# Тайна кораллового рифа

Роберт Лоуренс Стайн

В книге рассказывается о приключениях Билли и его сестры Шин, которые проводят каникулы у своего дяди – доктора Дипа на большом исследовательском катере «Кассандра». Попав однажды на коралловый риф, Билли обнаружил, что неподалеку обитает таинственная полурыба – получеловек...

## 1

Я медленно плыл на глубине двухсот футов.

Это была главная охота моей жизни. Охота на Гигантского Ската-Хвостокола.

Так его называют в штабе Береговой охраны. Я же называю его Джо.

Своим страшным шипом Гигантский Хвостокол ранил уже десять купальщиков. Люди боятся входить в воду. Паника охватила побережье.

Вот почему они послали за мной – Уильямом Дипом-младшим, Балтимор, штат Мэриленд.

Да, да, вы не ошиблись, это именно я – Уильям Дип-младший, двенадцати лет от роду, знаменитый исследователь морей и океанов. Победитель ужасных порождений бездонных пучин…

Это я поймал гигантскую белую акулу, терроризировавшую пляж Миртл-Бич. И доказал, что она была не такой уж и гигантской.

Это я дал бой чудовищному осьминогу, сожравшему всех участников Калифорнийского чемпионата по серфингу.

Это я обесточил электрического угря, посылавшего волны страха на Майами.

## 2

Но теперь мне предстояла главная битва моей жизни.

Джо, Гигантский Скат-Хвостокол. Он затаился где-то здесь, в зеленоватой на этой глубине воде.

У меня было все необходимое снаряжение: гидрокостюм, ласты, маска, акваланги подводное ружье с отравленным гарпуном.

Стоп, кажется, какое-то движение. Вон за тем громадным морским гребешком…[1]

Я поднял ружье и приготовился отразить атаку.

Внезапно стекло маски затуманилось и дышать стало нечем.

Я до отказа открутил вентиль. Воздух не поступал.

Что-то случилось с аквалангом и, судя по всему, не без чьей-то злой воли.

Нельзя терять ни секунды. На глубине двухсот футов – и без воздуха! Скорее на поверхность! Как можно скорее.

Отчаянно работая ластами, я устремился наверх.

Свет передо мной померк. Легкие, казалось, вот-вот разорвутся. Я быстро терял силы. В голове шумело, мысли путались.

Удастся ли спастись? Или мне суждено остаться здесь, в океанской пучине – на обед Джо-Хвостоколу?

Паника захлестнула меня с головой, как придивная волна. Глядя сквозь запотевшее стекло маски, я пытался отыскать свою напарницу. Куда она девалась именно сейчас, когда так нужна?

Наконец мне удалось разглядеть ее у самой поверхности, рядом с катером.

Размахивая руками, как сумасшедший, я пытался привлечь ее внимание. На помощь! Сюда! Мне нечем дышать!

Наконец она заметила меня, стремительно нырнула вниз и вытащила на поверхность мое вялое, полубезжизненное тело.

Сорвав маску, я дышал полной грудью.

– Что с тобой, человек-амфибия? – спросила она. – Медуза укусила?

Мужества моей напарнице не занимать. Она привыкла смеяться опасности в лицо.

– Перестал… поступать… воздух… – с трудом переводя дух, объяснил я. – Кто-то… испортил… акваланг…

И тут же на меня навалилась темнота.

Надавив ладонью на макушку, моя напарница втолкнула меня обратно под воду. Я открыл глаза и, отплевываясь, вынырнул.

– Перестань валять дурака, Билли, – сказала она. – Ты можешь просто купаться и не выдумывать всякой ерунды?

В этом – вся Шин.

Моя напарница по подводному плаванию на самом деле моя родная сестренка. Я ведь только играл в Уильяма Дипа-младшего, знаменитого исследователя морских глубин.

Я вздохнул: что ей стоило поиграть со мной? Хотя бы раз. Ничего бы с ней не случилось.

Меня действительно зовут Уильям Дип-младший, но все называют меня Билли. И мне двенадцать лет. По-моему, я уже об этом упоминал.

А Шин – десять. Мы очень похожи. У нас прямые черные волосы, только у меня короткие, а у нее – до плеч. Оба мы худые, кожа да кости, с острыми локтями и коленками и длинными узкими ступнями. И у обоих темно-голубые глаза и густые черные брови.

На этом сходство кончается.

У Шин никакого воображения! Маленькой она никогда не боялась чудовищ, притаившихся в туалете. Не верила в Деда Мороза и в волшебную палочку.

«Все это – не взаправду», – говорит она обычно.

Я нырнул и под водой ущипнул Шин за ногу: нападение Гигантского Ракочеловека!

– Перестань! – завопила она и лягнула меня в плечо.

Я вынырнул на поверхность.

– Эй! – раздался голос дяди. – Здесь нужно быть поосторожнее.

Дядя стоял на палубе своей «Кассандры» – большого исследовательского катера. Он наблюдал за тем, как мы с Шин ныряем с маской и трубкой.

Зовут нашего дядю Джордж Дип, но все его называют доктор Дип, или Подводный Доктор. (Для тех, кто не знает английского, объясняю, что фамилия моего дяди по-английски и значит «глубокий» или «подводный».) Даже мой папа, его брат, называет его доктор Дип. Может быть, и потому, что у него вид, как у настоящего ученого.

Он невысокого роста, худощавый, в очках, и выражение лица у него всегда серьезное и вдумчивое. Его темные вьющиеся волосы на макушке окружают небольшую лысину. Увидев дядю, каждый скажет: «Держу пари – вы ученый».

Мы с Шин у дяди в гостях. Каждый год родители отпускают нас на летние каникулы к доктору Дипу, на его «Кассандру». Все лучше, чем болтаться дома без дела. Этим летом «Кассандра» бросила якорь в Карибском море, возле крохотного островка Иландра.

Доктор Дип занимается биологией моря и специализируется на тропических водах. Он изучает поведение тропических рыб и пытается отыскать новые, еще неизвестные науке виды морских растений и рыб.

«Кассандра» – большой и мощный катер, длиной около пятидесяти футов. Большая часть трюма занята научными лабораториями и подсобными помещениями. Наверху, на палубе, находится рубка с приборами управления. К правому борту привязана небольшая моторка, к левому – огромный стеклянный аквариум.

Иногда доктору Дипу попадаются очень большие экземпляры, он сажает их в этот аквариум, осматривает, измеряет и метит. А иногда и лечит, если рыба оказывается больной или раненой.

Кроме рубки, на палубе нет ничего, и здесь удобно играть в салочки или загорать.

Свои исследования доктор Дип проводит во всех морях и океанах. Жены и детей у него нет. Он говорит, что наука занимает у него слишком много времени.

Но детей он любит. И поэтому каждое лето приглашает нас с Шин к себе.

– Держитесь рядом, ребята, – кричит он нам сейчас. – И не отплывайте слишком далеко. Особенно ты, Билли.

И он делает мне страшные глаза. Это значит: «Я тебя предупредил». Шин он никогда не делает страшные глаза.

– По радио передали, что в этом районе видели акул, – добавил он.

– Акулы! Ура! – радостно завопил я. Доктор Дип нахмурился.

– Билли, – сказал он. – Акулы – это серьезно. Не удаляйтесь от катера. И не приближайтесь к рифу.

Я ждал, что он это скажет.

Клэмшел – красный коралловый риф, красивый и загадочный, – протянулся всего в нескольких сотнях ярдов от места, где мы бросили якорь. Я мечтал на него попасть с первого дня, как только мы сюда пришли.

– Не беспокойтесь, доктор Дип, – крикнул я, глядя на него снизу вверх. – Со мной ничего не случится.

– Несомненно, – ехидно пробормотала Шин у меня под ухом.

Я протянул к ней свою клешню Ракочеловека, но она быстро нырнула.

– Так вот, – продолжал доктор Дип, – запомните: заметив плавник акулы, постарайтесь поменьше брызгаться, суетиться и шуметь. Движение и шум особенно привлекают акул. Без паники, медленно и спокойно плывите к катеру.

– Ладно, мы так и сделаем, – заверила его Шин. Она вынырнула у меня за спиной и тут же начала брызгаться, как сумасшедшая.

Я почувствовал приятное возбуждение. Увидеть живую акулу – моя давняя мечта.

Конечно же, я видел акул в аквариуме. Но там, в стеклянной ловушке, они просто плавали по кругу с бешеной скоростью, безопасные, как золотые рыбки.

Ничего интересного.

А мне хотелось заметить вдруг на горизонте плавно плывущий над водой акулий плавник… Расстояние уменьшается, он все ближе и ближе, вот акула устремляется на тебя…

Словом, я мечтал о приключениях.

«Кассандра» стояла на якоре в открытом океане, до рифа Клэмшел было несколько сотен ярдов. Риф кольцом окружал остров. От острова его отделяла красивая лагуна.

И ничто на свете не помешает мне заняться исследованием лагуны. Что бы там ни говорил доктор Дип!

– Пошли, Билли! – позвала меня Шин, поправляя маску. – Смотри – там целый косяк какой-то рыбы.

И она показала на слабую рябь в воде возле носа катера. Потом взяла в рот загубник, опустила лицо в воду и поплыла. Я поплыл следом.

Вскоре мы с сестрой плыли среди сотен и сотен крошечных, ярко-голубых рыбок.

В таких случаях мне всегда кажется, будто я попал в другой мир. Кажется, что я смог бы остаться здесь насовсем и, дыша через трубку, жить среди рыб и дельфинов. А там – глядишь! – у меня, может быть, выросли бы плавники и жабры.

Голубые рыбки дружно ринулись в сторону, я устремился за ними. Они были такие красивые! Так не хотелось с ними расставаться!

А потом они унеслись с бешеной скоростью и почти мгновенно исчезли из виду. Я пробовал не отставать, но куда там! Догнать их было невозможно.

Вокруг стало пусто.

Может быть, рыбью стаю что-то напугало?

Я огляделся. У поверхности воды плавали пучки водорослей. Вдруг впереди мелькнуло что-то красное.

Я подплыл ближе, пристально вглядываясь сквозь стекло маски. В нескольких ярдах впереди показались неровные красные образования. Красные кораллы!

«Кошмар! – подумал я. – Клэмшельский риф! Доктор Дип ведь запретил мне отплывать так далеко!»

Я начал разворачиваться. Надо спешить назад к катеру.

И тут же мне захотелось остаться и хоть краешком глаза взглянуть. Раз уж я все равно здесь.

Риф выглядел как замок из красного песка с множеством подводных пещер и тоннелей. В них то и дело вплывали и выплывали ярко-желтые и голубые рыбки.

«Что, если осмотреть один из тоннелей? – подумал я. – Что здесь может быть опасного?»

И вдруг я почувствовал легкое прикосновение к ноге, словно меня кто-то пощекотал, и по коже побежали мурашки.

Что это? Рыба?

Я посмотрел по сторонам, но ничего не заметил.

И снова прикосновение.

Будто кто-то щекотал меня за ногу.

А потом вдруг на мгновение схватил.

Я дернулся всем телом и развернулся. Снова ничего.

Сердце громко и быстро застучало. Я знал, что опасности, скорее всего, нет. Но все-таки хотелось видеть того, кто так со мной играет.

Я поднял голову над водой, нашел катер и изо всех сил поплыл к нему.

Но теперь мою правую ногу всерьез схватили.

Тут я испугался по-настоящему и начал отчаянно лягаться.

Отпусти! Немедленно отпусти!

Я по-прежнему никого и ничего не видел и в то же время никак не мог освободить ногу!

Правда, видимость резко ухудшилась – вода вокруг меня вспенилась и потеряла прозрачность.

Вне себя от ужаса, я высунул голову из воды и, задыхаясь и отплевываясь, из последних сил крикнул:

– На помощь!

Тщетно.

Невидимый противник продолжал тянуть меня вниз. Под воду.

В страшную пучину океана.

## 3

– На помощь! – снова крикнул я. – Шин! Доктор Дип!

Но меня снова утянули под воду с головой. Теперь я уже хорошо чувствовал слизкое щупальце, обхватившее мою лодыжку.

Я открыл глаза и обернулся. Внизу темнела огромная неясная масса. Подводное чудовище!

Сквозь окружавшие нас пузырьки воздуха оно смотрело на меня единственным глазом. Громадным и коричневым. Ужасное создание медленно покачивалось в воде, словно огромный зеленый воздушный шар. Рот его был открыт в беззвучном крике, на челюстях белели два ряда зазубренных острых зубов.

Это был гигантский осьминог! Только ног у него было не меньше двенадцати!

Двенадцать длинных слизких щупальцев. Одно держало меня за лодыжку. Другое медленно тянулось ко мне.

НЕТ! Я бешено заработал руками и свободной ногой. Голова на секунду оказалась на поверхности, и я успел набрать воздуха.

Но, несмотря на все мое сопротивление, отвратительное чудовище снова затащило меня под воду.

Я все еще не верил, что это – конец. Даже когда перед моими глазами замелькали сцены прожитой жизни. Я увидел родителей: они махали руками, а я уезжал на желтом школьном автобусе – мой первый школьный день. Мамочка! Папа! Неужели я больше никогда вас не увижу? «Что за дурацкая смерть! – мелькнула мысль. – Дать себя сожрать какому-то подводному чудищу!» И конечно же, никто в это не поверит.

Все вокруг подернулось алой дымкой. В голове шумело, сопротивляться я уже был не в состоянии.

Вдруг я почувствовал мощный рывок и оказался на поверхности воды. Солнце, воздух! И никаких страшных щупальцев.

Отплевываясь и задыхаясь, я открыл глаза.

Передо мной был доктор Дип!

– Билли, что с тобой? – спросил он, глядя на меня с тревогой.

Я кашлянул последний раз. Осторожно двинул правой ногой. Отвратительного щупальца не было. Жуткое создание исчезло.

– Я услышал крики, увидел, как ты мечешься в воде, и прыгнул за борт, – говорил доктор Дип. – Что случилось?

На докторе Дипе был желтый спасательный жилет. На меня он надел резиновый спасательный круг, и я легко держался на поверхности.

Ласты в схватке с осьминогом я потерял. Маска и дыхательная трубка соскользнули и болтались на шее.

Появилась Шин и начала плавать вокруг, вспенивая воду.

– Оно схватило меня за ногу! – крикнул я, слегка отдышавшись. – И пыталось утащить под воду!

– Кто схватил тебя за ногу, Билли? – спросил доктор Дип. – Я ничего не вижу поблизости…

– Страшное подводное чудовище, – объяснял я. – Огромное! Оно схватило меня за ногу своим гадким скользким щупальцем и… А-а-а!

Что-то ущипнуло меня за ногу.

– Оно вернулось!!! – заорал я в полном ужасе. Из воды вынырнула Шин и, встряхнув мокрыми волосами, расхохоталась.

– Балда! – крикнула она. – Это была я!

– Билли, Билли, – пробормотал доктор Дип. – Это все твое необузданное воображение. – Он покачал головой. – Ты напугал меня до смерти. Пожалуйста, никогда больше так не делай. Нога твоя, скорее всего, запуталась в водорослях. Вот и все.

– Но… – возмущенно начал я.

Дядя погрузил руку в воду и выудил оттуда целую охапку длинных слизких стеблей.

– Обычные плавающие водоросли. Их здесь полно.

– Но я же видел его! – не сдавался я. – Видел его щупальца и длиннющие острые зубы!

– Никаких морских чудовищ на свете не бывает, – авторитетно заявила Шин.

Мисс Всезнайка!

Дядя посмотрел на водоросли в своей руке и выбросил их обратно в воду.

– Давайте-ка продолжим этот разговор на катере, – сказал он. – Поплыли. Держитесь возле меня. И не приближайтесь к рифу. Плывем по середине протоки.

Он повернулся и поплыл к «Кассандре». Я огляделся и увидел, что чудовище затащило меня в лагуну. Теперь между нами и катером находился риф. Но в нем была протока, через которую можно было выйти в открытый океан.

Одолеваемый мрачными мыслями, я поплыл вслед за дядей и Шин.

Ну почему они мне не поверили?

Ведь щупальце в самом деле схватило меня за ногу. Именно щупальце, а не какой-то дурацкий пучок травы. И мое «необузданное воображение» здесь совершенно ни при чем!

Придется теперь доказывать, что они ошибаются. Я исполнился решимостью отыскать чудовище и предъявить его им. Только, конечно, не сейчас. Сейчас мне больше всего хотелось оказаться на надежной и безопасной палубе «Кассандры».

– Давай наперегонки к катеру, – предложил я, подплывая к Шин.

– А проигравший будет медузой в шоколаде! – в восторге воскликнула она.

Шин жутко азартная, плавать наперегонки она любит больше всего на свете и отказаться, конечно, не в силах. Она тут же устремляется к катеру, но я хватаю ее за руку.

– Подожди, – говорю я. – Так не честно. У тебя – ласты. Сними.

– Тем хуже для тебя! – кричит она, вырываясь. – Увидимся на катере!

Я смотрю, как она рассекает воду. Расстояние между нами быстро увеличивается.

«Ну уж нет! – решаю я. – Я не дам тебе победить!»

И, резко сменив курс, направляюсь прямо к рифу.

Если перебраться через него поверху, можно здорово срезать расстояние.

– Билли! Немедленно вернись! – кричит доктор Дип.

Я делаю вид, будто не слышу.

Риф уже совсем близко. Я почти доплыл.

Подняв голову, я увидел Шин. Она была уже далеко, но я знал, что ей все равно не успеть. Проплыть над рифом она не осмелится. А до протоки было еще далеко. Я же переберусь поверху и буду первым.

В это время мышцы на руках болезненно заныли. Плавать так много я пока не привык.

Мелькнула мысль, что на рифе можно будет чуть-чуть передохнуть.

А вот и риф. Я оглянулся на Шин. Она еще только подплывала к протоке, и я решил, что несколько секунд могу отдохнуть.

Я поднялся на красную поверхность кораллового рифа и… и от боли закричал как оглашенный!

## 4

Пятки обожгло так, будто я ступил на раскаленную сковороду. Острая пульсирующая боль поднималась по ногам вверх.

Не переставая вопить, я бросился назад в воду.

Вынырнув на поверхность, я услышал крики Шин:

– Доктор Дип! Быстрее!

Пятки продолжали гореть даже в прохладной морской воде.

– Билли, в чем дело на этот раз? – строго спросил доктор Дип, подплывая ко мне.

– На этот раз он, по-моему, совсем свихнулся, – противно улыбаясь, констатировала Шин.

Если бы не пронзительная боль в пятках, я бы ей показал, кто из нас свихнулся!

– Пятки! – простонал я вместо этого. – Я только залез на риф и… и…

Одной рукой доктор Дип придерживал меня за спасательный круг, второй – ободряюще потрепал по плечу.

– О-о-о, – сказал он. – Бедняга. Это действительно адская боль. Но ничего, через несколько минут пройдет. Эти ярко-красные кораллы называют еще и огненными кораллами, – объяснил он.

– Ух ты! – Глаза мои широко раскрылись. – Огненные кораллы?

– Даже я знаю! – вставила Шин.

– Эти кораллы покрыты слабым ядом, – продолжал дядя. – Яд, попадая на кожу, жжет как огнем.

«Ну, мне-то этого можно и не объяснять», – подумал я.

– Ты что, на самом деле не знал? – спросила Шин, ехидно улыбаясь.

Сегодня она у меня получит. Определенно.

– Тебе еще повезло, что ты просто обжег пятки, – говорил дядя. – У кораллов часто бывают острые края. Ты мог бы пораниться, и яд попал бы в кровь. Тогда все было бы гораздо серьезнее.

– У-у-у! А что было бы тогда? – с интересом спросила Шин. Похоже, ей доставляло удовольствие слушать обо всех ужасных вещах, которые могли бы со мной случиться.

Лицо доктора Дипа стало серьезным.

– Яд мог бы привести к параличу, – сказал он.

– Ничего себе, – сказал я.

– Так что держись-ка ты теперь подальше от красных кораллов, – сказал он предостерегающе. – И от лагуны, кстати, тоже.

– Но ведь в лагуне живет то ужасное подводное чудовище! – запротестовал я. – Мы обязательно должны туда вернуться. Мне нужно его вам показать!

Шин возмущенно фыркнула, нырнула в прозрачную голубоватую воду и выпустила целое облако воздушных пузырьков.

– Нет на свете никаких ужасных чудовищ, – торжественно провозгласила она, вновь появившись на поверхности. – Правда ведь, доктор Дип?

Как я уже, по-моему, говорил: в этом вся Шин.

– Видишь ли, Шин, – на лице у дяди появилось задумчивое выражение, – наверняка ничего утверждать нельзя. Наука пока не знает обо всех животных, обитающих в морских глубинах. Правильнее было бы сказать, что ученые пока не встречали никаких ужасных чудовищ.

– Вот так-то, мисс Всезнайка, – сказал я Шин.

Она набрала полный рот воды и сильной струей выпустила ее в меня. Шин не любит, когда я называю ее мисс Всезнайка.

– Послушайте, ребята, – сказал Доктор Дип, но смотрел он при этом только на меня. – Я ведь не шучу, когда говорю вам, что отсюда нужно держаться подальше. Конечно, в лагуне может и не быть никаких чудовищ. Но вот на акул, ядоносную рыбу – у нее яд в основании колючек – и электрических угрей там очень даже можно наткнуться. Не надо туда плавать.

Он сделал паузу и, продолжая смотреть мне в глаза, строго нахмурился, пытаясь таким способом заставить меня отнестись к его словам с должным вниманием.

– Как твои пятки, Билли? – спросил он.

– Немного лучше, – сказал я, подумав.

– Хорошо. На сегодня приключений довольно. Давайте-ка вернемся на катер. Время ленча.

И мы все дружно поплыли к «Кассандре».

Не успел я проплыть и несколько ярдов, как снова почувствовал щекочущее прикосновение к ноге.

Водоросль?

Нет.

Легкое скользящее прикосновение к бедру больше всего напоминало прикосновение… пальцев?

– Сейчас же перестань, Шин, – крикнул я, разозлившись, и резко повернулся, чтобы плеснуть ей в лицо водой.

Но сзади ее не было. Ее вообще не было рядом со мной.

Она плыла впереди, рядом с доктором Дипом.

Значит, меня щекотала не Шин.

Но ведь кто-то щекотал. Совершенно явно щекотал.

Я посмотрел вниз, в воду под собой, и почувствовал, как меня снова охватывает ужас.

Что там таилось?

И что это за странная игра?

Или теперь меня схватят и утащат в пучину уже навсегда?

Александр Дюбрау, помощник доктора Дипа, помог нам взобраться по штормтрапу.

– Я слышал крики, – сказал он. – У вас все в порядке?

– Все чудесно, Александр, – успокоил его доктор Дип. – Билли влез на огненные кораллы, но теперь уже все прошло.

Когда моя голова показалась над бортом, Александр подхватил меня под мышки и легко поднял на палубу.

– Сочувствую, Билли, – сказал он. – Огненные кораллы жуткая вещь. У меня из глаз искры посыпались, когда я на них в первый раз наступил. Не веришь? А зря. Ты в самом деле в порядке?

Я кивнул и, поочередно поднимая ноги, показал ему пятки.

– Теперь уже намного лучше. Но это не самое жуткое. Меня чуть не сожрало подводное чудовище!

– Никаких чудовищ на свете нет, – завела свое Шин.

– Я его вправду видел, – настаивал я. – А они не верят. Оно и правда там. В лагуне. Большое, зеленое и…

Александр улыбнулся.

## 5

– Если ты так говоришь, то конечно… – сказал он и подмигнул Шин.

Этот тоже сегодня у меня получит! Подумаешь, студент-практикант! Много он понимает!

Александру чуть больше двадцати. Но, не в пример Подводному Доктору, он совсем не похож на ученого.

Гораздо больше он похож на футболиста-гиганта. Рост – под два метра, и мускулы, как у борца. Жесткие светлые волосы слегка вьются, а в уголках голубых глаз, когда он улыбается, появляется множество лучиков-морщинок. Косая сажень в плечах, руки как у медведя, ладони – с лопату. Ходит он постоянно в плавках, и кожа у него блестящая, гладкая и почти черная от загара.

– Надеюсь, вы здорово проголодались, – сказал Александр. – На ленч сегодня бутерброды с салатом и цыплятами.

– О, классно, – сказала Шин, красноречиво вращая глазами.

Готовит на «Кассандре» в основном Александр. Он считает себя мастером в этом деле. Но – увы! – сильно ошибается.

Я спустился в свою каюту, чтобы сменить мокрые плавки. Каюта у меня крошечная, в ней стоит только кровать и небольшой шкафчик для вещей. Каюта Шин точно такая же. А вот у доктора Дипа и Александра каюты побольше, в них даже можно ходить.

Обедаем мы на камбузе – так на судах называют кухню. Здесь есть стол, намертво привинченный к палубе, такие же стулья, а в одном из углов – маленькая плита и все, что нужно для приготовления пищи.

Когда я вошел в камбуз, Шин уже сидела за столом. На тарелке перед ней лежал большой бутерброд. На тарелке рядом такой же бутерброд дожидался меня.

Оба мы не горели желанием отведать цыплячьего салата Александра. Накануне вечером он пытался накормить нас запеканкой из брюссельской цветной капусты. А утром подал красивые и жесткие блины. Тяжелые, как «Титаник», они сразу же опускались на самое дно желудка. И по-моему, до сих пор там оставались.

– Давай, ты первая, – шепнул я сестре.

– У-у-у-у… – затрясла головой Шин. – Лучше ты. Ты – старше.

Я вздохнул и почувствовал, как на дне желудка недовольно заворочались блины. Но делать было нечего. Я действительно был старше.

Я взял бутерброд, внимательно его осмотрел, осторожно надкусил и начал жевать.

В первый момент мне даже понравилось. Курятина, майонез… Вроде и в самом деле обычный цыплячий салат.

Но тут же язык мой начал постепенно воспламеняться. И через пару секунд во рту бушевал настоящий пожар!

Я испустил сдавленный вопль и на ощупь – глаза застилали слезы – потянулся к стоявшему рядом с тарелкой стакану с охлажденным чаем. Найдя его, выпил залпом.

– Огненные кораллы! – заорал я, придя в себя. – Ты добавил в салат огненных кораллов?

Александр добродушно улыбался.

– Всего лишь щепотку красного перца, – объяснил он. – Для вкуса. Тебе понравилось?

– Я, пожалуй, съела бы овсянки, – сказала Шин, опасливо отодвигая от себя тарелку с бутербродом. – Если, конечно, никто не возражает.

– Нельзя же есть одну овсянку, – нахмурился Александр. – Шин, ты только посмотри на себя: кожа да кости. Ты же, кроме овсянки, ничего не ешь. Попробуй бутерброд. Риск – благородное дело. Ты же это знаешь.

– Я, наверное, тоже предпочту овсянку, – поддержал я сестру, решив, что риска мне на сегодня, пожалуй, достаточно. – Просто для разнообразия. Бутерброд я уже попробовал…

В камбуз вошел доктор Дип.

– Что у нас на ленч? – спросил он, энергично потирая ладони.

– Бутерброды с цыплятами, – сказал ему Александр. – И специями.

– С огненными кораллами, – уточнил я. Доктор Дип посмотрел на меня, потом – на Шин. Правая бровь его понимающе изогнулась.

– В самом деле? – сказал он. – А знаете, что-то у меня нет аппетита. Пожалуй, я ограничусь тарелкой овсянки.

– Может быть, сегодня обедом займемся мы с Билли? – предложила Шин. Она насыпала в тарелку овсяных хлопьев, затем налила молока. – И вообще, это несправедливо. Почему все время готовит Александр?

– Прекрасная идея, Шин, – одобрил доктор Дип. – А что вы умеете готовить?

– Я знаю, как приготовить шоколадное пирожное с орехами, – сообщил я.

– А я умею делать трюфели из какао и сухого молока, – сказала Шин.

– М-м-м-да, – сказал доктор Дип. – Обедом, пожалуй, займусь я. Как насчет жареной рыбы?

– Класс! – завопили мы с Шин.

После ленча доктор Дип ушел в свой кабинет заполнять дневник наблюдений. Александр вызвался показать нам с Шин главную лабораторию.

Там было довольно прохладно. Вдоль стен стояли большие стеклянные аквариумы, в которых плавала рыба самой причудливой формы и окраски.

В аквариуме чуть меньше других плавали три ярко-желтых морских конька и рыба-труба. Тело рыбы-трубы сильно вытянутое в длину, с белыми и красными полосками и вправду было похоже на трубу или флейту. Ее иногда так и называют флейторылом. Кроме морских коньков и рыбы-трубы, в аквариуме деловито сновало множество мелких гуппий.

Во втором аквариуме содержались несколько огненно-красных рыб-ангелов и морской клыкач с полосатой окраской, похожий на тигра.

В третьем, самом большом аквариуме, на дне лежало что-то длинное, змеевидное, с полной пастью длинных и острых зубов.

– Фу-у… – неодобрительно сказала Шин, глядя на непонятную рыбу-змею. – Ничего себе страшилище!

– Черный ленточный угорь, – объяснил Александр. – Укусить может, но ядовитых зубов у него нет. Мы его называем Биф.

Приблизив лицо к стеклу, я угрожающе зарычал на Бифа, но тот сделал вид, будто не слышит.

Я представил себе, каково было бы встретиться с Бифом нос к носу в открытом океане. Зубы его, конечно, впечатляли, но по размерам ему было далеко до чудовища из лагуны. Подумав, я решил, что Уильям Дип-младший, всемирно известный исследователь морских глубин, пожалуй, справился бы с ним.

Отвернувшись от аквариумов, я увидел панель управления и стал разглядывать разные там кнопки, рычажки и циферблаты.

– А это для чего? – спросил я, нажимая на одну из кнопок. Раздался оглушительный рев. Мы подскочили на месте.

– Ты нажал на кнопку главной сирены, – смеясь, сказал Александр.

– Доктор Дип велел Билли ничего не трогать без разрешения, – подала голос Шин. – Он говорил ему это миллион раз. А говорить Билли – все равно что стенке.

– Заткнись, Всезнайка! – резко оборвал ее я.

– Сам заткнись!

– Внимание: расслабились и успокоились, – сказал Александр, поднимая обе руки вверх, как рефери в боксе. – Или прогоню обоих!

Я снова повернулся к панели. Большую часть циферблатов освещал мягкий зеленоватый свет, слегка подрагивали красные стрелки. Заметив среди циферблатов один темный, со стрелкой замершей в крайнем левом положении, я показал на него пальцем и спросил:

– А этот для чего? Похоже, ты забыл его включить.

– Он осуществляет контроль за нансеновской бутылкой, – сказал Александр. – Она сломалась.

– Что такое нансеновская бутылка? – немедленно спросила Шин.

– С ее помощью берут пробы воды с различных глубин, – объяснил Александр.

– Почему же вы ее не почините? – спросил я.

– Не на что, – пожал плечами Александр.

– Почему? – удивилась Шин. – Разве университет не дает денег?

Мы с сестрой знали, что исследования доктора Дипа финансирует университет штата Огайо.

– Нам дают деньги, но только на исследования, – сказал Александр. – Да и те почти на исходе. Теперь ждем, не дадут ли еще. А денег на ремонт уже давно нет.

– А если на «Кассандре» случится какая-нибудь серьезная авария? – спросил я.

– Боюсь, что тогда придется ставить ее в сухой док, – вздохнул Александр. – Или раздобывать деньги где-нибудь в другом месте.

– У-у-у… – недовольно протянула Шин. – Значит, тогда надо ставить крест на наши морские каникулы!

Идея поставить «Кассандру» в сухой док мне совсем не нравилась. Еще больше она мне не понравилась, когда я представил себе Подводного Доктора на берегу без своего любимого дела.

На суше дядя сразу становится жалким и несчастным. Хорошо он чувствует себя только на палубе судна посреди океана. Это я знаю наверняка, потому что однажды дядя проводил у нас Рождество.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru

# Примечания

1

Морской гребешок – большой съедобный моллюск. (Примеч. пер.)