# Не золотой город

Джордж Локхард

Одна из моих самых удачных вещей, и определенно самая любимая. На конкурсе «48 часов» эта повесть опередила рассказы Лукьяненко и Каганова. Динамичный, полный действия НФ-триллер про «корабль поколений», сюжет сложен и имеет несколько «вложенных» уровней, каждый из которых меняет все восприятие событий и у героев, и у читателя. Ни в коем случае не заглядывайте в конец...

Cкоро я планирую завершить продолжение этой повести под рабочим названием «Кто светел, тот и свят».

> Под небом голубым
> Есть город золотой,
> С прозрачными воротами
> И яркою звездой
> А в городе том сад,
> Все травы да цветы,
> Гуляют там животные
> Невиданной красы...

> БГ

## 1

Шторм бушевал шестой свет. Океан свирепо терзал берег, с пеной у рта кидался на острые камни и разбивался, кричал, бился о скалы. В мутном, белесом небе, тяжело колыхались гнойные мешки туч.

Криг потянул носом воздух. Пахло гнилью. Болотистая земля тянулась от побережья вглубь острова, там и тут в грязной жиже валялись вывернутые стволы хвощей. Какие-то твари, похожие на багровые шишки, облепили труп дерева неподалеку и сейчас, все вместе, следили за пришельцем маленькими глазками. От них тянулся горячий запах страха.

Криг еще раз оглядел берег. Утес вдали был тем самым, о котором визжал хватун, в этом не могло быть сомнений. Где-то здесь, совсем близко, таилось сокровище. Криг отогнал мысль, что хватун мог солгать. Когда им в жабры втыкают когти, они быстро перестают упрямиться... Вход в тайник должен быть поблизости.

Поправив гарпун за спиной, Криг двумя прыжками оказался рядом с шишкоподобными тварями и схватил одну прежде, чем та успела юркнуть в нору под стволом хвоща. Зверюшка отчаяно завизжала.

– Тихо! – Криг свирепо оскалил клыки. – Я не охочусь. Говорить можешь?

Тварь прекратила визжать и что-то пробормотала, дрожа от ужаса. Криг сдавил ей основание хвоста.

– Громче.

– Боль!

– Говори – отпущу.

Зверюшка судорожно дышала.

– Бу... Бу говор...

– Хорошо, – Криг отпустил ее хвост. – Ищу. Старые камни. Дыра в земле. Холодное железо.

Тварь пискнула:

– Зна! Зна где! Не еш!

– Я не ем падаль, – Криг презрительно фыркнул. Встряхнул пленницу: – Говори!

Зверюшка забормотала, глотая окончания слов. Выслушав объяснения, Криг довольно кивнул, размахнулся и швырнул тварь в воздух. Описав длинную дугу, она с визгом плюхнулась в болото.

Вычеркнув встречу из памяти, Криг опустил на глаза стеклянное забрало против грязи, спрятал руки в меховой муфте и громадными прыжками помчался вдоль берега. Цель была близка, как никогда.

Жижа хлюпала под ногами. Шерсть Крига уже давно превратилась в серо-коричневую свалявшуюся корку, по хвосту текли грязные капли. Он забыл, когда последний раз мылся, но приз того стоил. Приз стоил любых мучений... Желательно, чужих.

Вскоре впереди, среди зарослей папоротников и молодых хвощей, показались руины древнего здания. Криг возбужденно встопорщил уши и приоткрыл пасть. Неужели... Наконец! Напрягая все силы, охотник помчался к цели долгих поисков, каждым прыжком покрывая расстояние, всемеро превышавшее длину его тела вместе с хвостом.

Время не пощадило руины; камни покрывал мох, сквозь рухнувшие стены тянулись стволы хвощей. Рубя заросли гарпуном, Криг долго искал вход в подземелье, но лишь на закате обнаружил большой проржавевший люк, выгнутый наружу чудовищным взрывом. Тщательно осмотрев металл и обнюхав землю вокруг, Криг принялся очищать замок от грязи и ржавчины.

