# Дар Анхра-Майнью

Александр Рудазов

Существует тема, на которую писатели говорить не любят. А именно – откуда же все-таки берутся идеи и сюжеты? Обычно либо отбрехиваются, что просто выдумывают все сами, либо начинают кивать о некоем вдохновении, приходящем свыше.

Но истина состоит в том, что ни один писатель вообще ничего не пишет сам. Тут работают совсем другие существа. Например, мне часть книг продиктовал жуткий тип в желтой маске, часть намурлыкал котенок с золотой цепочкой на шее, а рассказы, вошедшие в этот сборник, сочинил маленький зеленый гоблин, живущий в моем правом ботинке. Он часто что-нибудь такое выдумывает – а я внимательно слушаю и записываю. В левом ботинке у меня тоже живет гоблин – но его я не слушаю. Он такую чушь городит...

– Продано! – вскричал аукционист, ударяя в гонг.

С помоста сошли двое – стройный юноша приятной наружности и чернокожий атлет с угрюмым лицом. Только что один из них купил другого.

– Идем, раб, – прорычал чернокожий.

– Да, хозяин, – грустно вздохнул юноша.

Йусуф, свежеиспеченный раб, со страхом подумал о своем будущем. Ничего хорошего от него ждать не стоит – что хорошего может произойти с человеком, попавшим в долговую яму? Да еще не по своей вине – отец Йусуфа и Хадиджи был добрым, но глупым человеком, и умер, оставшись должен всем ростовщикам славного Исфахана.

Хосров Аношерван, шаханшах великого Ирана, издал указ, по которому долги отцов должны оплачивать их дети. Мудрый и справедливый закон. Увы, Йусуф и Хадиджа не смогли вернуть таких денег, и посему их обоих только что продали в рабство.

За сестру Йусуф не боялся – ее купил Акбар, горшечник с соседней улицы, давно вздыхающий по прекрасной Хадидже. Ему пришлось продать коня и отцовский меч, чтобы совершить такую дорогую покупку, но зато теперь он, без сомнения, освободит свою любимую и женится на ней. Да благословит их священный огонь Хормузда…

А вот Йусуфу повезло меньше – у него не было друзей, достаточно богатых, чтобы выкупить попавшего в беду юношу. Поэтому он заранее приготовился стать чьим-то слугой, а то и отправиться на шахские рудники…

Но действительность оказалась еще хуже.

Человек, приобретший молодого парса, в Исфахане хорошо известен. Настоящего имени этого ужасного африканца не знает никто, поэтому называют просто Эфиопом. За глаза, понятное дело – даже самые храбрые мальчишки не отваживаются распевать дразнилки, когда он шествует по улицам, похожий на какого-нибудь грозного дэва.

Эфиоп редко открывает рот – первое время жители города даже считали его немым. Всегда ходит в одних и тех же черных шароварах, перетянутых кожаным поясом. На бедре неизменно висит один и тот же ятаган – жуткое оружие, похожее на клык огромного гвелвешапи.

Но сколь бы ни был страшен Эфиоп, куда больший ужас внушает его повелитель – тот, что теперь стал хозяином Йусуфа. Дряхлый колдун Мурарат, живущий в одной из башен шахристаны[1], не выходит из нее почти двадцать лет. Но за все эти годы ни один воришка не осмелился залезть к нему за золотом – а в народе поговаривают, что его там столько, сколько нет даже в царской казне…

Старик прибыл в Исфахан в тот самый год, когда в доме бедного медника появился на свет пищащий красный комок, за двадцать лет выросший в крепкого парня по имени Йусуф. Он купил эту башню и зажил в ней отшельником, не показываясь никому на глаза. Уже тогда он был очень стар – сколько ему сейчас, Йусуф боялся даже предполагать.

Иногда по ночам над шахристаной Исфахана висит какое-то странное марево – его центр всегда приходится на башню Мурарата…

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru

# Примечания

1

Шахристана – старая часть города в Иране.