Вячеслав Морочко
Журавлик[1]

* * *

Мы давно не виделись.

– Все такой же безрукий? – спросила Нина, поправляя тонкими пальцами узелок моего галстука. Ее мальчишеская челка почти коснулась моей щеки.

Я совсем забыл, что она – орнитолог. Знай, что могу ее встретить, – отказался бы от задания.

– Здравствуй, – промямлил я. – Попросили вот… сделать очерк. Не знаю, смогу ли…

– Ну, ты у нас умница. Сможешь. – сказала она, поправляя мне волосы.

– Иван Петрович, где же вы? – позвал Веденский. Он стоял в конце галереи, как добродушный слоник в очках, и озабоченно морщил лоб. – Идите сюда!

– Иду! – крикнул я, принимая зов как спасение.

Нина смотрела с улыбкой, чуть-чуть прищурясь, точно хотела сказать: «Ну что, дружок, влип?»… Подумать только: порывистая, небольшого росточка, еще год назад она была для меня манящей загадкой!

Ежась от холода, орнитологи торопились в лаборатории. Когда я догнал Веденского и оглянулся, мне тоже захотелось поежиться: Нина стояла рядом с каким-то верзилой, и оба смеялись, глядя мне в след.

Мы прошли зал, где орнитологи «расслабляются» после работы, – столики, мягкая мебель, живое пламя в камине. За окном, во всю стену, – роскошный сад. В стене напротив – много дверей. Я пробовал сосчитать, но от волнения сбился со счета. За ними и размещались, гордость Центра орнитологии, «контактные кабинеты». До сих пор я только слышал о них. Сегодня один из таких «кабинетов» подготовлен для работы со мной.

В след за Веденским я прошел в комнату, где были кушетка и платяной шкаф. Я разделся. Инструктор помог облачиться в сотканный из крошечных электродов облегающий комбинезон, и провел в кабину, где стояли пульт и высокое кресло.

Отправляясь сюда, я готовился к «чуду». Но досадная встреча с Ниной выбила из колеи. «Хороший ты человек… – сказала она, когда мы расставалиссь. – Только ужасный зануда».

Я хотел успокоиться. Не получалось. Кресло казалось чересчур мягким. Стены, задрапированные белыми складками, напоминали дешевую бутафорию. Раздражал хлопотавший возле меня толстячок Веденский.

– Вам не приходилось заниматься планерным спортом? – спрашивал он.

– Нет. А что, это считается здесь изъяном?

– Напротив. В нашем деле человеческий опыт – только помеха. Будьте, пожалуйста осторожны и не поднимайтесь выше деревьев!

«Какой-то бред.» – подумалось мне. Вслух спросил: «Боитесь, что разобьюсь?»

– Можете и разбиться. Но самое страшное – хищники.

– Я понимаю, какую ценность представляет особь с вживленным транслятором…

– Опасность будет грозить не только «особи», – вам лично!

– Как это?! – удивился я. – Ведь птица-двойник находится где-то в лесу, и нас будут связывать только радиоволны?

– Есть и обратная связь, – пояснил Веденский, продевая руки мои в рукава, вмонтированные в подлокотники кресла. – Вы забудете о собственном теле. Останется только известная власть над стопою правой ноги у педали выключения связи для чрезвычайного «выхода из игры». – Веденский заканчивал приготовления, вертел ручки на пульте, вдавливал кнопки и, наблюдая за показаниями каких-то приборов, продолжал говорить. – У нас, вообще-то, не принято оставлять двойника в опасности. Мы делаем все, чтобы птица не пострадала. Но, ради Бога… – он нагнулся ко мне. – Пожалуйста, не дожидайтесь момента, когда нажимать «педаль» будет поздно!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Печатался в сборнике «Платиновый обруч» издательства «Лиесма» г. Рига 1982 г. и в сборнике «Явление народу» Изд. группа «Э.РА» г. Москва 2001 г.

Вернуться