# Эротический этюд № 7

Андрей Корф

Андрей Корф – автор, изумляющий замечательным русским языком, которым он описывает потаенную и намеренно скрываемую область человеческой жизни. Он называет свои короткие литературные зарисовки эротическими этюдами. Однако, то, о чем он пишет, к собственно эротической литературе имеет отношение только обращенностью к этой стороне нашего бытия, но не она главное в его творчестве. На наш взгляд мы присутствуем при становлении нового литературного стиля описания «картинок с выставки Жизни» в целом. Характерной чертой этого стиля является мозаичное многообразие в описании от чувственно-возвышенного до грубо-омерзительного – одного предмета – нашей жизни.

Надеюсь, и сейчас мои этюды смогут помочь одинокому, разрываемому внутренними бесами человеку, найти путь из своей камеры наружу.

Напоследок хочу извиниться перед читателем за обилие в этюдах неформальной лексики, натурализма и секса. Категорически запрещаю читать эти рассказы детям до 16 лет – не только из-за мата и секса, но и из-за пессимизма. На самом деле, дорогие дети, в жизни все не так плохо, как описано в этих рассказах. Они – только одна, темная, сторона извечной монеты «ин-янь», которой мы пожизненно расплачиваемся за свое существование.

# Андрей Корф. Эротический этюд № 7

Она всегда любила качественные вещи, будь то одежда, мебель, автомобили, еда или табак. Она понимала, что труд сотен мастеров своего дела всегда будет отличаться от мутного потока ширпотреба. И теперь, сидя в отличном, красивом кресле, она с удовольствием пила хороший ликер и курила дорогие вкусные сигареты. Одну за одной. Одну за одной.

Она всегда нервничала перед приходом своего Мальчика. Ей каждый раз казалось, что чуда не повторится, что одна фальшивая нота зачеркнет все, что накопилось в ее памяти горсткой тайных сокровищ. Много ли нужно, чтобы прихлопнуть эту маленькую и беззащитную пичугу – счастье. Достаточно одного неверного слова или взгляда, чтобы позволить уродливой Жизни заполучить маленькую, заботливо выпестованную ложь.

Но он всегда поступал и говорил правильно. В этом мальчишке интуитивно жил умница-актер, способный вытащить любую провалившуюся сцену. Он всегда умел распознать Ее настроение и подыграть в безошибочно найденном тоне…

Было время, когда она не боялась этих встреч. Все начиналось так просто и предсказуемо, что у нее не болела голова над тем, что следует говорить и делать. Мальчик был другом ее сына, и в первый раз она увидела его, смешного и неловкого, когда они репетировали какую-то песню в студии, громыхающей динамиками. Эту студию она, не скупясь, соорудила для своего прыщавого, некрасивого, неродного отпрыска. Деньги, которые она тратила на него, помогали ей забыть о том, какая она плохая мать.

Они сидели, обложившись пивом, громко обсуждая какую-то ерунду. В динамике надрывался безголосый придурок, но им было по кайфу слушать его крики, и она ничего не имела против. Сын смотрел на Мальчика с почтением. Он всегда выбирал друзей, перед которыми преклонялся, и, если кто-то из них давал слабину, он всегда обрушивался на вчерашнего кумира со всей спесью богатого избалованного ребенка, способного ленивой фразой поставить на место нищего выскочку.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru