# Черное. Белое

Ирина Завалишина

О чем эта книга?

Может, о силе? Заставляющей совершать неисполнимое. Неисполнимое ни для человека, ни для ангела…

Может, о страхе. Страхе, когда кажется, что вот сейчас ты потеряешь самое дорогое, самое ценное твоему сердцу. «Я не мог лишить себя удовольствия послушать, как ты изливаешь свое горе, посмотреть, как отчаянно ты бежишь, пытаясь убежать от самой себя. Это было прекрасно!»

Или о боли. О боли, которая ищет, что еще не убито, не истерзано, не замучено, чтобы добить до конца. Выискивая и не находя, но повторяя свои удары снова и снова. «Тело передергивалось, точно от удара током, создавая при этом резкую, колющую боль, которой я была безумно благодарна, потому что на целых две секунды сознание покидало меня».

О желании? «Энергия зла дарила удовольствие, она воплощала в себе грех, но я никогда не считала удовольствие грехом».

О жестокости? «Он страдал, и я упивалась его страданием. Когда-то я предупредила его, что ему может быть еще больнее. Я была честна с ним и считаю, что сделала для него одолжение».

О потере ценностей? «Умение жить, не поддаваясь своим эмоциям, – это самое лучшее, что может иметь человек, и единственное, за что стоит бороться». «Холодный рассудок и голый расчет на самом деле прекрасные предпосылки для жизни. Я вот выживаю только благодаря им».

О любви… «Что бы я делал, если бы тебя вдруг не стало?» «Даже после смерти я буду помнить тебя, потому что нельзя стереть из памяти такой голос, которым ты говоришь, такое дыхание, которым ты дышишь, такой взгляд, которым ты смотришь».

«Вселенная велика и бесконечна. Ее сила так же не имеет границ, как и ее пространство».

## От автора

Благодарю свою дорогую подругу Григорьеву Викторию Вадимовну за то, что она всегда придавала мне уверенности и энтузиазма. Она верит в меня, а для меня это очень важно.

Спасибо моей маме, Завалишиной Наиле Зиннатулловне, за терпение, которое она проявляет по отношению ко мне, в той мере, в которой я не всегда его заслуживаю.

Спасибо Кондратьевой Любовь Федоровне, учительнице русского языка и литературы, за дружескую помощь и искреннюю поддержку.

Спасибо тем людям, которые в большей или меньшей степени повлияли на написание романа, за то, что они есть.

А также благодарю издательство «Э.РА» и Ромма Михаила Наумовича за помощь и советы при издании этой книги.

## ПРОЛОГ

> У меня не заберут жизнь.

> Ее оставят, дабы я сполна

> заплатила свой долг

Мужчина в капюшоне обернулся. Комната, в которой он находился, скорее, напоминала подземелье: стены сделаны из камня и выкрашены в темно-серый цвет, а пол и потолок – в темно-синий. Из мебели – черный диван, который стоял напротив камина. Казалось бы, комнате не хватало лишь вырывающихся из камина языков пламени, чтобы она окончательно приобрела вид адской обители. Тут не было ничего, что могло бы освежить обстановку: ни цветов, ни картин.

Послышались шаги. Мужчина терпеливо смотрел на тяжелую железную дверь. Наконец она распахнулась, и в комнату вошел молодой парень. Он был одет в черную рубашку и такого же цвета брюки. Черные блестящие волосы свободно развевались от легкого дуновения, создававшегося при ходьбе. Под одеждой легко угадывалось спортивное телосложение. В глазах цвета угля горел адский блеск, словно все искушения мира были в его власти. Кожа приятного цвета загара, на лице – соблазнительная улыбка, обнажающая идеально белые и ровные зубы. Его красота могла бы завлечь и увести в пучину страсти и греха любую девушку. Он и сам представлял собой грех. Черный грех и само обаяние.

– Отец, ты звал меня? – обратился он к мужчине. Капюшон одеяния того полностью скрывал его облик.

– Садись, Марк.

– Неужели задание настолько отличается от всех других, что мне оказана честь присесть? – Парень с любопытством осматривал диван, словно тот был волшебный, а сомнение в его голосе перерастало в искренний интерес.

– Я не люблю повторять дважды.

Марк послушно сел на диван.

– Итак, Люцифер, я весь во внимании. Каков будет твой приказ на этот раз?

– Я уже говорил, чтобы ты называл меня отцом! – По раздраженному тону было понятно, что произнесенная фраза сильно задела его. – Я твой отец!

– Но мне больше нравится Люцифер, Дьявол, Исчадие Ада! – В глазах Марка замелькали огоньки.

– За это я и люблю тебя – за тот огонь, который загорается в тебе при упоминании Тьмы. Тьма горит в тебе, так же, как и во мне. Это я горю в тебе!

– Как устоять перед Тьмой и Адом, когда они столь соблазнительны и так искушают? – в голосе Марка звучало возбуждение, и огонь в камине запылал еще ярче.

– Но хорошо… Я буду называть тебя отцом.

– Речь не об этом.

Марк наклонился вперед и приготовился слушать. Его давно уже не приглашали присесть, и он уже забыл, какова на ощупь черная кожа дивана. Приказы, выполняемые им, всегда были слишком простыми для него и не требовали долгих разъяснений. Заставить мать потерять любимое дитя, убить ни в чем не повинного человека, забрать у ребенка то, что дороже ему больше всего на свете – поначалу это было интересно и приносило удовольствие, но теперь уже наскучило. Последний раз он сидел на этом диване в то время, когда между ангелами Света и Тьмы шла война. С тех прошло четырнадцать лет. И сейчас прикосновение к заветному дивану вызвало у Марка жгучее желание действовать.

Люцифер садиться не стал. Смотря прямо в глаза Марку, он начал:

– Мы держим наши позиции на одном уровне. Все наши попытки вывести Зло и Тьму на Землю так и остаются просто попытками. Да, люди страдают и злятся, ругаются и дерутся, губят себя и других. Но потом они снова становятся счастливыми и улыбаются, мирятся и радуются. Нужно поселить Тьму среди них. Тьму, которая не исчезнет, а пустит свои корни дальше. Марк, ты понимаешь, о чем я говорю. – Последнее предложение было утверждением, а не вопросом. Теперь глаза Марка жадно горели. – Сами мы не можем жить там, среди людей. Поэтому нам нужен человек. Нам нужно, чтобы человек отдал Аду свое тепло, доброту и любовь, а взамен принял злобу, грех и искушение. Захотел отдать и принять – это важная отличительная черта. А после – вынес весь грех на Землю. Это и будет дорога из Ада наверх – наша с тобой тропинка.

Марк слушал внимательно, ни на что не отвлекаясь. Люцифер продолжал буравить его взглядом.

– И этой тропинкой станет девушка. Невинная девушка! Добрая и отзывчивая. Твоей задачей будет привести эту девушку сюда. Не силой! Нет, она должна придти сама.

– Девушка, сама, по своему желанию, должна придти в Ад? О чем ты говоришь, отец?! – Марк впервые перебил Дьявола, но слова того звучали действительно странно. – Невинная девушка? Когда в последний раз наши ангелы покупали чью-либо душу? Да и чьи души это были? Бандитов и убийц? Или же невинных людей?..

– Слушай меня до конца, пока я не закончу! – Казалось, Люцифер с трудом сдерживает себя. – Я говорю не просто о душе. Я говорю о девушке. Нам нужна не только душа, но и тело. Она должна придти сюда. Захотеть этого. Пойти за тобой. С данными, которыми обладают ангелы Тьмы, с данными, которыми обладаешь ты, нетрудно будет влюбить в себя девушку. Сложность заключается лишь в том, как сказать ей правду и увести за собой. Брак должен состояться здесь. Потомство – наш козырь. Ее невинность, наши искушения – и дорога на Землю открыта. В твоих глазах я вижу желание. Наконец я вижу настоящий интерес!

– Цель оправдывает средства, не так ли? Больше ставки, больше огня. Мне нравится мое задание. Будь уверен, я выполню его! – Решимость Марка оправдывала его уверенность.

– Она должна знать, куда идет. Она должна знать, кто ты есть, – делая особый акцент на этих словах, продолжал Люцифер. – Будь осторожнее, ангелы Света попытаются помешать! Я выбрал именно тебя потому, что доверяю больше, чем остальным. Я знаю, что могу положиться на моего сына.

– Да, отец, ты сделал правильный выбор! – Весь вид Марка говорил о том, что ему не терпится приступить к новой игре.

– Ты отправишься в Атем. Это небольшой спокойный город, он отлично подходит для нашего плана. Смотри! – Дьявол указал на камин. Огонь в камине стал разгораться, пламя поднялось еще выше и начало отрываться от общего костра. В комнате стало еще жарче, но двум мужчинам это не причиняло никакого дискомфорта, наоборот – казалось, что они с радостью вошли бы в этот огонь. Отблески воспарившего пламени соединялись в очертания фигур, приобретали цвета и оттенки и, наконец, словно голограмма, превратились в изображения четырех девушек. – Они только и ждут, как бы встретить своего принца. Все девушки достаточно чисты для наших целей. Нравятся? – В тоне послышалась насмешка.

– М-м-м… Это называется: соединить приятное с полезным. Какую же из них я должен буду нещадно совратить? – В голосе появились похотливые нотки.

– Я предоставил тебе выбор.

Безупречная улыбка на лице Марка сменилась испепеляющим взглядом в сторону одной из девушек. Он не задумался ни на секунду.

– Вот эта, с черными волосами. Я так люблю черный цвет…

– Ее зовут Вика.

Марк обворожительно улыбнулся и послал девушке воздушный поцелуй. Изображения девушек исчезли, и огонь в камине снова обдувал прежним беспощадным жаром.

## Глава 1

Я проснулась от сильного зуда кожи головы. Время – пять часов вечера. Неужели я спала днем?.. Снова эта аллергия на краску для волос! После того, как покрашу волосы, я обычно мучаюсь еще целую неделю.

Сегодня 15 сентября, и снова началась учеба. Я не пошла в академию, потому что из-за высокой температуры была вынуждена пролежать все утро, время от времени попивая чай.

Поставив градусник, я закрыла глаза и попыталась вспомнить сон. Тщетно! В последнее время я сплю очень крепко и не вижу никаких снов. Зато высыпаюсь. Опять зудит кожа головы. Но я все равно не перестану красить волосы! Свой цвет у меня русый, с золотистым отливом, и мама от него просто в восторге. Но мне он не нравится! Гораздо больше мне идет черный.

Температура тридцать шесть и шесть. Отлично, пора выбираться из кровати. Поднявшись на ноги, я добралась до телефона и набрала номер подруги. С Аней мы гуляли почти каждый вечер, пока было лето. Сегодня вечером мы тоже договорились о встрече.

Включив музыку, я налила себе апельсинового сока. Теперь нужно привести себя в порядок. Через полтора часа борьбы с участием муссов, пенок, теней, кремов и туши я, наконец, бросила последний взгляд в зеркало. Длинные черные волосы, закрывающие почти всю спину, начали предательски завиваться. И все-таки черный – это мой цвет. А еще – красный. Красный топ соблазнительно облегал фигуру, но в сочетании с короткой черной юбкой превращал мой образ в вульгарный. Нет, пожалуй, надену джинсы. Темные тени на карих глазах, милый прозрачный блеск на губах и – все готово!

Услышав странный скрежет, я вспомнила, что выпустила Звезду на улицу. Лет пять назад я дала это имя своей кошке. Сейчас она царапала дверь, прося, чтобы ее пустили домой. Я накормила кошку, после чего она удобно устроилась на моих коленях. Я гладила ее и все больше убеждалась, что правильно выбрала профессию. Отчасти Звезда и помогла мне определиться с выбором. Я учусь в ветеринарной академии. Три с половиной года тому назад моя кошка охотилась за птицами и, вероятно, в порыве своих охотничьих инстинктов, прыгнула за одной из птиц с пятого этажа. Обычно кошки приземляются с такой высоты без повреждений, но моя умудрилась сломать себе обе задние лапки. Операцию переделывали три раза, и кости все время срастались неправильно. Одна лапка так и осталась немного кривой, и с тех пор моя кошка хромает. Но больше всего во время того, пережитого нами ужаса, я запомнила ее глаза… Глаза, которые как бы говорили: «Что же вы со мной делаете? За что так издеваетесь?» Целых четыре месяца врачи не могли вылечить ее лапу! И это – только их ошибка, что потом кости вновь приходилось ломать. Я поступила в ветеринарную академию, потому что никогда не буду так безответственно относиться к своей работе, никогда не смогу обращаться с животными так, будто они не живые и не чувствуют.

Зазвонил телефон. Звезда испугалась и дернулась во сне. Это была Аня, она тоже собралась и выходила из дома. Пора и мне.

Погода на улице стояла потрясающая. Деревья уже начали желтеть, и это навевало грусть, но в воздухе еще стоял запах лета. Городок у нас маленький, не шумный, и гулять здесь – одно удовольствие. Солнце еще не село и приятно освещало своим золотисто-оранжевым цветом верхушки деревьев. Неужели лето кончается… Как жаль…

Нужно будет узнать у Ани последние новости из академии. Это вполне в моем духе – пропускать первый и последний день учебы.

После встречи мы направились в сторону озера. Наш город называют зеленым и чистым. Когда обходишь озеро, невозможно не любоваться лазурной чистотой воды. Вечером, когда зажигают фонари, озеро будто бы превращается в сказочное: блики фонарного света отражаются на поверхности, выстраивая по безмятежной глади воды светящуюся дорожку. Единственный неприятный момент – это комары.

– Что нового в академии? – спросила я. Этот вопрос меня заставила задать скорее совесть, нежели интерес.

– Завтра три пары – биология и два английских. У нас много новых предметов.

– Что было сегодня?

– Ничего необычного. Пожелания успехов в новом учебном году и все в том же духе. Как обычно!

– Не без того. Видела Диму?..

Дима учился вместе с нами, и очень нравился Ане. Жаль только, что она не умела скрывать своих чувств.

– Да! – Лицо подруги просияло. – Он пригласил меня завтра в кино.

Девушки склонны тратить слишком много нервов на объекты своей привязанности. Хорошо, что я этим не страдаю – мне абсолютно все равно, кто приглашает меня в кино, главное – на какой фильм.

Мы обошли озеро и теперь поднимались вверх по аллее. Уже темнело, и стало прохладнее. Воздух свежел, и было невыразимо приятно вдыхать ароматы растущих вокруг цветов и деревьев. Как же красив наш город!

Разговаривая о разных пустяках, мы даже не замечали, как быстро летит время.

– Анюта, я чувствую, что самую интересную новость ты оставила мне напоследок. Выкладывай!

В ее глазах появился блеск.

– К нам пришел новенький.

– И всего-то?

– Поверь, он тебе понравится! Он не может не понравиться. Его зовут Марк.

– Марк? – произнеся это, я ощутила резкий укол в сердце. – Какое странное имя… И откуда он?

– Не знаю. Он не проявлял особого интереса к общению. Знаешь, в нем что-то есть… Что-то такое, что притягивает, словно магнит. Завтра увидишь. Ты ведь придешь?

– Конечно.

– Я бы подобрала ему определение… – продолжала Аня, – черный. Черные глаза, черные волосы, одежда… Тебе ведь нравится черный цвет?

– Нравится. Но я не в восторге, когда нарушают мои авторские права. Этот цвет – мой.

На улице окончательно стемнело. Мы обогнули здание нашей Академии и стали спускаться по уже пройденной нами аллее, двигаясь теперь в обратную сторону. Я наслаждалась легкими дуновениями ветерка и спокойствием, царившим в душе. Хотелось закрыть глаза, растянуться где-нибудь между клумбами с цветами, и дышать, дышать…

Вот и озеро. Оно и правда превратилось в сказочное: появились и светящиеся тропинки, и таинственные мелькающие блики… Все гуляющие уже разошлись. Почти никого нет.

Здесь наши пути обычно расходятся.

– Увидимся завтра! – Аня повернулась ко мне. – И еще увидишь новенького, Марка.

И зачем только она о нем вспомнила?..

Попрощавшись, я пошла домой. Марк… Странное имя, совсем не характерное для наших мест. Значит, черный. Посмотрю завтра, что он собой представляет. А погода все-таки еще летняя…

Мама уже спала. Принимая душ, я простояла под водой минут тридцать. Как приятно чувствовать ручейки теплой воды, струящиеся по телу! Я всегда очень любила воду. Тепло, спокойно, приятно…

Едва я удобно устроилась в кровати, Звезда мгновенно забралась ко мне. Снова будет спать со мной. Сладко потянувшись, я закрыла глаза и тут же уснула. Вот почему так полезны прогулки перед сном…

## Глава 2

Выбравшись утром из теплой мягкой постели, я посмотрела в окно. Еще вчера погода была замечательная, а сейчас на улице льет дождик, из-за туч не видно солнца.

Настроение испортилось моментально. Надо послушать музыку – может, она поможет. Включив компьютер, я поставила любимую музыку, и мое сознание, наконец, начало просыпаться.

По дороге в академию я пыталась поднять себе настроение, но из этого мало что получилось. Еще бы: лето кончилось, я иду на учебу, еще и дождь этот противный.

В академии было спокойно. Наверное, некоторые студенты решили продлить себе каникулы и пока не посещают занятия. В расписании значилась третья аудитория. Первой парой был английский.

Подойдя к аудитории, я остановилась. Не хочу слушать и, тем более, отвечать на вопросы о том, как я провела каникулы, куда ездила и завела ли себе парня. Я все равно никуда не ездила и никого не завела. Но от этого никуда не деться! Вдохнув поглубже, я вошла.

– Что расскажешь? – спрашивать начал Андрей.

Я попыталась отмахнуться и, судя по разочарованным выражениям лиц, все поняли, что бурных рассказов о моем летнем времяпрепровождении не дождутся. Отлично.

В аудитории было шумно; после длительного отдыха студентам не терпелось обсудить друг с другом события этого лета. Поэтому, когда шум в зале резко сменился тишиной, я удивилась. Не понимая причину этого, я обернулась и увидела незнакомца. Сердце так и дернулось, забилось чаще… Вопреки всем доводам рассудка, мне захотелось подойти к незнакомцу и дотронуться – не галлюцинация ли? Он взглянул на меня, и мое тело словно пронзило током – какие черные глаза, какие красивые, влекущие, опасные… Я не могла оторваться. В нашей группе кто-нибудь еще видел его взгляд? Пронзает насквозь, смотрит прямо в душу. Внезапно стало страшно, и я поежилась. Он напугал меня. Черные волосы, идеально гладкие, не то, что у меня… Наверно, это и есть Марк. Я представляла его себе несколько другим – с темным цветом кожи. А у него кожа светлая, с оттенком приятного бронзового загара, идеально ровного цвета. А фигура и мышцы! Я перевела взгляд на губы, и все мое тело предательски задрожало. Как, наверно, сладко прикасаться к таким губам… Нет, об этом даже и мечтать не стоит. Он безупречно красив, слишком совершенен для меня. Словно бог… Такой никогда не обратит на меня внимания, нужно держаться от него подальше. Дорогая одежда, золотые часы. Пора бы, кстати, и оторвать взгляд. Марк прожигал меня глазами, казалось, оценивает. Мне захотелось сжаться в комочек и спрятаться. Оценка будет явно не в мою пользу.

– Привет! – Он пристально смотрел на меня. Неужели он обращается ко мне?! У меня пересохло в горле, и я только кивнула.

Обогнув трибуну, Марк сел за первую парту. Однокурсники, кажется, начали приходить в себя.

– Он поздоровался с тобой или мне показалось? – удивленно спросила Аня, прихода которой я даже не заметила.

Я лишь пожала плечами – голос еще не вернулся; боюсь, если заговорю, буду казаться хриплой.

– Он произвел на тебя гораздо большее впечатление, чем я ожидала.

– Мне понравилась его фигура, – соврала я. – Интересно, каким видом спорта он занимается?

– Ты скоро убедишься в том, что он почти не разговаривает. Вчера мы слышали его голос только раз, когда Светлана Олеговна его представляла.

– Понятно… Наверно, считает недостойным общаться с нами. Неудивительно. – Я вновь бросила взгляд в его сторону. – Не пойму только, что привело его в наш городок.

– В академии только о нем и говорят.

Я никак не отреагировала. Надеюсь, надолго он у нас не задержится.

– Добрый день! Как настроение? – В аудиторию вошла Анна Максимовна.

Группа что-то промычала в ответ. Еще бы, о каком настроении можно говорить в такой дождь.

– Вижу, у вас появился новенький. What’s your name? – обратилась она к Марку.

– Mark. – Услышала я, но от волнения не успела понять, как звучит его голос.

– На первой паре мы с вами просто побеседуем, – Анна Максимовна вновь обращалась ко всей группе. – Расскажете мне о вашем отдыхе. Думаю, никто не будет возражать, если первым мы послушаем Марка.

О, я думаю, никто не возражал. Все тут же подняли головы и приготовились слушать. Есть шанс узнать, на каком уровне он владеет английским языком.

Марк улыбнулся и грациозно встал. Какой же он высокий! Рядом с ним я буду казаться совсем ребенком.

Я внимательнее присмотрелась к нему, когда Марк оказался возле трибуны. В нем действительно есть что-то такое, что опасно, но влечет с неудержимой силой, соблазняет, искушает, зовет… И дело тут не в его внешности. Скорее, в глазах. В черных глазах.

Он заговорил. Произношение было таким, словно он всю жизнь разговаривал на английском – не было ни малейшего намека на акцент. А голос!.. Низкий, шелковый, мужской. Именно – мужской! В нем чувствовался взрослый мужчина, несмотря на то, что ему, наверно, девятнадцать, – как и всем нам. Захотелось закрыть глаза и просто наслаждаться звучанием этого голоса. Я оглянулась, чтобы понять – на всех ли он производит такое впечатление. Казалось, что нет, слушают только его рассказ. О чем он вообще говорит? Летал в Прагу, рассказывает о статуях Карлова моста. Был в Хорватии, плавал в Адриатическом море. Занимался конным спортом, получил разряд. Конный спорт – моя мечта. Не знаю, осуществлю ли я ее когда-нибудь… У него был насыщенный отдых. Это только я вечерами гуляю и красотой своего города восхищаюсь.

– Большое спасибо! – Анна Максимовна была в восторге. – Пять! Это прекрасно, где ты учился?

– Занимался в Москве с личным преподавателем, после ездил на обучающие курсы в Англию.

– Англия не прошла для тебя даром.

Анна Максимовна продолжила опрашивать группу.

Все опустили головы и занялись своими мыслями, никто не слушал выступающих. Разве чей-нибудь рассказ может сравниться с рассказом Марка? Нет смысла напрягать слух и пытаться разобрать, что говорят другие, их произношение уже непонятно для моего уха.

– Вика, теперь ты.

Только не это! Как бы мне отказаться?.. Что я расскажу? О том, как вечерами дышала свежим воздухом?

Подойдя к трибуне, я начала рассказ. Английский язык за лето не забылся. Заговорив о придуманной поездке в Петербург, я поняла: меня слушают, и посмотрела на аудиторию, чтобы найти человека, которому мой рассказ показался интересным. Андрей? Но он всегда слушает меня. Я старательно избегала глазами первой парты, но все-таки не удержалась и посмотрела. И снова укололась о взгляд черных магнитных глаз. Надеюсь, он не поймет, что про Петербург я вру. По сравнению со знаниями остальных студентов мой английский достаточно хорош, так что, по крайней мере, хоть за это краснеть не придется. Марк явно оценивал меня. Речь стала сбивчивой. Кажется, он заметил, что из-за него я напряглась. Улыбнулся… Так и манит за собой! Марк, конечно, тоже был в Петербурге, и ему есть, что добавить к моему рассказу. Я запнулась. Неудивительно – думаю совсем не о том, о чем надо. Усилием воли я заставила себя отвести взгляд и с горем пополам закончила свой рассказ.

– Довольно интересно, Вика, молодец. Пять.

Когда я проходила мимо Марка, преподавательница уже вызвала следующую жертву. Сердце так и билось, никак успокоиться не могло. Совершенно обессиленная, я опустилась на стул.

– Сколько до конца?

– Еще пятнадцать минут. – Аня давно скучала.

Избавившись от его взгляда, я начала борьбу со своим сердцем. Его красивая улыбка была дарована именно мне. Определенно, одна я так сильно реагирую на него. Необходимо что-то придумать, пока мои мысли еще подчиняются какому-то контролю. Почему бы не подумать о том, что бы такого приготовить сегодня?.. Я начала мысленно перебирать вкусные блюда, которые можно было бы приготовить, и тут же прикидывала, какие продукты нужно купить. Пожалуй, плов и пирог с капустой брокколи – это то, что надо.

– Отдохните десять минут, после займемся грамматикой, – голос Анны Максимовны оторвал меня от мыслей о еде. – Перемена!

Я решила не искушать судьбу и выйти из аудитории, чтобы хоть десять минут отдохнуть от присутствия Марка. Слишком красив, чтобы оторвать взгляд, слишком безупречен, чтобы смотреть спокойно. Я вышла и подошла к расписанию. Завтра занятия начинаются с одиннадцати. Запомнив, какие нам предстоят лекции, я вышла на улицу. Дождь немного утихомирился и лишь слегка моросил. Скоро и это прекратится. Дунул ветерок, и я сжалась – после теплого здания академии на улице все-таки прохладно. Потерплю еще минут пять и вернусь. Я вытянула руку, ловя капельки воды с неба. Неужели скоро я буду вот так же ловить снежинки…

– Вот ты где! – Из-за моей спины появился Андрей.

– Ты напугал меня! – укорила я, хотя даже не вздрогнула.

– Не холодно?

– Сейчас зайду.

– Погода испортилась.

– Угу.

– Послушай, Вика, я скучал по тебе летом! – скоро-говоркой проговорил он.

– Я тоже тебя вспоминала. Когда дома становилось грустно, и никто не пытался поднять мое настроение, – сказав это, я не соврала. Андрей в любой момент мог вывести меня из любого депрессивного состояния. – Как поездка в Петербург?

– Здорово! Жаль, только, что тебя не было рядом. У меня столько фотографий… Я привез тебе сувенир. Думал, что ты и сегодня не придешь на учебу, поэтому с собой не захватил.

– Спасибо! Я очень рада.

– Сегодня в кино – премьера нового фильма… Сходим?

Я вспомнила Аню. Что это за новый фильм, на который всех приглашают?

– Не очень хорошо себя чувствую… Но все равно – спасибо.

Сегодня у меня другие планы – хочу погулять одна. Давно уже не гуляла по городу одна.

– Хорошо. Тогда – в другой раз?

– Посмотри на время! Ох, мы наверняка опоздали! – спохватилась я и быстрым шагом направилась в аудиторию. Андрей пошел следом.

Зайдя внутрь, я вновь увидела его. Жаль, но на меня он даже не посмотрел. Удивительно, какой идеально очерченный профиль и красивые скулы! Словно не живой, а изготовленный из мрамора – черты лица безупречны! Проходя мимо, я лишь любовалась им, как иногда любуюсь на завораживающие картины природы. Еще две лекции. Две лекции, и потом я разберусь с тем, что чувствую.

На следующей перемене мы с Аней зашли в кафетерий. Есть не хотелось, и я решила ограничиться соком. Аня была явно заинтересована познаниями Марка в английском и по дороге спросила меня, что я думаю об этом.

– Хорошие обучающие курсы. Кроме того, он долгое время находился среди людей, которые говорят только на английском, – высказала я свое мнение. Интересно, Аня сможет также логически объяснить приятный шелк его голоса, если я, в свою очередь, спрошу ее?

В кафетерии была очередь, как и всегда. Марк стоял в самом ее начале. Как это он оказался здесь раньше нас? Подойдя ближе, я услышала его заказ:

– Черный кофе и плитку темного шоколада, пожалуйста.

Хотелось бы знать: черный кофе – это тоже часть его имиджа? Может, это принцип?.. И вообще – носит ли он светлые вещи?.. Наверно, я задаю слишком много вопросов. Он обычный парень, награжденный Богом красотой Аполлона и умом Афины. А черный цвет я и сама люблю.

Взяв свой заказ, Марк сел за угловой столик, где его не могли потревожить. Заводить друзей он явно не собирался. Аня оказалась права: чудеса общительности новенький действительно не проявлял.

Когда подошла моя очередь, я заказала кофе. Черный. В конце концов, у меня на этот цвет авторские права.

– Ты же пьешь со сливками? – Аня удивленно посмотрела на меня.

– Иногда разнообразие не помешает.

Сев за столик, мы замолчали. Наверно, я была слишком погружена в свои мысли. Пора срочно исправляться.

– Где же первый курс?

– Да что с тобой? Ушла в себя? – Аня вскинула брови. Ну, вот, теперь даже окружающие видят мое состояние. – Оглянись!

Недалеко от нас сидели девушки. Они оживленно обсуждали что-то. Проследив за взглядами, я поняла: Марк. Ну, конечно, кого же еще!

За столиком этих девиц явно что-то происходило. Бурные обсуждения, смех, движение. Вот одна из девушек встала и направилась прямо к Марку. Боже, какая самоуверенность! Правда, эта уверенность таяла с каждый шагом. Будь расстояние до него немного больше, она и вовсе не осмелилась бы подойти. Остальные девушки молча наблюдали за происходящим. Сразу понятно, что это просто спор. Спор на Марка. Какая наивность! Вот она подошла и обратилась к нему. Марк повернул голову, улыбнулся и что-то сказал. Он вежлив или всего лишь кажется таковым?.. Девушка покраснела и пошла прочь. Как любезно он прогнал ее. Такая участь ждет любую, которая рискнет подойти. Лучше уж держать свое самолюбие при себе.

Я сделала небольшой глоток кофе. Какой горький! Надо было взять сок.

– О чем это вы с Андреем говорили?

– Ах, это… О диске, который он привез мне из Петербурга. – Краем глаза я наблюдала за Марком. Не хочу пропустить тот момент, когда он будет проходить мимо.

– И это все?..

– Нет. Он пригласил меня в кино. Я решила, что ты сама подробно расскажешь мне сюжет.

– Снова отказала? Мы могли бы сходить вчетвером.

– Ты же знаешь – я не хочу. Он хороший друг, но не более того.

И тут я увидела то, чего так долго ждала: Марк поднялся со стула, и его фигура вновь оказалась открыта для созерцания. Такой фигуры нельзя добиться лишь благодаря конному спорту – он точно занимается чем-то еще. Неожиданно Марк направился к нашему столику. Я задержала дыхание: сейчас моргну, и он исчезнет. Нет, все правильно: я сижу здесь вместе с Аней, Марк идет к нам. Как у меня уложены волосы? Может быть, растеклась тушь?.. Как глупо! Даже если бы у меня все было идеально, разве это привлекло бы его?

Подойдя, Марк посмотрел на чашку, стоявшую на нашем столе.

– Тут всегда так варят кофе? – И перевел взгляд на меня. О нет, только не это – словно приковывает гипнозом и читает меня! Что написано в моих глазах? Кажется, он спросил про кофе?..

– Мне не нравится, как приготовили сегодня, – с трудом выдавливая слова, произнесла я. Что еще я могла сказать? Откуда я знаю, как здесь варят кофе?

– В вашем городе очень вкусно варят кофе в «Мираже».

«Мираж» – это название ресторана. Цены там заоблачные, и я там никогда не была.

– В нашем городе? Но ведь ты тоже живешь здесь?..

– Я приехал сюда ненадолго. Здесь мне нужно лишь завершить одно дело… Увидимся в аудитории!

Марк повернулся и вышел. Все студенты в кафетерии смотрели на нас. Откинувшись на спинку стула, я попыталась сделать вид, что ничего не произошло.

– Вик, это что сейчас было? – У Ани равнодушного вида не получилось.

– Я и не надеялась, что ты объяснишь мне то же самое. Я не знаю. Пойдем, у нас шестая аудитория, – позвала я. – Марк привлек к нам слишком много внимания.

Марк. Как непривычно звучит его имя, и как странно произносить его.

Аудитория уже была заполнена. Мое место на третьей парте осталось незанятым; Аня, наверное, сядет с Димой. Протолкнувшись вперед, я увидела Марка – он сел за самую первую парту. Идеальное место для учебы.

Гул позади стих. Наталья Георгиевна, преподаватель биологии, обошла всю аудиторию и встала за трибуну.

– Рада видеть всех вас снова! Сейчас пройдусь по списку, и мы с вами познакомимся с новичками.

Я только сейчас заметила, что не один Марк появился в этом году. В других группах тоже были новые студенты.

К счастью, знакомилась Наталья Георгиевна кратко, лишь называя имя студента и пробуя запомнить его в лицо. Я уже знаю, кого она запомнит без особого труда.

– Ну, что ж, начнем нашу лекцию. Запишите тему.

Студенты зашелестели тетрадями, переворачивая страницы. Вскоре гул стих окончательно, и был слышен только голос Натальи Георгиевны. Впрочем, минут через двадцать студенты на задних партах начали переговариваться.

Лекция читалась очень быстро, я с трудом успевала записывать, что было мне на руку – времени любоваться Марком не оставалось. Мысли закрутились где-то в сфере биологии, так что я почти освободилась.

По окончании лекции студенты с шумом покидали аудиторию. Мы с Аней с трудом проталкивались к выходу, а Марк уже проворно проскользнул через толпу. И как это у него получается? Выйдя на улицу, я увидела, как он садится в черный внедорожник. Марк аккуратно выехал с парковки и повернул в сторону темной улицы, по которой мы с Аней гуляем вечерами. Отлично. Сегодня больше не будет попадаться мне на глаза, заставляя бороться с непонятными для меня чувствами. Я провожала машину взглядом до тех пор, пока та не скрылась из виду.

По дороге к дому у меня поднялось настроение, чему немало способствовало отсутствие дождя. Тучи еще закрывали небо, и лучам солнца было не прорваться сквозь такую пелену. Но зато не было необходимости в зонте.

На улице холодало, я замерзла, и поэтому поспешила в магазин. К моему сожалению, там была огромная очередь. Я положила в корзину капусту брокколи, фарш, адыгейский сыр и пачку сока. Кое-как дождавшись своей очереди и заплатив, побежала домой. Скоро придет мама, а у меня еще ничего не готово. Хорошо, что я заняла себя приготовлением еды. Если бы ничего не делала, то никуда бы не делась от воспоминаний о черных глазах.

За ужином мы с мамой говорили о первом дне учебы.

– В группе появилось несколько новых студентов, кроме этого – ничего интересного, – информировала я ее. Не могу же я рассказать, что один из них вывел меня из равновесия.

– Наконец-то ты прекратишь свои ночные прогулки!

– Честно говоря, мам, я сегодня опять ухожу.

– Ты попадешь под дождь.

– Возьму с собой зонтик.

– С кем идешь?

– С Аней, как всегда, – ответила я. Вот, ну зачем она задала этот вопрос? Видит Бог, я не хотела врать.

Я надела черные брюки и вязаный свитер – чем теплее и скромнее, тем лучше. Было бы хорошо, если бы дождь все-таки не пошел.

На улице было темнее, чем обычно. Тяжелые низкие тучи упрямо не хотели покидать небо над нашим городком. Еще вчера листья деревьев игриво переливались от солнечного света, а сегодня создавалось впечатление, что вокруг одни мрачные страшные статуи. Далеко не идеальный день для прогулок.

На озере всего пара человек. Темная вода отражает свинцовые тучи. Не слышно даже пения птиц. Зато воздух легкий и свежий – после дождя становится приятнее дышать. А еще – здесь удивительно спокойно, а я пришла сюда именно за этим.

В темной глади воды, казалось, было нечто опасное. Но, все же, не такое черное и страшное, как в глазах Марка. Может ли быть такое, что действительно существуют люди, способные читать чужие мысли? Когда он взглянул на меня, мне показалось, будто он гипнозом приковывает к себе и проникает внутрь, читая все то, что происходит во мне, открывая каждый секрет моей души. И, несмотря на это, я с таким трудом могла оторвать взгляд… А его красота? Идеальные черты лица, безупречная фигура, шелковый голос, сводящий с ума… Да кто он такой?! Почему и сейчас я думаю о нем? Как вести себя дальше, чтобы суметь не смотреть на него и жить, как прежде? Я поймала себя на мысли, что жду завтрашнего дня, чтобы вновь увидеть его и полюбоваться. Может, в этом и нет ничего плохого? Меня охватила тоска. Я вновь и вновь вызывала в памяти его глаза, его внешность, голос, обращение ко мне, чтобы понять: что чувствую и как с этим бороться. Может, все девушки нашей академии переживают сейчас что-то подобное? Не могу понять, как у той девицы хватило смелости подойти. Я никогда бы не осмелилась! Он слишком гордый. Наверно, это и есть его недостаток. Просто, его недостатки – это, скорее, следствие достоинств.

Незаметно для себя я прошла озеро, аллею, темную улицу, и начала спускаться по той же аллее, обратно к озеру… Совсем стемнело, фонари неярко освещали дорогу. Комары так и норовили укусить, но на мне было слишком много одежды. Цветы закрыли свои венчики и мирно спали после обильного полива.

Мне необходимо выбрать тактику общения с ним. Точнее будет сказать – тактику отсутствия этого общения. Не могу понять, чего я хочу – то ли совсем не смотреть и не контактировать с ним, то ли разрешить себе иногда любоваться. Совсем не смотреть на него будет сложно. Он слишком красив. Но я должна попробовать. Мне не нравится, что он вызывает во мне бурю эмоций. Все, решено! Отныне Марк для меня не существует. Я буду приходить в академию только на учебу.

От этих мыслей сразу стало грустно. Неужели завтра я лишу себя удовольствия насладиться его красотой?..

Я обходила озеро, когда метрах в двадцати от себя увидела мужчину. Он был один; стоял и смотрел в мою сторону. Казалось, что ждет именно меня. Я испугалась и инстинктивно оглянулась – есть ли кто-то еще? Сзади шли еще двое, и я немного успокоилась – он не сможет напасть на меня при людях. Но страх внутри все же царапался и проникал в душу. Через несколько секунд я увидела еще одного мужчину – тот надвигался слева. Господи Боже, да меня окружают! С правой стороны было озеро, но при необходимости я лучше брошусь в холодную воду. Двое сзади догоняли. Я потянулась к сумке, чтобы достать газовый баллончик, про который совсем забыла, думая о Марке, но услышала голос из-за спины:

– Детка, на твоем месте я бы этого не делал.

Я испуганно обернулась. Надо держать себя в руках, паника – последнее дело. Что там рассказывали об общении с преступниками? Не провоцировать, не повышать голос, не смотреть в глаза.

Вскоре подошли все. Кроме них не было никого, кричать – бесполезно, бежать – некуда.

– Красавица, не хочешь с нами поразвлечься? – ухмыльнулся один из них.

Мужчины окружили меня, явно не собираясь выпускать из своего круга. Какие приемы борьбы мне показывал Андрей?.. Мысленно я перебирала все возможные способы ударов. Как глупо! Будь здесь даже один из них, я вряд ли одолела бы его. Нужно выбрать другую тактику, главное – никакой паники.

– Хотите меня пригласить куда-то? – Я постаралась выдавить из себя улыбку, хотя в данный момент вряд ли была на это способна.

– Если это можно так назвать. – Послышались сдавленные смешки.

Мужчина, стоящий позади, подтолкнул меня вперед. От страха мне все сложнее было держать себя в руках. Я много раз гуляла одна, но почему-то сегодня мне крупно не повезло. Что же делать?!

– Зачем же так грубо? – В моем голосе наверняка угадывался страх.

– Простите, мадемуазель, позвольте вас проводить!

– Тот мужчина, что толкнул меня, теперь положил руку мне на талию, и мы двинулись вперед. Остальные шли с другой стороны – таким образом, я снова оказалась в ловушке. Мне казалось, я сейчас не выдержу и попытаюсь вырваться, – что было бы глупо, учитывая характер ситуации. Куда они ведут меня? Лишь бы попался кто-нибудь, хоть кто-то прошел бы мимо! Это была моя единственная надежда. Мы перешли на другую сторону озера, и впереди я увидела темно-синюю машину. Сейчас меня посадят туда, и я пропала. Все, пора что-то предпринимать! Хуже быть не может. Я шла расслабленно, давая понять ведущему меня мужчине, что не сопротивляюсь. Он тоже расслабился и шел спокойно. Раз! – я дернулась назад, но он резко схватил меня за руку. Теперь я уже отчаянно билась, пытаясь вырваться. У меня началась паника.

– Детка, вот ты и показала свой нрав! – Мужчина лишь смеялся надо мной, пожирая глазами. И тут он резко дернул меня к себе.

Прости меня, мама, сколько слез я причиняю тебе! Пожалуйста, прости, я у тебя совсем одна, и не хотела причинять столько боли…

– Отпустите девушку. – Я услышала голос, сразу за которым последовал удар. Ударили мужчину, который держал меня, и с такой силой, что я тоже отлетела в сторону. Мои руки тряслись от страха и паники, я с трудом понимала происходящее. Черные волосы. Черный костюм. Шелковый голос. Марк.

– Неправильно выбираете себе игрушку. – Марк ударил другого и разбил тому нос. Двое напали на него, но резким ударом ноги в колено он сломал одному из них ногу, а после уложил на землю и второго. Марк продолжал бойню с невероятной яростью. Что он творит?! Мне показалось, что Марк не меня спасает, а наслаждается болью и битвой. Он уже раскидал всех четверых, так зачем добивает? Подойдя к одному из поверженных, Марк ударил еще. Было похоже, что он не может остановиться, что и в самом деле – кровь и битва доставляют ему удовольствие. Я очень испугалась.

– Марк, остановись! Пожалуйста! – закричала я, боясь сдвинуться с места. Я смотрела на него, не зная, что сделать – подойти или нет. Благодарить его за такое или нет? Марк уже поднял руку для следующего удара, когда вдруг оглянулся на меня. Я испуганно смотрела в его сторону, не в силах больше стоять. Закружилась голова, я села прямо на асфальт и всхлипнула. Пережитое никак не укладывалось в моей голове. Марк спас меня, но, Боже, как жестоко! Лежавшие на земле мужчины глухо постанывали. Возле каждого расплывалась лужа крови.

– Зачем ты гуляешь одна в такое время? – Марк осторожно приподнял меня с земли и поставил на ноги. Я снова увидела взгляд черных глаз. Сейчас в них было что-то дикое, яростное, кровавое, словно бесы заполонили его душу. Я инстинктивно отшатнулась, но он крепко держал меня двумя руками.

– Я… я… – Из груди вырывались лишь всхлипы, буквы определенно отказывались складываться в слова.

– Пойдем отсюда. – Марк аккуратно взял меня под локоть и повел подальше от озера. Я еле передвигала ноги и с трудом сохраняла равновесие, но он крепко держал меня, не давая упасть. В голове все смешалось – я не знала, что сказать и как отреагировать на произошедшее. Мы подошли к скамейке, и Марк бережно усадил меня, после чего и сам сел рядом.

– Как ты оказалась одна в такое время и в таком месте? Тебе жить надоело? – прорычал он, а я не понимала, о чем он думал – в его глазах не было желания защитить меня. Нет, что-то другое заставило его подойти и помочь… Но что именно?

– Как… – Постепенно я приходила в себя, и картины случившегося по порядку выстраивались в моей голове.

– Как ты справился со всеми?

– Я занимался борьбой. Послушай меня: тебе не стоит выходить одной так поздно. Это очень опасно.

– Я просто… Я часто гуляю одна.

– Удивлен, как ты до сих пор обходилась без подобных инцидентов.

– Что случилось с теми мужчинами? Наверное, нужно вызвать скорую…

– Нет. Они получили по заслугам, и очень скоро придут в себя. – В его голосе я слышала злость, переходящую в какое-то странное удовлетворение от осознания того, что нападавшие избиты.

– Ты жестоко расправился с ними.

– Жестоко? Не думаю, что то, что они собирались сделать с тобой, блещет милосердием.

– Спасибо, – выдавила я. – Что спас меня – Послушай… – Марк приподнял мой подбородок и посмотрел в глаза. От его взгляда на меня словно нахлынула волна незнакомого мне чувства, скорее даже, смеси чувств. – Эти четверо уже не раз нападали на девушек. Знаешь ли ты, что творится в их душах? Там не осталось ничего от добра и сострадания. Вы не любите таких людей. – Я не поняла, что именно он имел в виду, говоря «вы». Всех девушек или всех людей?.. – Им ничего не стоит убивать людей, насиловать, причинять боль. Не понимаю, почему ты жалеешь их. Если бы я не сделал то, что сделал, они бы вновь напали на меня, и так до тех пор, пока я окончательно не забил бы их. Я просто сделал это сразу.

– Откуда ты знаешь?

– Что?

– Что им ничего не стоит убивать людей? Откуда ты знаешь, что творится в их душах? – Я спрашивала потому, что Марк говорил об этом с такой уверенностью, как будто знал наверняка.

– Эти люди, как и подобные им, потеряли свое сердце. Они перешли все границы. В жизни у них не осталось ничего, что имело бы смысл. Им все равно, что делать и как жить. Все равно! И больше не подвергай себя такой опасности. Я не смогу всегда быть рядом. – Он улыбнулся.

Его улыбка, обращенная ко мне, залечила в моей душе все переживания и перекрыла все события, которые я только что пережила. Я забыла и свой страх, и удивление, и шок от произошедшего, забыла стоны мужчин и собственные трясущиеся руки… Какая разница! Марк сидит рядом и улыбается мне. Да, я оказалась здесь случайно, но все же оказалась. И теперь имею право так близко рассматривать его блестящие волосы, его губы и глаза. В глаза я тоже могу смотреть. Я инстинктивно потянулась ближе… Какой же он красивый!

– Я провожу тебя. – Его голос вернул меня к реальности. Надеюсь, он не заметил, как я любовалась им, или хотя бы не понял, чем вызвано такое мое поведение. – Идти можешь?

– Да, конечно, – поспешно ответила я. – Я и так отняла у тебя много времени.

– Очень приятно спасать такую милую девушку. – Голос стал мягким, сладким, завораживающим…

Что он сказал? Милая девушка? Это шутка? Я взглянула на Марка. Странно, в глазах искренность, словно действительно видит во мне на редкость милое создание.

– Ты очень красивая. – Еще один сладкий комплимент, произнесенный шелковым голосом. Так и хочется блаженно закрыть глаза…

Зачем он говорит мне все это? Не думаю, что он бросается комплиментами всем девушкам; судя по всему, ему не нужна свора бегающих за ним поклонниц.

– Ты мне не веришь? – Марк не отрывал от меня взгляда. Неужели все мои чувства написаны на лице?

– Верю, спасибо… – Я опустила глаза, уставившись в асфальт. Забуду об этом!

Марк вел меня в направлении моего дома, как будто знал, где я живу. Внезапный раскат грома так сильно напугал меня, что я потянулась к Марку и схватила его за руку. Боже, какая горячая рука! Словно огонь горел внутри него, а сверху кожа лишь спасала от ожогов.

– У тебя жар! – Я хотела потрогать его лоб, но не стала, боясь не дотянуться.

– Нет. Это моя нормальная температура.

– Вовсе нет! Ты весь горишь!

– Вика, успокойся, я повторяю – я всегда такой горячий. – Мое имя в его устах прозвучало, как еще один раскат грома, – меня поразило то, как красиво оно звучит.

– Это нормально? Ты обращался к врачу?

– Странно, почему ты почувствовала мою температуру. До этого все реагировали по-другому. – В его шелковом голосе я слышала удивление.

– Такое сложно не заметить. Ты горячий, словно побывал в огне.

В черных глазах мелькнули огоньки, будто я задела за живое.

– Прими это, как данность. Если я не ошибаюсь, туда? – Марк указал на мой дом.

От удивления я вздрогнула.

– Я следил за тобой. Шучу. – Он снова улыбнулся мне. Так откуда же он все-таки знает?

Мы подошли к моему подъезду. Сказка вот-вот закончится.

Я еще раз взглянула на него, чтобы на всю ночь запечатлеть его образ в своем сознании. Упругое, гибкое, сильное тело. Спадающие на глаза волосы. Идеальные очертания лица. Обращенные ко мне глаза. Хочу запомнить все это.

– Надеюсь, до квартиры доберешься без приключений? – Его рука коснулась моей щеки, чтобы поправить волосы, и меня обдало жаром – словно огонь коснулся, а не рука. В этот миг больше всего на свете мне хотелось остановить время. Пусть моя щека пылает под его рукой, а черные глаза лишают последних остатков благоразумия, но зато ощущение счастья проникает в мое остановившееся сердце. Марк стоит рядом со мной, и этот миг я запомню навсегда. Откуда проявление такой нежности с его стороны, откуда такая забота в глазах? Не хочу, чтобы это кончалось, хочу вечно таять под его взглядом. Надо что-то ответить. Он ждет.

– Постараюсь, – пролепетала я. – Спасибо, ты очень помог мне.

– Еще увидимся! – Плен черных глаз освободил меня.

Марк повернулся и уже уходил в темноту. Пожалуй, не стоит стоять и смотреть ему вслед. Я вздохнула и пошла домой.

Мама не спала, просто лежала на кровати и читала книгу.

– Дочка, ты пришла? Почему я не могла до тебя дозвониться? – Мама была так обеспокоена, словно знала, что со мной что-то случилось. Я вынула телефон из сумки и обнаружила, что в нем села батарейка. Это и к лучшему – мама испугалась бы сильнее, если бы я просто не отвечала.

– Телефон нужно зарядить. А почему ты не спишь?

– Не могла уснуть. Что-то тревожило… У тебя все хорошо?

– Да, мам. Все, как обычно. – Снова пришлось умолчать о некоторых событиях. Я подошла к ее кровати и присела рядом. – Мамуль, я так люблю тебя.

– Тогда не заставляй больше переживать. Хотя бы проверяй телефон перед тем, как куда-то идти.

– Но ведь ты же всегда спишь в это время.

– Да, но сегодня на меня напала какая-то тревога. Слава Богу, все хорошо! – Мама отложила книгу и закрыла глаза. Я поцеловала ее в щеку.

– Спокойной ночи, мамуль!

– Спасибо. Ты тоже ложись.

Успокоив маму, я вышла на балкон. За окном уже лило как из ведра. Надо же – десять минут назад не было ни капельки. Я вовремя зашла домой. Блеснула яркая вспышка молнии, и с неба начали раздаваться перекаты грома. Как страшно оказаться сейчас на улице! Интересно, Марк уже добрался до дома? Может, он взял такси? И вообще – что он делал в такую ночь на озере? Впрочем, эта погода очень подходит ему. Дождь и молния. И – темнота. Тяжелые капли дождя барабанят по крыше. Я открыла окно и протянула руку. Еще молния. Еще гром. Как захватывающе! Последний раз я взглянула на бушующую стихию и отправилась в ванную. Попытки смыть с себя плохие воспоминания от сегодняшней прогулки мне удавались плохо. Страх. Мужчина, ведущий меня. Удар. Стоны. Черные глаза, наполненные наслаждением из-за происходящей вокруг бойни. Самое страшное – это глаза… Казалось, Марка не остановить, он будет бить бесконечно. Я ополоснула лицо водой, еще раз попытавшись вырвать из сердца то, чего я не могла понять. Разве можно наслаждаться жестокостью?..

Я залезла на постель и отдалась воспоминаниям о том, что произошло после драки. «Ты очень красивая», – манящий голос эхом отражался в моей голове. А когда он дотронулся до моей щеки, его глаза были совершенно другими… Да, такие же черные и опасные, но в то же время – завораживающие. А температура тела? Как объяснить ее? Незаметно для себя я провалилась в сон.

## Глава 3

– Вика… Вика, пойдем со мной! – Марк держал меня за руку и звал за собой.

– Куда ты ведешь меня?

Вокруг было темно, место – незнакомое, деревья огораживали нас со всех сторон. Я шла за Марком по траве, тропинки не было.

– Ты пойдешь со мной? – Черные глаза гипнотизировали. – Посмотри на меня. Я не сделаю ничего плохого… Так ты пойдешь со мной?

Я смотрела ему в глаза. Искренность в них и забота внушали доверие. Опасность и чернота дарили интригу.

Соблазн и искушение влекли. Он вел себя так, словно я уже была в его власти. Пойду ли я за ним? Я пойду куда угодно, лишь бы наслаждаться его красотой.

– Я иду с тобой.

– Закрой глаза. Послушай меня! – Я не хотела отрывать от него взгляд, однако послушно выполнила его просьбу. Он продолжал вести меня, но и с закрытыми глазами я не боялась, что упаду. Его присутствие дарило ощущение защищенности. – Ты так красива. Твой запах можно сравнить с приятным ароматом роз. В твоих глазах столько доверия. Ты словно ребенок… – Шелковый голос произносил столь сладкие слова, что я начала полностью расслабляться. Я наслаждалась его словами, но еще больше – мелодичностью голоса, который заставлял слушать только его… – Ты – прелесть! Ты веришь мне?..

– Да, я верю тебе, – неосознанно ответила я, хотя его слова были слишком хорошими, чтобы поверить, но и слишком сладкими, чтобы отказываться. Я открыла глаза. Мы остановились.

– Не бойся меня, – его рука вновь скользнула по моей щеке и погладила ее. – Ты будешь со мной?

– Да. – Сердце почти перестало биться, словно пытаясь замедлить ход времени.

– Хорошо. – Марк поднял на меня свои глаза, и я увидела злобу, ярость – их словно налили черной кровью. В испуге я отпрянула от него, но он крепко схватил меня за руку. Ладонь начало жечь, словно ее засунули в огненное кольцо, и я в панике пыталась сбросить огонь с себя.

– Марк! Отпусти меня!

– Все хорошо, Вика, так и должно быть.

Руку жгло, огонь двигался к плечу. От боли я вскрикнула и… проснулась.

Слава Богу, это всего лишь сон! Это всего лишь сон… Я посмотрела на часы – три часа ночи. Я уже несколько месяцев не помнила своих снов. Марк заставил меня смотреть ужасы во сне. Он напрочь лишил меня покоя. На меня всего лишь подействовали события вчерашнего вечера – внушала я себе. Мое сознание переделало все произошедшее. Нужно уснуть.

Первое, что я вспомнила, когда зазвенел будильник – это мой кошмарный сон. Я разложила по полочкам все, произошедшее вчера. Сон – это всего лишь следствие моих переживаний.

Сегодня меня ждут две пары химии и столько же физики.

Как вести себя с Марком? Вряд ли я теперь смогу не обращать на него внимания. Хотя, в этом есть плюс – я буду любоваться им. На душе сразу полегчало, и появилось желание как можно быстрее оказаться в академии. В этом-то и таится опасность – что, если все мои интересы отныне ограничатся им одним? Мне нужно быть осторожнее.

Быстро собравшись, я вышла из дома. Как же хорошо на улице! От вчерашних туч не осталось и следа. На чистом, ясном, голубом небе ни облачка. Земля влажная, деревья словно оживились, и листья на них заиграли свежими красками. Депрессия мне сегодня не грозит. Прогулочным шагом я направилась в академию.

«Скоро я увижу его!» От этой мысли меня охватил трепет.

Дойдя до академии, я посмотрела номер аудитории. Десятая. В предвкушении того, что сейчас увижу его, я переступила порог и попыталась найти Марка в толпе студентов. Первая парта пуста. Наверно, еще не пришел. Аня помахала мне рукой. Глаза у нее блестели от радости. Хоть у нее все хорошо.

– Дима сказал мне, что все лето очень скучал. Что каждый день ждал нашей встречи. Что безумно рад тому, что я согласилась провести с ним вечер! – Аня рассказывала о свидании, о его словах, о своих чувствах. Сейчас она была счастлива. Испытаю ли я когда-нибудь что-нибудь подобное? Смогу ли также сиять от счастья, словно весь мир создан для меня? Я вспомнила один момент. Плен черных глаз, горячая рука на моей щеке… Один миг! Что я чувствовала? Не знаю, но точно не хотела, чтобы это закончилось.

В аудиторию вошел Олег Константинович; он ведет у нас физику с первого курса. Я посмотрела на часы: пять минут двенадцатого. Пара началась. Как же так? Почему первая парта свободна? Очередной раз я оглянулась в надежде увидеть красивое лицо. Настроение моментально испортилось, словно я зря пришла сюда. Не хочу ни с кем разговаривать. Не хочу ничего писать. Хочу домой!

Физика – один из моих любимых предметов. Нужно постараться сосредоточиться на ней. Это хорошо, что Марк не пришел – не нужно думать, как вести себя с ним после вчерашнего вечера. Чем меньше вижу его, тем лучше для меня. Физика. Гораздо полезнее вникать в новую тему, чем блаженно любоваться его лицом.

Две пары физики прошли достаточно быстро. Но я все равно чувствовала разочарование, которое росло с каждой минутой. Впереди выходные, и я не увижу его еще два дня. Два дня! Это слишком много. Надо чем-то занять себя в выходные – другими мыслями, другими чувствами… Сегодня обдумаю планы на субботу и воскресенье.

Пары закончились к вечеру. При выходе из академии ко мне подошел Андрей.

– Держи! – он протянул мне диск и небольшой сувенир – белого котенка.

– Очень милый котенок! Это новая игра? – Я взяла диск в руки. Теперь знаю, чем занять себя вечером. – Андрей, ты чудо! Спасибо! – В благодарность я обняла его. Он всегда может поднять мне настроение.

– Всегда пожалуйста.

– Думаю, сегодня вечером моим лучшим другом станет компьютер. Не удивляйся, если каждые полчаса буду звонить тебе – без твоей помощи невозможно справиться с игрой.

– Приходи завтра в гости, вместе поиграем! – Андрей улыбнулся мне. Я заколебалась. В принципе, постараюсь дать ему понять, что он может рассчитывать только на дружбу.

– Лучше, ты ко мне. И пораньше… Часов в двенадцать?

– Договорились!

Вернувшись домой, я села за компьютер. Игра захватила меня надолго – Марка я не вспоминала. Спать легла около полуночи. Но, как только закрыла глаза, снова представила перед собой его лицо. Этой ночью он снова снился мне. На этот раз это не был кошмар. Но все равно – он снился, и этим лишал меня покоя. Когда это закончится? Когда я верну себе прежние мысли и интересы?

– Дочка, тебе не кажется, что ты слишком долго спишь? – Приятный мамин голос развеял мои ночные грезы. Лицо Марка испарилось, как только я открыла глаза. – Доброе утро! – Мама поцеловала меня.

– Доброе!

– Уже одиннадцать часов.

– Одиннадцать?! Скоро же Андрей придет!

С его помощью я сумела пройти всю игру за несколько часов. Точнее, это он прошел ее и, скорее всего, без моей помощи. Шесть часов рядом с ним пролетели незаметно. Иногда в комнату врывалась мама с безуспешными попытками оторвать нас от монитора. Потом и она куда-то ушла.

После того, как игра была закончена, мы с Андреем отправились на кухню пить кофе.

– Видишь, все невозможное оказывается вполне реальным! – усмехнулся он.

– Это реально, только когда ты рядом. Не знаю, как другие обходятся без тебя.

– Приятная лесть.

– Я говорю серьезно.

– Вика… – Андрей взял мою руку и пальцем начал вырисовывать узоры на ладошке. Такое его поведение мне совсем не понравилось. Повисло молчание, после которого он продолжил: – Если не хочешь в кино, предлагаю что-нибудь другое – все, что ты захочешь.

– Тебе не кажется, что сегодня мы с тобой провели вместе достаточно времени? – тихо проговорила я. Вот, зачем он ставит меня в такое неловкое положение?

– Пожалуй, шесть часов в день действительно достаточно, – Андрей отпустил мою руку. На сегодня эта неприятная сцена закончена.

В эту ночь я уснула очень быстро, и Марку не удалось нарушить мой покой – во сне я не видела его. Значит, все возвращается на круги своя. Пусть он не приходит и в понедельник – оказывается, не думая о нем, жить гораздо проще.

Проснулась я в отличном настроении. Лучи солнца освещали комнату, и на душе сразу стало как-то очень легко и спокойно. Наконец-то все так, как обычно. На улице тепло, мама дома, у меня – выходной. Но самое главное – я не вспоминаю о черных глазах и шелковом голосе. Как хорошо!

– Солнышко, вставай! – Мама отняла у меня одеяло. Разве я могла услышать что-то более приятное с утра? Я сладко потянулась. – У меня есть к тебе одна просьба.

– Ради того, чтобы меня каждое утро будили такими словами, я готова сделать все, что угодно.

Мама работает дизайнером. Ей нравится вечно что-то придумывать, рисовать, создавать новое. Сегодня она попросила меня забрать проекты, которые оставила у моей тети.

Тетя жила в другом конце города, но я была не прочь прогуляться. Там мне вручили два огромных пакета.

Пакеты оказались не тяжелыми, но очень громоздкими – идти было неудобно. Наверно, лучше взять такси. Я направилась к ближайшей парковке, коря себя за то, что не вызвала такси прямо из тетиного дома. Но, как только я вышла на дорогу, прямо передо мной, словно из-под земли, вырос знакомый черный внедорожник. Сердце предательски забилось. Не успела я понять, каким образом удача могла так подвести меня, как Марк уже припарковался и вышел из машины. В тот же момент я поняла, что все мои старания в пятницу и субботу прошли даром. Марк вышел, и я вновь могла смотреть только на него. Больше всего сейчас мне хотелось зажмуриться, потом открыть глаза и убедиться, что на самом деле его здесь нет.

– Я тебя подвезу. Садись в машину, – сказал он, забирая у меня пакеты. Марк даже не предоставил мне выбора. Это было сказано так, словно мыслей отказаться у меня и возникнуть не могло.

– Марк, не стоит. Я причиняю тебе слишком много проблем. Спасибо, но я дойду сама.

Неужели он не понимает, что я не могу выдерживать такие испытания? Может быть, всучить ему зеркало, а голос записать на диктофон, чтобы он понял, как мучительно находиться рядом с ним?

– Ты причинишь мне гораздо больше проблем, если пойдешь одна. А так я буду знать, что ты в целости и сохранности, – он сообщил это, уже занося мои сумки в свою машину. Кажется, у меня действительно нет выбора.

Преодолев нерешительность, я села в машину. Салон был обшит черным бархатом, очень приятным на ощупь. Работал кондиционер, и внутри было приятно свежо. Обстановка располагала к релаксации, но я была далека от расслабления – сердце бешено стучало, а я не знала, чего именно ожидать от этой поездки.

– Расслабься, я тебя не съем. – Марк улыбнулся мне. Его слова действительно сняли мое напряжение, и уже через пару минут я успокоилась. Как же легко он сбивает мне все мысли! Сейчас я хочу лишь одного – повернуться и любоваться им. Насмотреться на него за те два дня, что не видела. – Среди твоих знакомых есть дизайнеры? – как ни в чем не бывало, спросил Марк. Значит, он уже заметил, что лежит у меня в пакетах. Я с трудом понимала смысл его слов – хотелось просто закрыть глаза и слушать голос.

– Моя мама – дизайнер.

– У меня много интересных проектов, если вдруг понадобится.

– Угу, – промычала я.

– Почему ты не хотела, чтобы я подвез тебя?

– Просто, не хочу утруждать.

– Я могу только радоваться такой возможности.

Все, я не могу больше это слушать! Не могу больше смотреть на него! Все слишком хорошо, чтобы быть правдой. Ему что-то нужно от меня. Но – что? Я уже готова была высказать ему все, что думаю о нем, о его внешности, характере, и также о сегодняшней встрече, но не решилась сделать это. Не хочу лишаться своего спокойствия и ночами смотреть кошмары с ним в главной роли.

– Твоя температура спала?

– Убедись сама. – И он накрыл своей ладонью мою. Горячая! Пылает, словно огонь. Я аккуратно вытянула руку – иначе меня бросит в жар.

– Впервые сталкиваюсь с подобным.

– На самом деле я удивлен, что ты так остро реагируешь на мое тепло. Когда я касаюсь кого-то другого, никто не чувствует этого жара. Я впервые вижу человека, который заметил это.

– Ты шутишь? – Я удивлялась все больше. Мне захотелось попросить кого-нибудь дотронуться до Марка: невозможно не почувствовать, какой он горячий. – Не может такого быть, чтобы другие не замечали этого!

– Я похож на вруна? – И снова совершенная улыбка.

Да он может быть похож на кого угодно, на кого только захочет походить!

– Я должна судить по внешности?

– Не только.

– Да. Ты похож на вруна. На очень искусного обманщика. Иначе, как объяснить твою ложь о том, что ты радуешься возможности подвезти меня.

– Но это так! Почему ты не веришь? Я бы не стал даже останавливать машину, если бы не хотел, чтобы сейчас ты сидела рядом.

– Какую чушь ты несешь! Ты прав, я тебе не верю.

– Не все сразу… – Его взгляд поймал мой, и я оказалась в плену черных глаз. Я вглядывалась в них, ища ответы и пытаясь разобраться, но лишь тонула в их черноте – они искушали меня с неудержимой силой. Мне уже было все равно, что он подумает, но не смотреть я не могла. К счастью, он перевел взгляд на дорогу – мы заезжали во двор.

– Какая у тебя температура?

– Отложим ответ до следующего раза. – Он остановил машину возле моего подъезда. – Не хочу пугать тебя.

– Значит ли это, что ответа я так и не дождусь?

– Это значит, что мы увидимся еще. – И снова взгляд черных глаз, внушающий мне произносимые слова.

Увидимся еще… Он отвел взгляд и вышел из машины. Я вышла за ним. Достав громоздкие пакеты, Марк вручил их мне.

– До встречи! И постарайся не попадать без меня в беду.

– Спасибо. – Я стояла, словно завороженная, и безумно не хотела, чтобы он уезжал.

Черный «Лексус» проехал мимо, сквозь тонированные стекла не было видно водителя. Я развернулась и пошла домой. Как жаль, что все закончилось! Как жаль, что я сейчас одна… Поднимаясь наверх, я была погружена в свои мысли, вновь и вновь повторяя его слова, вспоминая его лицо. Ну, вот, я заболела. Заболела Марком, и эту болезнь нужно чем-то лечить.

Даже не переодеваясь, я легла на кровать и закрыла глаза. На сердце было чувство тяжести, раньше неведомое мне. Чувство тяжести, перемешанное с неопределенностью, отсутствием привычного спокойствия. Я не понимаю поступки и слова Марка, не знаю, чего ждать от него. Придет ли он завтра? Подойдет ли ко мне? Может, будет вести себя так, словно вне стен академии мы и не виделись? Что значит «увидимся еще»? Вопросы мучили меня, вперемешку с нежеланием отвечать на них. Я пыталась перестать думать о Марке, но мысли упрямо возвращались к нему. Все понятно – лежать бесполезно, нужно чем-то заняться. Я поднялась и вышла из комнаты.

## Глава 4

– Я приготовила твою любимую запеканку с рыбой.

– Мама накладывала мне в тарелку еду.

– Спасибо, мам.

– Что-то случилось?

– Не знаю. Очень устала.

– Первый раз вижу тебя такой. Может, стоит сходить к врачу?.. Ты о чем-то беспокоишься.

– Скоро пройдет! – Я постаралась улыбнуться. Тыкая вилкой в запеканку, я не имела ни малейшего желания есть. Со мной явно что-то происходит – раньше испортить мне аппетит было невозможно.

– Может, что-нибудь хочешь?.. Давай прогуляемся.

– Со мной все в порядке, я найду себе занятие.

– Если что-нибудь понадобится, я в комнате. – Мама убрала тарелку и вернулась к своим проектам.

Кое-как доев свою порцию и выпив сока, я включила компьютер и вышла в интернет. В строку «найти» я ввела «высокая температура тела». Вышло множество ссылок и, открыв одну из них, я прочитала: «Норма для каждого человека – явление объективное, реальное, индивидуальное… Температура тела – комплексный показатель теплового состояния организма человека, выражающий сложные отношения между теплопродукцией различных органов и тканей и теплообменом между ними и внешней средой. Средняя температура человеческого тела обычно колеблется в диапазоне между тридцатью шестью и пятью десятыми и тридцатью семью и двумя десятыми градуса. Выявлены температурные различия между внутренними органами, разница может составлять до пяти – десяти градусов. Критической температурой тела считается сорок два градуса, при ней происходит нарушение обмена вещества в тканях мозга. Гипертермия – ненормальное повышение температуры выше тридцати семи градусов, произошедшее в результате заболевания. Не спадающая долгое время повышенная температура свидетельствует об опасном состоянии человека. Температура тела выше сорока двух и две десятых градуса приводит к потере сознания. Если она не спадает, то происходит повреждение головного мозга».

Я задумалась о том, какая температура у Марка. Вспомнив его прикосновения, я не могла даже представить. Слишком высокая, чтобы он вел себя, как здоровый человек. Но почему другие не ощущают этого жара? Этого не может быть. Я пыталась понять и найти ответы на свои вопросы, но – безуспешно. С тем же неопределенным чувством, с каким включила компьютер, я выключила его. Факты упорно отказывались складываться в единую цепочку.

Так и не ответив ни на один из своих вопросов, я решила: будь что будет. Не стоит трепать свои нервы. Проблемы нужно решать по мере их поступления. А у меня сейчас нет проблем, кроме тех, которые я создаю себе сама.

Решив немного отвлечься, я заглянула в комнату к маме и предложила свою помощь. В итоге мой вечер был занят работой с проектами.

А ночью мне снова снился Марк.

Проснулась я не выспавшаяся. На учебу – только к четырем часам вечера. Чтобы скоротать время, я решила сходить в магазин за продуктами и приготовить пиццу.

Несмотря на то, что у меня было много времени, я все равно чуть было не опоздала на лекцию и влетела в аудиторию сразу за преподавателем. За первой партой сидел тот, кто лишил меня покоя; тот, кем я буду любоваться ближайшие полтора часа. Увидев меня, Марк незаметно махнул мне рукой. Сердечко сразу забилось быстрее, и я улыбнулась ему.

– Эй! – Кто-то схватил меня за локоть. – Привет! Стоишь прямо у меня под носом и не замечаешь. – Андрей обиженно посмотрел на меня.

– Прости. Я просто задумалась, – ответила я и щелкнула его по носу в знак примирения. Удивительно, но я заметила, что мое настроение улучшилось, как только я увидела Марка.

– Садись сюда. – Андрей предложил мне место рядом с ним.

– Нет. Отсюда я ничего не увижу. Ты же знаешь, у меня не самое лучшее зрение. – Я прошла мимо него и села за третью парту. Очень удобное место – отсюда хорошо было видно Марка.

Анатомия меня мало интересовала, но мы писали всю лекцию. Постоянно. Марк ни разу не оглянулся на меня. Значит, пока все идет так, как и должно быть. С чего я взяла, что он вообще обратит на меня внимание.

Когда лекция закончилась, Марк вышел из аудитории первым. Как это у него получается, ведь тут такая толпа? Сейчас он уедет, а я даже не успею посмотреть ему вслед.

– Пробовала пройти игру одна? – Андрей снова вынырнул откуда-то из-под моего носа. Или это я так упорно не замечаю ничего вокруг?

– Процесс идет. Возможно, через месяц я осилю ее.

– Я принес тебе другие на выбор. – Андрей разложил на последней парте несколько дисков, лишая меня последней возможности увидеть уезжающий «Лексус».

Пытаясь изобразить интерес, я выбрала первый попавшийся диск.

– Это что?

– Стратегия. Хороший выбор!

– Скоро я стану игроманом.

– Я предлагал тебе другие способы времяпрепровождения, – проговорил он. О нет! Опять за старое…

– Твоя стихия – это компьютеры и технологии. Честно говоря, не представляю, как ты можешь ходить в кино или гулять.

– Я мог бы тебе показать.

– Андрей, мне пора. Я тороплюсь – обещала помочь маме с проектами, – придумала я первое, что пришло в голову. – Спасибо за диск! – Не дожидаясь, пока он предложит проводить меня, я выбежала из здания академии.

В ту же минуту чьи-то сильные руки схватили меня за талию.

– Я подвезу тебя.

Не веря своим глазам и ушам, я шокировано смотрела на Марка.

– Я убедился в том, что, когда ты идешь по улице одна, это представляет для тебя некоторую опасность.

– Марк уже подвел меня к своей машине и открыл дверцу.

– Меня проводит Андрей, – запротестовала я.

– Он опоздал. Тебя провожу я. – Марк усадил меня в кресло и закрыл дверцу.

Меня охватила дрожь. Посмотрев в окно, я увидела ошеломленные лица студентов академии. К сожалению, среди них я заметила и Андрея, который стоял и удивленно смотрел на меня. Создавалось впечатление, что он сейчас заплачет, и я уже хотела выйти из машины. Похоже, не я одна не понимаю, что происходит.

– Ты всегда производишь такое впечатление? – спросила я, кивнув в сторону студентов. Впрочем, я уже знала ответ.

– Да. Тебя что-то смущает? – Он повернулся ко мне. Нет, не хочу смотреть в его глаза. Они лишают меня покоя.

– Да! Смущает! Андрей расстроился.

– Но ты ведь не расстроилась. А для меня это – самое главное. – Марк завел мотор, и мы тронулись с места.

– Сейчас пять часов вечера. Поверь, в это время я нахожусь в полной безопасности. Раз уж ты так беспокоишься обо мне.

– Скажи мне, что ты не хотела, чтобы я подвез тебя.

– Хотела, – ответила я, поражаясь собственным словам. И тут заметила, что мы едем не к моему дому. – Куда это ты меня везешь, интересно?

– И на маньяка-убийцу я тоже похож?

– Марк, ты пугаешь меня. Пожалуйста, остановись!

– Успокойся. Я никогда не обижу тебя. Просто хочу показать тебе одно потрясающее место.

– Когда ты успел изучить окрестности моего родного города лучше меня?

– Во мне много талантов. Кроме того, ты не похожа на девушку, которая любит сидеть дома.

– Ты уже успел разобраться, на кого я похожа? И когда?

– В тот вечер, когда вытащил тебя из рук тех уродов.

Я вздрогнула, вспомнив те события.

– Марк, отвези меня домой, пожалуйста, – попросила я. Не могу находиться рядом с ним.

– Уже поздно. Я выехал из города. И не хочу лишать себя такого приятного общества.

– Прекрати говорить мне комплименты!

– Но мне нравится.

– Это не правда. Это не то, что ты думаешь. Я не знаю, почему ты уделяешь мне так много внимания. Но я знаю, что все, что происходит – это неправда.

– Вика… – Голос стал успокаивающим, сладким. – Разреши мне просто быть с тобой рядом. Если не хочешь – не слушай меня, но разреши говорить то, что я чувствую. Сейчас я просто рад, что ты со мной.

Я закрыла глаза и пыталась убедить себя, что все это – сон. Еще один сон из-за него. Скоро я проснусь, и Марк будет проходить мимо меня, даже не замечая. Но мои попытки были тщетными – я не спала.

– Приехали.

– Что это? Ты привез меня в лес? И после этого ты будешь говорить, что ты – не маньяк-убийца?

– Отсюда мы пойдем пешком. Я не могу ехать на машине через лес.

Марк вышел из машины. На секунды я осталась одна и почувствовала облегчение от того, что присутствие Марка не заколдовывает меня. Но уже очень скоро он открыл мне дверцу.

– Не уверена, что хочу выходить, – сказала я, увидев его в полный рост и во всем великолепии. У меня остается все меньше шансов не влюбиться в него…

Марк взял меня за руку и помог выйти из машины.

– Я никогда не привыкну к твоей температуре. – Я высвободила свою руку.

– Для меня пока еще остается загадкой, почему ты чувствуешь мое тепло.

– Надеюсь, ты знаешь, куда ведешь меня.

– Более того, я знаю, что тебе понравится. Идем!

Мы направились в чащу леса. Все-таки правда, что осенью лес очень красив и словно превращается в сказку. Разноцветные листья украшали деревья, а те, что упали, выкладывали перед нами золотую дорожку. В лесу росли в основном березы, и все деревья освещались солнечными лучами. Звуки леса превращались в приятную музыку.

– Хорошо, что еще остаются такие места. Посмотри на это дерево. – Марк указал на высокую березу. – Ты знаешь, что у каждого человека есть свое дерево, которое может дать ему энергию и силу. Вот это – твое.

– Но… откуда ты знаешь?!

Я удивилась, потому что береза и в самом деле является моим деревом.

– Я же говорил, у меня много талантов. – Марк взял мои руки и приложил ладонями к дереву. – Закрой глаза. – Он накрыл мои ладони своими руками, и я снова ощутила жар его тела. – Расслабься… – Шелковый голос убаюкивал. Я вдыхала запах леса вперемешку с манящим ароматом Марка, слушала его голос, чувствовала тепло и энергию, которая как будто вливалась в меня. Чувства были предельно обострены, и я расслабленно наслаждалась ими. Меня словно наполняла новая, приятная энергия, неведомая раньше. Волшебство момента было непередаваемо.

Через какое-то время я услышала голос Марка, всплывший будто из моего подсознания.

– Тебе хорошо?

– Очень.

– Люди, которые постоянно питают себя энергией деревьев, обладают определенными преимуществами. Например, реже болеют. – Его голос постепенно возвращал меня к реальности.

– А какое дерево твое?

– У меня нет дерева.

– У каждого человека есть.

– У меня его нет, – отрезал он, и я не стала настаивать. Внезапно он остановился и повернулся ко мне.

– Закрой глаза.

– Я уже не в первый раз слышу от тебя эту просьбу.

– Тогда закрой.

Как же трудно не смотреть на него, когда он так близко.

– Не открывай. И – не пугайся. “Тут Марк аккуратно поднял меня на руки и понес.

– Что ты делаешь?!

– Не открывай глаза. Сейчас все сама увидишь.

Мне было так удобно у него на руках, что я безумно хотела продлить эти мгновения. Находясь так близко к нему, я чувствовала его дурманящий запах, который действовал на меня так же, как и шелковый голос – полностью расслаблял. Я чувствовала себя полностью во власти Марка, и это пугало меня. Но его аромат сводил на нет все мои страхи.

Тут я услышала плеск воды и уже хотела открыть глаза, но Марк коснулся моих ресниц, напоминая о своей просьбе. Он осторожно опустил меня на ноги.

– Можешь открыть.

Прямо передом мной раскрывался вид на красивейшее лесное озеро. Деревья обступали его со всех сторон, и метрах в четырех от воды росли цветы, росли так, словно кто-то специально выращивал их здесь – такими ухоженными они были. Вода прозрачная, на глади озера – легкая рябь. Какое потрясающее место… Удивительно, что я не знала о нем раньше! Подойдя к воде, я увидела рыбок, которые плавали в глубине озера. Я потрогала воду – теплая и приятная. Здесь оказалось невероятно хорошо.

– Я знал, что тебе понравится. – Шелковый голос делал общую картину еще более заманчивой. – Ты же любишь воду.

– Откуда ты знаешь? – Уже который раз за сегодняшний день я задаю этот вопрос?..

– Ты говорила. Когда рассказывала о поездке в Петербург.

Я смутилась, вспомнив о семинаре по английскому.

– Ты всегда так внимателен к мелочам?

– Только к тем мелочам, которые мне интересны.

Я сняла обувь и медленно зашла по колено в воду. Хорошо, что сегодня одела юбку. Прохладная вода приятно ласкала кожу.

– Ты заставляешь меня переживать за тебя. Уже не лето, ты можешь простудиться.

– Даже если так, это того стоит.

Марк смотрел на меня, пока я любовалась водой и с удовольствием плескала ее вокруг.

– Ты еще совсем ребенок…

– Спасибо, что привез меня сюда.

– Твоя благодарность – лучшая награда.

Повернувшись и взглянув на Марка, я больше не сопротивлялась и разрешила себе любоваться им. В лучах заходящего солнца он был великолепен.

Сейчас только я смотрю на него. Больше никто не может делать то же самое.

Когда я вышла из воды, мы присели на поваленное дерево, лежавшее неподалеку. Вид оттуда оказался отличным – было видно не только само озеро, но и цветы, а солнышко ласково согревало меня.

– Удивительно, что я не знала этого места. Как ты нашел его?

– Просто почувствовал. – Его ответы часто не отвечают на мои вопросы. – В далеком прошлом люди восхищались стихиями и поклонялись им. Был свой бог у воды, у земли, у ветра. – Марк начал рассказывать мне об обрядах поклонения богам природы, и я заслушалась его историями, а приятный голос окончательно зачаровал меня. Он описывал все так, будто видел своими глазами.

– Сейчас люди недооценивают силу и энергию природы. А ведь каждая частичка ее, каждая травинка несет в себе запас энергии. Энергии разные, поэтому люди используют различные травы при лечении болезней или, например, для оберегов. Знаешь ли ты, какой силой обладает один цветок розы? Красный несет в себе страсть, он может помочь женщине почувствовать себя самой красивой и желанной. Нужно лишь научиться общаться с цветком. После правильного общения цветок тут же вянет, отдав всю свою энергию женщине. А вот ты… – Марк провел рукой по моим волосам, и я затрепетала. – Ты и сама напоминаешь мне розу. Ты невинна, как только что распустившийся цветок, но в то же время – я чувствую в тебе страсть, которой обладает красный цвет розы. Ты необычная. Я был уверен, что ты немного другая… – Последняя фраза была сказана так, как будто раньше он уже слышал обо мне и представлял по-другому. Я выкинула эту мысль из головы.

– Я же просила тебя, – неуверенным голосом напомнила я ему свою просьбу о комплиментах.

– Прости, но не получается. – Марк неотрывно смотрел на меня. Как велик соблазн взглянуть на него еще раз, и слушать его голос, и вдыхать его запах.

– Неужели ты не видишь, что из нас двоих необычным являешься ты? Ты не можешь не понимать, как сильно отличаешься от других! Я теряюсь в догадках. Зачем ты приехал сюда? Почему разговариваешь только со мной?..

«И как можно быть таким красивым», – хотела добавить я, но вовремя остановилась.

– Ты не права. Я общаюсь со всеми, но больше с теми, с кем мне приятно. В городе у меня небольшое задание, ведь я уже говорил.

– Объясни мне про температуру тела.

– Ты поймешь. Но не сейчас.

– Почему – не сейчас?

– Вика! – Марк опять взял надо мной контроль, пленив взглядом черных глаз. – Разве это имеет значение? Забудь об этом. Я обещаю – когда-нибудь ты узнаешь мой секрет. А сейчас просто наслаждайся происходящим.

Начинало темнеть, стало прохладнее, но рядом с Марком я чувствовала исходящее от него тепло. Последние лучи солнца блестели на глади озера.

Мы немного посидели в тишине, слушая звуки природы – плеск воды, пение птиц и стрекотание кузнечиков, шум легкого ветерка, играющего в листьях деревьев.

Я смотрела на Марка и наслаждалась его красивым лицом, инстинктивно придвигаясь ближе, чтобы чувствовать его аромат. Запах сводил с ума. Он повернул голову и поймал мой взгляд. В глубине черных глаз я тонула, всматриваясь все дальше и дальше. Было ощущение, что внутри него горит огонь, и что меня затягивает туда. Мне показалось, что я даже чувствую жар. В страхе, что больше не смогу бороться со своими чувствами, я собрала последние силы и вскочила на ноги.

– Не смотри на меня! – Я перестала контролировать себя и в страхе резко отпрянула от него.

– Почему? – Марк поднялся и направился ко мне.

– Не подходи ко мне!

– Вика, успокойся! – Голос его изменился, стал гипнотизирующим, он растягивал слова. – Ты все больше удивляешь меня… – Шелковый голос успокаивал и расслаблял, Марк подошел ближе и поднял мой подбородок. Сейчас он действовал на меня прямо противоположно: тело стало вялым, я с трудом держалась на ногах, но с удовольствием слушала его голос. – Я ожидал совершенно иного… Ты – поразительная! Не сопротивляйся мне, – последние слова были сказаны шепотом, я прочла их по губам.

Сопротивляться… Но что он имеет в виду? Разум был затуманен, глаза манили, запах искушал… Нет, нужно отойти от него, мне не может быть так хорошо… Это не правда! Только, смогу ли я теперь? Остатками воли я заставила себя зажмурить глаза. Не слушать, не чувствовать, не смотреть.

– Марк! – Я осторожно подбирала слова, стараясь контролировать себя. – Все было замечательно. А теперь… отвези меня, пожалуйста, домой – уже темнеет.

– Затаив дыхание, я открыла глаза, чтобы посмотреть на его реакцию. По его виду я поняла, что он ожидал от меня совсем другого поведения.

– Ты действительно удивительная. Как ты можешь говорить, что необычен я, когда сама так отличаешься от других?

– Что ты имеешь в виду? – Его близость затрудняла мне ясное понимание происходящего.

– В тебе есть сила. В тебе есть страсть! – При этих словах глаза Марка блеснули огнем. – Но чем сложнее, тем интересней.

Я не поняла смысл последней его фразы и даже не хотела понимать. Я лишь хотела избавиться от всех мучивших меня вопросов, пусть даже оставив их без ответа.

– Пойдем! – Марк кивнул в сторону выхода из леса, где, вдалеке, стояла его машина.

Последний раз я окинула взглядом лесное озеро, сверкающее розовым блеском в лучах заходящего солнца.

Да, пошли.

Отойдя на некоторое расстояние от Марка, и не глядя на него, я почувствовала, как сознание возвращается ко мне.

– Твоя береза! – Указал Марк. Я взглянула на стройную березку, возле которой пережила незабываемые ощущения. – Береза является символом красоты.

– Он перевел взгляд на меня. – Не зря это твое дерево. Ты очень красивая! – Казалось, он любуется мной.

«Может быть, и красивая, – подумала я, – но рядом с тобой кажусь серой мышкой».

– А дуб – это символ силы и мудрости. Береза отдает силу, дуб – забирает. Осина… – Марк указал на большое дерево с раскинувшимися ветвями. – В древности считалась символом колдовства. Сажать ее перед домом было нельзя, – продолжал он свой рассказ.

Когда мы подошли к машине, я постаралась приготовиться к тому, что сейчас снова буду находиться рядом с ним и, к тому же, в закрытом пространстве. Мне нужно контролировать себя, нельзя поддаваться его влиянию! Меня и так ожидает бессонная ночь.

– Всегда хотела научиться водить! – Я с восхищением смотрела на то, как Марк лавирует, обгоняя машины.

– Я могу научить тебя.

– «Лексус» для этого не подойдет, – отказалась я.

– Ты ведь не хочешь, чтобы твоя машина пострадала?

– Честно говоря, не имею возражений против того, чтобы мой внедорожник немного помялся. Главное, чтобы внутри него ты оставалась в целостности и сохранности.

– Ты ненормальный!

– Если проблема только в машине, я могу найти другую. На какой ты хочешь учиться?

– Я не верю своим ушам…

– В чем проблема?

– Да нет, ни в чем… Похоже, для тебя вообще не существует проблем. В таком случае, я больше не хочу заниматься вождением.

– Ты – чудо! – Он улыбнулся. – Но уже поздно. Я научу тебя.

– Нет. У меня нет времени.

– Ты еще и упрямая… Потрясающе!

Чувствуя, что сейчас с ним бесполезно спорить, я молча отвернулась к окну.

Мы подъехали к моему дому, и сердце сразу словно защемило – не хочу уходить!

– Спасибо, что подвез.

– Извини, я украл тебя прямо из академии. – Глаза прожигали меня, несколько секунд я наслаждалась его видом. Выдохнув, я отвела взгляд и вышла из машины.

## Глава 5

Придя домой, я поняла, что мама тоже только что пришла. Она вопросительно смотрела на меня.

– На чьей машине ты приехала?

– Ты следишь за мной?

– Я видела, как ты выходила. Поделишься секретом?..

– В этом нет никакого секрета. Это новенький, который появился в нашей группе. – На самом деле, я меньше всего хотела рассказывать о Марке кому бы то ни было.

– Как зовут?

– Имя не имеет значения, ведь так? Как проекты? Понравились? – я ловко перевела тему разговора.

– Очень! Если будешь мне помогать, проекты всегда будут приняты на «ура».

– Хорошая попытка заставить меня работать. Я приготовила пиццу, если хочешь.

– А ты?

– Я не голодна. Сока будет достаточно.

Я даже не почувствовала вкуса, когда пила апельсиновый сок. Мысли не давали покоя, мне было необходимо отвлечься. Поискав в своей сумочке зеркальце, я наткнулась на диск Андрея. Подойдет для того, чтобы убить время. Игра оказалась очень сложной, и вскоре у меня пропало всякое желание в нее играть. Я решила заняться английским. Голова была словно загружена чем-то; я пыталась выкинуть Марка из своих мыслей, но у меня это плохо получалось. На попытки выучить английский ушло около двух часов. Мама ложилась спать, и я последовала ее примеру.

Мои мысли, казалось, были неуправляемы. Я воспроизводила в своей памяти каждую мелочь и каждую деталь: береза, к которой Марк приложил мои руки, жар, исходящий от него, отголосок счастья, который я почувствовала в тот момент. Я беспокойно ворочалась в кровати, меня не покидало ощущение, что все мое тело горит. Жаркие глаза преследовали мое сознание, красно-оранжевый огненный блеск пугал меня. Потом я вспомнила сладкий шелковый голос, который – наоборот – расслаблял. «Не сопротивляйся мне…» Я повторила эту его фразу несколько раз. Не сопротивляйся мне. Что Марк имел в виду? Мы стояли рядом – помню его дурманящий аромат, как я пыталась справиться с собой и отойти от него… И в этот момент он сказал: «Не сопротивляйся». Но как он может знать о том, какое действие производят на меня его голос и глаза? Как он может знать, что я борюсь с собой, не позволяя смотреть и слушать? Я ничего не понимаю и не нахожу логического объяснения! Знаю только одно – все слишком хорошо, чтобы быть правдой. Так не бывает. Мне нужно спасаться от него, избегать, пока я еще контролирую себя, пока я не влюбилась в него окончательно. Это – самое страшное из того, что может случиться.

Я ужасно хотела спать, переворачивалась с боку на бок, но Марк не давал мне покоя. Мысли не отпускали меня. В груди все горело, я откинула одеяло, чтобы впустить холодный воздух. Боже, как мне жарко…

«Ты – поразительная. В тебе есть сила. В тебе есть страсть. Но чем сложнее, тем интереснее». Что сложнее? Что интереснее? Взглянув на часы, я ужаснулась – три утра, а я еще ни минуты не спала.

– Ангел мой, пошли мне сон, – устало и вымученно прошептала я.

Все тело горело, я полежала еще несколько минут, пытаясь избавиться от образа Марка и, наконец, уснула.

Проснулась я от холода. Тело дрожало, будто я находилась в ледяной воде. Встав с кровати, я достала пуховое зимнее одеяло и укрылась им поверх того, что уже было. Однако заснуть не получалось – я все равно дрожала от холода. У мамы зазвенел будильник. Она встала, и я решила попросить ее достать мне еще одно одеяло.

Мама перевела взгляд на те, которыми я уже была укрыта.

– Холодно? – удивилась она и подошла ко мне. Потрогав мой лоб, мама ужаснулась. – Ты такая горячая! Сейчас измеришь температуру. – Она вынула градусник из деревянного ящичка и протянула его мне. – Где ты была вчера? Где простудилась?

Я вспомнила прохладную воду, ласкающую мои ноги, ветерок, легко обдувающий лицо. Но рядом с Марком было жарко, от него исходило тепло.

– Я не знаю. Была в академии…

Градусник показывал тридцать восемь и семь. Несмотря на мое сопротивление, мама все же вызвала врача.

Раньше я любила болеть и прогуливать школу, но сейчас меня совершенно не прельщала перспектива валяться в кровати. Я сойду с ума от безделья. Или, если быть честной, от преследующих меня мыслей. Хотя есть один плюс – чем дольше я не вижу Марка, тем легче мне будет не думать о нем, а он так и вообще забудет, что я существую. От этой мысли мне стало намного легче. Если так рассуждать, мне эта болезнь только на руку. Кажется, я даже стала согреваться.

– Вот, держи. – Мама принесла мне горячий ароматный чай.

Вскоре приехал врач и после осмотра сообщил диагноз. Я заболела воспалением легких.

– Воспаление и простуда. В больнице ее быстро поставят на ноги.

Не спрашивая мое мнение, мама начала собирать мои вещи. Она продолжила их собирать, даже когда я умоляла оставить меня дома.

– Я положу тебе книги. «Гордость и предупреждение» Джейн Остен. И «Войну и мир», пожалуй, захвачу… Там у тебя будет много времени для чтения.

В больнице меня определили в палату, где, помимо меня, лежали еще три женщины, все – довольно серьезного возраста. Женщины были явно недовольны, что к ним поселили еще одного человека, да еще и какую-то девчонку. Их недовольство возросло, когда на мой телефон посыпались сообщения. Каким-то образом мои однокурсники узнали, что я попала в больницу, и теперь безостановочно интересовались моим состоянием.

Когда позвали на обед, я даже не повернула головы.

Есть мне не хотелось. Мои соседи ушли и, обрадовавшись, что осталась одна, я взяла книгу Джейн Остен и устроилась на кровати поудобнее. Порой, прочитав несколько страниц, я закрывала глаза, и передо мной всплывал образ Марка. К роману я возвращалась не без усилий.

Я прочла около пятидесяти страниц, и мне захотелось спать. Неудивительно – я не спала почти всю ночь. Отложив книгу, я закрыла глаза.

Прошло то время, когда ничто не тревожило мой сон. А теперь мне снова приснился Марк.

Разбудил меня голос:

– Вика, к тебе пришли. Спустись вниз! – В палату заглянула медсестра.

Встав с кровати, я с восторгом увидела букет роз, стоящих в вазе на моем столике. Розы – мои самые любимые цветы. Красные, нежные, красивые… Я подошла и блаженно вдохнула их аромат. Любуясь каждой из них, я посчитала. Девятнадцать. Мой возраст. Какие свежие и чистые. Наверно, я никогда не смогу оторваться от них. Мои пальцы легко коснулись нежных лепестков. Интересно, и откуда на моем столике появился такой букет?

Я вопросительно посмотрела на своих соседей. Те лишь пожали плечами в знак того, что не знают и их это мало волнует. Не было никакой записки, совсем ничего. Ну и пусть! Главное, что комната наполнилась тонким ароматом и оживилась благодаря цветам. Поцеловав одну из роз, я вышла из палаты.

Внизу меня ждала небольшая компания – Аня, Дима и Андрей. Я очень обрадовалась, когда увидела их. Хорошо, когда есть друзья, которые не оставляют меня одну. Если так и дальше пойдет, я не буду сильно скучать в этой больнице. Может быть, это Андрей прислал мне розы?..

Я совершила ошибку, когда решила выяснить это. Как оказалось, это был не он, и я только зря заинтриговала друзей.

– Где ты была вчера?.. – Подруга вопросительно посмотрела на меня. Андрей опустил глаза. Значит, Аня уже в курсе, на чьей машине я вчера уехала. От воспоминаний о Марке в сердце словно кольнуло иглой. Я занервничала. Нужно успокоиться: его здесь нет, и никогда не будет. Здесь я защищена от него.

– Дома. После академии я была дома.

– Я имею в виду… – Аня запнулась. – Хорошо, мы потом поговорим.

– Держи. – Андрей протянул мне пакет. Заглянув внутрь, я увидела пачку своего любимого апельсинового сока, несколько йогуртов и шоколад. – Это от нас.

– Спасибо! Я уже проголодалась.

Пока мы обсуждали мое здоровье и методы его лечения, и я с горечью подумала, что останусь одна после того, как они уйдут.

За окном ярко светило солнце. Обидно – такая погода, а я вынуждена лежать в больнице. После ухода друзей я вернулась в палату и увидела свои розы. Не успела я даже подойти к цветам, как в палату вошла та же медсестра и сообщила, что ко мне вновь пришли. При этих словах мои соседи переглянулись.

Внизу стояла мама с большим пакетом продуктов в руках.

– Как ты? – Она заботливо потрогала рукой мой лоб.

– Есть хочу, – улыбнулась я.

– Температуру измеряла?

– Только после того, как утолю свой голод.

Мама достала из пакета шоколадку и сок.

– Ешь!

– Спасибо. Болезнь не испортила мне аппетита.

– Что говорят врачи?

– Наверно, завтра с утра что-нибудь прояснится! – С несвойственным для больных удовольствием я откусила от шоколадки и стала наслаждаться тем, как она тает во рту.

– Как чувствуешь себя?

– Хочу домой. Не считая этого, все нормально.

На самом деле меня мучил вопрос о том, кто именно прислал мне эти розы, и я безумно хотела спросить у мамы – не знает ли она. Но если и она не имеет к этому никакого отношения, в таком случае я все равно не узнаю ответа на свой вопрос, а вот она поймет, что кто-то дарит мне цветы. Может, это была ошибка, и цветы предназначены кому-то другому? Подсознание упорно отрицало вероятность того, что это сделал Марк. Его нет. Он не придет за мной в больницу. Здесь я перестану думать о нем. Когда-нибудь перестану думать о нем…

– Утром ты чувствовала себя очень плохо.

– Сейчас уже гораздо лучше.

Мы поговорили с мамой еще полчаса, а после ко мне заглянула Кристина – моя подруга, с которой мы знакомы с малых лет.

Таким образом и был занят весь мой вечер, – с этим мне повезло. Но я боялась наступления ночи. Боялась своих снов.

С тревогой я попрощалась с мамой и Кристиной и вернулась в палату.

Поужинав виноградом с йогуртом, которые мне принесла мама, я уложила остальные продукты в холодильник. Когда я взглянула на столик, где стояли мои розы, сердце приятно сжалось. Какая разница, ошибка это или нет. Главное, что они здесь. Я потрогала пальцами каждую розу. «Красный цвет розы несет в себе страсть, он может помочь женщине почувствовать себя самой желанной и красивой. Ты напоминаешь мне розу. Ты невинна, как только что распустившийся цветок, но, в то же время, я чувствую в тебе страсть». Резко отвернувшись от цветов, я рухнула на кровать. Думать о ком угодно, о чем угодно, но только не о нем.

Снова взяв «Гордость и предубеждение», я попыталась углубиться в чтение. Мне нужно переживать за героев, а не за себя.

В десять вечера я отложила книгу и легла спать.

Мне снились розы. Счастливая и беззаботная, словно ребенок, я играла с цветами, плескалась в воде, в которой плавали красные лепестки. Они приклеивались к моему телу, окружали меня со всех сторон. Руками я перебирала бесчисленное количество цветов. Радуясь их красоте, я начала пересчитывать розы. Одна, вторая, третья… В глазах зарябило, красный цвет ослеплял меня. «Красный цвет несет в себе страсть. В тебе есть страсть. Ты напоминаешь мне розу…» – голос появился откуда-то из цветов, словно заговорил сам их цвет. В тот же миг лепестки на моих руках начали чернеть, превращаясь во что-то непонятное. Я смотрела, и мне становилось все страшнее и страшнее… Внезапно я поняла, что эта чернота мне кого-то напоминает. И тут стало так горько, так обидно от того, что еще совсем недавно у меня не было никаких проблем, и розы были красные, и я игралась с ними… «Вика, ты со мной? Вика…» – голос звал меня в темноту.

– Вика. Вика!

Открыв глаза, я увидела своего врача. Глубоко вздохнув, чтобы прогнать остатки сна, я ответила:

– Доброе утро.

## Глава 6

– Ты проспала завтрак. – Руки врача по-хозяйски трогали мой лоб.

– Не смешите меня! – Отмахнулась я.

– После того, как измеришь температуру, зайди ко мне.

Я кивнула. Как только он ушел, я обнаружила, что розы на моем столике еще живые и, кроме того, вовсе не почернели. Проклятье, теперь и они будут напоминать мне о нем! Поднявшись, я убрала розы подальше от моей кровати к окну. Смотря на них, я непрестанно вспоминала свой сон.

Температура тридцать восемь и пять. Болезнь никак не хочет отпускать меня! Наверное, это к лучшему. Умывшись, я отправилась к доктору.

– Придется немного потерпеть.

– Не страшно.

Он наполнил шприц какой-то жидкостью и выпустил воздух, нажав на поршень и чуть прыснув лекарством в воздух.

– Это витамин.

– А вот это уже хуже. – Я сжала кулаки от боли.

– Еще один. – Он достал второй шприц.

– Опять витамин?

– Нет. Антибиотик.

Второго укола я практически не почувствовала.

– Теперь присядь.

Я села на стул с мягкой обивкой. В кабинете очень сильно чувствовался больничный запах.

– Держи рецепт. – Протянув мне бумажку, доктор объяснил, как именно принимать лекарства. И очень расстроил, заявив, что в больнице я буду лежать как минимум две недели.

Все, что я чувствовала в тот момент – это боль и обида. Две недели не увижу Марка! Тоска подкрадывалась к сердцу, но я старалась не замечать ее. Лучше забыть его сейчас. Сейчас будет не так больно, как потом.

Позавтракав продуктами из холодильника и немного почитав Джейн Остен, я отправилась на процедуры. Пока врачи колдовали вокруг меня неизвестными мне приборами, я упорно боролась с отчаянием. Не суждено мне в ближайшее время вновь тонуть в его глазах. И слушать его голос… Еще неделю назад я не знала Марка, и прекрасно жила без него. И сейчас должна суметь.

Я вернулась в палату и позвонила маме с просьбой принести мне учебники по физике и химии. Нужно максимально заполнить свой день.

За окошком от теплой погоды и вчерашнего солнца не осталось и следа. Мелко накрапывал дождик, наполняя землю влагой. Погода не располагала к прогулкам, и это немного успокаивало – мне все равно нельзя было выходить на улицу.

В дверь коротко постучали, и вошла молодая медсестра. К моему изумлению, в ее руках был букет красных роз.

– Вика? – Она вопросительно посмотрела на меня.

– Да… – Я не верила своим глазам. – Это мне?

Она кивнула.

– Вижу, тут уже есть один букет… Только ваз больше нет. Но я принесу сейчас что-нибудь.

– Подождите! – окликнула я ее. – От кого это?

Не знаю.

Мои соседи удивленно переглянулись. Я взяла охапку роз и вдохнула их запах. Посчитала – снова девятнадцать. Когда медсестра принесла мне небольшую вазу с водой, я поставила розы на свой столик. Подумав, я перенесла их подальше, к уже стоявшему на окне букету. Все-таки они еще напоминают мне мой сон.

Сознание уже дало ответ, кто присылает эти розы, но я упорно не хотела этого признавать. Почему Марк не дает мне покоя? Почему заставляет меня поверить в то, что никогда не может быть правдой? Я приняла эту больницу за свою крепость, где я защищена, но вот он и тут вторгается на мою территорию.

Может быть, это все-таки не он? Может быть, когда он был со мной, у него было просто помутнение рассудка, а сейчас все стало на свои места, и он понял, наконец, насколько мы отличаемся? Тогда кто? Кто дарит мне эти розы?.. Видимо, кто-то, кто решил свести меня с ума…

Ближе к вечеру ко мне пришли гости. Мама вручила мне учебники, а я ей – рецепт.

– Две недели! Мама, две недели! – кричала я.

Андрей с Аней тоже заглянули ко мне, чем очень обрадовали меня.

– Что в академии? – поинтересовалась я. На самом деле, меня интересовал лишь один вопрос – приходил ли Марк.

– Сегодня ты пропустила еще несколько скучных пар.

– Это радует.

– Послушай… – Аня коснулась моей руки. – Марк приходил сегодня.

– Марк? – Сердце так и дернулось, мне стало больно от того, что я не была сегодня в академии и не видела его. Попытавшись сделать безразличный вид, я продолжила: – И что?

Андрей отвернулся, явно не желая слушать.

– Наконец он проявил хоть какую-то общительность, поинтересовавшись, как у тебя дела.

– И как же у меня дела?

– Пока не очень.

Мы замолчали, но мне так и хотелось задать какой-нибудь вопрос, узнать еще что-нибудь о человеке, который за один день перевернул мою жизнь.

– Вика, он нравится тебе? – Аня перешла на шепот, чтобы Андрей не услышал.

– А тебе? Ведь это глупый вопрос.

Улыбнувшись, Аня кивнула в сторону Андрея.

– Он ревнует.

Мне стало труднее сдерживать эмоции.

– Аня, прекрати! Андрей не имеет ни права, ни повода ревновать меня! А Марк… Он вообще… странный. Тебе не кажется?..

– Да, ты права.

Остаток вечера у меня ушел на попытки отвлечься. Подсознательно я ждала завтрашнего дня – появится ли в моей палате новый букет?..

Вдоволь насмотревшись снов с Марком в главной роли, я проснулась очень поздно. Время тянулось бесконечно, а розы так и не несли.

Ближе к четырем часам вечера у меня разболелась голова от занятий физикой и отсутствия свежего воздуха.

А потом принесли цветы. Свежие, красные, ароматные. Девятнадцать роз. Сердце сразу забилось от радости.

– Вика, к тебе гости, – окликнула меня медсестра.

– Но еще рано для визитов. – Я взглянула на часы, которые показывали десять минут пятого. – Посещения разрешаются только с шести.

Медсестра лишь пожала плечами.

Я переоделась в облегающие черные джинсы и теплую кофту. Не зная, чего ожидать, я с трепетом спускалась вниз.

Как только комната для посещений попала в поле моего зрения, я увидела его. Буря чувств и воспоминаний нахлынула на меня, дыхание стало частым, словно мне не хватало воздуха. Оказывается, он еще прекраснее, чем в моей памяти.

– А вот и моя больная! – Марк ослепительно улыбнулся. Он и правда сказал «моя»?!

– Ты?.. – Эмоции бушевали во мне. – Зачем ты пришел? Эти розы? Зачем ты делаешь это?

– О-о-о, я вижу, тебе не хватает свежего воздуха. Надень! – Он протянул мне свою куртку.

– Зачем?

– Тебе надо подышать.

– Мне нельзя выходить.

– И визиты сейчас тоже запрещены, так ведь?

– Как ты делаешь все это?

– Что?

– Как ты добился разрешения на мою прогулку?

– Но тебе нужен свежий воздух.

– Она мне слишком большая. – Указала я на куртку.

– Ты думала, что я предоставлю тебе несколько на выбор? – Марк взял куртку и надел ее на меня. В тот же миг я ощутила невероятно вкусный аромат, которым была пропитана куртка. Запах Марка. У меня закружилась голова. Этот запах пьянит меня.

– Лучше снять… наверное… – Мой голос стал тихим.

– И не мечтай! – Он обнял меня за талию и вывел на улицу. Вдохнув свежий воздух, я почувствовала, что головная боль проходит. Повсюду лежали мокрые листья, превращая асфальт из серого в желтый. Воздух был влажный, сквозь густые облака можно было увидеть небольшие островки голубого неба.

Лучше?

– Да. – Внезапно я поняла, что у меня накопилась много вопросов, которые нужно задать ему. И много желаний, которые нужно исполнить. Например, я уже так соскучилась по этим глазам…

Мы отошли от больницы метров на тридцать и присели на детские качели. Качели были устроены так, что Марк оказался прямо напротив меня. Мне вдруг показалось, что я счастлива. Здесь и сейчас – я счастлива! Запах его куртки, смешавшись с воздухом, перестал быть слишком сильным, но дарил такое наслаждение, что хотелось вдыхать и вдыхать. Я робко взглянула на Марка – он смотрел на меня с такой заботой… Забыв про все вопросы, я занялась тем, по чему так истосковалась – любовалась лицом, ставшим для меня таким дорогим. Совершенно расслабившись, я даже не пыталась заговорить. Зачем? Ведь мне так хорошо…

Незнакомый детский голос внезапно вернул меня к реальности.

– Сейчас ты полностью в его власти. Не поддавайся!

– Что? – С трудом оторвавшись от Марка, я оглянулась.

– Он плохой. Отойди от него! – Девочка лет шести со светло-золотистыми волосами и ангельским личиком серьезно смотрела на меня. Потом она перевела взгляд на Марка.

– Что ты говоришь? – Я рассеянно переводила взгляд с Марка на девочку. Меня напугало выражение его лица – гневное, глаза сверкали злостью, создавалось впечатление, что он с трудом сдерживает себя, чтобы не напасть на этого ребенка.

Девочка коснулась моей руки.

– Борись! Ты еще можешь справиться. Не искушай судьбу.

И только тут я поняла, что она говорит о Марке. Не успела я задать ни одного вопроса, как малышка уже убежала куда-то. Марк так и не сказал ни слова. Взглянув на него, я вновь увидела те глаза, которые мучили меня в кошмарах. Я испугалась.

– Это – всего лишь ребенок.

– Да, я знаю. – Его голос стал сухим и отчетливым.

Я прекрасно понимала, что это – простая детская игра, шутка, воображение… Но лишь одно задело меня по-настоящему – реакция Марка, эта внезапная агрессия к малышке. Этого я не могла объяснить. По-моему, у меня начинается шизофрения.

Ведь ее слова были так похожи на правду…

– Как ты себя чувствуешь? – Марк оторвал меня от размышлений.

– Ты хочешь знать? Очень плохо! Меня мучают кошмары. – Вновь смотря на него, было очень тяжело управлять своими мыслями. Хотелось замолчать и вновь ласкать взглядом аккуратные линии глаз, скул, подбородка, губ… Задержавшись на губах, я выдохнула и снова попыталась взять себя в руки – у меня слишком много вопросов! – Какого черта ты даришь мне цветы?

– Ты лежишь в больнице из-за меня. Это обязывает меня проявить заботу.

– Почему ты считаешь, что я заболела из-за тебя?

– Ты с кем-то еще была на озере и заходила в холодную воду?

– Нет. Но тебе не кажется, что розы каждый день – это слишком?! Зачем ты пришел сейчас?

– Тебе бы не разрешили выйти на улицу без моей помощи.

– Как ты добился разрешения на прогулку?

– Я попал на допрос? – Улыбка не покидала его лица.

– Прости… Но кроме тебя никто не ответит на эти вопросы. Почему девятнадцать роз?

– Тебе девятнадцать лет.

– Как и тебе?

Тут Марк помедлил.

– Нет.

– Сколько же тебе лет? Двадцать?

– Предлагаю отнести этот вопрос к разделу «загадки».

– Так же, как и температуру твоего тела?

– Да, именно.

– В таком случае, как скоро мы перейдем к разделу «отгадки»?

– Когда загадок накопится некоторое количество.

– Сейчас ты должен быть на занятиях.

– Я решил, что гораздо лучше провести это время с тобой.

Мои щеки вспыхнули.

– Зачем ты говоришь мне такую чушь?

– Я думал, допрос закончен… – Марк наклонился ко мне и потрогал лоб. После он провел рукой по щеке, легонько касаясь ее. – Успокойся. Не нужно столько вопросов… – Голос стал шелковым и мелодичным. – Просто – живи. Зачем ты переживаешь?

Все опять смешалось в моей голове. Шелк голоса сводил с ума, его красота лишала всякой воли, глаза вновь затянули меня в неведомый мир чувств. Как же он прекрасен… Откуда-то из подсознания я услышала голос маленькой девочки: «Сейчас ты полностью в его власти. Не поддавайся».

– Почему она так сказала? – Я резко отошла от него.

– Кто? – В его глазах сверкнули молнии.

– Та девочка.

– Я не знаю.

– Ты знаешь все!

– Вовсе нет. Я не знаю, что ты думаешь обо мне.

Я запнулась.

– Ты думаешь, мне легко что-то думать о тебе? Ты не отвечаешь на вопрос, который я так долго задаю тебе!

– Какой же вопрос?

Собравшись с мыслями, я ответила:

– Почему ты преследуешь меня?

– Ты расцениваешь это как преследование?

– Ответь мне! – Я вся дрожала в ожидании, хотя понимала, что вряд ли он даст разумное и простое объяснение. Такого объяснения просто не существует!

– Девочка… Я всегда делаю то, что хочу. Сейчас я хочу просто быть с тобою рядом.

Как же он прекрасен и как уверенно держит себя… И из уст этого Аполлона я слышу такие слова?! В мой адрес?! Что за чушь… Не может этого быть!

– Но это невозможно. Ты мне врешь! Опять! Я знаю, я чувствую!

– Да что с тобой, Вика? – Марк встал с качелей и подал мне руку.

К черту все! О событиях сегодняшнего дня я подумаю потом – чего у меня в избытке, так это времени. Пожалуй, я слишком много переживаю.

– Я закончила с вопросами.

На самом деле, этих вопросов у меня накопилось еще больше, но я решила, что Марк все равно мне на них не ответит.

– Неужели? Тогда позволь мне немного отвлечь тебя.

На этот раз Марк рассказывал мне о детях индиго, которые обладают сверхъестественными способностями. Рассказ был интересным, и я действительно увлеклась. Я узнала о синдроме Маугли, которым обладают дети. Послушала историю о девочке, которая выросла с собаками, и мальчике, который предсказывал погоду. Марк описывал так, что мне казалось, будто я смотрю телепередачу с наглядным изображением.

– Потрясающе. Ты замечательный рассказчик.

– Наконец-то ты улыбнулась. Значит, я старался вовсе не зря. Но тебе пора. – Его слова кольнули мое сердце, словно игла. – Мне было велено вернуть тебя к этому времени. А я всегда исполняю обещания.

– Значит, ты уходишь.

Сколько времени я не увижу его? Две недели? Три?

– Ты потрясающая! – Марк звонко рассмеялся и завел меня в больницу. Понимая, что сейчас с меня снимут куртку, ароматом которой я еще не надышалась, я поежилась. Сейчас все отнимут: и запах, и голос, и дорогие мне глаза…

– Веди себя хорошо, – велел он. – Не грусти.

Я протянула ему куртку.

– Да… Я постараюсь.

Вот он разворачивается и уходит. Если бы я была с ним всегда, мне было бы некогда думать и переживать. Я просто была бы с ним. Ободряюще улыбнувшись на прощание, Марк вышел. Во всем мире не найдется красоты, подобной ему.

И снова я одна. Одна со своими мыслями, которые вконец измучили меня. Почему человек не может просто отрешиться от всего? Почему не может оставить за кадром то, о чем не хочет думать?..

Три шикарных букета роз… И здесь напоминают мне о том, о чем больно вспоминать.

Выпив горячего чая, я улеглась в постель – попробую уснуть.

А во сне меня ждал самый настоящий кошмар.

Мы гуляли по лесу с Марком и ребенком. Я держала за руку маленькую девочку, и мы были очень счастливы. Марк небезуспешно развлекал нас, и мне уже казалось, что я полностью счастлива. А потом лес загорелся. Куда бы мы с малышкой ни бежали, со всех сторон нас окружали огненные языки пламени, а Марк внезапно исчез куда-то. В страхе мы отбегали от огня, но с другой стороны на нас нападало новое пламя. Но самым страшным был вовсе не огонь – словно из ниоткуда появился Марк и набросился на нас. В его глазах горела ненависть, удовольствие, жажда насилия. Такие его глаза я уже видела… Казалось, он неуправляем. Настоящий зверь, он пугал нас больше бушующего огня.

– Он плохой, плохой! – кричала маленькая девочка, и мне стало так страшно за нее – ведь она еще совсем ребенок. В тот момент эта малышка стала для меня дороже всего на свете, и я со слезами обняла ее. Он не посмеет! Пусть лучше я, чем она.

Заслонив собой малышку, я стояла в ожидании, пока Марк нагонит нас. Отступать было некуда – сзади горели языки пламени. Я решила бороться до последнего, но его глаза пугали насмерть, словно глаза дьявола.

– Что ты делаешь, Марк… – шептала я.

Нагнав нас, он одним взмахом руки оттолкнул меня так, что я отлетела в другую сторону. И тысячной доли его силы хватило бы на то, чтобы справиться со мной.

Девочка кричала, и я чувствовала страшную беспомощность от того, что ничем не могла помочь ей. Подняв ее на руки, Марк швырнул маленькое создание в огонь. Пламя охватило ее… Я вскрикнула и, к счастью, проснулась.

Все позади, кошмар закончен… Соседи по палате раздраженно ворочались в кроватях. Надо же, всех разбудила.

Спать расхотелось совершенно, даже просто закрыть глаза было страшно. Часы на телефоне показывали половину третьего. Рано для подъема, но, тем не менее, я встала и подошла к окну. На небе не было видно ни одной звездочки, серые дома напротив не вызывали никаких эмоций, кроме скуки. Пожалуй, самое время найти выход из моего положения… Нужно рассмотреть все возможные варианты.

Марк. Произнеся это имя про себя, я почувствовала нечто странное – смесь чувств – желание увидеть, тоску, боль, страх и… опасность. Да, он с самого начала ассоциируется у меня с опасностью. Чем вызван мой сон? Ответ был ясен: событиями накануне. Как же мое сознание все всегда переворачивает…

Я вспоминала все: минуты блаженства рядом с ним, те маленькие крупицы счастья, что он дарил… И страдания, что следовали после. Стоит ли это того? Вспомнились глаза, в которых я тонула, и глаза, наполненные ненавистью, которые пугали меня.

Надо мыслить здраво. Во время нашей последней встречи я была занята тем, что любовалась им, все остальное потеряло всякий смысл. В тот момент эта девочка и сказала, что я в его власти. Я в его власти… А что, если это не совпадение? Я ведь действительно не могла сосредоточиться и даже забыла все вопросы, что хотела задать ему. Что, если та девочка говорила правду, и ее слова не были плодом детского воображения?.. «Не поддавайся!» И это тоже похоже на правду – мне не стоит с таким наслаждением любоваться им. Что было дальше? «Он плохой. Отойди от него! Борись! Не искушай судьбу!» Бороться с ним – все равно, что бороться с собой… Меня упорно влечет к нему… С непреодолимой силой! «Ты еще можешь справиться». Кажется, я начинаю верить в ее слова. Значит, я могу? Могу справиться? А – хочу ли?..

Предположим, что на девочку и вправду снизошло озарение. И она прекрасно знала, кому и что говорит. Из этого прямо следует то, что мне нужно прекратить общение с ним.

Но это, конечно, не могло быть озарением. Девочка просто фантазировала.

Так что изменилось в моей жизни? Я перестала замечать все, что не связано с Марком. Все теряло всякий смысл, едва появлялся он. Лишь его существование имело значение. А что потом? Он уходит, а я вспоминаю его, не в силах остановить неконтролируемый поток мыслей. Даже сейчас… Что будет дальше? Если я не остановлю это, я полностью завязну в том, откуда сейчас еще пока можно вырваться.

Его образ снова появился в моих мыслях, и я старалась восстановить каждую деталь – соблазнительную улыбку, манящие глаза, его всего без остатка… Слишком совершенен, чтобы быть моим. И если бы он вдруг стал им, я бы все равно его потеряла… вместе со своим сердцем. Да, прекрасен. Да, умен. Соблазнителен и опасен, словно хищник… Но – не мой! Я не могу каждый день смотреть на него, после это приносит мне одни лишь муки. Решено – пора прекратить! Я уже два раза решала сделать это. Но на этот раз я смогу. На этот раз, чтобы ни случилось, я свой план осуществлю. Его образ стоял передо мной, словно живой, и по щекам потекли предательские слезы. Ну вот, уже плачу! А ведь думала, что до такого не дойдет. Больше не буду видеть, не буду слышать, не буду дышать рядом с ним. От осознания всего этого я готова была разрыдаться в голос, но сдерживалась, чтобы вновь не разбудить соседей. На душе стало пусто и тоскливо, словно у меня отобрали цель, ради которой я живу. Пусть я и плачу, но это будут первые и последние слезы из-за него! Больше его в моей жизни не будет, и я заново научусь жить, как жила какую-то неделю тому назад.

Я уснула с ощущением полной опустошенности и бессмысленности жизни.

Рано утром яркие солнечные лучи, светившие прямо в лицо, разбудили меня. Погода изменилась, но настроения мне не подняла. Я была просто убита. В груди все ныло, постоянный контроль мыслей не давал расслабиться. Вот-вот начну вспоминать Марка…

Я ополоснула лицо ледяной водой. Сегодня новый день моей прежней жизни. И его так трудно начинать… Совершенно некстати вспомнился лес, озеро и наша с ним прогулка. Сердце заныло еще сильнее.

После утренних больничных процедур я выпила таблетку от головной боли и принялась за химию. Мир задач должен мне помочь. Однако ничего не выходило – розы на окне постоянно напоминали о том, о чем я запретила себе вспоминать. В итоге я взяла их и отнесла в другие палаты. Людям там они будут приносить лишь радость, а не боль и тревогу, как мне.

Сознательно заполняя все свое время, я надеялась, наконец, отпустить его из мыслей. По-моему, у меня плохо получалось, и я лишь откладывала тот момент, когда начнется истерика.

Я как раз перешла к новой теме в учебнике химии, когда меня позвали вниз.

– Опять гости? – спросила я.

– Да.

Надеюсь, что это не он. Я не успела придумать план на случай, если он придет, потому что такого варианта не предполагала в принципе.

Но внизу меня ждал не кто иной, как Марк, да еще и с красной розой на длинном стебле. Увидев его, я чуть не отказалась от принятого мною решения. Дайте же мне кто-нибудь сил! Сейчас мне понадобится вся моя воля.

«Лучше не смотреть на него», – подумала я, и в тот же миг взглянула. Он – идеален.

Надо воспроизвести в памяти его глаза, полные гнева. Такой взгляд может убить, у обладателя таких глаз не может быть жалости. Лучше действовать прямо сейчас.

– Сегодня замечательная погода. Наверняка она радуется вместе со мной твоему выздоровлению.

«Не смотреть! Не слушать! Не чувствовать!» – повторяла я заученную установку.

– Какой на этот раз повод, чтобы придти сюда? И что делает в твоих руках эта роза? – Мой голос прозвучал на удивление резко. Но так и надо, если хочу добиться желаемого.

– И так ты встречаешь меня? Снова вопросами?

– Вопросами, на которых я не знаю ответа. И знаешь что – я не хочу их знать! – Каждое произнесенное мною слово переворачивало душу, и я словно разрывалась изнутри: одна моя половина кричала, чтобы я немедленно прекратила этот разговор и просто разрешила себе быть счастливой, – эта половина жаждала того, чего вторая половина сознательно лишала меня, убеждая раз и навсегда отказаться от этого кошмара. Я знала, что со стороны выгляжу ненормальной: без причины кричу на человека, и Марк вообще не поймет причину моего гнева. Впрочем, не нужно переживать из-за этого, ведь я-то его никогда не понимаю! – Не дари мне больше розы! Я не хочу. Не хочу твоих роз, и разгадывать твои загадки тоже не хочу! Оставь меня, Марк, пожалуйста… – Мой голос стих, но теперь я уже немного овладела собой, и собственные слова перестали приносить сильную боль. Только шок.

– Я и не думал, что так мешаю тебе жить… – Подойдя ко мне, он поднял мой подбородок и ласково провел по лицу. Чернота его глаз мгновенно завладела мною, и я восхищенно смотрела на него. Как хорошо, когда его руки касаются моего лица, и он с такой лаской смотрит на меня… Но – нельзя! Мне все это нельзя!

– Даже не думай! – Я аккуратно убрала его раскаленную руку. – Не вздумай гипнотизировать меня.

Поверь – твой взгляд мне совершенно не нужен, я и так вижу, какой ты совершенный.

– Не такой, как ты.

– Замолчи! Я не могу быть тебе… другом.

– Другом ли? – Взгляд продолжал обезоруживающе действовать на меня, голос был ровным и гладким, как шелк.

– Никем! Понимаешь, никем. Я хочу жить так, как жила раньше. Когда не знала тебя. Я знаю, любая девушка рада была бы получить твое внимание, но я в сказки не верю! Оставь меня – у меня все хорошо, скоро выздоровею… Если хочешь, не буду больше ходить ночью по улицам! Только, оставь меня! Пожалуйста, я не хочу тебя больше знать!

– Ты уверена? – Марк сделал один шаг назад, отступая от меня, но продолжая пленить взглядом и красотой. Ком подступил к горлу.

– Да.

– Лишь твое желание для меня – закон. – Марк развернулся и пошел к выходу.

В этот миг я собралась броситься к нему и извиниться, сказать, что это была неудачная шутка, но с трудом переборола себя. Не в силах смотреть, как он уходит от меня, я бросилась бежать вверх по лестнице. Слезы вновь брызнули из глаз… а я-то ведь думала, что больше не буду плакать.

## Глава 7

Не обращая внимания на соседей, я позволила себе наплакаться вволю. И сразу после этого почувствовала облегчение – ведь я справилась! Я смогла, успела – он еще не стал для меня самым важным человеком. Уставшие от слез глаза закрылись, и я быстро уснула.

Примерно через два часа меня разбудила медсестра, напоминая, что пора идти на процедуры. С опухшими глазами я вышла. Надеюсь, до прихода мамы припухлость немного пройдет.

Сейчас от облегчения не осталось и следа. Тоска разрывала меня! Тоска и полная опустошенность.

Во время процедуры вспомнился его голос: «Лишь твое желание для меня – закон».

Лишь твое… Нельзя об этом думать! Все прошло.

Когда вечером пришла мама, она сразу заметила, что я, – по ее словам, какая-то безжизненная. Аня и Андрей тоже решили, что я впала в депрессию.

– Я знаю, что сделаю! – Андрей оживился. – Я принесу тебе ноутбук. Заполненный играми, музыкой, фильмами. Всем, чем захочешь.

– Не стоит себя утруждать, – отказалась я.

– Все равно принесу, а то ты совсем скисла.

Возможно, компьютер поможет мне отвлечься. Если мне вообще хоть что-то поможет.

– На улице хорошая погода, – Аня пыталась меня подбодрить. Хочешь, прогуляемся?

– Нет.

Мне было все равно, какая стоит погода.

После посещения гостей я попыталась заняться учебой – не получилось сосредоточиться; попыталась почитать – показалось скучным. От безделья я легла спать раньше обычного. Герой моего сна не изменился.

Проснулась я поздно, хотя и проспала около двенадцати часов. Первое, что я почувствовала – это совершенное нежелание вставать и вступать в новый день. И где-то глубоко внутри меня теплилась глупая надежда – может быть, он придет?.. «Нет! – тут же оборвала я себя. – Не придет. И роз больше не будет…» Сердце сжалось в комочек, я натянула на себя одеяло, словно желая спрятаться.

Часы показывали двенадцать, и я с неохотой поплелась на процедуры. После этого меня отправили к моему врачу. Он взглянул на меня и тут же оценил ситуацию.

– Ты ничего не ешь. Почему?

– Не хочется, – вяло произнесла я.

– Если ты не будешь есть, пролежишь здесь больше двух недель. Тебе этого хочется?

Я покачала головой.

– Тогда иди и поешь.

Стоя возле холодильника, я долго выбирала, что именно съесть. К горлу подступила тошнота, и я уже решила отказаться от этой идеи. В итоге рука потянулась за соком и творогом. Поесть все же надо.

Ковыряя ложкой в твороге, я осознавала лишь одно: он не придет. Сегодня не придет. И завтра. И потом. Так и сказал: «Твое желание для меня закон». Он выполнит свое обещание. Он всегда все выполняет. Почему же он стал для меня таким дорогим?.. Потекшие по щекам слезы попали в творог и смешались с ним. Все оказалось намного сложнее, чем я предполагала.

Расправившись с едой примерно за час, я поняла, что не хочу ничего делать. Ни читать, ни заниматься. Смотреть в потолок мне нисколько не надоедало. Сердце ныло, и я перестала сдерживать себя, отдаваясь чувству тоски. Все равно не получается с ней бороться.

Несмотря на то, что я много спала, мне снова захотелось спать. К тому же сон – это не явь, там Марк придет ко мне.

Я не ошиблась – во сне я убегала от Марка, который гнался за мной. Вокруг было темно, но я могла четко видеть его опьяненные ненавистью глаза.

На процедуры меня разбудила медсестра. Надо будет начать заводить будильник.

Врачи вновь напомнили мне про необходимость питаться, и я проглотила шоколадку, совершенно не почувствовав ее вкуса.

Сегодня вечером у меня было очень много гостей. Первой была Кристина. К моему сожалению, она не взяла с собой Артура – маленького двухгодовалого сыночка. Возможно, он смог бы отвлечь меня.

– Что с тобой? – Ее голос был очень удивленным, и мне захотелось посмотреть в зеркало, чтобы понять, что такого она увидела на моем лице.

– Что?

– Ты такая… убитая. Все так плохо, да?

– Скучно, – отговорилась я.

– Но ты вся заспанная и… не накрашена?! – Возможно, она впервые видела меня без макияжа.

– Спала целый день и решила дать коже отдохнуть.

– Ну-ка… – Кристина заглянула мне в глаза. – В твоих глазах совершенно отсутствуют признаки жизни.

– Говорю же, спала…

Как я ни старалась убедить Кристину в том, что чувствую себя нормально, мне это не удалось. Впрочем, как не удалось убедить в этом и следующих гостей – ко мне пришли Аня, Дима и Андрей.

– Ты себя хорошо чувствуешь? – хором спросили они.

Похоже, мне нужно быть более убедительной.

– Да, ребята… Все как обычно. Андрей, вижу, ты все же принес мне ноутбук. – Я постаралась улыбнуться.

– Смотри, что я загрузил сюда.

Андрей открывал и закрывал бесчисленное количество папок, объясняя, что где находится. Я смотрела, словно в пустоту, не обнаруживая в себе ни малейшего интереса к происходящему. Единственное, что мне сейчас хотелось – так это вернуться в свою палату и спрятаться под одеяло. Конечно, я не запомнила всего того, что Андрей объяснял мне. Зато все остальные увлеченно смотрели на экран.

Зачем мне все это?.. Зачем мне стоять здесь и вымучивать из себя интерес, если Марк не придет? Какое теперь это все имеет значение, если он не придет? Держись, Вика, держись, ты все выдержишь, повторяла я про себя.

– Тебе неинтересно? – Андрей оглянулся на меня.

– Нет, что ты! Где, говоришь, ты спрятал музыку?

– Он же три раза объяснял, – буркнул Дима.

– Я что-то перепутала… Ребята, извините, мне спать очень хочется.

Все трое удивленно переглянулись.

– Ты не высыпаешься?

– Лекарства так действуют.

Попрощавшись с ними, мне так и не удалось отрешиться от реальности – когда уже заканчивалось время визитов, пришла мама.

К этому моменту мне уже хотелось кричать. Кричать о том, что я потеряла!

После всех этих визитов я была совершенно опустошена и обессилена. Я тратила силы на то, что мне было не нужно – на пустые разговоры и улыбки. Я просто хочу лечь спать…

Почти прожит один день. Я осознавала, что не хочу просыпаться завтра. Для чего? Для чего мне вставать? В голову закралась безумная идея: сбежать из больницы, чтобы придти в академию и хоть краем глаза посмотреть, убедиться, что он есть.

В палате я включила компьютер, но, не успел он загрузиться, передумала: не хочу, все это мне неинтересно. Стены палаты словно держали меня в клетке, а мне хотелось кричать… Выкричать все, что болит в груди – он не придет!

Принимая душ, я пыталась успокоиться, но вода, которая струйками стекала с меня, напоминала мне лишь о том, как я выходила из озера, любуясь самым красивым мужчиной, которого только видела в жизни. Вновь потекли слезы, смешиваясь с водой из душа. «Больше. Такого. Не будет» – отбивал мой пульс. Сердце, и так уже сжатое в маленький комочек, сжималось еще сильнее в бесплодной попытке выдавить из себя боль. Напрасно – она окутала все мое существо. И когда я успела так привыкнуть к нему?!

Я успокаивала себя мыслью, что сейчас лягу спать. Лягу спать и во сне буду с ним. Буду бежать от него, и бояться… Пусть он будет пытаться убить меня – но он будет! И я смогу посмотреть на него. Хотя бы во сне.

Мокрые от слез глаза закрылись моментально, как только голова коснулась подушки. Сквозь какой-то шум в ушах я слышала, что на телефон пришли несколько сообщений, но какое это имеет значение? Во сне меня ждет он.

На этот раз Марк не бежал за мной. Наоборот, я шла в полной темноте, не видя ничего вокруг. Я искала, искала его и звала: «Марк! Марк!» Только мне казалось, что я слышу его шелковый голос или вижу неясные очертания, как я спотыкалась обо что-то и падала, падала… и вновь искала и звала.

Что-то зазвенело. Разлепив глаза, я поняла – мой будильник. Отключив его, я потрогала свою голову – она раскалывалась от боли, а в ушах что-то звенело. Где я нахожусь, и что происходит?

Боль в сердце появилась даже раньше, чем я вспомнила и осознала последние события. Вспомнила вчерашний день. И поняла, что сегодня мне ждать нечего.

Я пыталась настроить себя на позитив, уверяла, что скоро станет легче… Но тоска судорожно сжимала мое сердце, а нежелание делать что-либо угнетало. Лежать бы так весь день – лишь бы никто не трогал меня.

Чувство совести заставило подняться и сходить на процедуры. После я даже поела, правда, при этом совершенно не ощущая вкуса.

Яркий свет за окном напоминал о том, как гладкие черные волосы Марка переливались в солнечных лучах; пустая ваза на окне – о розах, которых здесь уже никогда не будет. Против моей воли сердце воспроизводило каждую нашу встречу, каждое его слово, заставляя меня вздрагивать каждый раз, когда в памяти всплывали черные глаза. Заботливые и нежные… или яростные, с огнем вместо зрачка.

Лежа в кровати, я судорожно вцепилась в одеяло. Чувство отчаяния и беспомощности словно проходили сквозь меня, оставляя болезненные следы в каждой клеточке моего тела. Он не придет. От слез горели глаза, и каждый раз, когда я шепотом произносила фразу «он не придет», мое тело будто ударяло током, такой болью и шоком были пропитаны эти слова. Однако постепенно резкая боль уходила, уступая место ноющей тоске.

Последующие дни я спала по пятнадцать-восемнадцать часов в сутки, просыпаясь только из-за процедур и гостей. Глаза уже превратились в опухшие щелки, но не от слез – плакать я перестала, а оттого, что слишком много спала. Как я ни пыталась пробудить в себе интерес хоть к чему-то, у меня ничего не получалось – я так и не включила компьютер Андрея, перестала заниматься химией и физикой, не брала в руки книги. «Войну и мир» я даже не тронула, не дочитав даже «Гордость и предубеждение». Единственной моей крепостью была кровать, лежа в которой я почти всегда смотрела сны о Марке. Может, потому и спала – чтобы побыть с ним хотя бы во сне. Иногда я просто смотрела в потолок, и мне казалось, что стены начинают наклоняться и сдавливать меня.

Мама не на шутку перепугалась. Я пыталась уверить ее, что мне просто необходим свежий воздух. Впрочем, как и всех остальных – Аню, Андрея…

По большей части, мне было все равно, что они думают о моем состоянии. Уверять кого-то в том, что у меня все хорошо, тоже не хотелось. Не верят – это их дело.

Общаясь с однокурсниками, я старательно избегала касаться волнующей темы. К счастью, о Марке никто не заговаривал.

Я ждала. Ждала, когда тоска перестанет мучить мое сердце, и я вернусь к себе – к себе такой, какой я когда-то была.

Двадцать девятого сентября я окончила курс процедур, и мне сообщили, что с завтрашнего дня можно будет выходить на улицу. Теперь я выйду на свежий воздух, и для мамы нужно будет придумать новую отговорку насчет моего депрессивного состояния.

Этой ночью я попала в сказку…

«Ты считаешь меня красивым?» – спрашивал Марк, согревая мои холодные руки своими пылающими ладонями. «Но красивей тебя я никого не встречал». Шелковый голос сводил с ума, черты лица я видела так, словно это был не сон. «Я не хочу обидеть тебя, поверь мне! И не обидел бы никогда. Ты слишком чиста, чтобы я мог ранить тебя…»

Проснулась я без будильника, оттого, что по щекам текли слезы. Уже несколько дней, как слезы высохли, и вот опять. Поддавшись порыву, я начала сознательно вспоминать Марка, хотя запрещала себе это делать. Вот я вижу родное и самое прекрасное лицо на свете, вот слышу такой дорогой мне голос. С тревогой заглядываю в опасные глаза… Хватит отрицать очевидное – я влюбилась.

«Я люблю тебя, Марк».

Как я и думала, воспоминания не прошли даром – волна новой боли накрыла собой пелену тоски и безразличия, что едва утвердилась внутри меня. Теперь эта боль прорвалась в самый затаенный кусочек моего сердца и нагло поселилась там, распуская импульсы по всему телу. Значит, вот чего я боялась. Вот почему не хотела любить!

Мне стало душно в четырех стенах, захотелось выйти туда, где меня ничто не будет сдерживать.

Я вспомнила, что сегодня мне можно выходить на улицу.

Головной боли больше не чувствовалось – она превратилась в привычку. Перед глазами стояло любимое лицо.

Наспех умывшись и одевшись, я выскочила на улицу. Погода была хмурая, но без дождя. Почувствовав свежий холодный воздух, я жадно вдохнула. Прохладный ветер высушил стекающие слезинки, и я бросилась прочь от больницы. Когда проходила мимо качелей, на которых еще не так давно сидели мы с Марком, боль в сердце напомнила о себе с удвоенной силой.

Сбавив шаг, я подошла к деревянной скамейке. Прямо возле нее стоял огромный дуб с широко раскинувшимися ветвями и яркими листьями. На скамейку я забралась прямо с ногами, прислонившись спиной к мощному стволу. «Дуб – это символ силы и мудрости. Береза отдает силу, а дуб – забирает». Воспоминания в моей голове сменяли друг друга, и я не сопротивлялась им. Раз уж впустила в себя боль, теперь можно немного насладиться воспоминаниями…

Но я опять не рассчитала свои возможности – думала, что больнее уже не будет, но когда оторвалась от своих грез и открыла глаза, шокирующая действительность вызвала во мне новый приступ отчаяния.

Как же так?.. Его нет!

– Марк! Пожалуйста, вернись, – тихонько прошептала я. А после, потеряв над собой контроль, вскочила со скамейки и крикнула, что было сил: – Пожалуйста, вернись!! – Голос надорвался, словно отделяя букву от буквы, слог от слога.

Крик опустошил меня, и боль ненадолго сжалась в комочек и прекратила посылать импульсы по телу. Но только совсем ненадолго…

Задул сильный ветер, унося мои слова куда-то дале-ко-далеко. Я села и закрыла глаза. К счастью, мыслей не было, и я просто слушала свое дыхание, сначала частое и прерывистое, потом глубокое и медленное.

Со странным чувством расслабления я просидела там около получаса и вернулась в палату. Только спать на этот раз я не решилась. Теперь не хотелось смотреть сны о нем.

Примерно через час меня позвали к доктору.

– Ждешь хороших новостей? – с улыбкой спросил он.

– Хороших новостей, – усмехнулась я. Лишь одна новость могла бы быть для меня хорошей – о том, что мне принесли розы. Но этого не будет, поэтому я была равнодушна.

– Сегодня четверг. Выписываем тебя в понедельник. Еще неделю, максимум две, полежишь дома. Какие препараты будешь принимать, объясню во время выписки. Ну, что, рада?

– Да, – вяло отозвалась я. Дома, конечно, лучше. В комнате буду одна, и душ будет не общий. А так – в чем еще разница? Ни тут, ни там Марка не будет.

– Странно… Я думал, ты будешь в восторге.

– Конечно, я рада. Просто, я не ожидала ничего другого. Две недели уже прошло.

Вернувшись в палату, я покорно уставилась в потолок. До визитов еще далеко. А что, если опять выйти на улицу? Может быть, улучшиться внешний вид и мама будет меньше волноваться?

Решив прогуляться еще раз, я вышла из палаты.

## Глава 8

Открывая тяжелую больничную дверь, я с кем-то столкнулась. Почувствовав пьянящий аромат и бешеный стук взбушевавшегося сердца, я подняла глаза, в которых с трудом удерживала счастливые слезы.

– Марк… – вполголоса произнесла я.

Легко придерживая тяжеленную дверь, Марк пропустил меня к выходу.

Сердечко радостно стучало в груди, выкидывая, выбрасывая ненужную теперь боль и тоску. Какая разница, как мне жилось все эти дни, и что я чувствовала три минуты тому назад? Главное, что сейчас я остро ощущаю все то, чего раньше не замечала. Сейчас самый конец сентября, но погода могла бы быть и лучше.

Да я же не накрашена!

Словно прочитав мои мысли, Марк позволил мне услышать его голос:

– Знаешь, а так даже красивей. Словно совсем маленький ребенок.

Какая разница, что он говорит и как жестоко играет с моим сердцем этими словами, главное – я могу слушать его волшебный голос. Жадно вдыхая пьянящий аромат его кожи, я, наконец, наяву любовалась им. Его безупречные очертания, которые я видела во сне или воспроизводила в своей памяти, оказались не так уж и совершенны. Казалось бы, куда еще прекраснее, но он стоял передо мной и выглядел в тысячу раз лучше.

– Я сказал, что твое желание для меня закон. Но мне показалось, что оно изменилось.

Я потеряла и забыла все слова на свете, в голове лихорадочно прыгали отдельные фразы.

Задул ветер, поддувая аромат Марка еще ближе ко мне. Я блаженно вдохнула его. По всей видимости, мое тело действует отдельно от разума.

– Жаль, что я не могу понять, что ты чувствуешь. Тебя очень сложно разгадать… – Моя сказка продолжалась, и его шелковый голос был обращен ко мне.

– Тебя еще сложнее, – чуть слышно прошептала я.

– Знаешь, я волновался. – Марк развернулся, приглашая меня на прогулку. – Твои друзья говорили, что ты… будто неживая. Наверно, они ошиблись, потому что… Просто потому, что я вижу – ты живешь.

Да, я ожила. Ожила, едва появился Марк.

– Все твои вопросы… – Его слова продолжали ласкать мой слух. – Я не знаю на них ответа. Если ты вновь спросишь, почему я пришел, могу сказать лишь, что захотел этого. Почему захотел – я не знаю. Если еще раз сейчас ты прогонишь меня, я больше не вернусь – обещаю. Ты хочешь этого?

– Нет.

– Тогда к чему все эти вопросы?

– Просто, я не верю в сказки.

– Но ведь я не принц.

– Это я не принцесса…

Мы замолчали, и я использовала это время, чтобы пройтись взглядом по контуру его губ и лишний раз убедиться в том, что происходящее – полный абсурд. Абсурд, который делает меня счастливой.

– Откуда у тебя такое упрямство и воля?

– О чем ты? Какая воля? – усмехнулась я. Никогда еще так сильно, как сейчас, я не ощущала отсутствия воли.

– Ты сильная. Неужели не знаешь? Ты очень сильна.

– Марк… – Его имя будто резало мои губы. – Ты даже не представляешь, насколько я оказалась слаба.

Мы говорили о чем-то одном, понятном обоим, хотя, наверно, каждый говорил о своем.

– Что сейчас будет? – Мой голос дрожал.

– О чем ты?

– Марк, ты должен понимать, что… – Я запнулась.

– Что я хочу знать: какова твоя цель. Просто все это… Все это… так не бывает, понимаешь?

– Мне не нужна цель. Рядом с тобой я хорошо себя чувствую – это все.

– Значит, ты сошел с ума.

– Я вполне адекватен.

– Однажды ты поймешь… что я совсем не нужна тебе, а я… я уже привыкну…

Я робко взглянула ему в глаза в надежде понять реакцию. Черная радужка сливалась с черным зрачком, обволакивая меня спокойствием и заботой.

– Так вот что тебя беспокоит!

– Да. Но помимо этого – состояние твоей психической деятельности, которая, возможно, связана с повышенной температурой тела.

Он улыбнулся, и его улыбка сразу отразилась на мне – пульс резко участился.

– Я не исчезну. Не исчезну, пока ты этого не захочешь. – Марк провел рукой по моим волосам. – Ты хоть знаешь, как ты пахнешь? Как ты красива? Как ты чиста? – Голос уносил меня далеко за пределы реальности.

Он спрашивает, как пахну я?! Неужели он не видит, что каждый раз, точно безумная, я наслаждаюсь его запахом?

Я отрицательно покачала головой. Не хочу, чтобы его слова проникли в сознание. Когда он уйдет, уйдет совсем, мне будет очень больно. Разве можно так играть моими чувствами?

– Что с тобой?

– Не говори мне, пожалуйста, не говори! – умоляюще шептала я.

– Не хочешь, чтобы я находился рядом с тобой?

– Нет… не хочу…

– Хочешь, чтобы я ушел?

– Нет! Я не хочу!

– Тогда – чего же ты хочешь? – Марк поймал мой взгляд и теперь смотрел внутрь меня, заглядывая в самую душу.

Я покорно отдалась его взгляду – даже если он умеет читать мысли, то все равно не найдет ответа, так как я сама не знаю его.

– Удивительно! – произнес он. – Сколько же в тебе силы, девочка…

– Да про какую силу ты говоришь? – агрессивно крикнула я, одновременно злясь на саму себя. Ведь я слаба, не могу сопротивляться его действиям!

– Например, эту. – Марк схватил меня за руки, пытаясь утихомирить и крепко держал перед собой. От его близости я сразу почувствовала головокружение, сладкий аромат пьянил, а глаза. Такие жесткие, уверенные, красивые… Еще немного, и я потянусь к нему…

«Вика, – сказала я себе, – очнись! Неужели тебе мало того болота, в котором ты и так уже завязла? Все это рано или поздно обязательно превратится в боль. Очень сильную боль».

Собрав остатки благоразумия, я попыталась как можно спокойнее произнести:

– Отпусти, пожалуйста, ты слишком крепко держишь меня.

Марк ослабил хватку, а после провел тыльной стороной ладони по щеке.

– Да… Похоже, все оказалось сложнее.

Я опустила глаза, не понимая, о чем он говорит. Кажется, это входит в мою привычку – ничего не понимать.

– Когда тебя выписывают?

– В понедельник. Почему ты пропускаешь занятия?

– Эти лекции мне уже читали.

– Я спрошу еще раз. Что ты делаешь в этом городе?

– Надеюсь, ты когда-нибудь поймешь.

– Надеешься?

– Раньше я был уверен. – В черных глазах сверкнули молнии.

Отойдя на достаточно большое расстояние от больницы, мы развернулись и пошли обратно.

– Помоги мне разгадать загадку. – Любимый голос был для меня самой прекрасной музыкой.

– И это ты говоришь мне о загадках? Ведь это в твоей компетенции загадывать их, а в моей – лишь смириться с тем, что они слишком сложны.

– Ну, одну я все-таки не могу решить. Что ты думаешь обо мне?

– Честно?

– Желательно.

– Ты упал с Луны?

Улыбка украсила дорогое лицо.

– Еще варианты?

– Ну… – протянула я, – Ты герой из какой-нибудь сказки.

– Чем же занимается этот герой?

– Обладая необычными способностями, он с феноменальной скоростью приобретает новые знания.

– И спасает прекрасную принцессу.

– Но только ошибается, и принцессу спасает не ту.

– Но ведь герой не может ошибаться.

– Опять нестыковка, – улыбнулась я. – Герою подлили зелье, и он потерял рассудок.

– Вика! – Марк развернул меня к себе, и мое сердце учащенно забилось. – Ты можешь не сомневаться в моем душевном здравии. А в чувствах я не ошибаюсь, но доверяю им. Доверься и ты.

– Чувствами нужно руководить. Они должны быть управляемы.

– Чего ты боишься?

Я не ответила на его вопрос.

– Ты считаешь возможным управлять своим сердцем?

– Можно обмануть его.

– Ты ошибаешься. Сначала чувствует сердце, и лишь потом воспринимает разум.

– Нет. Можно сделать так, чтобы было наоборот.

– Тогда почему у меня не получается?

– Наверно, ты просто не пытался.

– Упрямство. Ты очень упрямая. Удивительно, почему я не могу переубедить тебя.

– Наверно, с тобой соглашаются все?

– Ну… в принципе, да.

– Откуда это?

– Что?

– Дар внушать свое мнение и свое желание?

– Почему ты решила, что у меня есть этот дар?

– Потому что тогда, когда мне запрещали выходить из больницы даже на какие-то пять минут, ты добился целой прогулки.

– Ах, это…

– Так откуда? Как и всегда, не скажешь мне?

– Дар ли это? Ведь на тебя он не действует.

– Ты же сказал, что я упрямая.

– Упрямство никогда не было помехой.

– Получается, я тоже загадка для тебя?

– Ты даже не представляешь, насколько сложная загадка.

Мы немного прогулялись, молча, и в этот момент я чувствовала себя самой счастливой. Чувствовала себя живой. Марк был рядом со мной!

Когда мы зашли в больницу, на меня напало чувство тревоги. Вдруг он больше не придет? Вдруг очнется и поймет, что я ему совсем не нужна? Лучше не думать об этом! Не стоит.

Марк ласково погладил меня по плечу, и мое тело моментально отозвалось на его прикосновение – пульс участился, я начала глубже вдыхать воздух.

– Запомни, что я сказал. Чувства не ошибаются, не бойся доверять им.

– Но ты так и не убедил меня в этом. – Я с трудом сохраняла ясность мышления.

– До встречи, девочка.

– До встречи, – прошептала я, последнюю секунду любуясь его видом.

Поднимаясь наверх, я с радостью осознавала, что боль и безразличие отпустили меня. И мне совсем не важно, что было вчера. Конечно, я знаю – на смену радости придет страх. Страх потерять его. Страх потерять контроль над собой. Много всяких страхов.

Вернувшись в палату, я достала зеркальце и посмотрела на свое отражение. Отличный вид: растрепанные волосы, полное отсутствие макияжа… И в таком виде я выходила на улицу? Выходила к Марку?!

Я быстро нашла свою косметичку и наложила минимум макияжа. После выпрямила волосы и посмотрела на себя. Впервые за последние дни я видела, как горят мои глаза. Горят жизнью.

Потом я вспомнила, что сегодня сообщил мне врач – мне осталось только три дня! Три дня, и я уйду отсюда. Настроение поднималось все больше. Включив компьютер, я начала искать музыку. Куда же Андрей дел ее? Открыв половину папок, я, наконец, нашла нужную. Надев наушники, я блаженно закрыла глаза. Полилась музыка, ничуть не мешая мне вспоминать. Вспоминать образ моего любимого человека. Человека, в считанные дни ставшего мне родным.

Вечером ко мне заглянула только мама. Она моментально заметила перемену моего настроения, причину которой я уже придумала.

– Мне разрешили выходить, и сегодня я много гуляла.

– Свежий воздух действует положительно. Мне кажется, я недооценивала влияние прогулок…

Как обычно, она протянула мне пакет, и я с удовольствием заглянула туда. Достав гроздь винограда, тут же принялась есть его.

– Может, хотя бы до комнаты донесешь?

– Очень вкусно, – пробубнила я с набитым ртом.

Мама только головой покачала, но было видно, что она рада. Занявшись едой, я чуть не забыла сообщить важную новость.

– В понедельник меня выписывают!

– Ах, вот оно что! Вот в чем причина твоего веселья.

– Это все свежий воздух, – убеждала я ее.

– Конечно. – Мама ласково потеребила мои волосы.

Вернувшись в комнату, я обнаружила, что у меня бессчетное количество дел. Наверно, за прошедшие две недели я очень отстала от академической программы, и нужно срочно догнать все упущенное. Кроме того, мне необходимо дочитать хотя бы книгу Джейн Остен. Еще я хочу сделать что-нибудь в компьютере. Например, фильм! В подарок Андрею, о жизни. По-моему, очень хорошая идея. Надеюсь, в компьютере достаточное количество фотографий и видео.

К моей радости, я обнаружила фото Андрея всех возрастов – получится полноценный фильм. Кучу времени я потратила на поиски видео, и в итоге нашла только два. Наверняка, есть и еще, просто Андрей все попрятал. Я спрошу у него, когда он придет.

Создав отдельную папку, я сбросила туда все необходимые файлы и решила потерпеть до завтра. Нужно взяться за учебники. Хотелось сделать все и сразу.

Спать легла за полночь, предварительно послушав любимую музыку.

Как обычно перед сном, мои неконтролируемые мысли были о Марке. Неужели только этим утром я была в отчаянии? Неужели совсем недавно жизнь не имела смысла?.. Вспомнив свое состояние, я невольно содрогнулась: считала, что думать о нем каждый день слишком тяжело и сложно, но не знала, что без него окажется еще сложнее. Что без него окажется просто невыносимо!

И я позвала его. Ведь я же кричала на всю улицу, чтобы он вернулся! Совпадение? Он пришел в этот же день.

Зачем он врет мне про какие-то чувства? Ведь я знаю, я чувствую – он врет.

Стоило мне начать воспроизводить в памяти его слова, как я сразу ощутила полное расслабление. «С чувствами своими не ошибаюсь, но доверяю им. Доверься и ты».

«Я не пропаду. Не пропаду, пока ты этого не захочешь», – его слова шли изнутри меня, всплывая в памяти без моей на то воли. «Не верь! Он пропадет!»

– убеждала я себя. Пусть он говорит, что сердце обмануть нельзя, но сейчас сердце пытается обмануть меня. Но я справлюсь! Я понимаю, что мы никогда не будем вместе.

Заснула я очень поздно, а когда проснулась, то не помнила своих снов. В кои-то веки я не вспомнила свой сон.

Первая мысль, пришедшая мне в голову, была вопросом: придет ли он? Сердечко радостно застучало, по всей видимости, положительно ответив на вопрос. Я становлюсь зависимой от Марка, как наркоман от наркотиков.

На этот раз я привела себя в порядок прямо с самого утра. Как же хорошо, когда есть желание делать хоть что-то.

Первый гость пришел к одиннадцати утра. И уже спускаясь вниз, я чувствовала, что это он.

– Ты приходишь ко мне в больницу вместо занятий? Ведь сегодня физика, и как раз в это время, – спросила я, с трудом сохраняя дыхание ровным, потому что его запах уже окутал меня.

– Я просто не мог пропустить такое событие.

М-м-м, какой приятный голос. Зачем лишать себя удовольствия посмотреть в его глаза? Через секунду я уже тонула в бездне манящей черноты. Вновь ощутив его влияние, я поддалась на секунду, про себя признаваясь ему в любви. «Я люблю тебя! Я люблю тебя…» Любимые глаза продолжали гипнотизировать. Почувствовав, что скоро упаду, я не без труда отвела глаза.

Марк улыбнулся и произнес:

– Я еще не отпускал тебя. Удивительно, но ты делаешь совершенно не то, что я хочу.

Приведя дыхание и равновесие в порядок, я вспомнила, что он говорил о каком-то событии. Его последнюю фразу я оставила без внимания – так решила поступать со всем тем, что мне непонятно. Обдумаю все потом. Когда-нибудь потом.

– О каком событии ты говорил?

– Я хочу посмотреть, как ты танцуешь.

– Что?

– Сегодня в Акаре мастер-класс по танцам. Туда мы сейчас и отправимся.

– В Акаре? В соседнем городе? Танцы? А меня ты не спросишь, хочу ли я ехать?

– Я знаю, что не хочешь, поэтому и не спрашиваю. Но еще я знаю, что тебе там понравится.

– Не умею танцевать, поэтому даже не думай, что я поеду. – При одной мысли о том, что Марк может увидеть, как я танцую, мои щеки зарделись.

– Ну, и что мне с тобой делать? Мои способности на тебя не действуют, как я должен убеждать тебя?..

– Твои способности? Хочешь сказать, ты можешь убедить любого?

– Кроме тебя – да. Но, в принципе, я попробую по-другому. – Его голос был спокоен и уверен, будто он и не сомневался в том, что я поеду. А внешность постоянно отвлекала от сути разговора.

– Слушаю.

– Это – всего лишь учеба, а не танцы профессионалов. Тебе не придется переживать за свои умения.

– Я лежу в больнице, а ты зовешь меня на танцы?

– Ты не выглядишь больной.

– Но это – соседний город!

– Тридцать минут на машине.

– Тридцать минут? С какой скоростью ты собрался ехать?

– Водить я умею.

– И танцевать тоже?

– Да.

– А что ты не умеешь?

– Не могу понять тебя.

– Мне нечего надеть! – Я уверенно взглянула ему в глаза и тут же почувствовала, как моя решимость начинает таять.

– О твоей одежде я позаботился.

– Ты – ненормальный.

– Пожалуй, это самый существенный довод. Наверно, тебе действительно не стоит ехать туда со мной.

– Ты издеваешься? Сначала ты уговариваешь меня, а потом говоришь, что мне не стоит туда ехать?!

– Так ты согласна?

– Нет!

– Так я и думал.

После этих слов Марк схватил меня и аккуратно поднял на руки. Из-за того, что между нами резко сократилось расстояние, у меня закружилась голова. Нельзя же так быстро приближать ко мне это красивое лицо…

– Марк! Пусти! Что ты делаешь?!

– А на что это похоже?

Я вырывалась всеми силами, но Марку не составляло никакого труда удержать меня. На все мои попытки сбежать он не обращал ни малейшего внимания.

– Пусти меня сейчас же!

– Скоро ты устанешь бороться. – Его голос был ровен, словно он медленно прогуливался по берегу озера и дышал свежим воздухом, а не тащил меня на руках.

– Марк! Немедленно верни меня обратно!

– Мне нравится, когда ты показываешь свой характер.

– Марк!!

Когда он донес меня до машины, то отпустил и поставил на землю, после чего свободной рукой открыл дверцу и осторожно усадил меня. Не обращая внимания на мое сопротивление, аккуратно закрыл ее за мной.

Я никогда не чувствовала себя такой беспомощной.

Марк обогнул машину и сел в водительское кресло. Его «Лексус» моментально наполнился каким-то волшебством и магнетизмом. Чтобы справиться с нахлынувшей на меня волной расслабления, я решила принять нападающую позицию.

– Ты невыносим! Ты должен хоть немного считаться с моими желаниями!

– Чем я и занимаюсь – исполняю твои желания. Только не могу понять – зачем ты с ними борешься?

– Ты понятия не имеешь, чего я хочу!

– Ошибаешься. Я знаю. Но, как я уже говорил, у тебя сильная воля.

– Даже не думай, что я буду танцевать.

– Будешь.

– Ты меня не заставишь!

– Заставлю. – С каждым его словом я все больше сомневалась в том, что сама отвечаю за свои поступки.

– Будет четыре направления, каждое по пятьдесят минут. Перерыв – десять минут. Отдохнуть успеешь.

– Что за направления? – прорычала я.

– Клубные танцы, эр-эн-би, хип-хоп и латино.

Мы уже приближались к выезду из города.

– Латино? – переспросила я.

– Тебе нравится?

– Да.

– Ну что ж, уже лучше.

– Сбавь скорость! – испуганно вскрикнула я, посмотрев в окно. Занятая разговором, я даже не заметила, что мы несемся по трассе с бешеной скоростью.

– Со мной ты в безопасности. – Его уверенность передалась мне. Марк снизил тон и начал говорить медленно: – Ты будешь самой красивой. Разве я могу подвергать опасности такую девушку? Кто бы ни приехал туда, прекраснее тебя не будет никого.

Моя агрессивность моментально пропала куда-то, и я не смогла обнаружить в себе ни капли сопротивления.

– Марк. Не надо…

Он замолчал, а мне оставалось только вдыхать его ароматный запах и запоминать каждую черточку лица. Его взгляд был устремлен на дорогу, и мне открывался совершенный неподвижный профиль. Смотря на него, я все больше убеждалась, что не хочу представлять себе жизни, в которой его нет. Но я очень сильно боюсь. Марк внушает мне страх. Страх, переплетающийся с неудержимой тягой к нему. Не хочу представлять, что когда-то его не будет рядом со мной. В тот день не станет и меня.

В состоянии, близком к беспамятству, я провела половину дороги, пока Марк не заставил меня очнуться от его же чар.

– О чем задумалась?

– О тебе, – я ответила, не успев даже подумать о том, что говорю.

– И что надумала?

– Ты очень красивый.

– Что еще?

– Я… – Замолчав, я подумала, стоит ли мне продолжать. – Мне кажется, я тебя боюсь.

– Боишься? Почему? – Он выглядел удивленным.

– Не знаю. Просто стало страшно. Когда я была маленькой, я боялась темноты. Я знала, что ничего плохого случиться не может, но темнота внушала страх. Нечто подобное я испытываю и сейчас, глядя на тебя.

– Не может быть, – Марк пробормотал эти слова совсем тихо, я с трудом уловила, что он их произнес. – Неужели, я такой страшный?

– Я бы сказала, опасный. Но ведь мне это просто почудилось, – ответила я, удивляясь: почему это так волнует его.

Мы уже приехали в Акару, и вскоре Марк припарковал «Лексус» возле большого четырехэтажного здания. «Спортивный мир» – эти слова, несмотря на дневной свет, ярко мигали перед входом в здание. Большие панорамные окна зеркально отражали все, что находилось снаружи. Здание было совсем новым.

– Ну что, вперед? – Марк призывно взглянул на меня. Я судорожно вцепилась в сиденье.

– Не пойду!

Он ласково взял прядь моих волос и вдохнул их запах.

– М-м-м, как вкусно пахнут…

Внутри меня все перевернулось, я уже не понимала, где лево, где право, и инстинктивно прижала руку к груди, решив, что сердце сейчас просто выскочит оттуда. Наверное, частота моего пульса увеличилась в несколько раз. Судя по виду Марка, он действительно наслаждался запахом моих волос. Понимая, что нужно срочно выбираться из машины, я сказала:

– Да, пожалуй, пора, иначе можем опоздать.

Марк усмехнулся:

– Знаешь, тот факт, что ты делаешь совершенно не то, что я хочу, с точностью до наоборот, можно научиться поворачивать в свою пользу.

Не дожидаясь, пока Марк откроет мне дверцу, я поспешно вышла из машины.

Мы двинулись к входу в здание. Внутри оказалось очень уютно. Людей было немного, несмотря на то, что возле здания было припарковано огромное количество машин. Декораций оказалось мало. На первом этаже – маленький фонтанчик.

Марк вел меня по бесчисленным коридорам и залам, в каждом из которых мы останавливались и показывали какие-то приглашения. Из всего этого я сделала вывод, что попасть на это событие было не так-то просто. О том, откуда он взял эти приглашения, я решила не думать.

В одном из залов у нас попросили паспорта: у меня с собой не было. Я уже обрадовалась, что нас никуда не пустят, и мы поедем обратно… По всей видимости, я недооценила способности Марка: не знаю, каким образом, но он с легкостью убедил сотрудника пропустить меня.

Когда мы, наконец, дошли до нужного зала, я поняла, что никогда не найду дорогу обратно.

В зале было просторно и прохладно. Одна сторона стены оказалось полностью зеркальной. Сцена была расположена в одной стороне зала, там же – куча аппаратуры. Сверху, этажом выше – несколько балконов.

Играл вальс «Сказки Венского леса» Штрауса, который, казалось бы, должен был меня успокоить, однако действовал совершенно противоположно.

Марк провел меня в комнату для переодеваний, где было несколько кабинок. Подойдя к одной из них, он вложил мне в руки пакет:

– Я – в соседней. Не бойся, когда ты выйдешь, я уже буду ждать тебя. Не оставлю одну: либо украдут, либо потеряешься, – усмехнулся он.

– Спасибо за доверие, – съязвила я и закрыла дверь.

Я боялась, что вещи, которые приготовил для меня Марк, не подойдут мне, но, вынув их из пакета, поняла, что страхи были напрасными. Черные спортивные брюки сели идеально, а черная с красными вставками футболка выгодно подчеркнула мою фигуру. На Марке были широкие черные штаны и бежевая футболка, которая слегка облегала мускулистое тело. Рукава были короткими, и я невольно засмотрелась на сильные руки. Без сомнения, я никогда не видела кого-либо красивее его. В нем сочеталось все: красота, грациозность, чувственность, уверенность, решимость, безумная притягательность… Этот список можно было продлевать без конца. И мне с трудом верилось, что ждет он именно меня.

– Как же ты красива, – мягко улыбнулся он, погладив мои плечи и поправляя на мне футболку. – Тебе очень идет.

– Прекрати издеваться.

– Значит, мои комплименты ты воспринимаешь как издевку?

– Марк, подойди к зеркалу и посмотри на себя.

Мы вошли в зал. До начала оставалось две минуты.

– В следующий раз я займусь твоей самооценкой.

От слов «в следующий раз» на сердце стало спокойнее.

Музыка стихла, и раздался голос диктора:

– Добрый день, дорогие друзья! Рады приветствовать вас на профессиональном мастер-классе по танцам. Сегодня кто-то из вас получит свой первый опыт в четырех направлениях, а кто-то – проверит себя. В любом случае, вас ждет отличный заряд бодрости. Итак, первое направление – хип-хоп. Встречайте! Олег.

У меня задрожали коленки, и я начала глазами искать место, куда присесть. Словно почувствовав мое намерение, Марк крепко схватил меня за руку. Его горячая ладонь не оставляла никаких шансов вырваться.

– Даже не думай! – Он отрицательно покачал головой.

На сцену вышел молодой парень в широких штанах и футболке.

– Марк, пожалуйста, отпусти меня.

Не обращая внимания на мои слова, он провел меня на свободное место возле зеркальной стены и сам встал рядом.

В это время включили музыку, и парень на сцене начал танцевать. Я сразу поняла, насколько это безнадежная идея – заставить меня танцевать все это! То, что он вытворял на сцене, мне не приснится даже во сне.

– Марк! – умоляюще прошептала я.

– Ты даже не знаешь, что можешь. У тебя все получится.

– Давай, я попробую только латино?

– Поверь мне, у тебя получится.

Когда парень закончил танцевать, он представился и поздоровался со всеми. Олег объяснил, что нам нужно будет повторять его замедленные действия. После пожелания удачи музыка заиграла вновь.

К своему удивлению, я успешно повторяла все, даже несмотря на то, что постоянно отвлекалась на Марка. Мне просто хотелось быть уверенной, что он никуда не делся.

Проработав несколько отдельных элементов, мы попробовали соединить их воедино. В замедленном темпе это получилось, но с нужной скоростью все запутались. Все, кроме профессионалов. И – Марка. Мы пробовали повторять снова и снова. У Марка получалось лучше всех – даже лучше, чем у Олега. Все, кто стоял рядом с Марком, смотрели только на него, и я ощутила укол ревности.

Пытаясь повторять действия за ведущим, я постоянно сбивалась. Марк в мгновение ока уяснил, что я делаю не так, и дал нужные рекомендации.

– Как я и думал, ты справляешься весьма неплохо.

К концу этого занятия я уже приноровилась выполнять все движения, не сбиваясь и при этом не лишая себя счастья любоваться тем, как танцует Марк.

Когда мы, наконец, остановились, я судорожно глотала воздух, а Марк дышал ровно и спокойно, что немало удивило меня.

– Как ты… – задыхаясь, говорила я, – сохраняешь… дыхание?

– Просто, я умею это делать. – Взяв меня за руку, он подвел к креслу. – У тебя отлично получилось!

– Это здорово! – Я подняла на него глаза.

– Черт! – выругался он.

– Что?

– Сколько же счастья в твоих глазах. – Марк выглядел немного разочарованным.

– Это плохо?..

– Нет. Все правильно. Все так, как и должно быть.

– Он нежно погладил меня по голове и помог присесть.

– Я мигом.

– Не уходи! – испуганно вскрикнула я, боясь потерять его из виду даже на секунду, но он уже куда-то ушел.

Не прошло и двух минут, как он вернулся с бутылкой воды.

– Это невероятно! – удивилась я, принимая бутылку из его рук.

– Пей маленькими глотками, – наказал он мне. – Что – невероятно?

Отпив немного, я ответила:

– Как ты делаешь все с такой скоростью?

– Ты так испуганно попросила меня не уходить, что я побоялся оставить тебя больше, чем на две минуты. Пришлось действовать быстро.

– Знаешь, а здесь здорово. Спасибо, что привез меня.

– Я не ошибся.

– Ты никогда не ошибаешься.

Я даже не успела отдохнуть, как уже началось следующее направление – клубные танцы. Тем не менее, я с удовольствием принялась за изучение новых движений, которые, под четким руководством Марка, у меня получались довольно хорошо. На него по-прежнему смотрела половина зала. Его грациозность, гибкость, красота и умения поражали не только меня. Смотря на него, я все больше понимала, как сильно нуждаюсь в нем. Лишь одно тревожило меня – я знаю, что Марк уйдет, и страшно боюсь того момента, когда это случится.

Следующим направлением было эр-эн-би, а я все с нетерпением ждала латино. К концу третьего часа занятий я безумно устала. Чего совсем нельзя было сказать о Марке. Примерно за полчаса до начала латино Марк разрешил мне отдохнуть, и я с удовольствием плюхнулась в кресло, издалека наблюдая за ним. Впрочем, не одна я следила за ним и, когда заметила, сколько глаз обращено в его сторону, мне захотелось подойти к нему и закрыть от посторонних взглядов. Исполняя движения с потрясающей четкостью, Марк двигался гибко, словно гепард. И все равно я чувствовала, как дымка опасности окружает его, словно черное облако. Да, он черный… И эта чернота – пьянящая, греховная, безумно притягательная – плыла прямо ко мне.

«Марк, я пойду с тобой куда угодно, я сделаю все ради тебя, только не уходи, только никогда не оставляй меня!» – кричало мое бездумное сердце, совершенно не желая подчиняться разуму.

Во время небольшой передышки Марк подошел ко мне.

– Я постоянно ощущал на себе твой взгляд.

– В таком случае, ты мог ощутить на себе взгляды половины из здесь присутствующих, – усмехнулась я.

– Чужие взгляды мне не нужны. Мне нужен лишь один, – сказал он, вероятно, желая свести меня с ума.

– На тебя трудно не смотреть.

– Латино следующее. – Марк кивнул в сторону сцены.

Вновь заняв свои места, мы начали танцевать. Больше всего я хотела научиться двигаться именно в этом танце, но, как назло, у меня не получалось. Девушка показывала движение за движением, а у меня почти ничего не выходило. Марк, конечно, повторял все безукоризненно.

Разозлившись на саму себя, я развернулась и направилась к креслу, но Марк крепко схватил меня за руку.

– Ты уже отдыхала.

– У меня ничего не получается.

– Попробуй еще.

– Я уже пробовала! – Я готова была расплакаться.

– Прекрати истерику. Мне никогда не было так сложно успокоить людей. – Разочарованно покачал он головой. – Тебе понравились предыдущие направления?

Мне казалось, что ответы на вопросы, которые он мне задает, я читаю в его глазах.

– Да, понравились.

– Ты знаешь, что для новичка ты превзошла саму себя?

– С твоей помощью.

– Тебе действительно так нужно это латино? Тогда идем, повторяй за мной.

Мы пристроились в конце зала и, совершенно не обращая внимания на ведущую, начали танцевать. Я не знаю, как у Марка хватило терпения, но одно и то же движение он показывал мне много раз, прежде чем я смогла повторить. Он безупречно и четко двигался в танце, и порой ему приходилось отрывать меня от того, что я просто стояла и любовалась им.

К моему удивлению, напоследок для желающих объявили бальный танец. Этого я совсем не ожидала, как не ожидала и того, что Марк пригласит меня.

– Я не могу. Никогда не танцевала, – отказалась я, на самом деле опасаясь оказаться слишком близко к нему. Меня и так ждет бессонная ночь, так зачем же окончательно лишать себя покоя?

– А хип-хоп и эр-эн-би ты, конечно, танцуешь каждый день?

– Нет, но…

– Со мной тебе не о чем беспокоиться. Доверься мне.

– Да, я знаю. Рядом с тобой я вообще не отвечаю за свои поступки.

– Не преувеличивай.

– Но это так! Ты полностью руководишь моими действиями.

– Если бы это было так легко…

Заиграла музыка, и Марк приблизился ко мне. Сердце моментально отреагировало и застучало в бешеном ритме. Задержав дыхание, я боялась пошевелиться.

– Нет, Марк, не надо, – попросила я, ставя свою руку в защиту между нами. Выдержит ли мое сердце?

Я отодвигалась от него насколько могла, но Марк все равно обнял меня. Его сильная рука крепко держала меня за талию, и я поняла, что вырваться не смогу. Да я уже и не хотела… Смирившись с тем, что случилось, я перестала сопротивляться. Его дурманящий аромат окружал меня, проникал в меня, а я все вдыхала и вдыхала. Я чувствовала сильное тело, в объятиях которого была, и голова начала кружиться. Мне никогда не было так хорошо и так комфортно.

– Как быстро бьется твое сердечко. Я чувствую, – произнес он шелковым шепотом, обдав меня своим горячим дыханием. Сладкий голос заставил меня поднять глаза. Чернота его зрачков и радужки тут же проникла в мое сознание, приковав мой взгляд, а запах продолжал пьянить. Не понимая, где нахожусь, я почувствовала, как тело обмякло, ноги стали ватными, а потом его черные глаза внезапно стали такими большими, что поглотили меня полностью.

## Глава 9

– Интересная реакция! – Откуда-то сверху до меня доносился шелковый голос, но вокруг было темно. – Видела бы ты себя.

– Что?.. – Я возвращалась в сознание, и поняла, что так темно из-за того, что я лежу с закрытыми глазами. Чувства обострялись, я попыталась открыть глаза и обнаружила себя лежащей на диване. Марк сидел рядом и не мог сдержать улыбки.

– Где мы?

– Все там же. Если ты будешь падать в обморок каждый раз, как я буду подходить, это немного затруднит мое приближение к тебе.

Увидев мой непонимающий взгляд, он пояснил:

– Танец не совсем удался. Ты решила, что гораздо проще упасть мне на руки прямо посреди зала. Теперь ты звезда.

Наконец я воспроизвела в памяти последние события и виновато подняла на него глаза. Какой он красивый. Как бог…

Он смотрел на меня, будто пытаясь понять мои мысли.

– Черт, сколько доверия. Тебе вовсе не стоит так доверять мне.

– Но я никогда не чувствовала себя в такой безопасности, как чувствую рядом с тобой.

– И никогда не находилась в большей опасности.

– Почему ты говоришь так?

Марк замолчал.

– Ты говорила, что боишься меня.

– Да, иногда я пугаюсь. Но почему-то мне кажется, что ты никогда не дашь меня в обиду и не позволишь причинить зло.

– А если я сам причиню тебе зло?

«Я соглашусь, если это будешь ты», – хотела ответить я, но вместо этого просто покачала головой. Он может делать все, что угодно, лишь бы никогда не оставлял меня.

Я присела.

– Как чувствуешь себя?

Хорошо.

– Переодеться сможешь?

– Конечно.

Он помог мне встать и проводил до комнаты, в которой я переодевалась. Взглянув на себя в зеркало, я удивилась тому, как хорошо выгляжу. Глаза блестят, волосы растрепаны, но лежат так, будто их укладывали. В зеркале отражалось внутреннее ощущение бодрости и счастья.

Переодевалась я медленно, борясь с мыслью о том, что за это время Марк исчезнет. Но он стоял и ждал меня.

Я протянула ему одежду, но он отрицательно покачал головой.

– Думаю, тебе это подойдет больше, чем мне.

Заранее зная, что препираться бесполезно, я положила пакет себе в сумку.

– Спасибо.

– Осталось только научить тебя бальным танцам. Ловить тебя, падающую, я уже приноровился.

У меня закружилась голова – я вспомнила, как он обнимал меня.

Обратно мы шли теми же лабиринтами, что и пришли сюда, и я удивлялась, как Марк так легко разбирается в этих ходах и выходах.

В машине я блаженно расслабилась.

– Как ты думаешь, танцы – это лучше, чем четыре пары физики и химии? – Любимый голос звучал насмешливо.

– И уж определенно лучше, чем четыре часа в больнице.

– Устала?

– За такую усталость я бы многое отдала.

– Тогда – отдыхай.

Всю дорогу обратно меня переполняли чувства. Как же мне дорога каждая минута, которую я провела с ним! Ни за какие ценности на свете я не отдала бы даже одну минуту! Нет ничего дороже моментов, когда я могу вот так смотреть на него. Я понимала, что гублю себя и свое сердце, но мне было уже все равно. Хочу всегда видеть его. Всегда. Я ощутила больной укол в сердце, понимая неисполнимость своего желания.

Сколько бы мы ни ехали, мне все равно было мало. А Марк гнал с такой скоростью, что я физически ощущала, как тает драгоценное время, которое я сегодня могла бы провести с ним.

А если он больше не придет? А если оставит меня больше, чем на один день?..

– Ты придешь завтра? – Я не хотела спрашивать, но не смогла побороть себя. Услышав, как жалобно звучит мой голос, Марк рассмеялся, и я услышала самый прекрасный смех на свете.

– Я всегда буду делать то, что ты хочешь. Даже если ты будешь бороться со своими желаниями.

– Если бы это могло быть правдой…

Марк припарковался недалеко от больницы, а я все не могла придумать, каким образом хоть немного продлить его общество. Представляя, что начнется сейчас, – все эти мысли, все эти сны, я безумно не хотела идти и специально замедляла шаг.

– Чем хочешь заняться завтра? – Любимый голос ласкал мой слух, и я с жадностью слушала его последние на сегодня слова, обращенные ко мне.

– Побыть с тобой.

Марк обернулся, подарив мне еще одну неповторимую улыбку.

За дверями больницы нас ждал «сюрприз» – ко мне пришли гости – Аня, Андрей и Дима. А ведь я так не хотела, чтобы хоть кто-то видел нас вместе!

По вытянувшимся лицам моих друзей мне показалось, что они потеряли дар речи. А Андрей – тот вообще смотрел на меня широко открытыми, полными обиды глазами.

– Привет! – первым молчание нарушил Марк, причем его шелковый голос был вполне дружелюбен. – Давно вы тут?

– Минут десять, – первой в себя пришла Аня. – А… вы откуда?

– Расскажем, где были? – Марк весело смотрел на меня.

Я махнула рукой в знак того, что мне безразлично.

– Мы были на танцах. Ваша подруга прекрасно танцует.

Компания удивилась еще больше.

– На танцах? – Андрей вопросительно смотрел на меня.

– Угу. – Кивнула я.

– Ты танцуешь?

– И очень хорошо. – Марк ответил за меня.

– Значит, наша подруга хорошо танцует… – Андрей ревниво вскинул голову. – А твоей подругой она давно стала?

Я почувствовала, что начинаю нервничать.

– Это – моя девушка. – Марк положил руку мне на плечо, словно пытаясь дать понять, что сейчас не время падать в обморок. Сначала я подумала, что ослышалась. Потом решила, что галлюцинации продолжаются. Я? Его? Девушка?!

Удивление на лицах моих друзей сменилось шоком. Аня смотрела на меня, желая найти подтверждение его словам, а я совсем растерялась.

– Даже так! – Голос Андрея стал жестким и сухим.

– Значит, вас надо поздравить.

Пусть Андрей и хотел казаться безразличным, но я слышала, какая обида дрожит в его голосе. А ведь я не давала ему повода полагать, что мы больше, чем друзья!

– Вика? – Аня выразительно посмотрела на меня. Я была в замешательстве и не знала, что ответить. Решив задать Марку интересующие меня вопросы чуть позже, я кивнула, подтверждая его слова.

Разговор не клеился из-за присутствия Марка, и он прекрасно знал об этом. Впрочем, он должен был догадываться и о том, что больше всего сейчас я боюсь его ухода – он не может оставить меня одну разбираться в сыгранной им комедии.

– Почему ты не ходишь на лекции? – Аня осмелилась обратиться к Марку.

– Не хочу надолго оставлять ее одну.

Я чуть не поперхнулась воздухом.

Чтобы немного разрядить обстановку, я начала расспрашивать ребят о занятиях. К моему удивлению, Марк с легкостью включился в общий разговор, и уже скоро все с интересом что-то обсуждали. Все, кроме Андрея, который казался совсем убитым. Я вспомнила про фильм, который хотела сделать для него, и потому спросила про видео. Он ответил на мой вопрос, но очень сухо и агрессивно.

Ушли они все вместе. Я не могла задержать Марка, и потому с тяжелым сердцем отпустила.

Этим вечером я была спокойна. Да, Марк ушел, но я верю: он вернется.

«Никогда! Слышишь? Никогда не оставляй меня!» – мысленно просила я. Это – мое самое заветное желание, а он сказал, что сделает все, что я хочу.

Остаток дня я провела вполне успешно: часа два занималась фильмом, после – дочитала, наконец, «Гордость и предубеждение» и даже немного позанималась учебой.

А перед сном опять вспоминала его. «Если ты будешь падать в обморок каждый раз, как я буду подходить, это немного затруднит мое приближение к тебе». Я глубоко вдохнула воздух, но разочарованно отметила, что его запах вспомнить не удается.

С ним я чувствую себя защищенной. Он беспокоится обо всем, что мне нужно, и я перестаю переживать за себя – ведь он заботится обо мне гораздо лучше, чем смогла бы я сама. Пока он со мной, я уверена, что в безопасности. Я просто растворяюсь в Марке…

«Тебе не стоит так доверять мне» – его слова казались абсурдными, но их спонтанность и серьезность мне запомнились очень хорошо. Неужели он думает, что может причинить мне вред? Самое страшное, что он мог сделать, он уже сделал – я влюблена.

«Доверься мне» – эти слова он сказал чуть раньше. Почему он противоречит сам себе? Каким его словам мне теперь верить?

«Как же ты красива…»

Мысли путались, накладываясь одна на другую, мешая ясному пониманию, и вскоре я провалилась в сон.

«Марк! Не уходи! Пожалуйста, не бросай меня!» – кричала я вслед самому дорогому мне человеку, но он удалялся, а я только и могла, что смотреть вслед исчезающему образу. Даже во сне я всем своим существом чувствовала волны обрушившегося на меня отчаяния. «Не уходи! – умоляла я. – Не оставляй меня, останься!» Я в последний раз поймала глазами любимый образ перед тем, как он исчез. Поток горя поглотил меня, а я все шептала, что люблю, люблю его…

Проснувшись утром, я прекрасно понимала, что сон этот – пророческий. Все именно так и будет. Единственное, что я должна буду сделать – это не просить его вернуться. Он все равно уйдет. Человек не может быть таким счастливым, какой я могла бы быть с ним.

Пора было вставать, и я лениво потянулась в кровати. Самое страшное осталось позади. Скоро придет Марк, и мои мысли и сны не будут иметь никакого значения. Он обязательно придет, он обещал мне…

Время было около десяти утра, и я не знала, чем занять себя и как приблизить момент его прихода. Нервы были на пределе. Я решила выйти на улицу – вдруг увижу его на пару минут раньше?

Вздох облегчения вырвался сразу, как только я оказалась за дверями больницы: в ворота въезжал черный «Лексус». После этого я смогла обратить внимание на погоду, которая все ухудшалась. Небо было покрыто тучами, а ветер неприятно продувал сквозь одежду. Повсюду разлетались сухие листья. Я поежилась от холода.

Наконец дверца «Лексуса» распахнулась.

– Теперь ты встречаешь меня на улице? – Услышала я шелковый голос, по которому уже успела истосковаться. – Привет!

– Привет! – просияла я.

Марк подошел, и меня вновь обдало головокружительным ароматом. Я влюблено смотрела ему в глаза.

– Ты очаровательна. Пойдем. – Марк пригласил меня в свою машину.

– Куда мы? Надеюсь, ты не заставишь меня прыгать с парашютом или что-то в этом роде?

– Мысль неплохая, но не сегодня. Ты хотела просто побыть со мной, поэтому приглашаю тебя в кафе «Мираж».

– «Мираж»? – неуверенно переспросила я. Это – самый дорогой ресторан в нашем городе.

– Да. Я говорил тебе, что там вкусно варят кофе.

– Я помню, – прошептала я, понимая, что никогда не забуду тот момент, когда Марк впервые подошел ко мне.

– Сейчас ты в этом убедишься.

Я вовсе не хотела ехать в самый дорогой ресторан. Мне было неудобно принимать подобные приглашения, но я знала – Марк настоит на своем. Как всегда.

– Знаешь, чем я удивлен? – спросил он, едва мы сели в машину.

– Чем?

– Никогда не думал, что глаза могут так блестеть счастьем и жизнью. Ты заряжаешь меня своей радостью и гипнотизируешь. – Голос был искренним и нежным, и я не сразу осознала смысл сказанных слов.

– Прости, я гипнотизирую тебя? Тебе кто-нибудь говорил о действии, которое ты производишь на окружающих?

– Я знаю, что могу. Но мне непонятно: где ты берешь силы, чтобы оказывать мне сопротивление.

– Я сопротивляюсь тебе?

– Да. Ты думаешь, мне со всеми так же тяжело, как с тобой? Ты делаешь вещи, совершенно противоположные моим желаниям. И, что является самым странным – противоположные своим.

Мне вдруг показалось, что я четко представляю, о чем он говорит. Воспоминания проносились передо мной. Вот он приближается ко мне и заглядывает в глаза. Его взгляд приковывает меня, лишает воли. Что я обычно делала в такие моменты? Отрывала взгляд, закрывала глаза, не верила в счастье. Неужели он говорит именно об этом?

– Если я тебя правильно поняла, ты обладаешь способностью к гипнозу?

– Можно сказать и так. Я могу выдавать свои желания за желания других людей. То есть, я могу внушить, что человек хочет этого сам. Но недавно я столкнулся с непреодолимой силой – с тобой. Твои желания сильнее, чем мои – ты сама слишком сильно хочешь чего-то, и я не могу побороть твое желание. Попробую сравнить… Огонь от свечи и огонь от костра. Как бы ярко не разжигал я свечу, огонь от костра все равно будет светить ярче.

– Ты сказал правду?

– Я не вру.

– Ты можешь внушить свои желания?

– Да, могу.

– Это удивительно!

– Нет, совершенно нормально. Удивительно вот это. – Марк крепко сжал мою ладонь. Инстинктивно я попыталась вырвать руку, так как мне показалось, что меня обожгло огнем. – Чувствуешь?

– Ты горишь.

– В моей жизни не было загадок до тебя.

Я улыбнулась: Марк – самая сложная моя загадка.

Он припарковал машину возле ресторана, в котором я никогда не была.

Внутри оказалось очень комфортно. Небольшие круглые столики из красного дерева, мягкие бежевые диванчики и кресла. На каждом столике – вазы с искусственными цветами.

Нас вежливо встретили и забрали верхнюю одежду. Марк что-то сказал официанту, и тот пригласил следовать за ним. Марк удивил меня еще больше: оказывается, он заказал столик в приватной комнате.

Там, куда нас привели, царил полумрак. Столик был из того же красного дерева, а вот диван возле него – алого; но не кричаще-яркого, а спокойного, ровного цвета, идеально гармонирующего с обстановкой. На столике – ваза с подсветкой внизу. В вазе – красная роза. Живая. Свет, идущий снизу из подсветки, проходил сквозь воду и освещал лепестки так, что они просвечивали. Если посмотреть под разными ракурсами, то казалось, что роза объята пламенем.

Официант оставил меню на столе и поинтересовался, не нужно ли нам что-то. Приняв заказ на кофе, он неслышно удалился.

Я бросила несмелый взгляд на Марка. Каждый раз он выглядел для меня по-новому: малейшие изменения в окружающей обстановке имели значение. Свет, который падал на него, яркость освещения, ветер, раздувающий блестящие волосы цвета вороного крыла – я замечала, как все эти факторы находят свое отражение в его облике. Оттенки идеального бесконечны, как бесконечно и мое восхищение Марком. Я бы хотела посмотреть, как его волосы намокнут от дождя, а по совершенному лицу будут стекать крупные и мелкие капли. Здесь, в полумраке, Марк выглядел точно хищник, в любой момент готовый поразить свою жертву. Его ровный загар стал казаться темнее, в глазах заплясали огоньки, а губы стали еще соблазнительнее. Я немало удивилась, что Марк сегодня был в белой рубашке, которая красиво облегала стройное тело.

– Почему ты так рассматриваешь меня? – спросил Марк, позволив мне закрепить очарование момента вслушиванием в низкий шелковый голос.

– От тебя трудно оторвать взгляд.

Он улыбнулся, и мне было нетрудно представить, как его красивые белые зубы превращаются в клыки, чтобы впиться в мою шею – ведь даже в сказках за красотой очень часто прячется зло.

– Садись, – Марк пригласил меня за столик и протянул меню.

– Тебе, конечно, часто говорят подобные комплименты.

– Но твой голос делает их живыми и нужными для меня. Будто окрашивает в необходимые оттенки.

Я только сейчас заметила, что без интереса перелистываю меню. Заглянув туда, я ужаснулась, увидев цены. Лихорадочно выбирая то, что подешевле, я поняла, что такого нет. Осмелиться сделать выбор я не могла.

– Выпью кофе. Я не голодна, – ответила я, отложив меню в сторону.

– Не думаю, что ты успела позавтракать, – возразил Марк. – Но, впрочем, я знаю, что тебе понравится.

– Но я действительно не хочу есть.

– Аппетит приходит во время еды. Слышала такую поговорку? – Не приняв моих возражений, Марк лишил меня права выбора.

Подошел официант с кофе. Аккуратно поставив чашки на стол, он спросил, готовы ли мы заказать. Марк выбрал себе мясное жаркое с картофелем, а мне – творожно-сырную запеканку и кусок фруктово-йогуртного торта. Кроме того, он заказал еще пиццу «Для двоих». Я опять удивилась тому, что Марк выбрал именно то, что выбрала бы я, если бы рядом с этими блюдами не стояла цена. Как он может настолько хорошо знать мои вкусы?..

Когда официант удалился, именно этот вопрос я и задала Марку.

– Просто решил, что тебе должно понравиться.

– Но как ты мог угадать?

– Неужели прямо в точку? – загадочно улыбнулся он.

– Представь себе.

– Повезло. Попробуй кофе. Могу положить сахар. Хочешь? – миролюбиво предложил он.

– А как ты думаешь, я пью с сахаром или без?

Марк молча взял сахар и положил его в кофе. Он положил ровно столько, сколько кладу я сама.

Я покачала головой, уверяя себя, что этому наверняка есть логическое объяснение. Просто, я его пока не вижу.

Послушавшись его совета, я отпила глоток кофе. Он был терпким, сладким и приятно ощущался на языке.

– Ты прав. Кофе здесь варят очень вкусно.

– Я никогда не ошибаюсь. Как не ошибаюсь и в том, что ты настолько соблазнительна, что можешь свести с ума кого угодно… Но, в то же время, настолько невинна, что страшно просто дотронуться до тебя и разрушить твое сияние.

Почувствовав, что зря я расслабляюсь и поддаюсь его влиянию, я попыталась взять себя в руки, что сделать было все сложнее с каждым разом.

– Марк, мне тяжело это слушать.

– Тебе тяжело вовсе не это. Трудно бороться с собой.

– Может, ты умеешь читать мысли?

Он усмехнулся.

– Нет. Этого я не умею.

С минуту Марк рассматривал меня.

– Я скажу всем, что ты – моя девушка.

– Что? – Мне показалось, что я ослышалась.

– Ты – моя девушка, – повторил он. – Так нам будет проще. Не придется никому ничего объяснять. Конечно, это слово не содержит в себе весь смысл того, что я чувствую. Ты мне стала ближе и намного дороже. Я боюсь оставлять тебя одну. Мне кажется, без меня ты попадешь в переделку. Я хочу сохранить твое сияние и боюсь обидеть тебя. А знаешь, что удивительнее всего и что меня так привлекает? Непонимание того, откуда в тебе сила, ярость, агрессия? Я чувствую – все это есть. Ты сама решаешь свою судьбу.

По всей видимости, я впала в ступор, потому что сердце продолжало мерно отстукивать, замедляя восприятие его слов. По сравнению с только что сказанным, новость о том, что мы встречаемся, казалась сущим пустяком. Чувствуя, что я не могу больше сдерживать свои эмоции, я встала из-за стола. Мне хотелось кричать.

Пришедший официант немного отвлек меня, и я попыталась успокоиться. Он поставил заказ и быстро удалился. Я уговаривала себя не паниковать.

– Я тебе не верю. Только по-прежнему не могу понять, в чем цель твоих слов и поступков.

Марк вскинул брови.

– Ты удивительно упряма.

– Расскажи мне, Марк. Расскажи, почему температура твоего тела всегда повышена, откуда у тебя способность к гипнозу, почему у тебя так много талантов? – Я запнулась, растеряв свои мысли. – Сколько тебе лет?

– Тебе еще рано знать это.

– Когда же?

– У нас много времени.

– Ответь мне хотя бы на один вопрос… – Я с трудом собирала слова в предложения. – Зачем тебе я?

– Черт побери, ты мне нравишься! – Марк вышел из себя.

– Все не клеится. – Я отрицательно покачала головой. – Понимаешь, все неправда.

– Да ты же ничего не знаешь! – В его глазах горел зверский блеск, граничащий с неукротимой злостью, но вел он себя спокойно. Или – старался казаться таковым.

– Потому что ты не соизволишь просветить меня!

– Нельзя быть такой нетерпеливой.

– Ты считаешь это нетерпеливостью?! – Теперь распалялась я. – Все те дни, что я переживала, сама не зная из-за чего, ты списываешь на нетерпеливость? Ты думаешь, мне так легко разбираться в том, что, по всей видимости, простому человеку понять не дано? Я знаю – половина всего того, что ты говоришь – неправда! Я чувствую это!

– По всем действовавшим до этого законам ты вовсе не должна была сейчас кричать. – Про какие такие законы он говорил – я снова не поняла, и это злило меня еще больше. – Но, видимо, ты – исключение из правил. Я восхищаюсь тем, сколько сил ты находишь внутри себя. Поражен тем, что внутри тебя кипит ярость, хоть, может, ты и не замечаешь. Мне нравится это! Хотя бы в это ты веришь?

Марк больше не пытался гипнотизировать меня, и мне показалось, что сейчас он говорит правду. Не то, чтобы мне захотелось в это поверить, но просто было такое ощущение, что именно сейчас он не врет. Неужели я действительно чем-то привлекаю его? Причем, тем, чего сама в себе совершенно не вижу.

Марк испытывающее смотрел на меня, и я поняла, что он ждет ответа.

– Да, верю, – заключила я, проиграв очередную битву.

## Глава 10

Непонятно каким образом, но Марк быстро разрядил обстановку, и вскоре я успокоилась и даже почувствовала пробуждение аппетита. Глупо было затевать с ним ссору.

– Посмотри сюда… – Марк указал на розу. – Давай, не бойся. Посмотри наверх.

Я взглянула и увидела, как свет от вазы падает на тонкие лепестки, из-за чего они кажутся розовато-прозрачными. Роза будто была создана из полупрозрачного света и казалась необыкновенно уязвимой.

– Здорово, – прошептала я.

– Видишь, какая она нежная. Кажется, что сейчас дунешь – и она растает. Такая чистая и прозрачная… А теперь посмотри так. – Он привстал и заглянул сверху, оставляя рядом место и для меня. Я повторила его действия. Идущий снизу свет падал прямо в середину цветка, из-за чего казалось, что роза горит изнутри. Свет, объявший лепестки, создавал впечатление, что роза объята пламенем. Марк продолжил: – Разве такую розу можно назвать слабой? Она пылает. Великолепное зрелище, правда?

Я согласно кивнула. Это потрясающе! Всего лишь посмотреть под разными углами – и вид кардинально меняется. Я откинулась на спинку дивана.

– Так же и ты. – Марк повернулся ко мне и завладел моим взглядом. – Ты кажешься хрупкой и нежной, но на самом деле ты очень сильна.

– А если ты во мне ошибаешься?

– Мы уже обсуждали вероятность моих ошибок.

Время летело слишком быстро, не давая мне возможности остановить его; я съела кусок торта, мы выпили кофе, официант принес счет. Сказка скоро закончится.

Когда мы сели в машину, Марк предложил покататься по окрестностям. Пересилив себя, я возразила:

– И без того заняла у тебя много времени.

– Я не смог бы провести это время лучше.

У меня словно камень с души упал – время моего одиночества не только отсрочилось, но и уменьшилось.

Мы уже выехали за пределы города, когда у меня зазвонил телефон. Порывшись в сумке, я достала его. Звонила Кристина.

– Да?

– Привет… – Голос подруги казался огорченным.

– Привет. Что-то случилось?

– Я в больнице. Но тебя здесь нет. Куда ты ушла?

– Я… я с другом. Мы решили покататься по городу.

– Что? – удивилась Кристина.

Я заметила, что Марк разворачивает машину в обратном направлении, и вопросительно посмотрела на него.

– Я везу тебя в больницу, – пояснил он.

«Нет, только не это! – пронеслось у меня в голове.

– Не оставляй меня, пожалуйста…»

– Вика? Алло?

– Да, мы едем в больницу… – Горечь в голосе плохо скрывалась. – Подожди, мы скоро будем.

Хорошо.

Я сидела в машине, печально считая последние минуты, которые сегодня проведу с Марком.

– Ты не рада гостям? – поинтересовался он.

– Нет, рада.

– Тогда что с тобой?

Я покачала головой в знак того, что все в порядке.

– Мы можем покататься позже. Я не уйду.

Его слова моментально заставили меня поднять голову, и ощущение радости не заставило себя долго ждать.

– Не уйдешь? – дрожащим голосом переспросила я.

– Я ведь обещал исполнять твои желания.

Не прошло и пяти минут, как Марк припарковал машину возле больницы. Когда он открыл тяжелую больничную дверь, я очень обрадовалась – Кристина была не одна, она взяла с собой своего сына. Увидев меня, Артур подбежал ко мне и поцеловал в щеку. Погладив малыша, я обернулась: где же Марк? Он стоял в дверях и неуверенно смотрел на меня. Неужели он тоже бывает растерянным?

– Заходи, – позвала я его.

– Лучше не буду мешать и подожду на улице.

– Что за глупости? Я хочу, чтобы ты был рядом.

Увидев в его глазах непонятное мне презрение, я проследила за взглядом – Марк с неприязнью смотрел на ребенка. Артур считал шаги между сиденьями и был очень увлечен этим занятием. В конце концов, Марк все-таки зашел внутрь. На прекрасном лице трудно было увидеть едва уловимые эмоции, но я отмечала каждое изменение, происходившее в его настроении. По-моему, он был очень удивлен и совершенно не рад видеть здесь ребенка.

Кристине эмоции тоже скрыть не удалось: она восхищенно рассматривала Марка с головы до ног. Я ревниво приблизилась к нему.

– Кристина – Марк, – представила я их. Мой любимый лишь коротко кивнул.

– А-а-а, – протянула Кристина. – Марк это…

– Мой друг, – добавила я.

Наконец-то она оторвала от него взгляд и удивленно взглянула на меня. Я подсознательно ждала поддержки от Марка, но он молчал, будто не желая привлекать к себе внимание.

– Это мой новый однокурсник, – пояснила я.

Кристина кивнула, видимо, решив расспросить меня позже.

Мы разговорились; Марк упорно молчал, и мне уже не хватало звучания его шелкового голоса. Артур увлекся и по-прежнему не замечал нас.

Наверное, Кристину тоже заинтересовало молчание моего спутника, и она обратилась к нему с вопросом.

– Значит, ты учишься вместе с Викой?

Марк кивнул, и черные шелковистые волосы упали на лоб – я залюбовалась. В его глазах я смутно различала непонятную для меня тревогу.

Кристина задала еще один вопрос:

– Откуда ты приехал и чем тебя привлек наш город?

Марк тихо, почти шепотом, ответил, сообщив то, что мне уже было известно.

До этого не обращавший на нас внимания Артур вдруг испуганно обернулся:

– Мама!

Подруга подошла к нему и присела рядом. Малыш в страхе спрятался за ее спину.

– Мама! – Теперь он смотрел в сторону Марка и жался к Кристине.

В зрачках Марка вспыхнул уже знакомый, пугающий меня огонь. Злость и ненависть, обращенные против невинного малыша. Совсем как… как к той девочке, которая сказала, что Марк плохой. Он вел себя совершенно расслабленно, и лишь по его взгляду можно было догадаться, что он чувствует на самом деле.

Казалось, Кристина в глазах Марка не видела ничего.

– Ты боишься его? Все в порядке, он хороший, – успокаивала она малыша.

Я стояла, как вкопанная, пытаясь понять, что происходит. Сознание было затуманено.

Ребенок продолжал хныкать. Кристина подняла его на руки и, решив показать, что Марк опасности не представляет, поднесла его ближе к нему. Тот стоял, не шелохнувшись. Артур заплакал сильнее и начал бить маленькими кулачками по груди. Он хотел вырваться!

– Все хорошо, – успокаивала она, но малыш кричал и плакал, будто в истерике от неудержимого страха.

От его дикого крика я очнулась и подошла ближе. Артур весь дрожал и никак не унимался. Когда я подошла совсем близко, крик немного стих, но когда чуть-чуть подвинулась в сторону, вопли начались заново. Я поняла: он успокаивается, когда я спиной закрываю Марка. В маленьких детских глазах было столько испуга, что я удивилась – чем он мотивирован? А в любимых глазах столько злости…

– Он слишком маленький, – шепотом произнес Марк, чтобы слышала только я. – Мне лучше уйти. Не переживай, я подожду тебя.

Когда Марк выходил, Артур завопил еще сильнее. Я не видела связи, и панически не хотела, чтобы Марк пропадал из моего вида.

Вскоре крики прекратилась. По щекам малыша стекали последние слезы.

Я была просто ошеломлена. Горящие черной ненавистью глаза Марка напомнили мне о прошлых событиях: такие же глаза я видела в тот вечер, когда он спас меня, и в тот день, когда к нам подошла маленькая девочка.

Артур все еще дрожал от страха и хныкал, но эта дрожь постепенно стихала.

– Странно, – Кристина озвучила мои мысли, – раньше он никогда себя так не вел… Да и Марк даже не подходил к нему. С чего бы это?

– Не знаю.

Почему Марк с такой неприязнью смотрел на малыша? Как можно так ненавидеть детей?

– Послушай, – тихонько окликнула я Кристину. – Ты видела, как смотрел Марк?

– Да.

– Тебе не показалось странным?

– Что именно?

– Ну… его взгляд.

– Он был удивлен.

– Удивлен? – переспросила я.

– Да. Что-то не так?

– Нет, все в порядке.

Она и в самом деле не распознала его взгляда! Марк молчал все время, пока Кристина не задала ему вопрос. Тут меня осенило: он молчал, чтобы не привлекать внимание Артура! А когда ему пришлось заговорить… Но как он мог знать, какова будет реакция ребенка?

– Значит, говоришь, он твой однокурсник? – переспросила Кристина.

– Угу.

– Ты не говорила мне о нем.

– Он новенький.

– В жизни не встречала никого красивее. Интересно, что он делает здесь?..

– Я почти ничего не знаю о Марке. – Я поспешила закрыть эту тему.

Минут через двадцать Артур совсем успокоился, и Кристина заторопилась домой.

– Марк и так слишком долго ждет тебя.

Тревога охватила меня сразу, как только я оказалась на улице: «Лексуса» Марка нигде не было. Впрочем, как и его самого. Не может быть – он же обещал! Я готова была разрыдаться: если он так просто ушел, как я могу быть уверенной в том, что он придет завтра? Снова и снова я оглядывалась в поисках внедорожника, но нигде не могла его заметить: надежда рушилась по кусочкам.

У ворот машины тоже не было. Переживания всецело охватили меня. Подступили слезы, вот-вот готовясь политься ручьем.

Я завернула за дом, и сильные руки перехватили меня. Подняв глаза, я тут же блаженно их закрыла, поглубже вдыхая сладкий аромат. Он не ушел! С закрытыми глазами я радостно ощущала, как ненужная тревога покидает меня. Все в порядке.

– Ты плачешь? Неужели ты плачешь?

– Просто… я испугалась.

– Испугалась чего?

Мысли лихорадочно разбегались, не давая возможности найти ответ на его вопрос.

– Просто… просто… ты ушел!

Марк рассмеялся и обнял меня за плечи. От последнего его действия меня бросило в жар.

– Я ведь сказал, что дождусь. Никогда не сомневайся в моих словах.

– Но твоей машины нигде не было.

– Я отогнал ее чуть дальше. Ты же видела реакцию ребенка.

– Почему? Почему Артур испугался тебя?

– С маленькими детьми всегда так.

– Ты считаешь, что ответил на мой вопрос?

– Они много знают и видят, в отличие от взрослых.

– Видят что?

– Видят меня.

Все понятно: я схожу с ума.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты говоришь, во мне много загадок… – Марк открыл дверцу машины и помог мне сесть. Оказавшись на водительском сидении, он продолжил: – Ты можешь найти ответы хоть на одну из них?

Я отрицательно покачала головой.

– А дети – могут. Они знают меня.

Странно, раньше я не путала реальность и сны.

– Марк, по-моему, ты несешь полную чушь.

– Они видят во мне опасность.

– Какую опасность?

– Пожалуй, я могу позволить себе поставить границу и больше не стану отвечать на твои вопросы.

– А ты почему не любишь детей? – Я вскинула голову.

– С чего ты так решила?

– Потому что видела. В твоих глазах.

– В моих глазах?

– Да. Они горели ненавистью.

– Ты видела? – недоверчиво переспросил он.

– Да. А что, не должна была?

– Хм-м-м, – промычал он мне в ответ. – Я открываю в тебе все новые и новые стороны.

Я дотронулась рукой до своего лба.

– Видимо, я схожу с ума.

Марк продолжил спокойно катить по дороге.

– Когда-нибудь ты все узнаешь.

Я потерла мочку уха и посмотрела в окно.

– Ты мне не веришь, – усмехнулся он.

– Почему ты так решил?

– Твои движения. Потирание уха говорит о попытке слушателя не слышать лжи. Это более изощренная версия бесхитростного детского зажимания ушей ладонями, чтобы не слышать упреков родителей. К тому же, ты иногда трешь веко. Это означает: «Ничего не вижу!» Или – не хочу видеть. Попытка блокировать визуальный обман. Может, объяснишь, чем именно я вызываю у тебя такое недоверие?

– По-моему, все просто. Трудно поверить в то, что слишком хорошо.

– Ты ошибаешься. Не так уж я и хорош.

– Да, конечно.

– Ты меня отвлекла. – На полном ходу Марк обернулся назад и достал оттуда длинную коробочку. – Я хотел вручить тебе вот это.

– Что это?

– Подарок.

– Не нужно.

– Думаю, тебе понравится. Открой.

Внутри оказалась красная роза. И ваза – точно такая, как в ресторане.

– Спасибо, – улыбнулась я.

– С давних пор все народы отдавали свое предпочтение розе. Впервые розы начали разводить на восточных берегах Средиземного моря. Розы почитались в Римской империи, ими украшали богатые дома, они была на всех праздниках. – Мелодия любимого голоса звучала приятнее любых звуков. – Эти пышные красавицы ведут свой род всего от нескольких сортов диких роз. В Болгарии выращивают дамасскую розу, из лепестков которой получают розовое масло. – Шелковый голос уносил меня в мир цветов. Я узнала, что из роз готовят варенье, узнала, какие сорта используются для приготовления красного чая – каркадэ.

Мы неслись по дорогам, мимо пролетали дома и деревья, поля и луга. Ощущение счастья охватило меня, каждой клеточкой тела я чувствовала привязанность к Марку.

Возле небольшого поселка я заметила парочку лошадей.

– Ты занимался конным спортом? – вдруг вспомнила я.

– Да.

– Расскажи.

– Тебе нравится?

– Очень. Я всегда хотела попробовать. Но у меня, наверно, не получится. Я не люблю спорт.

– Ты явно недооцениваешь свои способности. В конном спорте существует несколько направлений. Наиболее известные – конкур и выездка. Конкур – это преодоление препятствий, выездка же представляет собой своего рода лошадиный танец. Видела когда-нибудь?

Я отрицательно покачала головой.

По дороге обратно в больницу Марк рассказывал о конном спорте. Сердечко выбивало: скоро останусь одна. На прощание он сказал мне слова, которые заставили меня затрепетать.

– Я буду скучать.

## Глава 11

Марк сказал, что дети боятся его, потому что видят, кто он такой. Так что же нужно такого увидеть, чтобы страх стал таким безудержным? На всех остальных он производит совершенно противоположное действие: все восхищаются им. Перед мысленным взором предстало выражение его глаз, и я вздрогнула. Казалось, они были неумолимы; не знающие ничего, кроме ярости. Такие глаза никогда не пощадят. Но это был Марк, тот же самый Марк, взгляд которого так часто лишает меня воли, заставляет потерять самообладание, одаривая столь приятной нежностью и лаской. Когда он смотрит на меня, мне кажется, что он знает все, что скрыто внутри, открывает все, что я переживаю. Он сказал, что владеет своего рода гипнозом. Значит, он может заставлять делать то, что ему нужно?.. От этой мысли я содрогнулась. Но ведь он говорил, что надо мной не властен? Что мои желания сильнее, чем его? А чего же хочу я?.. Просто быть с ним. Всегда и везде.

Утром в воскресенье пришла мама и виновато сообщила, что в понедельник не сможет забрать меня из больницы. Она предложила взять такси.

Время тянулось очень долго, но мне не хотелось верить в то, что Марк может не прийти. Я не отрывалась от окна, выглядывая знакомый внедорожник. Наконец-то увидев его, я бросилась вниз.

– Осторожно, еще собьешь кого-нибудь, – произнес Марк, когда я чуть не врезалась в открывающуюся дверь.

– Ты пришел.

Он был одет в темно-синие джинсы, сверху – застегнутая кожаная куртка. Как всегда прекрасное, его лицо выражало заботу.

– Куда же ты так торопилась?

– К тебе. – Я не стала врать.

– Еще чуть-чуть, и ты бы расшибла лоб об эту дверь. Идем.

Я послушно вышла из больницы. Холодный пронизывающий ветер заставил поежиться. Темных дождевых туч на небе не было – какая-то светло-серая, почти прозрачная пелена закрывала небо.

«Лексус» стоял рядом, и мы оказались внутри очень быстро. Машина была полностью пропитана моим любимым запахом, и я задышала полной грудью.

– Чем занималась? – поинтересовался Марк.

– Делала фильм для Андрея.

– Сделала?

– Угу.

– Ты ему очень нравишься.

Я вскинула брови.

– С чего ты взял?

– Думаешь, ему нужен твой фильм? Или, все-таки, ты сама?..

– Это хороший фильм, – запротестовала я.

– Будем надеяться, что это так. Потому что тебя я ему не отдам.

Мы замолчали, и я, оторвав, наконец, взгляд от красивого лица, посмотрела в окно. Машина двигалась по узкой дороге. Деревья обступали со всех сторон.

– Приехали, – вдруг выдал Марк, останавливая машину.

– Куда?

Он вышел из машины и открыл дверь с моей стороны.

– Подвинься. – Марк навис надо мной, и у меня перехватило дыхание.

– Зачем?

Марк кивнул в сторону водительского кресла. Когда я, наконец, поняла, меня охватила паника.

– Даже не думай!

– Если ты сейчас же не пересядешь, я передвину тебя сам.

Не желая рисковать своими чувствами, я покорно пересела за водительское кресло. Подумать только, здесь только что сидел Марк…

– Итак, сегодня у нас первый урок. – Соблазнительная улыбка мешала мне сопротивляться.

– Марк, оставь эту затею.

– Чего ты боишься?

– Превратить твою машину в лепешку.

– Ты наивно полагаешь, что, сидя за рулем рядом со мной, ты можешь во что-то врезаться?

– Именно так.

– Ты недооцениваешь мои способности. Ничего плохого не случится, пока я рядом. Тебе не стоит ни о чем беспокоиться.

Я неуверенно взялась за руль.

– Держись правого края дороги. Все очень просто. Для начала, чтобы завести машину, поверни ключ. После этого передвинь рычаг переключения скоростей на себя, предварительно нажав кнопку. Вот так…

Марк взял мою руку и положил ее на рычаг. В тот же миг я поняла, что сосредоточиться на рычаге не получается. Я разглядывала его руку – она была очень сильной, матовая кожа без единого изъяна, красивые пальцы и идеально ухоженные ногти.

Его голос вернул меня к уроку вождения.

– Сейчас рычаг стоит в положении Р. Нажимаешь сюда… – Я почувствовала, как он слегка надавливает на мой большой палец, вынуждая нажать кнопку. – И тянешь на себя, чтобы поставить в положение D. После чего медленно отпускаешь тормоз и нажимаешь на газ. Чтобы остановить, просто нажмешь тормоз. Запомнила?

– Нет. С кнопкой не совсем понятно. – Я кивнула на рычаг. На самом деле, мне просто хотелось еще раз почувствовать его руку.

– Повторим.

Я выиграла еще несколько секунд его прикосновений.

– Теперь – заводи.

– А если я сделаю что-то не так?

– В любом случае – я рядом.

Вздохнув, я нажала на тормоз. Повернула ключ в замке зажигания, и тут же передо мной запрыгали какие-то стрелки. Подождав, я повернула ключ еще раз. Машина завелась, и меня охватила паника.

– Ты умничка! – Марк пытался успокоить меня.

Оставив ключ, я взялась за рычаг. Нащупав пальцем кнопку, я надавила ее.

– Что-то не получается, – дрожащим голосом сказала я.

– Попробуй еще.

Со второго раза кнопка поддалась, и я потянула рычаг. К моему сожалению, у меня получилось.

– Наверно, не надо, – прошептала я.

– Теперь газ.

Оставив тормоз, я нажала газ, и машина резко дернулась вперед. Перепугавшись движения, я отпустила педаль газа. Машина остановилась.

– Не получилось!

– Не пугайся движения. Давай еще раз.

Я покачала головой.

– Прошу тебя.

– Я думала, с автоматической коробкой передач будет легко.

– Ты правильно думала. С механической было бы сложнее.

На этот раз на педаль газа я нажимала осторожнее, но, тем не менее, резкого рывка избежать не удалось. Схватившись обеими руками за руль, я смотрела на дорогу.

– Я еду!

– Ну, вот видишь, все очень просто.

– Какая скорость?

– Пятнадцать километров в час.

Несмотря на черепашью скорость, я смотрела на дорогу широко раскрытыми глазами – мне казалось, что я движусь очень быстро. Вцепившись руками в руль, я всеми силами сжимала его и боялась даже не секунду оторвать взгляд от дороги.

Очень скоро я привыкла и даже оглянулась на Марка.

– Это здорово!

Я прибавила газ и взглянула на скорость. Тридцать пять километров в час. Через пять минут я нажала еще раз. Пятьдесят километров.

– Скорости на сегодня хватит, – остановил меня Марк. – Сбавь немного. Ведь это – твой первый урок.

Мне нравилось сидеть за рулем – мимо пролетали деревья, пейзаж за окном менялся, и хотелось ехать еще быстрее.

Еще минут через пятнадцать я обнаружила, что дорога сворачивает на большую трассу. Поворота я испугалась, и машину остановила.

– Сейчас разверну, и ты поведешь снова.

Я довольно хмыкнула.

– Быстро учишься, – одобрил шелковый голос.

К концу урока я и вовсе не хотела отдавать руль. Марк пообещал мне, что скоро мы вернемся сюда.

– А пока – в кино.

– В кино? – недоверчиво переспросила я.

– Почему бы и нет? Могу я пригласить свою девушку в кино?

Мою беззаботность как ветром смыло.

– Марк, прошу тебя! Не говори мне таких слов.

– Ты самая нежная и упрямая из всех, живущих на этой планете.

Его слова трогали мое сердце, сжимали его в комочек – я так боялась поверить ему.

Мы направились в единственный кинотеатр, где задумчиво остановились перед огромным списком фильмов.

– Выбирай, – предложил Марк.

– Давай определимся с жанром.

С выбором фильма мы промучились довольно долго. В итоге остановились на «Городе ангелов». Марк провел меня в отдельную комнату, так как мы решили смотреть не в общем кинозале. В комнате на стене висел огромный экран, по всему периметру были развешены динамики. Стоял столик на четыре человека и два бежевых дивана. Здесь я была уже много раз.

Я села на диван с краю, поджав под себя ноги. В таком положении я чувствовала себя в безопасности – Марк не сможет приблизиться ко мне. Вручив мне стакан колы, он сел рядом. Когда выключили свет, я была рада, что смогу увидеть еще один оттенок его красоты – ведь в полной темноте на Марка я еще не смотрела. Он был все так же прекрасен, не переставая вызывать во мне восхищение; казалось, в темноте его глаза были чернее всего остального, кожа будто блестела.

На экране показывали какую-то рекламу, и я, чувствуя желание услышать шелк голоса, позвала Марка.

– Ты не смотрел этот фильм?

– Очень давно.

– Ты выбрал то, что уже видел?

– Если бы мы выбирали то, что я еще не видел, мы бы ушли отсюда ни с чем.

– Ты видел все фильмы, которые были в списке?!

– Ну… – Он помедлил. – Основную часть.

– Мне казалось, чтобы обладать такими способностями, каким обладаешь ты, необходимо пожертвовать хоть чем-то! Например, своим досугом. Или сном.

– Чтобы исполнить одни свои желания, вовсе не обязательно жертвовать другими.

– Прекрасно, – занервничала я.

– Начинается. Приятного просмотра!

Обхватив двумя руками стакан кока-колы, я смотрела на экран. История была романтическая: девушка и ангел полюбили друг друга. Она не подозревала о том, кто он, и принимала за человека. Фильм мне понравился, и вскоре я уже вовсю переживала за героиню.

Стакан кока-колы так и остался нетронутым, поэтому я встала и отнесла его к столу. На экране отразилась моя тень, и тут же к ней приблизилась вторая. Его руки обвили мою талию сзади, и я сосредоточилась на том, чтобы сейчас не упасть. Понимая, что нужно отойти от него, я ничего не могла сделать – не хотелось даже шевелиться, чтобы не разрушить волшебство момента. Его горячее тело приковывало меня, глаза закрылись, дыхание прервалось, я только с силой выдыхала воздух. Марк взял прядь моих волос, медленно провел рукой от корней до кончиков и, освободив мое ухо, шепнул:

– Твой запах когда-нибудь сведет меня с ума! – Горячее дыхание обожгло меня, его слова раскаленной лавой вливались в мою кровь.

Чувствуя себя пьяной, я смутно понимала, что без поддержки мне уже не устоять.

– А твое доверие лишит меня рассудка… – продолжал он шептать мне на ухо.

Его объятие было и нежным, и волнующим, и опасным. Смесь чувств полностью лишала меня всякого желания оттолкнуть его. В этом объятии я жила бы вечно и наслаждалась каждой секундой, что провела у него в руках.

Вдохнув запах моих волос, Марк отпустил меня. Я растерялась со словами и с действиями; слов, которые я хотела бы ему сказать, было слишком много, они путались и противоречили друг другу. Я действительно не знала, как мне поступить – стоит ли просить его больше так не делать.

Марк взял меня за руку и усадил на диван.

– Наверно, я никогда не разгадаю тебя. Я был уверен, что ты не позволишь мне этого. Но ты всегда удивляешь меня.

«Я люблю его, люблю».

Вернуться к просмотру фильма было гораздо сложнее, чем я думала. Пропустив половину событий, суть истории я все же поняла. Ангел стал человеком ради нее, а она умерла на следующий день…

В машине Марк задал мне вопрос:

– Ты веришь в ангелов?

– Ангелов? Не знаю. Может быть. Я узнаю об этом только после своей смерти. Или, может быть, меня просто не станет.

– А в Бога и Дьявола ты веришь?

– Я не знаю. Хотелось бы верить.

– Почему?

– Чтобы знать, что после смерти я… не прекращу свое существование. А ты веришь?

– Да. Я верю.

Марк катил по дороге, везя меня обратно в больницу. Не хотелось его отпускать, но я была почти уверена, что завтра вновь увижу любимое лицо.

– Если бы я мог, я бы всегда был рядом с тобой. Невыносима мысль, что ты бываешь одна, и некому позаботиться о тебе. – Он нежно погладил тыльной стороной ладони мою щеку, а я не отрывала взгляда от его губ. Нет. Я захожу в своих мечтах слишком далеко.

Примерно через полчаса после ухода Марка ко мне заглянула Аня. Я поняла, что на этот раз вопросов мне не избежать.

– В академии только о вас и говорят.

– Ну что ж, будем надеяться, это скоро пройдет.

– Вы целовались?

Я мысленно сосчитала до пяти.

– Нет.

– Еще нет?

– Просто – нет!

– Чья эта была идея?

Я выжидающе глянула на Аню.

– Судя по тому, как он уволок тебя из академии…

Вопросы быстро закончились благодаря тому, что я не проявила никакого интереса к этому разговору.

Перед сном я воспроизводила в памяти мельчайшие детали сегодняшнего дня. Неужели я и правда нужна ему? Куда пропало мое ощущение, что он мне врет? Почему я вдруг начинаю верить? Может ли быть так, что он нашел способ гипнотизировать и меня? Я выкинула все вопросы из головы, понимая, что без ответов ими задаваться бессмысленно, и вернулась к сладкому объятию, с мыслями о котором и уснула.

В понедельник утром мой лечащий врач позвал меня к себе. Получив у него все рекомендации, я отправилась собирать вещи и надеялась только на то, что мне не придется воспользоваться маминым советом и брать такси.

Как только я спустилась вниз со своей сумкой, эта сумка была у меня ловко перехвачена. Улыбнувшись своему счастью, я направилась за Марком к выходу.

На улице немного потеплело, исчез вчерашний пронизывающий ветер. Сквозь серую пелену по-прежнему нельзя было разглядеть солнце.

Я угадала – такси брать не пришлось.

## Глава 12

Мы очень быстро оказались возле моего дома. Потянув любимого за рукав, я попросила:

– Ты ведь поднимешься?

– Конечно. Ты же этого хочешь.

Почувствовав облегчение, я вышла из машины. На ходу я обдумывала возможность сфотографировать Марка. Конечно, если я запечатлею его красоту, то вряд ли смогу потом заниматься чем-то другим, кроме как рассматривать этот снимок. Но, все же, у меня останется хотя бы его изображение. Только, как мне сфотографировать его? Глупо будет, если я вот так возьму фотоаппарат и попросту щелкну…

Я открыла дверь и сразу почувствовала вкуснейший запах – мама что-то приготовила к моему возвращению. Аппетит пробудился тут же.

Марк зашел следом.

На кухне я обнаружила заливное из рыбы. Наверное, мама хотела загладить вину за то, что не смогла забрать меня из больницы. В вазочке красовались конфетки в виде ягодок – фирменное мамино блюдо. Я так соскучилась по этим конфеткам, что немедленно положила одну в рот.

– А где твоя кошка? – Услышала я любимый голос.

– Не знаю.

Я прошлась по комнатам, но Звезды нигде не было.

– Наверное, гуляет, – ответила я, силясь припомнить, когда это я рассказывала ему про свою кошку. Нет, я не говорила. Я прекрасно помню каждый наш разговор, и смогу воспроизвести даже каждое движение Марка. – Откуда ты знаешь, что у меня есть кошка?

– А это что? – Кивнул Марк на миски для еды, зайдя на кухню.

Интересно, как он разглядел эти миски, находясь в прихожей?..

Заливное я положила в микроволновую печь, чтобы разогреть.

– Ты брала в больницу такое количество косметики? – съехидничал Марк, помогая мне разбирать сумку.

Я надулась.

– Все это мне нужно.

– Вот уж глупости. Ты прекрасна и без косметики.

На кухне щелкнула микроволновая печь, и мы отправились завтракать.

– Твоя мама замечательно готовит, – похвалил Марк. – Очень вкусно. Интересно, ее дочь может похвастаться тем же?

– Ну… – замялась я.

– Все понятно. Может.

Удобно устроившись, я наблюдала за Марком. Улыбка не сходила с моего лица.

– Какие красивые ягодки! – Он взял одну конфетку и протянул мне. Я откусила чуть-чуть из его рук, понимая, что это самая вкусная конфета. Оставшуюся половину он съел сам.

Я специально не брала ягодки, надеясь, что Марк догадается и накормит меня еще. Таким образом я даже согласна была съесть всю вазочку и потом три дня сидеть на диете. Мое желание было исполнено: Марк накормил меня еще пятью конфетками.

Вспомнив идею с фотоаппаратом, я решила сделать вид, что хочу запечатлеть мамино блюдо. Блюдо я сфотографировала, после чего Марк еще полчаса уговаривал меня позировать ему.

– Сначала ты, – возразила я.

– Договорились.

Я решила снять его в полный рост, не пропустив ни одну деталь. Потом отдельно увеличу его лицо. И руки. И плечи. И еще – глаза…

Сделав несколько кадров, я с трудом справилась с радостным нетерпением сразу перекинуть все фотографии в компьютер. Теперь я смогу смотреть на него всегда, когда захочу! Всю свою жизнь…

– Ну, все, достаточно, – прервал он меня.

Я хотела пересмотреть фотографии, но Марк забрал у меня фотоаппарат.

– Твоя очередь.

Вздохнув, я приблизилась к стене. Представляю себе контраст между нашими фотографиями.

Через пятнадцать минут я позволила себе возразить:

– Марк, по-моему, ты увлекся.

– Отлично получается. Ты лучше сделай что-нибудь со своим недовольным выражением лица.

С лицом получилось проще всего: вместо того, чтобы сосредоточиться на своих позах, я сосредоточилась на нем, наслаждаясь тем, как он двигается.

Фотосессия была прервана тихим царапанием в дверь. Наверно, это моя кошка. Марк ушел в дальнюю комнату и устроился в кресле.

Соскучившись по Звезде, я впустила ее домой. После двухнедельной разлуки она даже не обратила на меня внимания и, едва заглянув внутрь, втянула носом воздух.

– Заходи скорее! – не выдержала я.

Она вошла и вдруг резко прижала уши. Шерсть на ее хвосте встала дыбом, из горла послышалось глухое рычание. Так она вела себя, если собиралась напасть на других кошек.

– Звезда! Ты с ума сошла? – удивилась я. Неужели она меня не узнает? Спустя две недели не узнает меня, свою хозяйку?!

Аккуратно ступая и продолжая рычать, Звезда прошла в одну комнату, потом в другую, – где и сидел Марк. Внезапно, истерически мяукнув – я даже вздрогнула от неожиданности – Звезда в один прыжок оказалась возле Марка и бросилась ему на ногу. Продолжая утробно рычать, она когтями крепко вцепилась в него, и принялась глубоко вгрызаться зубами. Марк среагировал моментально, когда я еще не успела ничего понять – рукой он попытался отодрать кошку, но та полоснула его по рубашке, разодрав ее.

– Господи! – воскликнула я. – Что с ней такое?

Сквозь брюки Марка уже просачивалась кровь, на рубашке тоже расплывалось красное пятно.

– Звезда! – Бросилась я к ней.

– Не трогай ее! – огрызнулся Марк, и мне показалось, что я вновь увидела блеск ненависти в его глазах. Хотя, в тот момент я была просто в шоке – мне могло и показаться.

Его оклик остановил меня, но ненадолго, и я опять решила утихомирить свою кошку.

– Не подходи! – вновь рявкнул Марк. – Она сейчас и тебя раздерет!

Он осторожно схватил ее за задние лапы, потом оторвал от своих брюк передние и пальцем разжал челюсть. Кошка рычала и вырывалась. Не удержавшись, я выхватила ее, и она тут же расцарапала мне все руки.

– Я же говорил тебе, не трогай!

С рычащей кошкой я вышла на балкон. Закрывшись там, я выпустила ее.

– В тебя что, бес вселился? – злилась я.

Шерсть на ее хвосте все еще стояла дыбом, но рычание понемногу утихало.

Я попыталась успокоить ее, аккуратно поглаживая. С чего вдруг она бросилась на Марка? Обычно она не проявляла никакой агрессии к чужим, если ее специально не злить. Может быть, она что-то учуяла? Или Марк до этого гулял с какой-нибудь собакой, и после той остался сильный запах?

Дождавшись, пока Звезда перестала рычать и начала реагировать на мои поглаживания, я решила, что могу выйти. Заперев кошку на балконе – она все равно любит там бывать – я вышла.

Марк разбирался в моей домашней аптечке.

– Извини, не стал тебя дожидаться и воспользовался. – Кивнул он на бинт и лекарства.

– Постой, а где кровь? – Я коснулась его рубашки. Один рукав был полностью мокрый, брюки тоже были сырыми.

– Я уже постирал одежду.

– И одел мокрое? Я сейчас найду что-нибудь. – Я направилась к шкафу, смутно представляя, что же я могу там найти – ведь мы живем вдвоем с мамой, и у нас совершенно нет мужской одежды.

– Не стоит. – Остановил он меня. – Я ведь горячий, как печка, на мне все быстро высохнет.

– А что с ногой?

– Пришлось перебинтовать. А сейчас я намерен заняться твоими руками.

Я вздрогнула, когда ватка, смоченная перекисью водорода, соприкоснулась с моими царапинами. В принципе, я согласна получать такие ранки каждый день, если Марк будет обрабатывать их. Аккуратно держа мою руку, он вдруг прислонился к ней губами и поцеловал. Я запоминала прикосновение его губ, блаженно закрыв глаза.

– Жаль, что у меня нет под рукой фотоаппарата, иначе я бы сфотографировал сейчас твое лицо, – сказал Марк, принимаясь за вторую руку. – Эмоции делают тебя еще прекрасней.

– Что случилось с моей кошкой? Ты не гладил до этого какую-нибудь собаку?

– Если твоя кошка так дерется со всеми собаками, в вашем районе уже не должно быть ни одной, – усмехнулся он.

– Что на нее нашло… – размышляла я. – Возможно, на тебе остался запах?

– Какой запах ты чувствуешь? Неужели, собачий?

– Нет, конечно. Но у кошек нюх более чуткий.

– Так какой запах ты чувствуешь? – повторил Марк, еще ближе наклоняясь ко мне.

Невольно я глубоко вдохнула, что набрать свежего воздуха до приближения Марка, но вместо этого вдохнула пьянящий аромат.

– Твой, – ответила я. – Твой запах.

– Может быть, твоя кошка почуяла именно его?

– Но тогда… Тогда я не понимаю, почему она бросилась на тебя.

– Я определенно не понравился ей.

– И ты знаешь – почему! – вдруг поняла я. – Ты знал, что она так поведет себя. Объясни!

– Еще рано… – Он ласково погладил мои волосы.

Я нахмурилась.

– Не злись на меня. Просто, отложи пока этот вопрос.

– Тебя боятся дети, на тебя бросаются кошки, – рассуждала я. – Может быть, ты – зло?

– Ты так считаешь?

«Но ведь Марк не сделал мне ничего плохого, – подумала я. – Если не считать того, что я влюблена. Наоборот, он производит только хорошее впечатление».

– Не знаю… – Я покачала головой.

– Пойдем, лучше скинем фотографии на компьютер.

Вспомнив про фотографии, я обрадовалась: наконец-то у меня будет возможность любоваться любимым лицом всякий раз, когда я захочу.

Марк моментально подключил шнур. Пока шло копирование, я разрывалась от нетерпения.

Наконец, щелкнув по значку изображения, Марк открыл первое фото. В восхищении я не верила своим глазам: все его черты, все идеальные формы отражались в изображении. Не дав мне толком полюбоваться, Марк открыл следующую. Я хотела остановить его, но он быстро перелистал все свои фотографии и остановился на моей. Мое фото уже напоминало любительскую съемку, ничего необыкновенного там не было. Впрочем, я признала, что вышла очень хорошо.

Мы пролистали все фотографии, Марк подолгу рассматривал меня, а я краснела до кончиков ушей.

– По-моему, хорошо получилось, – оценил он. – Ты просто принцесса.

– Угу, – пробубнила я. – А ты тогда кто?

Мы провели вместе еще некоторое время, и Марк собрался уходить.

– Иначе твоя кошка спрыгнет с балкона, – пошутил он. – До встречи, принцесса! Завтра будь готова ко второму уроку вождения.

Закрыв за ним дверь, и совершенно забыв про Звезду, я бросилась к компьютеру. Первым делом на фотографии я увеличила его лицо. Взгляд Марка был настолько выразительным, что мне казалось, что даже сейчас он смотрит мне прямо в душу. Потом я увеличила глаза. Вглядываясь, я заметила, что черный зрачок и такого же цвета радужка почти сливаются, но в зрачке был еще оттенок чего-то красного, огненного, из-за чего зрачок казался чуть светлее. Какой притягательный взгляд! И какой опасный…

На балконе послышался грохот – Звезда что-то там уронила. Я впустила ее, так и не обнаружив упавшего предмета.

– Хороший концерт ты нам сегодня устроила!

Звезда обнюхивала все углы, и не успокоилась до тех пор, пока не убедилась в отсутствии Марка.

Я просидела за компьютером до самого прихода мамы, с помощью фотошопа вставляя фотографии Марка во все картинки, что только у меня были. Вскоре он уже стоял на лазурном берегу, и я любовалась им там; оказался в лесу среди деревьев… И даже немного полетал в космосе.

Когда зашла мама, я сразу же закрыла все фотографии. Бросив газету на диван, она радостно обняла меня.

– Я так рада, что ты дома!

Мы устроили небольшое чаепитие, а после я устроилась на диване и взяла брошенную мамой газету. Меня заинтересовал заголовок «Чем оправдать жестокость?», и я решила прочесть статью. «Второго октября в два часа ночи на пересечения улиц Дубова и Красная был жестоко избит мужчина. Нападение произошло во дворе дома, в котором проживает пострадавший. Медицинская экспертиза установила, что он получил перелом реберных костей и несколько ножевых ранений в грудь. После нападения потерпевшего бросили на месте преступления. Сейчас он находится в больнице в тяжелом состоянии. Имеет место частичная анемия: потерпевший не помнит самого нападения». По моему телу пробежала дрожь. Живо представив себе пересечение улиц, я поежилась: ведь это совсем близко.

– Мам, ты это читала? – Я принесла газету на кухню.

– Да, читала. Еще вчера об этом все говорили. Нам лучше быть осторожнее.

– Это случилось ночью. Думаю, днем боятся нечего.

– Я переживаю за тебя.

– А я – за тебя. Мне тоже страшно.

– Давай сменим тему, – предложила мама. – Как насчет того, чтобы съездить на неделе в Акару? За покупками?

– В Акару? – улыбнулась я. Не так давно я была там с ним…

– Конечно.

– Хорошая мысль. Как раз на выходных, – поддержала я.

– Значит, договорились. Там можно будет зайти в «Центр солнца» и обязательно…

Мы занялись планированием шоппинг-программы на выходной день.


Когда на следующий день Марк заехал за мной, я была занята просмотром его фотографий. Он не стал подниматься и посигналил мне с улицы. Мое сердце сразу застучало в бешеном ритме.

Как ни странно, к началу октября погода была даже лучше, чем в середине сентября. Солнце ласкало наш маленький городок своими теплыми лучами.

– Ты не поднялся из-за моей кошки?

– Нет, я решил поберечь твои нервы. Кстати, как она себя чувствует?

– В отличие от меня, без тебя ей очень хорошо.

– А тебе?

– А мне хорошо с тобой, – тихим голосом добавила я. Потом вспомнила про газету и обратилась к нему:

– Ты слышал, что избили мужчину?

– Да, – сухо ответил он.

– Скажи, почему они так делают? В чем прелесть насилия?

– Наверное, находят свой интерес.

– Мне страшно.

Он ласково взглянул на меня.

– А я не выпущу тебя из дома одну. И всегда буду рядом. Так что ты под моим домашним арестом.

– Я боюсь за маму.

– Все будет в порядке. Не переживай так! – Его ласковый уверенный взгляд и успокаивающий голос убедили меня.

– Если бы тронули кого-то из моих родных, я бы не остановилась ни перед чем, чтобы отомстить.

– Ни перед чем? – Глаза Марка блеснули.

– Я бы могла сделать все ради этого.

– И тебе не было бы страшно?

– Напротив! – Я уверенно вскинула голову. – Я бы нашла способ отомстить.

– В твоих глазах я вижу ярость.

– А что бы сделал ты, если бы причинили вред твоим близким? Неужели, смирился бы?

– Но что ты можешь сделать?

– Ты не видел меня в гневе! – Я прищурила глаза.

– Хм, – заинтересованно хмыкнул Марк. – Может, разозлить тебя?.. Любопытно посмотреть.

– Хочешь посмотреть, как я злюсь? – удивилась я.

– Очень хочу.

Не найдя слов для ответа, я задумчиво глянула в окно.

Марк завернул на дорогу, где проходил мой первый урок вождения.

– Сядешь? – спросил он.

– Конечно!

Вскоре я вновь сидела за рулем, радостно ощущая прилив адреналина. Марк и сегодня не разрешил мне увеличить скорость больше, чем до пятидесяти километров в час. Машину я вела уже намного увереннее, чем в первый раз. Только почему-то постоянно съезжала слишком близко к правому краю дороги и цепляла обочину.

– В конце концов! – Терял терпение Марк. – Ты можешь хоть примерно представить себе, где середина дороги?!

Меня забавляло то, что он нервничал, и я не торопилась ехать посередине. Так редко можно увидеть, как Марк выходит из себя. И столь же редко я могу полюбоваться им в такие моменты.

Сегодня Марк научил меня делать повороты, и я перестала бояться системы управления, которая поначалу казалось мне такой сложной.

После урока он повез меня домой.

– Надеюсь, ты еще не успела построить планы на вечер?

Я ответила ему улыбкой. Жаль, что у меня не получается улыбаться так же обворожительно, как это делает он.

– В таком случае тебе задание: скажи маме, что вечером будут гости. Придет твой парень.

– Что? – Я в ужасе глянула на него.

– Скажи маме, что твой парень хочет познакомиться с ней.

«Нет, это сон. Вот это точно должен быть сон!» – промелькнуло в моей голове.

– Мой парень? – переспросила я.

– Да.

– Ты сошел с ума!

– Я приду в семь.

– Ты собираешься официально представиться моей маме?

– Все верно. – Беззаботно кивнул он, в то время как в моей душе все переворачивалось.

– С чего ты решил, что я соглашусь?

Он усмехнулся.

– Попытаешься поспорить?

– Но это глупо.

– А по-моему, отличная идея. Все будет хорошо. И залог этого – отсутствие дома твоей кошки.

– Ах да, Звезда… – вспомнила я. Мысль о том, что Марк познакомится с моей мамой, никак не укладывалась в моей голове.

Оказавшись дома, я открыла кулинарную книгу. Наверно, я точно сошла с ума, если решила еще что-то готовить. Остановив свой выбор на грибном равиоли и сладкой запеканке, я отправилась в магазин за продуктами.

Во время готовки я никак не могла отделаться от мыслей о предстоящем вечере. А когда пришла мама, то я сразу забыла все слова, которые так тщательно репетировала.

– Пахнет грибами! – Услышала я из прихожей.

– Да, у нас сегодня гости.

Раздеваясь на ходу, мама вошла в кухню.

– Какая прелесть! – Она наклонилась к блюду, стоявшему на столе, и вдохнула запах. – Да тут настоящий пир.

Реплика о гостях осталось незамеченной.

– Не знаю, съедобно ли…

– Можно попробовать?

– Я же сказала – у нас сегодня гости.

– Андрей?

– Нет, не он.

– Кто же тогда?

– Мой друг.

– Твой друг? – выждав пару секунд, съязвила мама.

– Мой… – Я замялась, собираясь с духом. – Мой парень.

Я представляла себе любую реакцию, но только не ту, которая последовала. Мама громко рассмеялась.

– Над чем ты смеешься? – Я надула губы.

– Твой парень? – Продолжала улыбаться она.

– Да.

Видимо, заметив, что я настроена серьезно, мама сдержала свой смех.

– Я не верю.

– Почему?

– Где же ты нашла такого героя?

– В нем нет ничего, что могло бы мне не понравиться, – буркнула я, обижаясь. – Впрочем, убедишься сама.

– Ты что, серьезно? – Мама все еще не верила мне.

– Похоже, что я шучу?

– Просто это как-то… неожиданно.

– Он придет через час, – обидевшись окончательно, сообщила я и ушла из кухни.

Уткнувшись в какую-то книгу, смысл которой до меня совершенно не доходил, я наконец-то осознала, что выполнила просьбу Марка. Остальное – его проблемы. Пусть сам разбирается с сегодняшним вечером. В конце концов, это была не моя идея.

Минут за двадцать до прихода Марка я отправила Звезду погулять. Мама все время находила поводы для шуток, чем совершенно разозлила меня. Посмотрим, как она поведет себя после знакомства. В том, что ее поведение изменится, я была уверена.

От прозвучавшего звонка в дверь я вздрогнула. Ожидание и шутки мамы довели меня до крайней нервозности. В коридор мама вышла вместе со мной.

Марк принес большой букет неизвестных мне цветов, розовых с белой каймой. Предвкушая победу над своей мамой, я посмотрела на нее, чтобы отметить реакцию.

Она неотрывно и с удивлением смотрела на Марка. Убедившись, что я победила, и шутки мамы с этого момента прекратятся, я представила их друг другу.

Он был в черных джинсах и легком свитере светло-коричневого цвета – как всегда, прекрасен, как всегда, приковывал к себе взгляды.

Мама растерялась, когда он подарил ей цветы.

– Это камелии. – Марк улыбнулся так, как получается только у него одного. – Символ благодарности. Спасибо вам за такую дочь, – добавил он, обвивая мою талию рукой. Я почувствовала головокружение и слабость. Рука тут же отпустила меня.

Мы прошли к столу.

– Мы познакомились с Викой недавно, – рассказывал Марк историю нашего знакомства, опуская некоторые моменты и добавляя другие. – М-м-м, очень вкусно! Кто готовил?

Мама кивнула в мою сторону. Равиоли действительно получились очень вкусными, хотя я не ожидала такого результата с первого раза.

– Ты умничка! – похвалил он меня.

После его рассказа мама заинтересовалась его жизнью, образованием, причиной, из-за которой он оказался в Атеме. Я надеялась услышать что-нибудь, чего не знала, но зря – Марк рассказал лишь то, что я уже слышала.

Вскоре они уже оживленно обсуждали дизайнерские программы и проекты. Марк откуда-то знал о таких программах, о которых я даже не слышала, хотя жила с дизайнером. Решив напомнить о своем присутствии, я предложила чай. Мама будто очнулась, услышав мой голос.

Они очень быстро нашли общий язык и, судя по всему, это была не моя заслуга.

– На выходных мы с Викой собираемся в Акару, чтобы пройтись по магазинам, – сказала мама, повергая меня в ужас.

– Я мог бы вас подвезти, – предложил Марк. Так я и знала!

Мама даже не взглянула на меня и сразу же согласилась. Я просто взбесилась из-за того, что никто здесь не спрашивал моего мнения.

– Вы не хотите меня спросить?

– Ты против? – Марк поднял на меня глаза.

– Может быть, вы вдвоем поедете? – злилась я.

– Как обращаться с ней в такие моменты? – Он взглянул на маму, которая пожала плечами.

– Ну, знаете! – Я уже порывалась встать из-за стола, когда Марк твердо опустил руку мне на плечо.

– Прости меня. Просто твоя мама гораздо сговорчивее. С ней проще договориться. – Марк завладел моим взглядом, и я сразу успокоилась – мне даже стало немного стыдно.

– Хорошо. Поедем в Акару все вместе.

Вечер прошел совсем не так, как я думала: я ожидала неловкости, недоговоренности, моментов напряженного молчания, но все вышло наоборот. В чем я не прогадала, так это в том, что Марк очень понравился маме.

После его ухода она набросилась на меня с вопросами.

– Он действительно новенький в вашей группе?

– Да.

– Он очень красивый!

– Да.

– И, наверно, много занимается; мне показалось, он знает о дизайне больше, чем я.

– Мама, да! – Я нетерпеливо повысила голос.

– Тебе очень повезло.

Я знаю!

– Вы уже целовались?

– Мама!! – Мое терпение иссякло.

– Целовались или нет? – Мама не отставала.

– Мама!!! Я больше никогда не буду посвящать тебя в свои дела! – с горечью выдала я. – Нет! Мы не целовались! – сказав это, я ушла в комнату и включила телевизор.

– Я бы на твоем месте времени зря не теряла… – Донесся из кухни мамин голос.

## Глава 13

В последующие дни уроки вождения продолжались; продолжались и мои бесконечные сны, которые я всегда запоминала. Мама замучила меня вопросами о Марке до такой степени, что мне уже приходилось ей врать; с Аней и Кристиной я старалась вообще не касаться этой темы. Позвонив однажды Андрею, я предложила ему забрать компьютер, но он сказал, что подождет до тех пор, пока я не приду в академию.

Весь мой мир теперь составлял Марк; я не знаю, что бы делала, если бы вдруг хоть день пришлось прожить без него.

В четверг вечером мы собирались с ним в кафе, и я приводила себя в порядок, когда пришла мама.

– Ты куда-то идешь?

– Да, гулять.

– С кем?

Замявшись на секунду, я решила, что лучше соврать.

– С Аней.

– Ты никуда не пойдешь.

– Что? – возмутилась я.

– Ты никуда не пойдешь, и я бы посоветовала Ане сделать то же самое.

– Почему?

– Помнишь, ты недавно читала в газете статью об избитом мужчине?.. Вчера вечером нашли молодую девушку. Открытый перелом лоботеменной кости с повреждением вещества головного мозга. Сейчас она в коме.

Чувствуя, что пол под ногами начал кружиться, я заставила себя спросить:

– Где?

– Возле озера.

– Господи! – выдохнула я.

– Так что сиди сегодня дома.

– Мама, я… Я не с Аней иду.

– Нет?

– С Марком.

– Почему сразу не сказала? – Мама обиженно взглянула на меня.

– Ты… Просто ты…

– Хорошо, – перебила она меня, – я поняла тебя. С Марком можешь идти.

Все время, пока я ждала любимого, мне не давала покоя новость, которую сообщила мне мама. Возле озера. Возле того озера, где мы так часто гуляем. Сначала мужчина. Теперь – девушка. Молодая и, наверное, красивая… А может быть – и влюбленная. Что для нее теперь имеет значение, когда жизнь висит на волоске?

Не в силах держать это в себе, я поделилась новостью с Марком. Мы сидели с ним на лавочке недалеко от моего дома.

– Да, я в курсе, – серьезно и сухо проговорил он.

– Это ужасно.

– Все образуется! – Он ласково погладил меня по голове и притянул к себе. – Она поправится, я уверен.

Я прислонилась к нему спиной и закрыла глаза. Каждой клеточкой своего тела ощущая, что Марк рядом, я быстро успокаивалась и забывалась. Ловила звук его дыхания и вдыхала аромат его кожи. Мне было тепло, потому что от него исходил жар. Все мысли и тревоги забылись – я наслаждалась его близостью.

В эту ночь мне приснился еще один сон. Я видела девушку, лежащую в больнице под капельницей. Я откуда-то знала, что это – та самая девушка, на которую напали возле озера. Она была красивая, очень красивая, раны на лице нисколько не портили ее, только вызывали жалость. Золотистые волосы, совсем как у маленькой девочки, встретившейся однажды нам с Марком, были разбросаны по подушке. У нее были голубые глаза; взгляд наполнен глубоким смыслом и грустью, словно она хотела сказать мне что-то очень важное. Я хотела поддержать ее, но не знала – как, и поэтому просто подошла и взяла за руку. Рука сжалась. «Это они, – вдруг отчетливо сказала она, – они. И виноват во всем он». Я спросила ее, о ком она говорит. «Видишь, какая я чистая, – продолжала она. – Чистая и светлая. А они – злые и темные. Они несут смерть. Сторонись и будь осторожна…» – Девушка замолчала, а сон перешел, наверно, в какой-то другой, но утром я ясно помнила то, что мне приснилось. «Все образуется», – вспомнила я слова Марка. «Она поправится, я уверен». Надеюсь, так и будет, – успокоила я себя.


В субботу утром Марк заехал за мной и мамой, чтобы отвезти нас в Акару. Он благоразумно не стал подниматься – моя кошка была дома. Все дорогу он развлекал нас интересными рассказами, и мама, казалось, была полностью очарована им. Мне бы ее смелость и беззаботность – и мы с Марком давно бы уже поцеловались.

Марку должно было быть с нами неинтересно – ведь мы поехали за одеждой, но он не только терпеливо обходил вместе с нами все витрины и рассматривал вещи, но и рекомендовал примерить то, что, на его взгляд, подойдет нам. Мама с удивлением отметила, что ни в одной из рекомендаций он не ошибся. Я краснела до кончиков ушей, когда примеряла обновку, и Марк описывал мне, как я красива. С его помощью мы быстро управились с покупками, и после заехали в небольшой ресторанчик. Он сам заплатил по счету, отплатил все наши покупки, отчего мама растерялась окончательно, но, в принципе, ненадолго. Поездкой в Акару она осталось довольна, и Марк постоянно твердил мне о том, как рад был познакомиться с моей мамой.

В академии Марк появился только вместе со мной. Когда он открыл мне дверцу «Лексуса», мне захотелось провалиться сквозь землю – абсолютно все смотрели на нас. Пытаясь укрыться от их взглядов, я инстинктивно пряталась за Марка, чем вызывала еще большее любопытство всех студентов.

– Марк, в следующий раз я пойду пешком! – шипела я на него.

– Думаю, не в машине дело, – беззаботно ответил он. – А вот в этом.

Его рука оказалась на моем плече, и он притянул меня ближе. Хватка была настолько крепкой, что, даже если бы я захотела, то не смогла бы вырваться. Но ради этого объятия я готова была выдержать сколь угодно удивленных и завистливых взглядов. Как бы на меня ни смотрели, чего бы мне ни желали, главное – я с Марком, и это значит, что мне ничего не грозит.

Не обращая ни на кого внимания, он уверенно провел меня в аудиторию и только после того, как все однокурсники увидели меня с ним, опустил руку. Заметив в глазах своих знакомых бесчисленное количество застывших вопросов, я решила, что ни на секунду не отойду от Марка.

Мы сели вместе на самую первую парту. Обычно скучная анатомия на этот раз текла для меня легко и быстро, я без проблем усваивала материал, до этого казавшийся мне неинтересным. В общем, я была счастлива, как и всегда в последнее время.

Я захватила с собой компьютер, и на перемене Марк напомнил мне про необходимость вернуть его владельцу. Собравшись с духом, я рискнула отойти от Марка.

Найдя Андрея, я присела к нему за парту.

– Спасибо большое, – начала я, подвигая к нему компьютер, – я приготовила для тебя небольшой подарок.

Он слегка улыбнулся, но не так, как улыбался мне раньше. Компьютер был включен, я щелкнула по иконке видео, и мы посмотрели созданный мною фильм. Я была рада отметить, что Андрей с интересом и оживлением смотрел на экран. Вскоре вокруг собралось несколько человек, но что-то подсказывало мне, что собрались они вовсе не из-за фильма, поэтому я быстро перебралась обратно за первую парту.

Страсти улеглись очень быстро – уже через неделю все привыкли к тому, что мы с Марком вместе. Мне даже казалось, что привыкли все, кроме меня – я все никак не могла поверить в свое счастье. Обстановка в академии наладилась, Марк начал принимать участие в общих разговорах. Мне было очень жаль, что Андрей больше не заговаривал со мной, и иногда я чувствовала нехватку радостной энергии, которой он всегда заряжал меня.

Весь последующий месяц мы не расставались с Марком ни на день. Я уже достаточно хорошо водила машину, и иногда сидела за рулем вместо Марка. Он взял с меня обещание, что я никогда не сяду за руль в его отсутствие, пока он сам не разрешит мне это. Я неплохо разбиралась в знаках, но Марк решил устроить мне экзамен.

Мы могли часами сидеть, обнявшись и не разговаривая. Иногда он рассказывал мне что-нибудь интересное. Для меня его голос всегда звучал как в первый и в последний раз, и я старалась уловить каждую ноту. Я даже записала его голос на диктофон, и иногда по нескольку раз прослушивала запись: «Существует одна древняя легенда, которая гласит, что после сотворения мира одной птичке досталось серое некрасивое оперение. Но она не хотела оставаться такой некрасивой и поспешила за уходящим закатным солнцем. Солнце окрасило ее грудь в красно-коричневый цвет, а небесная синева упала ей на спинку. Эту птичку люди называют «летающий драгоценный камень», а чаще просто – зимородок».

Я знала, что в моей жизни смысл появился только тогда, когда встретила его. Часто я открыто любовалась им, проводя взглядом по четким, благородным линиям лица, мысленно обводя контур губ, спускаясь ниже к подбородку, шее, прикасалась взглядом к красивому телу. Могла позволить себе дотронуться до черных волос и вдохнуть их пьянящий запах. Хотела – и боялась тонуть в черноте обволакивающего взгляда, полностью растворяясь в Марке…

## Глава 14

Первый снег выпал шестого ноября, в субботу. Идти в академию было не нужно. Когда я выскочила утром из дома, в меня тут же полетел комок снега. Марк ждал меня, прислонившись к капоту «Лексуса» и улыбаясь.

– Надо будет поработать над твоей реакцией, – усмехнулся он. – Могла бы и увернуться.

– Терпеть не могу холод и снег! – отряхиваясь, ворчала я.

За ночь выпало столько снега, что он накрыл всю землю, спрятав под собой опавшие листья. Небо было чистым и нежно-голубым, как в ясный зимний день. Я зачерпнула рукой снега и, не успев слепить нормальный комок, бросила его в Марка. Он, естественно, увернулся.

– Заранее проигранная битва! – смеялся он надо мной, открывая дверцу и приглашая сесть.

– Куда сегодня?

– В логово кровожадного хищника, – злорадно ответил он.

– Я говорю серьезно.

– Подожди, скоро все узнаешь.

Я нетерпеливо пыталась выведать информацию.

– Это несправедливо – держать меня в неведении!

– То же самое могу сказать про тебя.

– Марк!

– И откуда берется этот неуемный интерес?..

Мне так и не удалось ничего узнать до самого прибытия на место. Марк выехал из города и остановился возле одиноко стоящего пригородного дома.

– Добро пожаловать ко мне, – сказал он, открывая дверцу.

– Ты живешь не в городе?

– Нет. Здесь мне нравится больше.

Дом был двухэтажный, новый и очень уютный. Первое, что бросилось в глаза – камин в гостиной.

– Здорово! – Я улыбнулась и протянула руки к огню.

Возле камина стояли два кресла, чуть подальше – большой широкий диван под «зебру» и телевизор. В углу – несколько шкафов, заполненных книгами. Я подошла, чтобы просмотреть их.

– У тебя тут целая библиотека, – ахнула я. – Или эти книги не твои?

– Нет, мои.

– А фотографии есть?

Он отрицательно покачал головой.

– Я не взял с собой.

Мы прошли на второй этаж, где находилась его спальня и кабинет. Марк терпеливо позволял мне изучать содержимое его дома. В спальне я ничего особенного не обнаружила, в кабинете мое внимание привлекли большой массивный черный стол и такое же кресло.

– Ты так любишь черный цвет?

– Люблю, – подтвердил он.

Впрочем, кабинет освежали различные декорации. Здесь было очень много сувениров, видимо, привезенных с самых разных уголков планеты.

– Я планирую уехать на несколько дней, – вдруг сообщил он.

– Что? Когда?

– В следующую субботу. Думаю, дней на десять.

«Десять дней!» – как сквозь туман, проносилось в моей голове. Нет, не может быть. Он не может оставить меня! Я не выдержу – это слишком долго. А если… он не вернется? Вдруг он вообще не вернется?!

– В город приедут мои знакомые, которых я не хотел бы видеть, – продолжал Марк. – Думаю съездить в Египет. У тебя есть загранпаспорт?

Смысл его слов не сразу дошел до меня.

– У тебя есть загранпаспорт? – повторил он.

– У меня?

– Так есть или нет?

Я кивнула. Пару лет назад мы собирались с мамой на отдых, но в итоге у нас ничего не вышло, и паспорт так и остался лежать в папке с документами.

– Вот и отлично.

– Марк, я…

– Ты хочешь остаться?

Еще не успев все обдумать, я отрицательно покачала головой.

– Возьмешь меня с собой?

– Конечно! Неужели ты подумала, что я оставлю тебя одну? Ты за это время успеешь вытворить какую-нибудь глупость. Разумеется, я надеюсь, что ты согласишься.

– Бред какой-то, – шептала я.

– Ты поедешь?

Я лишь на секунду представила себе, что скажу «нет», и тут же мной овладел страх остаться без Марка. Какой бы безумной мне ни казалась эта идея, я не могу потерять его.

– А как же мама? Она… Она будет против, я уверена.

– Значит, ты согласна? – улыбнулся он. – Всякий раз я боюсь, что придется тебя уговаривать, и в какой-то момент я не смогу этого сделать.

– Но мама… Она не согласится!

– Поговори с ней. Она поймет, я уверен.

– Это навряд ли.

– Итак, куда поедем? – Марк оживился. – Предлагаю выбрать курорт и отель на наш совместный вкус.

Только в этот момент я поняла, что еду в Египет. Что первый раз окажусь заграницей, и поеду туда с любимым человеком. Почему жизнь преподносит мне такие подарки? И как дорого я заплачу за все это в итоге?

Марк раскрыл передо мной какой-то большой и яркий журнал, где в глаза бросались разные отели, красивые песчаные пляжи и море. Пока я смотрела картинки, шелковый голос знакомил меня со страной.

– Египет располагается в двух частях света: Азии и Африке. Большая часть территории страны трудна для освоения – этому мешают экстремально высокие температуры. Девяносто пять процентов площади страны – безлюдные пустыни: Ливийская, Аравийская, Нубийская. Это – самые засушливые места на земле. Высохшие русла рек свидетельствуют, что когда-то там была жизнь, сейчас же в этих суровых краях можно встретить лишь немногочисленных кочевников и экстремалов. Девяносто процентов населения сконцентрировано на трех процентах площади дельты Нила. Нил пересекает всю страну с юга на север и впадает в Средиземное море, которое омывает Египет с севера. С востока же плещутся воды Красного моря. Вода там чиста и прозрачна.

Я заслушалась, бездумно перелистывая страницы журнала.

– Понравилось что-нибудь?

– Выбери сам, – попросила я. – Ты ведь разбираешься лучше, чем я.

– Как насчет Хургады? – Марк открыл карту Египта и указал на небольшой район на берегу Красного моря.

– Лет сорок тому назад здесь была никому не известная рыбацкая деревушка, а сейчас Хургада преобразилась в курорт, известный на весь мир. Или вот… – Марк передвинул палец. – Шарм-Эль-Шейх. Здесь тоже прекрасная инфраструктура и огромное количество отелей на выбор. Что тебе больше нравится?

– Пусть будет Хургада… – Я растерянно пожала плечами.

– Отлично, – согласился он. – Дело за отелем.

К моему сожалению, Марк даже не обращал внимания на отели меньше пяти звезд.

– Поверь моему опыту, в большинстве случаев наличие даже пяти звезд вовсе не говорит о том, что отель безупречен, и отдых там может превратиться в кошмар. Не хочу, чтобы первое впечатление о поездке заграницу у тебя осталось негативным.

– Но мне абсолютно все равно, где спать и где жить, – убеждала я. «Главное, чтобы ты был рядом», – промелькнуло в голове.

– В таком случае, подумай обо мне. Мне не все равно.

Разубедить Марка я, конечно, не смогла, и спустя примерно час мы, наконец, определились с отелем. Воображая сумму денег, которые Марк собирается на меня потратить, мне хотелось попросить его никуда не уезжать.

– Выбор сделан, предлагаю отметить! – Марк быстро вышел из кабинета и почти сразу вернулся, держа в руках поднос с мартини, соком и фруктами.

Я только покачала головой. Не спрашивая меня, он смешал в бокале мартини с соком в моей любимой пропорции.

– За прекрасный отдых в компании прекрасной девушки.

Пригубив мартини, я насладилась его вкусом – сладким и легким. Марк уже протягивал мне горсть винограда – моего любимого фрукта.

– Спасибо, что согласилась.

– У меня просто не было выбора, Марк, – тихо произнесла я, чувствуя, как горит на губах его имя.

– Я боялся, что ты не поедешь. Тогда и мне бы пришлось отказаться от этой затеи.

Я вскинула брови.

– Почему?

– Потому что не могу себе представить, что не увижу тебя столько дней. Что оставлю одну. Я бы не поехал без тебя.

Слушая его, я пыталась найти в себе опровержение его словам. Куда подевалась былая уверенность в том, что он лжет? Почему я доверяю его словам? Почему теперь мне кажется, что он говорит правду?

Я сделала большой глоток мартини.

– Можно тебя спросить?

Он замялся и кивнул.

– Помнишь, ты говорил, что владеешь своего рода гипнозом, но что не властен надо мной?

– Да.

– Теперь ты научился гипнотизировать меня?

– Я не могу научиться тому, что у меня сразу не получилось. Единственное, что я хочу – найти ответ на вопрос, как ты можешь быть сильнее меня.

– Но это не так.

– Твои желания и эмоции заглушают мои. Раньше я с таким не сталкивался. – Марк нежно поглаживал мое плечо. – Ты чувствуешь мой жар. Теперь моя очередь.

– Что?

– Задавать вопросы.

Я внимательно взглянула на него. Что он хочет спросить?

– Ты сказала, что видела мой взгляд, полный ненависти. Что ты думаешь по этому поводу?

– Я пытаюсь найти причины, чтобы оправдать тебя.

– А если этих причин нет?

– Тогда я не понимаю. И не хочу понимать. Это неважно.

– Тебе не страшно?

– Страшно. Но не настолько, чтобы… чтобы… – Я так и не посмела озвучить свою мысль. «Чтобы отказаться от тебя» – эти слова остались невысказанными. Но Марк и не стал переспрашивать. Я заметила, что успела осушить весь бокал, и он налил мне второй.

В комнате воцарилась тишина. Марк здесь, со мной, такой, какой он есть. Но я знала, что, когда меняется его взгляд, он тоже становится другим. Тем, кто мучает меня в кошмарах.

Когда я допила второй стакан, Марк встал и включил вальс Брамса. Потом подошел ко мне и подал руку.

– Я обещал научить тебя.

Горячая ладонь уверенно сжала мою, и он быстро приподнял меня. Голова сразу начала кружиться – выпитое мартини дало о себе знать. Крепко прижав к себе, так, что я задыхалась от нахлынувших на меня чувств, он вынес меня к центру кабинета, где немного ослабил хватку. На слабые попытки сопротивления он не обращал внимания, да и попытки эти прекратились быстро – я уже не хотела, чтобы он отпускал меня. Так близко от себя ощущая его горячее тело, я поняла, что стук бушующего сердца унять не удастся. Чем ближе я находилась к нему, тем крепче окутывал меня его аромат.

– Только в обморок не падай, – попросил он, заманчиво улыбаясь.

Марк объяснял мне, как переставлять ноги при танце, и я расслабленно кружилась в его объятиях. Мартини продолжало действовать – происходящее потеряло четкие очертания, слова Марка сливались с музыкой, я тонула в черных глазах, бессознательно все крепче прижимаясь к нему. «Ты прекрасен, как бог, – говорило мое сердце. – Я очень люблю тебя».

Когда музыка закончилась, он отпустил меня. Я положила руку ему на грудь, не желая отходить. Его взгляд пронзал насквозь; сегодня, как никогда, мне казалось, что он слышит мои мысли. Губы сводили с ума – я изо всех сил сопротивлялась желанию прикоснуться к ним. Еще бы чуть-чуть, и я бы рискнула поцеловать его.

– Как же быстро ты пьянеешь, – произнес Марк, и я даже удивилась его хриплому грудному голосу.

– Я не пьяна.

– Правда? – Манящие губы изогнулись в ухмылке, руки отпустили меня окончательно. Я тут же покачнулась, но он поймал меня, не позволив упасть. – Ты даже стоять не можешь.

Я хотела сказать, что мне трудно стоять вовсе не из-за двух бокалов выпитого мартини, но сочла более благоразумным промолчать.

Как я и думала, мама даже слушать не пожелала о том, что ее дочка поедет заграницу. Факт присутствия со мной Марка успокаивал только меня, она же была категорически против. Я была в отчаянии, и меня интересовало только одно – сдержит ли Марк свое обещание. Он сказал, что без меня не поедет.

Когда я все рассказала Марку, он заявил, что берет маму на себя.

Они очень долго разговаривали о чем-то на кухне, пока я кусала локти в своей комнате. Я разорвала на маленькие кусочки целую тетрадь, пытаясь успокоить свои нервы, но это мало помогло.

Наконец в комнату вошла мама, за ней – довольный Марк. Я поняла все и сразу. Интересно, как ему удалось?

– У меня куча условий, – заявила мама. – Во-первых, Марк возьмет на себя все заботы о тебе. Во-вторых, вы будете звонить мне не реже двух раз в день – обо всех ваших планах я должна знать. После приезда вы будете нагонять пропущенную учебную программу в усиленном темпе. В Египте никаких опасных действий предпринимать не будете. И последнее… – Мама замялась, а Марк ухмыльнулся. – Спать вы будете в разных комнатах.

Я почувствовала, как зарделись мои щеки и загорелись уши. Неужели она подумала, что…

– Хорошо, – только и смогла пролепетать я. – Спасибо!


Вылет был из Москвы ночью тринадцатого ноября, в субботу. Обратно нам предстояло лететь ровно через десять дней.

В Москву мы добрались также самолетом. Я никогда не летала и была вся на эмоциях. Мне досталось место около окна, а потому я почти не отрывалась от него – особенно во время взлета и посадки. Марк только смеялся надо мной, все время повторяя, что я всегда буду оставаться ребенком, бурно реагирующим на происходящее и не умеющим контролировать свои эмоции.

Москва измотала меня – все эти переезды из одного аэропорта в другой заняли кучу времени. Хотя Марк не позволил мне даже дотронуться до чемоданов, я все равно чувствовала себя ужасно уставшей. Впрочем, неудивительно – всю ночь до этого я не могла уснуть. Поэтому, когда мы добрались до Домодедово, я уже еле стояла на ногах.

Как только мы сдали свои чемоданы и получили места, Марк подхватил меня, засыпающую, на руки. Я положила голову ему на плечо и решила не засыпать, чтобы не пропустить ни одного мгновения такого удовольствия. Но, вопреки своему решению, у него на руках было так спокойно и тепло, что бороться со сном становилось все труднее. К тому же, он убаюкивал меня, точно ребенка. Потом я провалилась в сон, и этот сон был одним из самых ровных и спокойных, несмотря на то, что мы находились в шумном терминале.

Проснулась я, когда Марк уже нес меня по длинному коридору к самолету. Он аккуратно поставил меня на ноги.

– Что ты делала в ночь до этого?

Я почувствовала себя виноватой.

– Теперь к приезду в Египет ты будешь совсем не в состоянии воспринимать хоть какую-то информацию. Но, впрочем, есть и положительные моменты. Ты очень красивая, когда спишь, и еще в такие моменты перестаешь от меня защищаться.

Я подняла голову. Что он имеет в виду, говоря «в такие моменты»? Я ведь только один раз уснула при нем…

Стюард указал нам наши места. К сожалению, место возле окна мне не досталось.

– Ночью все равно ничего не увидишь, – сказал Марк, заметив мое разочарование. – Зато сможешь немного поспать.

Лететь недолго, выспаться я все равно не успею.

Самолет нес нас через города и моря, за тысячи километров от моего родного города. Туда, где я буду знать только одного человека – человека, которого люблю.

Когда мы приземлились, я ощутила, как горячие пальцы прядку за прядкой перебирают мои волосы – Марк будил меня. На улице на нас сразу пахнуло горячим, немного душным после холодной России воздухом. Здесь было еще темно. Днем погода обещала быть очень хорошей.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru