# Держись, брат!

Юрий Погуляй

Чтобы спасти Мир, нужно пожертвовать своей жизнью... Но не в один миг, а растянув одиночество, забвение, боль и огромную ответственность до самого конца. Если только кто-нибудь не придёт и не примет у тебя ношу...

– Расскажи мне о Ледяных Вратах… – неожиданно попросил Демьян.

– Ледяные Врата, брат… – я мечтательно улыбнулся. – Эти голубоватые колоссы средь зелени окрестных полей. Они действительно изо льда! Смертельно холодные и величественные клыки зимы, оставшиеся в теле непокоренного лета. И они не тают! Представь себе, я даже костер рядом разводил, головней в них тыкал. Впустую… Да…

Я видел, что мой товарищ живо представляет себе эту картину. Проклятье, почему ему не дано увидеть всю её красоту?!

– Небо было голубое, да? – хрипло, с надеждой спросил он.

– Нет! Оно было синим! Ослепительно синим, брат! Боги, как же прекрасен этот Мир… А еще я видел Золотую Дубраву. Ту самую, брат! Золотые дубы с изумрудными листьями! На рассвете, когда первые лучи солнца падают на землю, умереть хочется от восторга. Великолепное место!

– А люди? Люди? Как они? – он закашлялся. Кашель долго драл его горло, но, отдышавшись, мой друг повторил:

– Как они?

– Ты в порядке? – мое сердце защемила почти материнская забота. Он очень плохо выглядел… Хуже, чем обычно.

– Держусь, пока что…

– Главное – не сдавайся! Понимаешь? Не сдавайся, брат! Мир – прекрасен!

– Расскажи про людей…

– Хорошо, брат. Помнишь, я говорил тебе про город, выросший на холмах к северу отсюда?

– Да… Лучезарный… – его лицо просветлело. Он помнил…

– Я был в нем проездом, когда ехал к тебе. На Центральной площади, напротив Жемчужного Дворца они воздвигли памятник. На огромном пьедестале стоит молодой мужчина и протягивает небу агатовый шар. А вокруг море цветов, брат. Действительно – море. Памятник утопает в них… Когда я проходил мимо, у подножья стояли жених и невеста, они благодарили Мученика за дарованное им счастье.

– Ну, положим, я тут ни при чем, – смущенно улыбнулся он.

– Нет, брат. Во всех чудесах мира только твоя заслуга, – покачал головой я.

Он лишь пожал плечами.

– Я серьезно… – мне показалось, что он не поверил этим словам.

Демьян тяжело вздохнул и уперся лбом в матовую поверхность сжимаемого им шара:

– Знаешь, во мне нет такого чувства. Мне кажется, что все совсем не так, как ты говоришь… Что у меня не хватает сил сделать этот мир лучше. Я стараюсь… – он закашлялся и сплюнул на землю. – Боюсь, что тщетно…

– Послушай, ты не должен пускать в сердце сомнения, – воскликнул я. – Шар почувствует это и… Боги, я даже боюсь представить, КАК он отреагирует.

– Я не могу больше… – прошептал Демьян.

– Ты хранитель Шара! Ты столько сделал, брат. Люди уже два века не вспоминают о войнах! Ты же помнишь, как ужасны поля сражений? Тебе ли не знать об этом?

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru