Энид Блайтон
Тайна исчезнувшего принца

КАКИЕ СКУЧНЫЕ КАНИКУЛЫ

– Мне эти каникулы ну ни капельки не нравятся, – печально сказала Бетси своему братцу Пипу. – Нет ни Ларри, ни Дейзи, ни Фатти – ну что это за летние каникулы!

– Зато у тебя есть я, – сказал Пип. – Разве я не брал тебя кататься на велосипеде, на пикники и всякие другие забавы?

– Да, брал – но только потому, что мама тебе велела, – все так же уныло сказала Бетси. – То есть тебе пришлось это делать, потому что мама вечно твердила, что мне будет одиноко. Конечно, с твоей стороны это очень мило, но я-то знала: ты это делаешь потому, что это – ну, твой долг или что-то в этом роде.

– Ух, до чего ж ты неблагодарная! – надувшись, выпалил Пип.

– Вот ты какой! – со вздохом сказала Бетси. – Сразу опять надулся! Просто я очень-очень хочу, чтобы все наши были здесь. Ведь это первый раз на каникулы все, кроме нас, разъехались.

– Ну и что? Трое вернутся через несколько дней, – сказал Пип. – У нас еще останутся две-три недели свободного времени.

– Да, но хватит ли этого для какой-нибудь тайны? – спросила Бетси, перекатываясь по траве на более тенистое место. – Мы же на каникулах почти всегда разгадываем какие-то тайны. Правда, мне они иногда не очень нравились, но, когда нет ни одной, почему-то их не хватает.

– Тогда сама найди тайну, – сказал Пип. – Чего мне не хватает, так это старины Бастера.

– Ох, да! – сказала Бетси, вспоминая веселого, шумного маленького скотч-терьера. – Я тоже по нему скучаю. Единственный человек, которого я вижу постоянно, хотя не желала бы его видеть совсем – это мистер Гун.

Мистер Гун был их местный полицейский, чванливый и нудный толстяк, вечно воевавший с пятеркой друзей. Бетси казалось, что она встречает его по четыре-пять раз в день, – все время он разъезжает, пыхтя, на своем велосипеде, неистово трезвоня на поворотах у каждого угла.

– Смотри, вот едет почтальон, – сказал Пип. – Сбегай узнай, нет ли у него чего-нибудь для нас. Может, привез открытку от старины Фатти?

Бетси поднялась на ноги. Стояла сильная жара, и, хотя на ней было только легкое платье из жатого ситца, Бетси казалось, что она вот-вот растает. Она пошла навстречу почтальону, подъезжавшему на велосипеде к их дому.

– Алло, почтальон! – крикнула Бетси. – Давайте я возьму письма.

– Сейчас, маленькая мисс. Две открытки – одна для вас и одна для вашего брата, – сказал почтальон. – Это все.

– Ох, спасибо! – сказала Бетси, беря открытки. – Одна от Фатти – это мне.

Она побежала к Пипу.

– Тебе открытка от Ларри и Дейзи, – сказала она. А мне – от Фатти. Посмотрим, что они пишут.

Пип прочел вслух свою открытку: «Слава Богу, возвращаемся послезавтра. Не подвернулась ли какая-нибудь тайна? В эти каникулы у нас для нее будет уже не так много времени, и придется с ней управиться побыстрее! Мы стали коричневыми, как цыгане. Вы нас не узнаете. Все равно как ряженые! До скорой встречи! Привет Бетси. Ларри и Дейзи»

– О, чудно, чудно, чудно! – с восторгом завопила Бетси. – Значит, они будут здесь завтра, это уж точно. Теперь, Пип, послушай, что в моей открытке.

И она прочитала вслух: «Как дела, Бетси? Надеюсь, вы приготовили для меня первоклассную Тайну, чтобы я, вернувшись послезавтра домой, мог пошевелить мозгами. Когда приезжают Ларри и Дейзи? Давно пора Пятерым Тайноискателям (и собаке) вонзить свои зубы во что-нибудь стоящее. Приятно будет снова увидеть тебя и старину Пипа! Фатти».

Бетси радостно потерла ладошки. Личико ее сияло.

– Завтра все Тайноискатели будут в сборе! – сказала она. – Правда, тайной у нас даже не пахнет, но я надеюсь, как только Фатти появится, он тут же на нее наткнется.

– Хорошо бы так! – сказал Пип, укладываясь снова на траву. – Должен признаться, эти каникулы проходят у нас на редкость нудно. Я бы не отказался от потрясающей, сочной тайны в конце лета.

– Что значит сочной тайны? – с удивлением спросила Бетси.

Пипу было лень объяснять. Он лежал и думал обо всех тайнах, которые разгадали он и Бетси, Ларри и Дейзи, Фатти и, разумеется, Бастер. Были там и Вор-невидимка, и Кот из пантомимы, и Секретная комната – черт возьми, много было роскошных тайн!

Пип вдруг почувствовал ужасный голод по новой стоящей тайне! Он сел и посмотрел на Бетси.

– Давай возьмем утреннюю газету – а вдруг там есть что-нибудь необычное, – сказал он. – Что-нибудь такое, что случилось поблизости. Когда Фатти приедет, мы могли бы сообщить ему об этом, и он бы занял делом всех нас.

Бетси затрепетала от восторга и отправилась за газетой. Вскоре она вынесла ее из дому, и они с Пипом углубились в чтение. Однако никаких особенных событий на страницах газеты обнаружить не удалось.

– Здесь ничего нет, кроме изображений уродливых женщин и их платьев да скаковых лошадей и рассуждений о том, какая стоит жара, и…

– Результатов состязаний в крикет, и… – продолжила Бетси таким же недовольным тоном, как Пип.

– Крикет – это как раз интересно, – подхватил Пип. – Вот погляди, здесь разбор последних игр.

Меньше всего Бетси интересовал крикет. Она перевернула страницу.

– Ну ясно, девочка! – сказал Пип еще более брюзгливым тоном. – Единственное по-настоящему стоящее сообщение в газете – это о крикете, а ты и взглянуть не желаешь!

– Ой, посмотри, тут что-то о нашем городке, о Питерсвуде, – сказала Бетси, читая небольшую заметку в углу газетного листа. – И еще упоминается Марлоу – это же совсем близко.

– Что там такое? – спросил Пип. Прочитав заметку, он фыркнул:

– Тьфу! Да это вовсе не тайна и вообще совершенно неинтересно.

Бетси прочитала вслух: «Погода была весьма благосклонна к школьному лагерю на холмах между Питерсвудом и Марлоу. На этой неделе в лагере появилось несколько замечательных гостей. Один из них – маленький принц Бонгава из государства Тетаруа, который развлек всех тем, что привез с собой Государственный зонт. Излишне говорить, что ему пришлось воспользоваться зонтом только один раз».

– Ну, если ты думаешь, что даже Фатти может из такой глупой заметки сделать тайну или хотя бы заинтересоваться ею, ты глубоко ошибаешься, – сказал Пип. – Кому какое дело до принца Бонга-банга-бинга или как его там?

– Бонгава, – сказала Бетси. – А где находится государство Тетаруа?

Пип этого не знал и знать не хотел. Он перевернулся на живот.

– Сейчас засну, – сказал он. – При такой жаре и разговаривать неохота. Пять недель печет солнце, я уже устал. Препротивное свойство нашей погоды – уж если она на что-то настроится, то конца этому нет.

– Меня теперь не волнует ни погода, ни что-либо другое, – счастливо улыбаясь, сказала Бетси. – Пусть себе вытворяет что ей угодно – главное, Фатти и все остальные возвращаются!

Первыми вернулись Ларри и Дейзи. Они приехали уже на другое утро, помогли матери распаковать вещи и поспешили к Пипу и Бетси.

– Ларри! Дейзи! – радостно закричала Бетси, когда они появились в саду. – Я и не думала, что вы приедете так рано. Ух, какие же вы загорелые!

– И ты тоже неплохо выглядишь, – сказала Дейзи, крепко обнимая маленькую Бетси. – Ну прямо целую вечность не виделись! И так скучно каникулы проходят, когда мы не можем вместе поохотиться за какой-нибудь тайной!

– Привет, Бетси! Привет Пип! – сказал Ларри. – Есть новости? Должен тебе сказать – корреспондент ты неважный. Я отправил тебе четыре открытки, а ты ни на одну не ответил!

– Ты отправил? Это мне нравится! – с возмущением сказала Дейзи. – Ведь это я все их писала! Ты даже адрес не надписывал.

– Зато я их покупал, – сказал Ларри. – Так есть ли вести от нашего Фатти? Вернулся он?

– Сегодня приезжает, – весело сказала Бетси. – Я все прислушиваюсь, не звенит ли звонок его велосипеда и не лает ли Бастер. Как замечательно будет нам пятерым – и Бастеру, конечно, – снова оказаться вместе!

Все согласились с Бетси. А она обвела взглядом их небольшую компанию, радуясь, что Ларри и Дейзи уже здесь. Но разве может быть все, как прежде, пока тут нет Фатти? Фатти с его иронической усмешкой, и пухлыми щеками, и блестящим умом! Сердечко Бетси прыгало от счастья при мысли, что и он скоро будет с ними.

– Телефон! – сказал Пил, когда из дома донесся громкий, пронзительный звонок. – Надеюсь, это не меня. Я просто не в силах подняться, ну будто приклеился к траве!

В окне показалась миссис Хилтон, мать Пипа.

– Звонит Фредерик! – крикнула она. – Он уже дома и очень скоро придет к вам. Просит ждать его да смотреть в оба – он так сильно загорел, что вы можете его не узнать. Думаю, он тоже может вас не узнать, точно цыгане стали!

Новость взбудоражила всех.

– Ой, как жаль, что не я подошла к телефону, – сказала Бетси. – У Фатти по телефону такой забавный, будто улыбающийся голос.

Все поняли, что Бетси имела в виду.

– Как будто даже смеющийся, – сказал Ларри. – Черт, как бы я хотел быть всегда таким уверенным в себе, как Фатти. Его ничем не смутить.

– И он всегда, что бы ни случилось, знает, как поступить, – сказала Бетси. – А не думаете ли вы, что он, шутки ради, явится переряженный?

– Наверняка, – сказал Ларри. – Спорим, что у него припасена уйма новых фокусов и переодеваний и всего прочего – и он обязательно испробует их на нас. Уж я-то Фатти знаю!

– Тогда надо высматривать кого-то очень необычного, – встревожась, сказала Дейзи. – Неужели мы позволим ему обмануть нас в первую же минуту его возвращения?

Конечно, Фатти был удивительный мастер переодеваний. Он умел делать свои пухлые щеки еще толще, засовывая в рот специальные подушечки между щекой и деснами. У него был замечательный набор искусственных зубов, которые надевались на его собственные зубы. Были накладные косматые брови, чтобы наклеивать их на его довольно скромные брови, и куча великолепных париков.

На эти вещи Фатти тратил большую часть своих карманных денег – а ими его снабжали щедро – и, когда он, чтобы обмануть друзей или еще кого-то, рядился в один из многих своих костюмов, это было неиссякаемым источником веселья и смеха.

– Ну что ж, будем его караулить, – сказал Пип. – Будем подозревать каждого, кто войдет в ворота – мужчину, женщину или ребенка! Каждый может оказаться нашим другом Фатти!

Долго ждать не пришлось. Вскоре послышались шаги на подъездной аллее; затем над живой изгородью, окаймлявшей дорожку к черному ходу, показалась большая шляпа с качающимися перьями. Поверх кустов изгороди на ребят глянула сильно загоревшая круглая физиономия с длинными серьгами и кольцами черных кудрей, выбивающихся из-под безобразной шляпы.

Дети вытаращили глаза. Физиономия улыбнулась и спросила:

– Не купите ли чудесный белый вереск? Он принесет вам счастье.

Из-за кустов вышла дородная цыганка в длинной черной юбке, грязной розовой блузке и красной шали. Шляпа с перьями колебалась и подпрыгивала на ее черных кудрях.

– Фатти! – завизжала Бетси и помчалась навстречу. – О, это же Фатти, наш Пончик! Фатти! Я узнала твой голос – голос ты не сумел изменить.

ФАТТИ ПОЯВЛЯЕТСЯ

Остальные трое ничего не кричали и не бежали навстречу. Женщина показалась им слишком высокой – хотя Фатти теперь изрядно вырос. Когда Бетси, радостно крича, с разбегу налетела на цыганку, та немного попятилась.

– Постой, постой! Это кого ж ты называешь Пончиком? – спросила она хриплым голосом. – Кого тебе надо?

Бетси остановилась как вкопанная. Она смотрела на женщину, а та, полуприкрыв глаза, нагло разглядывала девочку. Затем цыганка сунула ей чуть не в лицо пучок пожухлого вереска.

– Это счастливый белый вереск, – жалобно сказала она. – Купите немного, маленькая мисс. Верите, со вчерашнего дня я и стебелька не продала.

Бетси отпрянула в сторону, оглянулась на друзей. Те по-прежнему сидели на траве, только теперь они улыбались, забавляясь ее внезапным испугом. Бетси, покраснев, побрела обратно.

Цыганка последовала за ней, почти угрожающе размахивая пучком вереска.

– Если не хочешь покупать мой вереск, дай ручку погадать, слышишь? – сказала она. – Ты же знаешь, цыганкам перечить опасно!

– Чепуха! – сказал Ларри. – Уходите, пожалуйста!

– С чего это она обозвала меня Пончиком? – сердито спросила цыганка, указывая пальцем на бедняжку Бетси. Я не потерплю оскорблений от таких козявок.

На дорожке вдруг появилась кухарка, она несла детям лимонад и сразу заметила цыганку.

– А ну-ка, убирайтесь отсюда! – крикнула она. – Отбоя нет от вас, цыганок, все норовите с черного хода пролезть.

– Купите стебелек вереска, – плаксиво протянула цыганка и сунула пучок в разгневанное лицо кухарки.

– Бетси, беги скажи отцу, что тут опять цыганка, – сказала кухарка. Бетси помчалась со всех ног – цыганка тоже! Она вмиг исчезла за кустарником, окаймлявшим подъездную аллею – лишь замелькала, покачиваясь над ним, большая шляпа с перьями.

Дети расхохотались.

– Черт побери! – сказал Пип. – Только наша малышка Бетси может так по-глупому обознаться. Неужели кто-нибудь мог бы себе представить, что эта жуткая старуха – наш Фатти! Хотя, конечно, голос у нее слишком басовитый для женщины. Вот на чем попалась Бетси.

– И я тоже чуть не попалась, – сказала Дейзи.

– Эге, вот и еще кто-то!

– Это подручный мясника, – сказал Пип. По подъездной аллее ехал на велосипеде паренек и свистел, в корзине на переднем багажнике у него лежал большой кусок мяса.

– А вдруг это Фатти? – сказала Бетси с расстроенным лицом. – Давайте хорошенько рассмотрим его. Я знаю, у Фатти есть отличный костюм подручного мясника.

Все дружно поднялись на ноги и уставились на паренька, который подъехал к черному ходу. Мальчик громко свистнул.

– Ну, Том Лейн, я бы в любом случае узнала, что это ты, – отозвалась кухарка из кухни. – От твоего свиста голова прямо раскалывается. Положи, пожалуйста, мясо на стол.

Четверо ребят между тем изучали паренька со спины. Да, конечно, это мог быть Фатти в парике с вьющимися каштановыми волосами. Бетси вытянула шею, чтобы лучше рассмотреть, настоящие это волосы или парик. Пип глядел на ноги парня – такого ли они размера, как у Фатти.

Чувствуя устремленные на него взгляды, паренек обернулся и, нахально скривившись, спросил:

– Вы что, никогда не видели ребят вроде меня? – И стал поворачиваться перед ними, словно позирующая модель. – Смотрите, смотрите получше. Не правда ли, отличный экземпляр подручного мясника? Ну что, налюбовались?

Ребята приуныли. Да, это мог быть Фатти – фигура более или менее похожа. Однако передние зубы что-то слишком напоминают кроличьи резцы. Настоящие они или накладные?

Пытаясь удостовериться, Пип сделал шаг вперед. Паренек попятился и даже как будто испугался серьезного выражения ребячьих глаз… Эй, чего это вы? У меня что-нибудь не в порядке? – спросил он, оглядывая себя.

– А волосы у тебя настоящие? – вдруг спросила Бетси, уверенная что это парик, – а если так, значит, этот парень и есть Фатти.

Подручный мясника не ответил. Вид у него был растерянный, он поднял руку и пощупал свою шевелюру. Затем, вконец встревоженный озабоченными лицами четверых друзей, вскочил на велосипед и быстро покатил по аллее, даже забывая свистеть.

Ребята глядели ему вслед.

– Ну, если это и не Фатти, все равно ужасно похож, – сказал наконец Ларри. – Право, я сам не уверен.

– Давайте посмотрим мясо, которое он оставил на столе, – сказал Пип. – Ручаюсь, что Фатти, вздумай он рядиться в подручного мясника, не стал бы разъезжать на велосипеде с кусками мяса. Куда дешевле купить колбасу.

Они пошли на кухню и стали рассматривать лежащее на столе мясо. Кухарка, войдя, удивилась – чего это они наклонились над куском?

– Только не вздумайте уверять меня, что вы так невероятно голодны, – сказала она, отгоняя их от стола. – Надеюсь, мастер Пип, вы не собираетесь рвать зубами сырое мясо?

С первого взгляда и впрямь можно было подумать, что Пип собирается откусить кусок мяса – так низко он нагнулся, чтобы убедиться, что мясо настоящее, а не один из тех многих бутафорских предметов, которыми Фатти пользовался в своих переодеваниях. Нет, мясо было натуральное.

Все четверо покинули кухню и, выйдя в сад, услышали, что кто-то стучится в дверь парадного хода.

– Это Фатти! – завопила Бетси и ринулась но аллее к парадному. Там стоял разносчик телеграмм.

– Фатти! – опять взвизгнула Бетси. Фатти часто наряжался разносчиком телеграмм, и это не раз очень ему пригодилось. Бетси обвила руками его массивную фигуру.

О Боже! Когда парень обернулся, стало ясно, что это не Фатти. У него было небольшое, сморщенное лицо и маленькие глазки. Как ни искусен был Фатти в переодеваниях, таким он себя не мог бы сделать! Бетси покраснела, как мак.

– Извините, – сказала она, попятившись. – Я… я думала, что это мой друг.

Мать Бетси в это время открыла дверь и, стоя на пороге, смотрела с изумлением. С чего это Бетси вдруг обнимает разносчика телеграмм? Паренек и сам был не менее смущен, чем Бетси. Не говоря ни слова, он протянул телеграмму.

– Веди себя прилично, Бетси! – строго сказала миссис Хилтон. – Я тебе удивляюсь. Пожалуйста, прекрати эти глупые игры.

Пристыженная Бетси тихо поплелась к друзьям. Паренек, недоумевая, смотрел ей вслед. Ларри, Пип и Дейзи хохотали до упаду.

– Да, вам-то хорошо смеяться! – удрученно сказала Бетси. – А мне теперь мама устроит жуткую головомойку! Но, честное слово, все это было так похоже на одно из переодеваний Фатти.

– Ну, конечно, если тебе в каждом разносчике телеграмм будет мерещиться Фатти только потому, что Фатти обзавелся фирменным костюмом, забав нам хватит надолго! – сказал Пип. – Ух, черт, хоть бы Фатти поскорее явился! Сколько времени уже прошло с его звонка! Следующим визитером обязательно будет Фатти!

И верно! Вот он на велосипеде катит по аллее, все такой же толстый, с широкой улыбкой на добродушной физиономии, и рядом вприпрыжку мчится Бастер!

– Фатти! ФАТТИ! – раздались дружные возгласы, и, прежде чем он успел закинуть велосипед в кусты, все четверо повисли на нем. Бастер носился вокруг, ошалев от восторга, и безостановочно лаял. Каждый из друзей от души хлопнул Фатти по плечу, Бетси его обняла, и все вместе направились в сад.

– Ох, Фатти, ты же ехал к нам целый год! – сказала Бетси. – Мы-то думали, что ты явишься переряженным, все глаза проглядели!

– И Бетси так позорно попадала впросак! – сказал Пип. – Она тут сгоряча обняла разносчика телеграмм! Представляешь, как он удивился!

– Мы с ним встретились, когда он выезжал из ваших ворот, – с улыбкой глядя на Бетси, сказал Фатти. – Вид у него был еще встревоженный, он озирался, будто думал, что Бетси гонится за ним, чтобы заключить в свои объятия.

– Как славно, Фатти, что ты опять с нами, – вся сияя, сказала Бетси. – Сама не пойму, как это я могла принять тех людей утром за тебя: эту жуткую цыганку, и подручного мясника, и разносчика телеграмм.

– Нет, честно, мы думали, что ты явиться переодетый, – сказал Ларри. – Ух, какой же ты загорелый! Я никогда не думал, что ты можешь быть таким черным!

– Как видите, я – это я, – скромно сказал Фатти. – Никакой тональной пудры, никаких красок, накладных ресниц, ничего такого. Должен признаться, что все вы тоже прекрасно загорели.

– Гав! – сказал Бастер, пытаясь забраться на колени к Бетси.

– Он говорит что он тоже загорел на солнце, – сказала Бетси, которая всегда могла объяснить, что хочет сообщить Бастер своим лаем. – Только на нем это не видно. Миленький Бастер! Как мы по тебе скучали!

Вся компания уселась пить принесенный кухаркой лимонад со льдом. Фатти, улыбаясь, поглядывал на друзей. Потом вдруг ошарашил их неожиданным упреком.

– Я вижу, славные Тайноискатели, вы вовсе не так проницательны, как я полагал! Вы потеряли чутье. Не узнали меня утром, когда я приходил переряженный!

Все, оставив стаканы, вытаращили глаза. Переряженный? Что он имеет в виду?

– Переряженный? Ты же в своем обычном виде, – сказал Ларри. – Что за шутки!

– Никакие это не шутки, – сказал Фатти, потягивая лимонад. – Сегодня утром я приходил переодетый, чтобы испытать мой преданный отряд сыщиков, а вы и не узнали своего Главного. Стыд и позор! Хотя, сознаюсь, Бетси меня немного смутила.

Пип и Бетси стали перебирать людей, приходивших этим утром после завтрака.

– Миссис Лейси? Нет, Фатти, ею ты не был. Почтальон? Нет, невозможно. Кровельщик, который чинил крышу? И думать нечего, у него во рту ни единого зуба нет. Та старая цыганка? Да нет, она была слишком высокая и, когда услышала, что я позову папу, помчалась быстрее зайца.

– Подручный мясника? Тоже нет, – сказал Ларри.

– И не разносчик телеграмм, это уж точно, – сказала Дейзи. – У него было такое морщинистое лицо! Ты нас обманываешь, Фатти. Ты этим утром не приходил. Ну же, признавайся!

– Вовсе я вас не обманываю, – сказал Фатти, делая еще глоток. – Лимонад потрясающий! Да, я был здесь этим утром – и повторяю, Бетси единственная, кого я испугался – а вдруг она меня разоблачит.

Все недоверчиво уставились на него.

– Так кем же ты был? – сказал наконец Ларри.

– Цыганкой, – ухмыляясь, сказал Фатти. – Здорово я вас надул, верно?

– Неправда! – с сомнением сказала Дейзи. – Ты просто водишь нас за нос. Если бы ты ее видел, ты бы понял, что не мог бы ее изобразить. Такое страшилище!

Фатти, сунув руку в карман, достал длинные позолоченные серьги и прикрепил их на уши. Затем вынул из другого кармана парик с сальными черными кудрями и нахлобучил его на голову. После чего вытащил пожухлый пучок вереска и ткнул его в лицо Дейзи.

– Купите немножко белого вереска! – сказал он хриплым голосом, и лицо его мгновенно стало лицом той смуглой цыганки. Даже без шляпы с перьями, без шали, корзины и длинной черной юбки Фатти был в точности той цыганкой!

– Да ты колдун! – сказала Дейзи, отталкивая вереск. – Я просто боюсь тебя! То ты – Фатти, и тут же ты – вылитая цыганка. Сними этот мерзкий парик!

– Теперь-то вы мне верите? – спросил Фатти, усмехаясь и снимая парик, – Черт возьми, я чуть ногу себе не подвернул, когда пустился наутек по аллее. Я и правда подумал, что Бетси сейчас побежит за своим отцом. Туфли-то были у меня на высоких каблуках, я едва мог бежать.

– Вот почему ты казался таким высоким, – сказал Пип. – Понятно, длинная юбка скрывала твои ноги. Да, лихо ты нас одурачил! Молодец наш Фатти! Давайте, Тайноискатели, выпьем за его здоровье!

Когда они торжественно допивали за здоровье Фатти остатки лимонада, появилась миссис Хилтон. Она слышала, как Фатти приехал, и пришла поздравить его с возвращением. Фатти учтиво встал. Он всегда отличался изысканными манерами.

Миссис Хилтон, протягивая ему руку, посмотрела на него с удивлением.

– Послушай, Фредерик, – сказала она. – Я никак не могу одобрить твои драгоценные украшения!

– Фатти! – смеясь, воскликнула Бетси. – Ты же не снял серьги!

Бедный Фатти! Он вмиг сдернул серьги, одновременно стараясь произнести какие-то вежливые слова и пожать руку миссис Хилтон. Бетси, наблюдая за ним, наслаждалась. Славный дружище Фатти – как приятно, что он вернулся! Когда Фатти здесь, всегда случается что-нибудь интересное!

ПЕРЕОДЕВАНИЕ

Теперь, когда Фатти вернулся, Бетси с часу на час ждала какого-нибудь приключения или тайны. На следующее утро она проснулась с восхитительным чувством – уж наверно, что-то произойдет!

Всем было назначено встретиться этим утром в игровой комнате Фатти, как он называл сарай в глубине сада. Здесь Фатти хранил свои костюмы для переодеваний и гримировальные принадлежности, здесь он обдумывал свои новые идеи.

Много раз бывало, что друзья, собравшись в его сарае, вдруг видели, что в дверях появляется отвратительный старый бродяга или рассыльный с пухлыми щеками и белозубой улыбкой или даже старая женщина в бесчисленных юбках, надетых одна поверх другой, настоящая старуха с морщинистыми щеками и щербатым ртом.

Да, Фатти умел сделать так, что казалось, будто во рту у него недостает нескольких передних зубов. А он просто покрывал один-другой зуб черной краской, и тогда при улыбке открывались темные пятна, похожие на бреши в тех местах, где когда-то были зубы. Бетси пришла в ужас, впервые увидев его как будто без трех передних зубов!

Но в это утро дверь друзьям открыл сам Фатти. На полу валялись раскрытые книги. Четверо ребят, стараясь не наступить на неистово лающего Бастера, удивленно уставились на них.

– «Отпечатки пальцев»! «Опрос свидетелей»! «Переодевания»! – читала Бетси названия книг. – О, Фатти, неужели появилась какая-нибудь тайна?

– Нет, – сказал Фатти, захлопывая книги и аккуратно расставляя их в книжном шкафу, стоявшем в глубине сарая. – Просто я, пока был в отъезде, утратил сноровку – вот и решил чуточку освежить мозги. Кто-нибудь из вас в последнее время видел старину Гуна?

Да, все видели. Они столкнулись с ним этим утром, когда ехали на велосипедах к Фатти. Полицейский, как обычно, трезвонил своим звонком так громко, что не слышал их сигналов, и налетел прямо на них.

– И представь, он упал! – сказала Дейзи. – А почему, не могу себе представить, никто из нас его не толкнул. Он здорово брякнулся и так обозлился, что никому из нас даже не захотелось остановиться, чтобы помочь ему встать. Как он сел на землю да стал ругаться!

– Для него это первейшее удовольствие! – сказал Фатти. – Будем надеяться, что он все еще сидит там и бранится, тогда он не станет вмешиваться в наши дела!

– Гав! – подтвердил Бастер.

– Чем же мы займемся в последние дни каникул, если не объявится какая-нибудь тайна? – спросил Пип. – То есть пикников, и экскурсий, и всего такого прочего будет у нас предостаточно, еще и надоест. Летом наш Питерсвуд – сонное царство. Не придумаешь, чем бы стоящим заняться.

– В таком случае придется нам подразнить старину Гуна, – сказал Фатти, и глаза у него повеселели. – Или как насчет того, чтобы я позвонил инспектору Дженксу и спросил, не нужна ли ему наша помощь?

– О, ты на это не решишься, – сказала Бетси, прекрасно зная, что, если Фатти чего-то захочет по-настоящему, он на все решится. – Хотя было бы просто замечательно встретиться с ним опять.

Инспектор Дженкс был добрым другом ребят. Ему доставляла удовольствие их помощь в разгадывании многих странных, загадочных происшествий. Зато мистер Гун при виде ребят удовольствия не испытывал. Сколько раз бывало, что этот раздражительный поселковый полицейский желал, чтобы пятеро ребят и их собака очутились за тридевять земель от него.

– Пожалуй, инспектора я не буду беспокоить, пока мы не пронюхаем про что-нибудь занятное, – сказал Фатти. – А что, если нам потренироваться в переодеваниях? Мы ведь уже много недель ничем не занимались, – боюсь, если вдруг что-то всплывет путное, мы наломаем дров из-за того, что потеряли сноровку.

– Да, давайте потренируемся в переодеваниях! – сказала Бетси. – Все потренируемся! Ты это предлагаешь?

– Да, да! – сказал Фатти. – Разумеется! У меня тут есть несколько сногсшибательных туалетов. Я приобрел их во время морского путешествия.

Фатти недавно совершил большое морское путешествие и побывал в интереснейших местах. Он открыл сундук и показал четверым друзьям груду великолепных одежд.

– Я их купил в Марокко, – сказал он. – Ходил сам но тамошним базарам – там все дешево, не поверите! Накупил костюмов для всех нас. Я решил, что они сгодятся нам для забав с переодеванием, хотя в них также можно нарядиться, чтобы сойти за иностранцев.

– Фатти, давай мы их примерим! – воскликнула Дейзи. Она схватила ярко-красную юбку из тонкого шелка в белую полоску.

– К ней подойдет белая блузка, – сказал Фатти, доставая блузку. – Смотри, на ней кругом вышиты красные розы. Она будет тебе очень к лицу, Дейзи.

– А что у тебя есть для меня? – спросила Бетси, вынимая из сундука еще несколько вещей. – Нет, ты просто удивительный молодец! Всегда делаешь то, о чем другие никогда бы и не подумали. Уверена, что Пип, если б он побывал в Марокко, никогда не привез бы мне такие наряды.

– Конечно, не привез бы, – сказал, усмехаясь, Пип. – Я же не миллионер – в отличие от нашего Фатти!

И в самом деле, казалось, что у Фатти денег всегда полны карманы. В этом отношении, подумала Бетси, он совсем как взрослый. Видно, у него куча богатых родственников, которые щедро его одаривают. При этом он денег не жалеет, готов поделиться с любым из друзей.

Бетси откопала прелестное платье, доходившее ей до щиколоток. Платье это запахивалось вокруг стана и подвязывалось широким кушаком. Друзья смотрели на нее с восхищением.

– Она похожа на маленькую восточную принцессу! – сказал Ларри. – Личико такое смуглое, что ее можно принять за индианку, да, вылитая индианка! Вот была бы для нее чудесная роль!

Бетси, наслаждаясь необычным нарядом, гордо расхаживала по сараю. Она посмотрела на себя в большое зеркало, которое висело у Фатти, и была поражена. Настоящая иностранка! Накинув на голову пришитый к платью капюшон, Бетси обвела всех высокомерным взглядом. Фатти захлопал в ладоши.

– Великолепно! К нам явилась индийская принцесса! Ларри, надень вот это. А это для тебя, Пип.

Мальчики надели костюмы из блестящих тканей, и Фатти показал им, как обкручивать голову полосой яркой материи, чтобы получился тюрбан. Оба были такие загорелые, что превратились как бы в представителей другой расы. Никто бы не признал в них англичан.

Фатти смотрел, как все четверо важно прохаживаются по сараю. Вдруг он улыбнулся – у него возникла мысль, что надо бы как-то применить к делу эти пестрые наряды. Инсценировать визит принцессы? Или внезапное нашествие к Гуну под выдуманным предлогом? Фатти напряженно подыскивал какую-нибудь интересную идею.

– Мы могли бы изобразить родственников маленького принца Бонгава из государства Тетаруа, – внезапно сказала Бетси. – Я уверена, что они выглядят точно как мы теперь.

– А кто это такой Бонгава, как бишь его там? – спросил Ларри.

Бетси объяснила:

– Это маленький индийский принц, который сейчас живет в школьном лагере на холмах между Питерсвудом и Марлоу. Мы прочитали о нем в газете. Он привез с собой Государственный зонт, но в газете написано, что он им воспользовался только один раз.

– Уж наверно не больше, – усмехаясь, сказал Ларри. – Фатти, а у тебя есть Государственный зонт?

– Нет, – с сожалением сказал Фатти. Он восхищенно смотрел на друзей. – Честное слово, вы обворожительны! Ваши темно-коричневые лица да эти экзотические наряды выглядят просто роскошно. Любой, глядя на вас, подумает, что вы принадлежите к другой расе. Как бы я хотел, чтобы вы прошлись в таком виде по городку!

– А ты, Фатти, тоже нарядись, и пойдем все пройдемся! – сказала Бетси.

Однако Фатти не успел ей ответить – Бастер вдруг громко залаял и опрометью выбежал в открытую дверь.

– Что это с ним? – удивившись, сказал Фатти. – Не появился ли где-то поблизости миляга Гун?

Бетси выглянула через дверь на садовую дорожку.

– Идут три мальчика, – сказала она. – Боже, одного я знаю, это Эрн!

– Эрн! – хором воскликнули все и подбежали к двери. Направляясь к сараю, по дорожке шли три мальчика, и Бастер с отчаянным лаем радостно прыгал вокруг Эрна.

Фатти, прикрыв дверь, взглянул на друзей. В глазах его плясали искорки.

– Это Эрн Гун, – сказал он. – Племянник старины Гуна. Притворитесь, будто вы иностранцы, особы королевской крови, и пришли ко мне с визитом. Если будете говорить по-английски, говорите с акцентом. Поняли? А если я с вами заговорю на тарабарском языке, отвечайте мне так же. Посмотрим, удастся ли нам одурачить нашего Эрна!

Как Фатти сказал, Эрн был племянник полицейского – мистера Гуна. Однажды ему пришлось некоторое время пожить у дяди, и он оказался участником разгадывания тайны. Мистер Гун недолюбливал Эрна, зато Пятеро Тайноискателей любили его, и Эрн преклонялся перед Фатти. Теперь он шел к Фатти в гости. Вот удобный случай проверить, как он отнесется к мнимым иностранцам!

Шаги приблизились к двери. Слышно было, как Эрн очень серьезно наставляет своих спутников:

– Только смотрите, ведите себя прилично! Оба смотрите! Ты, Сид, выплюнь тянучку.

Выплюнул Сид тянучку или нет, этого пятеро ребят в сарае не услышали. Бетси захихикала, и Пип толкнул ее локтем.

Тут в дверь постучали. Фатти с торжественной миной отворил ее, затем, взглянув на Эрна, изобразил на лице выражение удивленное и радушное. Широко улыбаясь, он протянул Эрну руку.

– Эрн! Эрн Гун! Как приятно! Заходи, Эрн, и позволь представить тебя моим иностранным гостям!

ЭРН, СИД И ПЕРСИ

Эрн был прежним стариной Эрном. Толстенький, румяный, немного лупоглазый, как и его дядюшка, хотя в меньшей степени. Он робко улыбнулся, глядя на Фатти, затем обвел почтительным взором четверых молчавших «иностранцев» в таких замечательных блестящих нарядах.

– Очень рад тебя видеть, Фатти, – сказал он и долго жал руку Фатти. Затем обернулся к двоим мальчикам, стоявшим позади него. Они были помоложе Эрна и очень походили друг на друга.

– Эти ребята – мои братья, они близнецы, – объяснил Эрн. – Этого зовут Сид, а этого Перси. Поздоровайтесь же, Сид, Перси! Помните, как надо себя вести? Ну же, скажите: «Как поживаешь?», как я вас учил.

– Как поживаешь? – сказал Перси и, покраснев, как рак, от усилия вести себя прилично, потряс своей взъерошенной головой.

– Эа, – сказал Сид, почти не раскрывая рта.

Эрн строго посмотрел на него:

– Ты все еще жуешь тянучку, Сид? Я же сказал тебе выплюнуть ее!

Сид скорчил страдальческую гримасу, показал пальцем на свой рот и отрицательно замотал головой.

– Он хочет сказать, что ему опять склеило зубы, – объяснил Перси. – Потому он не может ни слова выговорить. Вчера тоже он целый день не мог разговаривать.

– Неужели? – с сочувствием сказал Фатти. – Он что, одними тянучками питается?

– Эа, – сказал Сид, делая усилие раскрыть рот.

– Это «эа» означает «да» или «нет»? – поинтересовался Фатти. – Но, простите, теперь уже я забыл о благовоспитанности. Эрн, разреши тебя представить моим высокопоставленным друзьям.

Эрн, Сид и Перси уставились, не моргая, на Бетси, Пипа, Ларри и Дейзи, не узнавая в этих иноземных нарядах здешних ребят. Бетси, боясь прыснуть со смеху, отвернулась.

– Вы, без сомнения, слышали о юном принце Бонгава из государства Тетаруа, – продолжал Фатти. – А это его сестра, принцесса Бонгави. – И он жестом указал на удивленную Бетси.

– Разрази меня гром! – тараща глаза, воскликнул Эрн. – Значит, это сестра принца, вот оно как! А мы, Фатти, видели принца Бонгава, мы теперь живем в кемпинге недалеко от ихнего лагеря. Такой смешной паренек с нахальной мордашкой. – И к великому возмущению Бетси, обернувшись к Сиду и Перси, сказал: – Правда ведь, сразу видно, что они брат и сестра? Похожи как две капли воды!

– Верно говоришь, Эрн, – сказал Перси.

– Эа, – сказал Сид, усиленно жуя тянучку, чтобы промычать хотя бы свою неизменную реплику.

Бетси величественно склонила головку и окинула троих почтительно застывших мальчуганов величественным взглядом.

– Паппл, дошли, доппи, – сказала она высоким, пронзительным голосом.

– Что она говорит? – спросил Эрн.

– Она говорит: «У тебя очень лохматая голова», – сказал Фатти, веселясь от души.

– Да ну? – сказал Эрн и провел рукой по торчащим во все стороны вихрам. – Но я же не знал, что мы увидим особ королевского рода, а то бы я, ясно дело, причесался. А кто эти остальные, Фатти?

– Вот это Пуа-Туа, – сказал Фатти, махнув рукой в сторону Дейзи. – Она кузина принцессы, опекает ее – и правда, очень милая девица.

Эрн поклонился в ответ на поклон Дейзи. Перси тоже поклонился, но Сид не последовал их примеру. Тянучка опять застряла, и он был поглощен борьбой с нею. Челюсти его беспрерывно двигались.

– А двое других – это Ким-Пиппи-Ток и Ким-Ларриа-на-Тик, – сказал Фатти. Бетси просто умирала от желания расхохотаться.

Пип сделал шаг вперед, приблизил лицо к лицу Эрна и быстро потерся носом о его нос. Эрн, изумившись, отпрянул.

– Не бойся, – сказал Фатти успокаивающе. – Это у них так принято здороваться с друзьями.

Сид и Перси попятились, испугавшись, что их тоже будут так приветствовать.

– Очень рад знакомству, – сказал Эрн, задохнувшись от изумления. – Ну и шикарные у тебя друзья, Фатти! – с почтением проговорил он. – А где прежние твои друзья – Ларри, и Дейзи, и Пип, и маленькая Бетси?

– А они тут неподалеку, – сказал Фатти, и это была правда. – Значит, все вы живете в кемпинге?

– Да, – сказал Эрн. – Нам повезло, мне и Сиду с Перси, – нам дали взаймы палатку, и мама сказала, что она будет очень рада хоть немного отдохнуть от нас. Вот мы и смылись, поставили палатку в кемпинге поблизости от их школьного лагеря. Ух и здорово там.

– Точно, – сказал Перси.

– Эа, – сказал Сид. Он вдруг сунул руку в карман и достал круглую жестяную банку. Сняв крышку, он подал банку Фатти. Фатти заглянул в нее – она была заполнена большущими коричневыми, неприятного вида тянучками.

– Эа, нет, благодарю, Сид, – сказал Фатти. – Не хочу портить аппетит перед обедом. И пожалуйста, не предлагай их моим гостям – им сегодня во второй половине дня, вероятно, придется произносить речи, и я не хотел бы, чтобы из-за твоих тянучек они онемели.

– Эа, – промычал Сид и аккуратно закрыл банку.

– Откуда он берет эти тянучки? – спросил Фатти. – Я никогда таких не видывал.

– А он их на аттракционе с кольцами выигрывает – там, возле того лагеря, на ярмарке, – объяснил Перси. – Он у нас чемпион по набрасыванию колец на всякие мелкие предметы, наш Сид. Так он каждый день добывает себе банку тянучек.

– Эа, – гордо сказал Сид.

– Тикли, никли, оджери, поджери, пух, – внезапно заявил Ларри. Эрн, Сид и Перси воззрились на него.

– Что он сказал? – спросил Перси.

– Он говорит, что Сид сам очень похож на большую тянучку, – мгновенно ответил Фатти. – Большую жеваную тянучку.

Наступило молчание – вся пятерка еле сдерживала смех.

– Ишь ты, а он немного грубиян! – наконец сказал Эрн. – Ну, я думаю, нам пора уходить. Очень рад был повидать тебя, Фатти. Жаль, что не встретились с остальными нашими друзьями.

– А дядю своего, мистера Гуна, ты навестил? – спросил Фатти.

– Его-то? Нет, – сказал Эрн. – Если б я его приметил, я бы от него на целую милю убежал. Разве ты не помнишь, как он со мной обращался в прошлом году, когда я у него жил? Сид и Перси тоже его не любят. Послушай, Фатти, а нет ли какой-нибудь тайны?

– Покамест нет, – сказал Фатти. – Но ведь никогда не знаешь, откуда она вдруг может проклюнуться!

– Туки-ула-рикити-вимми-ву! – торжественно произнес Пип. – Мы-и-дем-по-ку-пать-мо-ро-же-но-е…

– Что? Он умеет говорить по-английски? – с удивлением сказал Эрн. – Ты слышал? А и в самом деле, почему бы нам всем не пойти да не купить мороженого? Там, возле речки, есть мороженщик, можем сходить к нему. В город я не хочу идти, боюсь с дядей встретиться.

Фатти с улыбкой посмотрел на четверку ряженых – те стояли и выжидающе смотрели на него. Их костюмы так замечательно обманули Эрна, Сида и Перси, что теперь им не терпелось пойти и прогуляться в таком виде. Фатти подумал, что он тоже не возражал бы. Если они пойдут дорогой к реке, народу там ходит немного, толпа не соберется, а все же будет забавно взглянуть на лица тех, кого они повстречают!

– Икки, пикки, томини, випли-воп, Ким-Пиппи-Ток, – сказал он, учтиво кланяясь Пипу и указывая ему на дверь. – Мы все пойдем и купим мороженого возле речки. Первой должна идти принцесса, Эрн!

– Ясное дело! – сказал Эрн, поспешно уступая ей дорогу. – Вот бы ей сейчас Государственный зонт, как у ее братца, здорово бы красиво было! Так бы ей подошло – и я, честное слово, не отказался бы нести его, она такая душка!

Бетси, чтобы скрыть смех, опустила капюшон себе на лицо. Фатти задумчиво поглядел на Эрна, словно его осенила блестящая мысль. Остальные стояли в ожидании.

– Ну да, конечно! Я совсем позабыл, что принцесса Бонгави не должна выходить из дому без Государственного зонта, – сказал Фатти. – Вот молодец Эрн, что напомнил мне об этом.

– Побей меня гром! У нее тоже есть зонт? – спросил Эрн.

Фатти выбежал из сарая, друзья терпеливо ждали. Какой еще такой Государственный зонт собирается Фатти принести?

Фатти возвратился с огромным пестрым зонтом, который он держал над головой. На самом-то деле это был зонт от солнца, который его мать брала с собой, когда смотрела игру в гольф, но, так как Сид, Перси и Эрн никогда в жизни не видели таких зонтов, они искренне поверили, что это и есть великолепный Государственный зонт.

– Вот, Эрн, твое желание может осуществиться. Если хочешь, понесешь этот зонт над принцессой, – сказал Фатти.

– А она мне позволит? – спросил Эрн чуть ли не со страхом.

– Диммини-дули-тибби-ток, – сказала Бетси и вдруг одарила Эрна улыбкой. Он, покраснев, посмотрел на Фатти.

– Что она говорит? – спросил он.

– Она говорит, что ты ей нравишься и что она хочет, чтобы ты нес над ней зонт, – не раздумывая, ответил Фатти.

– И как это ты понимаешь их язык? – с восхищением сказал Эрн. – Но ты же всегда был такой умница, всем на зависть! Эх, вот честь для меня – нести зонт над ее высочеством или какой там еще у нее титул. Сид, Перси, идите за мной.

Пятеро Тайноискателей теперь уже едва не лопались от сдерживаемого смеха. Силясь не разразиться хохотом, Пип прямо побагровел. Фатти посмотрел на него.

– Тикли-кикли-ку, джинни-перанна-гук! – поспешно сказал Фатти и расхохотался, словно отпустил какую-то остроту. Друзья мгновенно воспользовались случаем и присоединились к нему. Ларри, Дейзи, Пип и Бетси уцепились друг за дружку, затряслись от хохота – к величайшему изумлению Эрна и его двух братцев.

– Какую шутку ты сказал? – с подозрением спросил Эрн.

– Ее слишком трудно перевести, – ответил Фатти. – Ну, пошли, принцесса первая, Эрн несет над ней зонт, ее кузина Пуа-Туа за ней, все остальные позади.

Маленькая процессия, направившись по садовой дорожке, прошла мимо черного хода. У двери стояла горничная и вытряхивала ковры – при виде процессии она изумленно раскрыла рот. Эрн чувствовал себя невероятно важной персоной.

Было очень досадно, что по дороге к реке им почти никто не встретился. Проходила там, правда, миссис Уинстэнтон, но она была такая близорукая, что разглядела только большой зонт, и, решив, что сейчас пойдет дождь, поспешила домой, пока ее не захватил ливень!

Еще они встретили помощника бакалейщика – тот остановился, пораженный, и в недоуменном молчании пропустил их процессию. Бетси захихикала. Эрн отвесил пареньку важный поклон, чем еще больше его озадачил. Что все это означает? Паренек некоторое время шел за ними, потом отправился разносить свою бакалею и новость о «расфуфыренных иностранцах под агромадным зонтом» очарованным его рассказом домашним хозяйкам.

Больше они никого не видели. Дошли до дороги над рекой и так же торжественно двинулись по ней.

– А вот и мороженщик! – радостно сказал Эрн. – Бедняга Сид, из-за своей проклятой тянучки он даже не сможет поесть мороженого!

МИСТЕР ГУН УДИВЛЕН

Мороженщик лежал на песчаном берегу и крепко спал, а его будочка на трех колесах стояла поодаль, в тени. Фатти его разбудил.

Приподнявшись, мороженщик сел и с удивлением обвел глазами блистающую нарядами кучку детей, стоявших вокруг него – венчал ее огромный зонт, который держал Эрн, немного уже уставший от его тяжести.

– Что тут происходит? – спросил мороженщик. – Шарады вы разыгрываете, что ли?

Эрн открыл рот, чтобы представить принцессу Бонгави, но Фатти сделал ему знак, нахмурив брови. Фатти не хотел, чтобы шутка зашла слишком далеко, к тому же он опасался, что мороженщика не удастся провести так легко, как некоторых других. И жалко было разочаровывать Эрна. Эрн, Сид и Перси были на седьмом небе от счастья, что вышли на прогулку с принцессой и ее свитой.

– Пожалуйста, девять порций, – сказал Фатти.

– Ты хотел сказать, восемь? – поправил его Эрн.

– А Бастера ты забыл? – напомнил Фатти.

– И правда! – сказал Эрн, вдруг вспомнив, что Бастер тоже любит мороженое. Бастер вел себя образцово, он чинно следовал за процессией и даже не отбегал здороваться со встречными собаками.

Мороженщик раздал всем мороженое, попутно делая язвительные замечания.

– Дождь льет как из ведра, правда? – сказал он Эрну, который героически все еще держал зонт над Бетси, – Ну уж теперь она не промокнет.

– Вы шутник? – сказал Фатти.

– Уж не такой, как вы, – сказал мороженщик. – Где вы откопали этот зонт? На свалке?

– Сами вы со свалки выползли! – вдруг отрезал Эрн. – Видать, кто-то вас туда выкинул, и правильно сделал!

– Замолчи, Эрн! – поспешно сказал Фатти, чувствуя, что у мороженщика с Эрном назревает ссора. – Пошли! Поедим мороженое где-нибудь подальше на дороге, там прохладней.

Мороженщик пробурчал, что он знает место, где можно достать Эрну клоунский колпак в пару к его зонту, но ответить Эрн не сумел. Фатти оттащил его прочь, и тут зонт зацепился за низко свисавшие ветки придорожного дерева. Бетси пришлось стоять на месте, пока Эрн с трудом отцеплял зонт; уши у него горели от дальнейших замечаний, которые отпускал остряк мороженщик.

Наконец они двинулись по дороге, держа в руках бумажные стаканчики с мороженым. Сид тоже получил порцию, и ребятам было любопытно, как он умудрится есть мороженое, когда рот у него забит. Его здоровенная тянучка казалась вечной. Все время, сколько он пробыл с ребятами, она оставалась у него во рту.

И тут из-за поворота дороги показался кто-то на велосипеде – кто-то грузный, краснолицый, в темно-синей форме и шлеме.

– Ох, дядя! – охнул Эрн.

– Да, это Гун! – сказал Фатти. – Старина Пошлипрочь! Отлично, сейчас будет комедия!

Бастер обрадовался встрече с Гуном. Он рванулся к велосипеду и стал прыгать у ног полицейского. Гун вмиг соскочил с велосипеда и дал пинка буйному маленькому скотчу.

– Пшел вон! – сердито рявкнул он. – Эй, вы, уймите своего пса, или я выброшу его в речку. Вот чумная тварь!

Бастер неохотно вернулся к Фатти, и у мистера Гуна было время полюбоваться всей компанией. От удивления у него отвисла челюсть. Откуда этот кортеж иностранцев – и Эрн с ними. Эрн! Гун даже не знал, что Эрн в этих краях. С грозным видом он двинулся к Эрну – тот едва не уронил зонт, который не выпускал из рук.

– Эрн! Ты что тут делаешь? – громовым голосом рявкнул мистер Гун. – И чтоб я лопнул, если это не Сид и Перси! Что это все означает? Для чего этот зонт?

– Дядя, не кричите так громко! – умоляюще сказал Эрн. – Тут принцесса, вот почему я несу над ней зонт. Это Государственный зонт. Разве вы не знаете, что это такое? – Мистер Гун не очень-то знал, что такое обычный зонт от солнца, уж не говоря о Государственном зонте. Он недоверчиво уставился на Эрна. А тот скороговоркой объяснил:

– Вы же слышали, дядя, про принца Бонгава, он отдыхает в школьном лагере, там, на холмах. Слышали? Так это его сестра – принцесса Бонгави, а это ее кузина, а это…

Гун был поражен. Он во все глаза смотрел на Бетси в изящном, облегающем ее фигуру платье, загорелое лицо девочки было наполовину покрыто капюшоном. Чем-то оно показалось ему знакомо, но у него и в мыслях не было, что это может быть Бетси Хилтон. А она, скрывая испуг и не говоря ни слова, стояла с высокомерным видом.

Гун прочистил глотку. Он смотрел на Фатти, но тот молчал.

– Они пришли с визитом к Фатти, – объяснял Эрн. – И я, конечно, рассказал им про принца Бонгава, он там живет в лагере недалеко от нашей палатки, дядя, и тут я узнал, что эта принцесса его сестра, и они похожи как две капли воды.

– Но ты-то как оказался в их компании? – с подозрением спросил Гун.

– Ваш племянник, Эрн, пришел к нам с визитом – только и всего, мистер Гун, – сказал Фатти, наслаждаясь тем, что Эрн огорошил полицейского такой замечательной историей. – Принцессе Бонгави Эрн понравился, и она попросила, чтобы он нес над ней – э-э-э – Государственный зонт. А что Эрн отлично воспитан, это всем известно – вот он и оказался здесь.

Мистеру Гуну о благовоспитанности Эрна ничего не было известно. Напротив, он считал племянника крайне невоспитанным мальчиком. Он сперва посмотрел на Эрна, затем – на высокомерную маленькую принцессу и, наконец, на Фатти. Фатти не моргая встретил его взгляд.

– Она настоящая принцесса? – вполголоса спросил мистер Гун, обратившись к Фатти. Но прежде чем Фатти ответил, Бетси вдруг заговорила тем противным высоким голосом, который так позабавил Фатти.

– Икки-ула-потти-уикл-твк, – сказала она.

– Что она говорит? – с интересом спросил Гун.

– Она спрашивает, настоящий ли вы полицейский, – быстро ответил Фатти. – Что я должен ей ответить?

Мистер Гун злобно глянул на Фатти.

– Риблн-рукати-пэддли-пул, – протараторила Бетси.

– Что это значит? – спросил мистер Гун.

– Мне бы не хотелось вам говорить, мистер Гун, – со смущенным видом сказал Фатти.

– Почему? В чем дело? – не унимался полицейский.

– Да, знаете, это ее личное мнение, – сказал Фатти. – Нет, право, я вряд ли должен переводить эта вам, мистер Гун.

– Брось, говори, – начиная сердиться, сказал Гун.

– Да, да, скажи ему, – попросил Эрн, в восторге от мысли, что принцесса, наверно, отозвалась о его дяде не слишком лестно.

– Эа, – внезапно вмешался в разговор Сид. Гун резко повернулся к нему:

– А ты чего встреваешь? И как это понимать, что ты стоишь здесь с полным ртом веред ее высочеством? Иди, выплюнь то, что у тебя во рту.

– Эа, – в ужасе отозвался Сид.

– Это тянучка, дядя, – сказал Эрн. – Тянучка заклей-рот. Ее невозможно выплюнуть.

На Бетси напал неудержимый хохот. Наконец она скороговоркой произнесла еще несколько слов:

– Уонга-бонга-смелли-фидали-ток.

– Опять она что-то говорит, – сказал бедняга Гун. – Мастер Фредерик, переведите мне, пожалуйста.

– Нет, нет, я не могу этого сделать, – упорствовал Фатти, отчего любопытство Гуна только усилилось, и он едва сдерживал свое волнение. Лицо его налилось кровью, глаза еще больше выпучились. Он не сводил взгляда с маленькой принцессы, а та опять захихикала.

– Я толико говорью – почему у него лицо жабы! – сказала Бетси с сильным иностранным акцептом. Все покатились со смеху, кроме бедняжки Сида, который никак не мог раскрыть рот.

Мистер Гун тоже взорвался, но не от смеха. Он был ужасно зол. Он сделал шаг вперед, и Эрн инстинктивно опустил зонт, приставив его огромный круг к самому носу мистера Гуна.

– Не смейте трогать принцессу, дядя! – послышался за зонтом дрожащий голос Эрна. Тут в дело вмешался Бастер: подбежав к ногам мистера Гуна, он намертво вцепился в зажимы, которыми тот прихватывал брюки, когда ездил на велосипеде.

– Я на этого пса подам в суд! – гневно прорычал мистер Гун. – И на тебя тоже, Эрн, что ты пытался проткнуть меня этим зонтом!

– Мистер Гун, я надеюсь, вы не станете портить отношения между англичанами и тетаруанцами, – торжественно произнес Фатти. – Мы не хотели бы, чтобы принц Тетаруа пожаловался, что вы напугали его сестру. В конце концов, Тетаруа – это дружественное государство. Если возмущенный принц сообщит о таком случае тамошнему министру, может возникнуть…

Мистер Гун не стал слушать конца фразы. Он понял, что потерпел поражение. Он понятия не имел о тетаруанцах, но знал, что маленькие государства теперь очень обидчивы, и слова Фатти повергли его в смятение. С багровым от гнева лицом он вскочил на велосипед, дал Бастеру последний пинок и покатил прочь.

– Я еще с тобой поговорю, голубчик Эрн! – вскрикнул он, проезжая мимо племянника. Бастер мчался за его велосипедом, чуть не сталкивая его в речку. – Я еще побываю в вашем кемпинге, вот увидите!

Эрн, потрясенный его угрозой, мужественно продолжал держать зонт. Все остальные, обессилев от хохота, повалились на траву – даже Сид ухитрился раскрыть рот достаточно, чтобы неожиданно вдруг присоединиться к смеющимся.

– Бедное наше мороженое! – сказала Бетси, внезапно переходя на английский и глядя на свой стаканчик. Мороженое там стало, как кисель. Никто не заметил, что она говорит по-английски, кроме Фатти, который сурово нахмурил брови.

С трудом они вылизали мороженое. Сид сумел как-то влить его в себя между склеенными зубами. Фатти весело улыбался.

– Великолепное представление! – сказал он. – Принцесса, я поздравляю вас!

– Бинга-бонга-банга, – вежливо ответила Бетси.

– А как насчет того, чтобы купить еще мороженого? – спросил Фатти.

Но Эрну, Перси и Сиду нельзя было дольше оставаться. Эрн услышал, что колокол на церкви пробил двенадцать, а так как отдыхающие в кемпинге по соседству с их палаткой обещали угостить его обедом, если он вернется в полпервого, ему пришлось уходить.

Он учтиво поклонился Бетси и вручил Фатти Государственный зонт.

– Очень приятно было познакомиться с вами, – сказал Эрн. – Я расскажу вашему брату, что видел вас, когда увижу его через ограду. Ну прямо как две капли воды!

Сид и Перси вежливо кивнули на прощание, и все трое пошли к парому, который перевозил через речку на другой, холмистый берег.

– Слава Богу, теперь мы можем опять говорить нормально, – сказал Ларри. – Ну и утречко, Фатти! Честное слово, я не припомню, чтобы когда-нибудь так веселился!

ИСЧЕЗНОВЕНИЕ

Два дня спустя Фатти, Ларри и Пип пережили настоящее потрясение. Фатти спустился к завтраку раньше своих родителей и сам налил себе чашку кофе. Затем взял две газеты, которые им приносили каждое утро, и приготовился ими наслаждаться.

Сразу на него глянули крупные черные буквы заголовков. «Исчезновение принца из лагеря». «Он пропал ночью». «Принц Бонгава сбежал».

Ларри у себя дома тоже читал эти же заголовки своей сестре Дейзи – он только что взял газеты, которые им положили на парадное крыльцо, и занес их в дом.

Дома у Пипа, как обычно, Пип пытался читать газету, которую держал отец. Пока отец читал первую страницу, Пип видел последнюю, но она его никогда не интересовала – там все было о лошадиных бегах, да о гольфе, да о теннисе, а он к этим вещам был равнодушен. Результаты игр в крикет печатались, как правило, слишком мелким шрифтом, их он тоже пропускал. Итак, Пип терпеливо ждал, когда отец начнет изучать результаты игр в крикет на последней странице, чтобы он мог увидеть первую.

А там оказались очень интересные заголовки: «Исчезновение принца». «Послано сообщение в Тетаруа». «Опрос мальчиков в лагере».

Пип подтолкнул локтем Бетси и кивнул в сторону газеты. Она прочла заголовки. Боже праведный! Это же о принце Бонгава, за чью сестру она себя выдавала! Вот так история! Бетси стала размышлять. Может, тут повлияло то, что она прикинулась его сестрой? Нет, невозможно! Они же сделали это, только чтобы разыграть Эрна.

Однако исчезновением юного принца весьма была заинтересована еще одна особа. Разумеется, это был мистер Гун. Он тоже прочитал новость в утренней газете, а несколько минут спустя у него зазвонил телефон, и ему сообщили ее из главного полицейского управления. Мистер Гун тут же смекнул, что делать.

«Вот те на, я же видел сестру принца, – подумал он. – Если ее допросить, мы могли бы кое-что разузнать! Надо мне связаться прямо с инспектором». Тут он мысленно себя поправил: «Я должен говорить – старшим инспектором! Его же опять повысили. А меня никогда не повышают. Ясно, у меня враги, не сомневаюсь в этом. Честного человека всегда затирают, чего от них ждать. Ну, погодите, я им покажу!»

Несколько минут он размышлял о врагах, которые мешают его повышению, затем позвонил в главное управление и попросил соединить его со старшим инспектором.

– Он занят, – ответили на другом конце провода. – Почему вы его спрашиваете, Гун?

– А это по поводу исчезновения принца Бонгава, – с важностью произнес Гун. – Очень необычное дело.

– Вы правы. Подождите минутку, – ответил голос. Потом Гун услышал голос старшего инспектора. Тон был резкий, решительный и недовольный.

– В чем дело, Гун? Я занят.

– Сэр, я по поводу принца Бонгава или как его там звать, – сказал Гун. – Я встречался с его сестрой, юной принцессой Бонгави. Вот я и подумал, догадался ли кто-нибудь допросить ее. Ведь она может что-то знать об исчезновении брата.

Наступила недолгая пауза. Затем опять послышался голос старшего инспектора – в нем звучало удивление:

– Сестра? Какая сестра? Впервые о ней слышу.

– Да, сэр, – надуваясь от важности, сказал Гун. – Два дня тут назад я встретил ее с кузиной, которая ее опекает И еще двоих из ее свиты, сэр, все шикарно одеты, очень важные и очень знатные.

Опять наступила пауза.

– Это действительно вы говорите, Гун? – раздался наконец голос старшего инспектора. – Дело и впрямь удивительное.

– Конечно, это я, сэр, – ответил Гун, пораженный и обиженный. – Почему это должен быть не я? Я просто докладываю вам о происшествии, это мой долг. Не поручите ли мне, сэр, взять интервью у принцессы?

– Погодите минутку, погодите, – сказал старший инспектор. – Я должен задать несколько вопросов кое-кому из наших людей. Нам ничего не сообщали о какой-либо сестре, или принцессе, или кузине! Надо выяснить, почему мы о ней не знаем.

Гун стал ждать, очень довольный, что вызвал такой переполох. Гах! Пусть инспектор Дженкс задает сколько хочет вопросов, все равно придется поручить ему, Гуну, взяться за это дело! Вот повезло, что он встретил Фатти со всеми этими тетаруанцами и их зонтом. Вдруг Гун хлопнул себя по лбу – как же получилось, что Фатти с ними знаком?

«Ах, пропади он пропадом, ну и парень! – подумал бедняга Гун, – Тут, можно сказать, у меня в руках отличное дело – а я должен буду признаться, что представил меня принцессе этот толстяк! Тогда инспектор может передать следствие этому гаденышу, а меня отстранит».

Он сел, размышляя обо всем этом и держа телефонную трубку у левого уха. И вдруг лицо его просияло. Он ведь может сказать, что представил его принцессе Эрн, его племянник. В конце-то концов именно Эрн сообщил ему все подробности. И это чистая правда. Вовсе незачем вмешивать сюда Фатти.

В трубке опять раздался голос инспектора – Гун даже вздрогнул.

– Вы слушаете, Гун? Я тут расспросил наших людей, и похоже, что никто ничего не знает о сестре принца по имени Бонгави. Но, поскольку вы утверждаете, что встречались с ней, я полагаю, мы должны это уточнить. Каким образом вы с ней встретились?

– Понимаете, сэр, с нею был мой племянник Эрн, он это мне все и рассказал о ней и сказал, кто она, – ответил Гун.

– Эрн? Ваш племянник Эрн? – с удивлением сказал инспектор. Ему отчетливо вспомнился толстенький, веснушчатый и очень уж простоватый племянник мистера Гуна. Но разве он не был раньше замешан в другую тайну? О да, и в конце концов с честью помог в ней разобраться. И все же – Эрн в свите тетаруанской принцессы! Инспектору опять подумалось, что этот телефонный звонок может быть обманом. Но нет, это невероятно. Он слишком явственно слышал хриплый голос мистера Гуна!

– Что делал Эрн в обществе принцессы? – спросил наконец инспектор.

– А он, он держал над ней… Государственный зонт, – сказал мистер Гун, начиная понимать, что его рассказ и в самом деле звучит не очень правдоподобно.

Опять возникла пауза. Инспектор прикидывал и так и этак. Не спятил ли Гун? Может, у него солнечный удар? Рассказ о принцессе, и об Эрне, и о Государственном зонте казался ему нелепостью. Инспектор был в недоумении – как это понимать!

– Послушайте, Гун, – сказал он, – все это весьма странно, – я допускаю, что какая-то доля истины тут есть, раз вы находите дело настолько важным, чтобы звонить мне о нем. Думаю, что я доверю вам вступить в контакт с этой – э-э, принцессой и задать ей несколько вопросов. Зачем она находится здесь? Когда прибыла? Что делает? Кто состоит при ней? И так далее. Отправляйтесь и займитесь этим. А я пошлю человека проверить то, что вы узнаете.

– Слушаюсь, благодарю вас, сэр, – сказал Гун, очень довольный, что он первый будет заниматься этим делом. Он положил трубку и пошел надеть шлем. Как досадно, что ему придется идти к этому гаденышу, к этому толстяку Фатти, к мастеру Фредерику Троттевиллу. Тьфу, пропасть! Но Гун ему покажет, придется ему ответить на все вопросы Гуна. Гун Не Потерпит Никакого Вранья от этого Негодяя.

Гун поехал на велосипеде к Фатти. На его нетерпеливый стук дверь открыла горничная. Гун спросил, можно ли видеть Фатти.

– Его нет дома, сэр, – сказала девушка.

– Куда он пошел? – спросил мистер Гун. Миссис Троттевилл, мать Фатти, услышав громкий голос Гуна, вышла в прихожую.

– О, это вы, мистер Гун! – любезно сказала она. – Вам нужен Фредерик? К сожалению, его нет дома. Вы что-то хотели у него спросить?

– Да, мадам. Я хотел задать ему несколько вопросов о принцессе Бонгави, – сказал мистер Гун. – Но, может быть, вы сумеете на них ответить. Принцесса жила у вас?

– Какая принцесса? – с изумлением спросила миссис Троттевилл. – Я никогда о ней даже не слышала.

– Она сестра того принца Бонгава, который исчез, – объяснил мистер Гун.

Это объяснение нисколько не тронуло миссис Троттевилл. Утреннее сообщение об исчезновении принца не вызвало у нее ни малейшего интереса. Она только подумала тогда, что ему, наверно, надоело купание в холодной воде или что-нибудь другое и он сбежал. Во всяком случае, при чем тут Фредерик?

– Сожалею, но ничем не могу помочь вам, мистер Гун, – сказала она. – Фредерик всего два-три дня тому назад вернулся домой и, насколько мне известно, не встречался ни с какими принцессами. Я уверена, что, если бы он познакомился с принцессами, он бы представил меня им. Всего хорошего!

– Но – вы хотите сказать, что не приглашали ее на чай или просто в гости? – спросил отчаявшийся мистер Гун.

– Зачем бы я стала ее приглашать, если я никогда ее даже не видела? – сказала миссис Троттевилл, подумав, что полицейский, вероятно, не в своем уме. – Всего хорошего!

Она закрыла дверь перед его носом, и мистер Гун, весь в поту, остался на крыльце. Теперь придется идти разыскивать этого толстяка. Где он может быть? Наверно, у своих драгоценных друзей, этих Хилтонов, или у тех, других – Ларри и Дейзи – или еще у кого-то.

Сперва мистер Гун покатил на велосипеде к дому Ларри. Но опять напрасно. Ларри и Дейзи не было дома.

– Скорее всего, они у мастера Троттевилла, – сказала служанка. Но Гуна вокруг пальца не проведешь. Никто не заставит его опять ехать туда попусту!

Весь красный от злости, он направился к дому Пипа. Подкатил к парадному и стал сердито стучать дверным молотком.

Все пятеро ребят были в это время в саду, и Бастер с ними. Услышав стук, Бастер заворчал, и Фатти успокаивающе положил руку ему на голову.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.