# Жестокие нравы

Иван Федорович Горбунов

«Что ж, плакать, что ли? Ну, напились, что за важность! Мадера такая попалась… В нее не влезешь: черт их знает из чего они ее составляют. Пьешь — ничего, а как встал — кусаться хочется. Обозначено на ярлыке «Экстра, этикет, утвержден», ну, и давай. После к Яру заезжали. Иван Гаврилыч певицу чуть не убил...»

Васенька, молодой купец, щеголевато одетый, белокурый, выражение лица тупое.


Настенька, его жена, красавица, лет 19.


Настенька.

Вася, да полно же, наконец! Ведь это ужасно скучно!


Васенька.

А мне весело!


Настенька.

Приятно, что ли, терпеть твое безобразие-то? Два месяца как женился и ни одной почти ночи даже не ночевал.


Васенька.

Как ни одной? Третьего дня не ночевал, это точно. Ну, сегодня…


Настенька.

Ну, вот сегодня: в котором ты часу приехал?


Васенька.

В раннюю обедню. На Болвановке ударили, как я подъехал. У Никона Никоныча страженье было и засиделись…


Настенька.

Какое сраженье?


Васенька.

Обнаковенно какое: в трынку играли. После на тройке сделали… у Натрускина цыган послушали. Все честь честью, как следует. Дай только Бог, чтобы это не в последний раз в сей нашей кратковременной жизни.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru