# Маска, кто ты?

Элизабет Хардвик

Измена, а затем гибель мужа, крах компании отца и потеря ребенка – все это сваливается на Бетти Шерман одновременно. Мало того, несчастную разыскивает Реймонд Мертон, супруг женщины, которая погибла вместе с ее мужем.

Решив, что он хочет отомстить ей – единственной, кто уцелел в этой трагической истории, – Бетти перекрашивается в брюнетку и открывает собственное дело под именем Робин Стюарт.

Ей кажется, что она хорошо замаскировалась, но в ее жизни снова появляется Реймонд Мертон…

## 1

– Эта женщина – настоящее сокровище, – послышался из холла голос Теренс. – Не знаю, почему она не откроет собственный ресторан, он без сомнения пользовался бы огромным успехом. – Через минуту хозяйка вошла в кухню. – Робин, я хочу познакомить вас с нашим гостем, – жизнерадостно объявила она звенящим от возбуждения голосом. – Похоже, он по достоинству оценил вашу стряпню.

Ничто не предвещало опасности, и Робин даже не насторожилась. Кто знал, что сейчас – второй раз за три года – ее жизнь круто изменится?

Прежде чем обернуться, она взяла полотенце, вытерла руки и нацепила на лицо дежурную улыбку… которая застыла на ее губах при первом же взгляде на лицо мужчины, которого Теренс вводила в кухню.

Нет!

Только не он!

Этого не может быть!

Робин согласилась обслуживать этот званый обед только потому, что в последнюю минуту отменился другой, давно запланированный, заказ и в ее напряженном графике случайно образовалось окно. Судя по тому, что Теренс рассказывала днем, в последние месяцы дела у ее мужа шли неважно, так что этой славной паре не помешало бы немного удачи.

Миссис Спенсер сразу повела себя очень приветливо и весь день без умолку говорила с женщиной, которую наняла для организации обеда.

Наверное, потому что она очень волнуется, как пройдет прием, решила Робин и предоставила ей болтать, сколько вздумается, в то время как сама продолжала делать свое дело.

Она готовила все блюда собственноручно, включая шоколадные пирожные, и поэтому провела в доме Спенсеров довольно много времени. Вскоре ей уже казалось, что она знает это семейство и все его проблемы во всех подробностях. Судя по всему, сама хозяйка считала так же.

Наконец появились гости, и миссис Спенсер отправилась к ним.


Ужин шел своим чередом, а Робин возилась на кухне.

– Сейчас будем подавать десерт. Отнесите чашки… – спокойно давала она указания помощницам.

Вдруг одна из чашек со звоном упала на пол. Хрупкий фарфор разлетелся на мелкие осколки.

Три женщины, находившиеся в кухне, замерли. Виновница происшествия была в шоке.

– Ой, Робин, ради Бога, извините! – в отчаянии простонала она. – Сама не знаю, как это вышло. Я, конечно, заплачу за чашку…

– Не говорите глупостей, Сара, – все так же спокойно прервала ее Робин.

Еще недавно подобный инцидент поверг бы ее в полную панику, так как стоимость разбитой чашки пришлось бы вычесть из счета за обслуживание званого обеда. Но те дни, слава Богу, уже миновали. Теперь Робин могла позволить себе не считать такие случайности катастрофой. И потом, если этот вечер пройдет успешно, как надеялась хозяйка дома, то, скорее всего, та не будет слишком переживать из-за того, что кофейный сервиз на двенадцать персон уменьшился на один предмет.

Робин поставила другую чашку на поднос, где уже стояли остальные семь.

– Кофе отнесет Венди, а я пока тут приберусь.

Она ободряюще сжала локоть Сары, и помощницы вышли из оборудованной по последнему слову техники кухни.

Взяв в руки веник и совок, Робин едва не рассмеялась вслух.

За последние два года ты прошла путь от кухарки, официантки и судомойки в одном лице, сказала она себе, до хозяйки собственного дела, имеющей возможность нанять двух помощниц. И надо же, снова приходится ползать на четвереньках! Похоже, ничто в этом мире не меняется.

– Дорогая, я просто обязана вам сказать… Господи, что это вы делаете?!

Хозяйка дома, Теренс Спенсер, вошла в кухню и остолбенела, увидев в руках Робин веник.

– Я, разумеется, возмещу вам стоимость… – начала та.

– И думать забудьте! – небрежно отмахнулась Теренс. Легкая аффектация казалась совершенно естественной для этой красивой элегантной дамы, стройной, в коротком облегающем вечернем платье, с длинными рыжими волосами, свободно падавшими на плечи. Ее прелестное лицо светилось радостью. – Я давно планировала купить новый сервиз, а это старье выбросить!

Речь шла о тончайшем фарфоре стоимостью не в одну сотню, если не тысячу, фунтов.

– Стало быть, все прошло успешно? – вежливо поинтересовалась Робин, выбрасывая осколки в мусорное ведро. Ее движения были спокойными и рассчитанными, как обычно.

– Успешно! – Теренс радостно засмеялась и хлопнула в ладоши. – Дорогая, да после изысканных блюд, которые вы нам сегодня подали, Гилберт, похоже, готов развестись со мной и жениться на вас!

Робин продолжала профессионально любезно улыбаться, хотя при одной мысли о том, чтобы оказаться замужем, пусть даже за таким симпатичным парнем, как Гилберт Спенсер, ей стало тошно. Впрочем, Теренс просто пошутила: ее муж обожал жену и двух прелестных дочурок.

Однако Робин была довольна, что все складывается удачно.

– Разумеется, ни о чем конкретно они не договаривались, – продолжала возбужденно щебетать хозяйка, – но Рей предложил Гилберту встретиться в офисе утром и обо всем потолковать. – Она улыбнулась, довольная таким развитием событий. – А это уже шаг вперед, ведь сначала он собирался просто выкупить у Гилберта компанию, а его самого послать ко всем чертям. Я уверена, что от вашей вкусной еды Рей растает окончательно. – Теренс заговорщически улыбнулась. – Он сказал, что вообще-то не ест десерт, но я уговорила его попробовать хотя бы ложечку этого восхитительного шоколадного мусса. Что вы думаете? Он мгновенно уничтожил всю тарелку и так расслабился, что без возражений согласился переговорить с Гилбертом, – торжествующе заключила она.

Так, стало быть, все-таки не гость предложил мистеру Спенсеру встретиться, а наоборот, отметила про себя Робин некоторые несоответствия в рассказе хозяйки. Что ж, при таких обстоятельствах можно простить Теренс некоторую вольность в обращении с фактами. Ее муж был владельцем и одновременно управляющим небольшой фирмы, а этот Рей, судя по всему, настоящая акула, пожиравшая как своих сородичей, так и прочую мелкую рыбешку, совершенно не заботясь о последствиях. По словам все той же Теренс, уже сам факт, что такой крупный бизнесмен согласился прийти к ним на обед, превзошел ее самые смелые ожидания.

Робин он представлялся первостатейным мерзавцем, с которым лучше бы вообще не иметь дела. Однако у Спенсеров, похоже, не было выбора.

– Я, право, очень рада за вас, Теренс, – тепло сказала она. – Но не следует ли вам вернуться к гостям?..

Ей не терпелось приступить к не слишком приятному, по неизбежному занятию – уборке кухни. Она никогда не уходила из дома, где работала, не прибрав за собой. Это было одним из непременных пунктов в перечне услуг, которые оказывала ее маленькая частная фирма. Причем своих помощниц, Сару и Венди, Робин отпускала, как только подадут кофе, а сама оставалась в доме до конца вечера.

Ее такое положение вещей вполне устраивало. Она была готова работать по восемнадцать часов в сутки, лишь бы оставаться независимой. И свободной…

– Господи, конечно. – Теренс вспомнила об обязанностях хозяйки дома. – Просто я так обрадовалась, что решила с вами поделиться. Потом поговорим. – Она с благодарностью сжала локоть Робин и поспешно выскользнула из кухни, оставив за собой шлейф аромата дорогих духов.

Та только сокрушенно покачала головой и повернулась к тарелкам для десерта. Сложись жизнь по-иному, мы с Теренс Спенсер могли бы стать подругами, подумала она.

Но в данной ситуации, хотя они и мило общались весь день, Робин знала, что не увидит Теренс до тех пор, пока той снова не понадобятся ее услуги, – если, конечно, такое вообще случится.

Клиенты не раз отмечали образованность и такт Робин, которые выделяли ее из числа многих коллег, и все же, даже имея свое дело, она принадлежала к сфере обслуживания. Ее нанимали на работу, и она знала свое место.

Это странная жизнь приносила Робин огромное удовлетворение, и, хотя порой молодая женщина испытывала приступы острого одиночества, она считала, что добилась главного, – похоронила свое прошлое.

Однако теперь перед ней стоял посланец оттуда.

## 2

Я же преуспевающая женщина, сказала себе Робин, чувствуя, что ее сердце рухнуло в бездну. Я независима. Я свободна, наконец!

– Это Реймонд Мертон, – представила своего гостя ничего не подозревавшая Теренс. – Рей, а это мисс Робин Стюарт – волшебница, которая приготовила для нас ужин. – И она одарила всех сияющей улыбкой.

Стало быть, человек, о котором весь день болтала хозяйка, – это Реймонд Мертон? Робин приросла к месту. Ну, конечно же, это он. Тот самый…

Разумеется, Реймонд стал старше, но суровые черты его лица по-прежнему казались высеченными из камня, даже когда он улыбался.

Интересно, что стало бы с его улыбкой, узнай он ее так же, как она узнала его?

– Очень приятно, – произнес мистер Мертон, внимательно глядя на Робин.

Ему должно быть сейчас тридцать девять, мысленно прикинула она.

Темные волосы этого мужчины были чуть длиннее, чем того требуют приличия, и касались воротника смокинга. Твердый подбородок, скульптурно вылепленные губы, длинный, дерзко выступающий аристократический нос… Единственным, что немного смягчало лицо Реймонда Мертона, были глаза – синие, почти цвета морской волны, как воды прозрачного теплого моря, в котором Робин довелось плавать… давным-давно.

– А можно, я буду называть вас просто Робин? – обворожительно улыбаясь, спросил он.

Черный вечерний смокинг и ослепительно-белая рубашка ловко сидели на его мощном крепком теле. Он был так высок, что Робин, в которой было всего метр шестьдесят, пришлось запрокинуть голову, чтобы заглянуть в его четко очерченное лицо, которое, как ей показалось, за последние годы стало еще мрачнее, чего не могла скрыть даже адресованная ей любезная улыбка.

Ох, Стивен! – мысленно вздохнула она. Как ты мог восстать против этого человека и надеяться его победить? Впрочем, тебе это и не удалось.

Если верить газетным сплетням, никто и никогда не выигрывал в схватке с Реймондом Мертоном и, зная теперь, с кем приходится иметь дело Спенсерам, Робин засомневалась, не слишком ли рано обрадовалась Теренс.

– Хорошо, пусть будет так, – отозвалась она заученно мягким тоном, который усвоила за последние годы.

Никто не догадался, чего ей это стоило. А ведь она разговаривала с Реймондом Мертоном, человеком, который ворвался в ее жизнь, как торнадо, и разрушил ее. Впрочем, Робин нисколько не сомневалась, что сам он об этом и понятия не имеет.

– Я рада, что вам понравился обед, мистер Мертон, – заметила она в надежде, что теперь он уберется из кухни вместе с хозяйкой дома.

Робин делала все, чтобы казаться невозмутимой, но ноги у нее уже подкашивались, и она боялась, что вот-вот не выдержит напряжения и разрыдается.

Реймонд слегка наклонил голову. В падающем сверху электрическом свете его волосы казались почти черными, но Робин заметила, что в них мелькает седина.

– Ваш муж – настоящий счастливчик, – негромко протянул он.

Она уловила в его тоне вопрос и едва удержалась, чтобы не бросить взгляд на свою левую руку, где уже давно не было кольца. Слава Богу, на безымянном пальце не осталось и следа от золотого ободка.

– Я не замужем, мистер Мертон, – ровным голосом произнесла она.

Несколько секунд, показавшихся ей бесконечными, Рей пристально смотрел на нее, словно стараясь запечатлеть в памяти.

Она знала, что он увидел: стройную женщину в строгой кремовой блузке и черной юбке, с темными волосами, зачесанными назад и перехваченными на затылке черной бархатной лентой, и бледным лицом без следов косметики, на котором выделялись огромные карие глаза.

Однако было в ней и нечто другое, о чем она сама не подозревала, иначе пришла бы в полный ужас. Кожа Робин, нежная, как лепесток магнолии, являла разительный контраст с темными вьющимися кудрями, в которых играли медные блики, а в огромных карих глазах мелькали золотистые искры, придавая им вишневый оттенок. У нее был аккуратный носик и пухлый рот, который не нуждался в помаде, чтобы подчеркнуть его чувственность.

С этим Робин ничего не могла поделать и, хотя она намеренно не красилась, нежный цвет ее лица с персиковым румянцем лишь подчеркивал неотразимое очарование огромных глаз. Она старалась одеваться просто и строго, но врожденный вкус никогда не изменял ей, и сейчас незамысловатая кремовая блузка казалась нарядной и кокетливой, а юбка, хотя и длинная, не скрывала округлой формы длинных стройных ног.

– Осмелюсь заметить, – приглушенно проворковал Рей, не сводя с молодой женщины пристального взгляда удивительно ясных сине-зеленых глаз, – что это весьма отрадно.

– Рей, дорогой, – поддразнила его Теренс, – похоже, вы флиртуете с мисс Стюарт! – Ее это, по-видимому, очень позабавило.

Тот бросил на хозяйку насмешливый взгляд.

– Вы не ошиблись, именно этим я и занимаюсь.

И он снова с вызовом повернулся к Робин.

Флиртует? Со мной? – изумилась она. Но это же невозможно! Если бы он только знал…

Но он же не знает, сказала она себе. Он не узнал меня, иначе не выказал бы такого откровенного восхищения. Неужели я так сильно изменилась? Конечно, со времени нашей последней встречи прошло немало лет, но, наверное, главное, что ввело его в заблуждение – это мои волосы.

Когда-то они струились до самой талии роскошным каскадом цвета спелой ржи, а теперь, глядя в зеркало на женщину с темными локонами до плеч, Робин и сама поражалась, насколько изменили ее внешность новый цвет волос и прическа, – казалось, даже овал лица стал другим. Глаза на фоне темных кудрей выглядели ярче, а светлая кожа блондинки приобрела кремовый оттенок.

Да, ей удалось добиться желаемого эффекта и теперь, когда Реймонд Мертон смотрел на нее, как на совершенно незнакомую женщину, она в этом убедилась.

– Мистер Мертон… – Робин наконец справилась с потрясением и обрела способность говорить. – Боюсь, вы напрасно теряете время.

Она теперь мисс Стюарт, шеф-повар, обслуживающий званые обеды богачей, а этот мужчина – всего лишь очередной гость. И вообще, нечего ему делать на кухне!

На лице Рея по-прежнему играла улыбка, но аквамариновые глаза вспыхнули внезапным интересом.

– Робин, дорогая! – Он намеренно смаковал это имя, словно бросая вызов ее официальной манере обращения. – Это не в моем характере.

