# Сказки

Сергей Григорьевич Козлов

## Зимняя сказка

С утра падал снег. Медвежонок сидел на опушке леса на пеньке, задрав голову, и считал, и слизывал упавшие на нос снежинки.

Снежинки падали сладкие, пушистые и, прежде чем опуститься совсем, привставали на цыпочки. Ах, как это было весело!

«Седьмая», – прошептал Медвежонок и, полюбовавшись всласть, облизал нос.

Но снежинки были заколдованные: они не таяли и продолжали оставаться такими же пушистыми у Медвежонка в животе.

"Ах, здравствуйте, голубушка! – сказали шесть снежинок своей подруге, когда она очутилась рядом с ними. – В лесу так же безветренно?

Медвежонок по-прежнему сидит на пеньке? Ах, какой смешной Медвежонок!"

Медвежонок слышал, что кто-то в животе у него разговаривает, но не обращал внимания.

А снег всё падал и падал. Снежинки всё чаще опускались Медвежонку на нос, приседали и, улыбаясь, говорили: «Здравствуй, Медвежонок!»

«Очень приятно, – говорил Медвежонок. – Вы – шестьдесят восьмая». И облизывался.

К вечеру он съел триста снежинок, и ему приснилось, что он – пушистая, мягкая снежинка… и что он опустился на нос какому-то медвежонку и сказал: «Здравствуй, Медвежонок!» – а в ответ услышал:

«Очень приятно, вы триста двадцатая».

… Пам-па-ра-пам! – заиграла музыка. И Медвежонок закружился в сладком, волшебном танце, и триста снежинок закружились вместе с ним. Они мелькали впереди, сзади, сбоку и, когда он уставал, подхватывали его, и он кружился, кружился… Всю зиму Медвежонок болел. Нос у него был сухой и горячий, а в животе плясали снежинки. И только весной, когда по всему лесу зазвенела капель и прилетели птицы, он открыл глаза и увидел на табуретке Ёжика. Ёжик улыбался и шевелил иголками.

– Что ты здесь делаешь? – спросил Медвежонок.

– Жду, когда ты выздоровеешь, – ответил Ёжик.

– Долго?

– Всю зиму.

– Вот как?

– Да, – сказал Ёжик. – Я, как узнал, что ты объелся снегом, сразу перетащил все свои припасы к тебе…

– И всю зиму ты сидел возле меня на табуретке?

– Да, я поил тебя еловым отваром и прикладывал к животу сушёную травку…

– Не помню, – сказал Медвежонок.

– Ещё бы! – вздохнул Ёжик. – Ты всю зиму говорил, что ты – снежинка. Я так боялся, что ты растаешь к весне!..

## Львёнок и Черепаха

### Глава первая, в которой Львёнок и Черепаха поют песню

Жил-был в Африке Львёнок. Звали его Ррр-Мяу.

Вот вышел он однажды погулять по пустыне и встретил Большую Черепаху. Черепаха лежала на солнышке и мурлыкала себе под нос весёлую песенку. «Я на солнышке лежу, – пела Черепаха, – я на солнышко гляжу. Всё лежу и лежу и на солнышко гляжу!..»

«Какая весёлая песенка!» – подумал Львёнок и подошёл поближе.

А Черепаха мурлыкала себе под нос, не замечая Львёнка, потому что глаза у неё были закрыты от удовольствия.

– Носорог-рог-рог идёт, крокодил-дил-дил плывёт, – пела Черепаха. – Только я всё лежу и на солнышко гляжу!

Львёнок подкрался совсем близко, лёг на песок рядом с Черепахой и приподнял одно ухо, чтобы лучше слышать.

– Рядом львёночек лежит и ушами шевелит. Только я всё лежу и на солнышко гляжу! – спела Черепаха и открыла глаза.

– Здравствуй! – сказала она. – Я – Большая Черепаха. А ты кто?

– А я Львёнок Ррр-Мяу! – сказал Львёнок. Сел на песок и запел:

– Я на солнышке сижу, я на солнышко гляжу, всё сижу и сижу и на солнышко гляжу!

– Не сижу, а лежу! – сказала Черепаха.

– Это ты лежишь! А я – сижу, – сказал Львёнок.

И они запели вместе:

– Носорог-рог-рог идёт,

крокодил-дил-дил плывёт.

А потом Львёнок спел:

– Только я всё сижу…

А Черепаха спела:

– Только я всё лежу!..

Они недовольно посмотрели друг на друга и вместе закончили:

– И на солнышко гляжу!

– И всё-таки надо петь лежу! – сказала Черепаха. – Это же я придумала!

– А как же я буду петь лежу, если я сижу? – спросил Львёнок.

– А ты ляг, и тогда всё будет по правде. Ты будешь лежать и петь: «Только я всё лежу!»

– А я не люблю лежать, – сказал Львёнок. – Я люблю бегать. Ну, в крайнем случае – сидеть!

– Но ты же лежал, когда подкрался ко мне!

– Я лежал, только чтобы подслушать песню, – сказал Львёнок. – Я лежу только в особенных случаях.

– Ну, а как ты спишь? Сидя, что ли? – спросила Черепаха.

– Нет, сплю я лёжа. Но когда я сплю, я же не пою!

– А ты представь себе, что ты спишь и поёшь!..

Львёнок лёг на песок и закрыл глаза.

– Давай начнём сначала! – сказал он.

И они запели:

– Я на солнышке лежу,

Я на солнышко гляжу,

Всё лежу и лежу

И на солнышко гляжу!

– И всё-таки это не по правде, – не открывая глаз, сказал Львёнок. – Ведь я сплю с закрытыми глазами и, значит, солнышко видеть не могу!

– А ты открой глаза, – сказала Черепаха. – И представь, как будто ты спишь с открытыми глазами и поёшь.

Львёнок открыл глаза, и они спели ещё один куплет.

– Теперь ты пой одна, – сказал Львёнок. – Ведь я не могу петь сам про себя… И Черепаха спела:

– Рядом львёночек лежит

И ушами шевелит.

Только я всё лежу

И на львёнка не гляжу.

– Какая красивая песенка! – сказал Львёнок. – А теперь покатай меня, а!

Он прыгнул Черепахе на спину, и она покатала его по пустыне.

– А ты придумаешь завтра новую песню? – спросил Ррр-Мяу, когда они расставались.

– Конечно! Приходи завтра! – сказала Черепаха.

И Львёнок пошёл домой, напевая:

– Носорог-рог-рог идёт,

крокодил-дил-дил плывёт…

И по дороге всё время думал: как это всё-таки можно – спать с открытыми глазами и в то же время ещё петь песни?..

### Глава вторая, в которой оживает бревно

Хорошо, прохладно ночью в пустыне! Львёнок шёл вдоль реки, глядел на далёкие звёзды, пел песню, которую придумала Черепаха, и вдруг споткнулся.

– Ой, дерево?. Сяду передохну.

И сел.

А бревно разинуло зубастую пасть и заскрипело:

– Хе-хе!..

– Что? – Львёнок отпрыгнул.

– Хе-хе… Ты – кто? – скрипнуло бревно.

– Я – Львёнок Ррр… – начал было Львёнок:

– Что пел?

– Песню.

– Сам… придумал?

– Не-ет, Черепаха! Я иду, а она – поёт! Я подкрался! А она – про меня петь стала! А вы – кто?

– Хе-хе!

– Вы – хе-хе?

– Хе-хе! – сказало бревно. – А про меня не спела?

– Про хе-хе? Нет. Про меня, про Крокодила, про Носорога и про…

– А про Крокодила – что?

– Про Крокодила? Про Крокодила – вот! – и Львёнок сел на песок и запел, и ему снова стало весело и хорошо, как было, когда они пели с Черепахой:

– Крокодил-дил-дил плывёт…

– Хе-хе!.. – довольно хехекнуло бревно.

– А ещё? – А больше – всё.

– А про тебя?

– Ой, про меня много! – сказал Львёнок. – И как лежу, и как на солнышко, и как…

– Хе-хе!.. Про тебя – много, а про меня – плыву. Я что же, лежать не умею?

– Умеете, хе-хе.

– Ты чего дразнишься?

– Я не дразнюсь, – сказал Львёнок. – Вы же сами сказали – Хе-хе. Разве вы… не Хе-xe? – Хе-хе…

– Ну вот!

– Послушай, Львёнок…

– Меня зовут Ррр-Мяу.

– Послушай, Ррр-Мяу, у тебя бабушка есть?

– А что? – А кем она тебя пугает, когда ты, хе-хе… безобразничаешь?

– Крокодилом.

– Вот я Крокодил и есть! И бревно схватило бы Львёнка, если бы он не отпрыгнул в сторону.

– Вы, хе-хе, Крркодил? – Львёнок чуть не упал от смеха.

– Ну, я тебе покажу, старая калоша, про кого сколько петь! – сползая к воде, хрипело бревно. – Про кого – и лежу, и гляжу, и на солнышко, а про кого – только плыву И ни капельки! Запомнишь Крокодила!

И тяжёлые крокодильи глаза, светясь изнутри недобрым светом, уплыли вниз по реке.

«А что, если это и в правду Крокодил? – подумал Львёнок. – Надо завтра сказать Черепахе: не подходи к воде – я видел Крокодила!»

И Львёнок, пригорюнившись, сел на песок и стал думать, почему этому зубастому бревну не понравилась их с Черепахой песня?

### Глава третья, из которой мы узнаем, что носороги не глухи к искусству

Но побыть одному Львёнку не удалось. При свете звёзд он вдруг увидел что-то большое и тёмное. Это большое и тёмное приближалось.

– О! Здравствуйте! – сказало большое и тёмное. – Я – Носорог!

– Хе-хе… – хехекнул Львёнок.

– Что вы сказали?

– Мы? – Львёнок оглянулся. – Мы… ничего.

– О, вы не думайте, что мы, носороги, глухие к искусству! Это бегемоты толстокожие, а мы… Как вас зовут? Вы так чудесно пели!

– Мы? – Львенок снова оглянулся. – Я – Львёнок. Меня зовут Ррр-Мяу.

– Какое звучное имя!

– Я пел песню. Её сочинила Черепаха. Хе-хе…

– Что-что?

– Это так, к слову. От Крокодила осталось. В зубах завязло.

– От Крокодила? – Носорог оглянулся. – Завязло? А где Крокодил?

– Хвостик такой, ну… довесочек… – и Львёнок сам не понял, как у него снова выскочило: – Хе-хе…

– Вы съели Крокодила?

– Да нет, я…

– Боже мой! Такой молодой, почти ребёнок, а уже – съел Крокодила! – Носорог огляделся по сторонам.

– Нет-нет, это невозможно! Вы… вы… вы – герой!

– Я тут – один, – сказал Львёнок, оглядываясь.

– Один, и съел Крокодила! Непостижимо! О, теперешние молодые Львы! Они покажут пожилым обезьянам, крысам, быкам и собакам! О! Это кошки с раздувающимися, как паруса, усами!

– Кошки? – чуть не поперхнулся Львёнок. – Хе-хе…

– О, не перебивайте меня! – Носорог встал на задние лапы. – Когда я услышал вашу песню, я так и понял: идёт победитель! Кто может встать рядом с маленьким Львом? О, только испытанный в боях Носорог!

– А Черепаха придумала про вас в песне, – сказал Львёнок.

– Про меня? В песне? Это немыслимо! Невероятно! Так не бывает! Про меня?

– Да.

– Так спойте же скорее! Теперь я понимаю, что не зря жил!

– Вот слушайте! И Львёнок запел:

– Крокодил-дил-дил плывёт…

– Это – про Крокодила, которого вы съели.

– А дальше – про вас,

– Пойте же, пойте!

– Носорог-рог… – начал было Львёнок. – Нет, забыл.

– О! Вспомните!

– Там сперва про Крокодила, а потом… Нет, сперва про вас…

– Ну! Ну! Это будет единственным оправданием носорожьей жизни!

– Вы… – Львёнок даже зажмурился, чтобы лучше вспомнить. – Вы – идёте…

– О, всю жизнь! Иду и иду, иду и иду…

– Да, точно! Вот!.. Нет, не помню… Утром! Встретимся утром! У меня голова болит! Проснусь и вспомню!

И убежал.

А Носорог, оставшись один, снова поднялся на задние лапы и, обратив печальные глаза к звёздам, произнёс:

– Про меня – в песне! Ты, говорит, – идёшь! А ведь как верно: иду и иду, иду и иду… Немыслимо!

### Глава четвёртая, в которой Крокодил съел песню, а Черепаха подумала, что Львёнок испугался и убежал

На следующее утро Черепаха лежала на песке, ждала Львёнка и сочиняла для него новую песню.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru