Кир Булычев
Одна ночь

За этот день я безумно устал.

Еще на рассвете проводник заставил меня покинуть уютную каюту «Гиацинта», который мирно покоился на спящей воде залива. Одевшись тяжело и неудобно, чтобы защитить себя от гадов, таящихся в зарослях, мы отправились в путь, чтобы пересечь Пустошь до жары.

Первые два часа оказались самыми легкими, но я тогда об этом не знал и проклинал стужу, сухие кочки, каменные россыпи и сладкую пыль. По-настоящему трудно стало, когда солнце поднялось повыше и в несколько минут раскалило воздух, разбудив мириады злобных мошек и зубастых змей.

Мы успели спрятаться в тень леса как раз в тот момент, когда закипела кровь в жилах, но это не значило, что в лесу было значительно легче. Там было сумрачно, от болота поднимался пар. Телохранители, высланные нам навстречу Господином Тумана, шумные и бестолковые, подняли зверя, схожего с медведем, и погнали его. Мой проводник боялся, что, оставшись без охраны, мы станем добычей каких-то карликов леса, которые, к счастью, не появились, и я до сих пор не знаю, как они выглядят и что делают со случайными путниками.

Телохранители догнали нас уже на подходе к Городу Тумана. Медведя они не убили, но громко хвастались тем, как могли бы его убить.

Телохранители были вооружены грубо изготовленными пистолетами и замечательно сделанными арбалетами. У городских ворот они подняли страшную стрельбу, будто на город наступала вражеская армия. В ответ городская стража тоже кричала и стреляла. К счастью, никого не убили.

Господин Тумана выехал навстречу мне из своего дома – глинобитного двухэтажного сооружения на берегу грязного пруда. Могучий конь покачивался под неподъемной ношей – сам Господин весил килограммов сто пятьдесят, да и золото, которым он был увешан, как рождественская елка, тянуло не меньше.

При виде меня Господин спрыгнул с коня, и я могу поклясться, что земля дрогнула и с ближних домов посыпалась штукатурка.

– Я счастлив! – сказал Господин. – Я ждал этого момента всю мою жизнь.

Я думал, что он спутал меня с комиссаром, но Господин отлично разбирался в тонкостях галактических отношений.

– Как здоровье драгоценнейшего комиссара? – спросил он, сжимая мою кисть в пухлых горячих ручищах. – Хорошо ли он перенес дальнюю дорогу? Не занемог ли он?

– Комиссар здоров, – ответил я. – Чего желает и вам. Он выслал меня вперед, чтобы по правилам вежливости предупредить о своем приезде. Он просит, чтобы к его приезду не было никаких особенных приготовлений. Комиссар желал бы поселиться в тех же условиях, в каких обитают жители вашего государства.

Господин Тумана огорчился. Он объяснил мне, что всегда подозревал, что завистники и недоброжелатели нашли путь к благородным ушам драгоценного комиссара и нашептали злобные наветы на Государство Тумана.

– Ни в коем случае, – ответил я, поднимаясь по неровным кирпичным ступенькам в дом Господина. – Комиссар всегда и на всех планетах, куда он прилетает для переговоров, просит не предпринимать никаких специальных усилий ради его скромной персоны.

– О нет! – Господин был возмущен. Господин воспринимал мои слова как намек на свою отсталость. Звеня браслетами, Господин заявил, что и он, и его подданные сделают все возможное, чтобы загладить проступок. Глаза его покраснели, на полных щеках образовались малиновые жилки.

Я сказал, что желал бы, приведя себя в порядок с дороги, оговорить с Господином некоторые вопросы, которые подлежат завтрашнему обсуждению. Господин сам проводил меня в апартаменты, выделенные для посланца комиссара. В дверях меня встретила милая девушка, она настойчиво смотрела на меня и щурилась. Я догадался, что она близорука, но не знал, носят ли здесь очки.

– Я никогда еще не видела инопланетян, – сказала она. – У нас так много о вас говорили, и мне было трудно поверить в то, что вы так похожи на людей.

– Это зависит от точки отсчета, – сказал я. – Например, моя мама с самого рождения считала меня человеком, а вас – инопланетянкой.

– Чувство юмора свойственно разумным существам, – неожиданно сообщила мне серьезная девушка. – На вашем месте животное не стало бы шутить.

– А чем вы занимаетесь? – спросил я.

– Сейчас разговариваю с вами.

– Я ни на секунду не ставил под сомнение ваше чувство юмора.

– Я художник. Я исторический художник.

– Вы изучаете старых художников?

– Ах нет! Вам не понять! Я сама – старый художник.

– Потом я пойму? – спросил я.

– Потом вы поймете.

Другая девушка выбежала на лестничную площадку откуда-то из темного коридора.

– Что ты делаешь, Лиина? – пропела она сердито, словно не замечая меня. – Нас ждут.

– Прости, – сказала Лиина.

Она посмотрела на меня, прищурившись более обычного.

– Мне надо идти, – сказала она.

– Когда я вас увижу? – спросил я ее вслед.

Девушки уже убежали. Мне еще долго казалось, что я слышу сухое шуршание материи, схожей с шелком.

Оказалось, что я не заметил, как она была причесана и одета. Видно, она слишком быстро исчезла, я больше слушал, чем смотрел.

Покои, отведенные мне, были скромны и скудно обставлены. Очевидно, здесь никто не жил, комнату берегли для гостей. Густой паутиной затянуло темные углы и провалы между подушками на диванах. Никому не пришло в голову вытереть пыль со стола и подмести пол. Я прошел к небольшой двери, за которой, как надеялся, располагался туалет. От каждого моего шага небольшие клубы пыли поднимались с ковра.

Умывальник, представлявший собой неглубокий керамический чан, был пуст и пылен. Никакого крана к нему не вело.

Пожалуй, если этот Господин так же встретит комиссара, его ставка на галактическую помощь бита. Неужели он этого не понимает? Не сам комиссар ему страшен – тот может и не обратить внимания на афронт, зато свита, советники и референты – мои дорогие коллеги не преминут сделать выводы. Никакой комиссар не переспорит своего штаба…

Пока я стоял посреди тесной туалетной комнаты, послышался грохот несущегося ко мне стада носорогов.

Я с опаской выглянул в большую комнату и увидел, как туда вбежала бригада тяжело вооруженных водопроводчиков или подобных им существ. Они тащили дымящийся котел с кипятком, а следом за первой бригадой водопроводчиков прибежали рабы или вельможи с щетками, швабрами и тряпками. Отшвырнув меня в угол, эта толпа занялась приведением в порядок моей опочивальни, отчего я чуть не задохнулся от пыли, будто снова очутился на Пустоши.

Я еще не успел прийти в себя, как всю эту братию как корова языком слизала. Я стоял посреди чистой комнаты, хлопья пыли медленно опускались на диваны, чтобы занять свои законные места, а из ванной тянуло густым паром.

И тут вошел Господин Тумана, разодетый, как на Похороны Початка – главный здешний праздник. С удовольствием обозревая мои покои, он произнес:

– А вас, как я погляжу, недурно устроили.

Он был фанфароном и демагогом. И хоть здесь митинги строго запрещены, я отлично представил его на трибуне митинга, выступающего за права матерей-одиночек либо отцов-алиментщиков и связывающего их судьбу с судьбами вселенской демократии.

– Спасибо, – сдержанно ответил я. К счастью, я не дипломат и в мои задачи не входит утряска, увязка и сглаживание углов. – Но я не понимаю, зачем надо было проводить уборку в моем присутствии.

Господин печально улыбнулся.

– Ни на кого нельзя положиться, – сообщил он мне доверительно. – Когда дама Лиина сказала мне, что вы проследовали в опочивальню, я решил проверить, все ли готово. А мне сообщили, что скоро будет готово… Они, видите ли, решили, что вы приезжаете завтра!

И этот мерзавец рассмеялся, полагая, что провел меня.

– Лиины здесь не было, – сказал я.

– Дама Лиина видит сквозь стены, – сказал Господин, не скрывая издевательской усмешки. – Она уже далеко, но видит вас.

– Хорошо, – сказал я, стараясь сократить встречу, ведь я так и не успел умыться. – Первое, о чем мне хотелось бы вам сообщить…

– Не надо, не сейчас! – Он выставил перед собой короткую пухлую руку и растопырил пальцы, словно намереваясь собрать в горсть мое лицо. – Мы все обсудим после ужина.

– Но один вопрос… – настаивал я.

– Только коротко. Потому что вам хочется умыться.

– Меня, конечно же, не смущают такие апартаменты. – сказал я. – Но завтра приедет комиссар, один из наиболее уважаемых…

– Мы постараемся не ударить в грязь лицом, – сказал Господин. – Скоро начнется подготовка. Вот именно.

Он не хотел со мной говорить. Он таился… Впрочем, я не намеревался тешить себя надеждами на свою особую проницательность – известно немало смешных, а то и трагических случаев, когда самомнение авторитета из Галактического центра дорого обходилось окружающим. Какие обычаи и неведомые мне законы скрываются за усмешкой Господина?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.