Ей и на этот раз удалось сохранить невозмутимый вид, хотя внутри все сжалось от тяжелого предчувствия. Этого ощущения она не испытывала уже три года.

– Хватит, Рей, – вмешалась Теренс и просунула руку под его локоть. – Я не могу допустить, чтобы вы расстраивали Робин, – укорила гостя она. – Давайте-ка оставим бедняжку в покое. Пойдем в гостиную, выпьем ликера… – Она бросила в сторону Робин извиняющийся взгляд. – Не сомневаюсь, дорогая, вам бы хотелось попасть домой до утра. Идемте же, Рей, – повторила Теренс, видя, что тот и не думает двигаться с места. – А не то Гилберт подумает, что мы с вами сбежали вместе!

Однако Реймонд Мертон не поддержал ее жизнерадостный тон:

– Гилберт может быть совершенно спокоен на мой счет, – неожиданно жестко заявил он, но, спохватившись, тут же прибавил: – Вы очень красивая женщина, Теренс, но меня никогда не привлекали чужие жены.

При этих словах Робин чуть не задохнулась. Уж она-то знала, почему он так говорит. Ей это было известно лучше, чем кому бы то ни было.

– Я уверена, что мистеру Спенсеру будет приятно слышать такое, – любезно заметила она. – Но Теренс права: у меня еще очень много дел. Да и ваш кофе остынет.

И она с улыбкой повернулась к Саре и Венди, как раз входившим в кухню. Они появились очень вовремя.

Поскорее бы он убрался из кухни!

Еще несколько минут назад она была уверена, что сумела выбросить прошлое из головы, но теперь события трехлетней давности, когда газеты пестрели фотографиями этого человека рядом с ее собственными, снова встали перед мысленным взором Робин.

Тогда Робин отчаянно хотелось бежать, укрыться где-нибудь, где ее никто не знает. Одному Богу известно, как, но ей это удалось. И вот мужчина, чей образ преследовал ее в кошмарах во сне и наяву, здесь. Реймонд по-прежнему стоял, не сводя с нее глаз, несмотря на настойчивые призывы хозяйки дома. Его поведение было уже на грани приличии, однако он, видимо, слишком хорошо осознавал свою власть. Обладатель многомиллионного состояния, человек, собиравшийся выкупить компанию Гилберта Спенсера, мог вести себя в его доме, как ему заблагорассудится. А в данный конкретный момент ему было угодно созерцать Робин.

В конце концов, когда она уже задавала себе вопрос, сколько еще сможет выдерживать этот пристальный взгляд, Реймонд внезапно одарил ее чарующей улыбкой. Глаза его снова заискрились цветом морской волны.

– Было очень приятно познакомиться с вами, мисс Стюарт, – приглушенно проворковал он и на прощание протянул руку.

Между тем Сара и Венди, не обращая внимания на хозяйку дома и гостя, занялись мытьем десертных тарелок. Теренс улыбалась: ее переполняла радость оттого, что вечер, как она считала, прошел удачно. В этой безмятежной обстановке, похоже, одной Робин показалось, что протянутая ей рука больше смахивает на змею, готовую к броску.

– Благодарю вас, – сдержанно отозвалась она.

В первый момент ей и в голову не пришло ответить на его рукопожатие. Ведь если кому и было приятно это «знакомство», но только не ей.

Однако делать нечего, придется пожать ему руку, иначе как объяснить подобную невежливость, спохватилась Робин. Она прекрасно понимала, почему ей не хочется до него дотрагиваться. А если бы он узнал это, то вряд ли бы сделал этот дружеский жест.

Его ладонь была сухой и прохладной, пожатие крепким.

Робин поспешила поскорее отдернуть руку, и пронзительно синие глаза Реймонда слегка сузились, когда он разжал пальцы.

– Может быть, мы еще встретимся, – негромко произнес он.

– Может быть, – небрежно отозвалась Робин.

А, может быть, и нет! – мысленно добавила она. Ведь удалось же мне прожить три года, не сталкиваясь с тобой, и лучше бы так было и дальше. Учитывая то, что Реймонд Мертон большую часть времени проводил в Америке и лишь изредка приезжал в Англию, избегать общения с ним будет не так уж трудно.

– Я пробуду здесь несколько месяцев. – Он, словно прочитав ее мысли, легко разбил эти надежды. – Поэтому снял квартиру на три месяца: терпеть не могу эти безликие гостиницы.

– Надеюсь, вы останетесь довольны пребыванием в нашей стране, – сухо ответила Робин, давая понять, что разговор окончен, и отвернулась, не в силах на него смотреть.

Колени ее тряслись, и она мечтала присесть. Ну почему он никак не уйдет!

Робин направилась в другой конец кухни, чтобы поставить в сосновый сервант тарелки, а когда обернулась, Реймонда уже не было. Пошатнувшись, она тяжело опустилась на один из стульев. Этот человек провел на кухне всего несколько минут, но ей они показались вечностью.

– Господи, красавец-то какой, а? – мечтательно протянула Венди, вытирая руки.

Красавец? Да, наверное. Робин слишком боялась, что он ее узнает, чтобы оценивать его внешность.

– Под этим внешним лоском, – резко заявила она, вынужденная признать, что в вечернем костюме Реймонд Мертон неотразим, да и держаться умеет, – скрывается настоящая пиранья.

Услышав это замечание, Сара сделала недовольную гримаску.

– А по-моему, вы ему запали в душу, – задумчиво произнесла она.

– Мужчины вроде Реймонда Мертона не обращают внимания на наемную прислугу, – с иронией заметила Робин. – Вам обеим пора домой, к мужьям, – лукаво прибавила она, вставая. – Я закончу уборку сама.

Женщины ушли. Снуя по кухне и расставляя посуду, Робин почти сумела убедить себя в том, что ее жизнь вернулась в обычное русло, а встречи с Реймондом Мертоном словно и не было. Почти…

Нет никаких оснований для того, чтобы наши пути снова пересеклись! – снова и снова повторяла про себя она. Молния никогда не ударяет дважды в одно место, ведь так? А значит, и Реймонд Мертон больше не войдет в ее жизнь…


Когда последний гость удалился, в кухню снова зашла Теренс. Она была так счастлива, что у Робин просто не хватило духу рассказать о своих сомнениях по поводу успешного исхода сегодняшнего вечера.

Скоро миссис Спенсер сама все поймет. Тут уж сомневаться не приходится.

– Я вам так благодарна, – улыбнулась Теренс. – Просто не знаю, как бы я справилась без вас.

– Все прошло бы отлично, – заверила ее Робин.

– Я в этом вовсе не уверена, – поморщилась хозяйка. – Завтра будет ясно, стоило ли все это таких трудов.

Робин оставалось лишь искренне надеяться, что эту симпатичную чету не постигнет глубокое разочарование. Хотя, зная Реймонда Мертона, она была уверена, что рассчитывать на это не стоит.

Теренс устало зевнула.

– Пойду-ка я, пожалуй, спать. Гилберт сейчас принесет последние бокалы, но не вздумайте их мыть, – решительно заявила она. – Вы ведь, наверное, тоже устали. Идите домой. – Теренс направилась к двери, но с порога обернулась. – Кстати, вы сегодня одержали настоящую победу. – Она выразительно приподняла темные брови. – Рей вами очень заинтересовался.

Робин пришлось собрать все свои силы, чтобы не выдать охватившей ее паники.

– Неужели? – небрежно протянула она.

– Я уверена в этом, – со знанием дела заявила Теренс. – Не удивлюсь, если вы снова встретитесь.

– Почему вы так решили? – ахнула Робин. Неужели он пытался что-то выяснить обо мне у хозяев? – с ужасом подумала она.

– Ну, он… А вот и Гилберт! – Теренс посторонилась, пропуская в кухню мужа. – Я как раз говорила Робин, что они с Реймондом непременно встретятся снова, – весело сообщила она.

Гилберт мягко улыбнулся жене.

– Прекрати заниматься сватовством, дорогая.

– В таких делах помощь никогда не помешает, – возразила Теренс и снова устало зевнула.

При этом замечании у Робин мороз пошел по коже. Что еще сделала эта женщина, желая ей «помочь»?

– Ложись спать, Терри, – сказал Гилберт. – Я только закрою за мисс Стюарт дверь и сразу же поднимусь к тебе.

– Хорошо, – сонно отозвалась Теренс и кивнула Робин: – Еще раз огромное спасибо, дорогая. Вы просто чудо!

– Не стоит благодарности, – непринужденно ответила та. – Но мне все же не дает покоя любопытство, – не выдержала она, – почему вы решили, что мы с мистером Мертоном встретимся?

– Потому что он попросил у меня вашу визитку, дорогая, – радостно сообщила Теренс, – и сказал, что обратится к вам, когда будет устраивать званый обед у себя. Но у меня такое чувство, что он позвонит вам гораздо раньше. Не задерживайся, милый. – Она одарила мужа сияющей улыбкой и отправилась в спальню.

– Не обращайте внимания, Робин, – произнес Гилберт, нервно ероша пальцами густую шевелюру. – Терри страшно переволновалась за последние недели, а в ранние сроки беременности это очень вредно. Но, должен сказать, Рей Мертон – последний человек, с которым я рекомендовал бы связываться. Он вас проглотит и выплюнет, прежде чем вы успеете оглянуться.

Мне это известно не хуже, чем вам, мысленно ответила Робин и быстро накинула жакет. Зачем Теренс дала ему мою карточку?!

– Я не знала, что ваша жена беременна, – медленно произнесла она.

Робин не сомневалась, что эта пара, такая счастливая в браке, будет искренне рада еще одному ребенку, но понимала, что в нынешних сложных для Гилберта обстоятельствах беременность Теренс не слишком своевременна.

– Мы сами только что об этом узнали. – Улыбка у Гилберта получилась какая-то вымученная. – Терри мечтает подарить мне сына, но, боюсь, если так дальше пойдет, ему будет нечего наследовать. – Он горько покачал головой. – Я тоже очень признателен вам за все, что вы сделали, но, в отличие от Теренс, считаю, что для того, чтобы убедить Реймонда Мертона сохранить мою компанию, этого недостаточно.

Робин была готова с ним согласиться. Судя по тому, что ей доводилось слышать об этом безжалостном человеке, он привык глотать чужие компании. Да уж, завидовать Гилберту Спенсеру не приходилось.

В порыве сочувствия она сжала его локоть.

– Буду болеть за вас, – мягко произнесла она и, выпрямившись, продолжила: – Ну, все, мне пора идти. А вы поднимайтесь-ка в спальню и покрепче обнимите свою милую жену. Знаете, в наше время иметь рядом такого преданного человека – это уже очень много.

Робин была совершенно уверена, что, каков бы ни был исход свидания Гилберта с Мертоном, Теренс всегда поддержит мужа.

Гилберт негромко рассмеялся.

– Вы правы!

Человеку иногда необходимо оценить ситуацию со стороны, чтобы понять, какой он, в сущности, счастливчик, подумала Робин. Ведь, как бы ни обернулось дело, у Гилберта по-прежнему будет любящая жена, две очаровательные дочки и еще один младенец, который скоро появится на свет. А это гораздо больше того, что имеют многие люди. Ведь порою все хорошее, что у тебя есть, может исчезнуть. И яркий пример тому – этот вечер у Спенсеров, на котором почетным гостем оказался именно Реймонд Мертон, будь он неладен! Она столько трудилась, чтобы создать свое дело, чтобы построить хоть что-нибудь для себя. Нет, во второй раз она не позволит отнять у себя все!

Да уж, вечерок получился – хуже некуда. Сначала эта чашка – придется, конечно, возместить ее стоимость, невзирая на протесты Теренс, а потом – Реймонд Мертон, заявившийся в кухню. Вот уж кого она меньше всего желала видеть! А тут еще бедная романтичная Теренс взяла и выдала ему ее визитку.

Господи, что еще сегодня случится?

Это выяснилось через несколько минут, когда ее машина отказалась заводиться.

## 3

Робин едва не поперхнулась утренним кофе – так сильно задрожала ее рука, когда взгляд упал на газету, со страницы которой смотрела улыбающаяся физиономия Реймонда Мертона.

С той самой минуты, как они встретились у Спенсеров, все пошло наперекосяк. Начать с того, что во втором часу ночи Робин обнаружила, что ее фургон не заводится. Бросив взгляд в сторону дома, она убедилась, что он уже погружен в темноту. При сложившихся обстоятельствах беспокоить и без того растревоженную чету ей не хотелось. К тому же, рассудила молодая женщина, если у Гилберта есть хоть капля здравого смысла, то в эту самую минуту он должен заниматься с женой любовью, и прерывать их было бы совсем не к месту.

Пытаться связаться с гаражом было уже поздно, такси по этому фешенебельному кварталу не ездили, а отыскать телефонную будку оказалось непросто. Вдобавок, когда Робин вышла из кабинки, начался настоящий ливень, словно разверзлись хляби небесные.

Усталая, промокшая и злая, она добралась домой лишь в половине третьего утра. А в девять, открыв утреннюю газету, первым делом наткнулась на улыбающуюся физиономию Реймонда Мертона.

Только этого не хватало! Да еще в такое время, когда единственный раз за день Робин позволяла себе расслабиться.

По утрам она сначала отправлялась на утреннюю пробежку, а на обратном пути забирала газету и покупала в своей любимой булочной свежие рогалики. Зарабатывая на жизнь готовкой для других, Робин всегда не прочь была попробовать чужую стряпню, тем более если была возможность насладиться ею в тишине своего дома. А рогалики от Жозе, щедро намазанные маслом, просто таяли во рту.

Но только не сегодняшним утром. Робин едва успела откусить первый кусок, как тут же потеряла аппетит. И все из-за Реймонда Мертона. Только что она легко бежала по дорожке, стройная, в шортах и свитере, с волосами, стянутыми черной лентой, и убеждала себя, что никогда больше не увидит этого человека. Насколько она знала, за последние три года Реймонд бывал в Англии только наездами, и то, что он снял квартиру на три месяца, вовсе не означало, что его пребывание здесь затянется. Завершив дела с Гилбертом Спенсером, причем, разумеется, в свою пользу, он, само собой разумеется, вернется в Америку. И надо надеяться, там и останется.

Фотография в газете, на которой Реймонд был снят в обществе ослепительной блондинки, повисшей на его руке, сопровождалась заметкой о званом вечере, устроенном в конце недели известным политиком, и свидетельствовала о том, что редкие визиты в Англию никак не отразились на популярности Мертона в этой стране.

Робин сердито вскочила на ноги. Нет, сегодня утром расслабиться уже не удастся. Черт бы побрал этого человека! Однажды он уже сыграл отрицательную роль в ее жизни, но во второй раз она ему этого не позволит. Не для того появилась на свет Робин Стюарт, ее новая жизнь и карьера.

Она сделала глубокий вдох, стараясь вернуть спокойствие, ставшее привычным за последние годы, и свернула газету.

Пора было приниматься за дело. Сегодня вечером Робин предстояло устроить очередной званый обед, а для этого первым делом позвонить в гараж и выяснить, удалось ли им починить фургон. Если машина еще не готова, придется взять напрокат другую.

Да, дел у Робин было по горло, и она твердо намеревалась их завершить.

Невзирая на Реймонда Мертона.

Или назло ему.


Снова зазвонил телефон, уже в четвертый раз подряд.

Робин поднесла трубку с уху и прислушалась.

– Мисс Стюарт, ответьте! – раздался знакомый голос.

Она поспешно нажала на рычаг. Это был Реймонд Мертон.

После завтрака Робин позвонила в гараж. Ей сообщили, что осталось лишь заменить старый аккумулятор, и пообещали перезвонить, когда машину можно будет забрать. Она быстро приняла душ и стала ждать.

Сначала позвонили клиенты, чтобы договориться о заказах, а потом… этот протяжный говор она узнала бы из тысячи!

А ведь не прошло и двенадцати часов с тех пор, как я покинула дом Спенсеров. Что ему нужно? Как бы там ни было, меня это не интересует, решила Робин, ни в личном плане, ни в профессиональном. Чем меньше я буду общаться с Реймондом Мертоном, тем лучше!

И она решила не отвечать на его звонки. В конце концов, у нее есть дела.

Но тут телефон звякнул снова. Робин, поколебавшись, сняла трубку.

– Робин! О, Робин… – Последовала короткая пауза, затем женский голос продолжил: – Это Теренс Спенсер. Пожалуйста, приезжайте!.. – В голосе звонившей явственно послышались слезы, и связь прервалась.

Не было нужды гадать, почему эта женщина так расстроена: несомненно, ее муж уже побеседовал с Реймондом Мертоном.

Может быть, все же стоило вчера попытаться рассказать Теренс о том, с кем она имеет дело? – подумала Робин. Но тогда та могла поинтересоваться, откуда мне известно про Реймонда.

А вспоминать об этом ей вовсе не хотелось.

С другой стороны, Теренс была так расстроена, так несчастна. А это очень вредно в ее состоянии…

Услышав очередной звонок, Робин схватила трубку, думая, что это перезванивает Теренс или диспетчер из гаража.

– Мисс Стюарт? – Она молчала, и на этот раз в голосе Мертона звучала насмешка: – Ладно, попробую позвонить позднее. – И он швырнул трубку.

Снова не представился, машинально отметила Робин. Впрочем, в этом не было нужды. Она слишком хорошо запомнила, с какой насмешкой произносил ее имя этот голос, странно растягивавший слова. Не человек, а машина. Автомат какой-то. Покупает, продает, губит людские жизни, и плевать ему на последствия. А ведь в данном случае это угрожает беременности Теренс! И все же Робин решила не вмешиваться. Если поехать к Теренс, то потом уже не отвертеться. Хватит, она и так уже зашла слишком далеко. К тому же, по сути дела, я совсем не знаю Спенсеров. Видимо, они бывали в гостях в тех домах, где я устраивала обеды, поэтому и обратились ко мне с заказом.

Начиная собственное дело, Робин взяла за правило никогда не сближаться с клиентами. Она работала у них по найму, и претендовать на что-то большее было бы непростительной ошибкой. Однако прошедшим вечером все складывалось по-другому. Теренс необходимо было с кем-нибудь поделиться, и она выбрала Робин своей наперсницей, возможно, потому, что увидела в ней деликатного человека и поверила, что все сказанное останется между ними.

Робин действительно была не болтлива, а кроме того, ей просто некому было рассказывать секреты своих клиентов. Друзей она потеряла уже давно и собственную личную жизнь охраняла не менее ревностно, чем проблемы людей, на которых работала.

Три года назад жизнь Робин драматическим образом изменилась, но упорный труд помог ей встать на ноги, и со временем она обрела душевное равновесие.

Ее дело процветало, и это позволяло ей снимать квартиру: просторную, с натертыми паркетными полами, разбросанными повсюду ковриками и старинной мебелью. Редкие часы отдыха она проводила, слушая любимые пластинки из обширной коллекции или за чтением книг, которые занимали целую стену. Все это принадлежало ей, и только ей одной.

Однако встреча в доме Спенсеров нарушила не только душевный покой Робин, но, как только что выяснилось, и спокойную атмосферу ее квартиры.

Поэтому, как бы симпатична ни была ей Теренс, она твердо решила не поддаваться эмоциям.

В час ночи Робин, смертельно усталая, наконец добралась до своей квартиры. Обед, как всегда, прошел прекрасно, но она не чувствовала удовлетворения, потому что все время помнила о звонках Реймонда Мертона.

А, может, у меня просто начинается мания преследования? – спрашивала себя она. Не похоже, чтобы такой мужчина, как он, мог гоняться за женщинами, работающими по найму. С другой стороны, он сам сказал, что попытается дозвониться позже.

Робин боялась этого звонка и ждала его. Ей хотелось спать. Но как тут заснешь? Ее бесили приставания Реймонда Мертона, но собственная реакция на него злила еще больше. Хватит жить в вечном страхе! – попыталась образумить себя она. В конце концов, это мой дом, мое личное жизненное пространство, и всяким Реймондам здесь не место.

Она чуть не подпрыгнула, когда телефон зазвонил.

– Здравствуйте, Робин, это Гилберт Спенсер. Теренс попросила меня позвонить вам. Ее увезли в больницу. Врачи боятся, что она может потерять ребенка. Я… она… в общем, спасибо вам за помощь вчера вечером. – И Гилберт повесил трубку, явно не зная, что еще сказать.

Робин это даже обрадовало. Потому что и говорить больше было не о чем, тупо подумала она. Что же этот негодяй Мертон сказал Гилберту?

Нет! Меня это не касается. Я не могу больше рисковать, у меня нет сил…

Но ведь Теренс звонила еще утром, припомнила Робин. Я была ей нужна. Да, судя по звоyку Гилберта, так оно и было. Я не откликнулась на этот отчаянный крик о помощи. А теперь, наверное, уже поздно… Впрочем, ничего нельзя изменить, даже если перезвонить Гилберту. Реймонд Мертон все равно не станет меня слушать, даже если я изменю своему решению никогда больше с ним не общаться.

И все же, как быть с Теренс?

Почти половина первого ночи. Ехать в больницу уже поздно. Дежурная сестра все равно вряд ли что-то сообщит о состоянии Теренс. Надо отправляться в постель, хорошенько выспаться, а с утра постараться дозвониться до Гилберта. Может, к тому времени Теренс уже станет лучше.

А вдруг нет?

Почему не перезвонил сам Мертон?

Это встревожило Робин.


– Что случилось, Гилберт? – осторожно спроcила Робин утром, набрав телефон Спенсеров.

– Состояние Терри стабилизировалось, во всяком случае, так сказал сегодня врач, – ответил тот. – Не знаю, что это может значить, – устало добавил он.

Робин позвонила ему вопреки доводам рассудка, просто поддавшись слабости, и теперь была полна решимости больше не попадаться на эту удочку. Но нельзя же было, в самом деле, игнорировать отчаянные звонки этих милых людей!

– Думаю, причина всему – Реймонд Мертон – с горечью сказал Гилберт после долгой паузы.

Иного ответа Робин и не ждала.

Конечно, это он, человек, который идет по жизни, сметая все на своем пути. На этот раз ему подвернулся Гилберт Спенсер, а завтра будет кто-нибудь еще, кого он раздавит и не заметит этого.

– Мне бы не хотелось об этом говорить, – сердито продолжал Гилберт. – На данный момент в моей фирме полный хаос, жена в больнице, и при одном упоминании о Реймонде Мертоне у меня подскакивает давление. Я передам Теренс, что вы звонили, – устало добавил он. – Еще раз большое спасибо за помощь. – И он повесил трубку.

Да уж, пользы от моей помощи немного, вздохнула Робин, опуская трубку на рычаг. И тут же чуть не подпрыгнула: телефон снова зазвонил.

Четверть девятого утра! Она намеренно позвонила Гилберту пораньше, надеясь застать, пока он не уехал на работу или в больницу. Но сама еще даже не оделась. Кому она могла понадобиться в такую рань?

Впрочем, Робин уже сообразила, кто звонит, и после разговора с Гилбертом была как раз в той форме, чтобы дать Мертону хороший отпор.

– Да? – резко бросила она, вложив в это короткое слово все свое возмущение.

– Я случайно не поднял вас с постели, мисс Стюарт? – раздался насмешливый протяжный голос.

Робин крепче стиснула трубку в руке. Она предполагала, что это Мертон, но все равно вздрогнула.

– Нет, мистер Мертон, – спокойно произнесла она, усилием воли взяв себя в руки. – Вы не подняли меня с постели.

Вспомнив, что ей когда-то о нем рассказывали, Робин сообразила, что он-то уже давно на ногах. О его выносливости ходили легенды: говорили, что спит этот человек не больше трех-четырех часов в сутки.

– Я случайно… не прервал вас на чем-нибудь интересном? – все так же насмешливо продолжал Мертон.

– Вы мешаете мне пить кофе, – огрызнулась Робин.

– И какой же вы предпочитаете? – Он явно забавлялся.

– Черный и без сахара, – сухо отозвалась она, о чем тут же пожалела. Учитывая его репутацию, у него могла быть только одна причина интересоваться, какой кофе она любит к завтраку.

– Что ж, постараюсь запомнить, – негромко произнес он.

– Полагаю, вы позвонили мне не для того, чтобы интересоваться моими вкусами, – отрезала Робин.

В том, что у него хорошая память, сомневаться не приходилось. Лишь одного он, слава Богу, не вспомнил – ее, какой она была три года назад. Только вот долго ли это будет продолжаться? У Мертона слишком много причин для того, чтобы помнить до мелочей события трехлетней давности, так что рассчитывать на то, что память не вернется к нему, не приходилось. Зато уж потом ему не захочется с ней флиртовать!

– А вот здесь вы ошибаетесь, – продолжал Реймонд, понизив голос. – Видите ли, я хочу знать о вас все.

Робин судорожно вздохнула, и ее пальцы конвульсивно сжали трубку.

– О, уверяю, я очень скучная особа, мистер Мертон, – холодно заявила она.

– Рей, – быстро поправил он. – Я в этом крупно сомневаюсь, Робин.

Да плевать ей на его сомнения! Она работает, потом ложится спать, бегает по утрам, читает, снова работает, снова ложится спать… Ее жизнь расписана строго по часам – рутинная, мирная, ничем не осложненная. А от этого мужчины исходила такая угроза, что об этом не хотелось даже думать.

И Робин пошла в атаку:

– Кстати, вам известно, что Теренс в больнице и рискует потерять ребенка?

На другом конце провода на мгновение воцарилось молчание, и Робин удивилась. Три года назад этого человека ничто не могло пронять, и она не верила, что он так сильно изменился.

– Я не знал, что она ждет ребенка, – наконец хрипло произнес Реймонд.

– А что, это могло бы что-то изменить? – презрительно фыркнула Робин.

Она знала, что Реймонд Мертон привык идти по жизни, как танк, и заставить его свернуть с пути к цели просто невозможно. К тому же ее не покидало неприятное ощущение, что, приняв приглашение Спенсеров к обеду, он просто играл с ними, как кошка с мышкой.

– Изменить что именно? – вкрадчиво переспросил он.

– Оставим эти игры, мистер Мертон. – Робин намеренно держала дистанцию, обращаясь к нему официально. – У вас какие-то дела с Гилбертом Спенсером, и это сказалось на здоровье его жены и еще не рожденного ребенка. – Голос ее дрогнул. – Вам так не кажется?..

– Думаю, вам не понравится мой ответ, – сухо отозвался Реймонд.

– И все же, – оборвала его Робин, – по-моему, вам не вредно узнать, что вы совсем не думаете о людях, чьи жизни ломаете. Ваши методы общения оставляют желать лучшего… – Она умолкла, поняв, что сказала слишком много.

– Правда? И что же вам известно о моих методах общения с людьми? – мягко поинтересовался он.

Господи, я проболталась! – поняла Робин.

– А вы вообще фигура известная, мистер Мертон, – попыталась выкрутиться она.

– Но не в Англии, – заметил Реймонд и добавил: – Во всяком случае, последние несколько лет. – Всю его любезность как ветром сдуло.

– Почему же тогда я видела ваше лицо во вчерашней газете? – парировала Робин. Ты должна усыпить его бдительность, сказала себе она. Идеальным вариантом было бы, если бы он вообще потерял к тебе интерес. А пока что ты все делаешь для того, чтобы возбудить его! – Разумеется, это была фотография, – небрежно продолжала она, ~ снятая на очередном приеме.

– Я общительный человек, – сухо пояснил он. – Поэтому и звоню вам.

Так он собирается предложить устроить для него званый обед? Ни за что в жизни она не станет готовить для этого человека. Ни в коем случае!

– В это время года у меня очень плотный график работы, мистер Мертон, – натянуто произнесла Робин. – Все расписано на много недель вперед, причем некоторые заказы сделаны несколько месяцев назад. Если хотите, я могу порекомендовать вам другую фирму, где будут только рады…

Реймонд Мертон расхохотался, прервав ее тираду:

– Вы меня неправильно поняли. Я хотел пригласить вас пообедать со мной, а вовсе не сделать заказ.

Она лишилась дара речи. Реймонд Мертон назначает ей свидание? Нет, это невозможно.

– Я не могу принять ваше приглашение, – отрезала она.

– Нет, и все? – задумчиво повторил он. – Вы даже не хотите немного подумать?

Вряд ли на свете нашлась бы хоть одна женщина, которой понадобилось бы время на раздумье, если речь шла об этом мужчине. Он был хорош собой, свободен, богат, искушен в светской жизни, остроумен – чего еще желать? Однако Робин знала твердо – ей Реймонд Мертон не нужен!

– Нет, – твердо повторила она.

– Стало быть, я был прав, предположив, что у вас кто-то есть. – В голосе Реймонда зазвучали стальные нотки.

Робин нахмурилась.

– Понятия не имею, о чем вы толкуете.

– Вы проявляете нездоровый интерес к делам Гилберта Спенсера, хотя и притворяетесь, что вас заботит его жена! – заявил Мертон.

– Вы просто отвратительны, мистер Мертон, – рассердилась Робин. – Чужие мужья меня так же мало интересуют, как вас – чужие жены!

Она намеренно напомнила ему слова, сказанные на обеде у Спенсеров, и швырнула трубку на рычаг.

Вряд ли мужчина вроде Реймонда Мертона станет перезванивать женщине, которая так резко закончила разговор, подумала Робин. Но даже если это произойдет, я отвечу на его звонок.

Как он посмел намекнуть, что у нее интрижка с Гилбертом Спенсером!

## 4

– Вот мы и снова встретились, дорогая мисс Стюарт.

Робин замерла, выкладывая свежеиспеченные меренги на поднос. На мгновение она даже закрыла глаза в надежде, что этот кошмар ей просто мерещится и в следующую секунду все исчезнет.

Однако она уже ощущала знакомый запах мужского одеколона. Это означало, что Реймонд Мертон стоит всего в нескольких шагах у нее за спиной. Неужели то, что они сталкиваются второй раз за неделю – просто совпадение?

Робин открыла глаза, выпрямилась и резко развернулась лицом к врагу. И вдруг у нее екнуло сердце – статная мужская фигура, казалось, заняла всю кухню, где она мирно трудилась последние четыре часа.

Дорогой черный вечерний смокинг и белая рубашка, которые Мертон носил с небрежной элегантностью, не могли скрыть его великолепной стати. Он обладал редкой привлекательностью, был уверен в собственных силах и точно знал, что неотразим. Его аквамариновые глаза словно бросали вызов любому, кто посмел бы в этом усомниться.

А, между прочим, именно это я и сделала, ответив отказом на предложение пообедать вместе, с ужасом сообразила Робин. Собрав все силы, она медленно произнесла:

– Вы ведь, кажется, сами сказали, что весьма общительны.

– А вы, кажется, говорили, – не остался в долгу Реймонд, – что ваш график расписан на несколько недель вперед, не так ли?

Глаза Робин сузились. Неужели он сюда напросился? Да нет, не может быть, чтобы он зашел так далеко! Нарочно заполучить приглашение на обед лишь ради того, чтобы встретиться с ней? Хотя, припомнила она, хозяйка позвонила утром и виновато спросила, не будет ли для мисс Стюарт слишком хлопотно, если количество гостей увеличится на два человека. Неужели одним из них и был Реймонд Мертон?

– Ясно, – протянула Робин. – Надеюсь, вам нравится еда, мистер Мертон. – И она отвернулась, давая понять, что разговор окончен.

Однако Реймонд был не из тех, от кого легко избавиться. Он небрежно оперся о кухонный шкаф, явно намереваясь продолжить беседу, хотя наверняка не хуже Робин помнил, как она швырнула телефонную трубку два дня назад.

– Очень нравится, – приглушенно ответил он, откровенно любуясь ее фигурой, и после паузы восхищенно добавил: – Ну и темперамент у вас!

Робин мужественно встретила его взгляд.

– Вы высказали оскорбительные для меня подозрения, – строго напомнила она.

Реймонд лишь улыбнулся во весь рот, сверкнув белоснежными зубами.

– Гилберт тоже был от них не в восторге.

Вишнево-карие глаза Робин изумленно распахнулись:

– У вас хватило наглости повторить ему эту… эту гадость? – ахнула она, не веря своим ушам.

– Угу, – с показным раскаянием подтвердил Реймонд, хотя глаза его по-прежнему смеялись. – Скажите, – неожиданно перевел он разговор на другую тему, – как вам удается держать форму?

Робин помедлила с ответом, совершенно сбитая с толку дерзостью этого мужчины. Он не давал себе труда хотя бы прикинуться вежливым!

– Я бегаю по утрам, мистер Мертон, – наконец сердито отрезала она. – Но ваше поведение просто возмутительно! Как вы могли донести эти глупые бредни до Гилберта, да еще в такое время?

– Кстати, Теренс выписали из больницы. – Реймонд выпрямился. Он несколько утратил свою невозмутимость, и в его глазах снова зажегся вызов.

Это сообщение не было новостью для Робин; однако ее удивило, что он в курсе дел. Навестить Теренс она не смогла, но позвонила в больницу и передала той через санитарку несколько теплых слов. К тому же она ежедневно звонила Гилберту, узнавая о здоровье его жены, и сегодня утром облегченно вздохнула, услышав, что врачи разрешили выписать Теренс домой, поскольку опасность выкидыша миновала.

Но если эта акула, подумала Робин, будет продолжать свою охоту на Гилберта, да еще высказывать оскорбительные намеки, кто знает, чем все это может кончиться…

– Надолго ли? – резко возразила она. – И когда же вы собираетесь начать новую атаку на компанию Гилберта? – В ее голосе звучало нескрываемое отвращение.

– Это вовсе не атака, – насмешливо протянул Реймонд. – Я просто приобретаю компании…

– Загоняя их владельцев в угол! – подхватила Робин. – Выискиваете слабое место, а потом глотаете!

Сине-зеленые глаза Реймонда сузились, он стиснул зубы, и на лбу его забилась жилка.

Может, он все же не такая бесчувственная скотина, каким кажется, промелькнуло в голове у Робин.

Три года назад он был беспощаден, и именно его гнусное поведение превратило и без того тяжелую ситуацию, в которой она оказалась, в настоящий ад. Поэтому она так остро отреагировала на то, что произошло сейчас с четой Спенсеров. Но Реймонд Мертон, видимо, по-своему истолковал ее эмоциональный взрыв и сделал поспешный вывод о том, что у нее интрижка с Гилбертом.

– У каждой компании есть свое слабое место. – Голос Реймонда звучал уже издевательски. – Но я покупаю только те, которые меня по-настоящему интересуют. – Он задумчиво поджал губы. – Не хотелось бы расстраивать вас, Робин, но, по-моему, чем-то пахнет…

Вторая порция меренг!

Судорожно распахнув дверцу духовки, Робин обнаружила, что блюдо безнадежно испорчено. Кухню заполнил черный дым.

– Не валяйте дурака! – резко произнес Реймонд, бесцеремонно отталкивая молодую женщину, когда она попыталась вынуть противень из духовки, и стянул варежку с ее ослабевших пальцев. – Откройте кухонную дверь, а я выброшу все это в сад. Дверь! – прикрикнул он, видя, что она не двигается с места.

Черт бы тебя побрал, выругалась про себя Робин, направляясь к двери. Она не могла вспомнить, чтобы хоть раз что-то сожгла за время своей деятельности на этом поприще. Но этому человеку без труда удается заставить ее терять над собой контроль!

– Посторонитесь, – строго произнес Реймонд и, пройдя мимо нее, выбросил сгоревшие меренги в сад вместе с противнем.

Робин молча смотрела, как черная масса шлепнулась в снег. Раскаленный поднос шипел и дымился на морозе.

– И где же вы бегаете? – вдруг спросил он как ни в чем не бывало.

Она обернулась к нему, и ее внезапно охватила паника – они стояли так близко друг к другу, что пар от их дыхания смешивался.

– В парке возле своего дома. А что? – с подозрением посмотрела на него она.

– Простое любопытство. – Реймонд не сводил с нее глаз.

Робин покачала головой. Внешне она была спокойна, зато внутри у нее бушевала буря эмоций! Но если она отодвинется, Мертон может сообразить, как действует на нее его близость. А у него и так слишком много преимуществ, хотя сам он об этом и не подозревает.

И вообще, держал бы свое проклятое любопытство при себе! – мысленно возмутилась Робин. К счастью, он не знает, где я живу.

Она подняла глаза к небу, покрытому серыми тучами.

– Погода совсем испортилась. Думаю, я вряд ли отважусь завтра бегать.

Может, хоть теперь он отстанет, с надеждой подумала она. Бег значил для нее очень много, придавая бодрости на весь день. Но обнаружить на утренней пробежке рядом с собой Реймонда Мертона означало бы свести на нет все удовольствие.

– А мы бегаем только в хорошую погоду, да? – с иронией в голосе протянул он.

Брови Робин возмущенно взлетели вверх:

– Я не…

– Ах, Рей, так вот где вы прячетесь, – промурлыкала хозяйка дома Синтия Уэсли, входя в кухню. – Боже, какой ужасный запах! – Она недовольно сморщила носик.

Реймонд бросил на Робин заговорщический взгляд и лукаво подмигнул ей.

– По-моему, это был десерт, Синтия, – усмехнулся он, подхватывая хозяйку под руку, и потащил ее прочь из кухни. – Мне кажется, лучше оставить мисс Стюарт в покое, чтобы она могла попытаться спасти то, что осталось.

– Но… – начала та.

– Вы хотели рассказать, куда собираетесь отправиться на Новый год, – как ни в чем не бывало продолжал Реймонд, подталкивая упирающуюся Синтию к выходу. – В Альпы, если я правильно понял? – И, обернувшись, он снова улыбнулся Робин.

– Черт бы тебя побрал, – пробурчала себе под нос она, принимаясь за работу.

На спасение десерта оставалось не так уж много времени. Ее помощницы только что вернулись с пустыми тарелками из-под овощей, да и основное блюдо уже было подано.

И Робин стала раскладывать по тарелкам меренги с фруктами, политыми клубничным соусом, надеясь, что никто не заметит, что порции уменьшились вдвое.

Кроме, разумеется, Реймонда Мертона. Но он сам во всем виноват. Не начни он приставать к ней с дурацкими вопросами, ничего бы не случилось. Робин была хорошим специалистом, и такая неприятность случилась с ней впервые.

Весь вечер она была как на иголках, опасаясь, что он снова явится на кухню без приглашения.

Похоже, этот человек понятия не имел, что гостю неприлично разгуливать по всему дому, а тем более лезть на кухню и болтать с наемной прислугой. По-видимому, это идет от его самоуверенности: он просто привык делать все, что хочется.

Да и в выражениях этот человек не стесняется!

Бог знает, что мог подумать Гилберт, услышав гнусные намеки этого кретина. Они были абсурдны, и в другой ситуации над ними можно было только посмеяться. Но то, что Гилберт был «не в восторге», как изволил выразиться Реймонд, расстроило Робин.

Вечер подошел к концу. Завершив уборку, Робин почувствовала, что совершенно разбита. Однако это была не физическая усталость, Ее, скорее, измотало постоянное эмоциональное напряжение.

Увы, ей не удалось улизнуть до того, как в кухню, проводив последних гостей, явилась Синтия Уэсли.

Эта дама не принадлежала к числу любимых клиентов Робин. Она подозревала, что Синтия вышла замуж исключительно ради кругленькой суммы, которую потом благополучно получила при разводе, и считала ее высокомерной и фальшивой.

Однако сейчас Робин вежливо улыбнулась хозяйке дома, напомнив себе, что в ее обязанности входит не любить своих нанимателей, а обеспечивать им первоклассное обслуживание. Если бы она не придерживалась этого правила, то не продержалась бы и месяца.

Синтия выгнула аккуратно подбритые брови.

– Вы давно знакомы с Реймондом Мертоном? – небрежно полюбопытствовала она.

Робин изумленно уставилась на собеседницу. Вот уж действительно, эта дама не любит ходить вокруг да около.

– Он сказал, что вы с ним старые друзья, – продолжала та.

– Что?! – ахнула Робин, чуть не задохнувшись. – Он так сказал? – И она сердито нахмурилась.

– Нечего прикидываться. – Синтия наградила ее понимающей усмешкой. – Между нами, я всегда считала вас темной лошадкой. И, кстати, никак не могу понять, зачем это вы перекрасились в брюнетку. Неужели вам никто не говорил, что блондинки пользуются у мужчин большим успехом?

Робин была в шоке. Ей и в голову не приходило, что Синтия может обратить внимание на ее внешность, а замечание насчет блондинок прозвучало, как сигнал опасности.

Изменив два с половиной года назад стиль одежды и цвет волос, Робин надеялась, что ее никто и никогда не узнает. Для нее это было очень важно. Люди, на которых она работала, не должны были догадаться, что когда-то она вела такой же образ жизни, как и они. До сих пор Робин казалось, что маскировка удалась, но, несмотря на то что она регулярно подкрашивала волосы, Синтия все же догадалась, что она блондинка от природы!

На фоне заявления Реймонда Мертона о том, что они «старые друзья», это было уже слишком. Несколько дней знакомства нельзя охарактеризовать таким образом, тем более что и само слово «друзья» было здесь совершенно неуместно.

Разве что Реймонд действительно узнал меня и теперь просто играет с мной, как кошка с мышкой! – промелькнула в голове у Робин ужасная догадка.

Синтия пристально смотрела на нее, ожидая ответа.

– Нет, мы знакомы совсем недолго, – деревянным голосом произнесла Робин.

– Жаль, – разочарованно скривилась та. – Мне интересно, какой была его жена… Ведь он был женат, знаете? – И она бросила на собеседницу испытующий взгляд из-под ресниц.

Даже очень хорошо, с содроганием подумала Робин. Ведь гибель его жены сыграла непосредственную роль в моей жизни!

– Знаю, – коротко подтвердила она. – Когда произошел несчастный случай, ее фотографиями пестрели все газеты. – Эти слова она произнесла с трудом.

– Кто же их не видел! Скандал был страшный. – Синтия откровенно смаковала воспоминания. – Алекс Мертон была такой красавицей! – с нескрываемой завистью прибавила она. – Но мне всегда хотелось узнать, каким она была человеком. Видите ли, в то время мы еще не были знакомы с Реймондом.

Робин и сама никогда не встречалась с Алекс Мертон. Зато со временем стала бояться.

– Боюсь, я ничем не могу вам помочь, – сдержанно произнесла она, давая понять, что разговор окончен. Ей хотелось уйти отсюда как можно скорее, и поздний час был отличным предлогом. Все эти разговоры об Алекс Мертон выводили ее из душевного равновесия. – Я познакомилась с мистером Мертоном уже после смерти его жены.

Робин могла уточнить, что это произошло всего несколько дней назад, но побоялась опровергать его заявление об их старинной дружбе. Это могло лишь еще сильнее возбудить любопытство светской сплетницы.

– Ну, что ж. – Синтия поняла, что действует слишком настойчиво и так ничего не добьется. – Еда сегодня была просто великолепна, – небрежно заметила она. – Я пошлю вам чек, как обычно.

– Разумеется, – кивнула Робин, зная, что оплаты придется ждать долго, – как и многие богатые люди, миссис Уэсли терпеть не могла платить по счетам.

Хотела же я отказаться обслуживать сегодняшнее мероприятие! – проклинала себя Робин. Работать на Синтию было не только не слишком приятно, но и невыгодно. Видимо, я интуитивно предчувствовала, что встречусь здесь с Реймондом, а значит, следовало довериться инстинкту и отказаться!


Через несколько минут Робин вышла на улицу, и ветер сразу швырнул ей в лицо ледяную горсть снега.

– Давайте-ка, я вам помогу. – Кто-то выхватил из ее рук коробку с хозяйственной утварью, и, подняв голову, она увидела беззаботно улыбающееся лицо Реймонда. – Поторопитесь, Робин, – посоветовал он, так как она словно приросла к месту. – Снег все еще идет! – И его губы искривила чуть насмешливая улыбка.

Однако сейчас ее волновала отнюдь не заснеженная дорога. Что он здесь делает? Гости разошлись уже давно, и он тоже должен был уехать.

Оставалось лишь надеяться, что Синтия не увидит их из окна. Впрочем, выяснив, что Робин почти ничего не знает о Реймонде, эта дамочка, похоже, потеряла к ней интерес.

– Идемте же, – нетерпеливо повторил тот. Они по-прежнему стояли у порога дома, и волосы у обоих уже были в снегу. – Давайте сядем в машину, там, по крайней мере, сухо.

Робин послушно открыла дверь фургона и забралась внутрь. Обернувшись, она обнаружила на пассажирском сиденье Реймонда. Судя по удовлетворенной ухмылке от уха до уха, он явно наслаждался ситуацией.

– Что вы здесь делаете? – раздраженно бросила она. – Мне казалось, мы уже все сказали друг другу.

Он откинулся на спинку сиденья и смерил Робин оценивающим взглядом. Снег в его волосах растаял, и они казались еще темнее.

– Почему вы так враждебно настроены? – спросил Реймонд и продолжил, прежде чем она успела открыть рот: – Да, вы не одобряете мои методы ведения дел. Но, если между вами и Гилбертом действительно ничего нет, а Теренс вам не подруга, почему вы приняли так близко к сердцу их проблемы? Вы не похожи на борца за справедливость, который станет сражаться ради других. Скорее, наоборот. – И он, прищурившись, пристально посмотрел на Робин.

Последние слова заставили ее резко выпрямиться.

– Что вы хотите сказать? – натянуто спросила она.

Он пожал плечами:

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru