# Антропология и сто других историй

Дэн Роудс

Молодой британский писатель Дэн Роудс выпустил в свет два сборника рассказов и роман. На этом он намерен закончить свою писательскую карьеру. «Антропология» – его первая книга, она составлена из коротких историй, по содержанию часто напоминающих детские страшилки или садистские стишки. Вся книжка – сплошной формальный эксперимент: тексты расположены по алфавиту, всего рассказов – сто один, и в каждом ровно по сто одному слову. Но за этой игрой возникает совершенно неожиданный образ лирического героя – нежного, трепетного, ранимого, наивного и сентиментального. Роудс не зря называет себя «неизлечимым романтиком». Ни формализм, ни традиции английского нонсенса не могут скрыть того несомненного факта, что «Антропология» – это книга о любви.

## А

Антропология

Я любил девушку-антрополога. Она уехала в Монголию изучать обычаи местных гомосексуалистов. Поначалу, наблюдая за ними, она сохраняла дистанцию, но в конце концов решила, что проникновение в их культуру поможет добиться гораздо больших результатов. Она старалась ассимилироваться в их среду и наконец преуспела: они приняли ее в свой круг. Через какое-то время она прислала мне письмо, в котором сообщила, что наш роман окончен. Мое сердце мучительно ноет, когда я представляю, как она там пасет стада яков среди холодных холмов. Козырек островерхой кожаной шапки защищает ее глаза от жестокого ветра, она прощально машет рукой, и лишь большие висячие усы согревают ее верхнюю губу.

## Б

Безразличие

Я не хотел, чтобы сила моей любви отпугнула Перепелку, и поэтому разыгрывал безразличие. Я боялся, что подобная тактика не работает; казалось, ей со мною скучно – она постоянно смотрела на часы, как будто бы ей не терпелось сбежать куда-нибудь подальше. Тем не менее каждый раз мы равнодушно назначали новое свидание. Когда же я был вконец одурманен любовью и между делом предложил ей пожениться, она пожала плечами и, зевнув, ответила:

– Как хочешь.

Я не мог поверить своему счастью. Священник спросил нас, готовы ли мы любить друг друга в горе и в радости. Перепелка сказала:

– Почему бы и нет.

А я ответил ему:

– Наверно.

Белок

Поскольку я никак не мог смириться с мыслью, что Селестия – это всего лишь форма существования белковых тел, произвольно соединившихся во вселенском хаосе, я уверовал. В знак благодарности за то, что она такая милая и симпатичная, я начал вставать рано утром и водить ее от дома к дому, повесив ей на шею табличку с надписью: «Я – всего лишь белковое соединение? Да или нет?» «Посмотрите на нее как следует, – говорю я подслеповатым домовладельцам, – и скажите, каково ваше мнение».

Иногда они нас прогоняют, но обычно просто бормочут что-то вроде: «По-моему, она похожа на белковое соединение», – и с шумом захлопывают дверь у нас перед носом.

Бесконечность

Бывшие парни Наперстянки часто появляются на пороге нашего дома. В руках они держат дорогие тени для век.

– Передайте, пожалуйста, – задыхаясь, просят они. – Это ее любимый оттенок.

Я беру тени. И тут они от отчаяния лезут в драку.

– Она тебя бросит! – кричат они, размахивая кулаками перед моим носом. – Обязательно бросит! Она считает, что лучше меня в мире никого нет. Она мне так сказала однажды, когда мы целовались.

Я бью их не сказать чтобы сильно, а ровно так, чтобы победа осталась за мной. Иногда с тлеющей сигаретой в руке Наперстянка выходит посмотреть на нас; ее безупречные, бесконечные ноги исчезают в проеме коричневой мини-юбки.

Бесценна

Моя бывшая девушка и ее новый муж постоянно стоят возле моего дома, целуясь и улыбаясь друг другу. Я люблю ее так сильно, что не могу не обращать на них внимания. Любая возможность увидеть ее – бесценна. Я каждый раз прижимаюсь к оконному стеклу и, не отрываясь, смотрю на них. Иногда они прекращают целоваться – только для того, чтобы посмеяться надо мной. Часто ее муж делает мне пальцами ужасные знаки, и моя бывшая девушка сгибается пополам от смеха, а я не могу сдержать слез. Дни, которые мы провели вместе, были самыми счастливыми в моей жизни, и я всегда, всегда буду мечтать о ее возвращении.

Бинтование

Я заметил, что моя девушка булыжником дробит пальчики на ногах нашего двухлетнего отпрыска. Я попросил ее прекратить.

– Ты что делаешь? – крикнул я, заглушая отчаянные вопли ребенка.

– Ты все равно не поймешь, – ответила она, стараясь как можно крепче забинтовать изуродованные детские ножки, – это женские дела. Так ей будет легче найти себе мужа.

– Но, милая, разве ты не помнишь? Доктор же сказал нам, что это мальчик!

– Правда? – Она озадаченно посмотрела на меня. – Ну и ладно. Мужчинам тоже идут маленькие ступни. В любом случае, я думаю, что он станет голубым. Разве по нему не видно?

Мне пришлось признать, что ее слова не лишены смысла.

Борьба

Лазурь потерпела неудачу в борьбе за жизнь. На похоронах я произносил прощальную речь:

– Конечно, она была дорога всем здесь присутствующим, – я с трудом сдерживал рыдания, – но мне ее будет особенно не хватать, ведь она была моей девушкой.

Тут поднялся статный мужчина с массивной челюстью и заорал:

– Неправда, она была моей девушкой!

Затем с таким же заявлением выступил еще один мужчина, высокий и очень смуглый. Через минуту нас было уже восемь, и мы изо всех сил били друг друга кулаками, в то время как слезы струились по нашим щекам. Никто не вмешивался, никто не удивлялся. Люди просто покачивали головами и отводили глаза.

Бюллетень

Моя девушка так прелестна, что я не могу не испытывать жалости к ее бывшим парням. Я уверен, что они целыми днями только о ней и думают, гадают, как же у нее дела. Поэтому каждый месяц я отправляю им бюллетень, в котором подробно перечисляю все то милое и очаровательное, что она сделала или сказала за последнее время. Иногда я вкладываю в конверт пару ношеных колготок или кусочек карандаша для глаз. Я чувствую, что должен сделать все от меня зависящее, чтобы возместить им эту потерю. Ужасно лишиться девушки с такими мягкими каштановыми волосами и настолько крошечными ножками, что их не так-то просто разглядеть.

## В

Варенье

Вечером накануне свадьбы мы с невестой устроили романтический ужин при свечах. Взяв меня за руку, она тихо сказала:

– Спасибо. Огромное спасибо за то, что ты решил жениться на мне! Это так великодушно с твоей стороны – взять меня замуж со всеми тремя моими детьми-уродцами.

Я страшно перепугался. О детях-уродцах она до сих пор не говорила ни слова. Я пожелал узнать всю правду. Невеста объяснила, что не рассказывала мне о детях раньше, так как боялась, что, узнав о них, я ее брошу. Она позвала:

– Идите-ка сюда, познакомьтесь с вашим новым папочкой!

Дети ворвались в комнату. Их рожицы были перемазаны вареньем. Они были чудовищны.

Верность

Моя девушка умерла. Я не помнил себя от горя и поклялся оставаться верным ее памяти. Поначалу это было нетрудно. Моя печаль была так велика, что я даже и помыслить не мог о том, чтобы поцеловать другую. Однако вскоре одна девушка стала проявлять ко мне интерес. Первое время я сопротивлялся.

– Ты очень красивая, – сказал я ей, – но все это ужасно преждевременно. Извини.

Это ее не остановило. Она продолжала нежно меня касаться и кокетливо похлопывать своими накрашенными ресницами. В конце концов я сдался и очутился в ее объятиях. Священник попросил нас выйти. Он сказал, что наше шуршанье, чмоканье и хихиканье мешает остальным скорбящим.

Вопли

Спустя минуту после знакомства со своей невестой я осознал, что мы абсолютно несовместимы, но назад пути не было. Она пришла от меня в такой восторг, что незамедлительно стала готовиться к свадьбе. Я попытался объяснить ей, что ничего у нас не получится и я никогда ее не полюблю, но не нашел нужных слов. Девушка была так захвачена нашей встречей, что могла лишь улыбаться, вздыхать, поглаживать мою руку и в волнении закусывать губу. Вне себя от радости, она позвонила своей матери, чтобы поскорее рассказать ей о предстоящем событии. Она сообщила ей, что по гороскопу я телец, и до меня донеслись счастливые материнские вопли.

Воспоминания

Мы с моей девушкой уже так долго вместе, что каждый день для нас чем-то памятен. Всякий раз к ее возвращению домой я готовлю праздничное угощение, ставлю на стол зажженные свечи.

– Что сегодня отмечаем? – спрашивает она, позевывая от усталости после трудного рабочего дня.

Я нежно глажу ее по лицу и отвечаю, что прошло ровно три года с тех пор, как я придумал ей ласковое прозвище Ямочки, два года назад мы впервые устроили битву подушками, а с той незабываемой ночи, когда мы пытались пересчитать звезды, исполнился ровно год. Во время наших трапез она немногословна. Просто ее слишком занимают воспоминания о тех золотых днях.

Вулкан

Началось извержение вулкана. Мы решили увековечить нашу любовь – вышли на улицу и стали целоваться. Все остальные искали убежища, но только не мы. Мы хотели, чтобы нас засыпал пепел и мы окаменели под ним, чтобы последующие поколения могли прийти сюда и увидеть, как мы любили друг друга. Однако в результате вулкан оказался не таким разрушительным, как все предполагали, и мы выжили, получив обширные ожоги. Но люди все равно приходят на нас поглазеть и дивятся нашей преданности. Они просят нас поцеловаться и фотографируют наши изуродованные лица, испещренные рытвинами, подобными лунным кратерам, и складками, похожими на крокодилью кожу. Наши лица, сливающиеся в порыве любви.

Выпивка

Я спросил свою девушку:

– Ты снова начала пить?

– Ничего подобного, – ответила она.

Я обыскал ее квартиру и обнаружил шесть пустых трехлитровых бутылок из-под сидра. 7,5 % алкоголя. За обедом я показал ей эти бутылки и поинтересовался:

– Что это?

– Понятия не имею.

– Не может такого быть. Я нашел их в твоей квартире.

Она задумалась.

– Я это не пила.

– А кто же в таком случае выпил?

– Никто не пил. Просто я смывала сидром макияж.

– И на это ушло восемнадцать литров?

– Да.

Ее губы блестели от помады, ресницы невинных глаз были густо накрашены.

– Тебе не нужен макияж, – сказал я. – Ты и так самая красивая.

## Г

Гармония

После бурной ссоры Гармония ушла в монастырь.

– С меня хватит, – заявила она, – ухожу в монастырь.

Я чувствовал себя ужасно одиноким, не находил себе места, совсем не мог спать по ночам, но буквально через три дня она совершила побег и вернулась домой.

– Это было просто ужасно, – сообщила мне она. – Нас заставляли вставать в такую рань, надевать на себя эту жуткую длинную одежду, петь кошмарно нудные песни и запрещали краситься!

Ну а теперь, слава богу, жизнь вошла в привычную колею. Гармония снова проводит все свободное время перед телевизором, внимательно смотрит рекламу и заставляет меня слезать с дивана, когда ей нужно найти свою зажигалку.

## Д

Дрожь

Моя девушка любит меня так сильно, что это уже становится совершенно невыносимым. Она только и делает, что твердит, какие у меня сильные, крепкие руки и какой восхитительный изгиб бровей. Еще она то и дело повторяет, что при одном лишь звуке моего голоса ее всю охватывает дрожь. Как-то раз я попытался сменить тему.

– Можем мы с тобой для разнообразия поговорить о чем-нибудь другом? – спросил я ее.

– Конечно же, нет! – ответила она. – Как, по-твоему, я могу думать о чем-то постороннем, когда у тебя такие белые зубы?

Я закрыл глаза и покачал головой.

– Ах, сделай так еще раз! – воскликнула она. – Это так тебе идет!

Друзья

Мэй Пэнг очень хотела, чтобы мы оставались друзьями после разрыва, и я согласился. Вот мы и дружим: она регулярно бывает у меня, мы пьем кофе, беседуем; иногда за ней притаскивается ее новый муж. Когда мы расставались, я сказал на прощанье, что не держу зла, и пожелал ей счастья в личной жизни. Может, именно поэтому она думает, что мне все равно, если он будет тут болтаться. Как бы то ни было, при мне они всегда сидят порознь, но стоит мне хоть на секунду выйти на кухню – вскипятить чайник или принести печенья, как я слышу влажные звуки поцелуев и тихий шепот: – Ах, любимый…

Дубинка

Моя девушка пошла работать в полицию, не сказав мне ни слова. Два года я пребывал в неведении, пока однажды не наткнулся на резиновую дубинку, лежавшую на полке среди журналов. Предъявив улику, я потребовал объяснений. Она покраснела и пробормотала что-то невнятное, но при этом так потрясающе выглядела, что я сразу ее простил. Она надела форму, и я словно влюбился в нее во второй раз. Мы поцеловались, потом пошли в спальню. Я начал раздеваться. Когда я снял трусы, она арестовала меня за стриптиз в неположенном месте. В суде она выступала на стороне обвинения; я получил шесть месяцев. В тюрьме она меня не навещала.

Дух

Однажды утром обнаружилось, что моя девушка одержима злым духом. Первым делом я позвонил специалисту. Тот не мог выехать незамедлительно, и нам пришлось ждать до вечера. Она кидалась вещами, проклинала меня, а также моих предков и потомков вплоть до седьмого колена, пыталась вцепиться мне в горло и не давала себя поцеловать. В принципе, такое поведение для нее характерно, но у одержимой, по крайней мере, есть оправдание, а если ее вылечат, мне опять будет неловко показаться с ней на людях. И я решил, что так даже лучше. И когда заклинатель духов, наконец, приехал, я отослал его обратно. Сказал, что это была ложная тревога.

## З

Заначка

– Пойду ширнусь, – обычно говорит моя девушка часа в три-четыре ночи.

Через некоторое время она возвращается, истратив изрядную сумму денег. Однако вид у нее при этом вполне здоровый: глаза все так же блестят, щеки по-прежнему розовеют.

– Хорошо выглядишь, – говорю я.

– Спасибо, я в курсе.

Я сказал, что хочу тоже впасть в наркотическую зависимость.

– Мы – пара. Мы все должны делать вместе.

Я надоедал ей до тех пор, пока наконец она не призналась, что никогда в жизни не употребляла героин. Больше она мне ничего не сказала, но я обшарил весь дом и отыскал-таки деньги. Она зашила их в матрас, как выжившая из ума старуха.

Затерянная

Моя девушка затерялась в космосе, и я сходил с ума от горя. Наконец, ее космический корабль обнаружили и вернули на землю, и моему счастью не было предела. Милая, она так и сыпала историями о том, как страшно ей было, когда система управления вдруг перестала работать, и как необычно выглядело все с орбиты. Слушать ее – одно удовольствие, но она вернулась уже достаточно давно, поэтому иногда мне хочется поболтать с ней о чем-нибудь другом. А она сегодня утром опять рассказала мне, что оттуда Земля казалась крошечной, размером не больше теннисного мячика, а Луна была гораздо больше и ярче, чем мы привыкли ее видеть.

Затруднит

Мы с моей девушкой живем вместе уже несколько месяцев. Почти каждое утро она спрашивает, не хочу ли я что-нибудь выпить.

– У нас есть чай и кофе, – предлагает она.

– Нет, спасибо, не надо, – отвечаю я.

– Но меня это совсем не затруднит. Я и себе что-нибудь приготовлю. Так что ты предпочитаешь?

Я говорю, что вообще предпочитаю кофе, но сейчас мне что-то не хочется. Не стоит беспокоиться.

– Но тебе надо выпить чего-нибудь горячего перед работой, – настаивает она, внимательно вглядываясь в чайник.

– Ладно, тогда кофе, – соглашаюсь я с неохотой, хотя каждая клетка моего организма яростно требует кофеина. – Но только если тебя это действительно не затруднит.

Звуки

Моя девушка в течение долгого времени была безработной, но в конце концов устроилась в какой-то офис. И хотя у меня не хватило смелости сказать хоть слово против, я очень беспокоился, что теперь ее новое занятие может встать между нами. Прошло уже некоторое время с тех пор, как она нашла работу, и хотя большую часть трудового дня она проводит, тайком названивая мне по телефону и издавая чмокающие звуки в трубку, я все равно не могу избавиться от мысли, что теряю ее. А поцелуи с другого конца провода кажутся мне совсем не такими страстными, как нужно, словно ее губы задумываются о чем-то постороннем.

Змеи

Возвратившись с Дальнего Востока, моя девушка решила пойти продавать морских черепах и змей на широком проспекте в центре города. Торговала она довольно успешно, но однажды попала в неловкое положение, когда голодный питон съел проходившего мимо ребенка. Отец ребенка очень рассердился и поколотил ее, да так сильно, что она потеряла зрение. Я надеялся, что это вынудит ее оставить такие восточные изыски, что она образумится наконец и будет вести менее экстравагантный образ жизни. Вместо этого она вновь вернулась на свой проспект, где обитает и по сей день: орет монотонные песни в древний микрофон и надеется на то, что подавать ей будут бумажными деньгами.

Золото

Моя девушка любила рисоваться перед иностранцами. Когда мы познакомились в ресторане с одним греком, она оседлала висевший на потолке вентилятор и принялась кататься на нем. Позабавленный грек увеличил скорость. Она не смогла удержаться, слетела и разбила голову об пол. Грек почувствовал, что должен взять на себя ответственность за ее безвременную кончину, и теперь пытается загладить вину – ведь по его милости я лишился такой замечательной спутницы. Каждый месяц он присылает драхмы или золото, что немного смущает мою нынешнюю жену, но не мешает ей спускать все деньги на модные платья и краску для лица.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru