Николай Васильевич Успенский
«Власть земли» и «Власть тьмы» (соч. Гл. Успенского и гр. Л.Н. Толстого)

I

– Станция Валдай! Поезд стоит пять минут, – возвестил кондуктор, зажигая свечи в вагоне 3-го класса.

– Занято? – спросил меня господин в меховой занесенной снегом шубе.

– Нет.

– Вы куда?

– В Москву.

– Значит, мы с вами попутчики… Зазвенел колокольчик, и поезд тронулся…

– Глеб! Это ты?

Мы обнялись с кузеном и горячо расцеловались…

– Будем говорить потише… Здесь сидит граф…

– Знаю… Я нарочно сел к нему спиной… Ты знаешь, мои «Воспоминания»…

– Э, вздор какой! Чем ты откровеннее будешь писать, тем лучше. Я сейчас пойду к автору «Власти тьмы»…

– Что-то будет?.. – подумал я, провожая взглядом автора «Власти земли»…

Не прошло и двух минут, как я услыхал следующий диалог двух знаменитых писателей:

– Признаюсь, Успенский, мне ваша «Власть земли» не понравилась…

– Точно так же, как и мне ваша «Власть тьмы»… Конечно, de gustibus non est…[1]. Но в свое оправдание я должен сказать, что в памяти читателя мне хотелось восстановить бессмертное изречение Микулы Селяниновича: «Меня любит мать сыра земля»…

– Да! – подхватил граф с усмешкой, – вы дальше прибавляете, что двухсотлетняя татарщина и трехсотлетнее крепостничество могли быть перенесены народом только благодаря власти любящей земли…

– Я это писал…

– Но ведь это дикий абсурд: по вашему выходит, что благодаря власти земли русский народ в продолжение пятисот лет был гнусным рабом…

– Совсем нет! В конце моего рассказа я прямо говорю: «Земля – главное не только по отношению к народному брюху, но и по отношению к народному духу… Земля нужна народу не только для того, чтобы быть сытым, но и сохранить свое миросозерцание»…

– Которого нет!.. Я вам скажу, Успенский, все миросозерцание мужика заключается в том, как бы забраться в барский лес или конюшню, напиться пьяным и ни за что ни про что исколотить свою жену. Вы же сами пишете: «Лесная мораль мужика заключается в том, чтобы колотить невинную жену и себя в то же время считать невинным». В другом месте той же «Власти земли» вы удостоверяете, что «мужик вносит в людскую жизнь слишком много тенденций дремучего леса»… Я ведь не лгу, не правда ли?

– Правда… я писал и это…

– Далее вы проповедуете, что мужик вносит в людскую жизнь много лесного зверства и волчьей жадности… Писали вы это в своей «Власти земли»?

– Писал…

– Так… Не согласитесь ли теперь со мною, что все эти прискорбные явления представляют собой неизбежный результат «власти тьмы», то есть невежества?..

– Не отрицаю…

– Я говорю к тому, что мужика надо прежде всего просветить…

– А накормить?

– У него есть еда… поверьте!

– Но какая? Если вам (как вегетарианцу) придет охота есть сено, то из этого вовсе не следует, что им надо потчевать мужиков, как лошадей…

– Ваши билеты, господа! – раздался зычный голос кондуктора. Контроль прошел. Разговор двух знаменитых писателей возобновился.

– Нет, – весело улыбаясь, продолжал граф, – в вашей «Власти земли» есть просто неподражаемые вещи…

– А именно?

– Коснувшись прелестей сельской жизни (в сравнении со столичной), вы естественным образом изъявляете желание, чтобы и мужик, никуда не отлучаясь, наслаждался прелестями… Но странное дело! – в то же самое время вы говорите, что в недрах сельской природы «идет поедание друг друга… кто-то кого-то ест… только писк идет…»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

o вкусах не… (лат.)

Вернуться