# След на снегу

Сергей Наумов

Сергей Наумов относится к тем авторам, кто создавал славу легендарного ныне "Искателя" 1970 – 80-х годов. Произведения Наумова посвящены разведчикам, добывавшим сведения в тылах вермахта, и подвигам пограничников.

* * *

Припушенная снегом тайга сверху казалась застывшим белым морем. Андрей Астальцев скользил взглядом по ее просторам и словно бы читал карту.

Вертолет шел над пограничной зоной, а ему ли, сержанту Астальцеву, не знать свой район. Как-никак, а на этой границе служил он давно и сейчас возвращался из отпуска на заставу. Вертолет вез пограничникам почту и продукты. Пилоты были знакомы Андрею, и за тот час, что они летели, Астальцев успел выспросить все пограничные новости. Одна из них насторожила сержанта. Третьего дня на берегу океана обнаружили медвежий след. Мишка выходил к океану попить соленой водички. Снегопад помешал проработать след.

Астальцев считался лучшим следопытом на заставе. Рассказ пилота заставил задуматься Андрея. В штормовую погоду да еще в начале зимы медведи – даже "шатуны", бродяги-одиночки – не выходят к большой воде.

Вертолет стал проваливаться. Его закачало, потом подбросило.

– К пурге, – спокойно сказал летчик, – с океана ветерок… Успеть бы.

Андрей и сам видел в иллюминатор, как закурилась тайга, поползла с горных хребтов белая завеса. Вертолет пошел на снижение. Пилот менял маршрут, сворачивая к горам. Ветер там был слабее, а узкая долина, если сделать небольшой крюк, выводила прямо к заставе.

Зачернели осыпи на склонах. Горы, поросшие пихтой и лиственницей, надвинулись косыми парусами скал.

Астальцев всматривался в скалы в надежде обнаружить забытую старательскую тропу, как вдруг увидел на снегу цепочку следов. След вел из распадка, пересекал поляну и обрывался в густом пихтаче.

Сомнений не было: здесь прошел человек. Кто он? И почему прячется в пихтаче? За те секунды, что Астальцев обдумывал, кто бы мог спрятаться в тайге, вертолет проскочил добрую сотню метров, и когда Андрей тронул пилота за плечо и спросил: "След видел?" – внизу возникла черная лента реки, еще не скованная морозом.

Пилот развернул машину. Но сколько ни вглядывался теперь Андрей в склоны, следов не обнаружил.

– Померещилось, может… – сказал пилот и постучал костяшками пальцев по приборной доске, – горючее на исходе.

– Высаживай меня здесь, – тихо сказал Астальцев, – автомат я у вас заберу. На заставе скажешь: в квадрате сорок три обнаружен неизвестный. Пусть высылают "тревожную" группу…

– Пурга скоро…

– Потому и схожу на промежуточной. Давай… Начнется пурга – след пропадет…

С дальних холмов набегали тени. Таежный низовой ветер заметал следы.

* * *

Нарушитель казался хрупким рядом с огромным, плечистым Астальцевым. Его лицо с узкими в щелочку глазами было усталым и злым.

Тайга, укутанная в подвижную студеную дымку, гудела. Воздух походил на мутное стекло.

Люди шли быстро. Но пурга обогнала их. Она задержалась и теперь тоже спешила.

– Я – геолог. Заблудился. Наша экспедиция работает на побережье, – в который раз повторял задержанный. – Вы будете отвечать. Моя фамилия Кротов.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru