# Камелии

Иван Иванович Панаев

«Знакомство с камелиями еще легче. Есть много способов знакомиться с ними, и тот, который я расскажу вас сейчас, еще не из легчайших.

Волнение и нетерпение моего иногороднего друга и непреодолимое желание разгадать, кто его маска, возрастали в нем с каждою минутою по мере приближения маскарада, в котором тайна должна была открыться…»

## * * *

Знакомство с камелиями еще легче. Есть много способов знакомиться с ними, и тот, который я расскажу вас сейчас, еще не из легчайших.

Волнение и нетерпение моего иногороднего друга и непреодолимое желание разгадать, кто его маска, возрастали в нем с каждою минутою по мере приближения маскарада, в котором тайна должна была открыться. Он подозревал ее в каждом хорошеньком личике, которое встречал на улицах, и преследовал беспокойным и подозрительным взглядом каждую женщину, одетую со вкусом. Однажды в опере (мы сидели рядом) он долго смотрел в свой бинокль на даму с белокурыми, пушистыми локонами, которую он увидел в первый раз, в платье белого дама с черными кружевами, потому что в ней он по какой-то причине более всего подозревал свою маску.

И вдруг он обратился ко мне:

– Ты хорошо знаком с этою госпожою? – спросил он меня, указывая на ложу.

– Ну, так что ж?..

– Ты можешь меня представить к ней?

– Хоть сию минуту. Отчего же ты прежде мне не сказал об этом? Я бы давно тебя представил.

– Так, мне не хотелось, а теперь я бы желал. Только что занавес, после первого действия, опустился, мы отправились наверх.

Мы вошли в маленькую комнату перед ложей, в которой стояли диван, несколько стульев и над диваном зеркало. Луиза, дама с пушистыми локонами, известная всему Петербургу под этим именем, сидела на диване, обмахиваясь веером и улыбаясь на любезности какого-то офицера, который сидел рядом с нею. Другой, статский, разговаривал стоя с ее наперсницей – с девицей или дамой, столько же дурной, сколько бойкой…

Когда мы вошли, статский взглянул на нас с беспокойством и вопросительно посмотрел на наперсницу.

Луиза протянула мне руку. Я представил ей моего иногороднего друга.

– Очень, очень рада, – произнесла Луиза тем ломаным русским языком, каким обыкновенно говорят немки, несколько растягивая слова, – давно вы приехали в Петербург?.. Здесь весело вам?

При этих звуках мой иногородний друг смешался и даже взглянул на меня с недоумением…

– Заметили вы, какой браслет у Бозио? Мне очень нравится, – продолжала она, обращаясь любезно ко всем нам.

– Вам, кажется, нельзя завидовать чужим браслетам, – сказал военный, – таких браслетов нет ни у кого, как у вас. Например, вот этот…

И он взял руку Луизы с драгоценным браслетом, поднял ее и взглянул на нас.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru