# Секреты мастерства

Ант Скаландис

Рассказ из авторского сборника "Ненормальная планета"

## Ант Скаландис. Секреты мастерства

– Салага! – сурово припечатал Клюквин юного прыгуна в высоту, который третий раз подряд не смог «попасть в разбег» и сбил планку, за что получал теперь выволочку от тренера.

– А ты в его годы прыгал на два метра? – поинтересовался я, на глазок прикинув установленную в секторе высоту.

– Мне-то зачем? Я и сейчас не прыгну. Если в длину – тогда пожалуйста. Или тройным. Два метра.

– Ну, и не выступай, раз такое дело! – я почему-то обиделся за парнишку-высотника.

– Да ладно вам, ребятки, – встрял Панкратыч, – посмотрите лучше, какая девочка бегает. Барьеристочка.

– А тебе бы, Панкратыч, все девочек! – огрызнулся Клюквин. – Седина в бороду, бес в ребро? Да и тоща она, твоя девочка, – добавил он, приглядевшись. – Грудей нету совсем.

Но тут уж Клюква был не прав. Насчет грудей, впрочем, возразить я ничего не мог, но вообще девчурка мимо нас бегала ладненькая, длинноногая, и мордашка у нее была – прелесть: носик кнопочкой, ротик маленький, а глазищи огромные и ресницы издалека видать. Просто Клюква был злой. Как и все мы. Потому что нашу сауну заняли, а другого номера выделить не пожелали. Разбираться мы послали Машку в наказание за то, что она позже всех закончила тренировку, и теперь сидели втроем на трибуне легкоатлетического манежа и ждали решения своей судьбы.

– Во! – усмехнулся ехидный Клюквин. – Опять барьер сшибла.

А мне стало жалко и эту несчастную симпатягу-девочку.

– Думаешь, просто? – сказал я Клюквину.

Клюквин не думал. Клюквин знал, что это не просто. Он умел бегать с барьерами, обязан был уметь, как прыгун тройным. Но я все-таки продолжил:

– Помню, лет пять назад с ребятами из юношеской сборной попробовал пробежать сто десять с барьерами. Хотел узнать свой результат. Спринт-то я неплохо бегал. А ребята еще спросили: «Умеешь?» Ну, я им, конечно: «Чего тут уметь-то?» Мне казалось, что сложностей и в самом деле никаких. Ну, бежишь, ну, прыгаешь… Понятно, что помедленнее Грега Фостера.

– Так и в какой же по счету барьер ты врезался? – с улыбкой спросил Панкратыч.

– В третий, – сказал я.

– Молодец! Я, помнится, по первому разу о второй тормознул.

– Салаги, – с отеческой жалостью к нам произнес Клюквин. – Длину шагов надо уметь рассчитывать.

Хорошо ему – он всю жизнь разбег считает перед ямой, а мне как-то никогда не приходило в голову оценивать длину шага на моей фехтовальной дорожке.

– А вот скажи, Клюква, – попросил я, – как ты рассчитываешь этот самый свой шаг.

Ответил Панкратыч:

– Да он сам не знает.

Клюквин не возразил. Пожал только плечами, мол, черт его разберет – умею и все тут.

– В том-то и дело, ребятки, – объяснил Панкратыч. – Секреты мастерства очень часто словами передать невозможно. Поэтому и хорошие тренеры так редко встречаются. А вот и Машуня!

Машка подошла, молча села и откинулась на спинку сиденья.

– Ну, что там? – не выдержал я.

– Спешить некуда. Сауна будет через час.

– Ни фига себе! Панкратыч, нас обижают. Разберись.

– Толик, там, где Машуня ничего не смогла, мои попытки будут просто смешны.

– Пошли в буфет? – предложил Клюквин.

– Это перед баней-то? Стыдись, Клюква, – пожурил Панкратыч. – Я как врач не допущу нарушения режима. Здесь посидим. Плохо что ли? Потрепемся. Машунь, пока тебя тут не было, мы говорили о секретах мастерства, у кого они какие и как их можно передать. Вот ты недавно из ГДР, может, разболтаешь нам парочку закордонных секретов.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru