Рецензия на книгу Воскресшие боги (Леонардо да Винчи) от dvdvitek

“… чтобы хорошо писать, страдать надо, страдать”, - Ф.М. Достоевский – Мережковскому.
"…верует определенно, верует учительски…", - Чехов о Мережковском.
Роман Дмитрия Мережковского “Воскресшие Боги. Леонардо да Винчи” входит в трилогию произведений, объединенных заглавием “Христос и Антихрист”. Имея единую идейно-просветительскую целостность, эта троица начинает свой путь от истоков государственного христианства Римской империи времен Константина Великого и простирается вплоть до времен Петровских бурь уже новой империи - Российской. Постепенно, ярко проступает краеугольная идея Руси, как Третьего Рима. Имперский план, начертанный при объединителе Иване III, и казавшийся в то время фантастическим, при Петре обретает наконец свою форму. Но будучи близким для просвященных государственников, вроде патриарха-правителя Никона, Третий Рим оказывается чужд основной массе населения, ударившейся в раскол и старину. Войны за римско-византийское наследство в купе с битвами против собственного народа будут еще долго сотрясать душевный покой русского человека.
Все три книги, по сути, образуют тело единого эпоса, называемого “Христос и Антихрист”. В романе о Юлиане Отступнике христианство уже победило, но зверь в лице последнего языческого императора предпринимает решительную попытку обрести былую власть. Император Юлиан, как и Джованни Больтраффио, ученик Леонардо, оказывается не способен воспринять истину своего учителя Максима Эфесского о том, что небо вверху и небо внизу – едины. А ведь только тот, кто по-настоящему глубоко воспринял обе правды готов к будущему. Юлиан же избирает страдальческий венец борца за языческую веру. Император по своему прекрасен, будто первые христианские мученики, он выделяется среди толпы лицемеров, трусов и глупцов, не способных поверить ни во что. Но настоящая правда откроется только единицам.
Во втором романе о Леонардо да Винчи, писатель продолжает свою мысль о единстве Христа и Антихриста. Соединить любовь к ближнему и всепрощение с языческим пиром духа и ума – это ли не истинное Возрождение? Но вместе с тем возрождается и древнее язычество, правда уже в виде демонов, а не богов. Дионис предстает черным козлом, а Венера – белою дьяволицей. Здесь начинается время великих потрясений. Древние Боги после тысячелетнего сна встают из своих могил, и назад они уже не вернутся.
Эпоха, описанная в романе, была временем гениев: Микеланджело Буонарроти создал “Пьету”, “Давида” и “Страшный суд” в Сикстинской капелле, осудив свое время на Ад; великий Рафаэль Санти нарисовал “Триумф Галатеи”, “Сикстинскую Мадонну” и “Афинскую школу”, прославив годы своей жизни в веках; Леонардо да Винчи – автор “Джоконды” и “Тайной вечери” был еще и ученым. Он хотел невозможного. Хотел дать человеку крылья всезнания, дабы вознести его на небеса всемогущества.
Соединение единобожия и многобожия – это, так или иначе, примирение. И весь вопрос для героев Мережковского всегда стоял так: примирение или борьба. Многие выбирали борьбу, но так уже получилось, что покой и счастье всегда были для Мережковского чем-то иллюзорным, прекрасным, но обманчивым. Подобный синтез был делом кратковременным и непосильным для его персонажей. Леонардо да Винчи – пример сверхчеловека, имел в себе силу, данную ему, чтобы соединить искусство в науке и науку в искусстве. И этот могучий титан был истерзан, словно Прометей. Куда уж нам людишкам! Не лучше и не легче ли любить Бога сердцем нищим? И вместе с тем Мережковский продолжает искать истинное знание, но не через научный опыт, который он прославил в книге о Леонардо, а через философию. Он блуждает в дремучих лесах книжных знаний, будто гностики, над которыми так потешался Юлиан Отступник. Счастливый, хватает рукой истину и, обнаружив, что в ней ничего нет, продолжает искать.
Громадный мастер художественного слова, Мережковский видит души своих читателей, чувствует пульс истории, и в этом он, кажется гораздо ближе к всезнанию, чем в своих философских изысканиях. Как и Леонардо да Винчи, ему поддается скорее искусство, а не механика. Но мечта о соединении абстрактного и точного, единого и многоликого, Христа и Антихриста продолжит жить в людях, давая им надежду обрести величие и стать наконец, как Боги. Подведя, таким образом, закономерный итог первого этапа своего развития.
#конкурсрецензий2