Это отняло много времени. Когда щель была наконец свободна от мусора, настроение охотника уже никто не назвал бы хорошим. Тихо урча от нетерпения, Криг снял со спины гарпун и вставил древний, прихотливо изогнутый наконечник в замок. Хорошо, что предки умели делать несокрушимый металл...

Замок не поддавался. Криг возился с ним до темноты, искал мелкие камешки или песок. Бесполезно; взрыв испортил сложную механику. Когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, уставший и злой охотник был вынужден отложить все планы до утра.

Криг переночевал на вершине ближайщего холма, где было относительно сухо. Запас мяса в рюкзаке подходил к концу, вскоре вновь придется взяться за охоту, это означало задержку... Криг ненавидел ждать, любое промедление приводило его в бешенство. Особенно, когда плод многосезонных поисков был здесь, прямо в когтях!

Едва рассвет окропил тучи багровой венозной кровью, охотник вернулся к люку. За темноту ветер вновь забил щель замка грязью. В ярости Криг что было сил подпрыгнул, тяжело приземлился на люк и с воплем провалился в мокрую темноту, когда проржавевший насквозь металл поддался под ударом.

Опомнился, вскочил. Острые края пролома оставили на хвосте и бедрах длинные кровавые царапины. Не тратя время на удивление, Криг вытащил из рюкзака раковину с едкой слизью тригната и принялся обрабатывать раны. Меньше всего он хотел, чтобы грязь с шерсти попала в кровь.

Когда опасность миновала, Криг позволил себе оглядеться. Он стоял на ржавом металлическом полу, покрытом отвратительными пузырями вспученной краски. Когда-то, века назад, здесь бушевало страшное пламя. Раньше к люку на потолке вела вертикальная стальная лестница, теперь от нее осталась лишь ржавая пыль и несколько оплавленных ступенек. В подземелье сильно пахло гнилью.

Криг возбужденно встопорщил уши: у дальней стены, невысоко над полом, тускло светился маленький квадратный экранчик. Охотник одним прыжком оказался рядом и бережно протер стекло от векового налета. Яркость свечения сразу возросла.

Криг растянул губы в торжествующем оскале. Нашел... Все знали, что изделия предков делятся на два вида: обычные, для которых время было смертельным врагом, и вечные – которые даже спустя миллионы веков остаются нетронуты, будто вчера изготовлены. Вечные встречались очень редко, и как правило были бесполезны. Вроде этого светящегося стекла.

Но Криг не зря потратил большой отрезок своей жизни на поиски вполне определенного тайника предков. Он знал, ЧТО найдет в этом месте, и нетерпеливо дергал хвостом, пока прорубал дыру в ржавом люке на стене рядом с экранчиком.

За стеной обнаружилось не совсем то, что он искал.

***

Едва гарпун пробил ржавый металл, Криг ощутил смертельно знакомый запах. Уши охотника моментально прижались к голове, губы искривила гримаса ненависти. На миг, гнев даже заслонил изумление.

Впрочем, у Крига еще оставалось время подумать, пока руки яростно метали гарпун в люк. Он свирепо рычал, прорубая проход, однако мысленно уже искал объяснение. Единственный вывод, который напрашивался сам, очень не нравился Кригу.

Пролом наконец достиг нужной ширины, и охотник протиснулся в тесный коридор, держа гарпун наготове. Здесь было довольно светло; вдоль потолка тускло горели вечные факелы предков.

Перехватив гарпун поудобнее, Криг пригнулся и короткими прыжками помчался вправо, на запах. Соблюдать тишину не пытался, все равно звук ударов был слышен повсюду. Он готовился к битве.

В этот раз ожидания Крига не были обмануты; проскакав по нескольким коридорам, охотник обнаружил то, что очень боялся найти: большую рваную дыру в стене и лаз на поверхность. Вокруг дыры металлический пол был забрызган грязью, но мокрые следы вели только вправо. Обитатели подземелья никогда не ходили в ту сторону, откуда явился Криг.

Он свирепо оскалился. Возможно, еще не все потеряно, и цель пока не пострадала. Возможно, тайник нашли недавно... Или даже не искали? Эта мысль пришла в голову Крига, когда он ворвался в небольшую комнатку с тремя факелами под потолком и увидел спелетенную из папоротников мягкую подстилку, откуда на врага с ужасом смотрели два щенка динго. Их прикрывала своим телом молодая самка.

Увидев охотника, щенята отчаяно взвыли. Мать беспомощно зажмурилась в ожидании смерти, но Криг не спешил; здесь не было самца, а взрослый динго был опасным противником даже для него. Быстро оглядев логово, Криг запрыгнул внутрь и отступил к левой стене, чтобы из коридора его не было видно.

– Молчите, – коротко приказал охотник. – Я пришел не за вами.

Щенята, скуля, прижались к матери. Та смотрела на Крига с безумной надеждой в глазах.

– Пощади... – взмолилась она. – Только детей пощади!

– Я пришел не за вами, – Криг яростно дернул хвостом. – Говори. Будешь правдива, оставлю щенят в живых. Клянусь именем.

Динга поспешно закивала, дрожа от страха. Охотник бросил по сторонам цепкий взгляд:

– Вы одни?

– Да...

– Где твой кобель?

– На охоте...

– Когда вернется?

– Не знаю, – она всхлипнула. – Не знаю!

Криг оскалил клыки.

– Лучше не лги. Я голоден, а из твоих детенышей получится отличный обед.

– Клянусь именем, я не знаю! – динга в отчаянии ломала руки. – Иногда он уходит на свет, иногда на три или четыре...

– Когда ушел?

– Вчера утром...

Охотник позволил себе чуть расслабиться.

– Что вы здесь делаете? – спросил он свирепо. – Ищете рубку? А?

Динга моргнула.

– К-к-какую рубку? Мы тут живем... – она покрепче прижала к себе детей. – Уже давно...

Криг подался вперед всем телом:

– Здесь была дыра? Когда пришли? Вы сами отыскали это место?

Динга закивала.

– Да, да. Мы рыли логово и наткнулись на металл...

Криг мысленно издал торжествующий вопль. Динга тем временем продолжала, заикаясь от страха:

– Это хорошее место, теплое и сухое, мы решили построить дом... – она внезапно расплакалась. – Пощади нас, мы уйдем! Мы никому не хотели мешать!

Охотник так стиснул гарпун, что под шерстью стальными канатами вздулись мышцы.

– Мою мать. Моего отца. Моего брата. Мою сестру. Все мое племя сожрали динго, – он хрипло выдохнул. – Меня вытащили из сумки мертвой матери.

Динга зажмурилась.

– Это не мы... – она прижала руки к груди. – Клянусь именем, мы никогда не охотились на кенгов, мы не звери, как те, на равнинах. Мы горные динго, между нами нет войны...

– Вы собаки! – яростно бросил Криг. – У меня война со всем вашим родом!

Он поднял гарпун, и динга в отчаянии вскрикнула, упав на детей в нелепой попытке их защитить. Криг стоял над ними, занеся оружие, его ноздри раздувались от ярости. Ударить... Так просто... Разве это вернет его семью?

Он представил щенят, наколотых на гарпун, мысленно ощутил тяжелый, липкий запах их крови и затихающие крики. Представил, как ему придется выносить их тельца из тайника и бросать на потеху падальщикам.

– Убирайтесь, – от гнева его трясло. – Забирай своих выродков и убирайся. Не хочу пачкать о вас оружие.

Он отступил назад. Динга, не веря, подняла голову.

– Ты... Не тронешь нас? – у нее задрожал голос.

– Я говорю лишь один раз, собака. – Криг мотнул головой в сторону двери. – Убирайтесь.

Всхлипывая, бормоча неловкие слова благодарности, динга подхватила щенят и исчезла за дверью. Криг в бешенстве подпрыгнул.

Ну что ж, по крайней мере информацию он получил. Если поспешить, он успеет закончить свое дело до возвращения семейки динго и все обойдется без драки. Хотя так не бывает.

Криг помочился на подстилку, желая хоть немного притупить собачий запах. Его цель должна была быть где-то рядом, но не очевидной. Твари не знали о рубке. Это вселяло надежду.

Поиски отняли весь остаток света. О том, что снаружи наступила темнота, Кригу напомнили неожиданно и властно: все факелы на стенах внезапно стали тухнуть и вскоре от них остались лишь тусклые красные пятна. Охотник забрался в ближайщую комнату, натянул перед дверью тонкую проволоку и забылся беспокойным сном.

Ему снились равнины. Мирные деревеньки кенгов, где когда-то, в другой жизни, он появился на свет. Первый и самый трудный путь – в материнскую сумку... Криг его не помнил, конечно, но хорошо представлял. Первые сезоны детства он тоже не помнил, зато в памяти отлично, глубоко отпечатался миг, когда детство внезапно кончилось.

Даже во сне охотник издал глухое ворчание. Ему повезло остаться живым. А скольким не повезло? Крига спас крылан, пролетавший мимо разоренной деревни. Он забрал детеныша в горы, где гравитация была вдвое выше, чем на равнинах, и Криг вырос могучим охотником, со стальными мышцами и быстрой реакцией. До сегодняшнего света он полагал, что и душа его стала железной.

Главный урок, усвоенный Кригом в новом племени – надежда. Крыланы умели мечтать о будущем, хотя большинство других племен давно этому разучились. Свою мечту они передали и приемышу... Который, спустя много-много сезонов, оказался на грани ее исполнения. Почему же так трудно прыгнуть за грань? Почему ноги налиты свинцом? Почему...

Судорожно сглотнув, Криг очнулся и рывком сел. Боль в скрученных проволокой руках и ногах гвоздем впилась в мозг.

***

В комнате сильно пахло мятой и чем-то еще. У двери, на полу стоял глиняный горшочек, откуда до сих пор тянулся дымок. Криг скрипнул зубами: дурман. Его одурманили во сне, вот откуда столь яркие видения.

Охотник осторожно попытался раскусить путы. Но проволока не поддавалась. В ярости, что поражение пришло так близко от цели, Криг напряг все силы, из-под кожи на запястьях брызнула кровь. Тщетно.

– Проснулся? – в комнату заглянул крупный пятнистый динго с широкой полосой седых волос вдоль спины. Криг бешено закричал, дергаясь в попытках освободиться. Динго наблюдал со снисходительной усмешкой.

– Не копошись, – посоветовал он, когда Криг утих. – Ты не тронул мою семью, и я тебя не трону.

– Проклятая тварь! – Криг зажмурился от бессильного гнева. – Зачем я пощадил ее...

– Мне тоже любопытно, зачем, – серьезно сказал динго. Войдя в комнату, он опустился перед пленником и скрестил на груди руки.

– Милосердие никогда не входило в повадки кенгов, – заметил динго. – Признаю, в наши тоже. Но благодарность нам не чужда. Ты останешься жить.

– Оставь подачки своим щенкам! – прорычал Криг.

Оскалив клыки, динго внезапно подался вперед и с размаху ударил пленника по лицу.

– Если бы с моих детей хоть волос упал, я убивал бы тебя сезонами! – выдохнул он. – Тебе сказочно повезло, кенг!

– Смельчак... – Криг показал набор ничуть не менее острых клыков. – Оставь мои ноги связанными, развяжи только руки. Этого хватит.

Динго усмехнулся.

– Нет, сражаться с диким кенгом в мои планы не входит. Я собираюсь поговорить с тобой. Как твое имя?

Криг отвернулся. Динго помолчал:

– Ладно, это неважно. Меня зовут Йон. Я хочу слышать, как кенги узнали об этом месте.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru