# Что сказали ее глаза?

Юрий Погуляй

Одинокий домик в заснеженном лесу. Туда несет он свою ношу, – мертвую замерзшую девушку. Он знает: дома – друг, который оживит его любимую. Но ночью она уйдет опять…

Ели-титаны припорошил сверкающий на солнце снег. Ослепительный наряд огромных деревьев придал лесу торжественный и уютный вид. Белые поля-лужайки, поникшие под тяжелыми снежными шапками молодые клены, темные стволы сосен – зимний лес был тих и спокоен.

Под моими ногами мягко хрустел снег. Я поймал себя на мысли, что какое же это забавное ощущение, когда нога ступает на белое покрывало, прорывает его, вроде бы находит опору, но затем проваливается еще глубже. Почти как в жизни, да? Думаешь: «Все, хуже не будет» – и в этот момент становится совсем плохо.

Мороз обжег щеки, пробрался под шапку, и та сдавила голову шерстяными тисками. Неприятное чувство, зато каков будет контраст, когда я вернусь домой и стяну ее с головы. Мир тотчас станет лучше, легче, теплее.

Вообще я люблю зиму. Но только здесь. В других местах она иная, какая-то злая, насмешливая. А тут я вижу ее красивую улыбку. Спокойную, добрую, заботливую… Так улыбается мать.

Среди елей спрятался небольшой бревенчатый дом. Из трубы лениво идет дымок, и я почувствовал, как во мне расправило пушистые крылья счастье. Я среди чудесного зимнего леса, и вокруг ни единой живой души. Впрочем, вру… В домике меня ждут друзья.

Зима застигла нас в пути на север. Я с содроганием вспоминаю, как несколько дней мы, коченея от холода, брели по снежному лесу и искали хоть какой приют, пока совершенно случайно не наткнулись на засыпанную снегом избушку. В ней царило запустение, видимо, хозяева давно ушли отсюда, непонятно по какой причине бросив дарующие защиту стены. И вот уже два месяца как мы живем здесь в тепле и сухости, почти позабыв обо всем оставшемся там, за пределами леса, мире. И осталось нам столько же: зимы здесь долгие, а идти дальше пока снег не сойдет – верная гибель.

Но даже два месяца не срок в такой компании.

Я улыбнулся катящемуся к закату солнцу, вспоминая своих друзей. Черноглазый Антор: немножко чародей, немножко певец. Я не знал, что он обладает Силой, пока не наступила эта зима. И я был счастлив, что в нем пробудилась магическая искорка. Его невеста Лена: красивая, нежная, добрая девушка.

И Сима…

К моему горлу подкатила горечь, но вес взваленного на плечо тела напомнил, что вечером будет лучше. Это чертовски поднимает настроение… Знание, что хорошее не за горами, что оно совсем-совсем рядом.

Подойдя к дому, я аккуратно положил мертвую Симу на снег и поднялся на крыльцо. Не успел я постучать, как дверь отворилась, и на пороге появился Антор. Кинув взгляд на тело, он глубоко вздохнул и сошел с крыльца. Присев над девушкой, парень внимательно оглядел ее, а затем с многозначительным видом повернулся ко мне. Антор никогда не колдовал в моем присутствии. Он говорил, что так его сила уменьшается. Закрыв за собой дверь, я невольно улыбнулся, наслаждаясь уютом нашего пристанища. Запах дома, его тепло, треск поленьев в печи. Проклятье, как хорошо! Все так же улыбаясь, я стянул с себя промерзший тулуп и повесил на гвоздь в стене.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru