо!»), но не существует магического слова, способного вернуть и сделать его тверже. «Встань, Фидо!» само по себе не ведет к цели. Чтобы заставить пенис подняться, нужна какая-нибудь приманка, живая или искусственная. Наиболее автоматична эякуляция, которую нельзя сознательно ускорить, а задержать после ее выпуска удается лишь на несколько секунд. Сила удара зависит главным образом от физических факторов, между тем как степень эрекции и напор зависят от психологических причин.

На половую силу мужчины влияют преимущественно две женщины: его мать (или, может быть, старшая сестра, которая поощряла или фрустрировала его мужественность и сексуальность, когда он рос) и его партнерша, которая в состоянии, в зависимости от своих реакций, повышать и стимулировать его силу или угнетать и подавлять ее. Когда мужчина старше женщины, он особенно чувствителен к ней. Если она слишком часто отвергает его, то может случиться, что он начинает терять потенцию и переходит в состояние упадка, свойственное пожилым людям; это состояние может прогрессировать, но почти всегда обратимо, если другая примется за него с должным энтузиазмом.

Как утверждают многие жены, половая сила мужчины часто проявляется в его повседневной жизни. Он может быть твердым, агрессивным и полным ударной силы; или же он легко сгибается перед сопротивлением, ему не хватает непристойности и силы, так что в конечном счете он выдыхается и не оканчивает начатое дело.

Женская сила

Женщина и мужчина дополняют друг друга, так что в женскую силу входят соответственно: открытость, отпор и охват[77]. Открытость выражается смазкой, отпор – встречными толчками и охват – мышечным сокращением.

Смазка влагалища, естественно, облегчает скольжение фаллоса. Если смазка вовсе не происходит (это называется аналойфией), то кое-кто может быть ободран. Некоторые женщины настолько возбуждаются, что эта смазка счастья, или, как они это называют, радостный сок, выделяется у них в чрезмерном изобилии (это называется гиперлойфией); в таких случаях женщина переваливается все время из одного оргазма в другой. Иногда женщина может и в обществе настолько возбудиться, что у нее выделяется смазка, понемногу или даже обильно; некоторые этим гордятся, другие смущаются. Как и в случае мужчины, это явление можно назвать «общественным возбуждением». Однако смазка не всегда означает, что женщина готова реагировать; она может принимать пенис, но не хочет им возбудиться[78]. Но если все идет хорошо, то после смазки бывает жесткий клитор. Смазка влагалища вместе с разбуханием клитора соответствует потенции мужчины, так что в случаях, когда это не вызывает неудобства, можно говорить о потенции у обоих полов.

Возможно, встречные толчки биологически являются реакцией женщины на перспективу беременности, а психологически – на ее стремление к полному сближению. Эта реакция может быть низведена до механизма поиска удовольствия. Подлинный биологический встречный удар несознателен и не расчетлив; это вовсе не попытка извлечь из полового акта как можно больше удовольствия, это нечто, что женщина должна делать, потому что ей так сильно хочется вовлечь пенис как можно глубже внутрь своего тела. Некоторые женщины пробуют сначала встречные удары в поисках удовольствия, но затем увлекаются их биологической принудительностью и начинают реагировать более естественно.

Охват соответствует удару. В момент оргазма, который может совпадать с эякуляцией мужчины, влагалище охватывает пенис снова и снова волнами мышечного сокращения, как будто пытаясь выдавить из него семя. Это вызывает волнообразные реакции у партнера и может увеличить движущую силу его эякуляции. Могут быть и более медленные охватывающие движения, которые столь же приятны.

Сексуальность женщины отражается и в других ее характерных реакциях по отношению к мужчине. Она делает себя доступной и смазывает их общее дело. Когда он идет к ней, она выходит ему навстречу и встречает его на полпути. Когда он стремится к некой цели, она отвечает ему в изощренном эмоциональном ритме и помогает ему извлечь из себя лучшее, что он может дать; таким образом, она его вдохновляет. Если же воспитание, полученное ею от матери и отца, велит ей избегать или презирать эти естественные реакции, то она будет неуклюжей или противной, и не только в своем сексуальном поведении, но и в других отношениях с мужчинами. Она будет недоступной и жесткой, неотзывчивой, вздорной и язвительной, вместо того, чтобы быть открытой, отзывчивой и зовущей[79].

На одном конце женского спектра находится женщина, которая не смазывается и не возбуждается, лежит себе без движения и пассивно принимает эякуляцию. На другом конце – женщина, которая обильно смазывается, достигает высокого уровня возбуждения, отвечает на каждый толчок, давая столько же, сколько получает, и охватывает пенис так плотно, как будто хочет выжать эякуляцию до последней медлительной капли.

Оргазм

Человеческий оргазм со своим несравненным планом скрытого и синхронизированного действия – одно из самых удивительных явлений природы. И с анатомической точки зрения, и с физической стороны он свидетельствует о великолепной работе отбора в ходе эволюции. В точности тогда, когда мужчине нечто нужно, это происходит у женщины, и в точности тогда, когда женщине нечто нужно, это происходит у мужчины. Их температура, давление и ускорение движений в точности согласованы таким образом, чтобы образовать высочайший творческий разряд энергии, захватывающий все их существо, их физическое, химическое, мышечное, электрическое и физиологическое устройство. Если все действует хорошо, то оба они выйдут из этого с чистым и свободным умом, с мозгом, очищенным от забот, готовые заново начать жизнь. Как кто-то сказал, единственное время, когда человек здоров, – это первые десять минут после сношения. А еще кто-то сказал, что каждая ночь, проведенная в одиночестве, потеряна зря[80].

Каждый пол достигает этого своим путем. У мужчины гланс, или головка, является наиболее чувствительной частью пениса, и стимуляция этой области в надлежащее время может вызвать быструю и весьма неудовлетворительную эякуляцию, что и оправдывает увещание маркиза де Сада, адресованное его партнершам: «Никогда не касайтесь головки!» (Это одна из немногих рассудительных вещей в его сочинениях.) Ствол не столь чувствителен и вызывает более продолжительное наслаждение. Наиболее сладострастная область находится там, где ствол и головка соединяются в так называемой короне, которая и является областью запуска для оргазма. Точно так же у женщины клитор чувствительнее оболочки влагалища, и стимуляция клитора может вызвать оргазм, который, по мнению многих женщин, оставляет желать лучшего. И в этом случае самое чувствительное место находится там, где окончание клитора сходится с оболочкой влагалища.

Существует великолепная синхронизация между женским и мужским оргазмом. Бедра мужчины движутся, простата сокращается, и семя выбрасывается вперед, – в точности в том же ритме, в котором у женщины происходит пульсация влагалища и клитора. Эта связанная последовательность движений повторяется вновь и вновь, до тех пор, пока рефлекс одного из партнеров истощится. Другой может продолжать свои сокращения и сжатия еще долгое время после того, нередко к удивлению и восхищению удовлетворенного партнера. Некоторые партнеры даже предпочитают иметь оргазм в разное время, получая таким образом удвоенное удовольствие друг от друга, но другие хотят завершить это вместе, в захватывающей волне экстаза.

Мышечный ритм толчков и сжатий поддерживает и усиливает работу биологических часов у обоих партнеров: часов, находящихся в простате и задающих ритм эякуляции, и часов клитора, имеющих свой собственный ритм, управляющий ритмом влагалища или совпадающий с ним. Одно из чудес эволюции состоит в том, что эти два часовых механизма работают в одном и том же ритме, в точности с одинаковой скоростью: одна пульсация в четыре пятых секунды. Балансирами этих взаимодействующих часов служат центры эякуляции в позвоночном хребте, так что в основе всего заложен ритм нервной системы – точно так же, как у медузы, улитки или ангела, играющего на арфе.

Психология секса

Сексуальные реакции обоих полов определяются отчасти встроенными или биологическими факторами и отчасти психическими толчками, т. е. психологическими факторами. Как только оргазм запущен, одерживают верх встроенные биологические цепи и мозг уже не получает толчков, но до этого момента голоса в голове и голоса в постели[81] оказывают сильное влияние на то, чтó происходит, когда происходит и с кем происходит. Но еще важнее этих голосов скрытые картинки в глубине нашей психики, первичные образы двух партнеров, определяющие их потенцию и напор (если не их удар).

Психологические или действующие на психику факторы[82], работающие при этом у мужчины, таковы (аналогичный перечень имеется для женщины):

1. Боится ли он секса или относится к нему с энтузиазмом. Самый важный отдельный фактор, от которого это зависит – это голос матери, говорящей: «Берегись!» или: «Ну-ка, сделай это!»

2. Честен он или бесчестен по отношению к сексу. Это определяется обычно голосом или примером отца, говорящим: «Хватай!», «Пусть она накричится!» или: «Получайте удовольствие вместе».

3. Какая у него партнерша – отзывчивая, нейтральная или отталкивающая. Об этом говорит ему ее голос – теплый и нежный, безразличный или холодный и угрожающий. То же выражают ее мускулы – любящие, неподвижные или напряженные, между тем как ее железы могут сделать это гладким и влажным или жестким и сухим.

4. Какова внешняя ситуация, в особенности возможность помех или стимуляции со стороны других людей, в том числе детей, а также комаров и т. д.

5. Каковы его первичные образы женских половых органов.

Если мужчине удается добраться до его первичных образов, они могут оказаться совсем иными, чем он ожидал. Так, один акушер, Взрослый которого был хорошо знаком с подлинным видом этих органов при всевозможных условиях, был удивлен, обнаружив, что его Ребенок все еще представляет себе влагалище темной бездонной пещерой, где его пенис или все его тело может затеряться. В другом примере это был узкий проход, усеянный колючками, которых должен был опасаться входящий. Сила воздействия этих образов на эрекцию, напор и удар может отчасти зависеть от физического состояния влагалища в данный момент, как его видит и ощущает фаллос. Если фаллос ощущает влагалище свободным, то для первого описанного человека оно может превратиться в страшную пещеру, второго же это ощущение может успокоить; если же фаллос ощущает влагалище тесным, то «пещерный человек» может почувствовать себя безопаснее, тогда как другой, с ловушкой в голове, может впасть в беспокойство и в этом случае захочет поскорее выбраться из этого места.

Хотя это может показаться невероятным, но в некоторых случаях пенис и даже пальцы могут не только ощущать, но и видеть. Это называется синестезией. Взрослый каждого человека знает, что влагалище в действительности красное и всегда остается красным, но для фаллоса его цвет может меняться в зависимости от степени смазки. Когда оно сухо, оно может ощущаться как пурпурное; слегка влажное – может казаться коричневым; когда же оно очень скользкое – оно может ощущаться как ярко-синее. Таковы обычные синтетические соответствия, но каждый пенис может иметь свою собственную гамму цветов [6].

У женщины есть свой первичный образ фаллоса, влияющий на ее реакции подобным же образом. Он может казаться ее Ребенку вторгающейся твердой массой, угрожающей проникнуть слишком далеко, или острым ножом, который может ее перерезать; тонким ломтиком, слишком маленьким и ускользающим, так что она не может схватить его и удержать. У некоторых женщин также бывают цветовые реакции, зависящие от скользкости пениса, происходящей в действительности от их собственной смазки.

Первичные образы могут быть и более благоприятны. Мужчина может представлять себе влагалище как уютное место отдыха или ласкающую руку, а клитор – как соблазнительный сосок; женщина же может представлять себе пенис как конфету, маленькую куклу или гриб. Описываемые здесь образы не являются «подсознательными», как это обычно предполагают. Их легко может увидеть каждый, кто достаточно проворен, чтобы остановить их, когда они пробегают мимо. Это важно знать, потому что первичные образы могут оказывать решающее влияние на мужскую и женскую силу, и чтобы их обнаружить, нет надобности долго их выслеживать. Они все время присутствуют на заднем плане во всей их наготе.

Многие утверждения, относящиеся к психологии секса, основаны не на тщательном изучении, а на личных предположениях. Некоторые психологи секса имеют свою собственную строгую мораль, например: «Мужчина возбуждается тем, что он делает с женщиной, а не тем, что она делает с ним; женщина же возбуждается тем, что с ней делает мужчина, а не тем, что она делает с ним» [7]. Подобно пуританским школьным наставникам, они осуждают энергичных женщин и мужчин, любящих наслаждение. Они конструируют стандартный тип человека, тогда как человек в действительности может иметь все виды секса. Вряд ли это произведет большее действие, чем политика законодателей, пытающихся сконструировать для всевозможных людей стандартный тип секса. Вдобавок, как говорит Амариллис, в сексе еще меняются моды. «Даже движение за контроль над рождаемостью, – замечает она загадочно, – произвело полный переворот. При мембране водили рукой вниз, а теперь, при пилюле, водят вверх».

Биология секса

В ходе эволюции все рассмотренные выше способности – потенция, напор и удар у мужчины, открытость, отпор и охват у женщины – по-видимому, способствовали успешному размножению человеческого рода. Известно, что животные, выращенные определенным образом, лишены этих способностей, и у них низкий уровень воспроизводства [8]. Таким образом, вследствие биологического отбора более сексуальные индивиды получали преимущества перед менее сексуальными в воспроизводстве своего рода, и можно предположить, что в течение столетий и тысячелетий Homo sapiens становился все более сексуальным, так что в настоящее время он более похотлив, сластолюбив и сладострастен, чем его предки, жившие в пещерах. В этом смысле он превосходит даже своих более отдаленных предков, живших в первобытном лесу обезьян, поскольку человек – самое сексуальное из всех млекопитающих, почти всегда готовое к совокуплению, в любой день недели и при любой фазе луны.

Биологическая цель мужского оргазма – запустить семя в нужное место, и странным образом это место – не отверстие матки, а карман на задней стенке влагалища. Это выводит сперматозоиды на орбиту, после чего они, в свою очередь, включают свои маленькие двигатели для прохождения второго этапа: они начинают свой полет на луну, т. е. к маленькому яйцу, находящемуся сверху над ними, в яйцеводе. Это безжалостное состязание, в котором победителю достается все, а побежденные гибнут. Первый сперматозоид, достигший яйца, захватывает его навсегда и устраняет всех других; в этих выборах нет вице-президента и никто не занимает второе место. Дистанция этого заплыва, в человеческом масштабе, – около двух миль; это состязание с препятствиями, обходами, быстринами и плотинами, и в значительной части против течения. Это более захватывающее зрелище, чем десять миллионов лошадиных скачек, потому что в нем участвуют несколько сот миллионов сперматозоидов сразу. Страшно представить себе, что происходит внутри женщины каждый раз, когда мужчина производит свой стартовый выстрел. И в этом каждый мужчина – герой. Все равно, высок он или мал, красив или уродлив, силен или слаб, молод или стар; пока он в состоянии выбросить сперму – в его власти запустить столь грандиозное состязание, как если бы все население Северной и Южной Америки принялось толкаться вокруг озера Эри.

По-видимому, сильное наслаждение, сопровождающее мужской оргазм, служит главным образом для того, чтобы сделать его более привлекательным и желанным, для этого же служит и женский оргазм. Но биологическая функция женского оргазма остается неизвестной[83]. Половое возбуждение, в особенности смазка, изменяют химизм женской системы размножения, чтобы сделать его более подходящим приютом для спермы; но оргазм сам по себе, как можно подумать, ничего особенного не добавляет. Во всяком случае женщины, по-видимому, так же легко беременеют и без оргазма, как и с оргазмом, так что оргазм может быть желательным и, возможно, чем-то помогает, но не необходим.

Может показаться, что мужской оргазм необходим для оплодотворения, но в этом тоже нет уверенности. У некоторых мужчин задолго до эякуляции выделяется так называемая «любовная вода», в которой может быть немного заблудших сперматозоидов. Этот факт может быть важен по двум причинам. Во-первых, он указывает на то, что мужчина может оплодотворить женщину, по-видимому, даже в том случае, если за любовной водой не последовала эякуляция или если пенис вынут и эякуляция произошла наружу. Это может произойти в особенности в том случае, если в его сперматической системе осталось некоторое число плавающих сперматозоидов от недавней предшествующей эякуляции, поскольку это увеличивает вероятность, что некоторые из них будут смыты любовной водой. Во-вторых, сперматозоид, проникший во влагалище с любовной водой, имеет преимущество во времени по сравнению с другими и может в состязании с ними скорее достигнуть яйца. Таким образом, может оказаться, что сперматозоид из любовной воды имеет больше шансов произвести младенца, чем сперматозоид, выброшенный эякуляцией; не исключено, что это обстоятельство имеет значение в различных проблемах, относящихся к плодовитости и утробному развитию.

Рассмотрим теперь ход биологических событий. Максимальная эрекция и максимальная смазка обеспечивают максимальное проникновение, чему содействуют толчки и встречные толчки. В критический момент максимальный дар эякулирующей струи усиливается максимальным охватом. Все это обеспечивает попадание максимального количества семени как можно дальше, что и является лучшей ситуацией, обеспечивающей оплодотворение. Как уже было сказано выше, противоположный случай состоит в том, что наибольшее количество семени просачивается во внешнюю часть сухого влагалища; в этих условиях мало шансов, что яйцо будет оплодотворено. Между такими крайними случаями есть ряд промежуточных ступеней. Но первый способ работает лучше второго, а в ходе эволюции даже небольшое увеличение вероятности оплодотворения в течение ряда поколений может превратиться в важное преимущество, наподобие сложных процентов за тысячу лет.

Однако следует иметь в виду, что без эрекции, без смазки и без напора вероятность оплодотворения больше нуля. Какая угодно эякуляция в области женских половых органов способна произвести, в более или менее редких случаях, вполне здорового потомка или даже близнецов. (Один серьезно настроенный священник, к своему удивлению, обнаружил, что можно иметь близнецов, совершив скверный поступок единственный раз.)

Одно из самых интересных биологических явлений – то, как женщина готовится принять мужчину. По мере нарастания ее возбуждения ее влагалище гостеприимно расширяется и удлиняется для его удобства, и, в виде последней любезности, ее матка вежливо поджимается, освобождая ему беспрепятственный путь движения. Лишь после того, как он окончательно удалился, матка снова опускается, чтобы погрузить свое горлышко в разлитое под нею живительное семя, которое он, отвечая на ее щедрый прием, любовно, вежливо и решительно ей подарил.

С другой стороны, во многих отношениях половой акт – это битва между полами. Чем сильнее он толкает вниз, тем сильнее она отталкивает вверх; и чем больше становится его пенис, тем сильнее она его сжимает; и обратно, чем сильнее она его сжимает, тем больше, по-видимому, становится пенис. Это выглядит так, как будто она стремится его уменьшить, а он старается его увеличить. Но это своеобразный вид битвы, поскольку оба участника ее выигрывают, если им удается довести ее до успешного конца. В конце он становится меньше, чем он был вначале, она же становится все больше и больше. И в среднем здесь есть также некий арифметический итог: его фаллос становится на несколько унций[84] легче, и это повторяется десять, двадцать или сто раз, чтобы сделать ее однажды на несколько футов тяжелее[85].

Если это равная «битва», какой она и должна быть, то это в действительности не состязание, а совместное усилие. Но если она не равна, она и в самом деле может превратиться в конфликт или даже в скандал, потому что более сильный партнер чувствует себя фрустрированным, разочарованным и недооцененным, тогда как более слабый испытывает чувство бессилия, вины и раздражения или, что хуже, смакует свое извращенное и неприличное партнерство. Эти нездоровые чувства могут перейти в повседневную жизнь такой пары, глубоко втянув ее в неприятные игры, от которых взбалтываются желудки, напрягаются мускулы и повышается кровяное давление, так что эти люди могут жить дальше годы в состоянии физического и психического расстройства. Они не только вымещают свое неблагополучие на собственных детях и на окружающих людях (иногда используя политическую власть), но со временем их организм под таким напряжением начинает сдавать, и, наконец, их беспокойство поражает какой-нибудь орган или систему, оказывающую наименьшее сопротивление, что начинается с так называемых «психосоматических жалоб».

Люди, находящиеся в таком положении, ищут, как правило, оружие против своих партнеров, и мне, конечно, не хотелось бы, чтобы что-нибудь написанное здесь было использовано с такой малопочтенной целью. В биологии и эволюции секс – это главный продукт жизни, так что первая заповедь Господа Адаму и Еве, после того как он сказал им: «Хелло!»[86], была такова: «Плодитесь, размножайтесь и заполните землю». Но в ряду человеческих ценностей эта заповедь занимает и должна занимать лишь второе место. Вот почему Господь сказал им вначале: «Хелло!» (или «Будьте благословенны!», Viorech asom[87], кн. Бытия, 1–28), прежде чем дал им какие-либо заповеди, потому что «Хелло!» в человеческих отношениях – единственная вещь, более важная, чем секс. Это слово означает: «Мы это делаем вместе, будем же честно вести игру». Мораль состоит в том, что вы не должны унижать мужчину или женщину за то, что он или она не является идеальным сексуальным партнером. Лучше прямой мужчина с кривым пенисом, чем кривой мужчина с прямым[88], и лучше хорошая женщина с плохим влагалищем, чем плохая женщина с хорошим.

Этот вопрос приводит нас к весьма человеческим, но часто непрямым путям использования полового оргазма для других целей, чем оплодотворение.

Примечания и литературные ссылки

1. Фрейд, 3.: Истолкование сновидений (Freud, S.: The Interpritation of Dreams [fourth edition]. The Macmillan Company, New York, 1915, p. 240).

2. Фишер, Ч., Гросс, Дж. и Цух, Дж.: «Цикл эрекций пениса, синхронный с фазой сновидений (сном с быстрым движением глазного яблока)» (Fisher, C., Gross, J., and Zuch, J.: “A Cicle of Penile Erections Synchronous with Dreaming [REM] Sllep” Archives of General Psychiatry 12:29–45, January 1965. Эти авторы обнаружили эрекции в 95 % из 86 периодов сна с быстрым движением глазного яблока у 17 субъектов.

3. Мускул Ischiocavernosus называется также Erector penis у мужчин и Erector clitiridis у женщин. Его действие описывается в «Анатомии» Грэя (Gray’s Anatomy [28th edition, Longmans, London, 1967) следующим образом: Ischiocavernosus сжимает ствол пениса, задерживая таким образом возвращение крови по венам, и тем самым поддерживает орган в прямом состоянии (в случае мужчины). Для женщины указано так же действие с заменой слова «пенис» на «клитор». По сравнению с 23 изданием (1926 год) здесь добавлено лишь одно несущественное слово, и это все, что студенты-медики узнавали о механизме эрекции в течение последних сорока лет. Мускул Хьюстона должен рассматриваться как особая лента Ischiocavernosus, действующая в качестве компрессора вены задней стороны пениса (venae dorsalis penis) или клитора (clitoridis). Главными оппонентами теории эрекции с помощью Ischiocavernosuss являются в настоящее время Мастерс и Джонсон («Половая эрекция человека», цит. соч.) На летаргию в этом по-видимому важном вопросе указывает тот факт, что две относящихся к нему цитаты, приводимые этими авторами, датированы 1921 и 1923 годами. По их словам, «представление о роли Ischiocavernosus находит теперь лишь слабую поддержку», но Д. В. Фосет (D. W. Fawcett) – профессор анатомии в Гарварде – поддерживает эту теорию в своей статье «Система размножения» в Британской энциклопедии 1967 года издания (Encyclopedia Britannica) Альтернатива Мастерса и Джонсона состоит в том, что «вены пениса, как полагают, обладают клапанами, замедляющими возвращение крови». Если бы такие клапаны были обнаружены, это не обязательно означало бы, что ipso-facto (тем самым) сокращения Ischiocavernosus не происходит. Клапаны д-ра Джона Хьюстона (Dr John Houston valves, plicae transversalis recti) очень хорошо действуют в прямой кишке, и нет причины, почему бы его мускул не действовал столь же хорошо на подлежащие эрекции ткани.

С другой стороны, упомянутая выше ссылка на работу 1933 года относится к превосходному исследованию, выполненному двумя компетентными физиологами фармакологического направления из Университета Торонто – Гендерсон, В.Е. и М. Г. Репке «О механизме эрекции» (“On the Mechanism of Erection”, V. E. Henderson and M. H. Roepke. American Journal of Physiology 106:441–8, 1933). Эти авторы, работая на собаках в ранние дни ацетилхолиновых исследований, пришли к заключению, что «расширение сосудов посредством расширяющих сосуды нервов, их стимуляции нервов, ведущих к пенису, происходит от гормонального механизма», и что «эрекция происходит не от сжатия эфферентных (отводящих кровь) вен действием скелетных мускулов», хотя некоторую небольшую роль может играть и сжатие Ischiocavernosus, «Происходит быстрое нарастание давления… в corpora cavenosa (пористых телах), которое, возможно, делает недостаточным отвод крови по венам». Однако они наблюдали внезапное резкое увеличение объема пениса, происходящее от внезапных коротких сокращений мускулов, спонтанных сокращений мускулов ischiocavernosus, которые ввиду своего в некотором отношении спирального расположения… могут производить некоторое давление на лежащие под ними части corpora: после каждого (сокращения)[89] отмечалось увеличение уровня эрекции». В результатах этих авторов есть и другие небольшие неясности; вопрос так и остался в этом состоянии, в ожидании, пока кто-нибудь придумает убедительный способ продемонстрировать этот анатомический и физиологический механизм на человеке.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сноски

1

Hip Pocrates образовано отделением первого слога от Hippocrates, т. е. от имени Гиппократа, отца медицины. Остроумие здесь состоит в том, что Hip означает по-английски бедро. – Прим. перев.

Вернуться

2

Имеется в виду введение противозачаточных пилюль в шестидесятых годах. – Прим. перев.

Вернуться

3

Сиприан Сен-Сир (Cyprian St Cyr) – вымышленный персонаж, фигурирующий также и в других книгах д-ра Берна. Этому автору приписывается «знание жизни» и остроумие на французский лад, откуда объясняется его имя. Обозначение горничной словом «леди» выражает ироническое отношение к ситуации. – Прим. перев.

Вернуться

4

Для тех, кто предпочитает думать о сексе более академически, «официальное» название книги таково: «Церебральные и поведенческие корреляты совокупления в обществах высших приматов». Первоначальное название лекций – т. е. «Секс в человеческой жизни» – изменилось на («Секс в человеческой любви».)

Вернуться

5

В этой фразе трижды встречается игра слов, которая только в последнем случае переводима. Chamber music (камерная музыка) содержит слово “chamber”, один из смыслов которого «спальня» (точнее, это старинное выражение, лучше передаваемое словом «опочивальня»). “Cocktail” (коктейль), возможно, происходит от прилагательного, означающего лошадь с поднятым хвостом. Описываемая дама извиняется потому, что не может отделаться от сексуальных ассоциаций в своей речи. Третья игра слов (precipeepee) передается русским эквивалентом (пропасть – пропись). Место проживания этой леди также не случайно, поскольку Бостон отличается особенно чопорной буржуазией, ведущей свое происхождение от первых переселенцев в Америку. – Прим. перев.

Вернуться

6

Формы coituis в латинском языке нет; правильная форма – coitus (совокупление). Второе произношение искажено на английский лад. Третье (в подлиннике co-i-tuis) звучит так же, как по-русски, и превратилось в обиходное слово, по крайней мере у врачей. – Прим. перев.

Вернуться

7

Д-р Хорсли (Horsley), по-видимому, также вымышленный персонаж, которому автор поручает циничные изречения. Выражение «лошадиный смысл» означает в разговорном языке «простой здравый смысл». – Прим. перев.

Вернуться

8

Мы переводим этим словом английское mating, за неимением лучшего. Английское mating имеет интимный характер и легко применяется к людям. По-русски же могут составить «пару», но «спаривание» обычно относится к животным. Впрочем, этот термин редко применяется в дальнейшем. – Прим. перев.

Вернуться

9

Making love означает «занятие любовью». По-русски это не звучит. «Заниматься любовью» гораздо меньше распространено, чем английский эквивалент to make love. – Прим. перев.

Вернуться

10

Поскольку в современных словарях соответствующие слова приводятся в подлинном виде, мы считаем возможным расшифровать их. Fuck (cuff) означает «иметь половое сношение», с возможным, но необязательным отношением к обману и надувательству (DAS). Screw (swerk) означает «иметь» или «побудить» другого получить половое удовлетворение путем полового сношения» (DAS). В этом же параграфе автор подробно объясняет эти слова. Только первое из них частично используется в дальнейшем. Мы передадим его в некоторых случаях словом «толкать» (по необходимости неточно). Второе слово встречается лишь один раз в этом параграфе; мы переводим его по контексту «сверлить».

Третье слово kirp (prick) означает «пенис» (DAS); оно встречается в лимерике (шуточном стихотворении) на стр. 78, где сделано подстрочное примечание. Четвертое слово cunt (tunk) означает «влагалище» (DAS) и встречается ниже в этом параграфе, где его смысл ясен из контекста. – Прим. перев.

Вернуться

11

Амариллис (Amaryllys) – деревенская девушка в древней пасторальной поэзии; отсюда, вообще, сельская красавица». Это имя употребляется здесь в ироническом смысле. Д-р Берн излагает устами искушенной девицы Амариллис женский сексуальный опыт. – Прим. перев.

Вернуться

12

ЭЖ: Balling – это явление, возникшее после пилюли. В нем нет ощущения эксплуатации, оно предлагает взаимное согласие, акт, выполняемый вместе, а не кем-нибудь над кем-нибудь другим. Это влажное слово, эквивалентное выражению «заниматься любовью», и оно произносится с гордостью и радостью.

Вернуться

13

Здесь слово cute означает не только «хитрый», но еще «ловкий», «юркий», «догадливый», «сообразительный». – Прим. перев.

Вернуться

14

«Тезаурус» Роже – известный словарь английских синонимов. – Прим. перев.

Вернуться

15

ЛСД (LSD) – диэтиламид лизергиновой кислоты, галлюциногенное вещество, используемое как наркотик. – Прим. перев.

Вернуться

16

«Подлая, деспотическая власть» была прежде всего властью религии, вовсе не сводящейся к произвольному посягательству на свободу слова. – Прим. перев.

Вернуться

17

Merde (фр.) и scheiß (нем.) – дерьмо; fourrer – (фр.) – засунуть (в разных смыслах); vögeln sich (нем.) – спариваться; cul (фр.) – зад; schwanz (нем.) – хвост, в просторечии – пенис. – Прим. перев.

Вернуться

18

Слово означает «свинья». В просторечии: «девушка или женщина неряшливого вида; девушка или женщина с «неряшливой» моралью; страстная или беспорядочная в связях женщина; любая девушка или женщина» (DAS). – Прим. перев.

Вернуться

19

Смысл этого выражения: тот, кто совершает половое сношение со своей матерью, причем используется глагол, зашифрованный автором в виде cuff (см. выше). Ниже (см. стр. 32) это выражение обозначает любителей матерщины. – Прим. перев.

Вернуться

20

Tish получено перестановкой букв из shit, означающего «испражнение». – Прим. перев.

Вернуться

21

«Ранг человека» является переводом слова class (класс), имеющего также социальное значение. По-видимому, автор выражает здесь свое предпочтение эстетических критериев всем остальным. – Прим. перев.

Вернуться

22

В подлиннике tish, см. примечание выше. – Прим. перев.

Вернуться

23

Объяснение выражений Амариллис: tish – см. выше; tarfs вместо farts, газы, выпускаемые из анального отверстия; sipp вместо piss – мочеиспускание; fark вместо craf – то же, что tish (DAS). Tootches – по-видимому ягодицы, вероятно, от toot (диалект) – выступать, выдаваться наружу (W). Предлагаемое правило эстетики в некоторой степени позволяет понять, чтó не прекрасно. Представление о том, чтó прекрасно, автор предоставляет личному произволу. Рассуждения Амариллис заимствованы у лекаря-шарлатана из романа Смолетта «Путешествие Хамфри Клинкера». – Прим. прев.

Вернуться

24

В подлиннике rumpus room (амер.) – помещение, обычно ниже уровня земли, используемое для активных игр или для вечеринок. – Прим. перев.

Вернуться

25

Фиброид – опухоль матки. – Прим. перев.

Вернуться

26

Ср. ниже, параграф к главе 4. – Прим. перев.

Вернуться

27

В подлиннике muther-cuffer (см. на стр. 28). – Прим. перев.

Вернуться

28

В подлиннике tish. – Прим. перев.

Вернуться

29

См. примечание на стр. 28. – Прим. перев.

Вернуться

30

Имеется в виду эпоха Возрождения. – Прим. перев.

Вернуться

31

Амариллис рассказывает о своем знакомом, успешно применяющем непристойность как способ соблазнять женщин. Встретив подходящую особу, он при первой возможности делает ей более чем неприличное предложение в самых недвусмысленных выражениях. Таким образом он добивается благосклонности некоторых женщин и теряет уважение многих других, демонстрируя тем самым необычайную подрывную силу непристойностей как в положительном, так и в отрицательном смысле.

Вернуться

32

Имеется в виду эпоха Возрождения. – Прим. перев.

Вернуться

33

Thomas Urquhart. Буквальный перевод следующих дальше стихов:

Один дюйм радости преодолевает всю длину печали,
Поскольку смех свойствен человеку.

Вернуться

34

Венерическая болезнь, преимущественно гонорея (старинное слово). – Прим. перев.

Вернуться

35

Сифилис (старинное слово). – Прим. перев.

Вернуться

36

Лимерик – английское шуточное стихотворение, начинающееся строкой: «Был (была) такой-то (такая-то) в таком-то месте (географическое название) и содержащее юмористическое описание этого персонажа. – Прим. перев.

Вернуться

37

Мы сочли возможным ограничиться прозаическим переводом этого сочинения. Глагол cuff уже объяснен выше. You означает «тебя», а сочетание cuff you – грубое ругательство (мягкий русский эквивалент: «мне на тебя плевать»), me означает «меня». «Леди» в современной Америке может быть вежливым обозначением любой женщины. – Прим. перев.

Вернуться

38

Том знаменитого французского словаря Ляруса, посвященный гастрономии. – Прим. перев.

Вернуться

39

Cuffing. – Прим. перев.

Вернуться

40

В этом случае мы также ограничимся точным подстрочным переводом. – Прим. перев.

Вернуться

41

«Технические термины» в этой фразе намеренно искажены автором. – Прим. перев.

Вернуться

42

Мы переводим здесь как «удовольствие» слово fun, означающее «Здорово!» – Прим. перев.

Вернуться

43

«Здорово!» представляет неточный перевод восклицания “Wouw”, выражающего удивление или восхищение. – Прим. перев.

Вернуться

44

Cuffing. – Прим. перев.

Вернуться

45

Непереводимая игра слов: falate означает не только «челюсть», но также «вкус», «склонность», так что песенка имеет и другой смысл: «Похитила мое сердце». – Прим. перев.

Вернуться

46

Один из лозунгов «прогрессивной» молодежи шестидесятых годов. – Прим. перев.

Вернуться

47

«Национальное бюро стандартов» – правительственный метрологический институт Соединенных Штатов. – Прим. перев.

Вернуться

48

В действительности один из самых талантливых исследователей Фрейда решительно отвергает подобные заключения – Карл Абрахам. Собрание трудов. Хогарт Пресс, Лондон, 1948 год, стр. 413. (Karl Abraham, Collected Rafert, Hogarth Press, London, 1948, p. 413).

Вернуться

49

Приблизительный перевод восхищения «Ugh!», означающего отвращение или ужас. – Прим. перев.

Вернуться

50

Хотя Wow! («Здорово!») лишь недавно вошло в английский обиход в качестве выражения энтузиазма; французы пользуются с незапамятных времен равнозначным выражением. – Прим. перев.

Вернуться

51

Хансард – первый издатель дебатов Английского парламента, давший свое имя этому официальному изданию. – Прим. перев.

Вернуться

52

«Тысяча и одна ночь» не только содержит многочисленные свидетельства обратного, но самое построение цикла свидетельствует, подчеркивает прямо противоположную точку зрения (которую Шехеразада и внушает своему повелителю). – Прим. перев.

Вернуться

53

Human Male дословно переводится «самца-человека». – Прим. перев.

Вернуться

54

В подлиннике непереводимая рифма: a halo of hush instead of mush – буквально: гало из вежливых умолчаний вместо сладкого соуса. – Прим. перев.

Вернуться

55

ЭЖ: Каждого индивида? Не в наше время, я в это не верю.

ЭБ: Даже если это нежелательно, это все-таки важно.

Вернуться

56

Это описание деления, как и следующее описание конъюгации, намеренно упрощено. В действительности уже самые простые организмы способны к изменчивости и имеют необходимые для этого механизмы. Автор, разумеется, заинтересован здесь лишь в третьем виде размножения – копуляции, преимущества которой он хочет объяснить. Выводы автора остаются в силе, если сделать все указанные уточнения. – Прим. перев.

Вернуться

57

В подлиннике: «при любых изменениях музыки земной сферы», с намеком на Пифагорову музыку сфер, «музыка» связана с народным танцем, который отплясывают зародыши всего живого в описанном выше процессе мейоза. – Прим. перев.

Вернуться

58

В Америке примерно то же, что у нас Дед Мороз. – Прим. перев.

Вернуться

59

ЭЖ: Ваша мысль состоит в том, что каждый человек, мужчина или женщина, должен непременно хотеть, чтобы у него были дети, если только он не отвергает основные биологические стремления своего вида. В действительности можно лишь утверждать, что желание иметь детей биологично. Но то, к чему мы стремимся и чего мы хотим – это, насколько можно видеть, копуляция.

ЭБ: Вот как!

Вернуться

60

Дальнейший отрывок представляет собой пародию на увещания «всевозможных людей, способствующих тому, чтобы мы не выпутались». В устном изложении д-ра Берна (напомним, что эта книга возникла из лекций) такие пародийные места могли выделяться интонацией. Пародируется проповедь, обращенная к молодым людям. Проповедник типа описанной выше «копченой селедки на поминках» не имеет представления об окружающей действительности и воображает (в шестидесятые годы нашего века), что внебрачный секс можно получить только в отдаленных странах с риском для здоровья и т. п. Ироническим образом совет проповедника подождать, пока наступит время, зрелость, есть в то же время и совет д-ра Берна. Не желая морализировать от своего имени, он вкладывает мораль в уста еще одного вымышленного персонажа. – Прим. перев.

Вернуться

61

Следующий дальше отрывок звучит несколько причудливо: автор как будто приписывает Природе некие собственные цели, например, цель сохранения и усовершенствования нашего вида… Для понимания этой притчи надо иметь в виду роль «теологического подхода в современной биологии. Приписывая эволюции «цели», биолог всего лишь использует эвристический прием, помогающий понять, почему то или иное приспособление способствует сохранению вида. По этому поводу см. книгу Конрада Лоренца «Так называемое зло» (“Das sogenannte Bose”, Wien, 1963). – Прим. перев.

Вернуться

62

ЭЖ: Это – мужская идея.

ЭБ: Но так же думают и некоторые женщины, не правда ли?

Вернуться

63

Как теперь известно, не существует безвредных противозачаточных средств. Природа весьма чувствительна и не дает себя безнаказанно обмануть. Это относится, в частности, к пресловутой «пилюле». – Прим. перев.

Вернуться

64

В подлиннике рифма frigig-rigid (фригидный – жесткий). Любопытно, как выглядит с этой точки зрения Ньютон. – Прим. перев.

Вернуться

65

Следующий отрывок представляет сатирическое изображение методов тестирования. Опрашиваемым студентам задаются прямые вопросы об их сексуальной жизни и здоровье, и их ответы принимаются на веру; при этом не учитывается влияние «регулярного и нерегулярного» секса на здоровье студентов в будущем, на их семейную жизнь и благополучие потомства. Автор издевается над такими исследованиями, применяющими компьютеры и многочисленный персонал, иронически предлагая выполнить свой шарлатанский проект силами одного человека. «Финансовые соображения» в конце отрывка пародируют домогательства деятелей этого рода, добивающихся государственных ассигнований. Это выпад против школы психологов, работающих методом тестов. – Прим. перев.

Вернуться

66

Мы предпочли эту кальку с английского выражения «регулярно занимаются сексом», имеющему несколько юмористический оттенок. – Прим. перев.

Вернуться

67

См. примечание в предыдущей главе. – Прим. перев.

Вернуться

68

Имеется в виду анализ взаимодействий.

Вернуться

69

Как подтверждает вещество под названием DOPA (dihydroxyphenylalanine), применяемое в настоящее время для лечения паркинсоновой болезни и паралича, является подлинным средством от импотенции, вызывающим эрекцию у страдающих от нее людей; но это лекарство считается слишком сильным для нормального употребления, поскольку оно может вызвать побочные осложнения.

Вернуться

70

Перевод этих терминов, принадлежащих автору, представляет трудности. Словом «сила» мы переводим Power (по словарю РОД – способность действовать, особая способность тела и ума, энергия, способность действия или функция). «Напор» – неточный перевод Force – в данном контексте «сила, порыв, мощность, интенсивное усилие». «Удар» служит переводом drive (сильный удар мяча, способность или желание чего-нибудь достигнуть). Мы привели здесь значение английских слов, имеющих отношение к нашему контексту. Сочетание «мужская сила», служащее переводом заголовка, идиоматично в русском языке, что и определяет перевод. «Напор», как нам кажется, наилучшим образом передает тот смысл слова force, который имеется в виду ниже в тексте («порыв, интенсивное усилие»). Наконец из значений слова drive мы выбрали связанное с ударной силой. Ввиду невозможности точного перевода читателю рекомендуется понимать все эти термины исключительно в том смысле, как они определены автором ниже, отбрасывая другие ассоциации. – Прим. перев.

Вернуться

71

Значение kirp – пенис. См. примечание на стр. 23. – Прим. перев.

Вернуться

72

Я знаю, что peno – неправильная форма, но это лучше подходит. Афоризм должен означать «истина в пенисе» (для чего и понадобился неправильный падеж).

Вернуться

73

В подлиннике выражение “in church or in the hay” буквально: «в церкви или в сене». – Прим. перев.

Вернуться

74

Это то самое движение, которое, как уже упоминалось выше, на языке «Благоухающего сада», называется dok; женская реакция на него носит название hez. На вульгарном английском языке dok передается словом bump, а hez – словом grind. Отглагольные существительные от bump – бухнуться, шлепнуться и grind – молоть, дробить, растирать (например, пестиком в ступе). Кинематически дело обстоит так, что мужской таз качается вокруг трансверсальной оси, а женский рыскает вокруг вертикальной, или саггитальной.

Вернуться

75

Поскольку человек – «общественное животное», описанный выше «биологический идеал секса» не есть человеческий идеал; это идеальный механизм размножения, рассматриваемый таким образом, как если бы у человека не было бы других целей. Эволюция сделала человека более сексуальным, чем другие животные, может быть именно для компенсации ограничений, налагаемых человеческим обществом, т. е. культурой. В последнем абзаце автор с видимой неохотой признает роль культуры в человеческой психологии. Отвращение Берна к социальному аспекту психологии проявляется в том, что даже в этом ключевом месте он не хочет произнести слово «культура». Как он признает в конце абзаца, «все общества построены на сексуальных запретах» (и, конечно, на многих других). «Общество» в его конкретном историческом виде, т. е. культура, и определяется системой запретов, наряду с принятыми в нем идеальными ценностями. Поскольку д-р Берн об этих вещах говорить не хочет, его идеал человеческого секса (близость) не может найти свое место в контексте неизбежно общественной жизни человека. Поэтому он помещает свой идеал в чисто словесный внеисторический контекст. Место, находящееся посередине между «покорностью и запуганностью» и «мятежностью, бесчестием и жестокостью», он определить не может и возвращается к «чистой биологии оргазма». – Прим. перев.

Вернуться

76

ЭЖ: Эта «надлежащая подготовленность» – старая идея из учебников секса. Но любопытно, как она подготовится без его участия?

Вернуться

77

Английские термины, принадлежащие автору: profusion, force, grasp profusion означают: «щедрость, обилие» (POD) и могут применяться для описания гостеприимства или истечения крови и т. п. По-русски совместить эти смыслы трудно… Поскольку это технические термины, вводимые со специальной целью, читателю рекомендуется понимать их в смысле, разъясняемом ниже автором, избегая ассоциаций. – Прим. перев.

Вернуться

78

ЭЖ: Можно сказать, что такие женщины честно ведут свою игру.

ЭБ: А, может быть, они дуются?

Вернуться

79

ЭЖ: А почему вы не привели список таких неприятных качеств в конце параграфа о мужской силе?

ЭЖ: Зачем же осуждать ее? Может быть, этот мужчина некрофил. Между тем в следующем абзаце вы ожидаете от нее всей возможной активности.

ЭБ: Я думаю о естественном отборе и выделяю те вещи, которые, как мне кажется, увеличивают шансы отбора и оплодотворения, а также шансы выживания индивида в мире, где идет борьба за существование. Может быть, все это вышло бы иначе, если бы Дарвин был женщиной.

ЭЖ: Это любопытная мысль.

Вернуться

80

Невозможно, конечно, отрицать творческие возможности эволюции, и предыдущее описание оргазма представляет в этом смысле поучительный пример. Надо заметить, однако, что чем сложнее механизм, тем больше вероятность его расстройства, как бы ни был искусен конструктор. Этот общий кибернетический закон, связанный с принципом дополнительности Бора, справедлив и в отношении конструкций, изготовленных природой: нельзя добиться одновременно сколь угодно высокой сложности и надежности. Может быть, поэтому вполне правильный оргазм, описанный выше, встречается лишь как исключение. Сложные механизмы, созданные эволюцией, могут работать согласно своему плану, вполне согласованно и совершенно, но этот случай маловероятен. Самые сложные из них в большинстве случаев удовлетворяют проектным требованиям и работают кое-как. Человек является крайним случаем; заложенные в его проекте возможности не реализуются почти никогда. Есть основания считать, что он редко достигает полного физического развития и тем более психической зрелости. Типичный человек с технической точки зрения всегда содержит какой-нибудь очевидный брак или, во всяком случае, недоделан. Достигнуты ли здесь пределы, заданные дополнительностью, мы не знаем. Вероятно, они еще далеки, и возможные улучшения зависят от более полного использования психических возможностей человека.

По поводу последнего изречения см. сравнение монастыря и борделя на стр. 31 («Мусорный ящик»). – Прим. перев.

Вернуться

81

В подлиннике рифма voices in the head and voices in the bed. – Прим. перев.

Вернуться

82

В подлиннике mind-cuffing буквально: «толкающие психику», с известным уже читателю глаголом cuff. – Прим. перев.

Вернуться

83

Я думаю, что подлинная «цель» оргазма – психологическое возрождение. Он действует подобно лечению мозга электрическим шоком, перераспределяющим потенциалы таким образом, что проясняется психика пациента. Это явление аналогично упорядочивающей функции с БДГ в Psychiatric News за октябрь 1969 г., по работам Р. Гринберга (R. Greenberg) и Э. М. Дьюена (E. M. Dewan).

Вернуться

84

Унция – 28,35 грамма. – Прим. перев.

Вернуться

85

ЭЖ: Мне эта арифметика совсем не нравится.

ЭБ: Она груба, но побуждает мышление. Жизнь устроена очень странно.

Вернуться

86

Hello используется в приветствии или для привлечения внимания, или для выражения удивления. Точного русского эквивалента нет; приблизительно – «Здравствуй!», «Привет!». – Прим. перев.

Вернуться

87

В подлиннике древнееврейские слова переданы латинскими буквами. – Прим. перев.

Вернуться

88

По-английски crooked означает и физически искривленный, и непрямой в поведении, извращенный. – Прим. перев.

Вернуться

89

Авторская вставка. – Прим. перев.

Вернуться