Рецензия на книгу Жажда любви от seldpodshuboi

С самого начала героиня кажется такой амебой, отталкивающей, неинтересной. Но по мере чтения, постепенно, в воспоминаниях Эцуко о жизни с мужем и о его смерти, словно отодвигается ширму ее нынешней апатичности, скрытности, омертвелости. Там настоящая страсть, ревность, огни и пожары. Эта часть о смерти мужа и о роли Эцуко - как бы отдельная новелла внутри романа. Очень интересно проникать во внутренний мир героини, и начинаешь понимать, что привело ее к тому апатичному состоянию, в котором читатель ее узнает в начале.
Все кажется просто: она любила мужа чрезмерно, и чрезмерно была ему покорна, хоть от природы эта женщина достаточно гордая и надменная, полюбив, она это в себе усмирила. Такие жены в принципе быстро надоедают самолюбивым мужчинам с воинственным запалом: одержав победу, они не успокаиваются, а ищут новых побед. А кроме того, им доставляет особенное удовольствие тиранить этими победами уже побежденных. Такой побежденной предстает Эцуко: ее муж сознательно мучает ее ревнивое сердце, не только не скрывая своих измен, а даже выставляя их напоказ. Стоит ли удивляться, что ее изревновавшееся сердце, ненавидящее и любящее одновременно, одновременно покорное и жаждущее мести в период болезни мужа радуется? Я не удивлена и по-человечески понимаю. Муж на больничной койке уже не сможет отвергнуть ее ухаживаний, ее поцелуя в лоб, короткого прикосновения, а она сможет этим счастьем и своей властью над ним полностью насладиться за две коротких недели перед его смертью, которая, в свою очередь, и избавит Эцуко от всяких раздирающих душу страстей и приведет к апатичности, к такому подвешенному состоянию несопротивления чему бы то ни было в жизни, к молчаливому, скрытному существованию либо навсегда, либо до той поры, пока новое чувство не вдохнет в ее измученную душу хоть немного жизни.
Все это Юкио Мисима мастерски описывает то внутренним монологом героини, то подчеркиванием характерного жеста, то описанием обстановки, которое выдает психологическое состояние героини. Она к моменту переезда в дом к тестю Якито Сугимото уже усмиряет в себе этот краткосрочный пожар, и опять становится ничего не ждущей, ничего не желающей, ничего не просящей от жизни, покорной любым обстоятельствам. Поэтому в ней и не вызывает почти никакого внутреннего отречения связь с Якито.
Однако есть у Эцуко, как я уже заметила выше, вместе с природной же покорностью и миролюбием, есть и природные гордость, если не сказать гордыня, и самая настоящая страстность. И то, и другое проявляется в отношениях со стариком, хоть сильно она и не заинтересована в нем. Он не способен вырвать ее из того мутного омута, в котором она снова оказалась и теперь тонет, вызвать к жизни лучшие черты ее характера, заставить хотя бы на миг забыться, улыбнуться, поделиться с кем-то чем-либо сокровенным. Не случайно для него Эцуко пишет особый дневник, в котором не прочтешь настоящих ее мыслей и страстей.
И все-таки она пробуждается к новой жизни. Юный, чистый ( в отличие от членов семьи Сугимото, которых Эцуко изучила достаточно и презирает в глубине души, как дочь городского аристократа - деревенских прижимистых и любящих сплетни и пересуды жителей), простой и притягательной этой простотой работник при доме Якито начинает занимать ее мысли. Молодая женщина скучала, ей необходимо было наполнить чем-то свою жизнь. И Сабуро вполне естественно привлек ее внимание. И так потихоньку, очень тонко рождалось в ней чувство. Эту чуткость главной героини, ее ранимость, ее на самом деле жажду мирной любви Юкио Мисиме удалось подчеркнуть с помощью трогательных деталей. Например, тех носков что она купила для него в городе (а в то же время не нашла фруктов, которые любил муж, чтобы почтить его память) и затем вручила в поле.
Эта робкая любовь должна была спасти Эцуко и как бы вознаградить за страдания в браке. Читателю, пожалуй, тоже хотелось бы такого уютного исхода. Но вместо этого ей завладела настоящая страсть, которую автор сравнивает с инстинктом охотника. Квинтэссенция этого пробуждения - деревенский праздник с огнем, в котором участвуют и Сабуро, и Эцуко. А страсть, ревность, как у Шекспира, всегда приводит к трагедии. Финалом я нисколько не удивлена, поскольку немного знаю японскую культуру, в которой возбуждение и смерть, эрос и танатос, очень тесно взаимосвязаны. В кино, например, в фильмах Нагисы Осимы, это очень хорошо чувствуется.
Кроме переживаний Эцуко и основного сюжета, автор отлично описал других, второстепенных персонажей - обитателей дома Сугимото, которые как бы оттеняют Эцуко и на сравнении позволяют глубже проникнуть в ее отношение к людям, к браку, к жизни и любви. Это касается в первую очередь странных, но гармоничных отношений брата ее покойного мужа Кэнсукэ и Тиэко. Или, например, особом отношении Эцуко к восьмилетней дочке Асако, жены другого брата. Небезынтересна и фигура старика Якито, выписанная с обильной примесью сатирических красок, но не такая однозначная, как кажется в самом начале книги.
В целом роман очень понравился, еще один в копилку прочитанной хорошей психологической прозы.