# Дракон

Евгения Кондырева

Драконы – вечное зло мира.

Сражаться с ними – равно самоубийству. А умереть не боятся только очень и очень юные…

Девушка, чудом выжившая во время налета «крылатых чудовищ».

Сын мелкого владетельного лорда, замок которого сожжен дотла.

Мальчишка-конюший, сам толком не понимающий, что привело его в стан самозваных «охотников»…

Да есть ли у них хоть один шанс уцелеть и победить?

Есть – если сжалится над ними случайный попутчик – маг, обладающий огромной силой.

## ПРОЛОГ

Дракон летел низко, очень низко. Он устал и был нездоров. Временами его крылья задевали кроны деревьев, и тогда, сделав усилие, дракон поднимался чуть выше. Его лёгкие, такие выносливые и могучие в молодости, сейчас сдавали всё чаще, и дракон с беспокойством прислушивался к странным звукам и хрипам, рождавшимся с каждым вдохом в его груди.

Сегодня для его лёгких выдался не самый простой день. Дракон мог гордиться – он оставил за собой сгоревшую дотла деревню и около мили полыхающего леса. Конечно, поджигать лес было не обязательно, но дракон получил приказ нагнать на людей страх, а по этой части старому опытному Скату не было равных. Чему-чему, а этому молодые юнцы с быстрыми крепкими крыльями могли у него поучиться.

Дракон летел в Ломрат. Ломрат должен быть уничтожен.

Но Скат так устал…

Внезапно разболелась давно забытая старая рана, от которой на левом плече остался едва заметный шрам. А тут ещё этот обоз…

Дракон хотел поберечь силы, обоз был ему совсем не нужен… Но глупые люди схватились за свои бесполезные луки, и это вывело его из себя.

Скат был очень сердит. Да, очень! И, не удержавшись, он дохнул. Совсем не сильно. Но этого хватило, чтобы в груди опять поселилась зыбкая, тягучая боль.

Дракон с трудом сглотнул и осторожно перевёл дыхание…

Неожиданно ему в голову пришла крамольная мысль: а зачем всё это – сожжённые города и деревни, пылающие поля, обессилившие от ужаса люди – ему, Скату? Повелевающие отдавали приказы, и за долгие десятилетия он привык безоговорочно подчиняться их воле. Они были правы всегда… И всё же, он не понимал, зачем нужно жечь безобидных в общем-то людишек. Раньше ему приходилось воевать с магами и мятежными собратьями, осмелившимися нарушить волю Повелевающих, но люди… Чем они могли поколебать могущество повелителей?

Им, правда, объяснили, что от людей исходит великая опасность. Какая именно, не положено знать простым драконам. Главное – быть там, где нужно, и делать то, что прикажут, ибо Повелевающие не знают ошибок.

Скат устыдился своих недостойных дум… Мучимый раскаянием за свою слабость, дракон заставил себя лететь быстрее.

Его мысли приняли другое направление. Он вдруг вспомнил о молодых. Вначале Скат был оскорблён тем, что ему не доверили сражаться в одиночку, но теперь он понимал, что командир был мудр, как всегда… Превозмогая стыд, Скат наконец признался себе, что он постарел и хочет покоя, а это настоящий позор для боевого дракона. Такие как Скат умирают на поле битвы…

Воздух снова со свистом вышел из лёгких. Дышать становилось всё труднее.

Ломрат был его последней целью, и он сделает всё, что в его силах, чтобы Повелевающие гордились им.

Дракон стиснул зубы и заставил себя энергично взмахнуть крыльями. Он не должен опоздать, он должен быть в Ломрате раньше молодых.

## Часть первая

### Глава 1. Ломрат

К тому времени, когда нынешний Правящий лорд вступил на престол герцогства Ломрат, оно оставалось одним из трёх неприсоединившихся, свободных герцогств Паркса. Северные города и дикие племена Загорья не в счёт: они всегда стояли особняком среди населявших его народов.

Всё настойчивее Лорд-Государь королевства Тразан давал понять, что не мешало бы этим троим одуматься и занять наконец подобающие им места в Совете лордов-правителей. Там, на широкой, отполированной до блеска, резной скамье, всё ещё оставались три незанятых места с гербами Ломрата, Аткаса и Вердату. Однако вольные торговцы и землепашцы не спешили становиться верными вассалами Государя Стуфера.

Гордый, богатый и древний Ломрат был средоточием непоколебимой уверенности в будущем. Его торговля процветала, и вокруг города вырастали всё новые деревни. Его правители были разумны, люди радушны, но, как и любой из свободных городов, Ломрат при необходимости превращался в военную крепость.

Криш, пробиравшийся этим ранним летним утром по мокрому от росы молодому ельнику, был истинным сыном Ломрата.

Сначала ученик главного конюшего, затем второй берейтор и ловчий Двора, он всего месяц назад отметил своё совершеннолетие. Лошади были смыслом и страстью всей его жизни. Когда конюшенные мальчики принесли весть о том, что в Ломрат на ярмарку идёт северный караван с лошадьми, Криш понял, что должен делать. Он находился в предвкушении этого события так долго, что подождать ещё один день было выше его сил. На следующее утро в тайне от всех второй берейтор Двора отправился навстречу обозу.

Обзавестись лошадью северной породы – настоящая удача для конника. О чудесных скакунах Севера – выносливых, преданных, умных – ходили легенды, и жители герцогств готовы были платить какую угодно цену, лишь бы заполучить их в собственную конюшню. Благородные животные многократно окупали любые траты.

Вот только почему-то они не давали потомства нигде, кроме родных выпасов. Криш, в душе не слишком веривший подобным россказням, тайком от главного конюшего потратил много времени в надежде получить жеребёнка и наконец сдался. Лошади были словно заговоренные.

Северяне очень редко продавали своих лошадей, справедливо считая, что не каждая конюшня достойна такой чести. Криш заранее изнывал от мысли, что лучшие скакуны могут достаться не замковой конюшне, а, например, городскому цеху пекарей, и прекрасное животное, украшенное розовыми цветочками и побегами повилики, будет красоваться рядом с важным толстым булочником на одном из городских праздников.

Криш уже мысленно спорил с казначеем, приводя доводы, которые заставят раскошелиться старого скрягу. Главное, увидеть лошадей раньше остальных покупателей, а там, если понадобится, можно обратиться и к самому Правящему.

Солнце поднималось всё выше, стены Ломрата давно скрылись из виду, но никаких признаков торгового обоза северян не было видно…

…Северяне – ювелиры, конники, воины, ремесленники, лекари – никогда не искали близкой дружбы с жителями западных и южных равнин, хотя и говорили на одном с ними языке. Лишь временами они нанимались в лучники к Правящим лордам, да приезжали на богатейшие ярмарки Ломрата, куда стекались купцы со всего королевства. Сделанные ими украшения были достойны царственных особ, лекарские снадобья – на вес золота, а сбруям и подковам не было сноса. Обо всём этом Криш знал не понаслышке: его прабабка сама была родом с Севера.


Солнце давно перевалило за полдень и припекало вовсю.

Изнывая от духоты, Криш уже всерьёз сомневался, что караван существует на самом деле. Внезапно в лесу стало очень тихо, словно перед грозой, а затем…

Инстинкт заставил его упасть на землю и вжаться в полуразрушенную лисью нору. Над кронами деревьев медленно летел… дракон. Огромное изящное тело непостижимым образом легко скользило в воздухе, и тень от распростёртых крыльев, словно тень от облаков, бегущих в ветреный день, пересекала пространство поляны.

Не смея пошевелиться, ловчий долго вглядывался в кроны деревьев, за которыми исчезло ужасное видение.

Когда Криш наконец поднялся, то понял, что он не один.

На поляне появилась маленькая сгорбленная фигура.

Это была женщина.

Она брела словно на ощупь, глядя перед собой невидящими глазами. Её одежда – штаны и синяя туника из тонкой замши с кожаным кружевом – была обожжена и разорвана. Лицо и волосы почернели от грязи и копоти. Обеими руками держась за голову, она шла мимо Криша, не замечая его.

«Это платье, волосы, собранные в высокий хвост и перевязанные кожаными шнурами с серебряными кольцами… Северянка! Так одеваются в северных городах. – Криш сглотнул. – Обоз! На обоз напал дракон!»

– Эй, – негромко окликнул он, – постойте! Женщина медленно остановилась и, поморщившись словно от боли, подняла голову.

«Великие Небеса! Она же совсем молоденькая!» Северянка смотрела на Криша, но в её глазах была пустота. И от этого невидящего взгляда ему стало страшно: девчонка была явно не в себе.

– Э-эй, послушай… Ты меня слышишь? Она сжала виски ободранными пальцами.

– Н-не знаю… Да, слышу…

– Что случилось? Ты ехала с обозом? Где остальные?

Её взгляд по-прежнему был пугающе пуст, и несколько мучительно долгих мгновений она силилась понять его слова.

– Не знаю…

– Ты помнишь, откуда пришла?

– Не знаю… – Между её бровями пролегла глубокая складка. – Не помню…

Убедившись, что не добьётся толка, Криш усадил её на траву.

– Сиди здесь, никуда не уходи. Я скоро. Может, твоим нужна помощь.

Девчонка медленно кивнула и сложила руки на коленях. «Как неживая», – по спине у Криша пробежал холодок.

– Никуда не уходи, – громко повторил он, – жди меня здесь, поняла?

– Да, – бесцветным голосом ответила она.

Криш огляделся в поисках каких-нибудь следов. Он был уверен, что в таком состоянии девчонка не могла забраться слишком далеко.

Несколько минут спустя ловчий понял, что идёт в нужном направлении: его ноздри уловили запах дыма, который с каждым шагом становился всё сильнее. Вскоре Кришу пришлось зажать нос, потому что к запаху дыма прибавился ещё один – тошнотворно-сладкий запах палёного.

Да, здесь побывал огонь. Он безжалостно опалил кроны деревьев и заставил согнуться молодой орешник. Криш сделал ещё один шаг и отвёл в стороны обожжённые ветви.

Он наконец нашёл то, что искал – место, где остановился обоз северян.

На открывшейся луговине виднелась чёрная трава, покрытая, словно снегом, седым слоем пепла, а на ней – догорающие повозки, искалеченные огнём трупы людей и лошадей.

Над всем этим витал запах смерти – запах, который оставляют после себя драконы.

Желудок Криша свело мучительной судорогой, и парня вывернуло наизнанку.


Разумеется, время от времени в городе возникали страшные слухи о драконах, которые вдруг стали появляться из-за моря, и о войнах за внешними пределами. Но всё это было так далеко, что не касалось жителей герцогства. Старый, выживший из ума Норк давно пророчил неисчислимые беды. Но кто прислушивается к сумасшедшим?

Да ещё как-то раз на ярмарку в Ломрат привезли чучело драконьего детёныша, и люди со всех деревень сбегались посмотреть на него.

Шло время, и в город потянулись угрюмые оборванные странники, которые подобно сумасшедшему Норку предрекали Ломрату ужасное будущее. Горожане с жалостью глядели на несчастных, но никто не принимал их рассказы всерьёз: что взять с обездоленных.

Но было ещё кое-что.

Лет пять назад, вернувшись из столицы от Государя Стуфера, Правящий лорд создал вдруг несколько отрядов особых, прекрасно обученных лучников и вооружил их необычно большими и тяжёлыми пружинными луками, со стрелами в два раза толще и длиннее охотничьих.

Старший брат Криша, Бьёрк, заменивший ему отца, стал командиром этих лучников. Родителей Криш помнил смутно, они погибли, когда он был ещё мал. Благодаря щедрому жалованию, Бьёрк не только смог вырастить младшего брата, но и построить новый дом.

Странные лучники пользовались уважением во всем герцогстве, но никто не понимал их назначения. Мало ли что придёт в голову Правящему? На то он и лорд! А сами они, если и знали, то хранили свою тайну.

И теперь догадка молнией пронзила Криша: «Странные луки были предназначены для того, чтобы стрелять в драконов. Так значит, Правящий лорд знал о грозящей опасности и готовился к встрече с ней?»

Тихий ветерок донёс с луговины новую волну тошнотворного запаха. Криш судорожно зажал нос, но очередной спазм скрутил его желудок. И среди дымящегося мёртвого обоза ловчий поклялся в своей ненависти к драконам.

Оставаться здесь дольше не было смысла, но Криш всё же заставил себя обойти вокруг стоянки в тщетной надежде найти кого-нибудь в живых. Чуда не случилось – девчонка была единственной, кому удалось уцелеть. И Криш, не стесняясь, заплакал при виде страшной гибели людей и прекрасных животных, покинувших росистые северные пастбища.

Только сейчас, глядя на сожжённый обоз, он понял: беда шла в Ломрат. Дракон летел в город! Сердце ловчего сжалось в страшном предчувствии: там, на крепостных стенах, сейчас сражается его брат…

Северянка никуда не ушла. Она была на том же самом месте, где оставил её Криш, и спала, скорчившись на траве.

Едва он тронул её за плечо, девчонка проснулась и резко села. Теперь в её глазах была жизнь – сонное забытьё пошло ей на пользу. С трудом подбирая слова, Криш рассказал о том, что видел. Она молча закрыла ладонями лицо.

– Там были твои родные?

– Не помню… Ничего не помню. – Девушка, опустив руки, подняла голову. – Я даже не знаю, как меня зовут.

…Они шли молча.

Изнывая от неизвестности, ловчий всё ускорял и ускорял шаг. Девчонка не жаловалась, не задавала вопросов и почти не отставала. Только каждый раз, обернувшись, Криш видел, как она поспешно смахивает с грязного лица слёзы.

Они пришли в Ломрат, когда всё уже кончилось, и страшные чёрные столбы дыма поднимались над стенами крепости. Городские ворота были распахнуты и сорваны с петель. Тяжёлые, окованные железом, они болтались уродливыми обрубками позади расплавленной и искорёженной железной решётки. Умирающий город был страшен.

Задыхаясь от боли в груди и запаха дыма, не замечая сгоревших деревьев и преграждавших путь мёртвых тел, Криш бежал и не узнавал знакомые улицы. Хуже всего было в центре, на рыночной площади, где от красивой каменной ратуши осталась лишь груда дымящихся обломков. Жалкие кучки и обезумевших от горя людей копошились на пепелищах своих домов, пытаясь спасти хоть какие-то вещи, но среди них не было тех, кого можно было бы спросить о брате.

На развалинах того, что было когда-то его собственным домом, Криш увидел человека с перевязанной головой в форме герцогского лучника. Раненный, измученный, но живой…

– Бьёрк! – заорал ловчий, – я здесь Бьёрк!

Человек резко обернулся. Долю мгновения его обожжённое лицо оставалось неподвижным, а затем вспыхнуло радостью.

– Хвала Небесам, – хрипло прошептал он. – Где же ты был, брат?

– В лесу. Я видел, как летел дракон, и я…

Криш вдруг почувствовал, что ему не хватает слов и, сглотнув, замолчал.

– Кто это с тобой? – Бьёрк внимательно смотрел на девчонку.

С того момента, как Криш вступил в разорённый город, он ни разу не вспомнил о ней. Парень обернулся. Северянка опустилась прямо на каменную мостовую и сжалась, обняв колени руками.

– Это… – Криш невольно понизил голос. – Она из обоза северян. Больше никто не выжил, а она совсем ничего не помнит.

Бьёрк мрачно покачал головой и перевёл взгляд на брата.

– Ты должен немедленно уйти, – тяжело сказал он.

– Уйти? – не понял Криш.

– На юг, в Кинтан, к родителям нашей матери, – настойчиво продолжал Бьёрк.

– Но… – Криш внезапно охрип. – Я хочу сражаться вместе с тобой!

– Нет, – жёстко сказал Бьёрк.

Криш ожидал чего угодно, только не этого. Почему Бьёрк гонит его теперь, когда они вместе? Лучник смотрел ему прямо в глаза.

– По какому праву ты решаешь за меня, ведь я…

– По праву старшего брата, Кристен, – перебил его Бьёрк, – или моё слово уже ничего не значит?

Он очень редко называл Криша его полным именем, и сейчас это имя в устах Бьёрка заставило ловчего почувствовать себя непослушным маленьким мальчиком. Бьёрк неловким движением тронул повязку на лбу.

– Я вырастил тебя, брат, и знаю, что в минуту опасности ты не отступишь, но… – Голос Бьёрка дрогнул. – Оглянись вокруг, Криш… С кем ты собираешься драться? Города больше нет, мы оставляем Ломрат. Это приказ Правящего. Уцелевшие уйдут в горы. Но их мало… – Слова давались лучнику с трудом. – Я не приказываю, я прошу, Кристен, уходи… Уходите… – Он кивком указал на сгорбившуюся поодаль фигурку. – Пока дороги ещё свободны.

– Как? Но я думал… Разве она не может остаться? Бьёрк с жалостью взглянул на северянку и покачал головой.

– У нас почти не осталось продовольствия, а это лишний рот и, боюсь, не слишком умелые руки. К тому же, в дороге у неё будет больше возможности узнать что-то о своих, чем сидя в горных пещерах. Оставишь её там, где будет безопасно.

Криш молча сглотнул и отвернулся от разрушенных стен, которые ещё сегодня утром были его родным домом.

– Я сделаю, как ты хочешь, Бьёрк, – тихо сказал он. Брат коротко, как в детстве, прижал его лохматую голову к груди.

– И вот ещё что. – Обожжённая щека лучника болезненно дернулась. – Конюшни… не стоит тебе туда ходить…

– Я… должен, – пробормотал Криш.

Из-за разрушенного дома донеслись голоса. Кто-то громко кричал, разыскивая командира. Бьёрк до боли стиснул его плечи.

– Я люблю тебя, малыш.

– Я тоже люблю тебя, Бьёрк, – прошептал непослушными губами ловчий.

Он вдруг с пугающей ясностью осознал, что брат прощается с ним, не надеясь уже больше на встречу.

Бьёрк резко отстранил его от себя.

– Нельзя терять времени, держи. – Он сунул в руки Кришу маленький кожаный мешочек. – Это всё, что мне удалось раздобыть, – отрывисто добавил он и, обернувшись, потрепал девчонку по плечу.

– Мне правда нельзя остаться? – тихо спросила она. Бьёрк медленно покачал головой.

– Ты пойдешь с моим братом. Спешите. К вечеру в город войдут мародёры.

Не оборачиваясь, он решительно зашагал прочь.

– Бьёрк, – прошептал Криш, – но лучник не услышал. Сжав кулаки, парень молча смотрел, как удаляется его брат, а затем развязал мешочек. В нём было несколько золотых монет Тразана.

Почему он не послушался Бьёрна? Остановившимися глазами Криш смотрел на сожжённую конюшню Правящего, где каждый уголок, каждая щель были знакомы ему с самого детства. Огонь пощадил каменные стены, но деревянные перегородки, амбары с зерном и сеном, кладовые с упряжью, помещения для конюхов – всё это сгорело дотла. Запах смерти царил теперь там, где раньше была краса и гордость герцогства – его лошади.

Со многими из них Криш вырос. Он знал день и час их рождения и рождения их предков. Ему доставляло тайное удовольствие произносить их гордые имена (такие же звучные, как у знатных лордов!). Он мог узнать каждую из них на ощупь: по гордому изгибу шеи, шелковистости гривы, форме ушей их благородных голов. Лошади Ломрата были первыми не только среди свободных герцогств, но и на всём Парксе. Лучше могли быть только лошади северян.

Второй раз за этот страшный день слёзы потекли по его щекам, лишая последних остатков мужества. Криш без сил опустился на чёрный от сажи камень, и потерявшая память девчонка заплакала вместе с ним.

Наконец он вытер рукавом грязное от копоти лицо, поднялся сам и помог встать северянке. Они медленно двигались среди тлеющих стойл и Криш, прощаясь, шептал дорогие его сердцу имена.

Как страшно проклинал он своё нетерпение, толкнувшее его на глупое путешествие! Если бы он был здесь! Боль, поселившаяся в его сердце, становилась всё сильнее. Он упрямо брёл сквозь удушливый дым, и девчонка за его спиной, кашляя и спотыкаясь, брела вслед за ним.

Прошло довольно много времени, прежде чем Криш обнаружил, что они не одни. На ступенях того, что было когда-то входом для конюших, сидел человек, и по тому, как вздрагивали его плечи, Криш понял, что он тоже плачет, как совсем недавно плакал он сам.

Ещё несколько шагов и Криш узнал его. Это был младший сын Правящего Ломрата – лорд Фиджин.

Криш не слишком жаловал младшего лорда. Они были ровесниками и отпраздновали день своего совершеннолетия в один месяц. Фиджин, как и положено юноше из Правящего Дома, был образован, разбирался в поэзии и музыке, знал языки. Он обладал стройной, гибкой фигурой и приятной внешностью, за которой тщательно следил. К тому же Небеса одарили его чудесными волосами и синими глазами. Придворные дамы не раз потаённо вздыхали, стоило лишь упомянуть имя младшего лорда.

Фиджин хорошо фехтовал и стрелял, на турнирах было непросто выбить его из седла, но делал всё это младший лорд Ломрата лишь по обязанности – рыцарские забавы, состязания и охота редко привлекали его внимание. Словом, Фиджин обладал теми качествами, которые вряд ли помогли бы ему добиться серьёзного расположения ловчего. Впрочем, он никогда не был жесток с лошадьми, что в целом примиряло Криша с фактом существования младшего лорда.

Куда больше он уважал его старшего брата, истинного наследника герцогства. Лорд Шеннон имел твёрдую руку, верный глаз и решительный характер. Он был прост в одежде и обращении с людьми. Никто лучше него не мог повести за собой кабанью травлю или сразится на конном турнире. Возможно, он был не так образован, остроумен и изящен, как младший брат, зато проводил в конюшне и на охоте гораздо больше времени.

Теперь же, видя перед собой Фиджина, Криш ощутил незнакомое раньше чувство острой тоски – лорд был частью того прекрасного и навсегда утраченного мира.

Фиджин поднял голову.

– А, это ты… – В его голосе не было удивления, только усталость. – Я сделал всё, что мог, – он говорил медленно и тихо. – Я успел их выпустить. Что стало с ними потом, я не знаю.

Лорд откинул со лба волосы, и Криш увидел, что его ладони с длинными пальцами покрыты пятнами ожогов, а щегольские манжеты повисли на запястьях обгоревшими грязными тряпками.

– А люди, конюшие? – хрипло спросил Криш. Лорд только пожал плечами.

– Не знаю. Всё уже горело, и я был здесь один. Криш без сил привалился к стене.

– Они оставили лошадей… а меня не было в городе… Наследник молча кивнул.

На секунду Криш представил себе, как мечется в дыму и огне младший лорд, дёргая раскалившиеся засовы стойл, заставляя обезумевших, храпящих от ужаса лошадей бежать к выходу, и заскрипел зубами. Похоже, он совсем не знал наследника. По крайней мере, Криш никогда не думал, что изысканно небрежный Фиджин способен на такое.

– Я тоже любил их, – тихо произнёс лорд. – Ты нашёл брата?

– Да, он велел мне уходить.

– Он прав… – На секунду лицо Фиджина посветлело. – Видел бы ты, как они стояли на городских стенах. Они успели ранить дракона прежде, чем всё это началось. Он упал на лугу, возле северной стены. Отец послал туда отряд, но люди никого не нашли, дракон исчез.

– Магия, – угрюмо сказал Криш. – Говорят, драконы все чародеи.

Фиджин согласно кивнул головой.

– Что же теперь будет?

Наследник горько усмехнулся, но не успел ответить.

– Я тоже хочу знать, что будет, после того как младший лорд Ломрата отсиделся в безопасном месте.

Криш и Фиджин обернулись одновременно.

– Отец!

Вид Правящего был страшен. Его седые спутанные волосы покрылись грязью, на лбу запеклась кровь, лицо и искорёженный железный нагрудник с изображением герба Ломрата почернели от копоти.

– В то время, когда мой старший сын рискует жизнью, защищая город, младший развлекается в компании друзей и… девиц!

Фиджин побледнел.

– Ты не прав, отец! Я был на стенах рядом с братом! Он вдруг осёкся, только сейчас заметив девушку, совсем молоденькую, которая робко держалась поодаль.

– Может, меня обманывают глаза? Тогда объясни мне, что делают здесь мой храбрый сын, – голос Правящего был полон язвительной горечи, – и мой берейтор, точнее мой бывший берейтор?

Глаза Фиджина вдруг вспыхнули, словно он получил пощёчину. Он резко вскинул голову и… промолчал.

– Я жду! – Правящий презрительно смотрел на наследника. – Сезон придворных балов окончен. Тебе придётся стать мужчиной и научиться смотреть опасности в глаза или перестать быть моим сыном, Фиджин.

Криш больше не мог терпеть.

– Почему ты молчишь, лорд? Почему не скажешь, что сделал для Ломрата? Господин! Он…

– Нет. – Властным движением остановил его Фиджин. – Мне не нужны заступники. Я не виновен ни перед Правящим Домом, ни перед самим Правящим. Я уступаю брату в силе и опыте, но в чести – не уступлю никому, даже тебе, отец. Никто не посмеет упрекнуть меня в трусости. И я докажу это.

– Ну что же. – Лицо герцога исказила усмешка. – Если мой сын понимает под честью бегство, он волен поступать, как хочет, потому что обязанностей у него никогда не было.

– Государь! – вскинулся Криш. – Ведь лошади…

Но герцог уже развернулся и, тяжело ступая, двинулся прочь.

– Оставь его, – тихо сказал Фиджин. – Он слеп в своём горе. Он потерял слишком много.

– Но почему ты ничего не сказал?! Фиджин горько усмехнулся.

– Потому что я всё равно никогда не буду похож на старшего брата. Разве ты не понял? Правящему нужен второй лорд Шеннон.

– Но разве ты не сделал то же самое, что и твой брат?

– Сделал… – Фиджин пожал плечами. – Ты, и правда, ничего не понял, ловчий. Теперь Правящий может быть спокоен – ему не придётся выбирать… А это очень трудно… Ему было удобно поступить так, как он это сделал. Не спорю, лорд Шеннон будет хорошим правителем. – Фиджин помолчал. – Но, клянусь, я сделаю то, о чём не подумали ни отец, ни брат, – добавил он и сжал кулаки. – Клянусь, я узнаю, откуда и зачем прилетели драконы. – Фиджин брезгливо взглянул на свои манжеты, а затем легко оборвал и отбросил их в сторону. Он обернулся к северянке. – Как тебя зовут?

Девчонка молча покачала головой и ничего не ответила.

– Она не в себе, – тихо пояснил Криш и коротко рассказал о встрече в лесу.

– Бедняжка, – совсем как Бьёрк, пробормотал Фиджин. – Твой брат прав, ей лучше пойти с нами.

– С нами?

– Мне больше нечего здесь делать.

И ловчий от всей души протянул руку младшему наследнику.

Они вышли из города за несколько часов до заката. Им повезло: в первой же брошенной деревне нашлась еда. Люди так спешно покидали свои жилища, торопясь спасти самое главное – скот и птицу, – что уже не обращали внимания на мелочи, вроде кувшина молока или краюхи хлеба.

Но драконы не тронули деревню. Покончив с Ломратом, они повернули на восток.

Набив дорожные сумки припасами, путники поспешили сойти с дороги и углубились в лес. Оставаться ночью на тракте было не слишком разумно.

Они остановились, когда заходящее солнце коснулось деревьев, и снежные склоны Шэры окрасились нежным розовым цветом. Все очень устали, но Криш и Фиджин всё же искупались в ручье и кое-как привели в порядок одежду. Выражение лёгкой брезгливости не сходило с лица лорда, когда он вновь натягивал пропахшую гарью рубашку. При этом Криш не без ехидства подумал, что в другое время младший наследник принял бы тёплую ванну и чопорный слуга помог бы ему облачиться в ночное платье.

Девчонке повезло больше: перед одним из домов нашлась забытая на верёвке чистая женская одежда. Отойдя подальше, она тоже долго плескалась в ручье, вымыла и заплела волосы в косы. Теперь, в мешковатом крестьянском платье, она ничем не напоминала ту северянку, которая встретилась Кришу утром.

Быстро стемнело.

Маленький костерок совсем прогорел, только время от времени с тихим шипением вспыхивали угли.

Криш думал, что заснёт сразу же, как только его голова коснётся земли, но сна не было.

Остальным тоже не спалось.

Заложив руки за голову, лорд лежал на спине и широко раскрытыми глазами смотрел на звёзды, а девчонка и вовсе сидела, прислонясь спиной к дереву. Как Криш с Фиджином ни старались, северянка так и не вспомнила своего имени, и друзья каждый раз испытывали неловкость, не зная, как к ней обращаться.

– Э-э… Послушай… – кашлянул ловчий.

– Да, Криш, – откликнулась девушка.

– Я вот о чём… Знаешь, ты должна выбрать себе какое-то имя… Ну… – поспешно добавил он, – пока не вспомнишь своё.

– Я тоже так думаю, – живо поддержал его лорд.

– Хорошо, – послушно кивнула она.

– Я-то не силён по этой части, – вкрадчиво продолжал Криш, – а вот Фиджин…

Лорд хмыкнул, но сдержался. Он добросовестно перечислил с десяток женских имён и внезапно оборвал себя.

– Нет, всё не то. Не идёт.

Криш озадаченно почесал в затылке. Знакомые с детства имена, и правда, удивительным образом не шли северянке.

– А тебе самой что-нибудь нравится? – с надеждой спросил он.

– Нравится, – послушным эхом отозвалась девчонка, – мне всё нравится. Мне всё равно.

Фиджин внезапно улыбнулся.

– А звёзды тебе нравятся? Моя мать умерла, когда я был ещё ребёнком, но я хорошо помню её… По ночам мы часто поднимались на башню и смотрели на небо. Она любила звёзды и знала имена, которые давали им Древние. Сейчас их уже не помнят… Она разговаривала с ними, как с давними друзьями. Теперь я понимаю, ей было одиноко. Отец был слишком занят, а мой старший брат… Звёзды интересовали его в последнюю очередь. В Ломрате и без них было много интересных вещей. – Лорд покосился на ловчего. – Например, кабанья травля…

На этот раз хмыкнул и промолчал Криш.

– Смотри. – Фиджин указал сухой веточкой на небо. – Это Та-Ри, Ночная Бабочка; это Кей-Но, Сияющая; это Ми-Нэл, Проказница, она навевает шаловливые мысли; это Геста, Величественная; а это Аспора, Гордая. Между ними – Сияющая, Крона…

Криш внимательно слушал.

Звуки древнего забытого языка почему-то наполняли его сердце тихой печалью. Конечно, ловчий знал небо, его должен знать любой мужчина, не желающий заблудиться в лесу или на дороге. Но ему никогда не приходило в голову, что о звёздах можно говорить так, как говорил Фиджин.

– …А это Пэлла, Владычица Сердец. Если смотреть на неё долго и думать о том, кто тебе дорог, можно охранить его от многих бед. Там, на самой макушке ели, – две сестры: старшая, Кин-Ту, и младшая, Кин-Пай. Левее – Рин-Кет, Большая Путешественница, путеводная звезда моряков. А в стороне от всех видишь ту очень яркую звёздочку? Это Эшия, Маленькая Странница. Она остаётся на небе, даже тогда, когда на восходе меркнет луна и гаснут самые большие…

– Подходит. – Криш вдруг хлопнул себя по колену. – Честное слово! То, что надо!

Фиджин довольно улыбнулся в темноте.

– Я… – девчонка вдруг всхлипнула.

– Ты чего? – удивился Криш, но северянка только помотала головой.

– Эши-я, – нараспев произнёс лорд, – или Эши, правда?

Ночью Криш проснулся от неясной тревоги. Он обернулся. Оказывается, лорд тоже не спал. Прижав палец к губам, Фиджин молча указал направо, туда, где между стволами деревьев отчетливо виднелось звёздное небо. Сначала Криш ничего не увидел, но, приглядевшись, различил несколько тёмных, медленно скользящих силуэтов.

Юноши переглянулись.

Они не двинулись с места, не произнесли ни единого слова, но оба уже не заснули до рассвета, и каждый мысленно дал себе обещание забыть о беспечности. Ломрат перестал быть безопасным.

### Глава 2. Аткас

Утро выдалось холодным и хмурым. Путники вышли из леса, в последний раз бросили взгляд в сторону родного города и повернули на восток, к Аткасу, второму из неприсоединившихся герцогств. Правящий лорд Аткаса, Дюрен, приходился Фиджину дядей. Если Аткасу удалось уцелеть, Фиджин мог рассчитывать на его помощь Ломрату, если же нет…

Дорога была пустынна. К полудню им попалась первая сожжённая деревня. К вечеру – ещё одна, и лорд потерял надежду.

Ночью в стороне от тракта были слышны чьи-то крики, ржанье лошадей и топот копыт. На утро путники обнаружили страшные свидетельства ночного разбоя и, не сговариваясь, вновь повернули в горы.

На пятый день они достигли границ Аткаса, ещё через два подошли к городским стенам.

Аткас был цел.

Сколько не вглядывались Криш и Фиджин, они не увидели никаких признаков военных приготовлений: ни сторожевых постов на башнях, ни заготовленных возле бойниц ядер. Напротив, городские стены, казалось, не охраняются вовсе.

Темнело.

По-прежнему ничего не понимая, друзья заплатили ночную пошлину и вошли в город.

Улицы Аткаса были ярко освещены праздничными кострами и факелами. Каменные дома украшены гирляндами из ветвей и цветов, повсюду прогуливались люди в карнавальных костюмах. Играли музыканты, подвыпившие горожане громко горланили песни и весело танцевали на улицах перед своими домами. Путники в своих тёмных дорожных плащах выглядели странно среди пёстро одетой праздничной толпы.

Внезапно небо словно раскололось пополам и озарилось ослепительными вспышками – это на главной площади перед ратушей взорвались десятки петард и закрутились огненные шутихи.

– Что происходит? – прокричал Фиджин.

– Не знаю!

Новый залп заглушил слова ловчего. Они потрясённо озирались вокруг. Буйное веселье продолжалось.

– Этот город сошёл с ума! А отец слал гонцов! Он так ждал помощи! – Голос Фиджина потонул в карнавальном шуме.

Внезапно на них налетела стайка молодежи и закружилась вокруг Эши, увлекая её за собой.

– Прочь! – рявкнул Криш, едва успев схватить её за руку. – Держись за меня!

Эши испуганно вцепилась в его плащ.

– Посторонись! – Ловчий уверенно прокладывал себе дорогу. – Фиджин, куда идём?

– В замок! – перекрывая шум, прокричал он. – Я хочу видеть лорда Дюрена!

Криш молча кивнул и с удвоенной силой начал протискиваться сквозь толпу.

Они уже почти пересекли площадь, когда их окружили несколько хохочущих женщин в масках и высоких остроконечных шляпах с разноцветными лентами и блёстками. Взявшись за руки, они танцевали, отбивая такт бубнами с колокольчиками, и их пышные юбки вихрем взлетали в воздух.

Фиджин не выдержал.

– Кто мне объяснит, что происходит в этом городе?

– Ах, какой сердитый юноша! Какой суровый! – засмеялась одна из женщин.

– Такому красавчику всё простится, если он потанцует с нами!

– А вот и королева карнавала! – Женщина в маске сунула в руки Эши монету. – Купи себе приличное платье!

Девушка яростно отшвырнула монету в сторону, чем вызвала новый взрыв хохота.

– Ах, леди, да взгляните же наконец на их плащи! Они пришли издалека, откуда им знать, что сегодня мы празднуем ночь Дракона!

– Ночь Дракона?! – На скулах у Криша выступили красные пятна. – Ночь Дракона?!

– Смотрите, смотрите, этот тоже очень сердитый!

– Пожалуйста. – Фиджин с трудом держал себя в руках. – Объясните, что происходит. Мы действительно пришли издалека. По пути мы видели сожжённые деревни и спасались от мародёров. Мы думали Аткас в руинах, а у вас здесь праздник!

– Да, это так. – одна из женщин кокетливо склонила голову. – Благодаря мудрости нашего лорда, который заключил соглашение с Повелителем Драконов, город спасён. А до остальных нам нет дела!

– Соглашение с… кем? Я не верю! Он не мог!

Но женщины, засмеявшись, убежали прочь.

– Я тоже не верю. – Криш тронул лорда за плечо. Фиджин стиснул зубы.

– Идём! Я должен увидеть Правящего Аткаса.

Замок Дюрена был окружён каменной стеной и находился на восточной окраине. Он был освещен так же ярко, как и городская ратуша, но сюда почти не долетали звуки музыки, шипенье и хлопанье петард, которые по-прежнему озаряли вспышками ночное небо над Аткасом. Зато впервые за всё это время они увидели хорошо вооружённых людей.

– Не думаю, что нас здесь ждут, – пробормотал Криш. Едва друзья приблизились к воротам, им преградила вход замковая стража.

– Похоже, вы заблудились путники. – Лицо начальника караула скрывал глубоко надвинутый шлем, а его кираса тускло блестела в свете факелов. – Праздник в другой стороне. Сегодня ночью в нашем городе вы найдете и еду, и питьё (во здравие мудрого правителя Дюрена!), но завтра с восходом солнца чужаки должны покинуть Аткас.

Фиджин выступил вперёд.

– Я племянник Правящего Аткаса, младший наследник герцогства Ломрат, лорд Фиджин. Я пришел сюда, чтобы увидеть брата моего отца и говорить с ним о неотложном деле.

– Племянник? Видали мы таких племянников, – расхохотался стражник. – А ну, проваливай отсюда, парень, пока я не свернул тебе шею! Ишь, нашел себе дядю! Таких племянников у нашего лорда хоть отбавляй!

– Я требую уважения!

Фиджин выхватил оружие, но Криш с силой сжал его запястье.

– Не делай глупости, лорд! Пошли отсюда, придумаем что-нибудь ещё!

– Нет! Я войду в этот замок! Я требую позвать начальника стражи капитана Шерфа. Пошлите своих людей доложить, кто его ждёт!

Начальник караула молча сделал знак, и стражники бросились на путников. Закричав, Эши повисла на руке у ближайшего из них, но тот с лёгкостью отшвырнул её прочь. В ту же секунду Криш подхватил валявшийся на мостовой обломок деревянного древка и со всей силы обрушил его на спину обидчика. Следующие несколько минут друзья яростно отбивались от нападавших.

– Что здесь происходит?! – раздался вдруг повелительный голос.

Он принадлежал человеку в тёмной кирасе и синем камзоле. Начальник караула почтительно отдал ему честь.

– Этот голодранец утверждает, что он сын Правящего Ломрата, и я счёл нужным проучить самозванцев.

– Капитан Шерф! – крикнул Фиджин. – Вы узнаёте меня?

Человек почтительно склонил голову.

– Этот юноша действительно младший лорд Ломрата. Я лично ручаюсь за него.

Тяжело дыша, Криш отбросил палку.

Замок Аткаса не уступал своим великолепием родному замку Фиджина. У лорда невольно защемило сердце, когда они вошли под высокие каменные своды и проследовали в покои герцога.

Несмотря на позднее время, лорд Дюрен не спал. Отложив перо, он встал из-за стола и с улыбкой приветствовал племянника.

– Я рад видеть тебя, младший лорд Ломрата. Отпусти своих людей, и мы побеседуем, как полагается близким родичам.

– Это мои друзья. У меня нет от них тайн.

– Если так, пусть остаются. – Лорд Дюрен щёлкнул пальцами, и в покои внесли подносы с едой и питьем.

– Думаю, все устали и проголодались. Прошу.

Криш и Эши нерешительно сели за стол, но Фиджин не сводил глаз с Правящего Аткаса.

– Я принёс тебе страшные вести, дядя, – тяжело сказал он. – Драконы напали на Ломрат, город сожжён.

– Да-да, я знаю, – кивнул головой Дюрен.

– Знаешь?!

– Конечно, – спокойно ответил Правящий. – Я знал об этом ещё несколько дней назад.

– Но… я не понимаю.

– Думаю, ты умнее своего отца, Фиджин, иначе не пришёл бы сюда.

– Я пришёл, чтобы просить помощи для Ломрата! Дюрен покачал головой.

– Ломрат не получит от меня помощи.

– Что ты говоришь, дядя?! Ты оставишь отца в беде?

– Так Каласт жив? А Шеннон?

– Да, благодаря Небесам они живы. Дюрен усмехнулся и развёл руками.

– Небеса, должно быть, оставили Каласту жизнь, чтобы он смог раскаяться в содеянном.

Фиджин вскочил на ноги.

– О чем ты говоришь, дядя?! Отец рисковал жизнью, защищая город! В чём он должен раскаяться?

– Ах, дорогой племянник, – неприятно улыбнулся Дюрен, – Каласт не захотел даже слушать меня, когда несколько лет назад я предложил ему вступить в переговоры с Повелителем Драконов. Вместо этого он создал глупый отряд лучников, в безумной надежде, что сможет защитить город. Мой старший брат никогда не отличался большим умом. Но бывают обстоятельства, в которых невозможно действовать лишь силой, как это делал твой отец.

Фиджин вцепился в край стола так, что побелели костяшки пальцев.

– Сядь, младший наследник Ломрата, и послушай, что я тебе скажу. Твой отец совершил ошибку. Пять лет назад появились первые гонцы Повелителя Драконов, которые от его лица предлагали мир и защиту от огня городам Тразана в обмен на признание себя вассалами Повелителя. Конечно же, Тразан пытался сопротивляться, но Государь Стуфер быстро понял, в чём дело, когда драконы одну за другой спалили несколько деревень.

– Отец ничего не говорил об этом!

– Тебе! А ты уверен, что Шеннон тоже ничего не знал? Вслед за южными герцогствами высочайшее подданство, приняло герцогство Вердату, а следом и Аткас.

– Отец знал об этом?

– Конечно. Только старый упрямец Каласт, северный народ и дикари Загорья не присягнули на верность Повелителю, за что и поплатились гибелью городов и людей. Так вот, я предлагаю тебе, племянник, оставайся здесь, в Аткасе. Мне нужен наследник, а Небеса не дали мне сыновей. Ты станешь Правящим богатого сильного герцогства, а не груды развалин, которую унаследует твой брат.

Друзья не узнали голоса Фиджина, когда он заговорил.

– Скажи, дядя, какую цену ты заплатил за договор с Повелителем Драконов?

– Это не твоя забота, племянник.

– Я хочу понять, почему отец не сделал то же самое?

– Каласту была ненавистна даже мысль о том, что Ломрат перестанет быть свободным герцогством. Глупец, кому нужна эта никчемная свобода?

– Мне. – Фиджин встал. – Пойдёмте, друзья, – просто сказал он.

– Ты пожалеешь, племянник!

– Может быть, но я, лорд свободного герцогства, никогда не стану вассалом дракона.

Никто не помешал им выйти из замка, хотя Криш каждую секунду ожидал, что вот-вот раздастся топот ног за спиной, их схватят и бросят в темницу. Оказавшись на улице, он вдруг почувствовал, как от напряжения у него свело шею. Криш посмотрел на лорда. Тот низко надвинул капюшон, но ловчий мог поклясться, что у Фиджина на глазах блестят слёзы.

– А здорово ты его, ваша светлость. – Криш покрутил головой. – Хотел бы я ещё разочек посмотреть на Дюрена, когда ты сказал: «Мне». – Он зашёлся в беззвучном смехе. – Честное слово, я думал, что Правящий лопнет от злости! «Мне»!

– Наследник Аткаса, – пробормотал Фиджин. – Великие Небеса, Наследник Аткаса! – во весь голос засмеялся он.

И глядя на друзей, засмеялась Эши.

Ночь продолжалась.

Путники решили задержаться в городе до утра, купить одежду и пищу, а затем двигаться на юг через Вердату.

На рыночной площади не стихало веселье, и друзьям едва удалось найти свободное место под полотняным навесом возле телег с сеном. Не успели они устроиться, как громко затрубили трубы и люди расступились, освобождая место отряду стражников.

– Ведут! Ведут!

– Сейчас начнётся, – довольно сказал пожилой горожанин.

– Кого ведут? – осторожно спросил Криш.

– Бродячих артистов. – Мужчина смачно плюнул. – Сейчас сам всё увидишь.

Снова послышались трубы, и вперёд вышел глашатай со свитком в руках.

– Горожане! Слушайте указ Правящего лорда Аткаса. «Отныне каждый бродячий артист, фокусник или иной комедиант, который войдёт в наш славный город, будет подвержен принародному бичеванию, а затем брошен в темницу…»

– Во имя всего святого, – прошептал Фиджин, – что здесь творится? Чем помешали ему комедианты и циркачи?

– «…уличённые в укрывательстве или помощи оным, будут наказаны вдвое против них, а их имущество продано с торгов. Такова воля Правящего Аткаса.

Если же в городе обнаружится маг, сиречь колдун, то надлежит этого мага немедля заковать в цепи, чтобы тот не причинил вреда горожанам. Спутников и укрывателей мага предать немедленной смерти, дабы не сеяли в народе страх и смуту. За поимку же мага будет дана особая награда в золотых деньгах. А прочий пришлый люд, кроме торгового, не должен задерживаться в городе более двух дней.

Так повелел Правящий лорд Дюрен и сего числа руку к тому приложил».

Толпа одобрительно загудела.

Стражники расступились, и друзья увидели горстку отчаянно жмущихся друг к другу людей в костюмах бродячих артистов. Впереди, презрительно щурясь, шёл молодой человек в мантии фокусника. Острый конец пики то и дело упирался ему между лопаток, заставляя двигаться быстрее.

Процессия остановилась, и глашатай снова развернул список. Это был приговор.

– Канатной плясунье Эльхе – шесть ударов, – провозгласил он, – жонглеру Гедаму за оказание сопротивления – тридцать ударов. Метателю кинжалов Амараху и его подручным – по семь ударов…

Пожилой человек крепко прижал к себе двух подростков.

– Пощади, господин! Дети не виноваты! – хрипло вскрикнул он.

– Канатной плясунье Пеноре – шесть ударов. Молодой фокусник внезапно шагнул вперёд.

– Что с вами люди? Ведь эти артисты только что рисковали жизнью, чтобы потешить вас, и вы кидали монеты к их ногам! Что изменилось? Неужели эти женщины опасны для вашего лорда?

Ему не дали договорить. Толпа забурлила, и в фокусника полетели камни. Под улюлюканье и свист его втолкнули на помост, на котором только что плясали горожане, и вместе с другими несчастными привязали за вытянутые руки к толстой дубовой балке.

– Ты будешь первым, трюкач. – Стражник одним рывком разорвал рубашку на спине фокусника.

– Надо выбираться отсюда, – тихо сказал Криш.

Эши с испугом посмотрела на лорда. Фиджин был очень бледен, его левая щека странно подёргивалась. Лорд упрямо смотрел на помост. Какие мысли бродили в голове у того, кто час назад мог стать наследником Аткаса?

Внезапно страшная догадка заставила гулко забиться сердце девушки. А если ловчий ошибся, и она шла вовсе не с торговым обозом, а вот так же, с караваном бродячих артистов? Что, если бы это она оказалась сейчас на том помосте?!

Скользнув за спины друзей, Эши быстро огляделась. В железной скобе на стене каменной таверны горел праздничный факел. Увлечённые жестоким зрелищем люди не обратили на северянку никакого внимания. Не раздумывая ни секунды, Эши схватила факел и ткнула им в ближайший воз сена. Огонь вспыхнул в одну минуту и, перекинувшись на полотняный навес, начал стремительно продвигаться вперёд.

Люди закричали и отхлынули назад. Откуда-то сбоку вдруг вынырнул Фиджин.

– Нашёл! Она здесь!

– Бежим! – заорал в ответ ловчий. – Эй, ты куда?! Сумасшедшая! Сгоришь!

Но, миновав друзей, Эши бросилась к помосту с привязанными артистами. В ту же секунду к ней присоединился Фиджин с ножом в руках и начал яростно кромсать верёвки на руках пленников. Краем глаза девушка увидела, как, отпихнув стражника, на помост вскочил Криш.

Огонь яростно гудел, набирая силу и опаляя близким жаром. Под ногами начали тлеть доски, и дымная пелена отделила их от толпы. Где-то на ратуше ударили в колокол.

– Беги, Эши! – Лорд схватил её за плечи и столкнул с помоста. – К воротам! Мы догоним тебя!

Глаза мигали и слезились, в горле саднило от едкого запаха гари. Эши резко остановилась.

Что она делает?! Ведь она может потерять друзей!

Развернувшись, Эши бросилась назад, к площади, наполненной теперь не только гулом огня и криками людей, но и пронзительными ударами пожарного колокола.

Она увидела их почти сразу. Криш и Фиджин торопливо шли, поддерживая с двух сторон молодого фокусника, посмевшего выступить в защиту женщин. На его плечи был наброшен чей-то яркий маскарадный плащ. В свободной руке ловчий держал большой свёрток.

От неожиданного облегчения у Эши подкосились ноги.

– Ты цела? – запыхавшись, спросил Фиджин.

– Да! Да! – От радости ей хотелось кричать. – А что с остальными?!

Криш весело блеснул зубами.

– Я тебе скажу, было дельце! Ну-ка, подержи. – Он сунул в руки Эши свёрток, который оказался курткой и сумкой фокусника. – Они ушли через западные ворота. Двум акробатам удалось бежать, они раздобыли лошадей, а потом запалили возы с сеном! И как лихо всё вышло! Красота!

– Запалили возы с сеном, – растерянно повторила Эши.

– Ну да, вот только в суматохе забыли про господина фокусника, и ему пришлось удирать вместе с нами.

– И лучше нам поторопиться, – мрачно сказал Фиджин. – Я знаю Дюрена. Он не успокоится пока не найдёт виновных.

Они выбрались из города с первыми, далекими ещё раскатами грома, предвещавшими близкий дождь. Чёрное небо прорезали кривые всполохи молний.

– Туда! – Криш указал в сторону тёмного пятна гор. – Не будут же они искать нас ночью по ущельям. Здесь недалеко. Я эти места знаю.

– Ты как? Идти сможешь? – обернулся к незнакомцу Фиджин.

– Попробую, – с трудом ответил тот и, сжав от усилия зубы, натянул куртку.

Беглецы свернули с дороги. Молнии сверкали всё чаще, но куда хуже был поднявшийся вдруг ветер, который быстро нёс грозу в сторону гор. Они пересекали вспаханное поле, когда упали первые капли дождя. Ещё немного – и земля под ногами превратится в непролазную грязь.

Внезапно лорд остановился.

– Вы видели? – отрывисто спросил он. – Там в скале расселина. Дождёмся молнии.

Новая вспышка последовала почти сразу же, но они ничего не заметили там, куда указывал Фиджин.

– Надо добраться до неё, – упрямо произнёс лорд. – Я хорошо её видел.

Пашня кончилась. Они вошли в редколесье, которым поросло подножие горы, и тут на них обрушился ливень.

Оставшуюся часть пути Эши помнила смутно. Почти оглохнув от раскатов грома, они карабкались вверх, то и дело оступаясь и соскальзывая с поросших мхом камней. Порывы ливня сбивали с ног, но лорд уверенно вёл их вперёд.

Эши казалось, что если она свалится, то уже никогда не сможет подняться. Но, упав, она снова и снова цеплялась за выступающие корни и раз за разом вставала на ноги.

Хуже всех приходилось фокуснику: при вспышках молнии было видно его неживое, с закушенными губами лицо.

Когда лорд наконец остановился, Эши даже не подумала о том, что страшное путешествие закончилось. Просто они заблудились, и двигаться дальше не имеет смысла. Однако перед ними зияла расселина, та самая, которую неизвестно как разглядел Фиджин. Они протиснулись в узкую щель и оказались в пещере. Гроза постепенно удалялась, но яркие всполохи то и дело озаряли каменные стены.

Фокусник с трудом одолел последние несколько шагов и рухнул на землю. Эши без сил опустилась рядом. Её трясло от усталости и холода, тяжёлая мокрая одежда липла к телу.

Криш и Фиджин, успевшие раздобыть жалкие ветки тощего колючего кустарника, которым поросли склоны горы, скинули промокшие плащи и теперь тщетно пытались развести костёр.

– Бесполезно! – Криш в сердцах рванул воротник куртки. – Хоть бы кусочек сухого трута.

Все ясно понимали, что если не просушить одежду, ледяной камень пещеры убьёт их. Юноши молча переглянулись, и Фиджин указал взглядом на нового спутника. Бродячий актёр выглядел совсем больным.

– Ого, – тихо сказал Криш, – парню совсем худо. Похоже у него жар.

Ещё несколько томительных минут они безуспешно пытались разжечь костёр.

– Плохо дело, – прошептал Фиджин. Незнакомец словно очнулся от забытья.

– Я помогу, – хрипло произнёс он.

– Тут никто не поможет! – в сердцах мотнул головой Криш. – Нельзя развести огонь в луже!

Но фокусник, казалось, не слышал его. Он опустился на колени перед сложенным хворостом и на мгновение прикрыл глаза. Едва уловимая тень сомнения пробежала по его лицу, заставив плотнее сжаться губы.

– Мы уже пробовали, – угрюмо произнёс Криш.

– А я ещё нет.

Пожав плечами, Криш протянул фокуснику кремень. Первая же высеченная им искра, заставила задымиться сырой трут. Словно боясь потерять её, фокусник простёр над трутом ладонь. Искра вспыхнула с новой силой, превратившись в настоящий язычок пламени, который послушно перекинулся на мокрые ветки и разгорался всё ярче. Несколько секунд все зачарованно смотрели на огонь. Мокрый хворост почему-то совсем не дымил, давая жар настоящих сухих поленьев.

– Вот это фокус, – присвистнул Криш. – Не поверил, если бы не увидел собственными глазами.

– Это не фокус. – Фиджин пристально посмотрел на незнакомца. – Это магия.

Языки костра отбрасывали причудливые тени на его руки, оставляя лицо в полутьме.

– Маг? – Криш недоверчиво взглянул на лорда. – Не люблю я всего этого…

– Что теперь? – Незнакомец устало откинулся назад. – Может, спустимся вниз, к лорду Дюрену?

– Зачем ты так, – возмутился Криш. – Просто раньше я не встречал живых магов. Но как бы там ни было, спасибо за огонь.

Фокусник усмехнулся одними губами.

– Ну что же, поскольку лорду незачем объяснять, что такое магия, остаётся узнать мнение леди.

Эши невольно вздрогнула.

– Я не знаю.

– Вот как?

– Эшия потеряла память, – коротко пояснил лорд.

Он пошевелил угли в их странном костре и поднял голову.

– Со времён Древних известно, что иметь в спутниках мага – это или большая удача, или…

– Я не причиню вам зла, – глухо закашлялся маг.

– Мы всегда рады новому спутнику, – склонив голову, произнёс Фиджин привычные слова дорожного приветствия.

– Да будет наш совместный путь лёгок, – назвал положенный ответ незнакомец, но Эши вдруг показалось, что в его глазах промелькнула усмешка.

– Как твоё имя?

– Меня зовут Ригэн.

– Добро пожаловать, господин маг, – церемонно расшаркался Криш. – Пойду соберу ещё хвороста – вон как жарко горит. Этого, пожалуй, не хватит.

– Не стоит, – покачал головой маг, – костёр будет гореть сколько понадобится.

Он снова закрыл глаза.

Криш недоверчиво хмыкнул, но сел, снял мокрую куртку и пристроил её возле огня. Фиджин и Эши последовали его примеру. В отличие от них, новый знакомый не скинул даже плаща. Наоборот, он поглубже надвинул на лоб капюшон. Спутники недоумённо переглянулись. Может у магов так заведено и им нравится сидеть в мокрой одежде?

Ужин, состоящий из пропитавшихся влагой сухарей и сушёных груш, выглядел не слишком аппетитно, но они всё же заставили себя проглотить хоть немного, чтобы поддержать силы. Маг от еды отказался и задремал, застыв в неудобной позе.

Ловчий встретился взглядом с Фиджином, и тот незаметно кивнул. Криш смотрел на непонятный, питающий сам себя огонь и чувствовал, что в нём растёт недоверие к новому знакомому. Разве Криш не испытывал искренней благодарности за тепло, которое сотворил Ригэн? И, похоже, сотворил ради них – сам-то он даже не приблизился к костру. Разве новый спутник сделал что-то не так? Разве что-то помешало бы ему утаить, кто он на самом деле? А с другой стороны, разве маг, пусть даже больной и слабый, не справится с ними в этой пещере? Может, он захочет обратить их во что-то, пока они будут спать? Кто знает, что у него на уме?

Лично ему, Кришу, их новый спутник нравился куда больше, когда был простым фокусником.

Ловчий повернулся на бок, стараясь поудобнее устроиться на твёрдой земле. Неясные подозрения снова зашевелились в его душе. «Почему всё-таки Ригэн не снял свой плащ? Под плащом легко спрятать оружие… Да нет у него никакого оружия! Зачем оно магу, если у него есть средство куда надёжнее – его волшебство? И вообще, кто этих магов разберёт, может, мокрый плащ нужен ему для того, чтобы поддерживать огонь… Нет, это уж совсем глупо, хотя на ярмарке в Ломрате можно услышать и не такое.

Вот, например, говорили, что у магов спины покрыты зелёной чешуёй, а на плечах когти, как у летучих мышей, что неуязвимы они ни для стрел, ни для мечей. Но у Ригэна – самая обычная человеческая спина, и кровь по ней текла красная, а вовсе не голубая, как уверял один старый конюший. Да и раны у него настоящие. Их бы промыть, перевязать… А он? Ишь ты, гордый, молчит. Ведь плохо ему, сразу видно, вон как лихорадит… Нет, много тут неясного. Если Ригэн действительно маг, почему тогда он не расправился со стражникам в Аткасе?»

От этих рассуждений у Криша голова пошла кругом. Ловчий глядел на огонь и чувствовал, как неудержимо слипаются веки.

Эши уже крепко спала, да и Фиджин дремал, привалившись спиной к нагревшемуся камню.

«Что это, тоже магия? Впрочем, какая там магия! После событий этого дня кто угодно заснул бы сразу. Эх, удержаться, переломить бы себя, посторожить… – Криш прислушался к ровному гулу ливня. – Но кто в такую сумасшедшую ночь будет нас разыскивать? Вход в пещеру надёжно завален камнями…»

Бросив последний взгляд на огонь, Криш провалился в сон.

Эши проснулась оттого, что почувствовала боль в боку: то ли ушиблась, карабкаясь по скользким камням, то ли слишком неудобно спала. Дождь по-прежнему стучал по стенам, но гроза кончилась. Огонь, как и обещал их новый знакомый, не угас, только пламя стало немного меньше.

«Что сейчас, ещё ночь или уже день?»

Криш и Фиджин глубоко спали, а маг? Костёр хорошо освещал его. Он сидел почти в той же позе, что и накануне – слегка откинувшись назад и согнув ногу в колене, – и… пришивал оторванный рукав куртки. Тёмные волосы неровными прядями падали на его голые плечи.

От удивления Эши совсем проснулась. «Если маг сотворил огонь, почему бы ему не сотворить себе новую куртку, а заодно и рубашку, взамен той, которая рваными клочьями осталась лежать на булыжной мостовой Аткаса».

Вначале новый знакомый вызывал у неё чувство сострадания. Теперь к этому чувству добавился острый интерес. Маг был так же молод, как Фиджин или Криш, но выражение его лица и глубокая складка между бровями старили его. Ригэн был похож на человека, которому есть что скрывать и который не допустит, чтобы кто-то совал нос в его дела. И что-то такое было в его глазах…

– Не спится? – неожиданно спросил маг, не поднимая головы от работы.

Эши покраснела, словно её уличили в чём-то недозволенном. Притворяться больше не было смысла, и она с облегчением села, потирая ноющий бок.

– А тебе?

Маг наконец взглянул на неё, и едва уловимая усмешка снова скользнула по его губам.

– И мне.

Сейчас он выглядел гораздо бодрее, чем накануне.

– Тебе лучше?

Ригэн удивлённо поднял бровь.

– Я имею в виду твои раны, – смутилась Эши, – вчера ты был совсем болен.

– Ах да… Отдых пошёл мне на пользу.

Он откинул мешавшие волосы, и Эши увидела его плечо, которое ещё совсем недавно пересекал безобразный багровый шрам. Сейчас на его месте виднелась тонкая розовая полоса. Эши имела весьма смутное представление о том, с какой скоростью должны заживать раны, но эта затягивалась уж слишком быстро. Девушке очень хотелось взглянуть на его спину, но маг оборвал нитку, натянул куртку и внимательно взглянул на неё.

– Кажется, именно тебя я должен благодарить за наше неожиданное спасение?

Эши покачала головой и кивнула на спящих друзей.

– Нет, это всё они. Неожиданно маг улыбнулся.

– Но я-то хорошо видел, кто на самом деле поджёг навес.

Эши невольно оглянулась, но Криш и Фиджин безмятежно спали. Отпираться не было смысла.

– Так прими мою благодарность, леди.

– Ты смеёшься надо мной. Вот Фиджин, и правда, настоящий лорд, а я… Я ничего о себе не знаю.

– Ты носишь имя высокородных. На древнем наречии оно означает «идущая», да и на небе у тебя есть тёзка.

Эши покраснела.

– Я не помню своего настоящего имени, а это придумал для меня Фиджин.

– А… Так значит, лорд образованный человек. Приятно. – Маг немного помолчал. – Я бы задал тебе ещё несколько вопросов, но боюсь, что твои друзья сочтут их неуместным любопытством.

– Они очень хорошие, – горячо вступилась за парней Эши. – Я бы пропала без них.

– Не сомневаюсь, – кивнул маг.

– Скажи, – она замялась, почувствовав, как снова вспыхнули её щёки, – а сотворить огонь трудно?

– Не слишком, если знаешь, как это делается.

– А чтобы стать магом, надо учиться?

– Да.

Внезапно Эши стало стыдно за своё наивное любопытство.

– Я задаю глупые вопросы. Маг усмехнулся.

– Лучше задавать вопросы, чем не спрашивая бить наотмашь, – пробормотал он, но слова, произнесённые на незнакомом языке, были не понятны Эши.

– Наверно уже утро?

– Рассвет ещё не скоро. Спи. Разговор не клеился.

Натянув повыше плащ, она снова попыталась уснуть. «Интересно, сам-то маг задремал хоть на минуту?»

…Когда Эши в следующий раз открыла глаза, камни, загораживающие вход, были сдвинуты в сторону, и в пещеру проникал свет серого пасмурного дня. Она прислушалась.

– …и у тебя никого не осталось в этом городе?

– Нет, – коротко ответил маг.

– А ты не хочешь вернуться к своим?

– Нет. Ты же слышал, магам нынче лучше не иметь друзей.

Ригэн говорил коротко, даже скупо, но и этих коротких горьких слов было достаточно, чтобы понять, сколь серьёзным было положение вокруг.

Вместе с бродячими актёрами он прошёл Парке с запада на восток и повидал многое. Если селения не были сожжены, их занимали армии наёмников. Вместе с армией приходили странные люди в алой одежде. Они не были командирами или начальниками, но чем ближе было к столице Тразана, тем большее влияние оказывали они на местных Правящих, тем больше имели силы и власти.

Всё подчинялось строгой схеме. Сначала появлялись драконы. Неуязвимые, стремительные, беспощадные. Ожившим ночным кошмаром врывались они в мирную явь восточного и южного Паркса. Появлялись неизвестно откуда и исчезали неизвестно куда…

Затем приходили чужаки – рослые, сильные, светловолосые наёмники-легионеры. Они устанавливали свои порядки, оставляя наместников там, где Правящие отказывались подчиняться. А после дороги между сожжёнными селениями наводняли полчища мародёров. Опасность, едва ли не более страшная, чем хорошо управляемая и дисциплинированная армия. Именно мародёров, полагал Ригэн, стоит опасаться больше всего.

Друзья единодушно согласились с магом. До тех пор пока им по пути, разумно держаться вместе.

Так и порешили.

При этом ловчий дал себе слово не сводить с Ригэна глаз.

Эши долго слушала незнакомые названия городов и селений, через которые им предстояло пройти, а затем тихонько выскользнула из пещеры.

Холодный воздух заставил её передернуть плечами. У подножия скалы клубился туман, а дальше влажно чернела вспаханная земля.

Эши подняла голову. Они были почти на самой вершине, которую венчали несколько деревьев с искривлёнными стволами. Как же им удалось взобраться на такую высоту ночью, в темноте, когда шквальные порывы ветра и ливня сбивали с ног?! Даже сейчас, днём, скала выглядела такой неприступной! Она спускалась вниз отвесными уступами, а между гигантскими валунами кое-как цеплялись за скудную землю те самые чахлые кустики, ветки которых они пытались использовать, чтобы развести костёр.

«Как Фиджин смог разглядеть эту узкую щель, ведущую в пещеру? Да и бегство из города… Не слишком ли просто всё получилось? Видно сами Небеса помогли в этом. Или… маг?»

Эши невольно обернулась, словно Ригэн должен был в ту же секунду появиться у неё за спиной. Она была рада, что осталась одна.

Вначале Эши жила в постоянном ожидании того, что мучительная пустота в сознании исчезнет, и к ней возвратятся её мысли, её знания, её прошлое – то, что принадлежит только ей одной. Но время шло, а чуда всё не было. Ожидание сменилось разочарованием, разочарование апатией.

Вместе с тем пустота начинала заполняться. У неё появился свой, пусть маленький, но всё же опыт. Оказалось, что её руки по-прежнему умели делать то, о чём не помнила её голова. Надо было только не торопиться.

В первый раз, взяв в руки котелок, Эши никак не могла сообразить, как из воды и крупы сотворить что-то похожее на еду. Но как только она перестала мучительно вспоминать, всё пошло как надо, и теперь друзья за обе щеки уплетали её стряпню.

В шутку называя северянку сестричкой, Криш и Фиджин на самом деле относились к ней так, словно Эши действительно была их младшей сестрой. И постепенно чувство потерянности и одиночества сменилось в её душе искренней привязанностью.

…Постояв ещё немного на холодном ветру, Эши вернулась в тепло пещеры, где на костре Ригэна уже закипала вода.

### Глава 3. Тирен и Фламия

Следующие два дня мало чем отличались друг от друга: горы, дорога, угрюмые безнадёжные лица беженцев и многочисленные свидетельства разрушений и мародёрства. Путники почти не спали, стремясь как можно быстрее пересечь границы герцогства Аткас. Теперь не только Фиджин задумывался о том, какую цену заплатил Дюрен за то, чтобы город остался цел и невредим.

Когда усталые и голодные к исходу третьего дня они нашли место для ночлега, думать о еде уже никому не хотелось. И всё же Криш настаивал на том, чтобы пока не стемнело добыть хоть какую-то дичь. Яблоки яблоками, сухари сухарями, но пора бы подумать и о нормальной пище!

В ответ маг лишь безразлично пожал плечами.

– Я не хожу на охоту, – сообщил он.

– Тогда, может быть, сотворишь нам из воздуха зайца? – съязвил ловчий.

– Нет, – покачал головой Ригэн, – но когда ты будешь умирать от голода, обратись ко мне.

Криш задохнулся от возмущения.

– Однако можно быть и повежливее с теми, кто тебя спас!

– Разве я просил о подобной услуге? – холодно спросил маг.

– Ну да, – хмыкнул Криш, – ты не просил. Это спина твоя просила, причём очень громко.

– Прекратите! – Фиджин встал. – Пошли, Криш, я думаю, что пару перепёлок мы сможем подстрелить безо всякой магии.

– Я за ветками для костра, – торопливо сказала Эши. Проводив её взглядом, Криш неохотно поднялся вслед за лордом и покосился на Ригэна. Фиджин вопросительно взглянул на него.

– А если он тут без нас обидит девчонку? – тихо произнёс ловчий.

– Маги не интересуются женщинами, – также тихо ответил Фиджин, – это всем известно. Ты когда-нибудь слышал о женатом маге?

– Может и не слышал, да только… Я её нашел, я за неё и в ответе.

– А мне ты доверяешь? – поинтересовался Фиджин.

– Ты – лорд, благородный, – насупился Криш. – Тебя я знаю. Да, тебе доверяю. А ему – нет! – Он обернулся к магу. – Ригэн, я хочу предупредить сразу. Если что-то случится с Эши, я не посмотрю на твои волшебные штучки. Из-под земли достану.

Маг пожал плечами. Его глаза смотрели одновременно изучающе и насмешливо.

– Похоже на ревность, а, Криш?

– Что? – взревел ловчий. – Да я… Она мне как сестра!

– Всегда готов постоять за честь свою и дамы, – кивнул Ригэн и лениво сбросил плащ.

Казалось, происходящее доставляло ему удовольствие.

– Как будем драться?

– Вы сошли с ума?! – не выдержал Фиджин. – Прекрати, Ригэн!

– Я не люблю, когда со мной так разговаривают, – холодно заметил маг.

– А я не люблю недомолвок, – парировал Криш.

– Ну что ж, в этом мы схожи, – усмехнувшись, кивнул Ригэн.

– Ты должен понять нас, – вмешался лорд. – Эти слова… Они продиктованы заботой, и мы…

В эту минуту показалась Эши, и Фиджин замолчал на полуслове.

– Так мы договорились? – громко спросил Криш.

– Удачной охоты, – с нарочитой учтивостью склонил голову маг, подбирая с земли свой плащ. – Не волнуйся, господин ловчий, я помогу леди управиться с костром.

Тревожно взглянув на друзей, Эши бросила собранный хворост на землю.

– Там поваленное дерево, оно совсем сухое.

– Пойдём, – коротко сказал Ригэн.

Охота была быстрой и удачной – пара куропаток и неосторожный заяц.

Привычно ощипывая птицу, Криш исподлобья поглядывал на Ригэна.

– Может, присоединишься? – наконец не вытерпел он. – Получится быстрее.

Маг неохотно поднял ещё тёплого зайца. Увидев в его руках нож, Эши отвернулась и отошла от костра. Ригэн мельком взглянул ей в след.

– Она не помогает вам с добычей?

– Нет.

– Почти не ест мяса.

– И что из этого?

– Ничего, – Ригэн умело обдирал тушку. – Вы спрашивали, почему?

– Спрашивали, – неохотно признался Криш. – Ей их жалко… ну, зайцев.

– Вот как? – удивился маг.

– Да глупости всё это, – махнул рукой Криш.

– Она много пережила, – пояснил лорд. – Возможно, со временем это пройдёт, но в любом случае мы уважаем её чувства.

– И ты будешь их уважать, – заявил Криш. – Я не позволю её обижать.

Маг с усмешкой покачал головой.

– Обижать? – Он несколькими точными движениями разрубил мясо на куски. – Ты даже не догадываешься, Криш, насколько хорошо я к ней отношусь.

– Это… как?!

– Я редко относился к кому-нибудь так хорошо, – казалось, магу нравится дразнить его.

– Если ты дотронешься до неё хоть пальцем…

– Прибереги свои угрозы для кого-нибудь ещё, господин ловчий, – очень тихо произнёс Ригэн.

– Я не желаю…

– Мне нет дела до твоих желаний. – Маг распрямился. – Но чтобы покончить с этим, скажу: мне нравится то, что у неё вот здесь. – Он постучал пальцем по лбу. – А что у неё под платьем меня не интересует. Впрочем, мне нет дела и до того, поверишь ты или нет, – неожиданно спокойно закончил Ригэн.

Он воткнул нож в землю и спустился к ручью, чтобы вымыть руки.

Криш с досады пнул ногой кучу хвороста.

– Если он думает, что ему всё будет сходить с рук, потому что он маг…

Лорд только покачал головой.

– Я почему-то уверен, что он и без магии может прекрасно постоять за себя.

Избегая населённых мест и всё ещё опасаясь лорда Дюрена, путники старались держаться подальше от большого тракта, предпочитая узкие тропинки, проложенные пастухами и козами.

Но и здесь, в скалах, им встречались следы пребывания драконов, и ветер часто приносил с собой запах сожжённого жилья.

Через несколько дней они подошли к первому из городов-вассалов Аткаса – Тирену. Маленький молодой город, славился своими кожевенниками и крепким светлым вином. Оставалось только гадать, распространялась ли на него милость, оказанная Аткасу, или, подобно многим, город был разорён и сожжён.

В разное время в Тирене побывали все трое: и Криш, и Фиджин, и Ригэн. Но, мечтая о сухой мягкой постели и горячем ужине в хорошей таверне, путники для начала решили разузнать, как обстоят в городе дела.

После недолгих споров, выбор пал на Фиджина. Он лучше других знал город, к тому же его одежда была в большем порядке, чем у остальных.

Кивнув друзьям на прощание, лорд быстро сошёл с каменистой тропы и начал спускаться к тракту.

День был на исходе, а Фиджин всё никак не возвращался.

Беспокоясь в ожидании лорда, путники коротали время, сидя в глубоком гроте, давшем им ночной приют. От нечего делать, Криш и Эши занялись починкой дорожных сумок, а маг достал свою книгу. Перевернув несколько страниц, Ригэн, однако, отложил её в сторону.

– Криш, ты видел, как на Ломрат напали драконы? – неожиданно обратился он к ловчему.

– Нет. Но если бы я там был… – не договорив, Криш покачал головой. – Говорят, что драконы запросто превращаются в людей.

– Правда? – откликнулась Эши.

– Не знаю, – вздохнул ловчий. – Только я бы хотел, чтобы такой превращенный оказался где-нибудь недалеко от меня.

– И что бы ты сделал? – поинтересовался Ригэн.

– Снёс бы его уродскую башку, вот что.

– Молодец, Криш, – неприятно рассмеялся Ригэн, – так их, драконов, нечего с ними церемониться.

– Неужели ты поступил бы иначе? – вскипел ловчий. Ригэн поднял голову.

– А ты, Эши? – не ответив, спросил он.

– Я?

– Разумеется, если бы он оказался слабее тебя.

«Да, – хотела сказать Эши, – да, да!» – но вместо этого промолчала. Не всё так просто. То есть дракон – это, конечно, зло, и зло надо уничтожить… Но что-то удержало её от быстрого ответа. Она вдруг вспомнила слова Фиджина.

– Я бы спросила его, зачем он прилетел к нам.

– Вот видишь, Криш, некоторые всё-таки предпочитают сначала подумать, а потом уж действовать, – изрёк Ригэн и снова уткнулся в свою книгу.

Криш с досадой махнул рукой и приготовился дать магу достойный ответ, но в этот момент в грот, согнувшись, проскользнул Фиджин.

– Наконец-то! – с видимым облегчением произнёс ловчий.

Фиджин устало присел возле огня и с жадностью осушил кружку с горячим питьём.

– В городе плохо, – наконец вымолвил он. – Туда нельзя. Кругом алые… Люди в алых плащах, о которых рассказывал Ригэн. Таких мы раньше не видели. Их много. На площади виселицы. Народ совсем запуган. Говорят, ищут кого-то, и за укрывательство – казнь через повешение.

– Кого? – поинтересовался Ригэн.

– Да, ерунда, какая-то… – Фиджин в замешательстве потёр рукой лоб. – Наместник получил приказ найти… дочь дракона.

– Драконицу? – недоверчиво протянул Криш. – Чего же её искать? Такую, поди, не спрячешь.

– А может это добрая драконица? – робко предположила Эши.

– Не смеши! – фыркнул Криш. – Где ты видела добрых драконов? Нет, здесь что-то не так… А ты, маг, что думаешь?

Ригэн сидел, сцепив перед собой пальцы.

– Постарайся припомнить всё с самого начала, лорд. Это важно.

– Ты что-то знаешь, да? – подозрительно спросил Криш.

– Потом, – коротко ответил Ригэн.

– Всё шло, как мы задумали, – начал Фиджин. – Я добрался до города довольно скоро. Вошёл в ворота вместе с торговцами и представился лучником, идущим наниматься к местному лорду. Мне указали путь к площади, и там я увидел первую виселицу и людей в алом. Потом оказалось, что они были везде – на крепостных стенах, возле ворот. Похоже, что это личная охрана Правящего Тирена. Горожане запуганы, на улицах совсем нет детей. И ещё… – Фиджин на секунду замолчал. – Да, я уверен: за весь день я не встретил в городе ни одной девушки.

– Эх, ваша светлость, ну причём здесь девушки? – пожал плечами Криш.

– Не знаю. И всё-таки в этом городе – нет ни одной, – повторил Фиджин.

– Ясное дело, – Криш покачал головой, – кто же выпустит своих дочерей на улицу, если там творится такое?

– Может быть, – пробормотал Ригэн. – Пожалуйста, Фиджин, дальше.

– Со мной никто не хотел разговаривать, – продолжал лорд, – пока в таверне я не пристроился к одной компании. – Он брезгливо поморщился. – Это были наёмники с востока. Они уже изрядно выпили и поэтому, не стесняясь говорили о войне, о деньгах, о драконах… Один из них назвался командиром стражи стенных башен. Его имя Пижем. Он был трезвее остальных и предложил мне наняться к нему в отряд. Мы ударили по рукам. Про алых я не решился спрашивать, но Пижем сказал, что если я смогу попасть в цель со ста шагов, то получу четверть жалования алого, а это очень хорошие деньги.

– А как насчет драконицы? – напомнил Криш.

– По случаю знакомства мы выпили кувшин вина, и он рассказал, что знал. Пижем пьянел на глазах, я мало что понял. Вроде бы есть приказ искать или поджидать её. В городе… Как же он сказал? – Лорд нахмурился, стараясь точно повторить слова стражника. – В городе те, кто сможет её узнать. Да, кажется, так. Пижем мелкая сошка. Он сам толком не мог ничего объяснить.

– Или не захотел, – промолвил Ригэн. – А как ты ушёл оттуда?

– Ушёл, когда мой новый «командир» свалился под стол. Думаю, утром он вряд ли вспомнит о нашей встрече, я хорошо знаю это вино, – улыбнулся Фиджин. – И вот ещё что… Хотя город цел, но в нём тоже побывали драконы. Несколько домов сожжены, на других видны следы пожара.

Ригэн молча кивнул головой, будто слова лорда подтверждали его собственные мысли.

– Ты что-то знаешь, Ригэн, – настойчиво повторил Криш.

– Это знает любой маг, – поморщился тот. – Дочь дракона существует на самом деле. Это дитя любви человеческой женщины и дракона.

– Не может быть, – пробормотал Фиджин.

– Конечно, – презрительно хмыкнул ловчий, – господин маг просто морочит нам голову. Дитя любви! – Он скривился и даже плюнул. – Да какая женщина сможет полюбить чудовище! А если и так, она сама чудовище, хуже дракона!

– И всё же это случается, – спокойно подтвердил Ригэн. – Один раз в две-три сотни лет рождается дитя дракона и человека, всегда девочка, плод великого чувства, перед которым не может устоять никто: ни человек, ни дракон. По преданию, она наделена властью над ними. Какой – не спрашивайте. Известно лишь, что этот ребёнок способен нарушить Равновесие.

– Какое ещё Равновесие? Не ответив, Ригэн продолжал.

– Кто-то или что-то, какие-то силы узнали о том, что она пришла в этот мир и хотят… Не важно! – вдруг резко оборвал себя Ригэн.

– Понятно, чего они хотят, – заявил Криш, – яснее ясного – убить её.

– Или заставить служить себе. – Фиджин вдруг потёр пальцами висок. – Кажется, я что-то вспоминаю. «Но лишь раз в триста лет всходит невидимая звезда, имя ей – Единственная…» – сообщил он. – Неужели это о ней?

Маг с интересом взглянул на лорда.

– Ты прав. Именно так людские предания донесли весть о её рождении.

– Ты тоже знал? – удивился Криш.

– Нет, – покачал головой Фиджин. – В детстве мать рассказывала мне много древних легенд. Я просто запомнил.

– А какая она? – не выдержала Эши. – Как она выглядит?

Криш передёрнул плечами.

– Подумать только – помесь человека и дракона.

– Она выглядит, как самая обыкновенная женщина, – ответил Ригэн.

Эши невольно вздохнула.

– Нашла, кого жалеть, – буркнул Криш.

– Ну всё, хватит. – Ригэн поднялся. – Ясно одно, лучше держаться от всего этого подальше. Ложитесь, я караулю первым.

Но Фиджин едва ли слышал последние слова. Сморённый усталостью и светлым вином Тирена лорд уже погрузился в сон. Криш только покачал головой и, взяв его за плечи, бережно уложил на подстеленный плащ.

– Ригэн, – позвала Эши. Маг нехотя обернулся.

– А кто они, те силы, о которых ты говорил? Люди? Драконы?

– Верно мыслишь, сестричка, – серьёзно кивнул он. – Именно об этом стоило бы подумать.

– А она… плохая или хорошая?

– Всё относительно в этом мире, – негромко сказал маг. – Она не хорошая и не плохая… Для кого-то она добро, для кого-то – зло. Ей поклоняются и её ненавидят.

– И всё-таки, – тяжело произнёс Криш, – никто не разубедит меня в том, что драконов не надо убивать.

Ригэн промолчал. Его тёмный силуэт четко выделялся на фоне звёздного, очистившегося к ночи неба. Маг не спеша разворошил тлеющие угли и устроился поближе к выходу.

Только в одном ловчий был абсолютно согласен с Ригэном – лучше держаться от всего этого подальше.

Ночью Эши проснулась от кошмара.

Прислушиваясь к спокойному дыханию друзей, она пыталась вспомнить, что привиделось ей во сне. Луна, чёрное звёздное небо, а дальше – пустота, провал…

Рядом пошевелился ловчий, и она поспешно закрыла глаза. Скоро утро.

…Оставив далеко позади виноградники Тирена, путники двигались на запад, твёрдо решив без крайней необходимости не приближаться к крупным селениям.

Однако необходимость появилась гораздо раньше, чем можно было предположить. Она предстала в виде сильного снегопада и ударившего затем мороза. Горы не шутили с теми, кто решил найти в них убежище.

Оставалось одно – придумать, как раздобыть денег на тёплую одежду.

Тесно прижимаясь друг к другу и греясь возле сотворенного Ригэном костра, путники провели бессонную ночь в одной из узких расселин, которыми изобиловали местные скалы.

– Я знаю, где можно заработать, – трясясь от холода пробормотал вдруг Фиджин. – Мы должны быть недалеко от Фламии. Неужели в таком городе не найдётся какой-нибудь работы для нас?

– А если от неё остались одни головешки? – мрачно спросил Криш, прислушиваясь к завываниям ветра.

Фиджин покачал головой.

– Если я хоть что-нибудь понимаю… Я уверен, что драконы не тронули Фламию.

– А Тирен и Аткас? Их вроде бы не тронули, да только, помнится, мы постарались побыстрее убраться оттуда.

– У Фламии всегда были свои законы, – пожал плечами лорд. – Возможно, нам повезёт, и там не будет ни охотников за магами, ни людей в алом, ни наёмников, ни легионеров.

– Согласен, – кивнул Ригэн.

– Хорошо, – вздохнул Криш. – Войдем в город, а там будет видно.

Скользя на обледеневшей за ночь тропе, пробираясь через снежные заносы, они спустились к поросшему редким лесом подножию горы. Там, наверху, было царство холода, но здесь тёплое дыхание долины окутало землю плотным, молочной белизны туманом.

Только несколько часов спустя туман поредел, рассеялся и на горизонте среди пологих, покрытых вереском холмов показались очертания большого города.

Вскоре под ногами путников оказалась разбитая копытами коров и лошадей широкая многолюдная дорога.

Забыв об усталости и тяжести набухшей от влаги одежды, Эши с жадным интересом вглядывалась в затейливые, сверкающие в лучах солнца башни и шпили. Над крепостной стеной реяли золотые с синим штандарты Правящего Фламии и красно-белые, раздвоённые на концах Лорда-Государя Тразана.

Каким же этот город был внутри, если даже его стены, сложенные из розового искрящегося камня, вызывали восхищение? Как должны быть счастливы те, кто родился и живёт в нём!

– Это и есть Фламия, – негромко сказал лорд, – любимое детище Государя Стуфера. Некоронованная столица Тразана. Он отсюда родом и, став Лордом-Государем, не жалел денег для родного города. Здесь жила большая часть королевской фамилии.

Лицо Фиджина вдруг приняло мечтательное выражение.

– Сюда на турниры съезжалась знать со всего Тразана, помнишь, Криш?

Ловчий помнил. В сгоревших конюшнях Ломрата остались драгоценные, шитые золотом и жемчугом упряжь и попона лучшего жеребца Фламии, которого два года назад выиграл на таком турнире лорд Шеннон. Криш вместе с Бьёрком видели этот бой.

– Во Фламии, – продолжал Фиджин, – были лучшие музыканты и лучшие книги во всём королевстве. Её роскошь поражала. Раньше здесь было позволено всё, и, похоже, Государь Стуфер не отступил от своих привычек. – Лорд указал на непривычно пёстрые обозы, остановившиеся под стенами города.

– Хороший признак, – заметил маг.

– А что это? – спросила Эши.

– Это бродячие артисты, – пояснил Криш и покосился на Ригэна. – Видимо, здесь, в отличие от Аткаса, разрешены представления.

– Возможно, – кивнул головой маг, в свою очередь внимательно разглядывая повозки актеров.

– Должно быть там и фокусники есть, а, Ригэн? – ехидно спросил Криш.

– Не беспокойся, господин ловчий, я не забыл о своём ремесле.

К полудню, уплатив дорогую пошлину, на которую ушли последние деньги лорда, путники вошли в город.

Да, Фламия осталась прежней.

Её великолепие ошеломляло. Широкие, мощёные белым камнем улицы, по которым навстречу друг другу могли свободно двигаться четыре экипажа. Горожане, одетые так, будто они собрались на праздник. Каменные дома с диковинными украшениями и высокими окнами. Но главным было то, что на улицах прекрасного города, как и предсказывал лорд, не было людей в алом, а на огромной площади циркачи натягивали свои канаты, готовясь к представлению.

Фиджин повёл друзей в одно знакомое местечко и, заплатив хозяину пуговицей со своей куртки (кто бы мог предположить, что серебряная безделушка так дорого стоит!), заказал роскошный обед.

Путешествие давалось Эши нелегко, но сейчас она была счастлива. Этот великолепный город, вкусная еда, тонкие, но тяжёлые стеклянные бокалы, да ещё обещанные фокусы Ригэна в придачу!

Впрочем, все, включая мага, казалось, забыли об осторожности и наслаждались теплом и отдыхом. Только на лице Фиджина время от времени появлялось вдруг отсутствующее выражение, и можно было лишь догадываться, о чём думал в эти минуты младший наследный лорд герцогства Ломрат.

Однако случившееся после обеда происшествие испортило так хорошо начавшийся день.

На одной из тихих улиц, куда друзья забрели в поисках работы, им перегородила дорогу большая карета, запряжённая четвёркой лошадей. Огромные сундуки и сумки занимали почти всё пространство внутри неё. Пожилой камердинер в дорогой одежде, нервничая и подгоняя слуг, следил за тем, как из кареты выгружали вещи. Их было много и, судя по всему, они имели внушительный вес.

Увидев путников, он поманил их пальцем, издали показывая блестящую серебряную монету. Криш решительно двинулся вперёд.

В карете оставалось ещё много сундуков, когда дробный топот копыт нарушил тишину. Улица быстро опустела. Резко осадив лошадей, к дому подлетели два всадника – мужчина и женщина. Недовольно покосившись на неразгруженный багаж, мужчина поднёс к губам недопитую бутылку вина.

Его спутница поражала гордой осанкой и тем, как непринужденно она сидела на своём вороном жеребце. Невольно заглядевшись на прекрасную всадницу, Криш неловко уронил сундук. Лошадь вельможи прянула в сторону, и вино пролилось на его бархатный камзол. Поставив животное на дыбы, мужчина яростно замахнулся хлыстом, но не успел ударить.

– Пощади его, господин! – раздался вдруг голос Ригэна.

– А кто ты такой, чтобы просить меня?

– Я всего лишь бедный фокусник и взываю к вашему с госпожой милосердию. Может быть, моё искусство поможет загладить нашу вину? – смиренно склонил голову маг.

– Искусство? – захохотал вельможа. – Да что может уметь такой, как ты?

– Позволь ему, Вьер, – вмешалась женщина, – возможно, он, и правда, сумеет хоть немного развлечь нас. Сегодня был слишком скучный день!

– Ну, хорошо, – с недовольной гримасой произнёс вельможа. – Так что же ты умеешь делать?

Ригэн странно улыбнулся.

– Если ты, господин, дашь мне свою бутылку, я покажу, что я умею.

Приложив руку к груди, Ригэн с неожиданным изяществом поклонился в сторону всадницы и получил в ответ благосклонную улыбку.

– Ну-ну, посмотрим.

Одним глотком вельможа осушил оставшееся вино и протянул бутылку Ригэну.

– Только учти, фокусник, если твоё представление не понравится даме, ты заплатишь за это собственной шкурой.

Ригэн снова молча поклонился.

Сжав бутыль обеими руками, он склонил голову и закрыл глаза. Длинные волосы упали на его лицо, и только Эши, стоявшая совсем близко от мага, заметила, как жёсткая усмешка на мгновение исказила его черты. В следующую секунду Ригэн откинул голову, и у Эши перехватило дыхание: бутылочное стекло, размягчаясь, оплывало в его руках, словно ладони мага были сделаны из раскалённого железа.

Он слегка потянул тягучую стеклянную массу вверх и неуловимым движением придал ей форму стебля. Ещё несколько движений – и на нём появились дрожащие листья. Ещё мгновение и стебель увенчал бутон с едва распустившимися лепестками.

С почтительным поклоном Ригэн протянул цветок всаднице.

Не сдерживая восхищения, дама приняла цветок и ахнула: источая тонкий аромат, стеклянные лепестки продолжали распускаться у неё в руках, превращаясь в пышную розу.

За спиной Эши ловчий громко выдохнул.

Ригэн почтительно обернулся к вельможе.

Стараясь не выдать изумления, тот рассматривал стеклянное чудо, в то время как дама откровенно, не таясь, пялилась на мага, который в эту минуту являл собой весьма живописную картину: рассыпавшиеся по плечам волосы, старый, заляпанный дорожной грязью плащ и лисья перевязь, с кожаными мешочками на ней. Тёмные, почти чёрные глаза Ригэна загадочно мерцали на тронутом румянцем лице. Эши никогда не видела его таким.

– Ты не просто фокусник, ты настоящий волшебник, юноша. – Голос дамы звучал низко и бархатно. – Скажи, как тебя зовут?

Ригэн склонил голову.

– Моё скромное имя не должно обременять слух госпожи.

– Да она же… – вдруг изумлённо зашептал Криш, но острый локоть Фиджина не дал ему закончить фразу.

– Молчи, – прошипел лорд.

Впрочем, всё было ясно без слов. Во взгляде знатной дамы кроме восхищения читалась столь явная заинтересованность молодым магом, а очаровательные губы улыбались так призывно, что Эши невольно покраснела.

Ей никогда не приходило в голову, что на её спутников, тем более на мрачного, всегда замкнутого Ригэна, можно смотреть так. Она не задумывалась и о том, как сама выглядит в их глазах. Но теперь, рядом с этой гордой, прекрасной дамой в бархатном платье, отороченном дорогим мехом, она во второй раз почувствовала себя настоящей дурнушкой. Тогда, в Аткасе, среди смеющейся толпы она ощутила гнев, теперь, на богатой улице Фламии – боль.

Эши невольно запахнула свой грубый шерстяной плащ, пряча под ним коричневое крестьянское платье. Но дело было вовсе не в нём. Будь она одета так же прекрасно, как эта женщина, ей никогда не иметь такой гордой осанки и не смотреть так уверенно и твёрдо. Вот только волосы, которые Эши безжалостно заплетала в тугие косы, могли бы выиграть спор с тёмными, струившимися по плечам и спине локонами дамы.

Нет-нет, Эши и в голову не приходило завидовать этому великолепию. Кто же завидует блеску звёзд? Просто впервые она увидела себя со стороны, и безродная бродяжка в одежде с чужого плеча показалась ей донельзя нелепой и жалкой.

– Мне кажется, Кайра, – ледяным голосом произнёс молчавший до сих пор вельможа, – что ты уделяешь слишком много времени этой безделице. Она забавна, не спорю, но нам пора.

– Ах, оставь, Вьер. – Дама капризно махнула рукой. – Нас подождут.

Слегка склонившись и продолжая удерживать лошадь на месте, она коснулась затянутой в перчатку рукой подбородка Эши.

– Кто это прелестное дитя? – Дама обернулась к своему спутнику. – Ты же знаешь, я ищу себе горничную, а все горожанки так распущенны…

Глаза Эши утонули в бездонных глазах женщины, и, растерявшись, она не нашла что сказать.

– Это моя сестра, – ответил за неё спокойным голосом Ригэн, – а это, – предупреждая следующий вопрос, продолжал он, – мои братья. Мы странствующие артисты, и наше ремесло кормит нас.

– Вьер, – не оборачиваясь, произнесла всадница, – заплати фокуснику за представление.

Вельможа лениво извлёк из кармана бархатный кошель и с усмешкой протянул Ригэну несколько монет. Учтиво поблагодарив, маг взял деньги.

Эши торопливо отступила назад. Лицо Фиджина казалось спокойным, но плотно сомкнутые губы выдавали его чувства, Криш презрительно щурил глаза, и только Ригэн выглядел совершенно невозмутимым.

Вельможа в свою очередь окинул взглядом всех четверых.

– Что умеешь делать ты, фокусник, мы уже видели, а каково мастерство твоих братьев?

– Один из них – меткий стрелок, – почтительно ответил Ригэн. – Мы прибыли во Фламию, прослышав о состязании лучников. Второй – знаток лошадей и искусный наездник. Ещё не было скакуна, который не покорился бы его воле. Сестра же, помогает нам по хозяйству. Мы слышали, что в городе можно заработать, выступая на ярмарке.

– Я и сам неплохой лучник! – Вельможа расхохотался. Мысль о соревновании с оборванцем показалась ему весьма забавной. – Ну что ж, завтра мы ещё встретимся, господин стрелок. А для господина наездника скажу, что во Фламию специально были приведены лошади из диких табунов. – Он резко поворотил коня.

– А после, – вступила в разговор всадница, – вы должны выступить у моих друзей. Ты ведь привезёшь их мне, Вьер? – добавила она, и вопрос в её устах прозвучал как утверждение. – Впрочем, нет. Я сама приду на состязания, и пусть барон проиграет! – Женщина звонко рассмеялась.

– Ты несносна, Кайра! – воскликнул мужчина. – Едем же, наконец!

Едва они остались одни, Криш набросился на мага.

– Ты сошёл с ума, Ригэн! Что ты ему наплёл?! И откуда ты узнал о состязаниях?

– А может, для начала стоило бы поблагодарить меня? – холодно ответил маг.

– Ты был неосторожен, – покачал головой лорд. – А если бы они догадались? Фламия никогда не подчинялась законам Тразана, но всё-таки…

– И ещё, – хмыкнул Криш, – насчёт той розочки. Что ни говори, а если госпожа герцогиня захочет…

У Ригэна скривился уголок рта.

– Через пять минут в руках у господина барона будет всего лишь пустая бутылка. Это был фокус, всего лишь фокус, не более. Доехав до дома, они и вовсе забудут о нашем существовании.

– Хорошо бы, – покачал головой Криш. – Но какая женщина!

– Эта женщина одна из племянниц Государя, – мрачно произнёс Фиджин. – Я видел её раньше. Ты произвёл на неё впечатление, Ригэн.

– Мне нет дела до её впечатлений.

На лице Криша появилось выражение мученического терпения.

– Тогда ответь на вопрос, – вкрадчиво произнёс он, – с чего это вдруг тебе взбрело в голову хвастать нашими талантами?

Фиджин согласно кивнул.

– Может, я и не самый последний стрелок, да и Криш не спасует перед необъезженным жеребцом, но не слишком ли ты?

– Разве нам не нужны деньги? – поинтересовался маг. – Как видишь, за фокусы платят немного. – Он презрительно подкинул на ладони монетки. – А победителю на состязаниях лучников достанется приличная награда.

– Но для этого надо победить! – воскликнул Криш.

– Можешь не продолжать, – оборвал его Ригэн и, внезапно ссутулившись, обернулся к Фиджину. – Ты, лорд, будешь завтра стрелять лучше всех, кто явится на поле, а ты, Криш, если захочешь, без труда справишься с любым жеребцом из дикого табуна.

– Но это просто не в наших силах!

– Зато это в моих силах, – отрезал маг. – Я устал от глупых разговоров и хочу спать.

Полученных от вельможи денег как раз хватило, чтобы устроиться на ночлег в один из постоялых дворов.

Комната была просторной и чистой, на кроватях белели простыни, в очаге весело потрескивал огонь, ужин оказался вкусным и сытным. Но главное здесь была вода, сколько угодно горячей воды!

Для Эши это был первый ночлег под настоящим кровом, на настоящей кровати с одеялом и подушкой. Она долго ворочалась на мягком ложе, стараясь ни о чём не думать, но перед её глазами, сменяя друг друга, как в калейдоскопе, вставали золотые шпили и каменные дома Фламии, оживший стеклянный цветок и прекрасная всадница.

Ловчий давно уже спал, а Ригэн и лорд неожиданно засиделись за пустым столом. Эши невольно прислушалась.

– Ты чем-то расстроен, маг? – Голос Фиджина звучал совсем тихо. – Неужели из-за этих господ?

Глаза Ригэна вспыхнули, но вместо привычной колкости неожиданно мягко прозвучало:

– Нет, лорд. Они не стоят того. Однако и ты не слишком весел.

– Ты прав. Это Фламия. Она ранит меня.

Ригэн взял в руки свечу и медленно снял с неё оплывший воск.

– Ложись спать, Фиджин. Завтра будет тяжёлый день. «Фламия ранила и меня, – горько подумала Эши, зарываясь лицом в подушку, – она ранила нас всех».

Утро следующего дня было полно хлопот и сборов.

Состязание только начиналось, когда они явились на поле.

Фламия оставалась верна себе. Пусть вокруг горели города и деревни, пусть драконы и отряды наёмников наводнили государство, она не желала отказываться от своих привычек.

Разноцветные трибуны с пурпурным занавесом для почётных гостей, восторженные зрители, герольды-распорядители с узкими блестящими трубами в руках – всё это заставляло быстрее биться сердца в ожидании грядущего зрелища.

Фиджин был оживлён, его глаза ярко блестели сквозь прорези лёгкого шлема. Амуницию лучника приобрели, срезав последние из оставшихся у него пуговиц.

Криш деловито проверял лук и стрелы, присматривался к расставленным на поле мишеням и соперникам Фиджина, которые уже успели сделать по одному выстрелу. Ригэн безучастно стоял в стороне, а Эши незаметно оглядывалась. Ей казалось, что леди Кайра смотрит на них с каждой из четырёх трибун.

В последний раз затрубили трубы, созывающие на поле лучников. Ободряюще кивнув друзьям, Фиджин легко пошёл к мишеням.

Дальше всё было именно так, как предсказывал Ригэн.

Стрелы лорда не знали промаха, и вскоре восторженный рёв трибун встречал каждый его выстрел.

Награда за победу была довольно велика, и Криш уже всерьёз начал опасаться, что её не отдадут неизвестному победителю.

Он обернулся к магу и тот, угадав его мысли, молча кивнул головой.

Скоро всё было кончено, и Фиджин присоединился к друзьям.

– Интересно, – невесело усмехнулся он, протягивая увесистый мешочек с деньгами и широкую золотую цепь, которую как победителю надели ему на шею, – много ли в этом моей заслуги?

– Много больше, чем ты думаешь, – спокойно ответил Ригэн, – поверь.

– Я верю, – решительно кивнул Криш. – Я знаю, как на самом деле, безо всякой магии, стреляет Фиджин. Зато когда судьи вручали тебе это, – он довольно взвесил на ладони тяжёлый мешочек, – вот тут без господина мага наверняка не обошлось. Подумать только, они даже не попытались узнать, кто ты! А, в общем, нам лучше поскорее убраться отсюда.

Криш благоразумно решил не упоминать о состязаниях конников, рассудив, что в его жизни будет ещё много необъезженных лошадей.

Пристав к торговому каравану, друзья спешно покинули Фламию. К вечеру они были уже далеко. Караван шёл на север, и очень скоро им пришлось распрощаться с гостеприимными торговцами.

Следующую ночь, как и раньше, путники провели в лесу.

Всю дорогу из города Эши не проронила ни слова. Она молчала, пока друзья тряслись на высоких телегах, а после шли пешком; пока выбирали место для ночлега, разводили костёр и готовили пищу.

Казалось, остальные не замечали этого, но когда Эши собрала посуду и отправилась её мыть, Фиджин встал и пошёл вслед за ней. Какое-то время он наблюдал за тем, как она яростно отчищает котелок, а затем окликнул её.

– Да, Фиджин. – Встав на колени, Эши склонилась над ручьём и теперь тёрла безукоризненно чистый котелок под водой.

– Что с тобой?

– Что может со мной случиться? – ровно ответила она, распрямилась и принялась за ложки.

– Ты… вспоминаешь ту знатную даму? – мягко спросил Фиджин.

– Нет.

Из темноты неслышно возник Криш.

– Брось, нашла из-за чего расстраиваться! Вот лорд постреляет ещё немножко, и купим тебе такое платье, что она лопнет от зависти, – неловко пошутил он.

– Мне не нужно платье, – тихо ответила она.

– Тогда что с тобой?

– Я никому не завидую. – Эши почувствовала, как сдавило горло. – У меня всё… всё прекрасно. И мне надо… вот! Я ещё не домыла.

– Да брось ты эти ложки, сестрёнка! – махнул рукой Криш.

Комок в горле становился всё больше и горячее.

– Зачем ты дразнишь меня? – очень тихо сказала Эши. – Какая я вам сестра? Кто я? Сколько мне лет? Как меня зовут? Где мой дом? У каждого из вас своё горе, но у вас есть главное – то, что вам дорого! А у меня ничего нет, кроме этой глупой звезды, на которую я смотрю каждую ночь. – Она порывисто отвернулась. – Я очень стараюсь, я так вам благодарна, но… пожалуйста, не надо меня жалеть.

Криш растерянно посмотрел на лорда.

– Ты устала, – негромко произнес Фиджин. – Увидишь, завтра всё будет по-другому. Пойдём.

– Я понимаю… Я сейчас… Вы идите.

Друзья молча вернулись к костру. Ригэн коротко взглянул на них.

– Рано или поздно, – вздохнул лорд, – это должно было случиться, ей действительно нелегко.

### Глава 4. Вердату

И всё же после Фламии им везло. То ли по счастливому стечению обстоятельств, то ли благодаря тому, что влияние города было всё ещё велико, окрестности некоронованной столицы были свободны и от наёмников, и от драконов, и от непонятных людей в алом. Вместо разорённых пепелищ – нормальное человеческое жильё с запахами и звуками домашних животных и птицы. Вместо боли и горя – обычная жизнь. По крайней мере, таковой она казалась со стороны.

Сначала осторожно, а затем всё спокойнее и спокойнее, путники ночь за ночью проводили в придорожных постоялых дворах.

В какой-то момент они даже заговорили о лошадях, ведь если так пойдёт и дальше, им не зачем опять подниматься в горы, где животные были только помехой.

В Вердату, городок на самой границе фламийского герцогства, они вошли, когда уже начали скрипеть железные блоки подъёмного моста и запираться на ночь двери и окна.

По обычаю пограничных селений, город был окружён не только крепостной стеной, но и широким рвом с водой. Со временем ров обвалился, вода высохла, и только глубокие заболоченные ямы напоминали о том, в каких сражениях побывал в давние времена Вердату. Тем не менее, крепостные стены и подземные ходы были целы и содержались в порядке, так что при необходимости город до сих пор мог выдержать серьёзную осаду.

Припомнив карту государства Тразан, Фиджин уверенно объявил, что недалеко от города начинается пустыня, которая на востоке тянется до герцогства Майлс и граничит с одной из самых неприступных крепостей, Шаспагом, а на западе огибает горный хребет, закрывающий выход к морю. Торговый тракт, которым друзья хотели двигаться дальше, шёл в обход пустыни и петлял между крутыми Карстенскими холмами и каньонами. Другого способа попасть на юг, в Кинтан, не было.

Путники остановились в первой же попавшейся таверне, в которой, несмотря на позднее время, ещё горели свечи. На втором этаже нашлась подходящая комната, и, наскоро поужинав, они погрузились в крепкий сон.

Солнце поднялось уже высоко, когда звуки просыпающейся улицы разбудили Ригэна. Что-то в них привлекло его внимание. Осторожно ступая, маг подошёл к окну и выглянул. Минуту спустя он тронул за плечо спящего лорда и, прижав палец к губам, указал на окно.

По улице прогуливались солдаты в тёмной форме наёмников. Но это было не самое худшее. Среди них ярким пятном пламенел алый плащ.

Фиджин молча отпрянул от окна.

«Наёмники и алые. Что бы ни творилось в Вердату, надо поскорее убираться отсюда».

Громко разговаривая, солдаты со смехом прошли мимо таверны. Фиджин оглянулся на спящих друзей и прошептал одними губами:

– Я вниз. Расплачусь и куплю еды. Не буди их пока. Потом быстро уходим.

Маг молча кивнул.

Двже в такой ранний час на первом этаже было шумно и многолюдно. За длинным деревянным столом, сидела большая компания городских стражников. Фиджин направился к дубовой стойке. Усталая женщина в несвежем фартуке поставила перед ним кувшин с молоком.

– Что закажет молодой господин?

– Хлеба, сыра и всё, что можно взять в дорогу. Сложите в корзину. Мы уезжаем.

Женщина кивнула и отошла.

Один из стражников в форме командира наёмников внезапно хлопнул лорда по плечу.

– В чём дело? – обернулся Фиджин.

– Эй, парень, выпей с нами за здоровье мудрого Государя Стуфера… – Наёмник вдруг отставил кружку и с размаху стукнул кулаком по столу. – Подожди-ка, подожди… Ха! Вот это удача! Клянусь Небом, я тебя знаю!

– Кто ты такой?

– Ребята, я его знаю! Убей меня дракон! Да это же один из лордов неприсоединившегося герцогства. Младший сын Правящего Ломрата. А ну, держи его!

Несколько человек схватили Фиджина за руки. Лорд извернулся, вскочил на стол и ногой отшвырнул ближайшего стражника. Другой с воплем откатился в сторону, держась за проломленную голову.

Перескочив через ветхие перила, с лестницы молча прыгнул Ригэн. Несколько минут они яростно сопротивлялись, но силы были слишком неравны, и скоро Фиджин лежал на полу с заломленными за спину руками.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru