# Нам тоже нужны чудовища

Ярослав Астахов

Мистический реализм. Человек, не привыкший замечать ничего, кроме себя и собственных интересов, привлекает внимание обитателей подземных глубин. Некая особая составляющая его души нужна воинственным «морским чудовищам». Для чего? Об этом читайте в рассказе «Нам тоже нужны чудовища».

> И стал я на песке морском,

> и увидел выходящего из моря Зверя.

> Откровение, 13:1

КЛЕТКА

– При этом должен присутствовать мистер Хайзер!

– Конечно. Он уже вылетел.

Склонившийся над клавиатурою оператор нажимал кнопки, пытаясь защититься брезентовым капюшоном от морских брызг.

Походный плазменный монитор показывал увеличивающееся пятно, пульсирующее и фиолетовое. Оно перемещалось примерно диагональю поля, расчерченного зелеными светящимися перпендикулярами на квадраты. А иногда это фиолетовое пятно как будто бы упиралось, и вызывало у оператора ассоциацию с норовистой лошадью, которую ведут на аркане.

Высокий человек в непромокаемом камуфляже кашлянул и произнес басом в ларингофон:

– Лентяи! Готовность «Эс»!


Размытые силуэты, рисующиеся на морском берегу небольшими группами по сторонам от оператора и сержанта, одновременно вздрогнули.

И сбросили с плеч оружие.

И на волны, флюоресцирующие хладно кипящей пеной, катящиеся неспешно к берегу, – вмиг оказались нацеленными разнокалиберные стволы. И лязгнули вразнобой затворы.

– Я поднимаю его… – осторожно выдохнул оператор.


Глаза присутствующих примерзли к участку морской поверхности, выхватываемому беспощадным галогенным лучом.

Ячеистое сверкающее сооружение начало всходить – стремительно, и с механической угловатой неотвратимостью – из маслянисто отблескивающих волн. Оно напоминало классическую куполообразную клетку для попугая. Конечно, если бы такие существовали, размерами с трехэтажный дом.

Конструкция всплыла полностью и приблизилась. И закачалась на прибрежной мелкой волне, скрупулезно отслеживаемая прожектором, у которого имелся датчик движения. Собравшимся на берегу стало видно: сооружение располагается на кольцеобразной платформе, периферию которой образовал бублик, построенный из листового железа и весь наполненный, видимо, керосином.


Да, всплывшая конструкция представляла собой подобие птичьей клетки (за исключением бублика), но вот пленник, неосторожно попавшийся в объятия стальных прутьев, едва ли чем-нибудь напоминал попугая.

Бугристое обсидианового оттенка тело, все непрерывно движущееся, собою занимало, пожалуй, около трети объема клетки. Невероятный трофей показался бы, может быть, клубком змей, сплетающихся в сексуальном экстазе. Но впечатление портили осьминожьи (или – как у кальмара) белесые пульсирующие присоски, стремительно и безостановочно мельтешащие. Их правильные ряды проходили вдоль каждого из обреченно борющихся за жизнь щупалец невольного гостя морской поверхности.

Конструкция продолжала подплывать ближе. Негромко работал винт, и оставляемый кильватером след обнаруживал себя тонкой полосой пены.


Собравшиеся на берегу начинали различать, постепенно, среди непрекращающегося течения средоточия белых пятен… воронку рта.

Ее провал не имел в обрамлении ничего. Ни челюстей, усаженных угрожающим частоколом треугольных зубов. Ни жвал-клювов, которые, будучи внутри полыми, выбрасывали бы пузырящийся яд. Ни дышащих рассеченных крестообразно хитиновых пластин, как у краба.

Была лишь пропасть вовнутрь – конвульсивно пульсирующая воронка, черная, как портал. Как ротовое отверстие циклопической архаичной миноги, способной во мгновение ока высосать кровь современного кашалота.


И вот, произошло одно из таких событий, которые иногда напоминают нам, грешным, про абсолютную власть Судьбы.

Ячеистая конструкция покачнулась. И дернулся монитор, и оператор инстинктивно вцепился руками в края панели. И видел он тогда краем глаза: по левую его руку метнулась тень – стремительная и непонятная.

И опрокинулась на секретную бухту вдруг абсолютная тишина. Поскольку без исключения все человеческие души, присутствующие на ее берегу, почувствовали, что произошло… нечто. Но только никто не мог осознать, что именно. Потому что, по меркам восприятия человеческого, мир только что в очередной раз перевернулся с ног на голову… слишком быстро.


Разбилась очередная волна у берега, и пошел над морем, заставив сжаться сердца, – ветвящийся и тяжелый, неземной, низкий, всасывающий тоскливый звук.

И вспыхнул человеческий крик:

– Стреляйте!.. Да сделайте же вы, наконец, что-нибудь!.. Выстрелите в меня!!!


И только лишь тогда оператор оторвал прикипевший взгляд от экрана. И робко посмотрел влево, желая видеть сержанта, чтобы получить от него инструкции, как следует оператору понимать это все сейчас.

И увидел: его непосредственного начальника, который полусекундой раньше переминался рядом и отдавал команду, около походного монитора в настоящий миг… нет.

У оператора округлились глаза, и он медленно перевел их на металлическую конструкцию, покачивающуюся на волнах. Тогда-то, наконец, он и обнаружил начальника своего. Точнее – тело сержанта, безжизненно колыхающееся в такт покачиванию на волнах глубоководной конструкции. Распятое на ячейках клетки сверхпрочной стали и оплетенное медленными течениями скользящих щупалец. И вывернувшее под неестественным углом голову. И оператор вперился взглядом в черное отверстие рта, как будто продолжающего кричать: «Стреляйте! Прекратите мои мучения»…


И снова тот леденящий звук, хлюпающий, похоронил размеренные удары волн.

А в следующее мгновение воздух над океаном разорвала очередь.

К ней тут же присоединилась другая, третья, четвертая. И басовито зарокотал в унисон им станковый пулемет.


Слепящие пунктиры трассирующих пронзили пространство клетки.

Белесая искра рикошета крупнокалиберной пули оставила на сетчатках отчаянно нажимающих на курки плавающий фосфен.

Короткие настырные очереди звучали все вновь и вновь, не позволяя пугающей тишине опуститься на лоно бухты. Перебегающие по прибрежному песку, припадающие на одно колено пытались укрыться за щитом грохота от гипноза неспешно развертывающегося кошмара.


– Немедленно прекратить огонь!


Как ни странно, звук старческого голоса с искаженной дикцией сразу же положил конец упражнениям по стрельбе.

Наверное, он был хорошо знаком всем собравшимся, этот голос.

Угрюмые металлопластиковые приклады ткнулись в морской песок. И толстый пламегаситель крупнокалиберного пулемета уставился, наподобие мирного телескопа, в таинственную звездную бездну.


Оглохший оператор неуверенно обернулся.

И в этот раз он увидел: на небольшом плато, что возвышается над секретным пляжем, помаргивает ленивыми габаритками приземлившийся вертолет. И шествует от этой машины неспешно низкого роста человек в белом дорогом костюме, попыхивая сигарой. И оператор услышал в плавающей неверной тишине продолжение его речи, столь энергично начатой:

– Перестаньте! Он более не опасен. Я знаю, что у вас проблемы с Ай-Кью. Но неужели же его не хватает даже на то, чтобы уразуметь очевидное? Подумаешь, он придушил одного из вас… Это значит, что остальные дебилы точно уж останутся целы. Ведь он же израсходовал силы. Он чувствует себя сейчас точно также, как чувствовали бы себя вы, дармоеды, если бы вдруг вас выбросило в открытый космос! Включите воображение: сколько бы вы сумели там сожрать гамбургеров? Да первый же бы застрял в горле. Точней сказать – его бы там наизнанку вывернуло в момент, ваше горло.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru